Иллюзия выбора

POV АЛЕКСАНДРА

Я очнулась от сильной головной боли, пульсирующей где-то в области затылка, и попыталась открыть глаза. Впрочем, моя попытка не увенчалась успехом, казалось, веки налились свинцом и отказывались слушаться свою хозяйку. Все тело саднило. В ушах шумело. А палящее солнце нещадно обжигало кожу лица. Я облизала пересохшие губы и, приложив немалые усилия, все же смогла приоткрыть глаза. Резкий яркий свет заставил меня на миг зажмуриться и вскинуть руку, заслоняясь. "Где я? Что со мной?" – промелькнули первые осознанные мысли. Наконец, когда глаза привыкли к свету, я попробовала оглядеться и с удивлением обнаружила, что нахожусь в воде. В нескольких метрах впереди виднелся каменистый берег, за которым зеленел густой лес. Сначала я не поняла, какого черта здесь делаю. Но затем ко мне начали возвращаться воспоминания о том, что произошло. Преодоление порога… Затмение… Падение в бочку… И тут безмолвной молнией сверкнуло осознание, что я была на катамаране не одна. – Кира! Кира! – заметалась я по воде в поисках сестры. Желтый спасательный жилет мелькнул в ветвях большого упавшего в реку дерева. Она не шевелилась. Забыв как дышать, я что есть сил рванула к берегу. "Лишь бы она была жива! Господи, пусть она будет жива!" – молила я, преодолевая расстояние между нами. Когда я подплыла к ней, меня уже вовсю охватила паника. Я схватила ее за грудки и отчаянно затрясла. – Кира, очнись! Пожалуйста, Кира! Ее голова безвольно болталась из стороны в сторону, а глаза были закрыты. В какой-то момент я замерла, не веря в происходящее, с открытым от ужаса ртом, а по щекам градом потекли слезы. "Нет…не верю… она же… она не могла умереть, – настойчиво сквозь слезы пробивались мысли. – Так. Нельзя поддаваться панике, – уговаривала я себя. – Нужно что-то сделать… проверить пульс… Да! Пульс!" Я резким движением сорвала с руки перчатку, нащупала артерию на ее шее и замерла, прислушиваясь всем своим существом. "Тук, тук, тук…" – отдалось под кончиками пальцев. Ужас и отчаяние на моем лице сменились радостью и надеждой. Мгновением позже я уже освобождала ее от веток и оттаскивала на берег в тень одного из раскидистых деревьев. Аккуратно стащив с нее спасательный жилет, одежду и гидрокостюм, я осмотрела ее тело и голову на предмет повреждений, проверила дыхание и температуру. Ничего серьезного на первый взгляд не было, только несколько ссадин и ушибов, а еще небольшой жар. Кира находилась без сознания, поэтому снизить температуру в данный момент я могла только одним способом: обтиранием ее тела прохладной водой.

POV КИРА

Меня знобило, капли воды струйками стекали по коже, а чьи-то руки блуждали по телу. В голове, словно раскаленными молоточками по наковальне, пульсировала боль. Со стоном я открыла глаза и увидела взволнованное лицо сестры склонившейся надо мной. – Кира! Как ты себя чувствуешь? – Тише… голова раскалывается, – пролепетала я и попыталась подняться, но мир вокруг тут же закружился, и я рухнула обратно. – Осторожнее! Нельзя же, в самом деле, так резко вставать, – еще громче запричитала Алекс. – Не представляю, насколько сильно тебя должно было крутить в бочке, чтобы шлем слетел. Я понятия не имею, есть ли у тебя какие-нибудь внутренние повреждения. Поэтому лучше лежи и не двигайся. К тому же у тебя жар. Голова кружится? Что-нибудь болит? – Подожди… – прервала я нескончаемый поток ее речей. – Я ничего не поняла. Объясни, что произошло и где все. – Давай сделаем так: сначала мы убедимся, что твоему здоровью ничего серьезного не угрожает, а затем будем обсуждать случившееся. Мне ничего не оставалось, как согласиться. После досконального осмотра каждого миллиметра моего тела на предмет повреждений, а также подробного допроса на предмет болей и прочей ерунды Алекс, наконец, с облегчением выдохнула. Она предположила, что я получила сотрясение мозга, но не была уверена в этом на сто процентов. Возможно, я просто перегрелась на солнце, поэтому так отвратительно себя ощущала. – На вот, выпей жаропонижающее, тебе станет легче, – она осторожно приподняла мою голову, сунула мне в рот лекарство и