Everybody Wants To Rule the World

==> Дейв: открой дверь. Замок щелкнул, дверь оказалась не заперта и поддалась. Ты и Джон вошли в роскошный рабочий кабинет политика. По левую руку находились высокие книжные стеллажи и стояли большие часы, в помещение лился тусклый вечерний свет через два огромных окна. В центре находился массивный деревянный стол, выкрашенный в темно-зеленый цвет. По правде говоря, почти весь офис был изумрудных оттенков. — Даже не поздороваешься, Дейв? Из-за стола встал высокий крепкий мужчина в зеленом смокинге, который немного сливался с окружающей обстановкой. Ты машинально сжал кулаки и сделал шаг в сторону, закрывая собой Джона. Мужчина оскалился, показывая золотой клык. — Не переживай, в мои планы пока не входит трогать твоего горячо любимого журналиста, — он обернулся к столу и открыл небольшую шкатулку. — Я хотел бы сперва побеседовать с тобой. — Нам не о чем говорить. Калиборн взял из шкатулки сигару, поджег ее зажигалкой и пустил в кабинет облако седого дыма. Он обошел стол кругом и оперся на него. — Если ты и дальше будешь упрямиться, разговор выйдет долгим, присаживайтесь, — его рука с дымящейся сигарой указала на кресла неподалеку, но вы не сдвинулись с места. — Или можете остаться стоять на месте как истуканы, дело ваше. Ты почувствовал, как Джон схватился за полу твоего пиджака. Он наверняка впервые своими глазами видит самого Калиборна, главу крупнейшей политической организации, да еще и в личине своего врага. Ты хотел бы успокоить его сейчас, но нельзя было показывать беспокойства. Калиборн, словно хищник, вцепится в эти эмоции и тогда вам уже не удастся спокойно уйти отсюда. — Итак, мой мальчик, ради какой цели ты перерезал половину охраны и бесцеремонно вломился в мой кабинет? Ты ведь мог просто позвонить. — Я хочу заявить о добровольном выходе из партии. Глаза мужчины удивленно расширились, он убрал в сторону сигару и зашелся кашлем, который позже перешел в смех. — Доб-добровольный уход?! ПХАХАХААХАХАХАХАХА! Если ты хотел повеселить меня, то тебе удалось! На его резкую реакцию ты лишь сжал зубы, рука дернулась к катане в ножнах, но нельзя было хвататься за оружие, как сильно бы не хотелось. — Не пытайся обмануть меня этим дерьмом, — сказал Калиборн, успокоившись. — Ты ведь здесь только потому, что Дерс выиграл голосование, я знаю. Ты вместе со своими дружками, кто дерзнул вставлять мне палки в колеса, сейчас совершаете самую большую ошибку в своей никчемной жизни. Он зажал сигару между зубов и начал шаг за шагом надвигаться на вас. — Эти жалкие попытки исправить ситуацию никогда не увенчаются успехом. Для меня все ваши действия — словно дуновения ветра для крепкого дуба. Я раздавлю вас, сожгу, закопаю останки, смету с моего пути, и ты не сможешь помешать этому. Калиборн подошел к тебе так, что ты смог увидеть его первые морщинки, и выдохнул клуб терпкого табачного дыма в лицо. Но ты никак не отреагировал, даже не повёл бровью. Его позабавила такая реакция, мужчина снова приложился к толстой сигаре. — И что же ты намереваешься делать после того, как придешь к власти? — спросил ты. — Известное дело, я начну подпитывать свою корпорацию, скупая крупные государственные предприятия под видом приватизации. — Вам ведь нельзя вести бизнес, пока прибываете на государственном посту, — вставил свое слово Эгберт. Это снова рассмешило Калиборна, он развернулся на каблуках и зашагал по направлению к мягкому креслу. — Джон, Джон, Джон… — политик уселся, закинув лодыжку одной ноги на