Захлебнуться (рабочее)

Еще никогда за все свои двадцать пять лет жизни Женя Баженов не чувствовал себя настолько одиноким, как в эти две недели. Последние дни лета тянулись в привычном режиме, но к нему добавились мучительные переживания, томящее ощущение нехватки чего-то важного. Пару раз он засиживался за компьютером до тех пор, пока шея и спина не начинали неистово болеть от сколиозного положения тела. Один раз выбрался к друзьям на вечерние посиделки с приставками и пивом. Только ничего не спасало от ненужных угнетающих мыслей. Все это накрывало внезапно, как приступы беспричинного страха, когда не понимаешь что происходит, и что делать не знаешь, и убежать никуда не можешь. И тоска выжигает душу, отдаваясь физической болью где-то в солнечном сплетении. Как-то прокручивая новостную ленту, Женя наткнулся на пару фотографий: на большой яхте Вика, Аня, еще какая-то девчонка и с ними четверо парней. Явно не русских. То ли веселые, то ли пьяные. На одной фотографии Вика улыбается, на другой – закрывает лицо руками, а рядом с ней парень демонстрирует свою татуировку на спине. О чем она мечтает, просыпаясь утром? Действительно ли она такая радостная и беззаботная там, какой кажется? Странно, но именно в этот момент пришло пугающее и одновременно умиротворенное осознание того, что сейчас уже изменить он ничего не может – все зависит не от него. Последние события случились как-то слишком стремительно. Как в дешевых затянутых сериалах, когда сюжетные линии сворачиваются, а загадки разгадываются за одну-две серии. Теперь Женя понял, что надо научиться ждать. Спокойно и без самоедства. Не обрывать телефоны, не навязываться, не искать случайных встреч, не считать дни до ее возвращения, не слушать тиканье биологических часов. Просто ждать. Время безгранично. Для тех, кто ждет. *** Я открыла глаза. Кто я? Где я? В комнате царил полнейший раздрай. Я с Мальты быстрее долетела, чем из Домодедово домой доехала! Гребанные пробки! Поэтому, как только я валилась в квартиру, сразу же отправилась в душ, предварительно перерыв весь чемодан, и завалилась отсыпаться. И проспала… Сколько? Десять часов? Уже восемь вечера, а завтра на работу. Я выползла на кухню. Заварила себе клубничный чай и вернулась обратно в кровать. Папы еще дома не было. Странно. Разбирать вещи не хотелось. Да и не успею я все это разобрать за один вечер. Я включила телефон и зашла Вконтакт. Первый раз за две недели. В левом верхнем углу висел красный стикер с количеством уведомлений. Какие-то приколы от Зубковой, от Ромы парочка баянистых картинок и одно сообщение от Жени. «Цивильно отдыхаешь, я смотрю:)» Вот, что бывает, когда Аня сливает фотки в сеть. Я ничего не ответила, хотя Баженов был онлайн. Была не была. Допив чай, я набрала его номер. -Да, - раздался голос в трубке. -Привет! Есть пару минут? -Есть, конечно. С возвращением, - радостно сказал Женя. –Как отдохнули? -Хорошо отдохнули, но моря всегда мало, - честно ответила я. –Как у тебя дела? -Да так. Море мне тоже бы не помешало. -А настроение как? -Тебе интересно, правда? -Я, между прочим, скучала! -Мм, - задумчиво произнес Женя. –Не очень, схожу с ума периодически. -Хочешь, я тебе его подниму? – игривым тоном спросила я. -Смотря чем. -Давай встретимся? -Ну, может и поднимешь, - даже представила, как Женя расплывается в улыбке. –Когда? -Завтра у меня первый рабочий день, буду морально вливаться. В среду? -Блин, не могу в среду. По делам смотаться надо. В четверг сможешь? -Без