Не впускай меня в свой мир никогда

Потребовался ровно один час. Ровно один час для того, чтобы пока я лежала на постели, уставившись в потолок, а мой телефон валялся мертвым грузом на дне сумочки, до меня дошло некоторое осознание сложившейся ситуации. Мне стало слишком тошно, когда я поняла, чему позволила случиться. Чего я безусловно хотела в тот момент. И самое страшное то, о чем я, совершенно, не сожалею. И даже тогда, когда я отвечаю на звонок Чхве, ведя с ним диалог, в котором он усиленно извиняется, что не отвез меня в больницу, и обещал загладить свою вину, я лишь фальшиво улыбаюсь и говорю ему, что все в порядке. Прошу не беспокоиться за меня, а лучше сосредоточится на своей работе. Параллельно я думаю о том, какой же он у меня заботливый и приятный во всех смыслах, и как сильно бы понравился моему отцу. И я даже мимолетно думаю о том, как порвать с ним, при этом не сильно раня его сердце. В тоже время я ужасаюсь своих мыслей, но учитывая, все что я натворила, ненавижу себя. Я вешаю трубку. Про себя желая Сын Хену удачи. И снова утыкаюсь взглядом в такой удручающий меня, потолок. А потом я плачу. Не понимая, к чему я пришла. И чего я хочу на самом деле. — О чем ты только думала? — Это вышло не специально… Даже сквозь расстояние, отчетливо ощущающееся через динамик телефона, я слышу привычную заботу в голосе Соль, которую она прячет за притворным раздражением. — Я совсем не понимаю тебя, Кэт… Ты что-то скрываешь от меня. Закатываю глаза. Как же она права. — Подруга, ты же знаешь меня. Я просто без настроения. Скоро все изменится. Все будет как прежде. — Когда? — Через несколько дней, наверное? Может, больше. Последние дни в моей жизни создается ощущение, будто время одновременно то ползет, как старая черепаха, то летит как истребитель. Дни проходят однообразно. Я не видела Джи Ена, уже три недели, с тех пор, как он подвозил меня до дома тем вечером, когда я впервые изменила Сын Хену. Да, я считала произошедшее изменой. С тех пор ничего не изменилось. Ничего не изменилось. Кроме моего отношения к Таби. — Прошел почти месяц с тех пор, как ты такая. Месяц молчания, если бы я не позвонила, ты бы забыла свою лучшую подругу. И ты говоришь мне что все нормально? — голос Ли сменился смесью обиды и боли, отчего моя вина встает комом в горле. Она права. Не могу поверить, что я не разговаривала с ней почти месяц. Не сказала ей о своих переживаниях. Не сказала о Таби. И определенно не рассказала об Драконе. Я стала плохой подругой. Плохой девушкой. И хорошей притворщицей. — Прости. Замоталась с работой. — Да неужели? — Да, появилось много отстающих. И приходится их подтягивать. Мне никогда не приходилось прикладывать столько усилий, чтобы лишние слова не сорвались с губ. Но делая это, я испытываю тошноту от своих речей. Не знаю, дело ли в волнении о собственной репутации, или в усилившемся эмоциональном напряжении. Но точно понимаю, что слишком много времени я зацикливалась на таких вещах, о которых и думать не стоит. Но во мне будто засела заноза. И я не избавлюсь от нее, пока не определю какие чувства испытываю к Джиену. Что сделает Чхве, узнав о случившемся. Бросит ли он меня? Скорее всего. Я подумывала, не сказать ли ему самой, чтобы не причинять ему большую боль. Но я молчу, потому что мне не хватает смелости порвать с ним. Я понимаю, что из-за этого могут возникнуть еще более серьезные проблемы в отношениях между парнями, а быть причиной этого мне не хочется. В конце-то концов, они живут и работают вместе, а я — просто девушка, оказавшаяся между ними. Круговорот мыслей в моей голове достиг своего апогея, заставляя меня сосредоточить все свое недовольство на Квоне. Вот зачем, зачем он вообще прикасался ко мне своими умелыми руками, оставлял огненные отпечатки своего желания на моих губах? Позволив этому недовольству перерасти в полноценную злость, я понемногу остывала. Но мысли о Драконе, его мелких шрамах на лице, татуировках на теле и обо всем, что он еще скрывает, переросли в беспокойство, заполнив мысли и сердце, заставляя переживать за него. И снова отчаянно хочется его увидеть. А потом я разозлилась на саму себя за это желание, за то, что позволила ему сделать, за то, что я так эгоистично себя веду и боюсь порвать с Таби. Бросить человека, который вообще этого не заслуживает. Мне было так плохо, что я запуталась в оттенках правильного и неправильного. Повисает долгая пауза, но голос Соль разрывает ее: — Кэтти? – голос подруги звучит устало и обеспокоенно. — Да? – я напрягаюсь еще сильнее. — Не знаю, что происходит, но ты сама не своя. Возникает еще