Третья Сила

Арранкар довольно прищурился, улыбнулся, предвкушая что-то интересное. - Капитан? Давненько я хотел встретиться с капитаном! – протянул он. - Поверь, зря, потому что эта встреча станет последней в твоей жизни. – Рука капитана вытянута в сторону параллельно земле. – Взметни пепел, Сэйко! И вспыхнувший серебряными волнами черный клинок, в доли мгновения возникший в ладони. Последнее, что Рэйдзен успел увидеть, это изумленный взгляд арранкара, так и не успевшего осознать свою смерть, когда силуэт капитана на миг выпал из поля зрения, чтобы возникнуть уже за спиной врага. И кровь, фонтаном брызнувшая из тела того, кто несколько минут назад был так уверен в своей силе. ___________ Я разжала пальцы, чувствуя, как тает в ладони рукоять, растворяясь в воздухе черными клочьями тумана. За спиной соткались тут же потяжелевшие ножны, через грудь протянулась перевязь – высвобождение занпакто было окончено. Сила уже не растекалась горячей волной по телу – снова задремала, свернувшись в теплый клубок где-то возле сердца. Признаться, я не была уверена в том, что смогу высвободить занпакто – у меня восстановилось не так много сил после отравления, как хотелось бы. Повезло, что арранкар попался слабенький совсем, да еще и расслабился, решив, что в полную силу может не сражаться. Поэтому его серо лишь немного обожгло мне ладонь. Неприятно, но не смертельно. Троица за спиной уже поднялась на ноги. У одного юноши рассечен лоб, второй держит на весу правую руку, но все, в том числе и Каори, крепко сжимают обнаженные клинки. - Ты ранена? – в глаза бросается темная струйка, протянувшаяся от уголка рта по подбородку, еще свежие пятна на белом ученическом кимоно. Но вместо ответа я слышу вопрос: - Ты… уже капитан? - За это надо благодарить Укитаке-сана, - криво усмехаюсь я. Непонимание в серых глазах подруги только усиливается. – Долго объяснять. Я потом расскажу. - Но ведь у девятого отряда нет капитана… Тихий шепот красноволосого парня, который, судя по всему, и был главой старшекурсников, не укрылся от меня. - Теперь есть, - сухо констатировала я. Повернулась ко второму шестикурснику: - Дай посмотрю. Он послушно подошел ближе. Я осмотрела его руку, осторожно ощупав уже начавшее опухать запястье, от чего паренек легонько вздрогнул – больно. - Ничего страшного, обычный вывих, - сообщила я, а потом, особо не церемонясь, с силой дернула, одновременно легонько поворачивая. Он даже не вскрикнул, лишь отчетливо скрипнул зубами от резкой боли, но через секунду уже недоуменно заморгал глазами. - Лучше? – поинтересовалась я. Неуверенный кивок, попытка поблагодарить по всем правилам этикета, но я уже теряю к нему всякий интерес – рядом, припав на одно колено, возникает мой, да, уже несколько часов как мой, третий офицер. - Кисара-тайчо, Пустые уничтожены. Третьекурсники найдены и направляются сюда в сопровождении лейтенанта Хисаги. - Потери? - Трое наблюдателей, контролировавших сектор на время тренировки. Среди учеников потерь нет. Вижу, что Каори хочет что-то сказать, спросить, но вместо этого лишь благодарит меня поклоном и фразой «Аригато, Кисара-тайчо!». Молодец, девочка, поняла, что теперь просто так называть меня по имени не удастся – не стоит допускать такие вольности перед своими подчиненными, капитан... Я с трудом сдержала ухмылку, грозившую перерасти в довольно-таки истерическое хихиканье. Сделайте серьезное лицо – вам нельзя позволять такие выражения физиономии при подчиненных, Кисара-тайчо! Из-за поворота показались люди – а вот и ученики. Сбились в кучку, испуганно оглядываются, похоже, до сих пор в шоке. Я нахмурилась, уже готовая сказать что-то резкое, но с губ неожиданно сорвалось совсем другое. - Вы молодцы, ребята. – Теплота в голосе неожиданна даже для меня. – Не бойтесь, все уже закончилось. – Поворот к настороженной троице: - Выйти против арранкара будучи учеником Академии – для этого требуется мужество. Спасибо, что защитили остальных, пока мы не пришли. Я улыбнулась ребятам, коротко кивнула на прощание, чувствуя облегчение – все обошлось. А еще я чувствовала бессильную ярость. Эта