Бедивер или операция "Верный Друг"

Джон делает глоток, слизывает кроваво-красную каплю с нижней губы. Шерлок, закинувший на него ноги, смакует сложносочиненный коктейль, состоящий из слоев зеленого. По их плечам, по лицам мажет розовым светом. — Тебе здесь нравится? Они уютно устроены, сидят на диванчике в углу, освещаемые лишь стробоскопами. Атмосфера ленивой пресыщенности, дымная и пьяная, влияет на всех, заставляя даже официантов двигаться с грацией сытых хищников. — Знаешь… я отвык, — признается Джон. — От таких мест. Здесь бы понравилось одному моему другу, обожающему клубы и кепки, но я… Детектив неожиданно приникает к нему, чтобы поцеловать за ухом. — Заметил? — шепчет он, почти не размыкая губ. Ватсон кивает, допивает вино. За ними наблюдают. Холмс встает, потягивается, подает руку Джону. — Грег, нас увидели, — приникнув к Шерлоку, сообщает агент. — Мы выходим. — Принято. Они плывут сквозь ирреальность, пьяных людей и цветной дым, не расцепляя рук. Их ведет женский голос из динамиков, мурлычащий песню без слов. Мелодия повторяется на пианино. Джон пытается незаметно оглянуться, делает вид, что он намного пьянее, чем есть, громко смеется, хватается за Шерлока, словно не в силах устоять на ногах. Наконец, они оказываются на улице. Холмс тянет своего «доктора» в переулок, пахнущий сигаретами и мусором. — Заметил? — детектив подчеркнуто аккуратно поправляет воротник рубашки. Застегивает пару пуговиц. — Трое. — Двое. Третий запал на тебя. — Лестрейд, двое. — Я его не виню, — оглаживает большим пальцем бритвенно-острую скулу. — Совсем не виню. Может быть, чуточку ревную. Их воркование прерывает резкое восклицание. — Вы отвратительны! Джон, не прекращая игру, переводит на незнакомца хмельной взгляд, доверчиво прижимаясь к Шерлоку. И только детектив чувствует его охотничью стойку. Его желание наброситься на этого больного ублюдка, убившего уже пять гей-пар. — Вы — порождение Дьявола! Он приближается. Шерлок подмечает мелкие детали: деспотичную, крайне религиозную мать, с которой мужчина до сих пор живет, три… нет, четыре кота, желтые от сигарет зубы. — Интересно, как это выставят в газетах? — рычит Джон всё с той же мечтательно-пьяной улыбкой. Холмс оттирает его за спину. — У тебя проблемы? — с вызовом обращается к незнакомцу, отыгрывая роль. — Моя проблема — это ты, шлюха Сатаны! — Чувак, остынь. Чего ты так зациклился на Дьяволе? — смеется Ватсон. Это происходит быстро. Блеск шприца в руке маньяка, его резкий бросок, Джон, с четкостью робота бьющий его по шее. — Не задел? — Нет. Детектив снимает пиджак, накидывает его на плечи Джона, как обычно, выскочившего на улицу в одной футболке. — Лестрейд? — постукивает по наушнику. — Уже здесь, — инспектор со скептической миной осматривает бессознательное тело. — Он жив хоть? — Конечно, — закатывает глаза Ватсон. — Я сдержался, вы же просили. Чего они не ожидают, так это бури, обрушившейся на них на следующий день. Инспектор просит Шерлока приехать в Скотланд Ярд к десяти утра, не объясняя, зачем. Практически выпихивает его на трибуну, на съедение стервятникам-репортерам, закидывающим его вопросами. — Этот маньяк охотился только на гомосексуальные пары, мистер Холмс? — Да. — Инспектор Лестрейд сообщил нам, что ведется охота на живца. Живцом выступили вы? Детектив вдыхает, собираясь с силами. Ему не нравится множество алчных взглядов, направленных на него, не нравится стоять на возвышении — Да. И да, я гей. Его почти что сносит шквалом голосов и вспышек фотоаппаратов. Шерлок в панике оглядывается на Лестрейда, который складывает руки на груди, всем видом показывая, что он не собирается вмешиваться. Наконец, детектив слышит внятный вопрос от молоденькой репортерши, сидящей в первом ряду: — Кто же был с вами в паре? — Мой партнер. — Некто «доктор Ватсон», который вёл блог о ваших расследованиях? — Он предпочитает оставаться инкогнито, насколько это возможно. — Вернется ли он к блогу? Кто он такой? — Возможно, я не… Детектив вновь оглядывается на инспектора, шепчет одними губами: «Пожалуйста!». Грег, закатив глаза, оттесняет детектива с трибуны. — Успокойтесь, господа. Господа! — тяжеловесно хлопает по деревянной столешнице кулаком. — Сохраняйте профессионализм. В рамках расследования мистер Холмс… Шерлок сбегает. Петляет в коридорах, прячась за воротником пальто, чтобы скрыться в мужском туалете. Плещет в лицо ледяной водой, проводит мокрыми руками по волосам. — Хэй, чувак, тяжелый день? Детектив смотрит на отражение своего неожиданного собеседника. — Ну че, как отстрелялся? Там устроили, конечно, но… ты ведь сам сбросил бомбу, а? Речь парня с окраины ужасно диссонирует с деловым костюмом с иголочки и хищными повадками. Природа у них та же, что у Джона, подозревает Холмс. — Привет, я Эггзи. Или Гавейн. — В костюм по заданию облачился? — Ага. Бесит прям, — парень поправляет узел галстука. — Бедивер попросил присмотреть за тобой. — Спасибо ему, — скептично тянет Шерлок. — Ты четкий чувак, детектив. Все бывшие… коллеги Джона боятся, что ты будешь вмешиваться, что ты попытаешься открыть его личность. Но ты же и сам всё понимаешь. Что, например, его фотки в газетах приведут к… неприятным последствиям. Его речь и манеры шатает из стороны в сторону. Холмс морщится, как от зубной боли. — Каким именно? — По некоторым причинам, которые я не могу раскрывать, Джон не бывал в Америке, откуда он родом, уже многие годы. И если там узнают, что он жив, последствия, как я и сказал, будут весьма неприятными. И это только один вариант развития событий, мистер Холмс. — Есть и другие? Гавейн смеется. Прислушивается к чему-то, оглядывается на дверь. — Я бы поболтал еще, детектив, но, к сожалению, время поджимает. Открыв окно, парень смотрит вниз, хватает зонт, до этого мирно прислоненный к стене и прыгает.