West Coast

      Открывая утром глаза под популярную песню, стоявшую на будильнике мобильного, Эрен готовился ощутить весь спектр болевых чувств. Однако, на его удивление, ночь в баре и с десяток выпитых алкогольных коктейлей отозвались небольшим шумом в ушах и лёгким головокружением. Хотя от огромного чувства отвращения внутри это не спасало — практику сегодня никто не отменял.       Эрен лениво поедал бутерброд с колбасой, запивая его горячим пакетированным чаем, в небольшой, скромно обставленной кухне. Ремонт в ней не делался с самого переезда, да и вряд ли планировался в ближайшие лет десять-двадцать. Родители о чём-то оживлённо и радостно разговаривали, но парень и не старался вникнуть в их беседу — он пытался вспомнить. Ночью Эрену приснился прекрасный сон, по крайней мере, он так думал. Но единственное, что помнил Йегер, это глаза. В памяти не осталось ни сюжета, ни действующих лиц, только манящий взор голубых глаз.       — …правда здорово, Эрен? — Молодой человек пришёл в себя и взглянул на улыбающуюся Карлу, которая с нетерпением ждала от сына подтверждения своих слов.       — Д-да, конечно, — Йегер слабо улыбнулся. Он понятия не имел, о чём его спрашивала мать, но всё же решил не уточнять.       — Ох, опаздываю. — Гриша встал из-за стола и взял с табуретки портфель. — У меня сегодня ещё пациент с периодонтитом*, так что буду поздно. — Мужчина поцеловал жену в щеку и обратился к Эрену, потрепав его по голове: — Не подкачай сегодня. Не будь сильно строг к младшеньким.       — Ну пап, — недовольно проворчал Эрен, приглаживая вперёд взъерошенные волосы. — Справлюсь как-нибудь.       — Вот это мой сын, — гордо заявил Гриша и, подмигнув Карле, вышел за дверь.       Отец Эрена работал стоматологом в небольшой частной клинике. Хоть работа и приносила неплохие доходы, Эрен бы ни за какие коврижки не согласился бы пойти по стопам отца. Его воротило лишь от одной мысли, что приходилось бы лезть в рот к незнакомым людям. По его мнению, хуже могла быть только работа проктолога.       — Не засиживайся долго, а то тоже опоздаешь, — мягко проговорила Карла.       — Да, я уже закончил. — Эрен быстро допил оставшийся чай и, вымыв кружку, отправился в свою комнату собираться.       Складывая учебные принадлежности в рюкзак, Эрен судорожно рылся в бардаке на столе, который он с упорством называл лёгким беспорядком, и пытался найти результаты эксперимента, проведённого для написания дипломного проекта.       — Да где же эти чёртовы вычисления?! — Со злости юноша одним резким движением скинул вещи со стола. Утро начинало его сильно раздражать.       Громко выдохнув, Эрен присел на корточки, чтобы собрать результат своего эмоционального всплеска и зацепился взглядом за небольшую книжечку в белой обложке. И тут его сердце ёкнуло; в душе зародилась какая-то непонятная надежда. Йегер поспешно открыл находку и чуть не подпрыгнул от радости — это не сон! Та встреча была реальна, он действительно видел того парня.       — Льюис Фарэл, — тихо проговорил Эрен, смакуя каждую букву имени и фамилии.       Юноша никогда не верил в любовь с первого взгляда, всегда считал это глупыми сопливыми сказками, в которые верят маленькие девочки. Да и как вообще можно полюбить человека, которого видел всего раз? Да и что вообще такое любовь? Существует ли она на самом деле? Привязанность, симпатия, влюблённость — да. Но любовь… Глупости какие. И поэтому сейчас Эрену было довольно странно ощущать трепет в груди, какое-то непонятное чувство, доселе не знакомое ему.       В дверь позвонили, и послышались приглушённые голоса из коридора. Парень перевернул страницу паспорта и посмотрел на место прописки Фарэла — далековато будет. Льюис жил на другом конце города, и придётся потратить больше часа, чтобы доехать до него. Но уже тот факт, что его новый «знакомый» жил с ним в одном городе, несказанно радовал Йегера.       — Эрен, — раздался голос матери из прихожей, — Микаса пришла.       — Иду!       Кинув паспорт в портфель, Эрен поспешил обуваться, даже не удосужившись убрать устроенный беспорядок.       Всю дорогу от дома до автобусной остановки Микаса украдкой поглядывала на своего друга детства. Она понять не могла, что с ним. Что такого могло произойти за ночь, чтобы Эрен так изменился? А всё дело в том, что парень улыбался. Вот уже минут пять с его губ не сходила эта странная улыбка. Микаса даже было подумала, что у Эрена мышцы свело.       — Эрен, — не выдержала она, — с тобой всё хорошо? Ты что, от бара ещё не отошёл?       Молодой человек удивлённо глянул на подругу.       — Конечно хорошо! Что за глупости ты говоришь? — фыркнул он. — И с чего вдруг такие вопросы?       Девушка замялась. В последнее время ей всё труднее становилось разговаривать с другом. А тут ещё она оказывается и «глупостей» ему наговорила.       — Ну, просто не часто ты улыбаешься.       Эрен мгновенно прикрыл рот рукой. Он, кажется, и сам не заметил этого. Повисло неловкое молчание.       — О, автобус! — прокричал парень, меняя тему разговора и уходя от дальнейших излишних расспросов. — Бежим скорее.       Не дожидаясь подруги, Эрен рванул к автобусной остановке. Микаса выдохнула и с тоской в сердце медленно пошла за другом — автобус-то не их.       Лабораторные должны были проходить совместно с Рико Брженской, молодой и серьезной женщиной. Она была из тех преподавателей, кто ответственно подходил к своей работе. Строгая, хорошо разбирающаяся во многих областях физики и умеющая понятно объяснить сложный материал даже самому недалёкому студенту. Вот только она была уж слишком дотошна, особенно в оформлении результатов. Эрен отлично помнил, как ему приходилось пересдавать защиты по лабораторным по три, а то и по четыре раза — то он неправильно погрешности посчитает, то график не так начертит. Понервничал он тогда славно. Микаса, конечно, пыталась ему помочь, даже списать предлагала. Но Эрен был слишком горд, чтобы принять помощь у девчонки, пусть даже и у подруги детства. Поэтому, если Йегер и списывал, то исключительно у Марко.       Пока Рико вместе с лаборантом настраивали старые приборы, Эрен с Микасой почитывали задание. Казалось, всё это они сами проходили так давно, что просто освежить в памяти это не получится. Точнее это было невыполнимо только для Эрена. Парень был уверен, что из умной головы его подруги информация так просто не выветривается, и она сейчас просто уточняет некоторые моменты. Йегер утешал себя тем, что они здесь лишь в качестве помощников, а всю нагрузку возьмёт на себя Брженска.       — Я отойду ненадолго, — сказала Рико после того, как всё к занятию уже было подготовлено, и ушла.       Ушла и не вернулись. Уже началась пара, а в лаборатории по-прежнему были только Эрен и Микаса. Вот тут-то до парня и дошло, что их просто напросто кинули. Вот так взяли и свалили на них всю работу.       Эрен стал нервничать — не шибко-то ему хотелось объяснять людям то, в чём он сам ни черта не разбирался. Парень перевёл взгляд на подругу детства — спокойна как удав. Впрочем, как обычно. Микасу вообще мало что могло выбить из колеи. В коридоре послышались голоса, и Йегер вздрогнул.       — Эрен, — Аккерман положила руку ему на плечо и взглянула в глаза, — если хочешь, можешь оставить всё на меня.       И Эрен хотел, он бы прыгал от счастья, если бы с него сняли весь этот груз. Но сказать об этом Микасе — значит принять тот факт, что он глупый слабак, коим сам парень себя не считал. И уж тем более не желал, чтобы его таким считала Аккерман.       — Справлюсь, — бросил парень.       В аудиторию начали заходить студенты. Третьекурсники. Шумные, как стадо гусей. Но больше всех шумела компания, которая зашла последней, точнее один из них. Самый высокий — самый горластый. Эрен ещё даже имени его не узнал, а уже возненавидел. Если до этого голова Йегера ещё держалась, то противный голос парня с бритым затылком моментально вызвал боль. А вообще, что-то в этой четвёрке было знакомое: маленький лысый паренёк, девчонка с хвостом, русый и…       — Льюис? — прошептал Эрен.       