Kiss From A Rose

Во вторник Луи возвращается к себе домой, чтобы переодеться в соответствующий костюм для вечера. У него есть четыре или пять действительно хороших костюмов, которые он когда-то надевал на премии. Гарри уже видел его в черном, так что, очевидно, придется надеть синий. Найл, как предполагалось, должен был помочь ему в этом нелегком выборе, но как только он приехал, то сразу же взволнованно попросил воспользоваться одним из его компьютеров, так как „на экране телефона ничего не понять“. Луи улыбнулся, жестом руки показывая на кабинет. У него было два компьютера: ноутбук для путешествий и настольный для дома. В принципе между ними не было никаких различий, поскольку оба были подключены через облако (парень так до конца и не понял, что это такое), что обеспечивало легкое подключение с любой части его квартиры. Единственная реальная разница между ними была в порно, что он хранил на рабочем компьютере, в фильмах, над которыми он любил поплакать, и, возможно, в фотографиях Гарри в нижнем белье. И как обычно это бывает в фильмах, его друг как бы „случайно“ находит папку с порнушкой. Когда Найл тихо зовет его, Луи моментально вспоминает про то, что вбивал в последний раз в поисковик. — Луи, — игриво произносит Найл, понижая голос. — Найл, — нерешительно отвечает Луи, бросая кучу рубашек на пол. — Ты не хочешь мне ничего рассказать про вас с Гарри? — Нет! — быстро отвечает Томлинсон, закрывая дверки шкафа, направляясь в сторону офиса. Он слышит, как Найл отталкивается ногами от пола, чтобы проскользить на стуле по комнате и выглянуть из-за дверной рамы, Луи не может видеть его лица полностью, но, судя по красным щекам, можно уверенно сказать, что тот улыбается. — Ничего не говори! — предупреждающе рычит Луи, выставляя руку вперед. — Ты гуглил, как трахнуть Гарри?! — смеясь, спрашивает Найл, почти падая со стула. — А что, если и так?! Это было… несколько недель назад… до того, как мы начали проводить каждый день вместе! — смущенно оправдывается Луи, стыдясь своего поступка. — Не говори… Найл откидывается спиной на кресло, пожимая плечами в ответ, придвигаясь обратно к письменному столу. — Я удивлен, что вы, ребята, еще не… просто… вы двое очень ласковы друг с другом, — говорит он, складывая руки на коленях. — Разве это не будет немного странно? — Я не знаю, — смущенно отвечает Луи, пряча лицо в ладошки. Найл понимающе ему улыбается, тыча пальцем в красные щеки друга. — Возможно… немного. — Тебе неловко, потому что он беременный чужим ребенком, или неловко, потому что он… — спрашивает Найл, переводя взгляд на компьютер, чтобы прочитать правильную формулировку: — „находится на втором триместре“? Луи тихо вздыхает, прислоняясь спиной к письменному столу. — Потому что он находится на втором триместре, — тихо отвечает шатен, потирая виски. — Вот почему я искал это. — Самый безопасный способ заняться сексом на втором триместре, — улыбаясь, читает Найл. — Это странно, друг. Луи раздраженно вздыхает, потирая рукой шею: — Найл, какая тебе разница? Тот в ответ невинно улыбается, быстро прокручивая результаты поиска. — Кошмар, — говорит он через пару минут, читая заголовки сайтов. — Тебя не пугает тот факт, что это не твой ребенок? — Боже мой, — громко стонет Луи, направляясь обратно в свою комнату. — Что? Это просто вопрос! — кричит Найл, отталкиваясь ногами от пола, следуя за другом, все еще сидя на стуле. Его желтая баскетбольная джерси и широкие штаны заставляют Луи почувствовать себя каким-то взрослым мужчиной, который разговаривает с подростком, действительно незрелым подростком, который хочет узнать все о сексуальной жизни. — Это действительно не странно для меня, — честно отвечает Луи, бросая пару вещей в корзину для грязного белья. Почти вся его одежда постепенно перекочевала к Гарри, и сейчас он начал принимать как должное, находя дома стопки со свежевыстиранным бельем или пижамами. — Я люблю Гарри на протяжении многих лет, и чем больше времени я провожу с ним, тем больше я понимаю, что мои чувства к нему не были основаны на какой-то глупой эстетической мысли. Он мое все, Найлер, — добавляет Луи, жалея о том, что не может объяснить парню всего того, что он испытывает к Гарри. — Он мой мир. — Ты такой милый, когда ведешь себя пафосно, — улыбаясь, отвечает Хоран, вставая со стула. — Заткнись, — перебивает его Луи, закрывая шкаф. — Иди сюда и помоги мне найти этот блядский костюм. — Блядский костюм? — издеваясь, спрашивает Найл. — Я ненавижу тебя, — нахмурившись, отвечает Луи. __ Спустя два часа они стоят на пороге квартиры Гарри с костюмом в руках. Луи в конечном итоге так и не придумал, как ему правильно стоит уложить волосы, так что он решает попросить об этом Зейна, аргументируя тем, что тот тоже идет на показ. Зейн источает королевскую элегантность, когда через пару минут открывает им дверь, параллельно приветствуя их. Луи сразу же замечает, как Найл, словно маленький ребенок, тут же прячется за его спину. — Заходите, — улыбаясь, говорит он им, но, несмотря на это, Найл все еще продолжает мяться у порога, смущенно прячась за спину Луи. — Ты выглядишь бесподобно, — решает начать разговор Луи, поскольку Найл, кажется, вообще забыл как говорить. — Спасибо, — подмигнул ему в ответ Зейн. — Хаз в спальне, пытается подобрать пару обуви под костюм. — Наверное, это трудное решение, — поднимает брови Луи, мысленно начиная подсчитывать, сколько у него пар обуви. Зейн тяжело вздыхает и с серьезным видом кивает, закрывая за ними дверь. — Я пойду, помогу ему, — сквозь неловкое молчание говорит Луи, смотря на Зейна и Найла. Найл слегка улыбается ему в ответ, продолжая все так же смущённо стоять в дверях квартиры. Когда Луи входит в комнату, он застает сидящего на полу среди дюжины коробок различных блестящих ботинок Гарри. — Привет, кудряшка, — нежно приветствует его Луи. Гарри счастливо улыбается ему в ответ, начиная неуклюже подниматься с пола. — Луи, — шепчет он, подходя к нему. Луи автоматически бросает чехол с одеждой на кровать, нежно прикасаясь пальчиками рук к выпирающему пузику. — Ты выглядишь сногсшибательно, — шепчет он, нежно целуя парня в мягкие губы, делая шаг назад, чтобы посмотреть на Гарри в полный рост. Его высокое рельефное тело дизайнерски упаковано в идеально скроенный черный костюм. — Дерьмо. — Что случилось? — взволнованно спрашивает Гарри, приподнимая брови. — Я буду в синем… черт, мы не будем сочетаться, малыш, — заламывая пальцы, отвечает Луи. — Мы слишком красиво смотримся вместе, чтобы беспокоиться о такой ерунде, — отвечает Гарри с серьезным выражением на лице. — Я так и думал, — кивает Луи, отчего Гарри тут же вновь его целует. — Ты пойдешь в душ, чтобы Зейн мог что-нибудь сделать с твоими волосами? — через некоторое время спрашивает Гарри, упираясь головой в плечо Луи. — Да, сейчас пойду, — отвечает Луи, скользя руками по спине парня. — Малик сказал, тебе нужна помощь в выборе обуви? Гарри неохотно отстраняется и поворачивается к куче обуви, которая ураганом раскидана по всей комнате. — Хорошо, если ты будешь в синем, тогда мне определенно нужно надеть что-то с золотом, — говорит он, неуклюже наклоняясь вниз, поднимая с пола золотые полусапоги на каблучке. — Отлично, — кивает Луи, совершенно не имея понятия, подойдут они ему или нет. Гарри улыбается ему и садится на кровать, чтобы надеть их. — Теперь иди в душ, — улыбаясь, добавляет он, шлепая Луи по попе, из-за чего тот издает девчачий визг. __ Через двадцать минут Луи выходит из ванны, пахнущий, как корзина с фруктами, и завернутый в самое мягкое полотенце, которое он когда-либо трогал. Он не спеша надевает свой костюм, дважды