Марк и Точилка

Марка выписали из госпиталя в тот же день, как он очнулся. Сделано это было, разумеется, по распоряжению Волкова. Это обстоятельство как ничто другое указывало на важность задания, которое должен был выполнить командир, поэтому он, откинув все обиды и мрачные мысли, явился в срочном порядке в кабинет заведующего. На месте его не оказалось, однако секретарь пояснил, что Анатолий Павлович отлучился буквально на сорок минут, и предложил подождать его за чашкой чая. Марк охотно согласился, и усевшись в кресло Волкова, раскрыл взятую по пути газету. "НАШЕСТВИЕ" Вчера, в начале первой половины дня, вся шестая резервация замерла в ужасе - сотни, так называемых, лесных рейдеров, в результате лесного пожара, двинулись к нашему дому с западной стороны. Тучи безумных тварей, гонимые жаждой сеять смерть, приблизились к нашим стенам. Наша погибель выжидая в тихих лесах, собирала силы, чтобы смести одной большой волной наш маленький ковчег, однако, и в нашей обители хватает сильных людей! Проведя в кратчайшие сроки общую мобилизацию, департамент защиты организовал мощную армию под началом отважного капитана Михаила Звягинцева. Запомните это имя, граждане шестого комплекса, именно ему мы обязаны своими жизнями - этот человек явил нам пример настоящей силы воли, принося свою жизнь в жертву нашей безопасности. Под его мудрым руководством, армия шестого комплекса смогла разбить противника с минимальными потерями. И, всё же, несмотря на победу, резервация номер шесть объявляет неделю траура в честь тех, кто остался лежать на поле боя. Вечная память тем, кто фундаментом положил свои жизни ради нашей свободы! Не забудем наших героев!" Марк усмехнулся, переворачивая страницу. Очевидно, Мария всё же прочитала книжку о Великой Отечественной Войне. "ПРЕДАТЕЛЬСКОЕ БЕЗДЕЙСТВИЕ" По неизвестным причинам, власти южной и восточной части резервации, не стали проводить мобилизацию войск, не смотря на неоднократные уведомления об опасности. По словам капитана Шатуновского, приказы просто не были отданы. Сами координаторы никак не комментируют своё бездействие. Тем временем, старший координатор западной части Дмитрий Мальцев утверждает, что жертв в составе армии можно было бы избежать, прояви командование больше ответственности. По расчётам экспертов, погибших не было бы вовсе, если бы хоть одна из двух бездействующих частей, провела мобилизацию. Однако, друзья, слишком уж много в этой истории "если бы", чтобы считать её простой случайностью. Наверное, мы никогда не узнаем, на что рассчитывали власти юго-востока, отказывая нам в помощи, буквально бросая нас, собственных братьев на произвол судьбы. Это был удар в спину, друзья. Подлый удар в спину! Возможно, капитан Звягинцев был бы жив, и праздновал бы сейчас очередную победу, но благодаря равнодушию наших соседей, он прибыл домой в мешке с биркой. "Я не знаю, как можно быть настолько чёрствым, чтобы спокойно смотреть, как ваших друзей, ваших братьев, детей, в конце-концов, рвут на части эти безумцы!" - говорит Полина, жена капитана Звягинцева. В честь падших героев была объявлена неделя траура. Давайте же выразим друг другу соболезнования, и будем с пониманием относится к чужому горю, и оставим грехи юго-восточных соседей на их совести." Отложив газету, Марк подумал, что Мария не зря пошла в журналисты. Её статьи отличались пафосом речей и яркостью оборотов. Она могла из самого пустяшного праздника сотворить торжество, а из маленькой неудачи раздуть катастрофу. Впрочем, не так уж она была и не права. Когда ему принесли обещанную чашку чая, он отложил газету в сторону, и заметил на столе несколько папок с надписью "досье". Раскрыв одну из них, он увидел надпись "подготовлено и оформлено психологом Дарьей Островской". Пробежав глазами по титульному листу, он почувствовал, как внутри него испаряются последние остатки неловкости за то, что он рылся в чужих вещах. В центре было написано: "Досье на Даниила Резникова, солдата шестой резервации". А вот это уже было интересно. Марк перевернул страницу и начал читать: Ф.