Эволюция

Северус устало посмотрел на Меркуп, когда домовушка появилась перед ним с тарелкой, на которой аккуратно лежали тосты с сыром. - Ох, Меркуп, ты всегда знаешь, чего я хочу, задолго до того, как я догадаюсь об этом сам, - одарил маг маленькую помощницу редкой лёгкой улыбкой. - Я подумала, что хозяин проголодается после долгого путешествия, - просияла крошечная эльфийка, глядя на мужчину. – Не желает ли Мастер пропустить рюмочку? У меня есть бутылочка вашего любимого прекрасно выдержанного огневиски! Северус, слегка нахмурясь, задумался, надкусив хрустящий тост. - Очень любезно с твоей стороны, но нет. Как бы я не устал, алкоголь может притупить мою реакцию: это будет неразумно, пока мальчик не устроится должным образом. – Он внимательно посмотрел на эльфийку. – Все хорошо? Были ли какие-нибудь проблемы с моими пожеланиями? - Нет, хозяин, - поклонилась Меркуп. – Всё, как вы приказали. Согласно вашим инструкциям, дом удовлетворит все ваши потребности. Я внимательно отслеживала все подозрительные предметы и действия, всё в порядке. Я передала ваше письмо мистеру Кигану. Он знает, что вы приехали. Вас никто не побеспокоит. - А чрезмерно большая семья мистера Кигана? – скептически усмехнулся Северус. - Все поверили в вашу историю, хозяин… они ожидают увидеть учителя английской словесности и его молодого подопечного, что арендовали старый дом на время каникул, сэр. - Прекрасно! - Я думаю, несколько молодых людей мистера Кигана приблизительно одного возраста с юным хозяином, - с надеждой в глазах посмотрела на него Меркуп. - Хм…, - фыркнув, Северус запил тост глотком горячего чая. - Пожалуй, это хорошая идея. Мальчику нужны товарищи по играм. В Гласкарриге он может встретить детей-волшебников, но, думаю, рядом с домом в окружении маггловских детей он будет в большей безопасности. - Да, хозяин. - Что на счёт почты? - Почтовый ящик был установлен в деревне волшебников на имя мистера Уэйстлейка, как вы и просили, хозяин. Меркуп будет доставлять и получать вашу почту по мере необходимости… Ничего опасного или следящего, что могло бы просочиться в ваш дом через охранные чары. - Превосходно. Ты замечательно поработала, Меркуп. - Я надеялась, что хозяин будет доволен, - просияла домовушка. - Я… я очень рад, что ты запомнила мой псевдоним, однако тебе следует быть осторожной, Меркуп. Ты не должна называть меня хозяином. Отныне тебе следует обращаться ко мне мистер Уэстлейк. Большие уши эльфийки поникли, а уставшее от забот лицо исказилось в грустной улыбке. - Мне очень жаль, господин. Я пытаюсь вспомнить, но это так трудно. - Я понимаю, - с необычной теплотой в голосе ответил Снейп. – Но это очень важно для нашей безопасности. Ты можешь обращаться к моему юному подопечному мистер Кери или молодой господин. Это приемлемо для любого парня его положения, которому ты могла бы служить. Но ты не должна ошибиться и называть меня хозяином – даже в присутствии Кери. Сомневаюсь, что сейчас он поймёт смысл сказанного, но чуть позже я проведу с ним ряд бесед, и расскажу об обществе волшебников, и, возможно, со временем он поймет, какой смысл несет в себе это слово. Очень важно, чтобы никто – даже мальчик – не знал, что ты связана со мной. Понимаешь? - Да, хоз… - домовушка смутилась и тут же поправила: - Да, м-мистер Уэстлейк! – Она запнулась на обращении, скорчив страдальческую мину. – Это очень сложно, сэр! Простите, что доставляю вам столько хлопот, сэр! Меркуп сложно использовать столь неуважительный титул, сэр! - Хорошо, - обречено вздохнул Северус. – Может, что-нибудь другое вместо этого… - он вспомнил свой разговор с мальчиком. – Возможно, «профессор» для тебя будет более приемлемым? - О, сэр! – неуверенно улыбнулась Меркуп. – Так намного лучше, господин профессор! Это благородная профессия и почетное звание! Я с радостью буду называть хозяина профессор Уэстлейк! Благодарю вас, сэр! - Это приемлемый компромисс, - задумчиво согласился