Всем добра

Август пролетел незаметно. На работе повеселело. Из старого персонала оставил пяток человек. Одного парня, Ричарда, очень похожего на Перси, утвердил секретарем. Ездить на устранения он старался поменьше, зато отчеты писал идеальные и вообще любил возиться с бумагами. Святой человек. Девушку, недавнюю выпускницу Хогвартса Мелинду Макрей, поставил координатором. Она была очень шустрой и общительной, успевала везде побывать, так что теперь ездила на каждое происшествие, и при необходимости связывалась с обливиаторами, бегала с поручениями ко всем подряд и даже к министру пару раз забежала, отчеты занесла. Еще нескольким людям просто нравилось разбираться в маггловском мире, поэтому они с удовольствием работали. Молодцы, что тут скажешь. Новоприбывшие были зеленее лайма, и мы с Мелиндой и Ричардом с ног сбивались, чтобы их как-то обучить в условиях не обучения, а чисто полевой работы. Уставал смертельно, но меня хватало, чтоб вечером после ужина все же посидеть с семьей, попить чая. Фред и Джордж во время этих посиделок писали на пергаментах слово «ответственность» много-много раз. С присмиревшим же Блэком просто профилактические беседы периодически проводил, каждую субботу вообще всей семьей к нему заваливались и порядки наводили. Тем более что дом на Гриммо, как и всякое гнездо зело чистокровной семьи, был превосходно экранирован, и дети махали палочками в свое удовольствие, не боясь совы с предупреждением. С Кикимером разобрался заодно. Медальончик конфисковал, Сириусу вручил и к Малфоям выпнул. А потом к Невыразимцам. Пошел как миленький. Велика ведь сила подзатыльника, что ни говори! Заодно и дочь обезопасил от всяко-разных опасных дневников. И Гарри – от Добби, методом медленного окучивания Люциуса через мягкосердечную Нарциссу – мол, продайте чокнутого, вам не нужен, а ребенку радость! Кстати, довелось с Гарри и разговор провести на предмет фамильных домов и поместий. Обрадовал его тем, что бабушка, Дорея-бывшая-Блэк-ныне-Поттер, может быть еще жива, ведь на гобелене Блэковском ее портрет был все еще ярок. А потому и дом фамильный можно найти, связавшись с бабушкой, так что пусть пробует написать ей письмо. Мальчик ускакал в комнату, а я мог только понадеяться, что Дорея откликнется. Вальбурга воспитанием заняться не может, Сириус жениться не собирается, а мальчику нужна и женская рука. Молли, конечно, молодец, особенно в последнее время, но никто не будет отрицать, что она все дальше ушла от традиций знающих себе цену, сильных и сдержанных Прюэттов, и все сильнее становилась настоящей Уизли, с буйным темпераментом и склонностью к необдуманным поступкам. У нас больше всех на Прюэттов походила Джинни, я только постарался отшлифовать ее характер. Перси же был этаким «безумным ученым», просто не нашел еще, где развернуться, а с его эмпатическими способностями настоящего себя он в шумном обществе не найдет. Ему бы годик пожить уединенно, или попутешествовать, одному, самому определяя свой путь. Тогда и цель настоящая появится. * * * Двадцать девятого августа, в очередную субботу, мы прибыли на Гриммо уже как гости. Дом был вычищен от всякого ненужного хлама, библиотека приведена в порядок, а неизвестные артефакты переданы на изучение в Отдел Тайн. «С возвратом», - сказал я Сириусу, обозначая рукой подзатыльник. Он сглотнул и подтверждающее кивнул Невыразимцам. На праздник по случаю возвращения лорда Блэка многие были приглашены. Сириус уже начал ощущать некое злобное удовлетворение, помещая чистокровных и не очень людей в непонятные ситуации. У меня, видать, научился, не зря я его сам в банк не тащил, лордство принимать (а то бы мне отомстили), Малфоям написал. Получилось письмо в стиле «я б вас вотпрямщас придушил, но давайте суперзвезду Поттера сначала приличным крестным, соблюдающим традиции, облагородим, а уж потом драться-плеваться начнем». То ли мне удачи привалило при появлении в этом мире, то ли я действительно дипломат от Мерлина, не знаю. Но помогло. Так вот, Блэк вышеупомянутых Малфоев позвал, кроме старшего, кузину Андромеду с дочкой, Августу Лонгботтом с внуком, Боунсов притащил, Грейнджеров, Гринграссов, даже Лавгудов. И это еще не весь список. Блестящее, Мерлин дери, общество. Пара чистокровок без мозгов, пара с мозгами, магглокровки, предатели крови, психи, сам Блэк, первый сбежавший из Азкабана, и – вишенкой на торте – Гарри Поттер. Кстати, сам Гарри всерьез заинтересовался Луной. Среди великолепного и безупречного-вежливого (читай - холодного) общества она в своей солнечной мантии, безмятежно улыбающаяся, будто все время танцующая, производила впечатление маленькой богини или феи, прилетевшей к простым смертным. Джинни на правах старой знакомой прибилась к ним, и все трое бродили по дому, хихикали, искали привидений в шкафах и нарглов под диванами. Кикимер тенью ходил за ними, так что я не беспокоился. Блэк же, познакомив всех с Гарри и представившись, как действующий лорд Блэк, предложил всем закуску-выпивку и поговорить. Но в таких изысканных (ни капли сарказма!) выражениях, что у меня глаза на лоб вылезли. Что бы там дементоры с ним не делали в Азкабане, воспитание вытравить даже им не под силу.