И.О.: Резников Даниил Андреевич (солдат ближнего боя); Мать: Вершова Екатерина Валерьевна (медик); Отец: Резников Андрей Григорьевич (плотник, строитель); Психологический портрет: легкомысленный, ветреный. С тринадцати лет воспитывался в неполной семье после смерти отца (болезнь - рак лёгких), в качестве солдата показал неплохие результаты в обращении с огнестрельным оружием (в особенности – с автоматическим), и отличные - в обращении с холодным. Наблюдается незначительная склонность к насилию, однако, способен держать себя под контролем. Проявляет полную подчиняемость. Далее Марк нашёл какие-то справки и данные о состоянии здоровья его солдата. На следующей странице было прикреплёно несколько фото. На этом досье заканчивалось. Закрыв папку, командир отложил её, и взял другую. Ф.И.О.: Иванова София Валерьевна (солдат ближнего боя, радист, заместитель); Мать: Карташова Мария Витальевна (преподаватель); Отец: Иванов Валерий Викторович (регулятор); Психологический портрет: ответственность в приоритете, но не на высшем уровне, имеет способности к абстрактному мышлению. Показывает высокий уровень владения огнестрельным оружием. Отдаёт предпочтение оборудованию автоматического типа. Работала под началом Глеба Астахова, перевелась к Марку Волкову после смерти первого. Постоянные прошения о досрочном повышении указывают на скрытый вздорный характер. Проявляет почти полную подчиняемость. Ф.И.О.: Фролов Каин Геннадьевич (солдат-профессионал); Мать: Данные запрещены к разглашению; Отец: Данные запрещены к разглашению; Психологический портрет: неизвестно. Подчиняемость не проявляет. Ф.И.О.: Вершинина Людмила Константиновна (солдат-медик). Мать: Вершинина Лидия Петровна (снайпер); Отец: Вершинин Константин Романович (снайпер); Психологический портрет: Мрачный закрытый характер делает её выносливым бойцом, однако, она может быть подвержена вспышкам агрессии, которые не может контролировать. После смерти родителей (неудачное стечение обстоятельств во время исполнения обязанностей) пошла работать под началом Марка Волкова. Возможно, нуждается в обследовании у психиатра. Подчиняемость значительная. Ф.И.О.: Точилка (посудомойщик); Мать: неизвестно; Отец: неизвестно; Психологический портрет: предельно ранимая, мимозоподобная личность. Сирота. Воспитывается Зинаидой Полищук. Свободное время проводит расписывая картины. Питает сильную привязанность к Марку Волкову. Внушаемый, демонстрирует полную подчиняемость с некоторыми оговорками - имея стимул, способен действовать против каких угодно правил и установок. Марк оторвался от последней папки с досье, и поднял глаза на Анатолия, который неожиданно вошёл в собственный кабинет. Он быстро положил документы на стол, и встал из-за стола. Какое-то время Волков молча смотрел на него, и командиру показалось, что его ждёт знатная экзекуция, но заведующий, к его немалому удивлению, молча прошагал внутрь, и занял кресло, в котором секунду назад сидел Марк. Он давно не спал, выглядел очень уставшим и самочувствием не сильно отличался от командира. - Конечно, это не хорошо, что ты рылся в моих вещах, - наконец заговорил Анатолий, - но у меня нет времени читать тебе нотации. Тем более, эти досье я всё равно собирался отдать тебе. - Мне?! - удивился солдат, - зачем? Это ведь люди моего отряда, я знаю их лучше, чем кто-либо другой! Вот только Точилка, вообще-то не является членом моего отряда. - Это лишь для наглядности. Присядь, будь добр. Когда Марк уселся напротив Волкова, второй начал раскладывать какие-то бумаги перед собой. - В виду того, что суд запретил тебе заниматься военной деятельностью, задание, на которое я тебя отправлю, должно содержаться в строжайшем секрете, - пояснил заведующий, колдуя над документами, - задача требует большой моральной выдержки и выносливости, поэтому с тобой должны пойти ещё три человека, их