сволочь, как и говорила, могла в любой момент приняться за Каори, и я не могла этому помешать. Пока сестра Хирано не закончит Академию, у меня не будет возможности за ней приглядывать. Можно, конечно, после экзаменов взять ее к себе в отряд, если я к тому моменту еще буду капитаном, но это тоже не выход из ситуации – эта сволочь все равно сильнее меня, да и если он захочет снова надо мной поиздеваться, Каори, находясь рядом, может попасть под удар. Как вариант, можно попросить об услуге Киораку-тайчо, не думаю, что он будет против еще одной симпатичной девушки в своем отряде. И уж тогда эта тварь не посмеет сунуться к младшей Хирано – против капитана восьмого он не пойдет, я точно знаю. Да, нужно попробовать. Вдруг получится как-то сократить срок обучения и для Каори тоже. - Возвращаемся! Каин, открывай проход. - Хай. Серебристо-стальное лезвие в руках моего третьего офицера входит в пространство. Легкий поворот: - Откройся! И ослепительный свет, хлынувший из открывшихся дверей. Демонические бабочки тенями появились из его глубин и закружились вокруг каждого. Повинуясь моему молчаливому приказу, Каин первый вошел в проход, за ним потянулись ученики, я же сопровождаемая лейтенантом, вошла последней. - Кисара-тайчо, может, стоило вызвать четвертый отряд? – холодно поинтересовался Хисаги, но я промолчала, неспешно выходя из Сейканмона в Сейретей. – У нас есть ра… Хисаги резко замолчал, увидев невысокого паренька, неловко переминающегося с ноги на ногу, еще несколько человек ждали неподалеку. - Кисара-сан, ой, Кисара-тайчо, - тут же поправился паренек, робко глядя на меня, - нас послала Унохана-тайчо по вашей просьбе. Вы передали, что есть раненые… Я ободряюще ему улыбнулась. Бедняга, кто же его так запугал, что он все время дрожит как лист на ветру и шарахается от собственной тени… Вот и сейчас, вроде робко улыбается в ответ, а глаза испуганные-испуганные, и сам зажатый, словно в любой момент ждет удара. К сожалению, далеко не все шинигами полны благородства и чести – есть и такие, кто только и ждет случая поиздеваться над слабым, показывая свое превосходство. В какой-то мере, мы все обычные люди, подверженные обычным страстям и эмоциям. И, как и люди, мы тоже можем быть моральными уродами. Продолжая тепло улыбаться Ханатаро, я подтолкнула Каори и двух старшекурсников к членам четвертого отряда, стоящим неподалеку: – Осмотрите их. Кажется, ребятам хорошо досталось. Одному я запястье вправила, обычный вывих был, но вдруг есть другие повреждения. К сожалению, наблюдателям из числа рядовых шинигами повезло не так сильно, как ученикам – они все получили серьезные раны, часть из которых вполне могла оказаться смертельной. Сейчас их должна была осматривать вторая группа, которую я вызвала сразу в Генсей. Я взглядом попрощалась с обернувшейся Каори. Будем надеяться, арранкар не успел ей сильно навредить. Сестра Хирано стала намного сильнее. Дело даже не в количестве реяцу, нет – в стальном стержне внутри. Куда-то исчезла та мягкость, которую я так привыкла в ней видеть. Ее заменила собранность и спокойствие, решимость. Кажется, сестра Сайто тоже сильно изменилась за эти десять лет… - Кисара-тайчо, - начал Хисаги, когда мы направлялись обратно в казармы - я… - Хисаги, - ровно произнесла я, не сбавляя шага, - я не спорю, что, возможно, слишком молода и неопытна для капитана. Но не надо делать из меня совсем дуру. Хисаги вздрогнул, а потом поклонился: - Простите, Кисара-тайчо. Во дворе девятого отряда, все никак не привыкну называть его своим, было пусто. Ни души. Логично, ведь сейчас стоит глубокая ночь, и все, кроме патрульных, уже видят десятый сон, мирно похрапывая в подушки. Вот только мы своего капитана ждали до конца, наплевав и на ночь, и на дождь, и на все остальное – весь отряд орущей толпой торчал у ворот, дожидаясь, когда появится громадная фигура Кенпачи, вернувшегося с задания Командира, и приветствовали его и веселого лейтенанта радостными воплями. И были жутко счастливы, заслужив немного хмурый взгляд и широкий оскал. Я тихонько хихикнула и, не выдержав, рассмеялась, с каким-то