Во имя мечты

      Башня оказалась неблизко – ровно на противоположной стороне площади, и, пока мы до нее бежали, Зоро и Санджи успели отбить еще несколько атак настырных наемников, солдат и повстанцев, поругаться и снова сбросить пар в стычке. Передвигаться так споро за ними оказалось неожиданно тяжело. Как бы я ни храбрилась, попутно вытирая глаза и мокрый нос, но, кажется, простой прорехой в боку дело не ограничилось. Силы мои заметно убывали, падала скорость реакции на возникающие помехи. Держаться пока помогали собственное упрямство и адреналин, только боюсь, что и последний не сможет заставлять мой организм работать вечно.       — Теперь нам осталось взобраться по лестнице, — с небольшой одышкой сообщила Виви, когда мы добрались до места.       — К-ха, у меня острый приступ болезни «Ни-шагу-больше-иначе-я-умру», — задыхаясь, объявил Усопп и театрально завалился на землю.       — А-а-а-а!!! Усопп! Не смей умирать! — засуетился возле него Чоппер.       Прикинув примерную высоту здания и количество ступеней, которые нам предстояло преодолеть, я вполне поняла мотивы длинноносого актера: даже в куда лучшем состоянии этот подъем нельзя было бы назвать приятной прогулкой. Может и справлюсь, однако выяснять это особого желания нет, как нет на то и особой необходимости.       — Пожалуй, и я останусь. Не люблю лестницы и высоту, — оповестил друзей с моего неустойчивого плеча маленький лис. — Вы справитесь и без нас.       — Действительно, Зоро, Санджи, вперед! Задайте им жару! А мы с Чоппером приглядим за этими малохольными! — бодро подхватила Нами, взмахивая рукой, словно командир, отправляющий в бой свои войска.       — Кто бы говорил, — огрызнулся в ответ мечник.       Виви бросила на нас еще один взгляд, отрывисто кивнула и быстро скрылась внутри. Санджи и Зоро последовали сразу за ней, а я почувствовала, как с уходом принцессы меня покинула и большая часть тех сил, что до сих пор помогала держать спину прямо.       Легкое головокружение становилось все более выраженным, стена здания выглядела вполне надежной, чтобы выдержать дополнительный вес, и отказать себе в этом я не смогла. Еще пара шагов, ощущение теплой и сухой поверхности каменной кладки под правой ладонью и колкие искры под левой, закрывающей рану. Хотелось надеяться, что дополнительная энергия, сконцентрированная там, хоть как-то подстегнет мою регенерацию, но получалось не особо – внутри лишь сильнее запульсировало проснувшейся, тянущей болью. Лис тоже не отвечал: то ли был занят тем же, то ли экономил последние крохи энергии, которой оставалось слишком мало, чтобы надеяться на что-то всерьез. Резерв у меня определенно вырос, и все же сегодняшние события слишком уж его истощили.       — Момо, ты в порядке? Ты какая-то бледная, — озаботился моим состоянием маленький пушистый врач.       Я убрала руку от импровизированной заплатки и успокаивающе махнула ему в ответ, тотчас же перехватывая хвостами метнувшегося к нам сквозь песчаную взвесь мужчину. Последующий удар о стену не должен был его убить, а вот отдавшееся в руку эхо доставило мне несколько весьма неприятных мгновений.       Второго самоубийцу встретил зарядом перца в лицо Усопп.       Честно, даже не знаю, кому из этой пары не повезло больше: то, как последний взвыл, бросив меч, говорило о том, что лишить его сознания, вероятно, было бы милосердней. Хорошо, что Нами в приложении силы особо не сомневалась и быстро прекратила его мучения. А минуту спустя циферблат наверху распахнулся в сторону, и выглянувший наружу Санджи прокричал:       — У бомбы часовой механизм! Мы ничего не можем сделать!       Откуда-то сверху в образовавшееся окно спикировал сокол-Пелл. Еще десяток секунд и он показался снова, тяжело взмахивая крыльями и вытаскивая наружу едва ли не превосходящий его размерами черный шар.       Мы все следили за его полетом, затаив дыхание. Казалось, напряги слух – и за звоном мечей и криками, можно будет расслышать, как от огромной нагрузки трещат его мышцы…       Успеет. Должен успеть. У нас есть еще время в запасе.       