перепроверяя, что его попа выглядит все так же хорошо, как он помнит. Выходя из спальни, он слышит негромкие голоса Гарри, Зейна, обсуждающих планы с Найлом на вечер. Тот объясняет им, что за вечер группе предстоит дать несколько интервью для различных радио-шоу, так как не за горами начало нового тура. — Хорошо, что меня там не будет, — вздыхает Найл, обнимая Зейна за талию. — Не хочу, как обычно, устраивать ажиотаж. — Мы просто слишком красивые, чтобы всем быть в одном месте, — отвечает Луи, подразумевая то, что Найл не приглашен на шоу. Парни разом смотрят на него, и глаза Гарри расширяются, а взгляд становится голодным. Или страстным? — Ты прав, Томмо, — фыркает Найл, засовывая руки в карманы джинс. — Костюм хорошо смотрится на тебе, — наконец говорит Зейн. — Не так ли, Хаз? Луи улыбается, начиная медленно крутиться на месте, отчего Гарри, не выдержав, громко сглатывает. — Бесспорно, — отвечает он, чуть дыша. — Спасибо, малыш, — нежно говорит Луи, улыбаясь ему. — Ты поможешь мне с волосами, Зи? Зейн подмигивает ему, маня пальцем обратно в ванную. — Луи отлично выглядит, — тихо говорит Найл Гарри, как только за парнями закрывается дверь. — Да, это точно, — кивает Гарри с широко раскрытыми глазами. — Ебать, ты видел его зад в этих штанах? — тихо стонет он. Найл, хихикая, кивает. — У него действительно шикарная задница, — соглашается он. — В отличии от Луи, у Зейна почти ее нет, — хихикая, отвечает Гарри. Найл в ответ начинает громко смеяться: — К тому моменту, как Бог добрался до его задницы, он исчерпал лимит совершенства. Гарри, прищурившись, пару минут смотрит на него, но потом снова начинает смеяться. — Несмотря на это, Зейн все равно прекрасен, — через какое-то время добавляет он. — И он очень умный, — соглашается Найл. — Злой, огромный, красивый мужлан, как любит называть его Луи. — Это да, — соглашается Гарри. — Я… — Да? — Я рад, что вы познакомились, — тихо говорит Гарри. — Люди иногда так несправедливы к нему. — Это ужасно, — с болью в голосе отвечает Найл. — Знаешь, я рад, что мы познакомились с ним по телефону, — говорит он. — Я помню, как после очередного разговора с ним всю ночь гуглил, пытаясь найти, кто же такой зеленый фонарь. — Супергерой? — спрашивает Гарри. — Да, — кивает Найл. — Он фанат комиксов. — Я думаю, ты его хранитель, — смеясь, говорит Гарри Найл. — Я… ну… спасибо, Гарри, — краснеет Найл. — Ты тоже тогда хранитель. Щечки Гарри тут же наливаются румянцем. — Спасибо. — Я надеюсь, ты знаешь, что Луи без ума от тебя, — нерешительно говорит Найл. — По крайней мере, теперь его помешательство на тебе немного поубавилось. Гарри не знает, что сказать, поэтому Найл продолжает: — Я не хочу пугать тебя или что-то в этом роде, — добавляет он. — Когда мы впервые гастролировали, он мне все уши прожужжал про твои поездки в Африку, ну, когда ты со своим фондом привез туда чистую воду. Помню, перед концертом он сказал мне: „Мы должны поехать в Африку, Ни, мы обязаны“. Когда на следующий день мы прилетели в Милан, кто-то в зале случайно оскорбил тебя… знаешь, он чуть не побил того парня, хорошо, что охрана вовремя подоспела. — Это… это правда? — спрашивает Гарри с блестящими глазами, словно он вот-вот расплачется. — Извини, — вдруг говорит Найл. — Это звучит жутко, я понимаю, но… он не преследовал тебя или что-то в этом роде, нет… он просто следил за твоей карьерой. Как бы восхищался тобой со стороны. Гарри в ответ качает головой, кладя руку на плечо Найла. — Все в порядке. Спасибо, что рассказал мне об этом. Луи повезло, что у него есть такой друг, как ты. — Неужели? Не могу себе представить, что бы он делал без меня, честно. — Так-так, — неожиданно раздается голос Луи из ванны. — Найл, я даже отсюда слышу, как ты говоришь гадости про меня. — Прям так и слышишь? — дразнит его Найл. — Да, Ни, слышу, — отвечает Луи, через пару минут заходя в комнату, из-за чего Гарри тут же перестает дышать. Зейн уложил волосы Луи в своего рода вкусное лакомство, наподобие булочки с корицей. Сексуальную булочку с корицей, которую Гарри не раздумывая хочет съесть. — Я выгляжу нормально? — спрашивает он их. — Да, — кивая, стонет Гарри, медленно направляясь к нему. — Ты выглядишь... — выдыхает он, не находя слов, и лишь прижимается лбом к парню. — Что, совсем плохо? — взволнованно спрашивает Луи. — Абсолютно ужасно, — отвечает Гарри, страстно целуя его в губы, обхватывая руками лицо. Найл начинает свистеть, громко хлопая, отчего Луи немного краснеет, углубляя поцелуй. __ Луи пытается скрыть волнение, когда их автомобиль подъезжает ко входу в здание. Гарри, свернувшись, лежит у него на руках, нервно покусывая белыми зубками нижнюю губу, периодически пропуская длинные тонкие пальцы через волосы. Луи нежно улыбается ему, осторожно обхватывает руками запястье парня, целуя кончики пальцев, и произносит: — Все будет в порядке, милый. Тот смотрит на него снизу вверх, слегка вздрагивая от громких вспышек фотографов, которые просачиваются через затемнённые окна автомобиля. Луи робко улыбается ему в ответ, наклоняя голову, чтобы еще раз почувствовать сладость любимых губ. — У вас есть план? — спрашивает Зейн, наблюдая через окно за тем, что происходит на красной дорожке. — Мы будем держаться за руки, — тихо говорит Гарри, в подтверждающем знаке переплетая их руки. — Это хорошее начало, — улыбается Зейн. — Мы также будем игнорировать прессу и их грязные высказывания. Перед уходом Лиам сказал мне, что он договорился с некоторыми журналистами насчет меня и Гарри, — объясняет Луи. — Луи расскажет им о предстоящем туре, а я — про то, как приятно быть беременным, — добавляет Гарри. — Звучит хорошо, — кивает Зейн. — Будете говорить только про карьеру. — Да, — кивает Гарри. Машина останавливается, и Зейн выходит первым. Камеры громкими щелчками начинают вспыхивать тут и там, Луи колеблется пару секунд, прежде чем выходит следом, протягивая Гарри руку. Пресса начинает буквально сходить с ума, как только блестящий ботинок Гарри показывается из машины. Луи тут же покровительственно обхватывает талию Гарри. Они позируют перед камерами, пока идут по красной дорожке, останавливаясь тут и там, чтобы дать короткое интервью. Луи честно признается одному из интервьюеров модного блога, что он был очень удивлен, когда узнал, что они номинированы на Грэмми. Пару журналистов все же ненавязчиво спрашивают его про семейное положение, на что он просто таинственно улыбается в ответ. Также он помогает Гарри ответить на несколько вопросов, когда тот впадает в ступор, когда его спрашивают, присутствует ли он на репетициях парней и тому подобное. Один из интервьюеров спрашивает Гарри, взволнован ли он новой коллекцией Givenchy, параллельно делая комплимент его золотым сапожкам. Гарри, улыбаясь, игнорирует первую часть вопроса, отвечая, что он надел их, чтобы соответствовать наряду Луи. Они медленно двигаются вперед, останавливаясь только тогда, когда кто-то из интервьюеров говорит им, что у него есть договоренность с Лиамом. Он, как ни странно, придерживается строго рода сопутствующих вопросов, спрашивая Гарри, взволнован ли он новой коллекцией этой осени, или о том, кто помогал Луи выбирать такой замечательный костюм. Гарри просит Луи покрутиться, чтобы показать крой брюк, восхищенно рассказывая про то, что это изначально было задумкой дизайнера. Луи в ответ лишь улыбается, оборачивая руки вокруг талии Гарри, медленно подталкивая его вперед. Они уже почти скрываются в здании, когда какой-то интервьюер неожиданно хватает Гарри за руку, тем самым заставляя его остановиться. — Гарри! ГАРРИ! — кричит он, тыча камеру ему в лицо. — Это правда, что ты