Звукозапись любви

Решение организовать гастрольный тур пришло как-то само собой и было логически обоснованным. Возвращение любимой певицы из отпуска, проблемы в её жизни и получение, наконец, нескольких престижных премий — всё это следовало использовать именно сейчас, на пике популярности, так сказать. Первый концерт тура решено было провести в Магнолии, в недавно открывшемся новом комплексе, рассчитанном на восемьдесят пять тысяч зрителей, с огромными плазменными экранами, на которых в деталях можно было рассмотреть всё, что происходило на сцене. Ибо первый концерт больше напоминал постановку какой-то сказки. Каждая песня была отдельной историй, но грамотно составленная программа собирала их в единое целое. И, казалось, зал дышал только в перерывах между песнями: невероятные декорации, лазерный эффекты по последнему слову техники, красивая музыка и чарующий голос создавали иллюзию сказки, вечного праздника, другой, неземной, жизни. Где во главе королевства стояла она - Фея, а у её ног — три верных хранителя, что оберегали от всего на свете — Саблезубые тигры. Хартфилия же собой могла обоснованно гордиться. Она сумела уговорить Чени на бэк-вокал, и теперь в некоторых местах рядом с её звонким голосом звучал жёсткий и загадочный голос Роуга, что будто выговаривал своей Фее за её невнимательность и импульсивность. Концерт прошёл великолепно. По его окончании была обязательная фотосессия с музыкантами и раздача автографов. А потом уставших артистов ждал долгожданный и вполне заслуженный отдых. Едва закончилось выступление, ребята рванули к комнатке, которую занимала их солистка. Это была своего рода традиция — завалиться в тесную гримёрку, умоститься на колченогих стульях и болтать ни о чём, вдыхая запах огромного количества букетов, что занимали почти всё свободное пространство. Уже предвкушая приятный вечер, «тигры» толкнули дверь и… застыли на пороге. В гримёрке Люси сидела Юкино. Последняя что-то увлечённо рассказывала, громко смеялась, манерно поправляя причёску. Хартфилия же только улыбалась, слушая коллегу. Заметив ребят, девушка помахала им рукой: — Ну, заходите же! — Я думал, что мы, как обычно, одни будем, — громко ляпнул Орга. Люси бросила виноватый взгляд на непрошенную гостью и сказала, будто оправдываясь перед ней за грубые слова барабанщика: — Ребята устали после выступления. — Ой, ну, что вы! — откликнулась Агрия. — Я вам нисколько не помешаю. Просто посижу тихонечко в уголочке. Мне так приятно, что я работаю с такими замечательными артистами. «Тиграм» ничего не оставалось, как зайти в комнату и занять свободные места. Разговор не клеился: то, о чём они говорили обычно, было настолько личным, что обсуждать это при постороннем человеке не хотелось, а общих тем с новой певицей у них пока не было. Впрочем, Юкино это не смущало — она тараторила почти без умолку, позволяя всем остальным лишь поддакивать или пожимать плечами в ответ. Внезапно в дверь постучали. Люси не успела и рта раскрыть, как Агрия подлетела к двери и распахнула её. На пороге стоял Дреер. Увидев Юкино, мужчина так же, как и ранее «тигры», на минуту словно потерял дар речи, а потом несколько удивлённо спросил: — Ты чего здесь делаешь? — Мы общаемся, — радостно сообщила ему певичка. — Ты что-то хотел, Лекс? — Да я вот… — продюсер дёрнул рукой, в которой держал букет разноцветных гербер. Агрия восторженно ахнула: — Какая прелесть! Это мне, да? Обожаю эти цветы! Лекс, ты просто душка! — и чмокнула явно растерявшегося Дреера в щёку. Девушка между тем обернулась к сидевшим в комнате и восторженно заявила: — Я знаю, что мы должны сделать! У Лю ведь сегодня был первый концерт после долгого перерыва, и это надо отметить. Почему бы нам не поехать в клуб? — Прости, я устала, — попыталась отговориться от незапланированных развлечений Хартфилия. — Лучше в другой раз. — Жаль, — вздохнула Агрия. - Ну, может, мы тогда поедем? — обратилась она уже к продюсеру. Тот лишь пожал плечами. — Люси, поставишь в воду? — Юкино сунула букет в руки оторопевшей Хартфилии и, подхватив под локоть Дреера, буквально испарилась с ним из гримёрки. Влетевшая следом за ушедшей парой Альберона была менее сговорчива и более категорична. Бросив (негромко, но от души) в спину уходящему мужчине «Мудак», она всеми конечностями вцепилась в бледную Хартфилию и буквально уволокла её в «Призрачный лорд» (не без помощи тигров, разумеется. Надо заметить, Лор, как только «сладкая парочка» ушла, тут же отобрал у Люси идиотский букет и выбросил его в мусорное ведро, пробурчав что-то типа «ему там самое место, как и этим»). В джаз-клубе было шумно, весело, но по-домашнему уютно, возможно, потому, что сегодня здесь не было посторонних: «Эдолас» отмечал помолвку своей самой красивой пары — Драгнила и Скарлет. А когда к ним присоединились «тигры» и Люси с Каной, праздник перешёл в новую, ещё более бурную стадию. На сцене по очереди зажигали все: сольно, дуэтами, группами… Наконец, в каком-то перерыве между выступлениями Альберона, словно вспомнив что-то, стукнула себя по лбу: — Лю, а что вчера за гонки-то были? — Какие гонки? — тут же подключились к разговору другие, — Ну-ка, рассказывайте! Певице не оставалось ничего другого, как поведать друзьям вчерашнюю историю. Когда смех за столом затих (догоняющий грязный мусоровоз белый джип продюсера «Фейри Тейл» — то ещё зрелище, а уж копающийся в мусоре Дреер так и вообще вне конкуренции), Кана, вытирая выступившие на глазах слёзы, спросила: — А ты уверена, что брелока не было на столе? — Да, — кивнула Люси. — Юкино сказала, что он лежал под нотами, но я точно помню, что их не было на моём столе ни до поисков, ни после. Да, ладно, — встряхнула головой девушка, — какая разница, были — не были, главное, что брелок нашёлся. Это ведь память о Стинге. — Можно задать тебе один вопрос? — вдруг совершенно серьёзно спросила Альберона. Получив кивок в ответ, она бросила на Драгнила быстрый взгляд и продолжила: — Нацу рассказывал, что когда нашёл тебя после ранения, ты звала Эвклифа. — Да, я помню, — неожиданно тепло улыбнулась певица. — Мне тогда показалось, что он был там, оберегал меня, поддерживал. И прощался… — Лю… — Кана обняла подругу, уже жалея, что задала этот вопрос. — Всё хорошо, — успокоила её Люси. — Я думаю, Стинг не хотел бы, чтобы мы всю жизнь грустили. Он и сам не любил грустить. Поэтому давайте радоваться жизни, у нас ведь праздник сегодня. Кто со мной выступать? Вверх тут же взметнулся лес рук. Девушка весело рассмеялась, закрыла глаза, схватила наугад чью-то руку и потащила счастливчика на сцену.