Йегер сразу в ступор. Ну да, точно. К нему навстречу шёл тот самый блондин с голубыми глазами. Точно такое же лицо только… Эрен оценивающе прошёлся по его фигуре: худой, невысокий, волосы забраны в низкий хвост, а на носу очки в прямоугольной чёрной оправе. На вид он был совсем как подросток. И взгляд молодого человека совершенно отличался от взгляда Фарэла; в нём не было той нахальности, той твёрдости характера, сейчас его взгляд был полон детской наивностью и мягкостью — совсем не то, что хотел Йегер.       — Микаса, дай-ка мне список группы.       Аккерман с невозмутимым видом передала другу лабораторный журнал. Эрен внимательно прошёлся по пунктам — ничего, среди пятнадцати студентов нет никого по имени Льюис Фарэл. Даже фамилия такая не встречается.       «Может, ошибся?», — подумал Эрен.       Мало ли на Земле похожих людей? Юноша тряхнул головой — сейчас не время об этом думать. Пара началась, студенты ждут, Эрену ещё перед преподавателем надо будет отчитаться — этот Фарэл может и подождать.       Третьекурсники оказались на удивление смышлёными: сами налаживали приборы в случае сбоя, сами проводили эксперименты и сами же записывали результаты. Если у них и возникали какие-то вопросы, то вполне простые и понятные, и Эрен без труда на них отвечал. Ну, хоть здесь подфартило.       Трудности начались, когда пришло время студентам защищать свои лабораторные. Но и здесь Эрен выкрутился: брал вопросы из методичек, в которых уже были все ответы. Так что ему надо было просто сверить ответ студента с готовым вариантом.       — Эрен, — молодой человек встрепенулся. Уже около получаса напротив него сидела, склонившись над листком бумаги, Саша Браус, та самая девушка из четвёрки, и думала над ответом на заданный вопрос. За это время она не сказала ни слова и почти не шевелилась. Эрен было подумал, что она уснула или ещё чего похуже. А нет, жива, и, кажется, в её голове даже шёл какой-то мыслительный процесс, — почему все геи такие красивые?       Эрен чуть не задохнулся — его назвали красивым. Нет, не его конкретно, конечно, но Саша сказала «все», а где все, там и он. И пусть Йегер был геем не на все сто. Сейчас он готов был закрыть глаза на это маленькое недоразумение. Красивым из женщин Эрена называли разве что только мама и Микаса, но он этого даже не брал в расчёт — для матери сын всегда самый красивый, а для Микасы… для Микасы Эрен будет красивым, даже если его трамвай переедет.       Вот сделали комплемент, вроде как, и сразу на душе так легко и приятно стало. Да за одно это Эрен готов был Саше зачёт поставить.       — Вот по вам сразу видно, что вы натурал. — А вот и первая пощёчина от девушки. Молодой человек и подумать не мог, что услышать в свой адрес «натурал» он приравняет к оскорблению. — Стоит только взглянуть на Армина, — девушка вздохнула.       — Армина?       — Ну вон, в очках который, светленький, — Браус кивнула в сторону разговаривавшей троицы. Теперь-то Эрен хотя бы знал его имя.       «Армин», — вновь повторил юноша уже про себя, смакуя каждую букву имени, как ещё утром делал это с именем «Льюис».       Однако ощущения от этого были совсем иными: не так приятно, тепло по всему телу не разливалось, да и сердце чаще биться не стало. Всё же Армин сильно отличался от Льюиса. Хоть они и были похожи как две капли воды, чувства у Эрена вызывали совершенно разные. Встряхнув головой, снимая с себя наваждение, Йегер вновь обратил всё своё внимание на до сих пор мучащуюся с вопросом Сашу.       — Браус, ты готова?       — Ну-у… — девушка дрожащими руками протянула молодому человеку листок с ответом.       