колено другой. — Как ты еще остался жив, обладая такой детской наивностью? Документы, оформленные на доверенных людей, — давно всеми известный ход. — Твое управление поднимет уровень безработицы, люди начнут голодать, пока ты будешь насчитывать свои банкноты. Тебе этого так просто не отпустят, — сквозь зубы изрек ты. — Верно говоришь, Дейв, — он кивнул. — Но кто сможет свергнуть меня с поста? В любом случае, стране придется ждать пять лет, до следующих выборов. — Тогда ради чего все эти жертвы и кровь?! Ради чего Вы убивали невинных, разрушали судьбы, лишали людей будущего, заставляя против воли присоединяться к Дерсу и помогать Вам совершать свои ужасающие поступки?! Отчаянный крик Джона, сочетающий в себе боль и скорбь, раздался эхом, на мгновение после себя воцарив полнейшую звенящую тишину. Находясь в этом вакууме звуков ты, наконец, понял, почему именно Джон был той отправной точкой к твоему сопротивлению жестокой судьбе. Хоть он и самый обычный, ничем не выделяющийся из толпы парень, в нем есть одна очень важная черта, которая в наше непростое время сохранилась далеко не у всех. Чувство справедливости. Праведный огонь, горящий в его сердце, не потухнет и не успокоится, пока каждый виновный не поплатится за свои прегрешения. Калиборн, как главный анархист, впился своими ярко-красными глазами куда-то позади тебя, скорее всего, прямо в глаза Эгберта. — Деньги и власть, Джонатан. Каждый хочет править миром. ==> Будь Джоном Эгбертом. Ты чувствовал себя словно мышь под хищным взглядом змеи. Иной раз, когда Калиборн отнимал ото рта сигару, тебе казалось, что сейчас между губ мелькнет тонкий раздвоенный язык. Прежде ты не встречал его лично, но тот, учитывая его положение, часто бывал на публике и давал интервью. Наблюдая за выступлениями Калиборна по телевизору, ты отмечал его сдержанность и холодный расчет в действиях. Его программа была не слишком популярной и состояла из жестких мер, рассчитанных на контроль многих сфер жизни. Такая политика привлекала лишь состоятельных людей, нечистых на руку, желающих приумножить свой и без того большой капитал. Человек, который сейчас сидел перед вами в кресле, был совсем не похож на того, кого можно было наблюдать в экран телевизора. От прежней учтивости не осталось даже и намека на порядочность, в глазах стоял гнев, а изо рта, вместо слов, сочился яд. — Прекращайте ебать мне мозг этими бесполезными разговорами, — раздраженно выдохнул мужчина. — Зачем пришли? Вы ведь не могли заявиться ко мне, не будь у вас какого-то блядского плана, да? — он нахмурился. — Какая у вас цель? Услышав его слова, ты напрягся, стараясь не моргать, не дышать и вообще не двигаться, потому как казалось, что его цепкий взгляд сможет выявить все по любому неосторожному движению или звуку. Однако что-то внутри говорило тебе не прятать глаза. — Ты прекрасно знаешь, что моя цель — помешать тебе, — сказал Дейв ровным голосом. Он, кажется, вообще ни капли не волнуется, в отличие от тебя. Все-таки Дейв удивительный, он находит в себе силы идти вперед, встречая опасность лицом к лицу, и принимает удары судьбы, не теряя в себе решимость. Хоть Страйдер иногда и бывает придурком, ты действительно восхищаешься им. — И как же думаешь остановить меня? В моих руках власть, полномочия и, в конце концов, люди, которые в силах по первому моему приказу перерезать всю вашу шайку добродетелей. Калиборн со смешком опустил сигару в пепельницу, что стояла рядом на столике. — Послушай меня, Дейв, я дам тебе шанс, потому