встречаешься с Томлинсоном из-за денег? Гарри замирает, чувствуя, как Луи сильнее хватает его за руку, притягивая ближе для того, чтобы уйти, но интервьюер проворно преграждает им дорогу. — Это правда, что твое агентство расторгло с тобой контракт?! — кричит он, толкая парня локтем в живот. Гарри тут же спотыкается, едва не падая лицом в камеру. Луи моментально отталкивает репортера от себя, крепко обнимая парня за талию, поспешно ведя к двери, замечая, как Зейн изо всех сил старается заслонить собой Гарри от голодных вспышек фотоаппаратов. — Луи! — снова кричит интервьюер. — Это правда, что Гарри соблазнил тебя ради того, чтобы забрать все твои деньги? - Шатен в ответ кривится, стараясь не обращать на него внимания. — Каково осознавать, что это не твой ребе..? Концовка вопроса растворяется в вспышках камер, когда кулак Луи встречается с челюстью мужчины, моментально сбивая того с ног. Подоспевавшая охрана тут же хватает интервьюера за руки, ограждая Луи, Гарри и Зейна плотным кольцом. Луи следует за охраной по коридору, чувствуя, как его все еще трясет от ярости, в то время как Гарри изо всех сил борется с подступающими слезами. — Черт подери, — кричит Зейн, как только они входят в предоставленную им комнату. — Это все неправда, — продолжает возмущаться он, но тут же замолкает, когда замечает дрожащую спину друга. Он переводит взгляд на Луи, подмечая, что тот выглядит все еще немного потрясенным, как и Гарри. Помявшись пару минут, он решает выйти из комнаты, чтобы предоставить им время выговориться. — Мне так жаль, Гарри, — шепчет Луи, стыдясь своего поступка. — Тебе жаль?! Тебе жаль?! — истерично кричит Гарри, начиная бить кулаками Луи по груди. — Я не должен был бить его, прости, — все еще оправдывается Луи, крепко прижимая парня к себе. — Я так испугался, Луи, — бормочет Гарри в шею парня. Боже, он испугал Гарри своим гневом и отсутствием контроля. Неужели он превращается в себя прежнего? — Гарри, — тихо бормочет он. — Я думал, он покалечит ребенка, — всхлипывает Гарри, прижимаясь ближе. — Я думал, что потеряю малыша. От одной мысли об этом сердце Луи замирает. На мгновение он жалеет о том, что не может избить того парня снова. Гарри поворачивается в его руках, опираясь всем телом на грудь парня, отчего Луи тут же ослабляет хватку, чтобы переместить руки на круглый животик. Гарри не испугался его. — Гарри, — выдыхает с облегчением Луи, — Я рядом, тебе не стоит беспокоиться об этом, малыш. — Что было бы, если бы тебя не было, Лу? — качает головой Гарри, разворачиваясь, обнимая его за шею, начиная перебирать руками пряди, которые Зейн щедро обрызгал лаком. — Но я здесь, — нежно отвечает Луи. — Я держу тебя, — добавляет он, усиливая хватку на бедрах. - Я никуда не денусь, — шепчет он ему снова и снова, пока тот не перестает шмыгать носом. Гарри поднимает свои зеленые, заплаканные глазки на Луи, слабо улыбаясь в ответ. Томлинсон дарит ему небольшую обнадеживающую улыбку, начиная покрывать поцелуями кончик его носа, веки и остальную часть лица. __ Гарри тут же начинает хихикать от его действий. Через пару минут Зейн возвращается в комнату, весьма довольный тем фактом, что его друг теперь улыбается. — Охрана удалила того интервьюера из помещения, — говорит он им. — Он не будет предъявлять обвинения? — спрашивает Луи. Зейн качает головой. — Не должен. Но если он это сделает, мы в ответ нагрянем к нему с ответным иском о защите личной жизни. — Мне нужно освежиться, — тихо говорит Гарри, отстраняясь от Луи. — Держу пари, я выгляжу ужасно. Луи скользит взглядом по Гарри, замечая его красные глазки, опухшие щечки и непослушные кудри. — Ты выглядишь великолепно, — несмотря на это, нежно отвечает Луи. — Ты всегда так говоришь, — хихикает Гарри, игриво ударяя его в грудь. — Пойду в туалет. — Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой? — спрашивает Луи. Гарри в ответ качает головой. — Я справлюсь. Просто… дайте мне побыть одному. — Хорошо, — отвечает Луи. — Я буду здесь, когда ты вернешься. Гарри выходит из комнаты, и Зейн, не удержавшись, тихо свистит: — Ебать, чувак. — Да, — кивает Луи. — Это был впечатляющий удар, — восхищенно говорит Зейн. — Я действительно не должен был делать этого, — качает головой Луи. — Ну, несмотря на все, я рад, что ты все-таки сделал это. Если бы не ты, я бы точно вмазал ему, — говорит Зейн, хлопая рукой парня по спине. — Я так испугался за Гарри, — тихо отвечает Луи. — Не могу поверить, что он схватил его, — говорит Зейн, скрещивая руки на груди. — Да, — кивает Луи. — Я очень рад, что у Гарри есть ты, приятель, — с серьёзным лицом говорит Зейн. — Я тоже рад, что у него есть ты, Зи, — отвечает Луи. __ Через пару минут Гарри возвращается из ванной, выглядя посвежевшим. Когда он закрывает за собой дверь, Луи и Зейн ведут жаркие дебаты на тему того, кто лучше: Халк Эда Нортона или Халк Марка Руффало. Незаметно подкравшись к парням, он аккуратно берет Луи под руку, пряча довольную улыбку ему в плечо. Тот улыбается ему в ответ, выслушивая увесистый аргумент Зейна о том, что Руффало является более мягкой стороной Брюса Бэннера. Когда Луи ничего не отвечает, Малик довольно хмыкает, автоматически присваивая себе победу, следуя за ними с самодовольной ухмылкой на лице. __ Большинство гостей, похоже, не были в курсе маленького инцидента, который произошел на красной дорожке, или их просто это не волновало, в любом случае Гарри был слишком воспитан, чтобы кому-то об этом напоминать. Вместо этого он со всей присущей ему энергией начинает знакомить Луи со своими друзьями, представляя его им как своего бойфренда. После встречи с десятками людей, чьи имена Луи не может вспомнить, он наконец-то замечает в толпе более менее знакомое лицо бывшей участницы шоу „проект Подиум“. Гарри, наоборот, казалось, знает здесь абсолютно всех, и Луи может с гордостью сказать, что они все обожают его. Несколько длинноногих супермоделей начинают настойчиво просить разрешения потрогать его животик, который он все время прикрывает руками. Тот, помявшись пару минут, все же соглашается, стараясь не улыбаться как идиот. Когда девушки начинают интересоваться именем ребенка, Гарри объясняет им, что он решил не узнавать пол, так как хочет, чтобы это было сюрпризом. Луи, улыбаясь, слушает их разговоры, надеясь, что девушки не будут перегибать палку с вопросами. Когда они уходят, Гарри смущенно улыбается, начиная автоматически поправлять пиджак. После энного количества представлений Луи решает, что ему срочно надо пойти выпить. — Гарри, — тихо говорит он парню на ухо. — Да, милый, — наклоняясь, отвечает Гарри, отходя от Кейт Олсен. — Я собираюсь пойти принести что-нибудь выпить, ты хочешь воды, чая или чего-нибудь еще? — спрашивает он его. — Можно лимонной воды? — робко просит его Гарри. — Хорошо, — улыбаясь, отвечает Луи. — Скоро вернусь, — напоследок он незаметно целует его в ухо и затем исчезает, чтобы найти бар. Луи видит, как Зейн разговаривает с кем-то еще более привлекательным, чем он сам. Адонис кладет свою руку Зейну на плечо, и Луи задается вопросом, стоит ли ему беспокоиться насчет Гарри? Так, стоп. Стайлс никогда бы не стал ему изменять, зная, через какой ад ему пришлось пройти. Зейн, насколько ему известно, является тем человеком, который много не говорит, но, если он и говорит что-то, это многое значит, так что Луи был уверен, что если он спросит Зейна насчет Гарри, то тот, не сомневаясь, подтвердит, что модель никогда так с ним не поступит. Он берет в руки напитки и направляется обратно к Гарри, параллельно вступая на пути в светскую беседу с несколькими людьми. Комик Маргарет Чо говорит ему, как сильно ей