Байкеры. Ночной Ад

кажется налажал с главой .-. _________________ Освещенные дневным светом длинные коридоры. Не полицейский участок, а черт знает что. Не хватает лишь темного тоннеля, в конце которого будет брезжить свет. Блондин неохотно идет вперед, скрипя берцами по паркету или линолеуму. С этим он еще не определился. Его, скрученного в три погибели и закованного в наручники, слегка подталкивают, когда он хоть как-то пытается сопротивляться. Вокруг шум. Участок переполнен разнообразными преступниками, орущими женщинами, успокаивающими их полицейскими. Наконец, блондина приводят в самый отдаленный кабинет. − Эй, Хибари! – Кивает русоволосый полицейский и вталкивает блондина в кабинет. Тот выпрямляется, насколько ему дают скованные в наручники за спиной руки. − Чего? – Вяло отзывается брюнет, разглядывая парня, одетого в кожаные штаны и кожаную куртку. Шипованный ошейник на шее, там же и пара татуировок. − Займешься этим? – Кивает полицейский, и брюнет принимается тщательно осматривать пришедшего парня. − И что он натворил? – Хибари вяло зевает, потягиваясь в кресле, и обращает взор на клетку с желтой канарейкой. Парень не проявляет никакого интереса к происходящему. Ему хочется спать, а не решать проблемы ночного Токио уже неизвестно какие сутки подряд. − На той сходке он избивал какого-то байкера плеткой и пинал ногами. – Блондин на это заявление лишь фыркает. − И все? – Едва слышно выдыхает Кея. – Другие разве не могут этим заняться? − Хибари, на этой сходке еще прирезали пару человек. Да так, что их увезли в реанимацию. Какие-то чокнутые, даже начали ставить людей. Так что участок наполнен этими вот… − Полицейский брезгливо кивает в сторону одного из представителей. − Ладно, беру. – Зевает брюнет, соглашаясь. Лучше взять одного, чтобы потом его не тревожили. Быстро соглашается брюнет еще и потому, что не хочет выслушивать жалобы. Дверь тут же закрывается с той стороны, и блондин сияет улыбкой. − Совсем спятил, Конь? – Шипит брюнет, откидываясь на спинку кресла. − Он первый начал. На оскорбления я отвечал словами, но когда он схватил одного из моих людей, и начал его избивать… Уж тут то я и не выдержал. – Каваллоне усмехнулся, сверкая недовольством в шоколадных глазах. − Травоядные, черт бы вас побрал! – Хмурится Кея. – Ну бьешь – бей так, чтобы тебя не схватили. Сколько тебя учить? − Плетка оставляет следы, − кивает блондин. – Освободишь меня? – Дино полуоборачивается, показывая наручники. − Нет. Ты забыл, что я тебя терпеть не могу. – Выдыхает брюнет. Но это только слова. Он и сам не заметил, как этот дерзкий блондин начал ему нравиться. − Ну Кё-ёя, − почти нараспев произносит Дино, соблазнительно улыбаясь. Совсем недавно Хибари словил себя на мысли, что ненавидя еще одного отпрыска из семьи Каваллоне, он начал находить все симпатичные черты в блондине. Его замечательный романтичный характер, красивую улыбку, жесты, на первый взгляд простые, ничего не значащие, но которые заводят, заставляют завороженно смотреть. Порой этот милый блондин превращался в резкого, грубого зверя, которого невозможно удержать. Кею поражало сочетание в этом человеке травоядного и хищного. Прекрасно сложенное тело, украшенное татуировками. В Японии таковых считают якудзами, мафией. Но по фамилии все понимают, что он не японец, а итальянец, но все же страшатся паренька, считая, что он принадлежит мафиозной семье. Красивые глаза. Цвета молочного шоколада. Они всегда хитро блестят. Завораживает, хочется владеть им. Но Каваллоне не тот, кем можно владеть. Он сам себе хозяин, и может только подчинить. А подчиняться он, Кея, не готов. Он любит свободу, и слово «покорность» просто не про него. − Ну Кея, − блондин дует губки, изображая