The Silence of the Lambs

Стайлз молчит несколько бесконечно долгих на его собственный взгляд минут, разглядывая Питера через толстое стекло, изредка бросая взгляд на стоящего в конце коридора охранника, старательно делающего вид, что он не прислушивается к разговору. - Значит перед полнолунием тебя переводят сюда? - Стайлз старается не обращать внимание на рычание из соседних камер. - Если это можно так назвать, - Питер выглядит побледневшим и немного осунувшимся, из лазурных глаз пропал ехидный блеск. - Большая доза узкоспециального препарата и - вуаля - я уже здесь. Не слишком приятный абстинентный синдром и прочие прелести передозировки присутствуют. Помнится, в прошлый раз мы с тобой говорили об общечеловеческой морали и прочих возвышенных вещах… Как они тебе в действии? - Хейл внезапно зло оскаливается, но неестественная лазурь в радужках так и не проступает. - Значит, просто не существует другого способа, - медленно произносит Стайлз, оглядывая мужчину. - Значит, ты не оставляешь им выбора. Питер отводит взгляд куда-то вбок, на противоположную камеру, так же отгороженную толстым стеклом, где беснуется, ударяясь боками и головой о стены большой темно-серый волк. - Он будет бесноваться, пока не переломает себе все кости, - Питер кивает в сторону, и Стайлз оборачивается, заставляя себя смотреть. - Судя по кровавым разводам на стенах до этого не так уж много времени осталось, верно? - Питер неприятно усмехается. - А однажды он раскроит себе череп. Все от того, что он совершенно не в состоянии контролировать своего волка. С чем ты пришел ко мне сегодня? Наверняка это было непросто. - Непросто, - Стилински кивает, переводя взгляд под ноги, на пол, густо усыпанный рябиновым пеплом. От пепельной пыли тяжело дышать, и Стайлз не уверен, что выдержит здесь больше дюжины минут. Питер прослеживает его взгляд, задумчиво покачивая головой. - Да, испытание не из простых. Я не стану мучить тебя разговорами сегодня, Кларисса, но в следующий раз ты должна будешь мне действительно интересную историю. Стайлз неприязненно кривится на звучании чужого имени, передергивая плечами, но проглатывает эту шпильку, не отвечая привычным сарказмом. - Я не могу обещать, что следующий раз будет, - очень тихо говорит Стайлз, едва заметно косясь на охранника. - Я тебе обещаю, что он будет, - неожиданно легкомысленно для своего состояния хмыкает оборотень. - Итак. Рассказывай, что произошло. - Твоя дочь ранена, - Стайлз внимательно вглядывается в небесно-ледяные радужки, стараясь за привычным всем панцирем разглядеть хотя бы намек на эмоции. - О, значит и Маккол тоже, - Питер кривит губы в ухмылке. - А ведь я говорил, не водить Малию туда, а, Стайлз? - Он меня не послушал, - устало признает Стилински. - Тебя совсем не интересует, что с ней? Мужчина чуть приподнимает брови, глядя на стоящего перед ним подростка с самой настоящей жалостью - Стайлзу неприятен этот взгляд, но он терпит, упрямо сжимая губы в тонкую полоску. - Я знаю, что с ней, Стайлз, - в конце концов снисходит до ответа Питер. - Царапины, все тело в царапинах, которые, вопреки оборотнической регенерации, не затягиваются. - Я бы не назвал это царапинами, - Стайлз невольно скрещивает руки на груди, напрягаясь, когда вспоминает глубокие ровные порезы, укрывающие тело девушки и его лучшего друга замысловатым узором. - Вы их рассердили, - осуждающе качает головой Питер. - В следующий раз они убьют ваших так называемых парламентеров. - Следующего раза не будет, - Стайлз хмурится, чувствуя подкатывающую к горлу тошноту, и едва сдерживается, чтобы не потереть рукавом начинающие слезиться глаза. - Дитон говорит, что это дарак? - веселье нелегко дается лишенному сил оборотню, но Питер явно веселится, произнося эти