Северус. - Вполне соответствует положению Уэстлейка и знакомо ребенку. Думаю, никто не обратит на это внимания. - Да, профессор! Так гораздо легче служить своему хозяину. С этого момента я буду очень осторожна, обещаю! – Меркуп отчаянно закивала головой, привычно улыбаясь волшебнику. - Спасибо, Меркуп. Я благодарен тебе за старание. – Поднявшись с места, Северус потянулся, разминая затекшую спину. – Пойду отдыхать. Я сказал Кери, чтобы он обратился к тебе, если ему что-нибудь понадобится. Но, думаю, он всю ночь проспит без задних ног. Ребенок совершенно измотан. - Да, профессор! Я внимательно прослежу за ним, - торжественно пообещала Меркуп. - Нет, Меркуп. В этом нет необходимости, - строго сказал Северус. – Я наложу на него контролирующие чары, что предупредят меня, если он проснется. Не стоит беспокоиться. Ты немало потрудилась, чтобы всё подготовить к нашему приезду. Я настаиваю, чтобы ты сейчас же отправилась отдыхать… - он искоса глянул на крошечного эльфа. – В будущем тебе понадобится вся твоя энергия. Поверь мне – я знаю этого парня. Боюсь, что забота о таком озорном и любопытном парне, как он, потребует намного больше усилий, чем нужды старого занудного профессора – даже такого сварливого, как я. - О, хоз… -профессор! – домовушка была шокирована. – Вы не должны так говорить! Вы очень хороший хозяин! - Очень любезно с твоей стороны, - мрачно усмехнулся Северус, - но мы оба знаем, что я часто бываю требовательным и вспыльчивым. Меркуп последовала за ним в прихожую к подножью крутой лестницы. - Я бы никогда так не подумала, профессор, - упрямо настаивала она. - Ты не согласна? – Северус одарил эльфа легкой улыбкой. - Абсолютно, сэр! – воскликнула Меркуп, с обожанием глядя на него снизу вверх. – Профессор просто… привередлив, сэр, - самодовольно фыркнула она. – Он любит, чтобы всё было определенным образом, и Меркуп понимает, чего хочет и в чем нуждается её хозяин. Профессор никогда не бывает несправедливым или самодуром. Меркуп не может пожелать лучшего хозяина, сэр! Северус не смог удержаться и одарил крошечную эльфийку нежной печальной улыбкой. - Мне очень повезло, что у тебя нет на счет меня высоких притязаний, моя дорогая Меркуп. - Он опередил еще один протест эльфийки усталым взмахом руки. – Я иду спать. Пожалуйста, сделай то же самое. Он начал подъем по узкой лестнице. - Спокойной ночи, профессор, - негромко произнесла домовушка. - И тебе, Меркуп. Эльфийка исчезла, когда Северус достиг тесного маленького коридора наверху. Он остановился и на мгновение приоткрыл дверь в комнату Гарри, взглянув на мальчика. Всё, что он смог разглядеть в бледном лунном свете, падающем из окна на кровать мальчика – скрюченный бугорок под одеялом, и высунувшаяся из-под него голая ступня. Раздраженно вздохнув, он подошел к кровати и уставился на неподвижное тело. Потребовалось некоторое время, чтобы понять конфигурацию этого странного, сбивающего с толку кома. Он с некоторым удивлением осознал, что мальчик заснул лицом вниз, поджав под себя колени и спрятав голову под подушку, уложив её на руки. Вершиной покрытой одеялом выпуклости оказался зад мальчишки, комично вздернутый вверх. Мерлинова борода, он похож на маленькую лягушку! Как мальчик может спать в таком положении? Он встревожено осмотрел Гарри, взвешивая варианты. Мужчине было невдомёк, как такая поза даже отдаленно может быть удобной? Ему очень хотелось распрямить детское тельце. Но он боялся, что его попытка разбудит мальчика, чем ему определенно не хотелось рисковать. Как он не задыхается? Сердце дрогнуло от неуверенности. Безумие какое-то! Я ничего не знаю о том, как ухаживать за детьми! Во что я ввязался? Он заставил себя откинуть прочь все сомнения, что внезапно стали нарастать как снежный ком. Ведь ясно, что с мальчиком всё в полном порядке. Если бы ему действительно было б трудно дышать, то он, несомненно бы, развернулся. Сокрушенно пожав плечами, маг оставил ребенка в