проблем, - согласилась я. –И я даже уже придумала куда пойти. -И куда же? -В тир. -В какой тир? – не понял Женя. -В настоящий. Стрелять. На том и порешили. После разговора я еще долго лежала и улыбалась своим мыслям, глядя в потолок. -А это типа свидание? – спросила меня Катя, когда я обмолвилась словечком о встрече. -Типа да. -А Женя об этом знает? -Главное, что я об этом знаю. Больше всего меня угнетало то, что «на свидание» придется идти в летних джинсах (а что я еще надену на стрельбу?). Такими темпами Женя никогда не увидит меня в человеческой одежде. То джинсы, то шорты. Ну да ладно. Благо тир находился почти рядом с моим домом, в Тушино, а я как раз была без машины. И мне, и Жене ехать было недалеко. Встретившись, мы крепко обнялись. От Тушинской до тира идти минут десять быстрым шагом, к назначенному времени мы были на месте. Предъявили документы, в обязательном порядке ознакомились с техникой безопасности (хотя я знаю ее наизусть!), и нам разрешили выбрать оружие. -Из чего стрелять будешь? – спросил Женя. -Из того, чего умею. Из Макарова, потом может из револьверчика. -Да давай сразу из винтовок? -Не-не, я почти год не стреляла. -Ладно, я тоже сначала Макарова возьму. -Ну, смотри. Из пистолетов я хорошо стреляю, - с вызовом сказала я. -А мишень-то какую? -Классику. Я ж не профессиональный снайпер. После оплаты нам, наконец, выдали оружие и инструктора. В смысле, чувака, который за нами следил. Стрелять мы начали с дальности пятьдесят метров. Ведь ближе это для детей, да? Я даже и не помнила это чувство, когда ты прицеливаешься («тем же глазом, какой рукой стреляешь», вспомнила я, чему меня учили), наводишь мушку на цель, выравниваешь дыхание, берешь респираторную паузу и плавно, но уверенно нажимаешь на курок. Оглушающий момент выстрела. И, конечно, я промахнулась. Первые пять выстрелов и ни одного даже близко к цели. -Дааа, ты хорошо стреляешь, - съязвил Женя, изучая мою мишень в подзорную трубу. –Вообще не мажешь! У него самого все было гораздо лучше. Пять из десяти и два – ну, почти. Но дальше я втянулась. Во-первых, вспомнила, что окончательно фокусироваться надо строго на мушке, во-вторых, чувак инструктор помог некоторыми ценными указаниями. Еще лучше дело пошло, когда я взяла револьвер Смит и Вессон. Не понимаю, по каким причинам, но к револьверам я питаю особую любовь. Мазать я, конечно, мазала, но попадала хотя бы рядом с целью. Хотя да, надо признать, что Женя стреляет гораздо лучше меня. -Давай пару выстрелов из калаша? – предложил он, снимая наушники. -Надо же когда-то учиться, да? – в автоматах я была совсем не сильна. -Я тебе расскажу, как без особой отдачи стрелять. То, что Калашников мощная вещь я знала еще со школы, когда училась его собирать/разбирать. Но мощным он был и по весу. И стрелять из него разве что двумя руками. -Целься под обрез, - Женя встал сзади меня. –Очередью ты все равно стрелять не будешь, - и правильно закрепил мою правую руку. –Значит затвор передернуть, - он поправил направление приклада. –Приклад в плечо. Я передернула затвор. Интересно, а что про нас думает инструктор? -На выдохе плавно нажимаешь на курок. Фокусируй внимание на цели. Какое уж тут внимание, с твоими-то руками? -Ну? Прицелилась? -Да. Женя убрал свои руки и я спустила курок. -А отдачи действительно нет, - удивилась я. -Потому что надо правильно с прикладом обращаться. Я посмотрела в подзорную трубу. -Да, до цели мне далеко. -Зато без отдачи. -Ладно, в следующий раз будешь меня правильно