понравилась их песня „Girl Almighty“ и как она гордится тем фактом, что он бисексуал. Луи кивает и благодарит ее, чувствуя вину и злость на свое агентство за сокрытие сведений о нем. Сколько бы раз он ни говорил им, что он не бисексуален, они все равно продолжали твердить ему, что он заблуждается и что это выгодно для ЛГБТ-сообщества. Бисексуальная ложь, словно паутина, окутала его жизнь, и теперь, когда он окончательно решил открыться еще раз, ему придется извиниться, хорошенько извиниться. Луи надеется, что фанаты его поймут, ведь, когда они с Гарри поженятся, не будет больше смысла что-то скрывать или лгать. Стоп. Луи тот час же отгоняет эти мысли прочь. Он и Гарри являются бойфрендами всего каких-то пять минут, пока еще рано думать на этот счет. Подходя ближе, он замечает, что его парень разговаривает с женщиной, одетой в стиле шестидесятых годов. Она, в отличие от почти всех других женщин в комнате, была одета в джинсы, которые Луи счел невероятно странными, и блузку с широким вырезом, отделанную мелким бисером. Заметив его со стаканами, она тотчас же прощается с Гарри, отчего тот растерянно начинает оглядываться по сторонам, не понимая, что могло ее спугнуть. Встречаясь взглядом с Луи, Гарри складывает „два плюс два“, очередной раз поражаясь тому, насколько великолепно выглядит его мужчина. — Это была Мэг Симмонс, — улыбаясь, говорит Гарри, беря в руки свой стакан. — Прикольно, — смеется Луи. — Я… я, прости, милый, но я не знаю, кто это. — Она ведущий дизайнер джинсов „Paige“! — восторженно отвечает Гарри. Луи кивает в знак согласия, понятия не имея, что это за джинсы „Paige“. Он знает лишь то, что джинсы бывают разных цветов и что не стоит носить их грязными (но он все равно так делает), но потом в голове что-то щелкает, и он вспоминает их поездку к врачу. — Джинсы „Paige“ являются твоей любимой маркой, да? — неуверенно спрашивает он. — Да! — восторженно отвечает Гарри, обнимая парня за талию. Луи никогда особо не заморачивался в выборе джинсов, и сейчас, видя довольную мордашку парня, он не собирается спорить по этому поводу. — Я всегда хотел познакомиться с ней, — объясняет Гарри, становясь рядом с Луи, тем самым позволяя парню обернуть руку вокруг его спины, наклоняясь ближе. — Это удивительно, малыш! — нежно шепчет Луи. — Приятно видеть тебя в своей стихии. — Мм, — улыбаясь, отвечает Гарри, отпивая немного воды. — Ммммм, — стонет он снова, делая несколько глотков. — Вкусно? — улыбаясь, спрашивает Луи. — Удивительно, — кивает Гарри, наклоняясь ближе к уху парня, начиная говорить тихим голосом, отчего Луи приходится встать на носочки. — Дамиан, когда мы ходили на такого рода банкеты, никогда не спрашивал меня, чего я хочу, — он просто приносил мне Космо, который был прекрасен, пока я не забеременел. И даже когда я был в положении, он все равно продолжал приносить мне этот чертов напиток, ублюдок. Луи нежно целует парня в висок, шепча: — Знаешь, кто приносит космо своей беременной паре? — спрашивает он, пытаясь поднять парню настроение. — Кто? — Только полные ублюдки, — продолжает Луи. — Спасибо! — хихикая, отвечает Гарри. И Луи щекочет его до тех пор, пока какой-то мужчина не подходит к ним для того, чтобы поговорить с Гарри. Луи тотчас же отстраняется, вспоминая, что они не одни — на самом деле они стоят в переполненном зале, полном людей. — Гарри, — улыбаясь, говорит незнакомец, целуя парня два раза в щеки. — Луи, познакомься, это Стэн, креативный директор „Neiman Marcus“. — Здравствуйте, — приветствует гостя Луи, протягивая руку. — Ты из этой группы! — с энтузиазмом говорит Стэн, жестикулируя руками. — No boundaries? — No Control, — улыбаясь, отвечает Луи. — Да! — соглашается тот, делая глоток виски. — Вы, ребята, круты. Ваш новый сингл „Where Do Broken Hearts Go“ просто чума. — Спасибо, сэр, — смущенно отвечает Луи. — Я могу одолжить твоего парня на мгновение? — спрашивает его Стэн. — Конечно, — кивает Луи. Гарри напоследок прижимается к нему и отходит в сторону со Стэном, который жестом подзывает к себе женщину-дизайнера джинсов „Paige“. Луи остается на произвол судьбы, пока Зейн не подходит к нему, закидывая руку ему на плечо. — Он просто сияет, — улыбаясь, говорит Зейн. — Это да, — соглашается Луи, с нежностью смотря на Гарри. — Я никогда не видел его таким счастливым. Даже с Дамианом, — добавляет Зейн. Луи сразу же отворачивается, игнорируя тот факт, что его сердце стало биться быстрее от этих слов. Он предполагал, что его будут сравнивать с Дамианом. У Гарри почти не было серьезных отношений, и это вполне нормально, что он считает последние отношения самыми важными, ещё и учитывая его беременность. — Ты должен сделать каминг-аут в ближайшее время, — твердо говорит Зейн, не отрывая взгляда от улыбающегося друга. — Я знаю, — кивает Луи. — Я знаю. __ К концу вечера силы Гарри на исходе, и, как только они заходят в квартиру, парень не раздумывая ложится на диван, блаженно испуская счастливый стон. — Нет, нет, нет, — протестует Луи, поднимая его с дивана. — У тебя болят ноги, и я не хочу, чтобы в дополнение у тебя еще болела и спина, — добавляет он, помогая парню выбраться из костюма и переодеться в пижаму. Переодевшись следом, он тут же садится с краю кровати, начиная круговыми движениями массировать парню ноги. — Что ты делаешь? — сонно бормочет Гарри. — Ты говорил, что у тебя болят ноги, так что я решил помочь тебе, — просто объясняет Луи. Выражение лица Гарри нечитаемо в темноте комнаты, так как единственным источником света служат лишь уличные фонари. — Эй, Луи? — тихо спрашивает Гарри. — Да, Гарри? — так же тихо отвечает Луи, слегка поглаживая пальцами лодыжку. — Тот журналист, он был неправ, ведь так? — неуверенно спрашивает Гарри, словно маленький ребенок. — Нет, — твердо отвечает Луи, начиная потирать вторую ногу. — Он был неправ, еще когда напечатал ту гнусную статью, так же, как и в этот раз. Ты — мой первый и единственный выбор на всю жизнь. __ Они делают официальное заявление спустя два дня. Весть об их публичном признании вместе с ударом Луи распространялась словно пожар. СМИ как будто решили все сразу ополчиться против Луи, печатая в своих изданиях о всех гадостях, что он делал. The Globe выпустил шесть страниц якобы его разоблачения, взяв интервью у женщин, которые якобы утверждали, что Луи мог быть геем. В дополнение к статье они напечатали самые гнусные его фотографии, которые смогли собрать. Вот его тошнит посреди улицы, вот он выходит из ночного клуба с двумя пьяными женщинами под руку, вот он нюхает наркотики, вот он бьет кулаком человека в баре и т. д. и т.