Скрипка... и немного нервно

Мэйсон проснулась от грохота. Распахнула глаза, прислушалась. Вот, снова зарокотало, прокатилось… а, это за окном, не у нас. И тут же зашелестело, забарабанило по подоконнику снаружи. Все понятно, снова дождь. Еще и с грозой, похоже, – вон как гремит. Черт, как же он надоел, этот дождь! Кара снова закрыла глаза. Кэлен спит – прижавшись, устроив голову на плече у Кары, руку у нее на животе, ногу – на бедрах. Мэйсон усмехнулась: а ведь я уже привыкла вот так спать… Уже, пожалуй, и не усну, если принцесса ляжет как-то по-другому, если на мне не будет ее руки, ее ноги… Мэйсон осторожно провела ладонью по спине Кэлен: кожа горячая, при этом покрыта холодной испариной. Нехорошо. Положила вторую ладонь на лоб принцессы: тоже горячий, просто огонь. Заболела? Она вчера ведь так и пошла в мокрой от пота рубашке, и куртку, кажется, не застегивала… А ветер будь здоров, ледяной, пронизывающий. Мэйсон вздохнула: ну вот только простуды нам сейчас и не хватает для полноты ощущений… - Кара, я не заболела, - голос хриплый. Вполне себе больной. – У меня, похоже, отходняк… похмелье или как там это у наркоманов называется? - Ты проснулась? Привет, любимая. - Привет… - Я вслух говорила? Или мысли опять читаешь? - Кара… - дотянулась, провела пальцами по щеке. – Не читаю я мысли. Слушаю, как ты дышишь. - Ага, и по дыханию ты точно определила, о чем я думала? - Ну, Мэйсон, я, конечно, не такая умная, как ты, но тоже не дура… два и два могу сложить. Ты меня по спине погладила, потом лоб пощупала и запыхтела, как паровоз… - Принцесса, ты у меня просто Шерлок Холмс, мастер дедукции… Кэлен вздохнула. Кара выбралась из-под нее, повернулась на бок, заглянула в лицо: - Милая, ты как? Точно не заболела? - Нет. Нет, любовь моя. Физически я в порядке. А на душе – погано… пусто, тоскливо… мертво. Раньше бы я подумала, депрессивная стадия начинается… а это всего лишь отходняк после дозы. Как всё оказалось пОшло… - Кэлен, а сколько ты вчера приняла? - Ох… я ведь не знаю, в каких дозах мне Вайборн это давал… Эшли спросила, сколько мне… я сказала, ну давай три таблетки. Она их в графине с водой растворила. Там, вроде, два литра? Ну, я чуть больше половины выпила… Так что даже не знаю, сколько в итоге-то я приняла… Но было хорошо. На сцене, во время репетиции мне было очень хорошо. И потом… Пока я не испугалась за тебя, что ты тоже это выпьешь… А потом еще больше испугалась, когда ты догадалась… Испугалась, что ты разочаруешься во мне. Стыдно стало. И я разозлилась… - она снова тяжело вздохнула и вдруг со стоном перевернулась на другой бок, спиной к Каре. Пробормотала глухо: - Мне и сейчас стыдно… господи, что я тебе наговорила! Как теперь это исправить? Как я хочу, чтобы этого не было… Я сама теперь этого забыть не смогу, представляю, каково тебе… - А я забыла, - Мэйсон придвинулась, прижалась, обняла. Приподнялась на локте, пытаясь заглянуть в лицо. - Да как ты могла забыть? Разве можно это просто взять и стереть из памяти? - Стереть? Нет, стереть, конечно, не получится. Но можно на этом не фокусироваться. Ну, было и было. Прошло уже. Чего об этом думать? Какой смысл? Я выбрала, во что верить. И на этом успокоилась. - И во что же? - В то, что ты меня любишь, принцесса, - и повернула её на спину, поцеловала в губы. Не получила отклика, снова подняла голову: - Ну что ты, любимая? Совсем тебе плохо? - Плохо… прости, Кара. Достала я тебя уже со своими проблемами… будто мало их было, я еще и сама добавила. Дура. - Милая, не казни себя. Ты даже нормального лечения