ты подберёшь сам, вернее, только двоих. Это должны быть двое самых преданных и умелых бойцов. На большее, к сожалению, я не могу согласиться, хотя, как ты видишь, я уже многое знаю о всех твоих солдатах, и теперь точно знаю, что на каждого можно положиться. Однако, исчезновение целого отряда будет слишком заметно. - Кто же будет третьим? - спросил Марк. Прежде чем ответить, Анатолий положил свои сильные руки на стол сложил их в замок. Марк напрягся, потому что знал, - этот жест говорил о том, что слушатель, возможно, будет немного шокирован. И он не ошибся: - Третьим будет твой парень, - ответил Волков, и по его тону было ясно, что он не шутит, - задание связано с девятой резервацией. Возможно, в его голове всплывут какие-то воспоминания. Пойми, мы должны использовать любую возможность получить больше информации, и твой возлюбленный может помочь нам в этом. Командир пришёл в ужас. - Точилка?! - воскликнул Марк, - Палыч, ты шутишь! Ты хочешь отправить на опасное задание человека, который падает в обморок об одном лишь упоминании о рейдерах? - То есть ты боишься, что он станет обузой твоему отряду? - слишком тихо для ситуации поинтересовался заведующий. - Да к чёрту отряд! Я не хочу, чтобы Точилка остаток жизни кричал по ночам, - командир понизил голос. - Он же такой впечатлительный, такой чуткий. Прошу, не нужно отправлять его со мной, я не переживу, если он пострадает. - Поэтому он тебе нужен там, на задании. Он будет твоим стимулом, твоим стабилизатором. В своих действиях, ты будешь более рассудителен... - Ах, так вот в чём дело! Нашёл у меня ниточки, и решил, что я марионетка? Нет уж, я обещал себе защищать его, обещал, что его жизнь никогда не подвергнется опасности! - Однако, его жизнь в опасности, как и жизнь каждого из нас. Если ты не забыл, тебя привезли из комплекса, который пал под натиском сотен, если не тысяч красных. Я знаю, Марк, я был там! И больше всего на свете, я боюсь, что это случится снова. Боюсь, что мы будем следующими. Последняя битва сильно потрепала нас, хотя об этом ни слова в газетах, и, без капитана Звягинцева, ещё одной подобной бойни резервация просто не выдержит. И то поручение, которое я на тебя возлагаю, может прояснить ситуацию, в которой мы все оказались. И для этого, нужен человек, рассудительный, а не бьющий с горяча. - Так почему бы тебе не отправить кого-то более достойного? У нас есть пятёрка лучших командиров, - используй их! - Я не доверяю им настолько, чтобы отправить их на незаконное задание, о котором не знает даже координатор. - Мальцев не в курсе?! - поразился Марк. - Что же ты собрался делать? - Мыслить глобально, - ответил заведующий. * * * Ровно через два с половиной часа, тринадцатый командир сидел в своей комнате, и сосредоточенно вчитывался в досье своих солдатов. Он понятия не имел, кого, из оставшихся в живых в его отряде взять с собой на задание. Однако на горизонте маячила куда более страшная проблема - как сказать Точилке, что он необходим ему в этом опасном походе. Он и думать не мог о том, что ему скажет тётя Зина. Это было бесчеловечно! К тому же, он был сильно зол на Палыча ещё и за то, что он так и не посвятил его в свои планы. Он лишь отдал одно распоряжение - подобрать спутников в его деле. И всё. "Ну да, - подумал Марк, - легче сказать, чем сделать." Командир не представлял, кого следует выделить для задания. Все его солдаты были одинаково ценны для него, словно пальцы на его руках. И тут ему предлагают назвать два самых любимых. Через сорок минут беспрерывного листания папок с досье, он признал, что с пальцами дело обстояло бы куда проще. Уходя от Палыча, командир поинтересовался, что такое подчиняемость. Заведующий пояснил, что это способность, противоположная лидерским качествам. Каин демонстрировал отсутствие подчиняемости, - это значило, что тот подчиняется Марку лишь потому, что имеет в этом какую-то выгоду. Однако, в такой формулировке нет смысла, ведь Каин - солдат, а