п. Сказать, что он этого не видел, будет неправдой, они и раньше периодически печатали их, но Луи не был уверен, видел ли их Гарри. Как и в тот раз, когда на следующее утро Луи нашел под дверью стопки с журналами с запиской „Позвони мне, когда поговорите“ от Лиама. Просыпаясь и не находя рядом Луи, Гарри, зевая, первым делом идет в гостиную. — Я слышал, как ты разговаривал с кем-то утром, — сонно бормочет он, устраиваясь на диване рядом с Луи, оборачивая руки вокруг его талии, скидывая ногами кучу журналов на пол. — Это жур… — хмурится Гарри. — Да, — кивает Луи. — Они пишут гадости о нас? — неуверенно спрашивает Гарри, стараясь не всматриваться в кричащие заголовки изданий… К удивлению Гарри, Луи качает головой. — Они почти не пишут о нас, — поясняет он. — В основном, все здесь обо мне. — О тебе? — переспрашивает Гарри значительно менее сонным голосом. Луи сглатывает и кивает. Гарри протягивает руку, чтобы поднять с пола журнал, но Луи тут же перехватывает ее, шепча с мольбой: — Пожалуйста, — сломленным голосом говорит он. — Пожалуйста, не смотри… пожалуйста, прости меня… пожалуйста, знай, что я люблю тебя. Гарри в ответ кивает, тихо шепча: „Верь мне“. Луи со вздохом отпускает его запястье, позволяя ему погрузиться в ужас его прошлой жизни. — У тебя впечатляющие рефлексы, — через некоторое время говорит Гарри, открывая страницу со статьей о нем. Луи хмурится, испуганно наблюдая за тем, как глаза Гарри сканируют текст. Во время просмотра фотографий он поджимает губы, наконец, вынося вердикт: — Эти фотографии абсолютно ужасны. Луи морщится. — Что такое DPI 5? Разве они не могли сфоткать тебя на камеру лучшего разрешения? Такое чувство, что тебя снимали на телефон девяносто пятого года, — смеется Гарри, поворачивая боком журнал, чтобы посмотреть на фото Луи, лежащего вниз лицом в коробке на вынос на тротуаре. — Мне нравится эта фотография, — мило улыбаясь, добавляет он. — Ты знаешь, что делаешь точь-в-точь такое же лицо, когда ты спишь? В ответ Луи издает писклявый звук. Гарри отрывает взгляд от журнала, смотря на него, подняв брови. — Что? — спрашивает он. — Это… — начинает Луи, взмахивая руками, — не то, что я ожидал. — Успокойся, — просто говорит он. — Мне это не причиняет боль. — Большинство из этого — правда, — не поднимая глаз, отвечает Луи. — Меня это не волнует, — твердо говорит Гарри, сжимая его подбородок, поднимая его лицо вверх. — Ты рассказал мне об этом, верно? Я знал, что ты был плохим парнем до того, как мы начали встречаться, — добавляет он, оставляя целомудренный поцелуй на губах Луи. — Беременность, может, и сделала меня сентиментальным, но я все еще в состоянии пользоваться гуглом. И, поверь мне, — говорит он, не отрывая взгляда от Луи. — После нашего первого свидания Зейн распечатал мне практически все о твоей личной жизни. Я с гордостью могу перечислить тебе, когда дни рождения у твоего брата и сестер. — Что? — в шоке спрашивает Луи. Он не был уверен, что даже сам знает все даты их дней рождения. — Он пытался рассказать мне о тебе перед тем, как у тебя появился шанс рассказать мне все это, — продолжает говорить Гарри. — Я ответил ему, пока ты никого не убил или не изнасиловал, я хотел бы узнать тебя сам. — Ох, — выдыхает Луи. — Так ты… уже видел все это? — неуверенно спрашивает он не в силах поверить в то, что Зейн все знал о нем с самого начала. Гарри медленно кивает, а затем пожимает плечами, говоря: — Я имею в виду… не все фотографии. Но, — наклоняясь к Луи, добавляет он, — я знал суть всего этого. — И ты считаешь это нормальным? — шепчет Луи в губы Гарри. — Я не одобряю то, как ты себя вел, но я понимаю, что это часть твоего прошлого, что ты сейчас изменился, — добавляет Гарри, целуя его снова. — Хотя я должен признать, — шепчет он снова, хватая Луи за футболку, - то, как ты ломаешь гитары на сцене, выглядит довольно сексуально. — Неужели? — игриво спрашивает Луи, сажая Гарри себе на колени. — Да, — улыбается Гарри. — Как настоящая рок-звезда. Когда ты чувствуешь песню настолько глубоко, ты обязан освободить энергию, выплеснуть ее. — Это да, — соглашается Луи, целуя парня в губы. Упираясь спиной в диван, он автоматически кладет руки на его животик, постепенно начиная углублять поцелуй. Руки Гарри скользят по телу Луи, начиная нетерпеливо дергать за краешек домашнюю майку. Луи улыбается и слегка приподнимает руки вверх так, чтобы Гарри без труда мог снять ее. Быстро разделавшись с ней, Гарри кидает ее на пол, начиная руками гладить грудь Луи, прослеживая контур татуировок. Когда его пальцы специально задевают соски, тот не выдерживает и аккуратно валит парня на диван. Подаваясь немного вперед, Луи не медля страстно целует Гарри в губы, чувствуя, как тот впивается ногтями ему в грудь. Когда с малиновых губ срывается очередной стон, Луи начинает прокладывать дорожку поцелуев вниз, невесомо прикусывая кожу. Гарри слегка выгибается вперед и автоматически кладет руки Луи на лопатки, начиная медленно толкаться вверх. — Луи, — стонет он, когда тот начинает засасывать кожу на шее. Улыбаясь, парень сильнее начинает толкаться бедрами в ответ, утыкаясь носом куда-то в район острых ключиц, задевая острыми зубами основание уха, заставляя тем самым тело Стайлса содрогнуться. — Гарри? — Мы могли бы… переместиться в спальню, — задыхаясь, шепчет Гарри, хватаясь руками за волосы Луи и автоматически закрывая глаза, когда тот особо сильно впивается зубами в молочную кожу. — Уверен? — отстраняясь, спрашивает Луи, всматриваясь в нуждающиеся, наполненные похотью изумрудные глаза. Гарри неуверенно кивает, опираясь лбом о лоб парня. — Хочу тебя, — томно выдыхает он, притягивая лицо парня ближе. — Просто это было так давно, и я… как бы это сказать… немного боюсь, — признался он. — Тоже хочу тебя, малыш, — нежно отвечает ему Луи. — Мы сделаем это медленно, хорошо? — Гарри неуверенно кивает, неуклюже соскальзывая с колен, берет Луи за руку и направляется в сторону спальни. Простыни вперемешку с одеялом все так же, как и утром, раскинуты по всей кровати: видимо, Гарри спешил найти Луи, раз не убрал кровать как обычно. Луи быстро собирает все подушки в кучу, чтобы Гарри мог удобно опереться на них. Он еще не знает, к чему это приведет, но несмотря на неуверенность, он хочет, чтобы Гарри было максимально комфортно. — Ты не мог бы первым раздеться, пожалуйста? — тихо просит Гарри, теребя рукой низ своей футболки. — Как скажешь, — нежно отвечает Луи, снимая с себя одежду за считанные секунды. Он не удосужился утром надеть боксеры, таким образом он предстает перед парнем совершенно голым, чувствуя, как взгляд Гарри стразу же устремляется на его уже наполовину вставший член. Его кожа загорелая, покрытая множеством татуировок, и Гарри мысленно сразу же хочется узнать каждую ее историю, каждую деталь. Плотно закрыв за собой дверь, Гарри неуверенно и очень медленно тянет свою футболку вверх, открывая взор на молочно-белую кожу. Попятившись немного назад, он автоматически скрещивает руки на груди, зная, что это выглядит довольно глупо. Луи видел его голым несколько раз, в основном, конечно, когда они утром вместе принимали душ, и это были просто обнаженные тела, никакого интима. — Может, это сделаю я? — нежно просит Луи, медленно подходя к нему ближе. Гарри делает неуверенный кивок, позволяя Луи целовать себя до тех пор, пока тот аккуратно не кладет его обратно на кровать, подкладывая под него несколько подушек, чтобы тому было удобнее. — Ты знаешь, насколько великолепно выглядишь прямо сейчас? — спрашивает он, впиваясь взглядом в каждый кусочек божественного тела. Гарри тихо хихикает, слегка качая головой. Луи, игнорируя, обходит стороной пижамные штаны парня, начиная покрывать легкими поцелуями его грудь, пытаясь заставить его расслабиться. — В ту первую ночь, когда ты позволил мне помассировать тебе плечи, — шепчет Луи сквозь поцелуи, оставляя маленький засос у основания бабочки, — я задался вопросом, какое доброе дело я сделал в прошлой жизни, что Бог позволил мне увидеть тебя. Не найдя ответа, я решил, что, возможно, в пьяном угаре я продал ему мою душу или что-то еще, что он дал мне время побыть с тобой, — тихо добавляет он, нежно целуя Гарри в низ живота. Тот в ответ томно выдыхает, хватая Луи за одну из рук, переплетая их пальчики вместе. — Ты такой красивый, — восторженно продолжает шептать Луи, начиная покрывать поцелуями линию бедер, медленно разъединяя их руки, чтобы можно было проскользнуть под резинку пижамных штанов и избавить Гарри от остальной части его одежды. Закрыв глаза, Гарри слегка приподнимает бедра, чувствуя, как тело постепенно оголяется. Когда последняя мешающая вещь летит на пол, он машинально протягивает