Во имя мечты

      Эрик прыгнул…       Черт! Он прыгнул с места, преодолевая разделяющее нас расстояние за какую-то секунду! Кайл и Басти плюхнулись назад, вроде бы не пострадав, и в это же время мороки моей команды рассыпались в кристаллическую пыль, окутывая большую часть крыши облаком и позволяя мне скрыться, но…       Я почти уверена, что он меня бы поймал!       Вот прямо так!       Сразу!       Поймал бы, если бы не Луффи.       Вполне настоящий, резиновый Луффи, который перехватил Эрика за запястье и перенаправил его полет!       Я едва сдержала восторженный вопль, больше всего похожий на визг фанатки, прикрывая ладонью рот, и, едва-едва, кое-как, временно, восстанавливая над собой контроль, проявилась снова.       — Благодарю! — со всей возможной искренностью выдохнула я, обращаясь к своему капитану, после чего, сияя, обернулась уже к толпе. — Игра начинается, дамы и господа! Удачи вам и нам всем!       Хранитель, приземлившийся на крыше гораздо левее нашего здания и, пожалуй, даже несколько дальше, чем точка старта, смерил нас с Луффи хмурым взглядом. Я с широченной улыбкой помахала ему рукой и поспешила спрыгнуть вниз уже по другую сторону ратуши, напоследок услышав «Ну что, проверим, кто из нас сильнее?!» в исполнении Монки Ди. По спине табуном побежали мурашки.       — Боже, только не носо-кровь! Только не носо-кровь!       Нами, которая ждала меня здесь же, внизу, оценив картину оседающей у стены, зажимающей нос подруги, выразилась вполне однозначно:       — Ужас! Я думала, что тебе становится легче, но, похоже, твоя болезнь только набирает обороты, — и, подцепив меня под руку, потянула в сторону ближайшего переулка. Я не особенно сопротивлялась, счастливая до того самого фанатского визга и звезд в глазах.       — Правильнее будет сказать — прогрессирует! — с воодушевлением уточнила я, воздевая к небу указательный палец.       Сверху над головами что-то пролетело, раздался грохот, словно от разрушения печной трубы, посыпались вниз осколки битого кирпича и черепицы и донеслось громкое: «А ну, стоять!».       Кричал определенно Луффи.       Я, малость протрезвела. Прижала подругу рукой к стене, под навес крыши, и накинула на нас обеих отвод глаз. И, только выждав минуты три-четыре, когда стало потише, осмелилась высунуться наружу снова, чтобы оценить обстановку.       — Может, все же стоит отложить поход по магазинам? — вдруг неуверенно спросила Нами.       — А когда? Или ты уже передумала? — всерьез удивилась я.       — Я имею ввиду, что не лучше ли будет отсидеться до вечера в тихом и безопасном месте вместе с Налой, ну, или просто отложить наш поход? — уточнила подруга.       Я задумалась, сосредоточенно потерла пальцем кончик носа и, помотав головой, решительно отказалась:       — Не-а. Это будет не честно по отношению к остальным. Да и не люблю я откладывать данные обещания на потом. Ты, кстати, придумала уже, как именно будешь сбывать свой серебряный ключ?       — О-о! — оживившись, объявила Нами и, взмахнув рукой, сжала её в кулак и резко опустила до уровня груди. — Я устрою аукцион! Думаю, это соревнование вполне удовлетворит мой взыскательный вкус! — щелкнув пальцами на последок, улыбнулась она.       — Как пожелаешь, — заулыбалась и я. — На твое усмотрение, а сейчас — Шоппинг!       — Вперед! — подтвердила навигатор, подхватывая меня подруку.       Похоже, вопрос «Стоит или не стоит» она задавала лишь потому, что хоть кому-то в нашей команде время от времени нужно проявлять здоровое благоразумие.       Кстати об этом.              Ведь казалось бы, похитить девушку, довести до белого каления волка и заставить его выйти из себя — ничего сложного. Чего тут мудрить?       Так казалось. Однако на деле, еще до обсуждения сложившейся ситуации с друзьями, я отметила для себя несколько довольно весомых, возникающих при этом вопросов:       Во-первых, даже после нескольких дней слежки я все еще понятия не имела, насколько сильно преувеличены легенды, преувеличены ли они вообще и какими именно способностями обладает Эрик.       Судя по тому, что мне удалось прочувствовать, будучи прижатой к стенке, в простой физической силе он не особенно уступает Монки Ди, если вообще уступает, а по размерам так и вовсе превосходит меня в лисьей форме раза эдак…       Да ладно! Раза эдак в два-три! А если все-таки с трёхэтажный дом? Плюс, Хранитель — это все-таки не просто волк, а волк мифический, проживший на этом свете немало лет, что тоже кое-что да должно было значить.       