одна пауза. — Ты точно не хочешь поделиться своими переживаниями? — Ничего не происходит. Я просто устала. Не высыпаюсь в последнее время. Больше всего я думаю об Квоне, когда лежу в постели. Вспоминаю. Посмотрев на часы, я бормочу: — У меня урок через двадцать минут. — Что ж…я скучаю по тебе, Чой. Я грустно улыбаюсь, думая о временах когда мы с Ли были не разлей вода, а сейчас я сторонюсь даже близких мне людей. Грудь наполняет глухая боль. — Я тоже скучаю. — Люблю тебя, подруга. Я снова опускаю голову на стол, но мой мобильник извещает меня, что пришло новое сообщение. «Ты на работе?» Это Дракон. Ни привет, ни как дела. Четкая постановка вопроса нервирует меня сильнее всего. Во всем теле возникает напряжение, когда я набираю ответ, равнозначный его холодному вопросу. «Да». Ответ приходит сразу же. «Встречу тебя после работы. Во сколько ты заканчиваешь?» Машинально отвечаю на вопрос, оповестив в обратном сообщении о том, что освобожусь через полчаса. Рваная мысль пронзает мой заторможенный мозг. Что? Какого черта сейчас происходит? Он придет сюда? Хватаю телефон, потом кладу его на место и уже беру в руки маленькое зеркальце. Разглядываю свое лицо. Мой внешний вид оставляет желать лучшего. Он заключается в бледной коже, кругах под глазами, запавших щеках. Также отражающийся в зеркале зализанный хвост из своих черных волос подвергает меня в ужас. Вскочив со стула, я кидаюсь к своей сумочке, надеясь, что там есть какие-нибудь принадлежности, что смогут придать мне божеский вид. Но резко останавливаюсь, озадаченная пришедшей в голову мыслью. Почему мне так внезапно захотелось прихорашиваться? Ведь это просто Квон. Квон, а не Таби. Но все же я привожу в порядок волосы, пытаясь разобрать их расческой. И лицо уже не в таком печальном состоянии благодаря косметичке, так вовремя обнаруженной в сумке. Раздается громкий звонок телефона, и я подпрыгиваю от неожиданности, а сердце пропускает удар. А потом, глубоко вздохнув, я отвечаю. Выйдя во двор, я вижу, что Джи Ен стоит ко мне спиной, изучая надписи на заборе вокруг здания напротив. Он оборачивается, и внутри у меня все замирает, глядя на это усталое, но такое опьяняющее лицо, скрытое маской и очками. Так уже было. Но теперь это чувство намного сильнее, потому что оно разрывается между притяжением и ненавистью к этому человеку. — Я подумал, что должен обязательно проверить как ты, после того инцидента из-за растянутой ноги, — глупо бормочет он с хитрой усмешкой, в тоже время бесстыдно обводя меня взглядом. Никаких намеков на то, что было. И это уже хорошо. — Все в порядке. Я утолила твое любопытство? — я прижимаю к себе сумку, чтобы он не заметил мои руки, не знающие за что ухватиться. Так часто бывало, когда я нервничала. А я сильно нервничаю. Все во мне кричит, что не стоит больше вести диалог с этим человеком. Но наш разговор вроде бы нормален и безопасен для меня. Он задает еще пару вопросов о работе, о том, чем я занималась прошлый месяц. Из вежливости я задаю вопросы о турне, и он увлеченно на них отвечает. Незаметно для меня мы оказываемся в его машине подальше от посторонних глаз, а этот разговор ни о чем все продолжается. Квон спрашивает о Чун Хене. Когда впереди появляется наш дом, я ликую. Мне не выдержать еще десять минут с Драконом. Но Ен не уходит. Он следует за мной в здание, заходит в лифт следом за мной и молчит. Я не задаю вопросов. Ни слова не говорю. Просто наблюдаю, как он нажимает кнопку нужного этажа, намерено слишком близко наклоняясь ко мне, снова залезая в мое личное пространство. Только в этот раз мое тело не поворачивается к нему, радуясь его присутствию, а съеживается изнутри, стараясь стать как можно меньше. — Как поживают поиски пяти моих лучших качеств? — спрашивает он, разрезая тишину, когда лифт практически подобрался к нашему этажу. Что за? Потом я вспоминаю о том неловком разговоре. Он помнит это? Как необычно. И я тщательно обдумываю ответ, и, наконец, произношу: — Дам знать, когда хоть одну найду. Но вряд ли это когда-то случится. Дверцы лифта разъезжаются в сторону, оповещая о прибытии. Разумеется, Квона это мало волнует. Его губы касаются моего уха, когда он наклоняется и спрашивает: — Хочешь, просто расскажу сам? Ладонью я отталкиваю его лицо, становясь раздраженной. Мне становится так некомфортно, что я спешно практически выбегаю из тесной кабины. Тихий смешок парня дает понять, что он заметил и прекрасно понимает, что со мной делает его близость. Открывая дверь в свою квартиру, я просто молча захожу внутрь. Вся сегодняшняя ситуация жутко меня раздражает. Включив телевизор, я