руки к Луи, отчаянно нуждаясь в спасительном тепле. Луи снова переплетает их пальцы вместе, удобно ложась рядом с ним. — Все нормально? Все хорошо? Гарри кивает, начиная мягко целовать его в ответ, поджимая пальчики ног. Дрожь крупными волнами проходится по его телу, и Луи не уверен, что это от холода. — Мы можем остановиться, — тихо говорит он куда-то в район пупка. — Я не хочу, чтобы ты останавливался, Луи, честно, — возбуждённо шепчет Гарри в ответ, дрожа на диване, словно похотливый подросток. В одежде он чувствовал себя завоевателем мира. Одежда была его броней; он знал ее от и до. Он легко чувствовал себя на миллион долларов в костюме или просто в растянутой домашней футболке. Но в этот раз одежда предала его, и без нее он чувствовал себя так неуместно. Он знал, как быть голым, не будучи уязвимым. Это было некоторое время назад, и сейчас, в этой ситуации, он хочет быть уязвимым для Луи. Он хочет поделиться этим с ним, но он не знает, как сказать ему об этом. Он просто не знает, как это сказать. Вдруг он его не поймет? Они снова начинают целоваться без реального намерения, пока Гарри, набравшись смелости, не тянет Луи за волосы, тем самым заставляя его громко застонать. — Боже, Гарри, — выдыхает он ему в рот. — Луи, — тихо отвечает Гарри, покусывая нижнюю губу. Луи останавливается и поднимает на него взгляд, продолжая все еще держать Гарри за руку. — Если хочешь, мы можем это обсудить. Как тебе нравится? — шепчет он в теплую кожу парня, слегка прикусывая зубами линию ключиц. — У тебя есть любимая поза? — шепчет он вновь, затаив дыхание. — Мне все нравится, — кивает Гарри, — но мой живот, — начинает снова он, смущенно скрещивая руки на основании. Луи лишь усмехается, начиная нежно, успокаивающе целовать его, параллельно шепча в губы всякие нежности. — Все в порядке, мы вернемся к этому позже, — улыбаясь, уверенно говорит он, как бы говоря, что будет рядом даже после рождения ребенка. — Так какая поза тебе больше нравится? — прищурившись, спрашивает Луи, пытаясь правильно сформулировать вопрос. Это звучит немного странно, судя по смущенному лицу Гарри, сразу становится понятно, что ему довольно неприятна эта тема. — Хаз, — осторожно шепчет Луи, поднимая личико парня вверх. — Прости… я… — У меня не было секса с тех пор, как я узнал, что беременен, — тихо отвечает Гарри, опуская взгляд вниз. Широко раскрыв глаза, Луи неверующим взглядом смотрит на него, несколько раз моргая в недоумении. — Ты… что? — Дамиан не хотел иметь со мной ничего общего после того, как узнал, что я беремен, по крайней мере, физически, — с болью в голосе отвечает Гарри. — Он говорил, что это небезопасно для малыша, но думаю, что он просто использовал меня и не было больше никаких причин. Луи тут же крепко обнимает его, жалея, что не может оградить Гарри от порой такого жестокого мира, и также о том, что не может прямо сейчас сломать чертовому Дамиану нос. Гарри неуверенно кладет руки Луи на талию, прижимаясь к нему так близко, как это возможно. — Ты такой замечательный мальчик, — нежно шепчет Луи, целуя его в волосы. — Ты… заслуживаешь намного большего. Боже… как он посмел так с тобой поступить… Гарри икает в ответ, стараясь не плакать из-за Дамиана снова. У Луи на коленях ему было тепло и уютно, стабильное дыхание парня и его напряженные мышцы дарили ему чувство покоя, стабильности. — Я даже не знаю, как заниматься сексом после этого, — снова икая, шепчет Гарри, чувствуя, как начинает дрожать нижняя губа. Луи слегка улыбается ему, отчего Гарри капризно надувает губы, слегка толкая кулачком его в плечо. — Что за хитрая улыбка? — спрашивает он обиженно. — Я… как бы знаю, как это в теории, — тихо отвечает Луи не в состоянии сдержать смешок. — Что? Ты прежде кого-то трахал беременным? — возмущенно спрашивает Гарри, скрещивая руки на груди. — Нет, — качает головой Луи. — Я искал, как сделать это. — Искал? Онлайн? — недоверчиво спрашивает Гарри. Луи смущенно кивает. — Потому что ты хотел заняться со мной сексом? — уже менее раздраженно интересуется Гарри. Луи снова кивает. Гарри начинает счастливо улыбаться, тут же прижимаясь к его губам. Они целуются до тех пор, пока поцелуй постепенно не перетекает в более грязный. — Покажи мне, — разрывая поцелуй, шепчет похотливым голосом Гарри, кладя руки на плечи Луи. — Есть несколько способов, — отвечает Луи, игриво кусая Гарри за нижнюю губу, скользя языком внутрь. — Ох, — издает отчаянный стон Гарри, когда Луи начинает опускаться вниз к шее, слегка прикусывая острые ключицы. — Мы можем попробовать самый безопасный способ, — продолжает Луи, скользя руками по телу Гарри сверху вниз, заставляя его дрожать. Гарри в ответ с энтузиазмом кивает, слегка улыбаясь. — Ладно, — мягко улыбаясь, говорит Луи. — Позволь мне позаботиться о тебе, малыш. Гарри позволяет Луи уложить себя на бок, автоматически подкладывая под живот подушку для комфорта. Луи в свою очередь размещается позади него, начиная покрывать поцелуями шею. Медленно скользя одной рукой вниз по спине, он достает второй из-под подушки смазку. Смазав пальцы, Луи нежно начинает скользить ими у входа, постепенно проталкивать один внутрь. Гарри тихо стонет, стараясь привыкнуть к такому давно забытому наслаждению. Не чувствуя сопротивления, Луи медленно начинает скользит пальцем внутри, наслаждаясь тихими стонами. Когда он добавляет второй палец, Гарри в ответ громко скулит, начиная без остановки шептать: «Пожалуйста, больше, мне нужно больше». Усмехнувшись, Луи нарочно начинает избегать простаты до тех пор, пока тот самостоятельно не начинает насаживаться, почти плача от наслаждения. — Я нуждаюсь в тебе, Луи, — поворачивая голову, шепчет он, слегка вздрагивая, когда Луи вытаскивает пальцы. — Хорошо, малыш, — тут же отвечает Луи, грязно целуя его в губы. — Презервативы? — В аптечке, — стонет Гарри, и Луи устремляется в ванную. Сняв фольгу и хорошенько смазав головку, Луи на мгновение задается вопросом, просрочены ли эти презервативы и как долго они лежат там, если у Гарри не было секса с самого начала беременности. Аккуратно поднимая ногу Гарри вверх, Луи медленно начинает вводить только головку. Изогнув спину, Гарри, словно в бреду, начинает шептать «Больше, больше, больше», тем самым подстегивая его. Луи морально не был готов к тому, как туго и жарко будет ему внутри Гарри. Жар вперемешку с хлюпающими звуками затмевают даже самую страстную его фантазию, и те звуки, которые издает Гарри, подстёгивают Луи дать ему то, чего он хочет так долго. То, чего он не может сделать своими собственными пальцами. Луи посильнее хватает Гарри за бедра, поднимая его ногу еще выше. Другой рукой он скользит между Гарри и матрасом, чтобы удержать его ближе, начиная в быстром ритме толкаться внутрь, стараясь найти правильный угол. Это не самая удобная поза, но судя по гортанным стонам Гарри, его все устраивало… Через пару толчков он, наконец, находит заветное место, чувствуя, как тело Гарри начинает предательски дрожать. Оргазм настигает их одновременно, словно ураган, снося все вокруг, оставляя после себя лишь блаженную истому. Через пару минут Гарри вытягивает свою ногу из-под бедра, давая Луи возможность снять презерватив. Через мгновение Луи уже обнимает парня за живот, чувствуя, как тот слегка всхлипывает, пряча лицо в ладошки. — Малыш? — мягко спрашивает он. — Спасибо, — тихо отвечает Гарри, машинально обнимая себя руками. — Спасибо тебе, Хаз, — нежно говорит Луи, целуя его плечо, поглаживая большими пальцами низ живота. Гарри прилагает все усилия, чтобы перевернуться, неуклюже сталкиваясь с Луи губами, чувствуя, как слезы текут по его лицу. — Пожалуйста, скажи, что