слова. - Алан слишком узколоб и уперт, ты не находишь? - Он сказал, что ты исчерпал лимит доверия… - Он у меня был? - фыркает Питер, кивком приглашая Стайлза продолжать. - И что у этих тварей нет разума, что ими управляют извне… - Не совсем точное определение, - бывший альфа с тяжелым вздохом пожимает плечами. - Значит ваш Истинный альфа со всей честной компанией по накатанной собираются искать темного друида? Это даже тебе не кажется хорошим решением, Стайлз. - Я не говорю, что я с ними согласен, - в горле начинает першить, а глаза чешутся так, что Стайлз готов поклясться, что выцарапает их, пытаясь вымыть едкую пыль. Охранник негромко покашливает, намекая, что время выходит - теперь Стайлз понимает, что ограниченное время посещений - мера предосторожности, направленная скорее на сохранность его здоровья. - Хочешь их увидеть? - Питер произносит это одними губами, беззвучно, вопросительно приподнимая брови. Стайлз, подумав несколько мгновений, коротко кивает, прикрывая ресницами отчаянно слезящиеся глаза. - Тогда ты придешь ко мне после полнолуния, расскажешь мне что-нибудь интересное, - Питер поднимает глаза к потолку, медленно кривя губы, предвкушая следующую фразу Стайлза. И Стилински его, конечно, не разочаровывает. Беспокойный, чувствующий свою ответственность за всех и за все, что происходит в городе, измотанный этим грузом и упрямо взваливающий его на свои плечи - конечно, он не может разочаровать Питера в чем-то связанном с этим. - А убийства продолжатся, - мрачно цедит Стайлз. - Да? Ты предлагаешь мне еще пару дней провести в бездействии, вместо того, чтобы по-настоящему помочь? Вы не слишком-то стараетесь, доктор Лектер. - А ты не так умна, как тебе хотелось бы, Кларисса, - легко парирует Питер, подходя вплотную к стеклу, внимательно наблюдая за тем, как Стайлз вдыхает воздух маленькими глотками, закрыв половину лица рукавом рубашки. - Но тебе это простительно, Стайлз. Вот что, мы оба знаем - и знает Алан, что в полнолуние друиды и колдуны сильнее… - Значит убийств будет больше, - Стайлз, кажется, готовится садануть кулаком по стеклу. Нетерпеливый, уставший. Изможденный своим постоянным беспокойством. Питеру искренне интересно, куда смотрит Маккол, куда смотрит Алан, в конце-концов, самый здравомыслящий из той сверхъестественной братии, что осталась за стенами этого здания. - Не будет, - Питер клонит к плечу голову, разглядывая и запоминая мелькнувшую во взгляде совсем короткую искру надежды, тут же потухшую под гнетом недоверия. - У тебя нет выбора, Стайлз, поэтому просто послушай меня. В полнолуние убийств не будет - какая-бы внутриклановая борьба не шла в древнем семействе, полная луна - ночь волков. Они не станут нарушать правил, поэтому убийств не будет. Спроси об этом Алана, мне интересно, что он ответит. Стайлз напряженно молчит, сжимая пальцы в кулаки и щурясь. Рябиновый пепел оседает на его коже тонкой серой пленкой, наверняка забивает глаза и слизистые. - С твоим отцом все будет в порядке, - размеренно произносит Питер. - Во всяком случае, эти существа не грозят ему в полную луну. - Если ты окажешься неправ, я найду способ добраться до тебя и свернуть тебе шею, Питер. - Стайлз закашливается, закрывая руками рот и стараясь не вдыхать еще больше едкой пыли. - Но если я окажусь прав, ничего для меня не изменится, ведь так? - Хейл отмахивается, взглянув на едва дышащего парня. - Иди, Стайлз, мне вовсе не хочется, чтобы ты бесславно погиб в секретном коридоре захолустной психушки. Стайлзу кажется, будто он задыхается и горит изнутри. Одновременно, страшно, больно. Ни вдохнуть, ни выдохнуть - Стилински хватается за руку подошедшего охранника, но, прежде чем уйти, успевает услышать насмешливое: - Жду тебя через два дня, олененок.