дала запить его из фляги. – Ты где взяла эту воду? Ее хоть пить можно? – Уже немного поздно об этом спрашивать. Тебе так не кажется? – выдала она, немного ухмыляясь, а потом добавила: – Не волнуйся, я ее обеззаразила таблетками пантоцида. – Все-то у тебя предусмотрено, – проворчала я, снова принимая горизонтальное положение. – Так ты расскажешь, куда все подевались? – Это скорее мы, а не они, – вздохнула Алекс. – После того, как катамаран перевернуло, нас закрутило в бочке, я даже не помню, в какой момент отключилась. Удивительно, что мы себе ничего не переломали. Да и в живых мы остались только чудом. Я очнулась посередине реки. Вокруг ни души. Тебя вон в тех ветках нашла, – махнула она рукой в сторону поваленного в реку дерева. – До жути испугалась, что ты погибла. Я тебя даже по щекам лупила, а ты не реагировала. – Понятно теперь, почему у меня голова трещит, – превозмогая боль, я сделала попытку пошутить. – Ты меня излупцевала! – Да ну тебя, – насупилась сестра, а немного помолчав, продолжила: – Знаешь, мне кажется очень странным, что нас до сих пор не нашли. Неужели нас настолько далеко могло унести течением? – она бросила взгляд на свои часы. – Около трех часов уже прошло. Все, наверное, жутко волнуются. – Или думают, что мы погибли, – скептически выдала я. – В любом случае дядя Паша и Сергей должны были организовать спасательную группу и отправить ее на наши поиски. Нам нужно прийти в себя, поэтому пока будем сидеть на месте и ждать. Но если через пару часов нас не найдут, нужно будет самим выдвигаться в путь. Сейчас тебе лучше отдохнуть и набраться сил, поэтому постарайся уснуть. Меня лихорадило, а голова просто раскалывалась от боли. Поэтому размышлять о том, что произошло и где наша группа, я была не в силах. Единственное, что я сейчас могла сделать, так это проспаться, чтобы сестре не пришлось тащить меня на себе. Ведь ей и самой не сладко пришлось. Кроме того лекарство видимо уже начало действовать, потому что меня прошиб пот и стало клонить в сон. Но спать голой на твердой земле мне не пришлось. Алекс помогла натянуть на меня гидрокостюм, устроила удобную лежанку из лапника, а под голову подложила спасательный жилет. "Как же приятно иногда быть младшей сестрой", – подумала я, удобнее устраиваясь на своей импровизированной кровати и уплывая в объятия морфея.

POV АЛЕКСАНДРА

Пока Кира спала, я пыталась обмозговать положение, в котором мы оказались. В лучшем случае нас найдут до темноты, и мы сможем поужинать и заночевать в безопасном лагере. В худшем – нам придется самостоятельно выдвигаться навстречу спасательной группе. Я склонялась ко второму варианту развития событий, потому что привыкла всегда и во всем полагаться только на себя. Вспоминая произошедшее, я задавалась вопросом: откуда взялось это внезапное солнечное затмение? Ведь отчим всегда очень тщательно готовился к сплаву, проверяя все на десять раз. Тем более подобные явления всегда вызывали огромный интерес, их обсуждали, к ним готовились. Было странным, что об этом затмении я ни от кого ничего не слышала. В еще больший тупик меня вгоняли такие вопросы, как: "Почему нас до сих пор не нашли?", "Как далеко нас унесло течением?", "Почему вода в реке такая теплая и спокойная?". От всей сложившейся ситуации мне было как-то не по себе. Кроме того, меня не покидало ощущение какой-то неправильности происходящего. Чтобы окончательно не впасть в панику, я постаралась прогнать все лишние мысли и сосредоточиться только на самом важном. В первую очередь нам было необходимо оценить снаряжение, которым мы располагали. Мы были одеты в гидрокостюмы из неопрена достаточной толщины, чтобы нам не пришлось бояться холода, а также укусов насекомых и некоторых змей. В комплекте к нему шли гидроперчатки и гидроботинки с жесткой подошвой, поэтому за определенную защиту рук и ног можно было тоже не волноваться. Поверх гидрокостюмов у нас были одеты спортивные штаны и куртки, но они сейчас были мокрыми, что сводило их положительные характеристики на нет. Наши желтые спасательные жилеты благодаря яркой расцветке были видны издалека. И если нас будут