Ты моя погибель

      Голова трещала от вчерашних возлияний. Последнее время для Клигана это было привычное состояние. Он и раньше был частым гостем таверн и кабаков Королевской Гавани, но теперь проводил там все свое свободное время.       Жизнь - дерьмо.       Он всегда так думал. Только теперь это его, почему-то, волновало.       С тех пор, как Пташка сказала не подходить к ней, Сандор старался избегать намеренных или случайных встреч. Благо, Джоффри не горел желанием снова издеваться над своей невестой, и практически не интересовался, чем та занята и где проводит время. Сандор знал, что Санса часто бывает в Богороще, поэтому избегал все возможные пути их пересечения. Если уж девчонке так противно его видеть, то он постарается не попадаться ей на глаза. Это меньшее, а, может быть, единственное, что он мог для нее сделать.       Клиган успешно выполнял поставленную перед собой задачу. За две недели, лишь дважды их пути пересекались.       Первый.       Пташка явилась к Джоффри по его приказу. Пес стоял у дверей королевских покоев. Он отошел, как можно дальше, отворяя дверь, и пропуская девушку в ненавистную комнату. Оба молчали, уставившись в пол и, будто не замечали друг друга. Она вошла, он прикрыл дверь, испытывая одновременно жгучее желание не пускать Пташку к королю, от которого можно ожидать всего, чего угодно. И облегчение, так как сделал все возможное, чтобы его присутствие прошло менее заметно. Санса отсутствовала всего лишь несколько минут, но они показались Клигану вечностью. Напряжение нарастало. Внутри него поднималось волнение. Он боялся, что Джоффри снова может приняться за старое. Снова начать издеваться над девчонкой. А он здесь, у закрытых дверей и абсолютно ничего не может с этим поделать. Как же она беззащитна. Там, одна. Во власти этого мелкого мерзавца. Но Санса появилась в дверном проеме, успокаивая мужчину своим отрешенным и, казалось, совершенно невозмутимым видом. Сандор знал, что это всего лишь маска, которую она все более умело носит, хотя следы внутренних терзаний оставили слишком сильный отпечаток в ее глазах. Она вновь сделала вид, что не заметила воина. Мужчина, в ответ проводил ее долгим тяжелым взглядом, и лишь шевеля губами, беззвучно произнес: "Лети Пташка". Видимо, так и будут проходить их редкие встречи.       Второй.       Джоффри собрал в Тронном зале почти всю знать и придворных. Даже королева-регент переминалась с ноги на ногу недалеко от него, стоя позади железного трона. Она была не в духе, но старалась держаться непринужденно. Лицедейство такого плана, не было ее сильной стороной. Клиган лишь раз взглянул на нее, и дальше перестал замечать. Беса нигде видно не было. И тут дело совсем ни в его маленьком росте. Десница проигнорировал приказ племянника, в очередной раз ставя его авторитет под сомнение. Король, если и был взбешен этим фактом,то умело скрывал. Он завел длинную и путаную речь о ходе войны, о положении войск Тайвина Ланнистера и его успехах. О тщетных попытках Станниса посеять среди народа недоверие к настоящему королю, бесплотности его надежд и притязаний на Железный трон. Упомянул Молодого Волка, и посмеялся над его наивностью и чрезмерной ничем неподкрепленной самонадеянностью, но как-то вскользь. Без обычной в таких случаях нервозности. Ему, то аплодировали, то поддерживали одобрительными возгласами. В общем, как всегда, пресмыкались. Закончил он, уверяя окружающих, в своем желании и непоколебимом стремлением принести на земли Семи королевств такой необходимый всем мир. Тот еще Бейлор Благословенный.       Потом наступила пауза. И Джоффри, переведя дыхание и меняя выражение лица, произнес: - А теперь поговорим о более приятных вещах.       При этом мальчишка обвел медленным взглядом весь зал и только после этого выкрикнул такое до боли знакомое имя.       Клиган напрягся, предвкушая очередную пытку для себя и девчонки. Неужели ему никогда не надоест?       Санса показалась из задних рядов. Народ расступался, пропуская королевскую невесту, также, как и Пес, ожидая новое действо с ее участием. Казалось, что прошло не меньше века, прежде чем девушка не достигла своей цели. Клиган не мог отвести от нее глаз. Ее образ, почти гордая походка и обреченный вид, заставляли внутренности сжиматься одновременно приятно и мучительно. Пташка присела в глубоком реверансе и склонила голову, уперевшись взглядом себе под ноги. Джоффри протяжно вздохнул, будто одобряя ее поведение. Оттолкнувшись от спинки трона, он встал и, любезно произнеся приветственные слова, жестом поманил к себе девчонку. Санса, неуверенно переглянулась с близстоящими, но не нашла поддержки. Она незаметно оправила юбку и поднялась по ступеням, поравнявшись с королем, и, принимая его руку.       Теперь Клиган мог лишь пялиться ей в спину, блуждая сверху вниз по платью и убранным в высокую прическу волосам. И пусть. Она-то его не видит.       А Джоффри, тем временем, произнес то, что привело всех замешательство. - Мы скоро поженимся, - сказал он.       Варис и Мизинец, стоявшие по разные стороны зала, одновременно обернулись друг к другу, обмениваясь взглядами. Серсея, похоже, фыркнула, но постаралась натянуть на лицо улыбку.       Все остальные были удивлены. Но больше всех именно он. Пес дальше ничего не смог разобрать из пламенной и насквозь фальшивой речи короля. В голове шумело, а кровь закипала, заставляя его гореть изнутри. Как? Он упирался взглядом ей в затылок и плечи, стараясь ощутить, почувствовать реакцию. Но все было тщетно. Она, словно марионетка, делала и говорила то, что хотел от нее Джоффри. Она была готова к этому спектаклю.       И, вот, сегодня был третий раз. Через половину того срока, спустя который должна была состояться свадьба.       Клиган шел в казармы, поглощенный тяжелыми мыслями. Ступеньки вверх, ступеньки вниз. Как его достала эта каменная клетка. Он, как идиот и трус, ходит кругами, прячется по углам, только, чтобы держаться подальше от девчонки. Но какой в этом смысл? Они все равно заперты в замке, как в тюрьме.       И только стоило ему поддаться воспоминаниям о бедной маленькой пичуге, как тело его встретилось с неожиданным препятствием, материализовавшись в Пташку. Она отпрянула, скорее, по инерции, чем от испуга. Но Сандор, предусмотрительно отступил на две ступени вниз, давая ей больше пространства. Она могла бы оступиться и упасть, и мужчина усилием воли переборол желание протянуть к ней руки, удерживая ее в равновесии. Так он делал всегда. Но теперь нельзя. Пес никогда больше не прикоснется к Пташке. Он знает, что это для нее подобно смерти.       Их глаза нечаянно встретились, и, казалось, запутались друг в друге, причиняя почти физическую боль. Клиган, стоял не моргая, а Санса, замерев со вздохом на губах, не знала, что делать. Но миг прошел, и еще несколько. Веки Сандора сомкнулись, а в следующую секунду Псу пришлось довольствоваться лишь ее удаляющимся силуэтом. Мужчина долгим взглядом проводил Пташку, быстро спускающуюся дальше вниз по лестнице. Он так хотел, чтобы она обернулась, но понимал, что не заслужил этого.