что ты важное звено в моих планах. Кто дал тебе все, что ты сейчас имеешь? Кто вырастил тебя, заботясь как о собственном сыне, которого у меня никогда не было? Кому ты обязан своими навыками, м? Наступила тишина, ни Дейв, ни Калиборн не решались произнести хоть слово. Ты кожей ощутил повисшее в воздухе напряжение. Казалось, зажги в кабинете огонек зажигалки, и тут все взорвется. — Этим человеком, — внезапно сказал Дейв, — тем человеком, кто делал все это для меня, был мой брат, не ты. Лицо Калиборна перекосила озлобленная и разочарованная гримаса. — Я не передумаю, — Страйдер тем временем продолжал. — Пока я стою на ногах и еще могу держать катану, чтобы перерезать твое ублюдское горло, пока я еще могу дышать и бороться, я не остановлюсь! — ДЛЯ ЧЕГО ТЫ, БЛЯТЬ, ДЕЛАЕШЬ ЭТО?! — в ответ взревел Калиборн. Вены на его висках от напряжения пульсировали, кулаки сжались, и он угрожающе оскалился, поднимаясь с кресла. — Потому что кто-то должен. И раз я уже ввязался в это дерьмо, то не оставлю дело незаконченным, — палец на его катане чуть выдвинул оружие из ножен. — Страйдеры доводят все до конца. Ты еле успел отскочить в сторону, когда они понеслись друг на друга. Первым ударил Калиборн, впечатав свой мощный кулак в скулу Дейва. Тот ощетинился, одним движением вынимая клинок из ножен и рассекая воздух, чуть не задев грудь увернувшегося противника. Бой, который сначала казался неравным, вскоре показал, что оба мужчины практически не уступают друг другу. Дейв пытался нанести Калиборну смертельные удары оружием, пронзить его, однако тот блокировал все атаки. Блок ставить особо было нечем, но его крепкие руки без труда останавливали замахи мечника. Они носились по комнате, опрокидывая кресла, снося дорогой антиквариат с полок и подставок. Дейв перемахнул через стол, бросая кипу бумаг в соперника. Пока тот на секунду замешкался, обежал сзади и приставил клинок к горлу. Но Калиборн успел перехватить его руку, отодвигая острое лезвие. Его жизнь висела на волоске. — Я сейчас окрашу твой ковер твоей же кровью! — ПОШЕЛ НАХУЙ, МАЛЬЧИШКА! Калиборн еще сильнее напряг мышцы и смог выйти из захвата. Он не отпустил руку Дейва, заламывая ее тому за спину. Парень прохрипел, выронив оружие на пол. Мужчина кровожадно усмехнулся, ударом ноги отправляя его в другую от клинка сторону. Тебя прошиб страх, когда Калиборн поднял катану, насмешливо сжимая в руке недостойное по его мнению оружие. Страйдер тяжело встал на ноги, рукой разминая ноющее после захвата плечо. Преимущество в бою сместилось на сторону мужчины в зеленом костюме. Дейв явно обладал меньшей физической силой, чем он, да еще и катана теперь в руках врага. Зарычав, Калиборн бросился на Страйдера. И тот встретил его достойно, не скупясь на удары и не жалея себя. ==> Будь Дирком Страйдером. Было ощущение, что тебя проткнули в грудь раскаленным прутом. Где-то рядом сидел Джейк, но его голос казался бесконечно далек. Ты сделал над собой усилие, пытаясь открыть глаза. Сквозь тьму пробился луч яркого слепящего света. Перед глазами, сквозь мутную пелену от боли, расфокусированным взглядом ты увидел Джейка в ореоле света, словно это был его нимб. Ты с трудом улыбнулся. — Джейк… Лишь произнеся его имя, ты зашелся давящим кашлем. Что-то потекло по подбородку. Наверное, ты отхаркивал кровь из легких. Какой-то тихий крик, рыдания… Почему так холодно? — Дирк, дыши! Господи, ДИРК, ДЕРЖИСЬ, ПОЖАЛУЙСТА! Это голос Джейка. Почувствовав обжигающее тепло пальцев, что приподняли майку, ты