искать с воздуха, то непременно заметят. Каждый спасательный жилет был снабжен свистком и флягой, которые надежно крепились к нему при помощи шнура, а также вместительными карманами, которые были укомплектованы наборами для выживания. Выезжая на природу, я никогда не расставалась со своим охотничьим ножом, прочным и острым, способным рубить кости и резать металл. Его лезвие было изготовлено из высококачественной булатной стали, а рукоять – из венге с художественным литьем на гарде и навершии. Он был достаточно большим, поэтому крепился ножнами не к голенищу, а к бедру. Этот ценный подарок сделал мне Сережа на мое восемнадцатилетие. И пусть все говорили, что ножи дарить – плохая примета. Для меня это был самый лучший подарок. Тем более я вручила Сергею за него старинную монету, которую он у меня давно выпрашивал. Ведь если отдать дарящему взамен любую денежку, ничего страшного уже не должно было случиться. Еще у нас имелась одна пластиковая каска, которую можно было использовать по прямому назначению и разве что в качестве посудины, которую, к сожалению, нельзя было ставить на огонь. Вот, в общем-то, и все. "Да с таким снаряжением можно прожить в лесу в гордом одиночестве не один десяток дней, – с энтузиазмом думала я. – Но этого к счастью и не потребуется. Скоро мы встретим своих, а наше приключение станет очередной байкой, которую будут рассказывать у костра. Главное, чтобы у Киры действительно не было никаких серьезных повреждений, ведь я все-таки не врач и на счет ее состояния могу жестоко ошибаться". От дальнейших размышлений меня отвлекло отчетливо раздавшееся урчание в животе. Последний раз мы ели рано утром перед тем, как выдвинуться в путь. Все припасы остались в лагере. С собой никакой еды у нас не было. Однако, умереть голодной смертью нам было не суждено. Ведь леса и реки испокон веков кормили людей. Нужно было только немного потрудиться, чтобы добыть себе пищу. Идти сейчас в лес в поисках еды я не видела смысла. Во-первых, потому что возле водоемов произрастают съедобные растения, а в воде всегда найдется рыба. Во-вторых, мне не хотелось оставлять Киру одну. Ведь пока я буду добывать нам пропитание, к реке могут выйти какие-нибудь хищники. В наборе для выживания были крючки и леска для рыбной ловли, а также проволока, с помощью которой можно было изготовить силки. Но ставить ловушки не имело смысла, раз мы не собирались долго здесь оставаться. А ловить рыбу при помощи удочки я не умела. Берег был каменистым, кроме того далеко отходить по понятным причинам мне не хотелось, поэтому идея ловли рыбы при помощи запруды отпадала сразу. Я поднялась и направилась к реке. Вода в ней была достаточно прозрачной, чтобы немного присмотревшись можно было разглядеть, как стайки рыбешек снуют туда-сюда, а рядом крутятся более крупные рыбы. У меня в арсенале был один способ рыбной ловли, который не требовал наличия у охотника никаких специальных инструментов. Он был весьма сложным, но в экстремальных условиях выбирать особо не приходится. Я нашла в лесу подходящее молодое деревце и при помощи ножа сделала из него копье. Чтобы увеличить площадь поражения добычи, а значит и шанс попадания в нее, нужно было всего лишь разрубить острие копья на четыре части и расширить его, вставив поперек парочку клиньев. Орудие было готово, оставалось накопать червей и собственно поймать свой потенциальный ужин. У новичка в этом деле шансов попасть по цели было бы довольно мало, и ему пришлось бы сделать немало попыток, чтобы воткнуть свое орудие в рыбину. Но у меня в этом деле был большой опыт. Зайдя в воду и прикормив рыбу, я замерла с копьем наизготовку. Стайные рыбешки меня не интересовали, да и поймать их таким способом было практически невозможно, а рыба покрупнее боялась подплывать ко мне близко, внимательно наблюдая за моими действиями издалека. Ждать пришлось прилично и еще несколько раз подкидывать червей в воду, чтобы крупная добыча подплыла ко мне достаточно близко. Я напряглась, готовясь к атаке. Один резкий четкий удар и противник был повержен. Я обхватила свой улов обеими руками и потащила его на берег.