покое, успокоившись тем, что просто прикрыл обнаженную ногу, и добавил к одеялу согревающие чары. Нельзя позволить надоедливому ребенку подхватить простуду, верно? Северус взмахнул палочкой в сторону двери, шепотом произнеся заклинание, которое предупредит его, если мальчик выйдет из своей комнаты. Уже на выходе он еще раз посмотрел на ребенка. Еще одно заклинание, предназначенное для отслеживания любых признаков страха или беспокойства, невесомо коснулось спящего. Мужчина чувствовал себя слегка неловко, накладывая немного лишнее заклинание, но он знал, что Гарри часто мучают кошмары, и мужчине не хотелось, чтобы мальчик испугался, проснувшись один в незнакомом месте. Если он запаникует, то точно сотворит какую-нибудь глупость: например, свалится с лестницы и свернет свою глупую шею. Чувствуя, что его осторожность разумно оправдана, Северус отринул неловкое беспокойство. Но, несмотря на вновь обретённую уверенность в себе, уходя, Снейп оставил дверь в комнату Гарри открытой. И даже свою слегка приоткрыл, когда оказался в собственной спальне. Его манили прохладные шелковые простыни на большой кровати. Маг достал из шкафа ночную рубашку и быстро переоделся. С облегченным вздохом, полным удовлетворения, Северус погрузился в уютную мягкость перины. Сон окутал мужчину еще до того, как он успел начать свою обычную ночную медитацию.

**

Гарри беспокойно заёрзал под одеялом, выплывая из глубин сна со смутным чувством дискомфорта. Правая нога жутко замерзла. Это первое, что он чётко осознал. Он инстинктивно шевельнулся, втягивая холодную конечность под одеяло. Всему остальному телу на удивление было тепло и удобно. Это второе, что он понял. Его мозг, затуманенный остатками сна, словно поигрывал странными прозрениями. И мысль была слишком чуждой, чтобы не обратить на нее внимание. Пришлось просыпаться. Некоторое время мальчик лежал абсолютно неподвижно, сонный разум пытался оценить обстановку. Он был в постели. На мягкой, невероятно удобной кровати. И тело не знало, как к этому относиться. Никогда прежде он не испытывал такого комфорта. Разум подкидывал туманные воспоминания: жесткий топчан под лестницей… жесткий потертый матрац во второй спальне Дадли… свежая стерильная твердость больничной койки… Даже его кровать в спальне факультета была грубой и комковатой по сравнению с периной, в которой утопало его тело. Мальчику казалось, что он покачивается на облаке. Может он и находится в облаке? Неужели он умер? Согревшись, ногу начало покалывать… Нет, вряд ли он умер, если чувствует легкий дискомфорт. И тогда Гарри решил открыть глаза. Он прищурился от неожиданно яркого солнечного света. Сонно моргнул и машинально протянул руку. Кончики пальцев коснулись твердой поверхности, нащупав привычную форму очков. Он тут же нацепил их на нос и посмотрел вверх. Над ним мерцало ослепительно голубое небо. На какую-то смутную минуту ему показалось, что он лежит в постели под открытым небом, и тут же на ребенка нахлынули воспоминания. Окно на крыше. Спальня. Дом. Снейп. Он счастливо вздохнул, тут же окончательно просыпаясь от принятия ситуации. Мальчик сел на кровати, с сонной улыбкой оглядываясь вокруг. Он был в своей комнате… Чудесной комнате, которую Снейп предоставил ему прошлым вечером. Солнечные лучи падали из оконного проема прямо на кровать и пол, заставляя вокруг всё сиять. Мальчик мечтательно провел рукой по яркому стёганому одеялу. Оно было немного смято и сбито… обычный свидетель его беспокойных снов. Гарри всегда ворочался во сне. Нередко просыпался, дрожа от холода, не находя вокруг ни подушки, ни одеяла, которые частенько оказывались на полу. Тот факт, что его подушка и одеяло все еще лежали на кровати означал, что он, должно быть, спал очень крепко. Гарри понял, что на самом деле чувствует себя более отдохнувшим, чем обычно. Мальчик потянулся как довольный кот, на мгновение подумав, не устроится ли ему поудобнее и поспать еще немного. Божественно