поморщился. — Не… не задело сердце. Легче от этого тебе не стало, ведь страшная боль, пульсирующая в груди, мешала даже нормально дышать, не то, что уж говорить. Ты моргнул. Его лицо было ужасно бледным, наверное, от испуга, ярко-изумрудные глаза глядели с волнением и страхом. Джейк, кусая нижнюю губу, дрожащими руками разматывал какую-то ткань. — П-приподнимите его. Ты почувствовал, как пара рук оторвала тебя от земли. Резкая боль и головокружение сдавили грудь, снова наступил приступ кашля. Губы накрыла ткань. Тебя трясло и подергивало, когда ты кашлял, и это приносило еще больше неприятных колющих ощущений. Платок убрали, на нем было большое пятно крови. Ты не ощущал своего тела. Все вокруг было слишком ярким, похоже, очки не на тебе. — Халф-стрит, дом… 21А. Да у площади! Тут словно твоя резервная батарея истекла и снова наступила кромешная вязкая тьма. Это случилось, когда тебе было примерно столько же, сколько и Дейву сейчас. Молодой и амбициозный, ты не соглашался с тем, что тобой помыкают. Появился Джейк Инглиш. Такой же полный надежд, живой парень, с которым вы быстро сдружились. Он — специалист по оружию, ты — механик, вы работали вместе и не могли не пересекаться время от времени. Вскоре общение вышло за рамки работы. Он был таким ярким, авантюрным, принося в твою серую каторжную жизнь хоть какое-то разнообразие и краски. Сильный грохот. В лицо подул холодный ветер, запахло дождем. Он влез в долги к Дерсу. Прямо как ты, стал заложником бандитов, называющих себя уважаемыми политиками. Ваши отношения встали на черте дружеских, граничащих с чем-то большим. Случайные касания, долгие взгляды, длинные ночные разговоры в сети. Вы медленно погружались все глубже и глубже. Ты всегда считал, что одиночество — это все, что у тебя осталось. Только оно и берегло тебя все это время. Но как только ты увидел таинственный блеск его зеленых глаз и в тот миг, когда твои пальцы коснулись его кожи, ты почувствовал, как просто теряешь голову. Когда ты влюбляешься, то все эти бредни про судьбу и вторую половинку вдруг обретают чертов смысл. Резкий металлический звук, такой, как бывает, когда распахивают двери фургонов. — Скорее, грузите его в машину! — незнакомый мужской голос. — Огнестрельное ранение в грудь, — быстро говорила женщина. — Пациент без сознания, пульс слабый… Джейк, где он? Ты не слышал его голоса и не ощущал присутствия. Попытался открыть глаза — тщетно, заговорить тоже не получалось. Ты испытал отвращение к своему слабому и бесполезному телу. — Сэр, это карета скорой помощи. Вам нельзя сюда! — Пропустите, я обязан быть рядом с ним. — Сэр!.. Щеки коснулось тепло и сразу стало так спокойно. Машина тронулась с места, торопясь в госпиталь. А после, тебе поручили убить его. Ты метался между долгом и чувствами. Калиборн угрожал, что если Джейк не будет мертв, то его могилу займет Дейв. Тогда ты еще не знал, что он блефует, ведь брат будет нужен ему для личного убийцы на поводке. Ты не смог сделать этого. Держа лезвие клинка прямо у пульсирующей жилки на смуглой шее, поднял взгляд на него. Ты ожидал увидеть там страх и слезы, но… Его глаза смотрели на тебя с любовью. Он все понимал и знал, что ты вынужден сделать это, что выбора нет. Он был готов на это. — Джейк… — Я здесь, здесь, — его ладонь убрала твою прилипшую ко лбу челку. — Все будет хорошо, слышишь? Тьма отступила, ты чувствовал себя так, будто паришь, ужасная боль прошла. А гравитация словно стала в тысячи раз сильнее. Очень хотелось спать. — Тебе дали обезболивающее, мы