пока не получаешь, ты всю неделю держалась на силе воли да на таблетках Лорен. А они так, седативное. Но ты ведь не всесильная! - Да знаю я … головой-то понимаю, а на душе все равно погано. Ничего не хочу. Только лежать вот так с тобой, и все. Дождь еще этот, достал просто!!! - Ага, меня тоже… - И на концерт не хочу. Кара, веришь, наплевать на концерт вообще! Не хочу. И не пойду. - Не пойдешь на свой концерт? - Не пойду. - Круто! Принцесса, а правда, давай прыгнем в машину и свалим? В Калифорнию. А что? Контракт Вайборн заключал, вот пусть и отдувается. А мы с тобой уедем в тепло, на солнышко. К океану. - Мээйсон, ты не представляешь, как заманчиво, - Кэлен даже улыбнулась. Но тут же закрыла глаза, нахмурилась: - Только потом меня совесть замучает. Я себя сожру просто… Не хочу на концерт – и не могу не пойти. Как же меня это достало все!!! – и губы вдруг задрожали. - Эй, милая, ты что, плакать собралась? - Да. - Плакса. - Да. - Плакса-плакса. - Отстань! - Принцесса Плакса. - Мэйсон!!! - Да, Принцесса Плакса, слушаю тебя? - Кара, ну хватит, это не смешно, - а сама рассмеялась, повернувшись на бок, уткнувшись лицом в Мэйсон. Тут же снова тяжело вздохнула: - Черт… не смогу я сегодня… ничего не смогу. Играть не смогу… Кара, мне кажется, я даже встать не смогу сейчас. Ты стараешься, настроение мне поднимаешь… а оно не поднимается даже! Немножко развеселилась – и сразу опять эта пустота… На самом деле, я вот с тобой разговариваю, потому что люблю тебя… а ты просила объяснять, что со мной. А больше всего мне хочется сейчас сжаться в комок, накрыться одеялом и замереть. И чтоб никто не трогал, даже ты… Мне хочется отдохнуть… отдохнуть от жизни… отдохнуть от себя, - и затихла, вжавшись снова в Кару. Через пару секунд пробормотала – туда же, в Мэйсон: - А давай мне руку сломаем? - Чего??? - Ну, а что? Давай я как-нибудь так упаду с лестницы, чтобы руку сломать? - Милая, ты с ума сошла? - Кара, да они все равно застрахованы… - Руки? - Да. - Нет. Нет, принцесса, обойдемся без членовредительства. - А что делать? Кара, я не выйду сегодня на сцену… я не выйду… мне так плохо… меня просто нет! Меня просто нет. Не знаю, как объяснить, - и снова затихла, резко, будто выключилась. - И не надо, Кэлен. Я понимаю, о чем ты. Я ведь была на твоем месте. Черт, хреново. Очень хреново. Хуже, чем я ожидала, - Мэйсон погладила её по голове, задумалась. Помолчала, потом кивнула каким-то своим мыслям, снова провела рукой по волосам Кэлен: - Принцесса, вечером Эшли тебе еще принесла таблетки? - Да… еще три. - Ты их не принимала? - Нет. Я как из душа вышла, поняла, что ты и правда ушла, так и начала реветь. Эшли меня попыталась утешать… Я её послала, грубо… она отстала, куда-то делась. А куда она делась, кстати? - Побежала меня звать на подмогу. А я как раз сама решила вернуться. - Правда? - Да. Милая, как думаешь, Эшли таблетки оставила или унесла? - Она мне их сразу отдала… А я куда сунула? Не помню. Наверно, в спальне где-то. А тебе зачем? - Затем, что ты их сегодня примешь. - Что??? Ты с ума сошла? - Может быть,… но я не вижу другого способа тебе помочь сейчас. Если бы не этот концерт, который ты обязана отыграть… я бы, конечно, ни за что не позволила тебе пить эту отраву. Я бы тебя посадила в машину и увезла. К океану. Но…такой возможности у нас сейчас нет… И я ставлю себя на твое место, и понимаю, что нет другого выхода. Так что я сделаю тебе кофе с одной таблеткой. Ну и две на вечер. Только это – последний раз, милая. Потом у нас будет полгода – я же правильно помню, у