Пелл торопился. Набирал высоту, одновременно направляясь к краю плато. Время тянулось подобно резине – и охотно, и бесконечно долго, чтобы, резко сократившись, больно ударить в ответ. И, когда фигурка сокола стала уже совсем небольшой, а темная капля бомбы упала вниз, за пределами города вспыхнуло новое Солнце.       Землю ощутимо тряхнуло. Ненадолго заложило уши и порывом ветра смело в сторону оставшийся песок. Хорошо, что я стояла у стены – это помогло не упасть, что случилось едва ли не с половиной тех, кто сражался на площади. Плохо, что необходимого нам действия взорвавшаяся бомба все равно не оказала.       Временно битва остановилась, замерла, временно, да… А потом люди стали подниматься снова, словно заколдованные, вновь поднимая оружие и с все той же ненавистью глядя на своих противников. Сливаясь воедино с ними в бессмысленном желании победить.       Война – это на самом деле страшно.       Страшно, когда вот так кричат, разжигая в себе решимость идти до конца. Страшно, когда они уже израненные бросаются в новую атаку. Страшно знать, что никто из них на самом деле и не виноват.       Что им всем это исподволь навязали.       — Остановитесь! Хватит! Прекратите сражаться! — донесся до нас с вершины голос Виви. — Пожалуйста! Не нужно больше!       Не реагируют… Не понимают или просто не хотят её слышать.       — Остановитесь! Прекратите бой! Перестаньте! — до хрипоты, срывая связки, стоя на самом краю и отчаянно пытаясь докричаться до все еще живых.       Нами бессильно сжимала в руках свой посох. Напряженно замерли, внимая словам принцессы, Усопп и Чоппер. На площади появились дозорные, и я почувствовала, а затем и заметила среди них Ташиги: она вместе со своими подчиненными в меру своих способностей и сил тоже пыталась остановить сошедшиеся в схватке войска, но остановить их всех, похоже, могло только чудо. Чудо вроде дождя, который еще только начинал собираться.       Ждать? Ждать, пока они убивают друг друга? Ради вот этого мы выиграли несколько минут?       Сил оставалось откровенно мало, всего на пару-тройку простых иллюзий, но… Остановить их не смогла даже бомба, чем я смогу их отвлечь?       Из башни появились Санджи и Зоро. Первый, не сомневаясь, бросился в бой, чтобы обезвредить, спасти хоть кого-то. За ним последовал и второй. Сорвался с места Чоппер. Что-то отчаянно выискивал в своей сумке Усопп.       Что делать мне? Что Я могу?!       Стянув с плеча лисенка, я изо всех сил сжала его рукой, усилием воли развоплощая обратно в энергетический сгусток. В ладони ненадолго стало тепло, словно я подержала её у открытого пламени.       Огонь… Веснушчатая физиономия с по-мальчишески проказливой улыбкой. Искры всех возможных цветов и оттенков, рассыпавшиеся в бархатной полутьме…       Отчетливый образ, крепко стиснутая в кулак кисть, и, выжимая из себя всё, что только еще оставалось, чувствуя, как стремительно тяжелеет и наливается слабостью непослушное тело, я выпустила на свободу вновь призванное существо. Вверх, в затягиваемое серыми тучами небо над полем, над воюющими людьми взвился дракон. Радужный… Совсем как тот, что когда-то танцевал над заливом… Огромный. Хищный… Он хлопнул призрачными, полупрозрачными крыльями, завис над битвой и зарычал так, что его стало нельзя не заметить. Когда же общее внимание сконцентрировалось на нем, пророкотал:       — Будет дождь. Ваша принцесса вернула его вам. Вам всем, глупые… люди…       Дракон исчез. Растворился, как и полагается миражу. Булыжники мостовой оказались горячими, почти обжигали кожу через тонкую ткань юбки. Сидеть помогала шероховатая стена. Похоже, я слегка перестаралась, вытягивая силы, однако все-таки получилось. Они остановились. Услышали принцессу.       