***

- Боже, Стайлз, ну чем ты думал? - Алан страдальчески хмурится, качая головой и протягивая все еще покашливающему парню чашку с каким-то отваром. - Мне нужно было с ним поговорить, - так же упрямо, как и полчаса назад бубнит Стайлз, не поднимая взгляд на друида. - Доктор Дитон, Питер прав… Это не дарак, и… - Стайлз, Стайлз, постой, - мужчина выставляет перед собой ладони, качая головой. - Ты видел одного единственного дарака, сумасшедшую, одержимую жаждой мести женщину. Темные друиды не всегда психопаты, ты не можешь судить обо всех по одной только Дженнифер. И, Стайлз, дараки хотя бы существуют… - В отличие от вампиров? - негромко заканчивает его мысль Стайлз. - Стайлз, если бы Хейл имел хоть малейшее желание помочь, он бы сказал, где оставил свой ноутбук с бестиарием. Вот и все. Все остальные его слова и действия - только попытка выбраться из камеры. Ты ведь понимаешь, что это не то, что мы можем себе позволить? - Понимаю, доктор Дитон, - Стайлз медленными глотками осушает чашку с горьковатым отваром. - Тогда я спрошу у него про ноут после полнолуния. - Стайлз! - Последний раз, - ровно произносит Стилински. - Доктор Лектер в расследовании был полезнее, Питер должен понимать, что мы не совсем идиоты. Или он скажет мне, где ноутбук… или все вернется на круги своя, хорошо? Алан глубоко вздыхает, недовольно качая головой, но Стайлз знает, что Советник стаи ему не откажет. Как видит и то, что Дитон не до конца уверен в собственных словах, в тех самых, которые он озвучивает Скотту, когда говорит о Темном друиде, появившемся в окрестностях Неметона.

***

- Почему Дерек не хочет нам помочь? - на следующий день после полнолуния, когда ночное светило идет на убыль возвращая волкам человеческий разум, Питер выглядит куда лучше - увереннее, насмешливее, вальяжнее, и Стайлз сам себе удивляется, подмечая все это. Валлок со своей койки с интересом прислушивается к разговору, но Хейла это не тревожит. Он неопределенно дергает плечом, глянув на Стайлза с таким удивлением, будто он у него спросил, как дышать. - Потому что Дерек хочет забыть весь тот ад, в который его втянул этот город. Потому что Дерек готов отгрызть себе правую руку, лишь бы оказаться отсюда подальше и не возвращаться подольше. Вообще, я удивлен, что ты ему позвонил, - Хейл улыбается с каким-то игривым восхищением. - Такая жестокость тебе совершенно не присуща, Стайлз. Стилински рывком скрещивает руки на груди, исподлобья глядя на веселящегося вервольфа. - И знаешь, я желаю Дереку в этом удачи, - звучит настолько искренне, насколько вообще может быть искренним Питер Хейл. Стайлз прислушивается к интонациям с удивлением. - Он хороший мальчик, когда думает головой, а не своим гипертрофированным чувством ответственности. И когда не рефлексирует. И когда не пытается меня убить. Питер с интересом разглядывает загнутые пальцы, внезапно поворачиваясь к Валлоку и качая головой. - Нет, это не он, это Маккол меня здесь запер… Доктор говорит что-то еще, слишком тихо, чтобы Стайлз мог разобрать хоть слово. - Думаешь? - Питер задумчиво пожимает плечами. - Со стороны, наверное, виднее. Доктор говорит, что племянник не смог бы убить меня во второй раз. Я вот сомневаюсь, но доктор у нас знает множество бесполезных вещей… - Питер, - Стайлз хмурится. - Ты был прав. За полнолуние не случилось ни одного убийства. Алан не так уж уверен в своих словах о дараке. Порезы у Скотта и Малии постепенно заживают. - Ты знаешь, что я хочу, Стайлз - Хейл подходит ближе к стеклянной перегородке, вопросительно