тебя до мая концертов нет? - Да… - Ну вот. Полгода на то, чтобы как следует полечить тебя. - Мэйсон… не знаю. Неправильно это все… - Да. Это не просто неправильно, это ужасно, Кэлен. Но – у тебя есть другие варианты? Можешь ты как-то иначе сейчас себя взбодрить? Ты вон даже целоваться со мной не хочешь… - Да я ни не хочу… я не могу… Кара, ты не принимай на свой счет. - И не думала даже. Я не обижаюсь, если ты об этом. Милая, говорю же – я была на твоем месте. Я очень хорошо понимаю, что с тобой сейчас. Представляю, что мне надо выйти на бой уровня Чемпионата страны, а у меня пустота внутри… И нет ни сил, ни желания, ничего… и отказаться нельзя. Как же придется себя изнасиловать тогда! Просто в хлам. При этом толку не будет… Безысходность. Это жутко. - И все-таки, Кара… снова ЛСД? Ты уверена? - ЛСД только сегодня, в последний раз. И я ни в чем не уверена, милая. Я просто выбираю меньшее из двух зол. Подозреваю, дозу наркотика ты себе простишь, принцесса. А вот срыв концерта… простишь? - Никогда! Легче умереть… - Вот я как-то так и подумала… - Кара… я даже не знаю, что сказать… - Ничего не говори. Лежи. Свернись комочком, как хотела, и лежи пока, - поцеловала её, выбралась из постели. – Пойду, приготовлю кофе. - Мэйсон… я люблю тебя. - Я знаю. *** Прозрачный пакетик с тремя маленькими сероватыми таблетками обнаружился на прикроватной тумбочке. По пути на кухню Мэйсон завернула в каминную, показала его Кэлен: - Они? - Да… - Хорошо. Потерпи, милая, я скоро. Кэлен только протяжно вздохнула и накрылась одеялом с головой. В той же позе Мэйсон застала её, вернувшись с кофе. Присела рядом, погладила по плечу: - Принцесса, не спишь? - Нет… - Пить будешь? Кэлен снова вздохнула. Кара легонько сжала её плечо: - Не хочешь? Кэлен откинула одеяло, повернулась на спину и посмотрела Мэйсон в глаза: - Самое страшное, Кара, что хочу. Самое страшное, что я обрадовалась твоему предложению. И сейчас лежала и боялась только одного: что ты передумаешь. Или что ты пошутила. Или что обманула меня, чтобы выманить таблетки… - Милая, если бы ты иначе реагировала, я бы, пожалуй, забеспокоилась, - Мэйсон усмехнулась, протянула ей кружку. – Я бы заподозрила, что Лорен ошиблась, и твои состояния все же вызваны не наркотиком… Ладно, принцесса, хватит нам уже эту тему мусолить. Пей. Пойду, себе тоже налью. - А чего сразу не приготовила? – Кэлен села, приняла у неё кружку, сделала маленький глоточек. - Побоялась перепутать, - Мэйсон потянулась к ней, прикоснулась губами к щеке. – Вкусно? – Спрашиваешь! Твой кофе – это что-то! Нигде я вкуснее не пила. А я так-то кофеман! - Подозреваю, что ты ко мне очень необъективна, принцесса… ко мне и к моему кофе. Но мне приятно. Пей. Я сейчас. Кара снова ушла на кухню, повозилась там, вернулась с еще одной кружкой, села напротив. Кэлен подняла на нее глаза: - Мэйсон, ты не жалеешь? - О чем? - Об этом, - и продемонстрировала ей свою кружку. - Нет, - Кара качнула головой. – У меня вообще нет привычки торговаться за лучшее прошлое. - Что делать? Ты о чем это? - Ну, знаешь, как часто бывает… примет человек решение, или сделает что-то… а потом начинает мучиться: а вот если бы я поступил иначе? Если бы решил по-другому? А если бы я этого не сделал?.. Ну и так далее. Вот это я и называю – торговаться за другое прошлое. Я ведь уже это решила, сказала, сделала. Даже если секунду назад – это уже прошлое, его не изменить. Я уже решила приготовить тебе этот кофе с ЛСД. Уже приготовила. Уже принесла. Это сделано. Это уже не изменить. Так какой смысл думать, а