пытаюсь вникнуть в развлекательное шоу, но не могу ни на одном слове сосредоточиться из-за витающего перед носом аромата одеколона Квона, его образа в моей голове. В какой-то момент мне удается отвлечься от дурных мыслей. Но мой телефон оживает, оповещая меня о новом сообщении. Нахмурившись, я изучаю написанное. «1. Я хороший 2. Я милый 3. Я богатый 4. Я талантливый 5. Я даже прекратил трахать других баб. P.S. И кому же я такой достанусь?» Я скриплю зубами, смотря на это форменное безобразие в виде самохвальства. Но все же, с улыбкой отвечаю. «Главное, чтобы не мне. Ненавижу хвастунишек.» Спустя 5 минут раздается звонок в дверь, и я плетусь открывать. На пороге никто иной, как его Высочество Квон. Почему-то я не удивлена. Устало вздохнув, я сверлю его взглядом, который так и твердит о том, что хозяйка не рада таким гостям. —Ты бы предпочла, чтобы я не приходил? — Нет. — Что «нет»? — Нет, я ужасно рада, что ты заскочил. — Но я не заскакивал внутрь…пока. — Ты невозможен, - отхожу от двери, впуская его в помещение. Устала. С ним просто бесполезно спорить. — А ты невероятна. Судя по тому, как сбивается его дыхание и перескакивает на меня взгляд темных прищуренных глаз, он не собирался произносить этого вслух. Мне приходится бороться с нестерпимым желанием вытолкать его из квартиры. Хотя слова я не сдерживаю. — Тебе случайно не пора куда-нибудь? — Я скучал по тебе. — его слова застывают горячим воском у меня в ушах. Повисает долгая пауза. — Кэтти… — Он делает пару шагов ко мне, но останавливается, обратив на меня один из своих фирменных «джиеновских» взглядов. Внутри все тут же сжимается, одновременно в ужасе и предвкушении от того, что он скажет. — Ответишь? — Что? - я не пойму, о чем он говорит. — Телефон. — Его ладонь прикасается к карману моих шорт, в котором лежит мобильник. — Он звонит. Как только Квон произносит это, я словно выныриваю из транса, улавливаю звук рингтона, стоящего только на звонках Чхве. — Ммм... — Я вытаскиваю его и смотрю на дисплей, где отображается фото Таби. Нажимаю клавишу приема вызова. — Алло… — Здравствуй, моя хорошая. Я приехал сегодня, мы же сможем встретится, правда? — Конечно, я сейчас совершенно свободна. Я так соскучилась, -кидаю быстрый взгляд на своего гостя, но он смотрит в стену. — Я тоже очень скучал. — Я слышу нежность и толику облегчения в его голосе. — И еще мои родители не могут дождаться знакомства с тобой. Внутренности совершают кульбит. Я покрываюсь холодным потом. Такого я не ожидала. — Что? Ты им обо мне рассказал? - стараюсь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Конечно. Мне сейчас надо бежать. Позвоню позже. — Я убираю телефон в карман и просто пялюсь на Квона, который с отсутствующим видом рассматривает уже мой паркет. Он поднимает глаза и хмурится. — Что? Я снова замолкаю, а заговорив, слышу осторожность в своем голосе: — Таби хочет познакомить меня с родителями. — Шок в глазах Дракона сменяется отсутствующим выражением, а затем неприступной ехидной маской. Я понимаю, зачем говорю это ему. Хочу знать, что он думает об этом. Он пожимает плечами, достает телефон и утыкается в него. — Эй! — рявкаю я, хмурясь. — Я тут вообще-то! Склонив голову, Квон вздыхает. — Что ты хочешь от меня услышать, Кетлин? — он смотрит на меня с улыбкой, но что-то в его глазах не дает верить в ее искренность. — Знакомься с его родителями. Если в этом есть смысл. — Он замолкает, крепко сжав губы. — Вы же сейчас с Чхве вместе. «А ты со мной - нет». Я будто слышу невысказанные слова в его поникшем голосе. — Что, для тебя это совсем не важно? — невольно я задаю ему тот же вопрос, который он несколько раз задавал мне. Пришел мой черед. Квон поднимает руки, хватаясь за затылок. Он прикрывает глаза и запрокидывает голову, глубоко дыша. А я жду, молча наблюдая за ним. Запоминаю изгибы его шеи, борюсь с желанием протянуть руку и притронуться к его груди, одергиваю себя. Его руки опускаются вниз, а взгляд снова устремляется на меня. Челюсть его заметно напряжена. — Ты знаешь ответ, так для чего спрашиваешь? Еще раз тяжело вздохнув, он произносит: — Как думаешь, сможешь ли мы еще поболтать, как в тот раз, в доме моих родителей? Вспомнив те разговоры по душам на пляже, в том доме, в горле встает колючий комок, и, прикусив нижнюю губу, я опускаю взгляд на пол, готовая соврать без единого сомнения. — Конечно. Спасибо что зашел, Джи. Он открывает рот, будто хочет что-то сказать, но останавливается. Я вижу, как парень едва заметно качает головой, словно предупреждая самого себя. — Еще увидимся. Он разворачивается и уходит прочь.