отстранением думая, какая же я наивная. Надо бы запретить себе надеяться и уяснить, что отношения с отрядом придется налаживать очень-очень долго. - Кисара-тайчо… Я резко обернулась, тут же оборвав смех – несколько моих подчиненных стояли в паре шагов, с ужасом глядя на меня. - Вы в порядке, Кисара-тайчо? – осторожно поинтересовался один из них, кажется, мой десятый офицер. - В полном, - заверила я, глядя на их настороженно недоверчивые лица. – А вы чего не спите? - Мы решили дождаться вас, тайчо. Это было так неожиданно, что некоторое время я огорошено молчала. Похоже, не весь отряд против меня на должности на капитана?.. - Спасибо, - поблагодарила я спокойно и мягко, радуясь, что голос не дрогнул. Я должна быть сильной в глазах своих подчиненных, чтобы они могли верить мне. - Как все прошло? – Вопрос офицера прозвучал как-то несмело, осторожно. Но при этом в нем не было наигранности и фальши, которую я так боялась услышать. - Хорошо. Среди учеников потерь нет. А теперь идите спать, остальное узнаете завтра. - Желаем хорошо отдохнуть. – Они поклонились и ушли. Я посмотрела им вслед – всего пара вопросов, но мне стало намного лучше и спокойнее. Я чуть больше поверила в то, что правда смогу выдержать тяжесть этой должности. *** Новой попойки, устроенной Матсумото, избежать не смог ни один лейтенант, и через несколько часов мужская половина была пьяна в стельку. Абараи, наконец закончивший петь песни и рассказывать похабные анекдоты под хихиканье лейтенанта десятого отряда, звучно храпел, завернувшись в ковер и обняв кувшин с сакэ. Попытавшийся отобрать его Изуру метко получил пяткой в глаз, причем, как Абараи ухитрился это сделать, понять не смог никто, даже находившиеся в трезвом состоянии девушки. Трезв был и Хисаги – он уже приобрел некоторый иммунитет и пьянел не так быстро. Сейчас он хмуро сидел на крыльце с невесть как затесавшимся на вечеринку Иккаку. - Слышал, у вашего отряда уже было задание? – Иккаку откинулся назад, опираясь спиной на стену. Хисаги кивнул: - Происшествие в Генсее. - И как вам новый капитан? Мрачный взгляд лейтенанта был красноречивее любых слов. - Я не понимаю, как Командир сделал ее капитаном. Да она же в составе Готэй-13 всего ничего, за такое время в лейтенанты нельзя назначать, не то, что в капитаны. Молодая, неопытная… Разве она сможет управлять отрядом? - Вот здесь вы не правы, Хисаги-сан, - внезапно возразил офицер. – Да, она молода. Но когда это мешало? Я знаю Кисару не так давно, но кое-что о ней понял. Для нее слово «долг» - не просто пустой звук. Ей доверили ваш отряд, и, будь уверен, она в лепешку разобьется, но доверие оправдает. Хисаги-сан, даже если отряд будет ее ненавидеть, даже если все откажутся от нее, она никогда не откажется от отряда и будет защищать вас до последней капли крови, уж я-то знаю. - Да, она так и сказала. - Дайте ей немного времени, Хисаги-сан, - Иккаку был серьезен, как никогда. – Она сможет стать тем капитаном, которого вы ждете. Тем более, - он вдруг хмыкнул, - она протеже Укитаке-тайчо и Киораку-тайчо. А если уж эти двое в ней что-то разглядели… Хисаги только вздохнул, откидываясь на теплые доски и глядя в темное небо. Кто знает, может, офицер Зараки и прав – стоит дать их новому капитану шанс и чуть-чуть подождать. Сегодня, вроде, Кисара-тайчо показала себя с лучшей стороны. Там, на грунте, ему вдруг стало на миг страшно, когда он увидел полный яростной ненависти взгляд капитана, брошенный на врага, словно в ее облике вдруг промелькнули черты дикого зверя. И после этого он совсем не мог представить, что их капитан может так тепло улыбаться, подбадривая и вселяя уверенность в тех, кто слабее. Лейтенант чуть прищурился, провожая взглядом полетевшую вниз звезду. Время, нужно время. Вдруг судьба решит, что хватит с них испытаний, и нового предательства не будет?.. *** - Ичиго-о-о! Уже привыкший к тому, что вместо будильника утром раздается вопль отца, Ичиго даже не поднял голову с подушки. Раздраженно нахмуренные брови, вытянутая нога – и сдавленное «ой-ей» любящего родителя, получившего прицельный пинок. Впрочем, глава семьи