капризную блондинку, а затем, рассмеявшись, присаживается на уголок длинного стола. Хибари хищно улыбается. Сейчас он поиграет с Конем, унизит, растопчет. С удовольствием примнет всю гордость семейства Каваллоне, отомстит за брата. Точнее, Алауди сам добровольно ушел к Оливьеро. Старший брат Хибари и старший брат Каваллоне. Да судьба просто насмехается над ним. Он не любил Алауди за слабость воли, за то, что он таки подчинился такому же искушающему брюнету, как этот блондин. Они с Алауди были схожи. Схожесть же эта прослеживалась во всем: в дисциплине, в предпочтениях, в излюбленном одиночестве, в силе. И тут он оказался таким же, как и его старший брат. Ему пришелся по вкусу Дино, младший брат Оливьеро. Ненавидя с каждым днем старшего Коня за то, что он сделал с Алауди, он все больше проникался симпатией к младшему. Лучезарный, словно солнце. Хибари хотел владеть, подчинять, но чтобы Дино был всего лишь его рабом, а не его владельцем. Дерзкий блондин даже и помыслить не мог о том, что за мысли посещают эту темную голову. Парень всего лишь сидел и смотрел, как брюнет загадочно улыбается. − Ладно, травоядное, иди сюда. – Хибари показывает ключи от наручников. Блондин, ничего не подозревая, сползает со стола, на котором только что сидел, и направляется к брюнету, деловито раскинувшемуся в кресле. Каваллоне доверчиво поворачивается спиной, но уже через пару секунд негодует. − Эй, ты что творишь?! – Щека блондина упирается лицом в стол. Прохлада столешницы обжигает кожу, а брюнет выкручивает руки, не давая двинуться. − Ты думал, что я вот так вот тебя просто отстегну? – Бровь изгибается, а парень расстегивает верхнюю пуговицу светло-синей форменной рубашки. Ему почему-то стало жарко, особенно когда он окинул взглядом аппетитные ягодицы Каваллоне. – Знаешь, Конь… Я ненавижу твою семью… Точнее тебя и твоего братца. Оливьеро из-за того, что он имеет моего брата каждую ночь. А знаешь, что бесит больше всего? Что Алауди это нравится. Тебя же я вроде как не должен ненавидеть… − Брюнет склоняется над ухом блондина и шепчет в него. – Но я ненавижу тебя за то, что ты брат Оливьеро. – Дино вздрагивает, утыкаясь лбом в прохладную доску стола. − Я-то тут причем? – Блондин хмурится. Ему давно нравился парень брата, но Алауди был неприступен и неприкосновенен. Он принадлежал старшему Каваллоне. То, что принадлежало Оливьеро, никто не мог трогать. Это неприкосновенно, этого может касаться только хозяин. Блондин помнит, как с чего-то обрадовался, когда узнал, что у Алауди есть брат. Точная копия его, только брюнет. Их познакомили, и Кея понравился ему больше. Младший Каваллоне бредил, желая заполучить брюнета, но все никак не выходило. Он специально влипал в передряги, он делал все возможное, чтобы оказаться с брюнетом. Он буквально мозолил ему глаза и надоедал. А сейчас, брюнет заявляет, что ненавидит его. Так открыто, так мерзко. Хочется выпутаться из наручников и хорошо проучить. Но Хибари крепко прижимает его к столу. − Притом. – Облизывается брюнет. Он накажет младшего Каваллоне за проделки старшего. Не только накажет, но и еще сам получит долю удовольствия, овладевая Каваллоне. Парень скользит по ширинке, расстегивая ее, и пытается стянуть кожаные штаны. Приходится немного повозиться, прежде чем они соскользают с бедер блондина. − Какого черта, − шипит блондин, понимая, что его заднице сейчас придет конец. − Молчи, раб, − усмехается брюнет, шлепая Дино по ягодицам. − Эй, Кея, я тебя… − Договорить ему не дают, резко сжимая ладонью рот. Хибари наспех достает свою сменную футболку и запихивает ее в рот блондина. Тот брыкается, не даваясь, но все же у брюнета выходит. − Меня попросили с тобой разобраться, травоядное, − звонкий шлепок по