значит, должен подчиняться. Когда он спросил у Анатолия почему в деле Каина столько несоответствий, тот ответил, что Марку не стоит беспокоится. - Я уже узнал всё, что нужно, и могу с уверенностью утверждать, что Каин - надёжный солдат, - сказал Волков, - он имеет права сохранять свою биографию в тайне от других. «А остальные, стало быть, не могут?» – язвительно подумал командир, ложась на свою постель. Марк попытался вспомнить тот, день, когда он принимал к себе Каина. Тот пришёл позже остальных, в отличие от Сони, пришедшей первой. Как только Марка утвердили в новой должности тринадцатого командира, Соня тут же пришла со своим заявлением и всеми необходимыми документами к нему на дом (кабинеты начинающим командирам никто не давал). Вид у неё был такой, словно она с самого детства мечтала попасть в отряд Марка. Она была из тех немногих, кто оценили действия командира во время борьбы с той сотней, и перешли к нему из отряда Астахова. Следом пришёл Даник. Он был среди тех, кто только что отучился в военном училище. Судя по всему, ему вообще было плевать, под чьим началом служить, однако Марку он понравился за чувство юмора и лёгкую "безбашенность", поэтому, тот взял его. Поначалу, он немного сомневался в правильности своего решения, но потом увидев, как тот режет красноглазых на части двумя ножами, мгновенно поменял свои взгляды. Даниил не имел особых проблем с дисциплиной, в крайнем случае, его можно было осадить парой слов, так что они с Марком быстро подружились. Людмила пришла десятой. Взглянув на неё, Марк тут же принял решение, что никогда в жизни не возьмёт её в свой отряд - вид у неё был такой, словно её воспитывали рейдеры, однако, глянув, ради приличия, в её дело, он прочитал слово "медик" в графе "профиль" и решил поступить иначе: медики были слишком ценными юнитами на поле боя, чтобы от них отказываться. Каин. Он пришёл последним, двадцатым по счёту, как раз в тот момент, когда Марк уже собирался идти на встречу с Точилкой. Новоиспеченный командир даже не удосужился прочесть его документы, только посмотрел на слово "годен", поставил где нужно подпись, и сказал бойцу, что он принят. Такой была их первая встреча - мимолётная, невзрачная. На следующий день, Марк собрал все документы, - ровно двадцать папок, - и отнёс их в департамент. Бюрократия шестой резервации была самой условной. Как, собственно, и большинство вещей, которые были важными в мире до эпидемии. Например звания: солдат - командир - капитан - заведующий департаментом защиты. Всё просто и ясно, ничего лишнего. С документами дела обстояли точно также. У вас было свидетельство о рождении и удостоверение личности - эти два самых важных в новом мире документа давались вам при появлении на свет, и больше этого, с вас ничего не требовали. В свидетельстве указывалась дата рождения, имена родителей, и проч. В удостоверении - всё остальное, вплоть до сведений об образовании. Никаких дополнительных справок, расписок, уведомлений. В местной больнице на вас заводилась медицинская книжка, где были расписаны все ваши болезни - ещё один документ, о котором вы могли вспоминать раз в год. В новом мире многое стало доступнее. Например образование - вы могли получить одну, две, десять профессий совершенно бесплатно, никаких конкурсов на бюджетные места, никаких проблем с общежитием. Конечно, вы будете обучаться по ускоренной программе - шесть месяцев теории, шесть месяцев практики, - по самым необходимым вещам в выбранной вами стезе. Уже потом, при поступлении на работу, вы получали более полное представление о своей профессии, впрочем, как было и до катастрофы. Такая же ситуация складывалась и с отношениями. Понятие брака просто не существовало - люди жили с теми, с кем им было комфортно, с кем они чувствовали себя безопасно. Поэтому если вы состоите в сожительстве с человеком вашего пола, или вас разделяют два десятка лет, никто вас не осудит. * * * Первый бой Марка состоялся через