мягкая постель и теплое одеяло легко бы помогли ему в этом деле. Но предвкушение, любопытство и зов природы прогнали искушение, поэтому он выбрался из кровати и побежал через комнату в ванную. Удовлетворив самую насущную потребность, подошел к раковине, чтобы умыться. И чуть не взвизгнул, увидев в зеркальном отражении незнакомое лицо, с удивлением взиравшее на него. Мальчик из зазеркалья весьма отдаленно был похож на Гарри. Вроде и нос был прежним, и слегка округлые щеки. Но подбородок был острее, а за квадратными стеклами в золотой оправе сияли огромные, слегка раскосые карие глаза. Он откинул со лба каштановую прядь и нахмурился, рассматривая яркий шрам в виде молнии, четко выделявшийся на бледной коже. Или он нечаянно смыл маггловскую косметику перед сном, либо она стерлась за ночь. Мальчик сделал мысленную пометку спросить Снейпа, есть ли какое-нибудь заклинание, чтобы грим не стирался. Гарри посмотрел на синие глиняные часы, которые стояли на полке над унитазом, и с удивлением обнаружил, что стрелки показывали начало восьмого – слишком рано, чем он мог себе представить. В животе заурчало от голода, но мальчик решил, что привести себя в порядок намного важнее, чем набить желудок едой. Из-за постоянных переездов днем ранее с места на место он чувствовал себя ужасно грязным и дурно пахнущим. Гарри наполнил старую винтажную ванну водой, добавив немного ароматной пены для ванн, которую обнаружил в крошечном угловом шкафчике для белья. К большому облегчению мальчишки, голубые пузырьки не пахли ни цветами, ни легкими женственными ароматами, а наполняли комнату легким морским бризом с ноткой хвойного леса. Окунувшись в пенное блаженство, Гарри позволил себе неприлично-долгое купание в самой горячей воде, которую только мог выдержать… Блаженная роскошь, которую он когда-либо испытывал лишь в Больничном крыле Хогвартса. Раздевалка для квиддича и Гриффиндорские купальни в общежитии были ограничены душевыми кабинами. А Дурсли никогда не позволяли тратить свою горячую воду. Горячие ванны не предназначены для таких никчемных уродов, как Гарри. С тех пор, как Гарри стал относительно взрослым, чтобы твердо стоять на ножках, он был ограничен двухминутным прохладным душем даже тогда, когда от него пахло так плохо, что даже родственнички не могли игнорировать исходящее от него зловоние. Когда Гарри пошел в школу, другие дети громко жаловались, что застенчивый тощий мальчик «воняет», и отказывались садиться рядом с ним за одну парту. От такого шока Гарри чувствовал себя униженным и оскорбленным. В первый же день учитель передал опекунам записку с вежливой просьбой научить Гарри элементарным правилам гигиены. От тети Петунии тут же прилетел жесткий ответ, утверждая, что пыталась привить проблемному племяннику любовь к водным процедурам, но потерпела неудачу, поскольку мальчик «унаследовал» хронический неприятный запах тела от своего «маргинального» отца. С тех пор учитель смотрел на него с неприкрытой жалостью, полной отвращения. В сторону Гарри летели обидные слова одноклассников, вследствие чего в шкафчике мальчика всегда были бутыль с водой и старая фланелевая рубашка, чтобы хоть как то освежиться в середине недели между несчастными краткими омовениями под душем, которые ему позволяли опекуны. Несмотря на то, что он старался поддерживать относительную чистоту тела, позорное клеймо шлейфом преследовало его на протяжении всех маггловских школьных лет. Подстрекаемые злобным Дадли одноклассники продолжали называть его «Понги-Поттер» (сленг «вонючка»), навесив еще одни ярлык на отверженного ребенка, чтобы окончательно изолировать его от общества сверстников. Когда Гарри поступил в Хогвартс, он испытал невероятное облегчение и неописуемый восторг, получив неограниченный доступ к горячему душу. Он неукоснительно принимал водные процедуры каждое утро – а порой и по ночам, - поскольку был одержим запахом своего тела. После каждой тренировки, когда