скоро уже приедем и тебя прооперируют. Я позвонил Фефери, она уже готовит операционную. Ты повернул голову. Рядом сидела девушка-парамедик и держала над тобой дорожную капельницу, «сосуды» которой тянулись к твоей руке. Над головой пищал какой-то прибор, отслеживающий ритм сердцебиения. Кажется, это называется кардиомонитор, но ты не уверен. — Я… — Не говори сейчас ничего, тебе нужно лежать. — Я… люблю тебя… Его бледное усталое лицо изумленно вытянулось. А через мгновение из зеленых глаз потекли прозрачные крупные капли слез и мелко дрожащие губы растянулись в улыбке. — Я тоже люблю тебя, Дирк… Размеренный писк прервался. Взамен прозвучал всего один, но слишком протяжный. А раз его любовь так сильна, что он готов умереть за тебя… То защищать его — твой долг. Тогда ты впервые воспротивился Дерсу. — Мы его теряем! — Карл, дефибрилляторы!.. Как же… холодно. ==> Снова будь Джоном. Ты становишься Джоном Эгбертом, и ты только что выстрелил из пистолета. Калиборн, мгновение до этого готовый был всадить в Дейва катану, замер с занесенным для удара клинком. Пуля пролетела совсем рядом с ним, вписавшись в его портрет на стене. Прямо промеж глаз нарисованного на холсте Калиборна. Дейв, увидев это, усмехнулся, как бы оценивая всю иронию. Не смотря на то, что ты выпустил пулю совершенно бездумно, ты был горд собой и таким результатом. Мужчина медленно обернулся. Ты вздрогнул от того, сколько злобы таилось в его глазах. — Защищаешь своего рыцаря, да? Ты сглотнул ком в горле, направляя дуло пистолета в голову Калиборна. На «рыцаря» сейчас было страшно смотреть. Его лицо покрывали ссадины и порезы, очки были разбиты и валялись отдельно от хозяина, рукав пиджака отрывался, а белую ткань рубашки пропитала кровь. Но, даже не смотря на все раны, Дейв продолжал угрожающе смотреть на врага. — Ну и что ты сделаешь, Джон, убьешь меня?! Давай, попробуй! Мужчина на шаг отошел от искалеченного тела Страйдера и переключил внимание на тебя. — Ну же, выстрели и покончи со всем! СТРЕЛЯЙ, ДЖОН! Ты сжал пистолет в ладонях, тяжело дыша грудью. Это, и правда, было проще некуда, лишь нажать на спусковой крючок и убрать человека, что стоял в центре всей преступной сети. Без ядра все связи начнут распадаться и механизм, наконец, сломается. Бегая взглядом от прицела к надвигающемуся противнику, ты увидел Дейва. «Нет», — беззвучно прошептали его разбитые губы.

Thereʼs a room where the light wonʼt find you

Он вдруг, приложив последние усилия, поднялся на ноги и накинулся на Калиборна. Рассвирепевший мужчина ударил его локтем в живот и скинул со спины как тряпичную куклу. — Дейв, у тебя могло быть такое блестящее будущее. Но ты вдруг возомнил себя ебаным героем и похерил абсолютно все! Страйдер неуклюже приподнялся на локтях и сел. Рядом с его лицом сверкнул острый металл. — Я не герой, — хрипло сказал он. — Им был мой брат, Джон — герой… Не я.

Holding hands while the walls come tumbling down When they do, Iʼll be right behind you

— Как мне надоели эти пустые разговоры, пора со всем заканчивать. И мужчина вновь занес клинок над Дейвом, а тот просто закрыл глаза, ожидая удара. Ты оглянулся, чтобы найти хоть что-то, что могло бы помочь Страйдеру, и… заметил только себя.

So glad weʼve almost made it So sad we had to fade it

Почему ты стоишь, Джон? «А что я могу сделать? Я бесполезный». Его убьют, если ты не поможешь. Человека, которого ты любишь, убьют у тебя на глазах. «…Люблю?» Беги, Джон. «Что?..». БЕГИ! ==> Джон: закрыть Дейва собой.