приподнимая брови. - Скажи мне, где твой ноутбук. Питер с искренним весельем, так и искрящимся в голубых глазах, наблюдает за предельно серьезным Стилински. - У меня дома. В моей квартире. Которую вы наверняка излазили вдоль и поперек - никакого уважения к частной собственности… Кларисса, - Хейл жестом останавливает собирающегося сказать что-то еще Стайлза. - Я жду от тебя по-настоящему интересной истории. Потом ты получишь столько информации, на сколько нарассказываешь. - Я ведь не знаю, что тебе интересно, Питер, - Стайлз растерянно пожимает плечами. - Никакие похотливые дядюшки ко мне в детстве не приставали, - добавляет с тем оттенком сарказма, который Питер в нем так ценит. - И ягнят при мне не резали. Я просто какой-то период своей жизни был очень счастливым ребенком, потом - очень несчастным. А теперь я такой, какой я есть. Подросток с СДВГ и… как ты это называешь? Гипертрофированным чувством ответственности. Питер оценивающе оглядывает стоящего по ту сторону стекла юношу, задумчиво поджимая губы и покачивая головой. - Нет, Стайлз. Ты не Маккол и даже не Дерек. Маккол - альфа, который не умеет убивать и не хочет. Дерек - умеет, но не может бить первым. - Я, по-твоему, могу? Линия плеч Стайлза настолько напряжена, что складывается ощущение, будто любое неверное слово повлечет за собой взрыв разрушительной силы. Питеру всё равно, в его голубых спокойных глазах плещется совершенно безразличное “мне нечего терять”, поэтому он спокойно кивает, подтверждая свой жест словами: - Ты можешь. Ты быстро соображаешь, тебе не нужно неделями обдумывать одну мысль, поэтому у тебя остается время и возможность ударить первым, в случае опасности. И в тебе есть все необходимые качества для того, чтобы это сделать. Ты бы никогда не стал Истинным альфой, Стайлз, - Питер наклоняется ближе к стеклу, и его дыхание оседает теплом на гладкой поверхности. - Но ты бы стал альфой. Я более чем уверен, что ты убил бы меня не задумываясь, если бы я угрожал твоей семье. - Хороший пример, - Стилински кивает, скривившись. - Кого-то другого - едва ли, но тебя - да. - Потому что я - настоящая опасность, - самодовольно тянет Питер. - Кстати, заметь, я пока что говорю больше тебя, хотя многим было бы сложно в это поверить. - У меня нет истории, которая была бы тебе интересна, Питер… - Как ты пришел к такому выводу? - заинтересованно тянет Хейл. - Нет истории, которую я бы страстно не желал тебе рассказывать, - Стайлз закатывает глаза, когда Питер одобрительно смеется. - Но я больше не вернусь сюда, если ты мне не поможешь. Тебе останутся только беседы с доктором и те редкие книжонки, которые тебе выдает Дитон. - Ты быстро учишься, Стайлз, - в голосе Питера звучит совершенно не льстящая Стайлзу гордость. - Вот ты уже и освоил основы шантажа. Я же говорил, Стайлз, ты мне нравишься. Стилински пожимает плечами. - Поменяем правила игры? - Ты мне веришь, - довольно тянет Питер. - Иначе откуда в тебе такая уверенность и куда делся твой испуг и изможденность, так ведь? С такими характеристиками игрового процесса я согласен поменять его правила. Итак? - Вы не очень-то полезны пока что, доктор Лектер. - Я говорю тебе правду. - Но ты не помогаешь, Питер. Где твой ноутбук? - Я тебе скажу, - Питер задумчиво кивает. - Ты мне сказал, что хочешь их увидеть, если мне не изменяет память. Выбирай, чего ты хочешь больше - мой ноут и пароль к нему, или вживую увидеть клан стригоев, вновь посетивший наш беспросветно-мрачный городок? И, прежде чем Стайлз успевает вставить хоть