Третья Сила

Бинты ложатся ровно, закрывая от глаз разорванную плоть. На первых слоях тут же проступают красные пятна – несмотря на все усилия, кровь продолжает сочиться из ран со странными неровными краями, словно плоть не разрезали, а разрывали. Ямада отводит глаза и начинает собирать окровавленные полотенца, складывая их в металлический ящик – раны пришлось стягивать вручную, зашивая, и только потом заживляя. И уже после этого Унохана-тайчо начала накладывать повязки. Кто же мог сделать такое?.. - У нее очень сильная воля, - мягко произносит Унохана, отрывая Ханатару от раздумий, – и тяга к жизни. А это иногда гораздо важнее, чем все медикаменты. Паренек только несмело кивает, по-прежнему не глядя на девушку. Он и так знает, ее лицо сейчас неестественно бледное, под цвет простыни на кровати, и цветного на нем только темные круги под глазами и уже налившиеся багровым кровоподтеки. - Ханатару, нужны еще бинты. - А? Хай! – Паренек поспешно вскакивает. – Вот, Унохана-тайчо! - Аригато. Девушка лежит на боку, потому что положить ее иначе нет никакой возможности – по левой стороне спины протянулись две рваные полосы, еще одна пересекла наискосок ключицу, перескакивая на плечо и спускаясь к локтю. Словно кто-то полоснул огромными когтями. Когда женщина начинает накладывать повязку, четвертый офицер, даже находясь в бессознательном состоянии и под действием анестезии, сильно вздрагивает от боли, так, что пареньку приходится ее держать, то и дело отводя глаза от обнаженных участков тела. Хорошо, что переодевала ее лично Унохана-тайчо с помощницами, а его позвали уже тогда, когда началась обработка ранений. - Ханатару, поменяй, пожалуйста, повязку на животе и руке. Только обработай перед этим раствором из синего флакона. - Хай! Ямада достал новые перчатки, натянул на ладони, а старые, почти полностью измазанные уже подсыхающей кровью, кинул рядом с использованными бинтами. Рана на животе оказалась ровно в том же месте, что и в прошлый раз – в этом седьмой офицер был уверен, потому что помнил, как заживлял ее. У него было такое чувство, будто ее нанесли спланировано – удар пришелся ровно по незажившему еще от прошлого поединка рубцу. Неужели, это один и тот же противник?.. Ханатару закрепил концы бинтов, сосредоточился, и его руки засветились призрачным зеленоватым светом – лечение продолжилось. *** - Рейн-сама, могу я спросить? - Да. - Почему вы отпустили того шинигами? - Кто-то должен был сообщить о битве в Сейретей. - Но зачем об этом должны были узнать в Сейретее? - В отличие от вас, я нанес той шинигами несколько смертельных ран. Кто-то должен был вызвать помощь. - Рейн-сама, эта шинигами так важна, что вы который раз отправляетесь с ней на поединок, но не убиваете? - Слишком много вопросов, Аро. - Приношу свои извинения. *** Настроение у лейтенанта одиннадцатого отряда всегда было радужным. Даже если в Обществе Душ творилось черте что, с лица Ячиру не сходила неизменная лучезарная улыбка. Причина ее вечной радости сейчас лежала на крыше штаба, заложив руки за голову и лениво покачивая ногой. В один прыжок поднявшись к Зараки, Кусаджиши радостно плюхнулась рядом и заглянула в лицо друга: - Кен-тян! Кен-тян! - Чего тебе, Ячиру? – говорил Кенпачи так же лениво, как и покачивал ногой. Ему было скучно. Арранкары в Сейретей после того случая у Академии не совались, предпочитая действовать скрытно и нападать исподтишка. Наверное, стоило тогда врезать этой девчонке, чтобы