Everybody wants to rule the world

Перед тобой было ошеломленное лицо Дейва и эти его удивительные глаза. Красные, они напомнили тебе маковые цветы с одной полянки, на которой ты резвился в далеком детстве. Плечо пронзила острая боль, ты застонал от режущего ощущения и почувствовал как тело подхватили знакомые руки. БАМ! По кабинету раздался громкий удар. БАМ! — звук отдался у тебя в висках, принося боль. БАМ! Это били те большие часы. Ты насчитал восемь ударов и усмехнулся. Какая ирония, ведь это ее любимое число. — Джон, ты в порядке? — У меня из плеча торчит катана, а ты… спрашиваешь в порядке ли я, п-придурок. Глаза обожгли подступающие слезы, голос дрожал, боль не утихала ни на секунду. Дейв аккуратно усадил тебя на пол и, кажется, взялся за рукоять меча. — Сделай это быстро, как срывают пластырь, — умоляюще прохрипел ты. А в следующую секунду ты почувствовал боль еще более мучительную, чем когда тебе всадили лезвие. Ты схватился рукой за кровоточащее плечо и повалился на пол, кусая губу, чтобы не закричать. Сквозь боль и долбящий в ушах собственный пульс, ты услышал, как издалека доносится шум. Шаги пары десятков ног, громкие звучные голоса, перебивающие друг друга. Прямо сюда шла большая толпа людей. Устройство связи зашипело, ты услышал женский голос. — Джон, мы уже близко, держитесь! — проговорила Вриска, пытаясь перекричать гул. — Что это? — недоуменно спросил Калиборн, глядя на дверь, за которой доносился приближающийся гомон. — Это расплата, сукин ты сын! — сказал ты, злостно посмотрев на политика. Тот впервые выглядел испуганным. А затем дверь распахнулась. — Мы ведем прямой репортаж из городской резиденции Калиборна, главы известной партии Дерс! — Буквально вчера были оглашены результаты, где большинство голосов набрала его партия! — Это невероятно значимый день для нашей страны! Вспышки фотокамер, шум репортеров, операторы, маячившие туда-сюда с увесистыми видеокамерами. Более двух десятков журналистов заполнили кабинет, заставляя Калиборна попятиться к своему рабочему столу. Вриска превзошла все твои ожидания. Ты, конечно, был уверен, что она приведет армию репортеров, но о ТАКОМ размахе ты даже и не мечтал. — Внимание! В кабинете раненые! — Два молодых мужчины с множеством открытых ран! — Господин Калиборн, как Вы это прокомментируете?! — Премьер министр, что произошло?! — Неужели глава партии напал на двух безоружных людей?! — Я, эээм, — мужчина замялся, не зная как справиться со всеми вопросами сразу. Тебя начали поднимать под руки Дейв и Вриска. Девушка обеспокоенно разглядывала твою ужасную рану на плече и старалась держать тебя как можно осторожней. — Хэй, Врис… Ты превзошла сама себя, знаешь. Столько людей, вау. — Ха, ну еще бы! — она гордо приподняла голову. — Не мне тебе говорить, что силу прессы часто недооценивают. Толпа, ослепив вас вспышками и сняв на видеокамеру как пострадавших, все же выпустила из треклятого душного кабинета. — Теперь он получит по заслугам, да? — спросил Дейв, когда вы начали спускаться по лестнице. — Пресса предъявит этот инцидент, как нападение с его стороны. Я постараюсь, чтобы ваши имена там не слишком светились. Вы молодцы, не оставили на нем и царапинки, хотя, если есть легкие травмы, их можно списать на самооборону. — Вообще-то, в этом есть большая доля правды. — Тем лучше, — кивнула Серкет. — Сначала начнут расследовать это дело, после выйдет на свет другое, третье, и таким образом, все это выльется в один долгий судебный процесс, где ваше участие быстро утратит значение. Ты испустил громкий вздох, ощущая, как все, наконец, подходит к концу. — Что насчет трупов и крови? — снова заговорил Страйдер. — Я и Роуз убрали все. Гогподи Бобже, просто молитесь, чтобы их не нашли сейчас! Она вдруг сочувственно взглянула на Дейва. Тот изогнул бровь, задавая немой вопрос, что случилось. — Мне звонил Джейк и просил передать, что твой брат в госпитале с огнестрельным ранением. — Он жив?! — резко прервал ее Страйдер. — Говорят, в тяжелом состоянии, но жить будет. Дейв облегченно выдохнул, узнав, что с Дирком все будет в порядке. Ровно в восемь часов Вриска с группой журналистов по плану заходила в здание. Благодаря слаженной