что было бы, если?.. Какой смысл жалеть? Какой смысл тратить время и силы на эти пустые переживания? Если честно, даже не понимаю… Это же все равно, что вот встать сейчас у окна и орать на дождь, чтобы он немедленно прекратил свое мокрое дело и вообще убирался отсюда! Кэлен хихикнула, восхищенно покачала головой: - Мэйсон… откуда ты только это все берешь? - В основном, отсюда, - Кара постучала указательным пальцем по лбу. – Я люблю наблюдать… за собой, за другими, анализировать, размышлять. Всегда любила, с детства. - А еще говорят, спортсмены все тупые… Любовь моя, значит, ты никогда ни о чем не жалеешь? - Да, давно уже. Много лет. - И не жалеешь, что со мной связалась? Мэйсон как раз подносила кружку к губам, да так и замерла на полпути. Чуть склонила голову к плечу, уставилась на Кэлен тяжелым взглядом: - Уверена, что мне нужно отвечать на этот дебильный вопрос, принцесса? Кэлен улыбнулась робко, грустно: - Кара… мне просто кажется, что в эти две недели я только и делаю, что порчу тебе жизнь… - Или добавляешь в неё смысла… - Что? Да ладно, можно подумать, до меня твоя жизнь была бессмысленная… - Может, и не была, - Мэйсон вылила в себя последний глоток кофе, поставила кружку на пол и откинулась назад, вытянулась на спине. – Но ты совершенно точно внесла в нее новый смысл, милая. Более глубокий, чем все, что было раньше, все, чем я жила до тебя. Кэлен тоже допила, поставила пустую кружку на пол. Забралась на Кару, села ей на низ живота, заглянула в лицо со счастливой улыбкой: - Ты мое чудо… - поёрзала, устраиваясь удобнее. - Не тяжело? - Не, - Кара устроила ладони на её бедрах. – Своя ноша не тянет, знаешь же. А ты ожила, я смотрю, любимая? - Да! – и принялась рисовать кончиками пальцев по животу Мэйсон. – Кара, а я ведь тебе вот такая нравлюсь… - Какая? - Ну… оторва, - и улыбка стала еще шире, глаза заискрились. - Мне нравится, когда ты улыбаешься, принцесса. Но вне зависимости от того, что ты делаешь, что с тобой происходит – смеешься ты или грустишь, злишься или радуешься, ты – это все равно ты. Ты остаешься собой. Той, которую я люблю. - Кара… - Кэлен улыбается, кладет ладони на её живот. – Умеешь же ты говорить… просто бальзам на сердце. Но согласись, такая вот веселая, живая, радостная… такая вот оторва - я только под кайфом. - С чего ты это взяла? - Мэйсон, ты меня будто не видела в последние дни, да? Унылое, депрессивное г… - Стоп, - Кара вытянула руку, приложила указательный палец к её губам. – Девушку мою любимую не обзывать. Слушай, ну вот представь, человек заболел, лежит с температурой, даже «Мяу» сказать не может… По телевизору показывают очень смешное шоу. А он смотрит и не смеется. И что, ты решишь, что у него нет чувства юмора? Или что он унылое говно по жизни? - Я поняла… поняла, Мэйсон. Думаешь, я и без ЛСД когда-то буду такой? Такой, как сейчас? - Еще живее будешь. Точно знаю, любимая. На собственном опыте. - Да? Ладно, поверю тебе на слово, счастье мое. Кара, а который час вообще? - Не знаю… но судя по звукам, которые издает мой желудок, время обеденное… - А мы с тобой еще даже не умывались… поросята. - Поросята, - Кара улыбается. Улыбается, несмотря ни на что. Да просто невозможно удержаться от улыбки, когда Кэлен смотрит такими счастливыми глазами. - Пойдем в душ, Мэйсон? – и медленно скользит руками по её телу, от живота – вверх, к груди… задерживает на ней ладони, поглаживает, ласкает пальцами. - Пойдем… принцесса, - Кара чуть прогибается, прижимается к её рукам. - Только потом… после… напомни, что умыться мы тоже хотели…