POV КИРА

Когда я проснулась, в воздухе разносился умопомрачительный аромат жареной рыбы. Я приподнялась на локтях и попыталась сесть, опираясь о ствол дерева, под которым еще минуту назад сладко посапывала. Мир кружился уже не так сильно, головная боль притупилась, но тело еще ломило от ушибов, а ссадины неприятно пощипывало от пота. Я огляделась, вокруг по-прежнему никого не было, сестра сидела около тлеющих углей и сосредоточенно очищала огромную рыбину от глины и костей. "И когда она успела поймать ее и запечь?" – удивилась я. Видимо почувствовав мой взгляд, Алекс подняла голову и посмотрела на меня. – Я гляжу, ты очнулась. Как ты себя чувствуешь? – заботливо поинтересовалась она. – Все болит. Но жить буду, – усмехнулась я. – Рада, что тебе лучше. Она встала, подошла ближе и протянула мне кусочки жареной рыбы на плоском камне. – Чувствую себя прямо как в пятизвездочной гостинице с обслуживанием по системе все включено. – Не обольщайся, – хмыкнула она. – Как только придешь в себя, я и тебя заставлю трудиться. – Не сомневаюсь, – вздохнула я и принялась уплетать свою порцию. Так и не дождавшись помощи, мы отправились вверх по реке, оставляя метки на деревьях и камнях. Самочувствие у нас было отвратительное, поэтому двигаться приходилось медленно с остановками на отдых. По идее несколько часов пути должны были привести нас к тому месту, где еще с утра мы преодолевали пороги, а оттуда и к нашему лагерю. Но с каждым пройденным километром мы все больше убеждались, что это совсем другая река, а не та, по которой мы сплавлялись, как бы абсурдно это не звучало. Река, протекающая подле нас, была намного шире, а течение в ней – тихим и спокойным. Воздух здесь был настолько чистым, что от него кружилась голова, и клонило в сон. Хотя возможно это были лишь последствия сотрясения мозга. Вдобавок ко всему, климат здесь был гораздо теплее. Складывалось такое впечатление, что вокруг вовсю разгулялось лето. Снег не попадался нам не только по берегам, но и даже глубоко в лесу. А вода в реке была очень теплой. Кроме того, за несколько часов мимо нас не проплыл ни один катамаран или лодка. А ведь наша группа на этом маршруте была далеко не единственная. Все это было до дикости странным. В голову лезли всякие бредовые мысли. Но мы продолжали идти дальше, стараясь не поддаваться панике и держать ум ясным. Мы знали, что рано или поздно любая река должна была впадать в другую реку или озеро. А по крупным рекам осуществлялось судоходство, значит, появлялась возможность подать сигнал бедствия проплывающему мимо судну. Кроме того, большинство поселков и городов имеют выход к большой воде. Возле рек легче встретить тропинку или дорогу, ведущую к населенным пунктам. И рано или поздно мы должны были найти какой-нибудь ориентир, который помог бы нам выйти к людям. Поэтому мы упорно двигались вперед. Алекс несколько раз предлагала разбить лагерь и установить силки. Но я уговаривала ее идти дальше, надеясь все-таки встретить хоть кого-нибудь. Через несколько часов стало темнеть и холодать. По лесу время от времени начал разносится вой волков. Видимо местные хищники покинули свои логова и отправились на охоту. Становилось очевидным, что, если мы хотим добраться до ближайшего населенного пункта живыми и невредимыми, то затягивать с поиском места для ночлега больше нельзя. Несмотря на то, что большинство волков старались держаться подальше от людей и не нападать без серьезных причин, для целой стаи две отбившиеся от своей группы туристки могли стать потенциальными жертвами. Мы знали, что звери боятся огня и чтобы защитить свою жизнь, нам как минимум нужно было разжечь костер и поддерживать его всю ночь, прислушиваясь к каждому шороху и вглядываясь в темноту. Но мы настолько вымотались за сегодняшний день, что сил устраивать ночные дежурства у нас просто не было. Поэтому было решено заночевать на высоте. Наконец мы нашли два подходящих близко расположенных друг к другу дерева. Их толстые ветви были примерно на одном уровне. При помощи ножа, стволов молодых деревьев и толстых веток меньше, чем за час мы соорудили небольшой настил, послуживший полом, и сам шалаш. Для надежности низ конструкции в отдельных местах связали полипропиленовой веревкой из набора для выживания. Дно нашего временного убежища мы покрыли лапником, а на сам шалаш повесили сохнуть наши мокрые вещи. Вместо подушек мы использовали спасательные жилеты, а отсутствие спальников было решено при необходимости заменить все тем же лапником. Кроме того, мы прижались друг к другу спинами, отчего стало даже