это слезы счастья, — шепчет Луи. — Так и есть, — кивает Гарри, прижимаясь к нему лбом. — Это было потрясающе… это почти моя любимая поза. — Да? — улыбается Луи. — Я волновался, что разочарую тебя. — Все было замечательно, — нежно шепчет Гарри, утыкаясь носом в его ключицу. — Какая твоя любимая позиция? — не выдержав, все же спрашивает Луи. Гарри слегка краснеет, но все же отвечает: — Мне нравится, когда из-за спины, по-собачьи. — Мммм, — улыбается Луи, целуя парня в макушку. — Ебать, как же горячо это выглядело бы. Ты бы прижимался лицом к подушке, пока я, держа тебя за бедра, трахал тебя так, как ты любишь, — горячо шепчет Луи, чувствуя, как лицо Гарри становится почти пунцовым. — Боже, Лу, — издает писк Гарри. — Ты не можешь просто так говорить такие вещи. — Почему это? — Потому что мы все равно не сможем делать это в течение нескольких месяцев, и теперь после твоих слов я хочу этого еще сильнее. — Я обещаю тебе, мы обязательно сделаем это, как только ты родишь. — Ты… ты, — шепчет Гарри не в силах закончить свою мысль, так что вместо этого он просто целует его, надеясь, что Луи поймет то, что он хочет ему сказать. __ Следующие несколько дней были настолько загруженными, что Луи еле находит время для любимого парня. Организаторы подтвердили даты и города, билеты полным ходом раскупались во всех городах мира. Несмотря на суматоху и ужасную занятость, он все равно каждую ночь приходит к Гарри домой, оборачивая руки вокруг уже довольно большого пузика, обещая быть более внимательным в следующий день. В воскресенье Луи отказывается идти на работу. Ранее он планировал провести всю субботу с Гарри, но Лиам в очередной раз вызвал его на интервью, так что Гарри понимающе отпустил его, обещая вечером приготовить что-нибудь вкусненькое. Воскресенье официально является у него днем отдыха, и Луи хотел провести его с Гарри. Они должны поговорить о следующей среде, когда Луи улетает в Рим, чтобы открыть тур. Им нужно поговорить о будущем и о том, что все это означает. Им так много стоит обсудить. В десять утра Гарри приходит домой, возвращаясь с утренних занятий йогой для будущих родителей, с пачкой любимого печенья и горячим чаем для Луи. — Я думал, мы отдыхаем сегодня, — сонно отвечает Луи, с радостью принимая чай от Гарри. — Мы можем отдохнуть теперь, — улыбаясь, добавляет Гарри, наклоняясь для поцелуя. — Мои мышцы немного одеревенели. Было приятно размять их. — Да неужели? — приподнимает брови Луи, заставляя Гарри хихикать. — Луи, — тихо шепчет Гарри, нервно перебирая шнурки на толстовке. — Да, Гарри? — таким же тоном отвечает Луи, целуя Гарри в губы еще раз, усаживаясь поудобнее. — Доктор Рут позвонила мне сегодня, — говорит Гарри, не отрывая глаз от пупка Луи. — Все в порядке? — спокойно спрашивает он. — Я не знал, что она тебе звонит по выходным. — Одна из причин, почему я выбрал ее, было то, что она всегда доступна по выходным… я ведь нервничаю, это мой первый ребенок, и тому подобное. Луи мило улыбается, игнорируя учащённое биение сердца при слове ‘первый’. Возможно, Гарри захочет еще больше детей, возможно, эти дети будут от него. Покачав головой, Луи отгоняет эти мысли прочь, целуя Гарри в лоб. — Ты такой ответственный, малыш, — нежно добавляет он, отчего Гарри тут же начинает мило краснеть. — Она позвонила, чтобы назначить дату, — спокойно отвечает Гарри. — Свидание? — переспрашивает Луи, отодвигаясь назад, чтобы взглянуть на Гарри. Между ними виснет неловкая пауза, в которой Гарри нервно начинает кусать свою нижнюю губу, стараясь передать Луи то, что он имел в виду, без использования слов. — Ты женишься на своей лесби-докторе? Гарри смеется, мотая головой, прогоняя прочь напряженность. — Нет, дату родов, — объяснил Гарри. — Ох, — потрясенно шепчет Луи. — Ох! — повторяет он, становясь на колени перед Гарри, хватая его за руку. — Это потрясающе! Когда произойдёт это чудо? — взволнованно спрашивает он, смотря парню прямо в глаза. Гарри хмурится, встает, хватает со стола пакет с печеньем, мед, сливочный сыр, контейнер с яблоками и идет на кухню. Сердце Луи замирает. "Гарри что, не хочет, чтобы я знал? Гарри не хочет, чтобы я был там? Он что, думает, что после этого я его брошу? Или…" — с трудом сглатывая, думает Луи, чувствуя, как вмиг становится нечем дышать. Он хочет понять, о чем думает Гарри, но не желает давить на него. Возможно, Гарри наконец понял, что Луи не достоин того, чтобы быть в его жизни. — Луи, — возвращаясь, говорит Гарри, — ты будешь на гастролях, когда родится малыш. — Это просто тур, Гарри, — твердо отвечает Луи. — Пожалуйста, скажи мне точную дату. — Какая разница? — подчеркивает Гарри. — Тебя все равно не будет рядом. — Это важно для меня, — слегка повышает голос Луи, замечая, как вздрагивает Гарри. — Прости, — говорит он более тихо. — Это важно для меня, — повторяет он, протягивая руки к парню, который без колебаний отвечает тем же самым. — Я знаю, я катастрофически ужасный мудак, что отправляюсь в тур, когда мой парень беременен, но я хочу быть здесь, Гарри, — признается он. — Я не хочу, чтобы ты был один, когда это произойдет, я не хочу, чтобы ты думал, что когда я сяду в самолет в среду и улечу в Италию, то собираюсь забыть тебя. Нет, такого не будет, обещаю тебе, — сдавленным от волнения голосом говорит Луи. — Ты значишь все для меня, Гарри. Глаза Гарри моментально наполняются слезами, и он неуклюже падает Луи в объятия, шмыгая носом куда-то в грудь. Луи сразу же обхватывает парня руками, целуя в волосы. — Я не понимаю, — икает Гарри Луи в грудь. — Я не понимаю, почему ты все еще здесь, почему ты все еще продолжаешь говорить все эти вещи для меня. — Я люблю тебя, Гарри, — слова вылетают прежде, чем Луи успевает их остановить. Это не имеет значения. Это правда. Он любит Гарри. Он любит его в течение очень долгого времени, и Гарри просто нужно смириться с этим. — Я люблю тебя, — добавляет он, чтобы внести ясность, хотя он уверен, что Гарри давно уже это понял. Парень совершенно неподвижно сидит в его объятиях до тех пор, пока тихие рыдания не прекращаются. Подняв голову с красными от слез глазами, он наконец-то шепчет: — Двадцатого июня… После этих слов Луи чувствует, как слезы умиления появляются в уголках глаз. — Ладно, — кивает он, даря Гарри обнадеживающую улыбку. Он моргает несколько раз, позволяя слезам скатиться по его лицу, пытаясь вычислить, в каком городе группа будет в этот момент. — По-моему, это будет прямо перед недельным перерывом, — говорит он. — Может быть, мы сможем передвинуть даты вперед? Или назад? Или… я не знаю. Я могу просто улететь домой, в конце концов, если я пропущу один концерт, ничего не случится. Самое главное, что я буду рядом здесь с тобой. Я обещаю, Гарри, я буду с тобой. В ответ Гарри набрасывается на него с поцелуями, пряча лицо в грудь, все еще продолжая тихо плакать. Он плачет до тех пор, пока не чувствует, что футболка становится насквозь мокрой. Он отодвигается в сторону от Луи, кладя руки на живот. — Я не могу ответить тебе тем же, Лу, - шепчет он, избегая взгляда с шатеном, начиная плакать снова. — Все в порядке, Хаз, — заверяет его Луи. — Ты не обязан это говорить прямо сейчас, — отвечает Луи, поглаживая парня по спине. Гарри в ответ всхлипывает, утыкаясь лбом в ключицы Луи. — Ты мне очень нравишься, — говорит Гарри. — Может быть, я скоро смогу тебе ответить тем же, — тихим голосом добавляет он, отчего Луи приходится наклониться, чтобы услышать слова, которые он произносит ему прямо в сердце. — Я так хочу заново полюбить, Лу. Луи гладит Гарри по голове, пропуская пальцы сквозь прядки волос. — Я люблю тебя, — просто говорит