не перечила, и развлечься с синеволоской. - Разве мы не навестим Райз-тян? Зараки недоуменно покосился на девушку: - С чего это я должен ее навещать? - Она - офицер отряда Кен-тяна, - вполне логично сказала лейтенант. – К тому же там лежат Иккаку с Юмичикой! Мужчина вздохнул. Зная Ячиру, можно было сказать, что полежать ему больше не дадут. - Ну, если только Иккаку с Юмичикой. – Кенпачи поднялся с черепицы. Сунул катану за пояс. – Пошли, Ячиру! Лейтенант ловко взлетела на его плечо и удобно там устроилась. - Вперед! – Ячиру вытянула маленькую ручку в сторону. – Кен-тян, я знаю короткий путь к четвертому отряду! - Что-то я сомневаюсь. С твоими короткими путями мы вечно теряемся, - хмыкнул Кенпачи. - Нет-нет, - заверила его Кусаджиши. – В этот раз все точно! Капитан только вздохнул. Спорить с Ячиру было себе дороже. - Так и быть, - произнес капитан. – Показывай, куда идти. - Туда! – Пальчик ткнул куда-то неопределенно налево. - Точно? – с недоверием спросил Зараки, смутно чувствуя, что они явно заблудятся в ближайшие пять минут. - Да, Кен-тян, туда! – с энтузиазмом подтвердила лейтенант. Кенпачи почесал затылок и послушно пошлепал в указанном направлении. Дверь распахнулась с таким грохотом, что Мадараме, до этого момента мирно спавший, резко вскочил, рефлекторно нащупывая меч, но почти тут же, ругаясь, схватился за плечо. Признаться, он не ждал гостей, да еще и таких. - Тайчо? - Привет, яйцеголовый! – Лейтенант тут как тут сидела на плече капитана и весело махала рукой. - Фукутайчо, я же просил вас, не называть меня так! Особенно при капитане! – прошипел офицер нервно. Повернулся к капитану. – Тайчо, я не думал, что вы придете сюда! - Я пришел бы еще раньше… - Но мы потерялись! – весело перебила Зараки Ячиру. – Поэтому пришли немного позже! - Немного?! Да мы полдня бегали по Сейретею! - Кен-тян сам виноват! – обиженно надулась лейтенант. - Я виноват? – удивился Кенпачи. – Ты мне упорно доказывала, что знаешь короткий путь! В итоге этот «короткий путь» растянулся на весь Сейретей! Иккаку хмыкнул и тихонько пробурчал, что этого следовало ожидать, потому что у капитана с лейтенантом топографический кретинизм. Недовольная Кусаджиши тут же прыгнула на стол и от души хлопнула мужчину по голове ладошкой, второй рукой схватив его за щеку и больно потянув. Мадараме попытался отодрать от себя разозленного лейтенанта, но та увернулась и чувствительно попрыгала на раненом плече, заставив Иккаку взвыть от боли. Ячиру ловко запрыгнула на плечо Кенпачи, где села с независимым видом. - Здорово тебе досталось, - произнес Зараки. - Да, неплохо. – Мадараме пошевелил плечом. – Но по сравнению с тем, что стало с Кисарой… Ее противник сам дьявол. - Он… силен? - Да. - Насколько? - Очень. Кисара дралась в полную силу, а он уделал ее, даже не высвобождая меча, более того – даже не вытащив его из ножен. - Вот как? Ты сражался с ним? Иккаку отрицательно покачал головой. - Он был не один. С ним были какие-то наглые парни, не давшие даже приблизиться к нему. Такое чувство, что они специально мешали мне и Юмичике, чтобы Райз достался тот синеволосый урод. - Синеволосый? – Капитан недоверчиво поднял бровь. – Тот самый, что тогда появился у Академии? Мадараме кивнул и откинулся на подушки. - Он все рассчитал. Специально напал на разведгруппу, создавая видимость того, что дезертиры узнали о готовящейся операции, чтобы заставить отряд ликвидации срочно выдвинуться, не дожидаясь поддержки. Вот