он чувствовал себя особенно потным и грязным, Гарри всегда выходил из раздевалки самым последним. Он намыливался и ополаскивался не менее трех раз, в результате чего некоторые его товарищи по команде начали подтрунивать над ним за чрезмерную чистоту. Гарри было глубоко фиолетово: он предпочитал получать насмешки за излишнюю чистоту, чем за неопрятность. И даже порой, едва приняв душ, его терзало смутное беспокойство, что, несмотря на все усилия, от него все равно за версту разило потом. Он никогда ни с кем не обсуждал свою проблему, да и лишнего времени на её обдумывание было не так много, но всё равно в глубине души он всё еще чувствовал себя вонючим немытым мальчуганом, жестоко оскорбленным одноклассниками. Это была болезненная неуверенность, которая никогда не покидала его. Тщательно смыв с себя все следы дорожной грязи, Гарри расслаблялся в душистой воде, с удовольствием наблюдая, как размокают и сморщиваются кончики пальцев на руках. К тому времени, когда раздался робкий стук в дверь ванной комнаты, небольшой кусок гостевого мыла, которым мылся Гарри, превратился в жалкий тонюсенький обмылок. - Молодой господин? Гарри узнал высокий застенчивый голос домовой эльфийки, которую он мельком встретил прошлой ночью. - Да? - Профессор Уэстлейк попросил меня пригласить вас на завтрак, молодой господин. - Спасибо. Я сейчас выйду. - Может, мне приготовить для молодого господина чистую одежду? - Нет, спасибо, - смутился Гарри. Он знал, что крохотное существо только пытается помочь, но, ради Мерлина, он прекрасно может одеться сам! – Я справлюсь! Пожалуйста, скажите… - он замер, вовремя вспомнив о договоренности с профессором. – Пожалуйста, передайте моему кузену, что я сейчас спущусь. - Хорошо, молодой господин. Гарри вынул пробку из сливного отверстия в ванной и поднялся на ноги, чтобы вытереться. Он решил, что ему необходимо поговорить с эльфом, чтобы тот всегда называл его по имени. Это обращение «молодой господин» совершенно не годилось. Заставляло чувствовать себя педантом-неженкой и слишком сильно напоминало ему Драко Малфоя. Он представил себе толпу домашних эльфов, прогибающихся пред избалованным слизеринцем с льстивыми речами, кланяясь и причитая: «Да, молодой господин! Нет, молодой господин! Как пожелаете, молодой господин!» Эта мысль заставила его усмехнуться. Гарри вновь взглянул в зеркало и провел пятерней по влажным чистым волосам. Ему было чертовски приятно, что его преображенные вихры торчали во все стороны точно так же, как привычные волосы. В порыве мальчишеского неповиновения Гарри решил не расчесываться, оставив на голове спутанную копну волос в качестве молчаливого доказательства, что он не какой-то там избалованный маменькин сынок, как тот же самый Малфой. Глубокое вам мерси! Обернув полотенце вокруг талии, Гарри распрямил тощую грудь и с важным видом вышел из ванной. Потакая своему демонстративному настроению еще немного, он порылся в одежде, заботливо развешанной в шкафу домовым эльфом, выбирая самую обычную неброскую, которую только смог найти. Джинсы, кроссовки и черная рубашка-поло. Новая одежда выглядела прекрасно, но была далека от стиля «маленького лорда большого поместья», и не заставляла чувствовать себя Гарри полным придурком. Поэтому чувствовал себя мальчишка весьма великолепно. Аромат жареного бекона и горячего хлеба проник в комнату, и живот Гарри заурчал. Он выскочил из своей комнаты и ринулся вниз по крутой лестнице, крепко держась за перила, чтобы не потерять равновесие. Метнул взгляд направо, скользнув им по уютной комнате, решив, что это гостиная, затем носом проследил за ароматом, будоражившим разум откуда-то слева, обнаружив маленькую уютную столовую. Она была скромной, даже немного аскетичной с оштукатуренными стенами и каменным полом. Еще там было два окна: одно выходило на фасад дома, другое – на восток, где утреннее солнце заливало всё вокруг золотистым сиянием. Гарри едва заметил слева от себя буфет, дверь и небольшой камин у дальней стены. Всё его внимание было приковано к столу, заставленному едой. Сам стол хоть и был большим, сделанным из белого ясеня с гладкой столешницей, но без каких либо вычурных завитушек. За ним могло легко с комфортом разместиться четыре человека. Середину деревенского стола украшал голубой кувшин, наполненный разноцветными полевыми цветами. Верджведскиие фарфоровые тарелки манили ароматами, в которых было столько еды, что можно было легко накормить с десяток взрослых волшебников. Снейп смотрел на Гарри с противоположного конца стола, находясь почти у окна. На его зачарованном лице застыло хмурое выражение, но добродушные черты Чарльза Уэстлейка и приветливые карие глаза скрыли обычную ледяную неприступность мрачного Мастера зелий, смягчая угрюмый вид мужчины. Гарри просто улыбнулся и плюхнулся на стул напротив старшего волшебника. - Доброе утро, кузен Чарльз! – весело прощебетал он. - Доброе утро, Кери, - кратко произнес волшебник. Он молча наблюдал, как Гарри накладывал в свою тарелку омлет, бекон и горячий хлеб с маслом. – Надеюсь, ты хорошо отдохнул. Гарри неуклюже кивнул, что-то пробормотав в ответ, спешно набивая рот едой. - Удивительно хорошо,- прошамкал он полным ртом, не замечая гримасы отвращения на лице Снейпа. – Это самая удобная кровать, на которой я когда-либо спал! Я даже снов не видел, так крепко уснул! – продолжал болтать мальчишка, с удовольствием хрустя ломтиком бекона. Бекон был идеальным – именно таким, как он любил: хрустящим, поджаристым и не очень жирным. – И моя ванная комната тоже великолепна, особенно сама ванна! Я так долго лежал в воде, что чуть не заснул. Думаю, я мог бы просидеть в ней полдня, если бы не был так голоден! – Он повернулся к домовомовушке, что вошла из дальней двери с блюдом жареной рыбы. – Меркуп, я прав? – спросил он. - Да, молодой господин, - кивнула домовушка, качнув большими ушами. Гарри слегка скривился. - Это ты приготовила еду? – На кивок эльфа, Гарри улыбнулся, наколов на вилку большой кусок омлета. – Это потрясающе! - Спасибо, молодой господин, - просияла Меркуп. - Кстати, об этом, - сглотнув, серьезно произнес Гарри, впервые прервав трапезу, - Пожалуйста, зови меня Кери, Меркуп. Просто Кери, хорошо? В этом «молодом господине» нет никакой необходимости. Большие глаза Меркуп расширились, а улыбка растаяла. - О, но, сэр… Я не могу! О, нет, молодой господин, так не годится, нет, сэр, совсем не годится! Это будет слишком непочтительно, сэр! - Но я хочу, чтобы ты называла меня Кери, - настаивал на своем Гарри. Сердце мальчика дрогнуло, когда он увидел большие слезы на глазах расстроенной эльфийки. - О, пожалуйста, сэр… такое неуважение! Я уверена, что это очень благородно и великодушно с вашей стороны, но, пожалуйста – Меркуп действительно не может! – прошептала домовушка Гарри в отчаянии бросил на Снейпа умоляющий взгляд. Волшебник слегка прочистил горло: - Похоже, Меркуп, традиционное обращение заставляет моего подопечного чувствовать себя неуютно, - тихо вмешался профессор. – Возможно, ты могла бы обращаться к нему «мистер Кери»? Домовушка встрепенулась и ее ничем непримечательное лицо украсила улыбка. - Да, профессор! Конечно, если молодой… если так будет угодно мистеру Кери! - Замечательно, - со всей серьезностью ответил Гарри. – Спасибо, Меркуп. Я был бы очень признателен. - Если это доставит удовольствие мистеру Кери, Меркуп будет обращаться к нему именно так, - с видимым облегчением кивнула домовушка. - Это сделает мистера Кери очень счастливым, - весело заявил Гарри. - Это что, жареная рыба? – Снейп плавно отвлек эльфийку, к большому облегчению Гарри. Он позволил домовушке обслужить себя, затем снова обратился к Гарри, когда Меркуп вышла из столовой: - После завтрака я устрою тебе экскурсию по поместью. Вчера ты слишком устал, чтобы что-нибудь рассмотреть вокруг. Уверен, тебе не помешает ознакомиться с этим местом, чтобы