Луи, мягко теребя его волосы, встречаясь с ним взглядом. — Всегда буду любить. __ Во вторник вечером у Луи все еще не упакованы чемоданы. Они с Гарри пообедали с Найлом и Зейном, которые смущённо наконец-то подтвердили, что они официально в отношениях (не публично). Гарри был в полном восторге, постоянно говорил о двойных свиданиях, на которые они могли бы пойти, до тех пор, пока Зейн мягко не напоминает ему, что, когда Луи и Найл вернутся, у него уже будет малыш. Услышав эти слова, Луи довольно начинает улыбаться, добавляя, что Лиам хорошо ладит с детьми и что он уверен, что тот сможет сидеть с малышом в течение нескольких часов. Также он обговорил с Лиамом срок родов Гарри, который удачно попадает на недельный перерыв, так что он без проблем может прилететь к нему в любой день. Он также спланировал расходы любого вида, связанные с перелетом и всем остальным, связанным с Гарри, плюс он отдал ему список всех отелей, где они будут останавливаться, вместе с номерами комнат, расширенный список телефонов, скайпа и всего остального (Лиама и Найла в том числе). После долгих уговоров Найл и Зейн, наконец, уходят, аргументируя тем, что у них полно дел, которые им надо сделать до завтра. Луи подозревает, что это связано с сексом или чем-то похожим на это. Хотя, какая ему разница? Ему есть чем заняться. Чемодан сам себя не упакует. Гарри сразу же, как и предполагалось, кинулся ему помогать. Он взялся за сортировку вещей, складывая отдельно что-то достаточно большое для себя самого. Он отложил в сторону несколько толстовок, уютные носки — Луи сомневается, что они на него налезут. Он буквально наслаждается видом того, как Гарри примеряет его одежду, крепко обнимая себя, качаясь взад-вперед и хихикая. — Зачем ты покупаешь такие большие толстовки? — наконец спрашивает Гарри после примерки третьей красной толстовки с капюшоном. Луи прерывает сортировку, бросая свою сумку на пол, чтобы приблизиться к Гарри, чувствуя, как сердце начинает предательски биться сильнее при виде парня в его любимой худи. Его руки автоматически дергают за шнурок на капюшоне, из-за чего тот начинает улыбаться, хихикая от его шалости. — Большие толстовки хороши для дороги, — объясняет Луи, — свернулся в ней — и можно спать почти где угодно. — Что на самом деле делает их совершенным, — начинает Гарри, но его прерывает звонок телефона. Взглянув на дисплей, его брови восхищенно поползли вверх. — Прости… я должен, — но Луи его тут же перебивает. — Все нормально, — добавляет он, садясь верхом на чемодан, чтобы закрыть его. Звонки из агентства Зейна и Гарри были единственными, которые получал Гарри, так как сейчас Зейн был занят, этот звонок, возможно, был важен для него. — Стайлс, — отвечает Гарри. Прислушавшись, Луи мог слышать, как оживленный голос начал тараторить без умолку что-то на французском. Гарри медленно побрел в ванную, автоматически закусывая нижнюю губу, теребя большим пальцем подол футболки. Десять минут спустя, когда Луи с трудом застегивает последнюю сумку, Гарри по-прежнему занят. Побродив пару минут по комнате, Луи решает сделать им какао. После сладкого они могут свернуться калачиком в постели или на диване или просто посмотреть телевизор несколько часов, пока не придет время спать. Он приносит дымящиеся кружки в спальню как раз в тот момент, когда Гарри заканчивает говорить. Парень ярко улыбается ему, смахивая рукой счастливые слезы с румяных щек. — Ты сделал какао? — спрашивает он. Луи кивает, ставя чашки на стол так, чтобы Гарри мог прижаться к нему, позволяя поцеловать себя крепко и глубоко. — Да, — выдыхает Луи, когда Гарри, наконец, разрывает поцелуй. Он предлагает кружку Гарри, но тот отставляет ее в сторону, призывно похлопывая рукой по краю кровати. — Это… слезы счастья? — неуверенно спрашивает Луи, начиная понимать разницу между слезами печали и счастья. Гарри кивает, заключая Луи в свои объятия, снова припадая к его губам. — Мне звонили из джинсов «Paige», — счастливо начинает щебетать Гарри, кладя свои руки Луи на талию, большими пальцами потирая его бедра. — Они хотят, чтобы я стал лицом их новой линии одежды для беременных, — почти пища от счастья заканчивает он, демонстрируя ямочки. — Гарри, это удивительно, — восторженно отвечает Луи, крепко обнимая его в ответ. — Я так горжусь тобой! — Они хотят начать съемки завтра днем! Также они сказали, что готовы подписать дополнительный контракт на то, чтобы я был их лицом всю оставшуюся беременность! — снова начиная плакать, говорит он, отчего Луи тут же начинает покрывать поцелуями его румяные щечки. — Это гениально! Ты будешь лучшим, — шепчет в ответ Луи, покрывая поцелуями-бабочками все лицо. — Ты мой мальчик. Красивый, прекрасный, идеальный, — шепчет он до тех пор, пока щечки Гарри окончательно не становятся пунцовыми. — Они будут печатать твое лицо на рекламных щитах везде, где я иду… божеее, я буду скучать по тебе еще больше, — говорит он наконец. — Не так сильно, как я буду скучать по тебе, — отвечает Гарри, утыкаясь носом в шею Луи, вдыхая глубоко его запах. Реальная причина, почему он хочет оставить его одежду себе, заключается в том, что он может завернуться в нее в любой момент, вдыхая в себя его утешительный аромат. — Ты будешь так занят, что едва заметишь, что я не здесь, плюс я на сто процентов уверен, что ты уже порядком устал собирать везде мои грязные трусы, — пытается шутить Луи, но Гарри лишь в ответ качает головой, загадочно улыбаясь. — Я не могу говорить об этом, — шепчет он Луи в шею. — Это слишком больно, — выдыхает он. Луи крепче сжимает Гарри в своих объятиях, шепча: «Прости». — Скажи мне это снова, — просит Гарри. Это то, что он начал просить с понедельника, Луи сначала не понимал, что именно он хочет до тех пор, пока Гарри не объяснил загадочность своей фразы. — Я люблю тебя, — улыбаясь, просто говорит Луи. — Снова, — мягко просит Гарри, закрывая глаза, — пожалуйста. — Я люблю тебя, — нежно шепчет Луи, целуя его веки. Они стоят в приятной тишине до тех пор, пока у Гарри не начинает гудеть телефон, оповещая его о текстовом сообщении. Это поздравление от Зейна, но Гарри игнорирует его. Он напишет или позвонит ему завтра. Сейчас он хочет быть только с Луи. — Мы можем заняться сексом, пожалуйста? — просит Гарри. Луи отстраняется, кивая: — Конечно, можем. — Не знаю, что я буду делать без тебя здесь, — признается Гарри, стаскивая с плеч Луи рубашку. — Я немного волнуюсь на этот счет, — отвечает Луи, поднимая руки вверх так, чтобы Гарри мог снять с него футболку. — Не хочу повторения того, что случилось в душевой. Гарри усмехается, нежно проводя рукой по обнаженной груди парня, понимая, что Луи говорит на полном серьезе. — Я обещаю тебе, что не буду пихать в себя пальцы в ванной, — обещает Гарри. — Только на ровной поверхности, где смогу прилечь. — Хорошо, — облегченно говорит Луи, мягко целуя его в уголок рта. Оказавшись в гостиной, они используют другую позицию, про которую Луи читал ранее. В этот раз Гарри опирается на спинку дивана, широко расставив ноги, позволяя Луи брать себя сзади. Это сильные и точные толчки, которые буквально лишают его разума, заставляя стонать имя Луи снова и снова до тех пор, пока голос окончательно не срывается до хрипа. После ошеломляющего оргазма Луи разогревает забытый ими горячий шоколад, заправляя для них обоих новую пахнущую ванилью постель. Гарри целует каждый участок Луи, до которого может дотянуться, пока изнеможение не овладевает им, постепенно погружая его в царство сна. — Скажи это снова, — сонно просит Гарри, укладываясь в позицию большой ложки. — Я люблю тебя, Гарри Стайлс, — блаженно отвечает Луи, выключая свет.