Во-вторых, сам город разрушать мне не хотелось. От слова «совсем». Вот совсем-совсем. Однако и здесь возникало еще одно «но», непосредственно связанное с первым, и называлось оно довольно просто — волки.       Слегка необычные за счет своих размеров лесные хищники, которые напрямую подчинялись Хранителю. Я видела это два дня назад и успела убедиться еще раз утром, когда они провожали нас до белых скал, потому как «чужим» ходить, где заблагорассудится, оказывается, было нельзя. Я в категорию «чужих» по какой-то причине не попадала, а со мной близкого к гостям статуса невольно удостоилась и вся моя «стая». Так перевел Чоппер. Так объяснил нам один из волков.       Это было неплохо, однако вряд ли сей статус мог сохраниться, начни мы бутозёрить.       А если Хранитель способен позвать кого-то еще кроме волков? Как создатель острова? Приглашать же всю эту живность в город — лишние неожиданности и проблемы, которые точно никому не нужны.       И, в-третьих, пойди я на прямой конфликт с Эриком, похитив Налу и, скажем, требуя за неё выкуп, даже учитывая его «я не бью женщин», вероятность того, что я или кто-то из моих друзей пострадает, становилась бы слишком большой: они не стали бы стоять в сторонке. Не хотели и сейчас, особенно Луффи и Санджи, а поэтому развлечение пришлось поделить на всех. ___       — И о чем ты снова задумалась? — спросила Нами, отдергивая шторку небольшой раздевалки в сторону, отчего её металлические колечки с заметным шорохом и стуком ударились о противоположную стену кабинки и издали неприятный звон.       — Ни о чем, — встрепенулась я, переводя взгляд на сестренку. За окном, куда я смотрела чуть ранее, все равно не было видно ни Луффи, ни Эрика, ни остальных ребят, однако все чаще стали встречаться люди, которые ловили кого-нибудь из прохожих за руку и с воодушевлением спрашивали его или её имя. Кое-кто так и вовсе пользовался представившейся возможностью на полную катушку, приобнимая девушек за талию и шепча вопрос им прямо на ушко, что вызывало у меня неизменную улыбку: рисковые парни — совсем не боятся получить пощечину или оплеуху чем-то серьезно потяжелее.       Вот интересно, они сами догадались, что я могу притворяться девушкой, или кто-то им подсказал?       — Как тебе? — покрутилась Нами вокруг своей оси, отвлекая меня от иных размышлений.       — Шикарно, сестренка, — ни на грамм не солгала я, оценив и обтягивающие её ноги, словно вторая кожа, джинсы со шнуровкой на бедрах, и яркий топ. — Мне уже жалко Санджи: он же весь на слюну изойдет.       — Ну, и отлично! — улыбнулась подруга и обратилась к вспотевшему от беготни продавцу. — Заворачивайте! Мы берем еще и их!       Количество пакетов, пакетиков и различных упаковок у прилавка, росло как на дрожжах. Росло и хорошее настроение навигатора. Деньги таяли, однако пока их вполне хватало.       Судя по тени здания напротив, время понемногу сдвигалось к границе пяти часов.       Вот бы сейчас узнать, как там наши ребята… Справляются ли?              ___              — Да нет же! Не в эту мишень, а в вон ту! На два метра правее и на полсотни дальше! Как их вообще можно было перепутать?! — кипятился Усопп, бурно жестикулируя и аж притоптывая на месте от возмущения.       Довольно высокого роста крепыш, стоящий рядом с ним, потер выгоревший до рыжины кучерявый затылок и рассмеялся:       — Да ладно тебе, братишка. Ну, извини! О! А может, ты уже просто отдашь нам ключ, а мы с тобой потом деньгами поделимся? — спросил он вроде бы в шутку.       — Нет, это будет не по-мужски!       — А если мы будем настаивать? — снова предложил рыжий детина и задумчиво почесал крестообразный шрам на подбородке с трехдневной щетиной. Несколько человек позади него поддерживающе заулюлюкали и замахали руками.       — Н-нет, — чуть поколебался в своей уверенности канонир, невольно сдвигаясь назад к стойке с луками, арбалетами и пороховыми ружьями.       Количество людей, нашедших снайпера здесь, на открытом стрелковом полигоне у самой черты города и пшеничных полей, увеличилось уже до неполной сотни и только продолжало расти, потому как не все из попробовавших свои силы спешили уйти. А те, что все-таки уходили, нередко указывали дорогу новым желающим, отчего положение будущего Согекинга*(короля снайперов) с каждым часом становилось все более неуверенным и шатким.       — Но нам очень нужно! — увеличил нажим верзила, делая шаг вперед.       — Да нет же, он тебе сказал! Не слышал что-ли?! — вступился за друга Чоппер, сменив форму на почти человеческую и значительно увеличившись в размерах, однако выступление его, до этого момента предпочитавшего прятаться за ногами старшего товарища, подействовало далеко не на всех.       Мгновением позже, еще до того как ситуация все-таки начала выходить из-под контроля, на плечах особо настойчивых соискателей выросли теплые женские руки, чтобы обманчиво нежно, пока еще только обозначая намеренье, аккуратно обнять их за шеи.       — Не стоит проявлять столь явную несдержанность, господа. Соревнование должно быть максимально честным, — мягко прозвучало над головами собравшихся со стороны терассы кафе, расположенного на втором этаже здания полигона. Нико Робин, сидевшая там за плетеным ротанговым столиком, неспешно отложила книгу в сторону и пригубила чашку свежего кофе. На лацкане её накидки теплым отсветом поблескивал еще один, до этого не замеченный никем из участников спора серебряный ключ.       — М-мы пошутили… Пошутили, сестренка, — примиряюще поднял руки рыжий верзила и, отступив, вновь почесал затылок. — Слегка погорячились. С кем не бывает?       — Вот как? — Робин чуть приподняла уголки губ и отменила воздействие фрукта. Освобожденные люди задышали ровнее и недоверчиво стали ощупывать собственные плечи и шеи, оглядываясь по сторонам. Потом кто-то еще из собравшихся громко спросил:       — Сестренка, а как получить ключ у тебя?       — Партию в шахматы? — предложила Нико и приглашающе указала на кресло с другой стороны её столика.       ___              — Мука, яйца, фрукты… Так, так, так, — сверился со списком Санджи, для верности чуть прищелкивая по нему пальцем. — Окей, все соответствует. Можем приступать.       Пятнадцать поваров из новой партии, решивших поучаствовать в кулинарном состязании, согласно кивнули и приготовились в ожидании команды: теперь, когда до окончания срока оставалось чуть менее четырех часов, старались они с особым усердием. Хорошо еще, что тех, кто пытался мухлевать, осаживали свои же, успевшие оценить разницу в блюдах, приготовленных ими и коком Мугивар. И не то чтобы успокаивать особо наглых было напряжно, но это сбивало кока с мыслей о прекрасном… Навроде той очаровательной блондиночки за четвертым столиком с очень серьезным взглядом серых глаз, заляпанным мукой чуть вздернутым носиком и огромными, завораживающими все внимание, аппетитными… Кхм…       Дыньками… в её руках.       Санджи снова кашлянул и отвернулся от претендентки. Сдерживая эмоции, немного нервно пощелкал зажигалкой, силясь прикурить. Судить в этот раз будет намного… Намного сложнее, чем в предыдущие четыре раунда.       — Отлично… Отлично! — объявил он, наконец, выдохнув облачко дыма. — А теперь: на старт! Внимание!.. Эй! Да какого дьявола, Луффи?! Хорош уже жрать мои ингредиенты, вон на том столе целая куча готовых блюд!       Удар пятки в лакированном черном ботинке пришелся аккурат по затылку обжоры-капитана, однако тот только поправил шляпу и как-то совершенно расстроено посмотрел на своего накама.       — Мне скучно. Этот Хранитель острова куда-то подевался, а больше никто пока не может меня победить. Они даже не пытаются больше!       — И всё потому, — с дергающейся бровью, наблюдая за тем, как Монки Ди запихивает в рот новый фрукт, начал кок, — что нужно хоть немного соизмерять свою силу, придурок! Ты ведь уже три десятка претендентов едва не покалечил и четыре стола разломал! И хватит жрать уже! — все-таки не выдержал он, нависая над Монки Ди взбешенным огненным великаном и нанося еще один удар.       Луффи, под тихие и не очень, ошарашенные выдохи горожан, перехватил его ногу у самого своего лица и обличающе указал в сторону бессознательного тела, валяющегося за одним из дальних, застеленных когда-то скатертью сломанных столиков.       — Да ладно, как будто ты сам шибко сдерживался, когда тот придурок чего-то добавил в еду!       — Он заслужил, — зло отрезал Санджи и, выкинув окурок, закусил зубами новую сигарету. — Нечего было жульничать, подмешивая в пищу яд! И если совсем уж нечего делать, то лучше сходи посмотри, чем там занимается Маримо или наш снайпер.       — Я бы сходил, — снова вздохнул Луффи. — Но ты сам-то видел где-нибудь поблизости Зоро?       ___              — Мне кажется, город должен быть где-то здесь… Или нет?.. Да что за черт?! Кто вообще так прокладывает дороги в этом треклятом лесу?! — выругался зеленоволосый мечник, отпуская упругую ветку колючего, мелколиственного кустарника до этого надежно перекрывающего ему обзор. Один из пары волков, идущих за ним чуть в отдалении, фыркнул и потряс головой, сетуя на непроходимую глупость идущего впереди человека.       Вид отсюда, с этой точки острова, безусловно, открывался отличный: острые, словно клыки, рифы, буруны волн, с шумом разбивающиеся об их стены, капли воды, то и дело оседающие на шкуре, запах моря и открытого неба — Старшему нравилось здесь бывать. Этому странному двуногому — нет. Однако он все равно снова и снова, с завидным постоянством сюда возвращался, заставляя серых хищников уже всерьез задумываться о том, чтобы вывести его к человеческому муравейнику напрямую. Открыто. Как полуслепого щенка. Но потом мечник вдруг замер, нахмурил лоб, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя, развернулся на месте и направился, наконец, в нужную сторону.       Чтобы сбиться еще раз какой-то парой километров спустя…       Волки, в большинстве своем, не особенно-то любили даже человеческих детенышей, однако сейчас им очень кстати пришелся подсмотренный у них когда-то жест, который в стае называли не иначе как «лапа-морда». ___       На десяток километров дальше и немного южнее, палуба кораблика Гоинг Мэри мягко качнулась на волнах, принимая на себя новую, нелегкую ношу. Хранитель острова прислушался и внимательно огляделся по сторонам: на каравелле с совершенно не подходящей пиратскому судну носовой фигурой не было никого.       Не было слышно ни единого лишнего шороха, скрипа или любого другого звука.       Две-три сотни попыток найти похитителя или Налу обернулись полным провалом. Впрочем, Эрик не особенно-то верил в удачу и раньше.       Не верил уже давно.       Её нельзя было измерить или оценить. Нельзя было передать другому, сколько бы не утверждал обратного едва не ставший когда-то братом друг.       Да и разве можно считать удачей тот факт, что вместо тебя умирает кто-то другой?       — Это был только её выбор. Она сделала его сама… А тебе давно уже стоило признаться хотя бы себе, что они все — не просто жалкие смертные, что Она — не просто человечка. Не для тебя так уж точно.       Струйка крови, сбегающая из уголка разбитых ударом губ, такие же желтые, как у него, глаза напротив, тяжелый запах гари, дыма и смерти, и удушающая злость, скопившаяся где-то внутри, за гортанью.       — И что по твоему?! Что я должен был делать? Просто взять и сделать её своей, а затем год за годом наблюдать, как она увядает?! А ты думал о том, каково будет ей видеть меня вечно молодым, неизменным, таким же, каким я был и в день нашей первой встречи?! Я ведь даже уйти не могу, как это делаешь ты!       Сжатый в руках воротник, тихий треск рвущейся ткани, немигающий взгляд бывшего друга и слова падающие на плечи тяжестью многотонных могильных камней:       — Так тебе больше понравилось видеть шелк её волос залитым кровью? — вздернутая вверх в безукоризненно выверенном движении светлая бровь. — Или то, как она улыбалась, перед тем, как уйти?.. Или, может, пропитанное алым у сердца платье?.. Эрик, она чувствовала, что случится что-то плохое и я дал ей всё, что только мог, пусть это и была лишь возможность оказаться в нужное время в нужном месте.       — Не появляйся здесь больше. Никогда, — дрогнувший голос сорвался на рык. —Иначе я точно тебя убью… Ненавижу лжецов и подобных тебе лицемеров!       — С превеликим удовольствием, только, — насмешливый поклон бывшего друга и снисходительная улыбка. — Самый великий лжец, похоже, так и останется здесь. На Спелло. Хорошо хоть на этот раз все еще есть, кому за тобой присмотреть…       В груди сжало сильно.       Так, что пришлось преклонить колено о палубу, а рукой опереться на мачту, прямо на приколотый сюда кем-то бумажный лист.       «Тронешь наш корабль, и я ОЧЕНЬ разозлюсь!», написанное неуверенной, похоже, непривычной к перу рукой, не вызвало даже тени улыбки.       Солнце шло на закат. Времени оставалось всё меньше.