С медицинской точки зрения.

Роджер шел домой через парк. Было промозгло, как это бывает только поздней осенью, а он еще и заболевал, похоже – кости выламывало холодом нещадно. Он думал обо всем и ни о чем одновременно. Брайан все так же не выходил из головы, и эта заноза стала уже чем-то привычным, как ноющая боль в висках. В принципе, это довольно же классический сюжет, нет? Ты находишь друга, ты общаешься с другом, в конце концов – ты спишь с другом, если ты не имеешь проблем с социализацией, конечно. И если не учитывать, что вы можете оба оказаться одного пола. «С другой стороны, неужели это правда что-то сильно меняет?». Ветер разносил между деревьев мерзкий скрип заледеневшего металла качелей. От этих звуков мозг, казалось, распухает и давит на череп изнутри, давит на глаза и уши…Роджер раздраженно думал, что же за псих развлекается в такой холод, да еще и ребенка приволок. Вскоре он вышел на детскую площадку и, приглядевшись, испуганно заторопился дальше своей дорогой: седая женщина раскачивала огромную игрушку, одна из лап которой была коричнево-черной от запекшейся крови, и напевала что-то негромко… - Смотри, Патти, какой бедный замерзший мальчик, - произнесла она, когда Роджер проходил мимо по направлению к своей тропинке. В холодных сумерках картина выглядела могильно-жуткой… Дома он просто пересек две яркие полосы, расчерчиваемые горящим в ванной светом в темноте коридора, и упал на диван. Через несколько минут приковылявший Брайан даже вздрогнул от неожиданности, но постарался сделать вид, будто знать ничего не помнит про недавние события: - Ох…Роджер, ты меня напугал, – он присмотрелся, зажег настольную лампу. – Почему ты в верхней одежде на диване, горе мое? Я сколько раз тебе говорил… - и он, уже подошедший к Роджеру, замер. Сейчас тот напоминал мальчика-аутиста, которого он видел однажды в больнице. - Род… Хей, Роджер, что с тобой? – он присел перед ним и прикоснулся к щеке, откинув светлые волосы. Его словно обожгло холодом. В подтверждение своих подозрений он сжал замерзшие пальцы сидящего в своих руках. – Черт, Роджер, ты весь окоченел! Мэй стал торопливо снимать с Роджера куртку и ботинки, попутно ища глазами, куда он положил плед. Человек в его руках безвольно повиновался и так же послушно лег на подушки. - Родж… - справившись с пледом, Брайан аккуратно привалился на край дивана; обхватил замерзшее лицо теплыми от дома ладонями; откинул спутавшиеся волосы со лба; удивленно вскинул брови. – Роджер, ты холодный и горячий одновременно! Нет, ну только ты так мог умудриться! Он заметался между шкафчиками, ища градусник и лекарства, и лампа, стоящая на столе, отбрасывала на стены длинную тень с пугающе пушистой головой. Наконец, он возвратился с добычей к лежащему телу, кое-как поставил градусник; не выдержав, обнял Тейлора, уткнувшись носом в пылающий висок, шепча его имя. Мэй немного дернулся, когда его обняли в ответ, и заглянул в глаза болеющему. Облегчению его не было предела, потому что Роджер перестал смотреть на мир абсолютно пустым взглядом. Так близко, так удивительно рядом… - Где болит? – спросил он, невольно отмечая смущение в голосе. - Ноги…Руки…Ну, горло, конечно. Шея. И нос еще. – Голос барабанщика звучал сейчас еще хриплее, чем обычно. - Сейчас я буду тебя лечить… Только измерим температуру, хорошо? – он ласково укачивал на руках сипло дышащего через рот ударника и чувствовал себя матерью смертельно больного ребенка. - Там, в парке…- начал Тейлор и закашлялся. – Там, в парке…женщина…с зайцем…на качелях…кровь на нем…вот так…жуть…я не хочу…мне страшно…Брай, я не хочу умирать! – уже твердо закончил он. - Ты и не умрешь. Точнее, не сейчас. Это будет через много-много лет, дома, в окружении любимых детей, держа за руку любимую жену, за окном будет солнце, и ты легко вздохнешь, понимая, что твое путешествие окончено, и ты уже сделал все, что мог… - А ты?.. - Что? - Ты будешь рядом? Я не хочу уходить, не попрощавшись с тобой! Хочу тебя рядом! - Буду. – Брайан усмехнулся в мягкие волосы крепко ухватившегося за него парня и обнял его чуть сильнее. – Я всегда буду рядом, если раньше не умру… - Спасибо… - Роджер шмыгнул носом и бездумно поцеловал плечо, к которому прислонил голову. А потом болезнь забрала его в горячечный сон прежде, чем Мэй успел удивиться его поступку.