жарко. Наше жилище было теплым и относительно безопасным. Поэтому всю ночь мы проспали спокойно, несмотря на шелест листьев, хруст веток, уханье сов, вой и рычание волков. Проснулись мы рано утром от громкого щебетания птах, выспавшиеся, но ужасно голодные. Алекс немного поворчала, что если бы я вчера послушала ее, то на завтрак у нас могло бы быть жареное мясо, и ушла ловить рыбу. А меня оставила разводить костер. Приготовление пищи сегодня тоже было на мне. Позавтракав, мы отправились в дорогу. Несколько раз нам приходилось сворачивать в лес, когда впереди появлялись медведи, вышедшие к реке попить водички или половить рыбки. Зато в глубине леса мы собирали ягоды и растения, пригодные в пищу. Иногда мы натыкались на неизвестные нам растения, тогда сестра становилась задумчивой и не разговорчивой. В общем, пока с едой и водой проблем у нас не было. Но в том, что свою группу мы не найдем, как и она нас, сомнений уже не оставалось. Ну не могло нас за каких-то три-четыре часа унести течением настолько далеко, чтобы мы не могли добраться до своих уже вторые сутки. Да и бурного течения, способного на подобное, мы как то не наблюдали. Река, как и прежде, была спокойной. Чтобы окончательно не впасть в отчаяние и попытаться разобраться в случившемся, мы стали по очереди выдвигать и обсуждать версии произошедшего. Вся эта ситуация казалась из ряда вон выходящей. Поэтому не найдя никакого рационального объяснения, мы пришли к выводу, что каким-то непонятным образом переместились во времени или пространстве. Все это конечно попахивало сумасшествием, но других версий, объясняющих случившееся, у нас просто не было. Единственное чего мы сейчас хотели, так это выйти к ближайшему поселению, а уже оттуда, если это вообще будет возможным, добраться до дома. На очередном привале, когда Алекс ушла добывать нам пропитание, я забралась на самое высокое дерево, которое только могла найти, и огляделась. Вокруг не было никаких намеков на присутствие людей, ни очертаний поселений, ни дорог, ни линий электропередач, ни других признаков цивилизации, одни высоченные горы, перемежаемые лесами и перелесками. Мой взгляд метнулся обратно к реке и скользнул вверх по течению. И тогда я увидела верхушки каменных арок, выглядывающих из-за холмов. – Алекс! Алекс! – завопила я, что есть силы, а потом вспомнила про свисток. Набрала в легкие как можно больше воздуха и дунула в него. Несколько мгновений спустя она выбежала из леса как ошпаренная с копьем наперевес. – Кира! Ты где? Кира! – Я здесь, наверху… – Господи, как ты меня перепугала! Зачем нужно было так вопить и свистеть? Я же подумала, что на тебя кто-то напал. Черт возьми, Кира… Что ты там вообще делаешь? – разорялась она внизу. Я даже порадовалась, что в данный момент нахожусь от нее на недосягаемой высоте. – Там за холмами, – указала я рукой направление, – какие-то каменные постройки. – Что? Какие постройки? – прервала она, наконец, свою нравоучающую речь. – Я не могу разглядеть, видно только верхушки каких-то крыш или арок. Их много. – Далеко отсюда? – Откуда мне знать?! Я не умею на глаз определять расстояние. Где-то у горизонта. – Ладно, слезай. Нам, похоже, придется поторопиться, чтобы успеть до темноты. Прежде чем выдвинуться в дорогу, мы на всякий случай запаслись водой и сделали из подручных материалов несколько факелов, чтобы отгонять диких зверей. Тратить время на поиск и приготовление пищи мы не стали. Спустя несколько часов, когда солнце уже клонилось к закату мы вышли к тем самым каменным аркам, которые я заметила с дерева. Это были определенно средневековые постройки, причем хорошо сохранившиеся. В Карелии таких, кажется, не было. По крайней мере, я никогда ничего подобного не видела. Оторвавшись от созерцания каменных громадин, я посмотрела в сторону сестры. Она шла вся напряженная как натянутая струна. – Как ты думаешь, что это такое? – попыталась я ее разговорить. Она ничего не ответила, только плотнее сжала губы. – Алекс, я с тобой разговариваю! – я схватила ее за плечо и попыталась развернуть к себе. – Эй, да что с тобой? – Мне очень хочется надеяться, что я ошибаюсь, – глухо отозвалась она, бросив на меня какой-то странный взгляд. – Нет, это точно полный бред. Я просто переиграла в компьютерные игры, – она мотнула головой, словно отгоняя от себя какие-то мысли и устремила свой взгляд на небо. – Скоро стемнеет. Оставаться на открытой местности ночью опасно. – С этими словами она ускорила шаг, а через некоторое время вообще перешла на бег. "Что за черт ее дернул?" – думала я, пытаясь не отставать.