слово, Хейл продолжает: - Во имя чуждой мне справедливости могу так же заметить, что в бестиарии нет ни слова о средствах борьбы со стригоями. Мы не ведем войны с ними. - Я в это не верю, - Стайлз фыркает. - Значит, ноутбук? - Питер опирается локтями на толстое стекло, почти прижимаясь лбом к его поверхности, глядя Стайлзу в глаза. - Ты хочешь, чтобы я стал твоим эмиссаром, верно? - Стайлз кривится, показывая что такой примитивной манипуляцией его не провести. - Разумеется, - пожав плечами тянет Питер. - Как ты заметил, я не могу сам с ними поговорить. - Что мне нужно будет сказать? - в голосе Стилински сквозит неуверенность и Питера это совершенно не удивляет. - Тебе нужно будет рассказать, что со мной произошло и где я нахожусь. Им нужно подтверждение, что хотя бы один из Хейлов всё еще претендует на эту территорию, поэтому не пытайся им лгать, ложь они чувствуют не хуже нас. - Малия, я так понимаю, не в счет, - Стайлз демонстративно поднимает брови. - Правильно понимаешь, - равнодушно кивает Питер. - И тогда ты можешь гарантировать, что убийства прекратятся, а виновные в произошедшем будут наказаны? - тихая, язвительная насмешка. - Я не господь бог, Стилински. Я могу только гарантировать постепенное урегулирование вопроса. - Твоя выгода? - отрывисто бросает Стайлз. - Моя территория останется за мной. Иначе есть шанс, что мне некуда будет возвращаться, когда я выберусь отсюда. - Если, Питер, - неубедительно даже для самого себя хмыкает юноша. - Если выберешься. Питер равнодушно фыркает, показывая, что он тоже не убежден. - Ладно, - бормочет Стайлз, задумчиво хмурясь, глядя то на Питера, то куда-то вглубь коридора, скорее всего на пост охраны. - Но ты сказал, что они убьют любого человека, который захочет с ними поговорить. - Это да, - Питер делает почти издевательски-задумчивое лицо, постукивая указательным пальцем по подбородку. - Не то чтобы я этого не учел. Ты так и не сказал, согласен ли ты выполнить мое поручение. Ты и так вечный эмиссар стаи, Стайлз, просто на этот раз твой дружок ничего не в состоянии решить. - Ты отдашь мне свой ноут и пароль к нему. - Ну, при условии, что ты не будешь заглядывать в папки, на которых написано “порно”. Не хочу ломать твою детскую психику, - Питер весело скалится. - Ты получишь мой ноутбук, если сделаешь все как надо. Покажешь его нашему недоверчивому друиду. Можешь даже рассказать о том, что увидишь у стригоев. Пускай упаковывает свой меч обратно в ножны, войну с этими существами вам не выиграть, волчатки. - По рукам, - Стайлз решительно кивает. - Что мне нужно сделать, чтобы меня не сожрали на месте? - На тебе должен быть мой запах, Кларисса, - Питер снова скалится, на этот раз вальяжно и довольно. - Этого достаточно, если ты придешь говорить от моего имени. Питеру определенно доставляет удовольствие наблюдать за тем, как Стайлз бледнеет, как его губы сжимаются в тонкую полоску, а в глазах появляется оттенок ледяной, злой подозрительности. - Я не собираюсь с тобой устраивать сеанс обнимашек, - фыркает Питер. - Серьезно, Стайлз, я не считаю тебя идиотом, который добровольно зайдет в клетку к волку, которого боится, ради таких сомнительных преференций. - Я тебя не боюсь, - коротко бурчит Стайлз, чувствуя, как кончики ушей заливает жарким багрянцем. - И какая альтернатива? - У вас же, волчат, наверняка есть ключи от моей квартиры? - Питер дожидается утвердительного кивка Стайлза. - Проведи сутки в моей квартире, этого будет достаточно. О, только не спи на диване, я никогда на нем не сплю.