четыре дня. Двадцать бойцов, возглавляемые тринадцатым командиром, против шестнадцати рейдеров. Поминая горький опыт Астахова, Марк разделил отряд на две группы по десять человек - его основная тактика при борьбе с толпой рейдеров, численность которых приближалась к численности отряда. Красноглазые были сметены в два счёта - первый поход прошёл блестяще, это придало Марку уверенности в себе, как в командире. Первая смерть в рядах отряда случилась на девятой вылазке - всего девять рейдеров, однако, командир не взял в расчёт их модель поведения, которая иногда, когда красных превосходили в силах, могла их заставить совершать самоубийственные выпады. Девять рейдеров набросились на двух штурмовиков, принимая на грудь свинцовый поток - останавливающая сила орудия в этом случае уже не играла никакой роли. Один из штурмовиков всё же выжил, благодаря наличию медика в отряде, второй же умер от слишком сильной кровопотери и болевого шока. Так, постепенно, вылазка за вылазкой, численность отряда сошла до семи, а теперь и вовсе до четырёх. Не сказать, что Марк был худшим командиром, нет. Он находился между "хорошим" и "неплохим" руководителями, ведь смерть была неизбежной в работе с рейдерами. Смерть ходила неподалёку от каждого солдата, и командир должен был лишь максимально избегать ненужных контактов с ней. Марк имел не лучшую репутацию, но вызывал хоть какое-то уважение в своих кругах, ведь даже с семью солдатами вместо двадцати, он держал ту же планку по количеству убитых рейдеров, что и вначале. Все его солдаты были отважными и исполнительными, но Каин, Даниил и Соня с Людмилой заслуживают отдельного внимания. Они были единственными в своём роде, они были не такими, как все. Весёлых и сметливых как Михаил и Алексей было в его отряде немало, сосредоточенных и тихих, как Артём, тоже хватало. Но эти четверо были самородками в его отряде. Соня была очень контрастным бойцом. Красивое тело в сочетании с мощным оружием - она вызывала восхищение не только в рядах Марка. Её постоянно пытались переманить в другие отряды, даже Симонов написал ей любезное приглашение под своё крыло, и узнав, что она ответила ему отказом, Марк сказал ей, что она дура. В шутку, конечно. Она была заместителем, о котором мечтают многие командиры - преданным и исполнительным. Дамы завидовали Соне наравне с сёстрами Стацких, а мужчины кусали локти от осознания, что такая девушка досталась в распоряжение гея, - факт, над которым потешался весь отряд Марка. Даник был не менее известным бойцом. В противоположность Соне, он вызывал всеобщую ненависть. Плоские чёрные шуточки, мелкие издёвки, титаническая тяга к противоположному полу - такова характеристика Даниила. И ножи. Два ножа, - Сара и Мария, - были его козырем в рукаве. Он не боялся ближнего боя, а с нетерпением ждал его. При каждом удобном случае, когда он оставался один на один с рейдером, он бросал автомат, вытаскивал ножи, и начинал представление. Да, он был всё тем же неотёсанным бабником без каких-либо моральных принципов, но то упоение, с каким он выпускал кишки и вырезал глаза, тот азарт, отражавшийся на его лице, были изюминкой его отряда. Люди понимали это. Они осознавали, что Даниил, как боец, был не просто хорош, а дьявольски хорош. Поэтому его терпели в отряде Марка. Кроме, разве что, Людмилы, которая не имела чувства юмора, и не понимала шуток Даника. Кстати, о ней. Людмила была ещё одним ценным экспонатом в коллекции тринадцатого командира. Она отличалась мрачной внешностью, и молчаливостью даже в самый напряжённый момент боя. Другие кричали, матерились, могли даже взывать к господу Богу, но только не она, даже если над её головой свистели пули, а в паре метров взрывались гранаты. Когда она говорила, то её голос звучал тихо и отрешённо, однако, если речь заходила о рейдерах, она резко выплевывала слова через зубы. Марк никогда не видел столько ненависти в своих солдатах. У членов его отряда, отношения к рейдерам