только откуда он узнал, что его возглавляет именно Кисара?.. Зараки привалился к косяку, скрестил руки на груди и проницательно взглянул на своего офицера: - Ты уверен, что он об этом знал? - Все на это указывает. Они поджидали именно ее. Более того, все устроили так, чтобы никто не помешал сражению Райз с этим синеволосым. А когда с Кисарой было покончено, они тут же смылись обратно в Хуэко Мундо. - Думаешь, среди нас есть предатель? Мадараме неопределенно пожал плечами. Отвечать на этот вопрос не хотелось. От одной мысли, что среди шинигами снова завелась крыса, становилось муторно и противно. Ксо, да сколько же еще их будет… Не успели с одними разделаться, так почти тут же появились другие. Самое неприятно было в том, что предателем мог оказаться абсолютно любой, вне зависимости от ранга и пола. Даже тот, кому привык безоговорочно доверять. - Кисаре сильно досталось? – вдруг поинтересовался Зараки. - Да, – хмуро подтвердил офицер. – Тайчо, если он столько раз сражался с Райз и не убил, хотя спокойно мог, то он преследует какие-то цели, связанные с ней. Я уверен, что он появится еще раз, как только Кисара придет в норму. Рот Зараки растянулся в ухмылке, тут же превратившейся в оскал. Кивнув Мадараме, Кенпачи вышел. - Пока, яйцеголовый! – на прощание помахала рукой лейтенант, снова пребывая в радужном настроении. – Кен-тян, а теперь мы к кому? – послышался ее удаляющийся голос, оставив третьего офицера в одиночку кипеть от злости. *** Первой в палату, где лежала девушка, вбежала Ячиру, поэтому дверь была открыта по-человечески. За ней уже прошагал Кенпачи, громогласно провозгласив: - Йо, Кисара! - Зараки-тайчо, не шумите, пожалуйста! Кисаре-сан сейчас нужен отдых! – попросил темноволосый паренек. Было видно, что он отчаянно трусит – капитан одиннадцатого отряда пришел, как-никак! – но старается держаться уверенно и настойчиво. Кенпачи повернулся к Ячиру и, кивнув в сторону паренька, поинтересовался: - А это еще что за клоп ушастый? - Это седьмой офицер четвертого отряда - Ямада Ханатаро, – важно изрекла Ячиру. – Он Райз-тян лечит. - Да? Ну, пусть дальше лечит, - милостиво согласился Зараки. – Эй, Ямада, или как там тебя, что с Кисарой? Паренек кинул короткий взгляд на раненую и погрустнел. Ячиру, подбежавшая к кровати и запрыгнувшая на ее край, оглянулась: - Кен-тян… Милое личико стало серьезным и чуточку печальным. Кенпачи подошел ближе. Его четвертый офицер с закрытыми глазами вытянулась на кровати. Бледная, сама не похожая на себя. Лицо искажено мукой, грудь вздымается от тяжелого частого дыхания. В небольшом вырезе белого кимоно виднеются бинты, они же покрывают руки девушки до кончиков пальцев, скрывая раны и гематомы. Черные кончики волос придают резкий контраст и кажутся неуместными кляксами на белых простынях. Словно кто-то стряхнул чернила с кисти. - Прав был Иккаку, - задумчиво протянул Кенпачи, поморщившись от резкого запаха лекарств. – Ее противник действительно очень силен. - Кен-тян хочет повеселиться? – догадливо спросила Ячиру, снова лучась радостью и весельем. - Не помешало бы. В последнее время совсем скучно стало, а Ичиго что-то не заглядывает, - хмуро ответил Кенпачи. – И это при том, что он стал чудовищно сильным! – Сокрушенно вздохнув, Зараки сграбастал притихшего Ханатаро за ворот кимоно: – Ямада, давай хорошо лечи моего офицера! Чтобы скоро она снова была на ногах! Понял? - Х-хай, З-зараки-тайчо! – заикаясь, поспешно подтвердил Ханатаро.