учить стрелять из автоматов. Время наше закончилось. И мы, сдав оружие, в эйфории отправились на свежий воздух. -Круто, что ты меня сюда затащила. Это даже круче, чем лупить грушу. Удовольствие колоссальное! Разрядка на раз-два! – радовался Баженов. -Грушу не лупила, не знаю, а стрельбу за это и люблю. -И сразу неимоверный прилив энергии. У тебя нет такого? -Есть. Это эйфория. Я ее только от стрельбы и от плаванья получаю. Ну, еще от танцев немного. Я достала из сумки зеркальце, чтобы снять заколки, которыми подкалывала передние пряди. -Не надо, не снимай, - неожиданно сказал Женя. -Думаешь, так лучше? -Ну, не знаю… у тебя сразу лицо открывается. -Ладно, - согласилась я. –Раз уж ты сегодня изменил черному цвету с темно-синим, надо и мне что-то а прическе поменять. -Язва ты, Вика. -А ты? Мы засмеялись. -Куда дальше пойдем? -Тут вообще ничего нет, - я задумалась на пару секунд. –Можем на автобусе до Форте Белло доехать, очень милый итальянский ресторанчик. -Поехали. Вообще-то, автобусы я на дух не переношу! В отличие от любимых мной трамваев. Но настроение было настолько хорошее, что ничем нельзя было его испортить. Когда мы зашли в автобус, Женя извинился и сказал, что надо обязательно кому-то там позвонить. Я стояла и смотрела в окно, сложив руки на поручень. Пора расставлять все точки над i в наших отношениях. Женя никак на меня не давил, но и «ни бэ, ни мэ, ни оливье, ни салат Весенний» продолжаться вечно тоже не может. Тактичность не мой конек, и я всегда высказываю людям все правду в лоб без толики неловкости. Но не в таких ситуациях. В ресторане мы сели за один из самых уютных угловых столиков, который ограждал нас от всей суетности. -Это второй и последний хороший итальянский ресторан в Москве на данный момент! Раньше мне еще Эль-Патио нравился, но потом он превратился в столовку номер пять, с их бумажными скатертями. -Что посоветуешь? – спросил Женя, изучая меню. -Пицца тут хорошая. Только мне почему-то ничего не хочется. -Ну и я не буду, - как-то странно отреагировал он. В итоге мы взяли по кофе, шоколадному фондану и фруктовую тарелку. И, молча, сидели, поглядывая друг на друга украдкой. Хотя молчали мы минуты три-четыре, у меня сердце готово было вырваться из груди. И язык немел. Даже не помню, когда меня последний раз так крыло. Я порылась в сумке, достала оттуда баночку и поставила ее на стол перед Женей. -Это тебе с Мальты. Варенье из местных кактусов. -Спасибо большое. -На вкус не совсем обычное. Ну, не мальтийский же крест везти. Он уже у каждого второго. -Это точно, - Женя, улыбаясь, повертел банку в руках. Я откинула сумку на край диванчика и придвинулась ближе к Баженову. И, похоже, вид у меня был очень серьезный. Или очень мучительный. Так как улыбка мгновенно сползла с его лица. -Чего такое? Сейчас как скажууу! -Жень, - но меня перебила официантка, которая принесла кофе и фрукты. -Шоколадный фондан будет готов минут через пятнадцать. -Да, хорошо, - на автомате ответила я, и она поспешила убраться восвояси. Я начинала нервно перебирать кончики волос. -Может, поцелуемся? – вообще-то, я собиралась выдать, что-то более интеллектуальное. -В смысле? – опешил Женя. -Ты же хотел меня поцеловать, давай. У нас же свидание, - ох, я даже не помню, несла ли я когда-нибудь больший бред, чем сейчас. -А у нас… свидание? – еще больше недоумевал он. Я тихо рассмеялась от собственного бреда, а затем внимательно посмотрела Жене в глаза, положила руки ему на плечи и медленно дотянулась до его губ своими. Первые мгновения Женя никак не реагировал, но потом втянулся в процесс и стал аккуратно раздвигать языком мои губы. Поцелуй был чем-то вроде катализатора от моей нервозности. Нежный, неловкий и одновременно будоражащий. После поцелуя первая заговорила я. -Прости, но я чувствовала бы себя нечестной, если бы тогда сразу кинулась тебе на шею. Мне нужно было время. Женя провел своей ладонью по моим волосам. -До чего же, блин, все это нелепо. Мы рассмеялись, смотря друг на друга. -То есть, теперь можно тебя целовать? И мне ничего за это не будет? Я, смеясь, кивнула головой. -Так? – он чмокнул меня в щеку. –Так? – затем в другую. Я еще раз одобрительно кивнула. -И так? – и едва коснулся губами моей шеи. Я продолжала улыбаться. -Я понимаю, что все это выглядело глупо и странновато, но и ты меня пойми. Я четыре года одна. Три из которых провела в страданиях. Женя, ничего не ответив, опустил руки на мою талию, притянул к себе и поцеловал. Глубоко и по-настоящему. Мы так и просидели весь вечер в обнимку. И домой он меня одну не отпустил. -Была бы ты на машине, ладно. А так – я тебя провожу. -Я о тебе, между прочим, забочусь. Отсюда недалеко вроде, а от меня еще на трамвае тащиться. -Велика птица, лишние пятнадцать минут. Я уже успела забыть за столько времени, какого это: первые поцелуи, первые прикосновения, хождения за ручку. Я так давно не испытывала столько чувств одновременно – нежность, радость, симпатию, легкость, а когда к ним примешивается еще эйфория, это, пожалуй, действует на мозг и тело круче, чем самый крепкий алкоголь. Знаете, когда небо переворачивается, все цвета становятся концентрированнее и ярче, звуки громче, мир вокруг становится лучше, и ты хочешь зажигать на полную катушку, и почти что теряешь границы реальности. Именно это со мной и происходило, хотя я еще не осознавала всего в полной мере. Мы стояли около моего дома в обнимку, точь-в-точь, как перед моей поездкой на Мальту. Но, что у меня, что у Жени в душе бушевали совершенно другие чувства. Он своими объятиями вновь словно закрыл меня от всего мира. -Я бы, конечно, тебе предложила остаться, но у меня папа в Москве, мы с ним вместе сейчас тусуемся, - сказала я. –А еще, в выходные мне надо обязательно уехать на дачу. Ты не обидишься? -Да нет, тебе же надо. Я подняла голову и посмотрела Жене в глаза. Такое впечатление, что в его присутствии мой рост в метр-шестьдесят-восемь превращался в метр-с-кепкой, как по щелчку. Клянусь своим красным пиджачком от Сен-Лорана, еще парочка таких крепких долгих объятий и взглядов в эти нереально зеленые, широко распахнутые глазища и я влюблюсь в него окончательно и бесповоротно. -Это было самое неординарное первое свидание в моей жизни, - выдал Женя, продолжая меня очаровывать. –Особенно, если учесть, что о самом свидании я узнал под его конец. Я не могла не рассмеяться. -Ты тогда подумай над вторым неординарным свиданием. Не все же мне блистать гениальностью. И не могла не расцеловать его на прощание. Вернувшись домой, я дала выход всем своим эмоциям. Да так, что папа, наверное, решил, что по мне психушка плачет, когда перед сном зашел ко мне в комнату, а я прыгала на кровати под весь клубняк, что был в плеере. -Папочка, знаешь, чего мне не хватает для полного счастья? -Еще ста грамм? -Воздушного шарика в виде Винни Пуха! Ну, после этой фразы точно решил. Он даже ничего не ответил. Просто, изобразив фейспалм, удалился спать. Но шарик в виде Винни Пуха все-таки подарил на следующий день.