были как будто деловые, да и сам Марк смотрел на них, как на объект работы - он начинал ненавидеть их только в момент боя, Людмила же, казалось, вообще не могла испытывать иных чувств. Она не жалела на них патронов, всегда шла впереди, что не соответствовало понятиям о позиции медика в отряде, а добивая умирающего рейдера, делала это с максимумом жестокости, из-за чего нередко возвращалась с поля боя с ног до головы перепачканной в крови красных. Будучи медиком, она хорошо знала анатомию, поэтому её жертв легко было найти в куче тел по вывалившемся внутренностям, и Марк не раз задавался вопросом, как ей удаётся так искорёжить тела противников, имея под рукой лишь маломощный пистолет и крохотный скальпель. И всё же, она была чудесным врачом. Она не раз спасала жизни товарищей, не раз перевязывала раны командира, и за это они любили её. Они позволили ей закрыться от них, уйти в себя, отделиться от внешнего мира, хоть они и не понимали её желания убивать красных. Никто из них не шёл на эту должность ради того, чтобы утолить жажду смерти, ведь это и отличало их от рейдеров. Всех, но не её. Она ничего о себе не говорила, и люди Марка решили ничего не спрашивать. Да и сам Марк не навязывался к ней. Она выстроила границы, и он уважал их, требуя лишь честного исполнения её прямых обязанностей, как и от всех. Как и от столь же молчаливого и загадочного Каина. Парадокс, но Каин выделялся тем, что ничем не выделялся. В бою он предпочитал держаться отдельно, если тактика не требовала обратного. Он беспрекословно исполнял все приказы Марка, не задавая лишних вопросов, не говоря ненужных слов. Первое время командир вообще не замечал его, такой тихий и неприметный он был. И только когда численность его отряда сократилось до двенадцати голов, Каин стал незаменимой фигурой на поле. Он был настолько хорош, что Марк недоумевал, что с такими способностями Каин забыл у него в отряде. Ему казалось, что из этого светловолосого привлекательного парня выйдет куда более хороший командир, чем он, и может быть, даже чем Симонов и Рейне. Но Каин не рвался в командиры, не делал замечаний, не вносил предложения, не подавал заявки о повышении. Каин был солдатом-профессионалом, то есть многопрофильным бойцом, - это значило, что на какое место его ни поставь, - заместитель, штурмовик, снайпер, медик, - он будет лучшим везде. Тринадцатый командир пребывал в ступоре. Волков приказал брать с собой самых преданных и умелых людей. Каин самый умелый, но Марк почти ничего о нём не знает, может ли он быть уверенным в его преданности?С другой стороны, Каин ни разу не подвёл его, поэтому, сомневаться в его преданности не приходилось. Марк глянул в характеристику Каина, и нашёл там строчку "подчиняемости не проявляет". И как это понимать? Соня, безусловно, была самым преданным бойцом, но Марк не хотел ею рисковать. Как, впрочем, и Точилкой. Людмила. Можно ли довериться ей? Как медик, она безусловно хороша, но её ненависть - не будет ли она ей мешать? Вряд ли можно сказать, что Люда прибывает в слепой ярости, но на таком важном задании надо учитывать всё до мельчайших деталей. Ещё Даниил. Командир был уверен в нём на сто процентов - этот солдат положит свою жизнь ради отряда. А ради Точилки? К своему неудовольствию, Марк был вынужден признать, что заведующий был прав. Возлюбленный командира послужит не просто балластом, а, своего рода, мерилом всему, с чем столкнётся отряд. Надо лишь себе правильный вопрос, и тогда всё станет ясно. Если Марк погибнет, кому бы он доверил жизнь Точилки? Кто бы, по его мнению, смог защитить мальчика? Ответ пришёл сам, и командиру показалось, что он знал его всегда. Марк не бессмертен, и он должен понимать, что это задание, как и любое другое, может оказаться для него последним. И те два бойца, которые смогут вернуть Точилку домой - это София и Каин. Через несколько минут, он уже направлялся в департамент здравоохранения, чтобы доложить Волкову о решении.