быстро реабилитировался, через несколько секунд подскакивая к кровати и продолжая сцену «Отец будит любимого сына в школу». Любимый сын заботы не оценил, которая, впрочем, тоже довольно сильно отличалась от обычной, о чем легко можно было догадаться, глядя на планирующие на пол перья от разнесенной ударом ноги подушки. Поэтому отец со всей «любовью» получил в подбородок от мгновенно разозленного Куросаки-младшего, а после метким пинком был выкинут из комнаты. - Черт, - Ичиго раздраженно хлопнул дверью. – Был капитаном Готэй-13, а ведет себя… - Не найдя достойного сравнения, Куросаки повернулся к шкафу: - Эй, Ру… Занесенная для стука рука замерла и опустилась – Ичиго вспомнил, что последнее время Рукия ночевала в комнате его сестер, а еще мгновение спустя вспомнил, что она вернулась в Общество Душ. Настроение, не испорченное даже выходкой отца, мигом упало куда-то вниз и забилось под шкаф. Куросаки со вздохом стянул через голову майку, вытаскивая из шкафа черную футболку под белую рубашку школьной формы. Покидать учебники в сумку было минутным делом. Телефон – в карман, часы – на запястье. Взглянув на дату на циферблате, Ичиго нахмурился еще сильнее – прошло уже несколько дней, а от Кучики не было никаких вестей. Где же она?.. Наверное, это нормально – у сестры Бьякуи после назначения на должность лейтенанта должно быть полно работы даже без всяких происшествий. Но Ичиго все равно не мог успокоиться. Ему всегда было некомфортно, когда Кучики-мадшая выпадала из поля зрения, а уж когда она возвращалась в Сейретей… - Онии-чан, завтрак готов! – Младшая сестра в веселеньком фартуке и с неизменной поварешкой в руке уже расставляла тарелки. – Садись за стол, а то опоздаешь в школу! - Извини, Юзу, я не буду завтракать. - Почему? – мигом огорчилась девочка. - Просто не хочу… - начал было парень, но был перебит второй сестренкой: - Разве не ясно, Юзу? Все из-за того, что Кучики вернулась в Общество Душ. - Урусэ, - хмуро буркнул Ичиго не в меру догадливой Карин. – Просто я не голоден. Карин лишь хмыкнула в ответ на явное вранье старшего брата - после того, как Рукия вернулась в город Ангелов Смерти, настроение брата не понималось выше отметки «так себе», при любом случае мгновенно падая до уровня «не подходи - убьет!» - Удачного дня, Ичи-нии, - пожелала она Ичиго. Брат вяло помахал рукой на прощание, выходя за дверь. Уже в школе, услышав за спиной громкий, до жути похожий на отцовский вопль, Ичиго инстинктивно шарахнулся в сторону. Не ожидав такой подлости, мимо по инерции пролетело что-то в школьной форме. - Ичиго, почему ты уклонился?! – возмущенно наехал на Куросаки поднявшийся с пола парень, который и оказался этим «что-то». - Прости, Кейго, - без особого раскаяния произнес Ичиго. – Рефлексы сработали. - Какие рефлексы могут заставить уклониться от объятий лучшего друга?!! - Кейго, ты опять шумишь на всю школу, - произнес подошедший паренек, закрывая книжку и убирая ее в сумку на плече. – Охайе, Ичиго! - А, привет, Мизуиро. - Ты сегодня рано, - заметил одноклассник. Притихший Кейго закивал, соглашаясь с другом. - Да? Я и не заметил,- рассеянно отозвался Ичиго, стараясь идти своим обычным шагом. Однако ноги сами пошли быстрее, когда впереди показалась дверь класса. Может, вернулась?.. Надежды не оправдались. Куросаки скинул сумку на парту, возле которой уже стояли Чад с Исидой, незаметно взглянул на соседнюю, за которой обычно сидела подруга. Пусто. За спиной послышался шум отъезжающей двери, а Ичиго уже вскочил, резко оборачиваясь, в какой-то немного отчаянной надежде, что в проеме появится невысокая хрупкая фигурка, хитро взглянет фиалковыми глазами из-за упавшей на лицо черной пряди и сладко пропоет: «Охайе годзаимас, минна-сан!» - Ты чего это, Ичиго? – удивилась вошедшая в класс коротко стриженая девушка. Парень неопределенно мотнул головой, падая на стул – это была всего лишь его соседка, Тацуки. - Доброе утро, Куросаки-кун, - произнес нежный голосок. - Доброе, Иноуэ… Рыжеволосая девушка улыбнулась. После Хуэко Мундо она, прежде такая смешная и беззаботная, теперь редко смеялась. Теперь