ягодице, и парень, лежащий торсом на столе вздрагивает. − Фто ы фебе пофоляефь, − невнятно бубнят в кляп, но брюнет не обращает внимания. Руки скользят по нежной коже поясницы. Парень снова опускается в мягкое кресло, разглядывая ягодицы. Внизу сводит. Неужели он уже возбудился от одного вида желанного тела? Все же он немного понимает Алауди. Все Каваллоне жутко аппетитны. Особенно когда они связаны, заткнуты кляпом, лежат грудью на столе, и повернуты задницей к палачу. Пальцы развратно проскальзывают между ягодиц, и брюнет улыбается. Ему нравится такое положение вещей, а главное Дино не видит его лица. Не видит того, как он, Хибари Кея, независимый и здравомыслящий хищник, возбуждается от грязных прикосновений к тому, кого так ненавидит. Он знает, что Конь ему нравится, и в этом вся прелесть. Связанный Каваллоне, пустой кабинет, широкий стол… − Я просто тебя накажу, − взгляд брюнета падает на резиновую дубинку. Уголки губ ползут вверх. Он использует и ее, но почему-то не хочется рвать блондина. − Пуфти, − снова непонятно бубнят. − Разбежался, − фыркает Кея, находя завалявшийся крем для рук у себя в полочке. – Тоже подойдет, − бормочет сам себе, и приставляет тюбик, наполненный кремом, к ягодицам. Не слушая невнятное мычание, Хибари выдавливает внутрь содержимое тюбика. Выдавливает много, чтобы Каваллоне не чувствовал дискомфорт. Брюнет и сам не понимает, с чего такая забота, но, тем не менее, он делает это. Крем так же ложится на пальцы, и теперь Хибари не медлит, входя одним пальцем в узкого блондина. Тот выгибается и стонет. Судя по всему от боли и непривычных ощущений. Ничего, пусть терпит его правосудие. Палец нащупывает крем, и тут же принимается размазывать его по стенкам внутри. Брюнет довольно улыбается, глядя как тело подрагивает. Это заставляет его добавить еще один палец. Не хочется ждать, поэтому Кея начинает сразу же проникать ими в блондина. Слышится глухое мычание. Похоже все же больно. Хибари с садистским удовольствием толкается пальцами поглубже, и медленно разводит пальцы внутри. Серые глаза с любопытством следят за происходящим. Парень не прекращает толчков, продолжая методично растягивать. Руки в наручниках, почти покоренный Каваллоне младший. Его мечта овладеть блондином скоро воплотится. Нет, скорее не мечта. Просто прихоть хищника. К пальцам добавляется третий. В кляп сдавленно стонут, а руки, закованные за спиной, сжимаются в кулаки. Кея только приступил. Сделав еще пару толчков внутрь тремя пальцами, парень вытягивает их, и тянется за резиновой дубинкой, лежащей неподалеку. Окидывая взглядом немного шипованную поверхность дубинки, парень хмурится и снова роется в своем ящике. Благо там оказался презерватив. Успешно натянув его на конец дубинки, парень снова улыбнулся. Блондин снова шевелится, пытаясь подняться, но спущенные штаны мешают, а руками не оттолкнуться. Так же не закричать из-за кляпа. Он видит, как Хибари возится, выуживая что-то из своих полицейских полочек. Почему-то страшно, как на приеме у стоматолога. Что-то трется о плотно сжатое колечко мышц и блондин хмурится, пытаясь понять что это. Вскоре эта штуковина осторожно проникает внутрь, и Дино прижимается лбом к столу, пытаясь не закричать. Хибари наказывает его всего лишь за провинность брата. Не честно, но от Кеи он не отступит. Дубинка медленно проникает внутрь, а брюнет приподнимает парня за бедра, чтобы правильно войти в девственную задницу Коня. Рука, словно невзначай, проскальзывает по плоти, и Хибари с удивлением обнаруживает, что она полувозбуждена. − Травоядное, − слегка обиженно рычит Хибари, вгоняя внутрь резиновую дубинку. Сразу, до упора. Каваллоне мучительно стонет и прогибается. Кровь не идет, значит, он хорошо