легко ориентироваться в округе. Гарри сосредоточился на яичнице с беконом, искоса изучая своего нового «опекуна» с едва заметной настороженностью. - Ты что-то задумал? – поинтересовался Снейп, не поднимая взгляда от тарелки. Как он это делает?! – удивился Гарри. - Мне просто интересно… - нерешительно произнес он. - Что именно? - Ну… вчера вы сказали, что мы поговорим о некоторых вещах… Лицо кузена Чарльза исказилось очень знакомой гримасой. - Пожалуйста, будь поконкретнее. Слово «вещи» имеет весьма объемный спектр значений. Приемлемо, если используется как глагол. Когда используется как существительное, то становится банальным, обыденным и отвратительно расплывчатым. На мгновение Гарри попытался разобраться в запутанном нравоучении, но затем сдался, пожав плечами. - Вы что-то говорили о… э-э-э… правилах и расписании. - Ах, да, - кивнул мужчина. - Верно. Расписание может подождать до завтра. Наше путешествие было очень утомительным, и я считаю, будет справедливо дать тебе несколько дней отдыха для восстановления сил. Правила мы можем обсудить после прогулки по поместью. Так же нам необходимо обсудить некоторые вопросы безопасности: тебе стоит решить, какой облик ты хочешь сохранить до конца лета. - Облик? – нахмурился Гарри. – Я думал, это наша постоянная маскировка, - признался он, указав сначала на себя, а потом на Снейпа. - Пожалуйста, если захочешь. Если не нравится, то можешь выбрать себе другой. Нас еще никто не видел, кроме Меркуп, конечно. Она не станет ни комментировать, не обращать внимания, если мы изменимся. Но какую бы внешность ты не выбрал, тебе придется жить с этим до конца нашего пребывания здесь. - Меня и этот устраивает, - пожал плечами Гарри. – Но мне нужна помощь со шрамом. Грим слишком легко стирается. - Я могу укрепить его с помощью сохраняющих чар, чтобы он не сошел случайно. - Он будет водонепроницаемым? - Резонный вопрос, - признал Снейп. – Он должен выдержать послеобеденное плавание. Но не думай, что с ним можно будет ходить несколько дней подряд. Надеюсь, ты будешь снимать грим перед сном, чтобы снова нанести его утром. Я дам тебе подходящий очищающий крем. Маггловский макияж довольно жирный, и если регулярно не снимать его и не умываться, то у тебя забьются поры и разовьются прыщи. Гарри покраснел. Он видел, как некоторые старшеклассники боролись с этим проклятием, отравляющим жизнь каждого подростка. Мальчик думал, что единственное, что может быть более неприятным, чем прыщи - это слушать лекцию своего профессора об этом! Он негодующе нахмурился, испытывая невероятное искушение посоветовать мужчине напротив регулярно мыть волосы, иначе они, могут стать жирными… но смелости не хватало. Может, он и гриффиндорец, но точно не самоубийца. Гарри с любопытством посмотрел на Снейпа. У кузена Чарльза были такие же каштановые волосы, как у него. Они были чуть темнее, чем у Кери, и немного волнистыми, но ни капли не выглядели жирными. Он задумался, были ли настоящие волосы Снейпа обычно грязными или просто жирными от природы? Мысль об этом была малоприятной, поэтому Гарри решил больше не думать об этом. - Как по вашему, эти очки стоит оставить, или следует их сменить, - спросил Гарри. - На самом деле, есть у меня одна идея, - Снейп лениво потягивал чай, и в его измененных глазах вдруг блеснул озорной огонек. – Есть одно усовершенствованное лечебное зелье для исправления слабого зрения. Гарри нахмурился: - Окулист и мадам Помфри мне говорили об этом. Доктор сказал, что оно мне не поможет. У меня этот… как его… с-сигматизм, который нельзя вылечить, - запнулся он на сложном слове. - Астигматизм, - поправил Снейп. – Обычное зелье не сработает, согласен, - мягко усмехнулся он. – Но на конференции по зельям во Франции я немного побеседовал с зельеваром, который его разработал. Я почти сразу заметил изъян в его версии и, кажется, знаю, как его исправить. - В самом деле? Вы хотите сказать, что можете исправить мой