работе, все этажи к тому времени уже должны были быть зачищены, чтобы открыть репортерам прямую дорогу прямо в кабинет Калиборна. Вы сошлись на том, что оставлять на нем серьезных ран нельзя, и тогда пресса осветит ситуацию, где перед мужчиной лежали два раненых человека, всего-то несогласных с его политикой. Мнение общественности — очень важный козырь, заручись вы им, одолеть Калиборна законным путем было бы намного легче. В этом состояла суть твоего плана. Дейв и все остальные стали бы жертвами. Как выяснилось, документации по его «заказам» не велось во избежания утечки информации и раскрытию секретных нелегальных манипуляций. Знаменитую винтовку киллера собирал Джейк. Он пообещал, что в тот же вечер разберет ее на запчасти и избавится, как и от остального огнестрельного оружия в его мастерской. Вы тем временем спустились на первый этаж, мимо вас пробежал целый наряд полиции, видимо спешивший предъявить Калиборну ордер на арест. Одна из них, отстав от группы, вернулась к вам. — Выглядите дерьмово, ребята, — сказала рыжая девушка в форме. Ты вспомнил ее, это была Терези Пайроп, та самая девушка, что вела дело по убийству директора телеканала. Вы познакомились, когда ты пришел брать у нее интервью. Казалось, это было в прошлой жизни. — Опаздываешь, Пайроп, — усмехнулась Вриска. — Мои ребята уже рвут Калиборна на куски. — Надеюсь, что он хотя бы останется жив, к тому моменту, как его попросят в зал суда. Ты отметил, что их улыбки одинаково пугающие. Терези перебросилась еще парой слов с Серкет и повернулась к вам. — Здравствуй, Джон, давно не виделись. — Да, — ты постарался улыбнуться, хоть сил сейчас совершенно не было. — Будто сто лет прошло. — Не буду задерживать, вам нужно в больницу. На улице сейчас стоит несколько патрульных машин, попросите одну из них подбросить вас до госпиталя. Ты кивнул полицейской и посмотрел на Дейва. Он все это время держал тебя, помогая ровно стоять на ногах, хотя сам истекал кровью. Его глаза были полузакрыты, то ли он жмурился от света, то ли не хотел, чтобы другие видели его глаза, пока он был без очков. — Удачи, Эгберт! — крикнула напоследок Терези. — Не то чтобы она тебе была нужна. — Почему нет? — Потому что мы творим свою удачу сами, и ты доказал это. На улице была толпа людей по ту сторону желтой ленты. Один из полицейских накинул на вас плед и повел к машине. Ты и Дейв сели в приятно теплый салон автомобиля, после холодной улицы. Буквально каждое движение приносило неимоверную боль, заставляющую тебя корчится и не отнимать ладонь от, казалось, горящего плеча. Дейв уложил твою голову на своем плече, накрыв вас пледом. Его запах и объятия успокаивали. Боль в плече так и не утихала, не позволяя хоть немного расслабиться и передохнуть. Водитель уточнил в какую больницу ехать, завел мотор, включая мигалки. Машина мягко двинулась с места и выехала с площади на дорогу. Ты открыл глаза, лежа на груди Дейва, и взглянул в окно. На улице начинало темнеть, сумрак лениво накрывал город, подобно теплому покрывалу, которое сейчас грело твое тело. Все те же знакомые дома, магазины, рабочие здания, суетливые люди, которые спешат по своим делам. Город жил своей обычной жизнью, будто ничего не произошло. — Мне до сих пор не верится, что все закончилось, — вдруг прошептал Дейв. — Мне тоже, — ты протянул руку и обнял его. — И что же теперь? — О чем ты? — Не знаю… обо всем. Теперь Дейв, Дирк, Джейк и многие другие станут свободны. От Калиборна полиция по ниточкам дойдет до всех его сообщников из преступного мира и, пускай не всех, но большинство упекут за решетку. Конечно же, Калиборн найдет великолепных адвокатов, но обвинения, которые будут вынесены ему, слишком веские, чтобы он так просто отделался. Что же касается вас… можно считать, что начинается новая жизнь. — Даже не представляю, Эгдерп. Черт возьми, да я даже не уверен теперь в том, что случится завтра. Ты тихо хохотнул. — Но, знаешь, пока ты рядом, я думаю, все будет хорошо. Не было еще придумано таких слов, которые смогли бы описать твои чувства на тот момент. Ты просто ласково уткнулся Дейву в плечо, надеясь, что он все поймет. Все закончилось. Но также что-то и началось.

------ END ------