его растянул. Тонкие пальцы брюнета скользят по плоти, даря блондину секунды удовольствия. Вторая рука обхватывают дубинку, и медленно размеренно входит, вырывая у блондина уже более довольные стоны. Пальцы массируют яички, и Каваллоне прогибается в спине, слегка приподнимая ягодицы. Брюнет улыбается. Он доволен, что Конь стонет в его руках. Развратно и так мило. Что будет потом его не волнует. Но Дино это так просто не оставит. Внизу живота ноет. Еще немного и он просто кончит от одного вида, поэтому пора действовать. Дубинка глухо ударяется о пол, а брюнет проводит возбужденной плотью между ягодиц блондина и резко вталкивается в податливое тело. Протяжный стон удовольствия. Парень сжимает бедра и начинает беспощадно вталкиваться в блондина. Резкие и грубые толчки глубоко проникают, вырывая сдавленные стоны в кляп. Этого мало, поэтому Кея цепляет пальцем черный ошейник, оттягивая его на себя. Парень тихо рычит, но, тем не менее, прогибается вслед за ним. Толчки становятся резче и глубже, а палец беспощадно тянет за ошейник, заставляя блондина почти задохнуться. Вторая рука ложится на член Дино, обхватывая его плотным кольцом из пальцев. Каваллоне стонет, сквозь тяжелую одышку. Еще чуть-чуть и брюнет его задушит. Блондин не успевает об этом подумать, как его отпускают. Пара резких толчков, и он чувствует, как внутри него растекается теплая сперма брюнета. Палец резко сжимает головку, вырывая тихий измученный стон в кляп, и блондин изливается в вежливо подставленную салфетку, бессильно падая грудью на стол. Брюнет заботливо вытянул свою футболку со рта блондина, оставляя его хрипло дышать. Затем с какой-то неподдельной заботой он натягивает на блондина его боксеры и кожаные штаны. Щелкает замок наручников, и блондин, кряхтя себе под нос как очень древний дед, бессильно поднимается со стола, опираясь на затекшие руки. Поясницу все же немного ломит. Черт возьми, он совершит свое правосудие над правосудием Кеи. Точнее над его своеволием. Только нужно будет немного отойти, поправиться. − Сволочь, − шипит Каваллоне, потирая шею. Выходит хрипло. Он еле дышит, но точно знает, что это было совсем не изнасилование. Это было даже не наказание. Блондин понимает, с какой целью Кея это сделал и лишь усмехается. Все же брюнет его хочет, а значит, попытки были не напрасны. Это не может не радовать. Его не устраивает только одно – то, что он был снизу. Но это поправимо. − Я всего лишь тебя наказал... − Самосуд, − перебивает Дино. − Не перебивай, травоядное, − прыснул Хибари, но тут же был припечатан к стене. Руки Каваллоне сильно сжали запястье. − Мое правосудие будет не за горами, − опасно улыбается блондин. – Ну, раз уж ты меня отымел, что, даже не поцелуешь? – Разочарованно выдает блондин. − Я тебя ненави… − Брюнет не успевает закончить, чувствуя на своих губах губы Каваллоне. Что-то внутри отказывается сопротивляться, поэтому парень отдается своим желаниям, сминая губы блондина своими. Каваллоне не церемонится, проникая языком в рот Хибари. Руки блондина соскальзывают с запястий, перемещаясь к груди, а затем на талию. Языки жадно сплетаются, а Кея обвивает руками шею Дино. − Ненавижу, − шепчет брюнет, не желая разрывать поцелуй. Оба рады, но оба скрывают. Он овладел им, а блондин сегодня отдался. Хотел или нет, он просто стал жертвой прихоти хищника. Травоядное. Вроде как слабое, но не простое. Волк в овечьей шкуре, отчаянно скрывающий свою сущность. Он получит желаемое, как и хотел. Языки сплетаются в страстной борьбе, пытаясь пересилить друг друга. − Ненавижу, − шепчет брюнет. − И я тебя, − выдыхает Каваллоне, обратно затягивая парня в поцелуй. − «Но я от тебя без ума», − мысленно добавляют оба, не отрываясь от желанных губ.