а-стигматизм? И мне больше никогда не придется носить очки? - Если моя теория верна…А я в этом почти уверен. - Ух ты! – Гарри почувствовал прилив изумленной надежды. Он действительно ненавидел свои очки, хотя делал вид, что это не так. Не то чтобы он был тщеславен… мальчику было все равно, как он выглядит. Но носить очки было действительно хлопотным делом. Когда Гарри был маленьким, другие дети дразнили его из-за уродливых очков. А Дадли ломал их при каждом удобном случае. И даже новые волшебные очки, которые подарила профессор МакГонагалл, хоть и были небьющимися, всё равно доставляли неудобство. Они запотевали в плохую погоду – в них было трудно летать (что было проблематично во время квиддича), но и без них он ничего не видел. Он ненавидел просыпаться полуслепым и искать очки, чтобы выбраться из постели. И учитывая некоторые опасности, с которыми он столкнулся всего за один год в качестве волшебника, Гарри знал, что когда-нибудь они могут оказаться серьезной помехой. Иногда он переживал, что если когда-нибудь попадет в серьезную переделку, они могут упасть, сделав мальчика беспомощным и уязвимым. Мысль о том, чтобы избавится от них раз и навсегда была слишком хороша, чтобы быть правдой. Гарри с посмотрел на Снейпа, с любопытством наблюдавшим за ним. – Вы действительно думаете, что сможете вылечить мои глаза? - Думаю, что да. Я верю в это. Потребуется небольшое исследование и несколько клинических испытаний. Я планировал поэкспериментировать с ним этим летом. Если повезет, я получу подтвержденное лечебное зелье прежде, чем мы вернемся в школу. - Потрясающе! – воскликнул Гарри. - А пока я хочу предложить тебе контактные линзы. Отсутствие очков существенно меняет твою внешность. Я получил несколько волшебных линз, которые самоочищаются и самонастраиваются, поэтому они будут меняться по мере изменения твоего зрения. Они прозрачные – бесцветные, - поэтому на них не повлияют чары изменчивости, если нам придется изменить цвет твоих глаз по соображениям безопасности. - Но разве волшебные линзы не стоят очень дорого? Снейп сердито посмотрел на мальчишку, и Гарри пожалел, что ляпнул, не подумав. - Полагаю, мы уже обсудили финансовую сторону вопроса. Я уже говорил, что тебе не стоит беспокоиться о расходах. Я не собираюсь вступать с тобой в полемику каждый раз, когда трачу на тебя галеон… Это понятно? - Да, сэр, - Гарри не устраивало такое положение вещей, но он решил, что не хочет начинать такой прекрасный день с очередного спора. - Чуть позже я отдам тебе линзы и научу, как их вставлять и как ухаживать за ними, - немного раздраженно продолжил Снейп. – Они воздухопроницаемые, в них можно спокойно спать. У тебя будет две пары… Их можно менять раз в неделю, меняя одну на другую. - Будет здорово, если я смогу видеть, когда проснусь, - заметил Гарри, надеясь успокоить раздраженного мужчину. - Касаемо остальной части нашей маскировки, то, как я уже говорил, мы будем использовать разные методы для её поддержания. Поскольку некоторые волшебники могут видеть сквозь чары, мы будем использовать их только для определенных действий: изменение формы лица, цвета кожи. Для изменения цвета глаз используем зелье: его нельзя обнаружить, и хватает примерно на неделю. И для изменения волос используем кое-что другое. - Другое? – Гарри не понравилась маленькая злая ухмылка профессора. Он нутром чуял, что будет от этого не в восторге. - Позже объясню, - сказал профессор, слегка пожав плечами. – Доедай свой завтрак. Сегодня нам предстоит сделать многое, мы ничего не успеем, если ты и дальше будешь прохлаждаться. Тихо вздохнув, Гарри продолжил есть. Он был искренне благодарен Снейпу за вмешательство в дела Дурслей и его очевидные усилия сделать жизнь Гарри уютной и безопасной… но почему этот человек такой обидчивый?! У него было дурное предчувствие, что весь следующий месяц ему придется ходить по яичной скорлупе (на цыпочках) вокруг вспыльчивого волшебника.