Где-то далеко отозвался и поддержал её все еще живой Коза. Со стороны дворца донесся голос того мужчины, который был рядом с Виви и королем там наверху. Он тоже выжил. Гвардейцы называли его Чака…       Первая увиденная мною капля дождя упала прямо на пронзительно-синий нос вернувшегося оленёнка. В голове было пусто, звонко, и я не сразу разобрала, о чем именно он мне говорит.       — Момо, как ты? Ты слишком бледная, так не должно быть просто от упадка сил! Сколько пальцев я показываю? — спросил он, заглядывая мне в глаза, а затем продемонстрировал свое копытце.       Губы сами собой стали расплываться в неуместно-глупой улыбке. Сложив из пальцев нуль, я кое-как оторвала от земли руку, чтобы это ему показать.       Чоппер озадаченно посмотрел на свою конечность, потом все же сообразил и дернул за руку стоящего рядом Усоппа. Затянутые бинтами пальцы снайпера расплывались и подрагивали, но не смогли ввести меня в заблуждение. «Два», продемонстрированное в ответ, несколько успокоило судового врача.       Наверное, нужно было признаться, только вот не верила я, что сейчас олененок сможет помочь мне хоть чем-то, кроме бинтов, большую часть которых (если не все) он уже перевел на Усоппа. Заплатка останавливала кровь ничуть не хуже.              — Нужно уходить… Мы будем здесь лишними некоторое время, — негромко сообщил Санджи, склоняясь ко мне, помогая подняться, а после и подсаживая на свою спину.       Бережно… Аккуратно… И чего только Нами так нещадно его динамит? Такой ведь парень…       И запах табака и специй по-своему даже весьма уютен, позволяет расслабиться и немного отрешиться от проблем…       — И куда? — хмуро поинтересовался Зоро, с неодобрением взирая на нашу композицию.       Где-то в отдалении, вне обозримого пространства послышался треск, грохот разрушаемых зданий, и над городом взлетела вверх какая-то темная точка.       Почти полминуты спустя, когда она начала падать обратно, по знакомой шубе, стало возможным опознать в ней Крокодайла, а значит битва Луффи в усыпальнице королей все-таки состоялась. Зато и с направлением движения больше не возникло проблем.       Потом был не слишком долгий путь, встреча с королем, разговор с Виви, которые совершенно не отложились в моей памяти, запах моего капитана и долгая, всепоглощающая темнота.       ___       Шел дождь. От воды намокли волосы, по слипшимся прядям прохладными ручейками текло за воротник, запотевали очки, размывая всё окружающее в пятна. Хотя сейчас девушке не хотелось бы видеть вообще ничего перед собой.       — Мастер главный старшина! Ташиги-сан! Второго такого шанса не будет! Нужно брать их, пока они без сознания!       — Нет. Это приказ, — максимально твердо, стискивая рукоять меча и вглядываясь в лица тех, кто, в отличие от неё, смог остановить эту войну и спасти людей, отозвалась Ташиги. — Сейчас я никому не позволю их трогать.       В груди её сдавливало от чувства бессилия и несправедливости: пираты сделали больше, чем те, кто должен был, чем те, кому это полагалось по службе. Чем все они…       Взгляд старшины зацепился за знакомо-незнакомое лицо, и девушка прикусила губу до боли.       — Но почему?! Они ведь все здесь, можно брать их тепленькими!       — Отставить возражения! Слушать мою команду!… Рассыпаться и найти по возможности всех представителей Баррок Воркс, взять их под стражу. Пиратов Соломенной шляпы в городе обнаружено не было. Нужно продолжать их поиски. Вам все понятно?!       — Так точно! — с разной степенью уверенности донеслось от солдат.       — Выполнять!       — Так точно, мастер Ташиги! — отсалютовали они ей и неровным строем отправились прочь.       Ташиги задержалась совсем ненадолго.       Удача – это не то, что требуется настоящему дозорному, чтобы поступать правильно или твердо идти к своей цели.              Мастер-старшина морского дозора ушла, не оглядываясь. За её спиной дрогнули и чуть плотнее сомкнулись на оставленном предмете холодные пальцы.       Та, что когда-то и создала эту брошь, задышала ровнее, а из-под левой кисти пиратки перестало сочиться красным.