на ее губах появлялась лишь слабая улыбка, в которой скрывались грусть и печаль, а в серых глазах появилось другое, непривычное выражение. Усталость? Или просто мудрость, обретенная в те наполненные страхом и отчаянием дни, когда ее друзья сражались на смерть, чтобы вернуть ее домой? - Орихиме! – позвала ее подруга. - Уже иду, Тацуки-тян! Не волнуйся, Куросаки-кун, - внезапно произнесла девушка, уже отходя от парты парня. – С Кучики-сан все хорошо, она скоро вернется. Изумленный парень вскинулся, но Орихиме уже стояла в окружении одноклассниц. - Что за черт, - прошептал он, облокачиваясь на парту. – Сперва Карин, теперь Иноуэ… Сговорились, что ли? - Нет, просто у тебя на лбу написано: «Жду, беспокоюсь». - Эй ты, мистер Проницательность, - хмуро начал Куросаки, однако Исида посчитал разговор оконченным и, поправив очки, снова углубился в чтение. Когда в середине третьего урока внезапно раздался вопль Пустого, Ичиго обрадовался ему, как родному – напряженное ожидание сводило с ума и не давало спокойно сидеть на месте, из-за чего вертящийся на стуле парень уже успел получить замечание от сенсея. - Сенсей, мне срочно надо выйти! И, прежде чем сенсей успела что-нибудь сказать, парень пулей вылетел в коридор под взгляды ребят, уже привыкших к причудам одноклассника, и понимающее хмыканье квинси, обменявшегося многозначительным взглядом с Орихиме и Чадом. И, лишь подбегая к не спеша шлепающему по улице монстру, до Куросаки дошло, что он забыл свое удостоверение Временного шинигами, а превратиться в Ангела Смерти без этой хренотени с черепом Ичиго не мог. Пустой же в это время заметил рыжеволосую фигуру неподалеку и, торжествующе взревев, целенаправленно понесся к Ичиго, лихорадочно соображающему, что же делать. В следующий момент сильный удар ладонью в затылок вышиб Временного шинигами из его тела. Кубарем пролетев несколько метров, Куросаки, наконец, поднялся на ноги. - Рукия! – выдохнул он. - Болван, не отвлекайся! – сердито крикнула девушка, уже находящаяся в гигае. – Он нападает! - Ты, как всегда, слишком много шумишь, - радостно ухмыльнулся Куросаки, заводя руку за спину и чувствуя, как с плеч падает гора под именем «беспокойное ожидание» Белая ткань обмотки рукояти, заменяющая ножны, послушно соскользнула с широкого лезвия, блеснувшего в лучах солнца. А в следующую секунду в воздухе начали таять темные клочья – воодушевленный Куросаки прикончил тупого монстра одним ударом. - Рукия! Девушка несколько секунд смотрела в идиотски-радостное лицо друга, а потом… - Бакайро! Куда ты дел свое удостоверение? - Я его забыл, – счастливо признался Временный шинигами. - Идиот! – От оплеухи не на шутку разозленной подруги рыжий даже не стал уворачиваться. – Как ты мог его забыть?! Черт, - с чувством произнесла Рукия, глядя на глупо улыбающегося Куросаки, - так я и знала, что стоит мне уйти, как ты обязательно вляпаешься! - Кучики-сан, не стоит так ругаться, – Исида, как всегда, выглядел спокойным и чуточку высокомерным, однако по блестящим из-за очков глазам было понятно, что квинси не может удержаться, чтобы не сделать Куросаки какую-нибудь гадость. – Этот идиот после вашего ухода места себе не находил. Бегал туда-сюда с озабоченным лицом и что-то постоянно бормотал. Поэтому… - Урусэ, Исида! – завопил Временный шинигами возмущенно, избегая смотреть на недоверчиво моргающую Кучики. - Поэтому, вы вовремя вернулись – этот болван так беспокоился, что на него смотреть было жалко, - безжалостно закончил Исида, удовлетворенно наблюдая за стремительно краснеющим лицом Куросаки. Мелочь, а приятно! - Что у вас там опять случилось? – поинтересовался Куросаки, когда Исида ушел в школу, а он сам вернулся в свое тело. Повернулся к Кучики и застыл – такой дикой смеси странного затравленного выражения, смешанного со счастьем и страхом, парень никогда не видел в глазах девушки. - Рукия?.. – Он шагнул к опустившей голову девушке. – Что произошло? -В сердце закралась тревога, разливая по телу напряжение, эхом отдавшееся в голосе. - Рукия? Девушка подняла на друга фиалковые глаза и еле слышно произнесла: - Он вернулся…