Эрен оценивающим взглядом прошёлся по записям, затем глянул в методичку и сверил результат. Он, конечно же, не сошёлся. Но ход мысли у Саши был верен, поэтому, объективно взвесив все «за» и «против», Эрен поставил Браус «зачёт» и отпустил. Микаса тем временем тоже приняла и освободила студента, и, судя по осунувшемуся лицу паренька, закончилось у них не так радужно, как с Сашей.       «А ты сурова, Микаса», — подумал Эрен.       А подруга детства уже вызывала к себе очередную «жертву»:       — Армин Арлерт.       Молодой человек встал с места и направился к Аккерман.       — Оставь его мне, — обратился Эрен к Микасе, — если ты не против.       Девушка с непроницаемым лицом глянула на Йегера и пожала плечами.       Тут, радостно взвизгнув, высокий юноша с бритым затылком, который уже успел впасть в немилость Эрену, вскочил с места и быстро плюхнулся на стул напротив Микасы.       — Ну, — с видом довольного кота начал он, — если претендентов больше нет, то отвечать буду я.       — Ты кто? — от сурового тона подруги у Эрена мурашки по спине пробежали.       — Твой будущий муж, красавица.       Повисла гробовая тишина. Йегер буквально кожей ощущал убийственную ауру Микасы. Ему даже жалко стало этого несчастного. Тот, поди, даже не подозревал, что с ним произойдёт через пять секунд. И если бы этот парень сейчас загорелся, то Эрен бы даже не удивился.       — Незачёт, — огласила приговор Аккерман.       Ну что же, ещё легко отделался.       — Эм, — встрял Арлерт, — вы уж извините его. Жан хоть и много болтает, но он парень умный. Дайте ему ещё один шанс.       Эрен скривился — Армин был ещё и мягкотелым. Экий защитник всех и вся.       Микаса окинула взглядом сначала Армина, затем Жана и повторила вопрос:       — Кто ты?       — Жан Кирштайн. — «Да неужели». — Твой принц на белом коне. — «Топологический кретин!».       — Арлерт, — позвал Йегер, — садись.       С взглядом испуганной овечки Армин кивнул и сел напротив Эрена.       Пока третьекурсник пыхтел над ответом на вопрос, Эрен внимательно разглядывал молодого человека. Армин действительно был красивым. Очень красивым. Слишком красивым. Чересчур красивым. Смазливым! Внутри Йегера бушевала буря. Ну и чем этот мелкий клон Льюиса был лучше него?! Да ещё эти очки, которые явно были Арлерту велики. Неужели девчонкам нравятся такие… такие… Эрен даже слова не мог подобрать, чтобы описать это «чудо».       Но Армин оказался не только красивым юношей, но и ещё умным. На вопрос, заданный Эреном, он ответил быстро, чётко и правильно. Но Йегер не собирался уступать — после первого вопроса последовал второй. Но и тут Арлерт справился. После третьего задания Эрен понял, что битву умов он проиграл, и ему ничего не оставалось, как, кривя душой, поставить Арлерту зачёт.       Рико пришла только под конец пары, и Эрен смог немного расслабиться. Совсем ненадолго, пока не пришёл к своему научному руководителю. В плане дотошности заведующий кафедрой Леви Аккерман был ещё хуже Брженской, но и по способности объяснять он ни в чём ей не уступал. Многие студенты боялись этого молодого мужчину с сердитым лицом и старались при возможности с ним не встречаться. Из Эрена гордость так и шла, когда одногруппники восхищались тем, что Йегер не побоялся выбрать в качестве научного руководителя Леви. Ну, а что ему ещё оставалось делать, когда он по дурости оставил всё на последний момент, и темы на дипломную работу остались только у заведующего кафедрой? Но молодой человек довольно быстро нашёл с мужчиной общий язык, и Аккерман уже не казался Эрену таким уж страшным зверем.       Эрен постучал в дверь и после холодного «Войдите» зашёл в комнату. Кабинет Леви был как всегда чист и уютен, даже при огромном количестве всевозможных папок и бумаг на столе и в открытом шкафу не было ощущения беспорядка.       — А, Эрен, заходи. — Пальцы Леви быстро двигались по клавиатуре рабочего новенького компьютера. — Результаты эксперимента принёс?       — Да. — Эрен сел за большой овальный стол.       — Доставай пока, мне надо разобраться с документами.       Молодой человек поставил рюкзак на колени и стал судорожно в нём рыться, ища листы с вычислениями. Но чем глубже он подбирался ко дну рюкзака, тем с большим ужасом понимал, что листов в нём нет. И это не могло ускользнуть от бдительного взора мистера Аккерман.       — Эрен, только не говори, что ты их…       — …не взял, — Йегер нервно хихикнул. Он уже и забыл, как началось его утро.       Леви устало выдохнул и потёр переносицу.       — А мозги ты взял?       — Да, сэр, — точно на плацу отчеканил Эрен.       — Ну, тогда включай их и займись пока теорией. С практической частью разберёмся позже.       Эрен всеми силами пытался сосредоточиться на дипломной работе, но мысли упорно возвращались к утру. Его голову не покидали два имени: «Льюис» и «Армин». И молодой человек стал замечать, что чаще всплывает именно имя «Армин». Эрен откинулся на спинку стула и, задрав голову вверх, уставился в потолок. Кажется, юноша уже наизусть выучил все трещинки на нём и каждый раз, как приходил в кабинет научного руководителя, пересчитывал их и рассматривал, не появилась ли новая.       — Мистер Аккерман…       — Не качайся на стуле, — не отрываясь от экрана компьютера, отозвался Леви.       — …а вы знаете Армина Арлерта?       — М? С третьего курса который? Ну знаю. Не порть мне полы, Йегер.       — А какой он? — спросил Эрен и, тут же поняв, что ляпнул явно что-то не то, поспешил уточнить: — Ну, в смысле человек, какой он человек?       — Человек как человек, — без особого интереса отозвался мужчина. — Приветливый, ответственный, не балбес, как ты. Умён не по годам. Всего семнадцать лет, а уже на третьем курсе на высшую стипендию метит.       — Семнадцать?!       От неожиданности Эрен потерял равновесие и вместе со стулом, огласив комнату жутким скрежетом и грохотом, рухнул на пол.       — Я же сказал тебе не качаться!       Теперь-то всё встало на свои места. Третьекурсникам сейчас должно быть лет по девятнадцать-двадцать. А этот Арлерт ещё не достиг совершеннолетия. А если так, то… Чем больше Эрен размышлял, тем яснее вырисовывались события вчерашнего дня и тем больше он понимал всю тленность своей жизни.       — Йегер, ты там живой?       — А? Да, я в порядке. — Эрен встал с пола, отряхнулся и, поставив стул на место, вновь сел на него. Теперь диплом окончательно ушёл на второй план.       Надо было расставить все точки над «и». Раз и навсегда разобраться и с Армином, и с Льюисом, и с неведомой фигнёй, что творилась в голове у Эрена. Понять уже свои чувства. Чувства? Не-не-не-не!       — Какие ещё чувства? — Эрен стоял недалеко от входа в главный корпус института и внимательно рассматривал всех входящих и выходящих людей, а точнее, парней, и бубнил себе под нос. Со стороны это выглядело, словно он демонов вызывает. Не мудрено, что каждый проходящий шарахался от него и косо глазел. Но для Йегера такие взгляды в порядке вещей — натерпелся в детстве, — и юноша просто не обращал внимания. — Да ничего я к нему не испытываю. И почему я вообще о нём думаю? Так, стоп. А о ком я сейчас? Как о ком? Об Армине, конечно. Да, но Армин это… Не-не-не-не. Да кого это вообще волнует?! — Эрен крикнул так громко, что девушки, проходившие мимо, вздрогнули и, сердито зыркнув на юношу, покрутили пальцем у виска, да ещё и одарили недобрым словом.       Ход мыслей прервался, когда в поле зрения появилась знакомая фигура. Со своими дружками, естественно. Ещё и улыбается. Ну всё, пора с этим кончать.       — Арлерт! — Эрен и не старался быть приветливым. Нет, только не с этим человеком. — Надо поговорить.       Армин остановился и, поправив очки, удивлённо посмотрел на Эрена. Саша и Конни, лысый паренёк, четвёртый из их компании, заулюлюкали, шутливо подталкивая Арлерта в бок локтями, а Жан, цокнув и изобразив на лице недовольную гримасу, что-то пробурчал. Армин попрощался с друзьями и подошёл к Эрену.       — Да, что случилось?       Йегер ещё раз окинул юношу взглядом.       — Отойдём.       Они стояли на заднем дворе главного корпуса. Эрен, облокотившись одной рукой на железную дверь, навис над Армином. Мальчишка — Эрен больше никак не мог назвать Арлерта. Перед ним сейчас стоял просто испуганный мальчишка. Смазливый испуганный мальчишка. И чем больше Эрен рассматривал третьекурсника, тем больше в этом убеждался.       «И как я только мог подумать, что Армин и Льюис — это один и тот же человек? — размышлял Йегер. — Ничего общего. Совершенно».       Но надо было уже поставить точку во всей этой ситуации.       — Ты был вчера в баре «West Coast»? — в лоб спросил Эрен.       — Что? Я не… — глаза Армина нервно забегали. — Я не понимаю, о чём вы.       — Ты вчера с друзьями на танцполе отжигал? Ты в меня врезался? Отвечай. — Эрен достал из заднего кармана джинсов паспорт в белой обложке и показал Армину. — Это твой паспорт? Ну, говори!       Армин покосился на паспорт, расслабился и опустил голову, не говоря ни слова. А затем снова поднял и посмотрел в упор на Эрен. Йегер сглотнул и чуть отошёл назад — на него точно живая фотография смотрела. Фотография из паспорта, которого ему посчастливилось найти, только распустить волосы, очки снять и вуаля! Эти голубые глаза с искоркой нахальства, лёгкая ухмылка на губах — Эрен нашёл Льюиса. Ему даже не пришлось тащиться в другой конец города, чтобы отдать ему паспорт. Вот только Льюис Фарэл на самом деле не существовал. Был только Армин. Армин Арлерт, третьекурсник, несовершеннолетний мягкотелый мальчишка.       — А что, если и так?       — Это ведь «липа», — сердце Эрена сжималось от непонятно откуда взявшейся тоски и жуткого разочарования. — Тебе всего семнадцать, а шляешься по барам с поддельным паспортам. Ты хоть знаешь, что с тобой будет, если копы поймают тебя?       Армин усмехнулся и покачал головой.       — Тебе-то что? Ты из полиции? Нет? Тогда не лезь не в своё дело! Отдай его мне! — Арлерт потянулся за паспортом, но Эрен смог увернуться от цепких рук мальчишки и быстрым движением засунул документ обратно в задний карман.       — Ага, разбежался. Надо же кому-то наставить ребёночка на путь истинный.       Снисходительный тон Эрена только ещё больше разозлил Армина. В воздухе повисло сильное напряжение.       — Какой я тебе ребёнок?! Мне восемнадцать скоро! Сейчас же верни документ. Или ты за него денег хочешь? Или… — Арлерт резко замолчал. Выглядел он, словно его посетила величайшая мысль, за которую ему Нобелевскую премию могли вручить. — А-а, я понял. Поцелуя ждёшь или ещё чего, да?       — Ч-чего?! — Эрен сейчас был не менее красным, чем Армин. — Да кто вообще с тобой целоваться захочет? Так, стоп, так ты реально из этих?       — Из этих здесь только ты. От тебя голубизной за версту несёт. И что значит «реально»?       За один день Эрена назвали и геем, и натуралом. Прям два в одном, хотя так-то на самом деле всё и было. Не нашим, не вашим. Человек без места, и брошенная Армином фраза лишь подтвердила правильность того, что Эрен никому не рассказывал о своей ориентации.       — У Браус спроси, — спокойно отозвался Йегер. — Почему все геи такие красивые? — спародировал он Сашу. — Вот по вам сразу видно, что вы натурал. Стоит только взглянуть на Армина. А-ах.       С каждым словом глаза Армина становились всё больше и больше, а когда Эрен закончил, третьекурсник немного помолчал, а потом рассмеялся — громко, весело, прямо в лицо Эрену.       — Чего ржёшь? — Йегер искренне не понимал весёлость своего собеседника. — По-твоему, это смешно?       — А то! Ты реально повёлся на эту фигню? Да Саша всех красивых геями заклеймила, а всё потому, что никто из этих красавцев, — Армин прожестикулировал воздушные кавычки, — никогда к ней не подкатывал. А ты просто не в её вкусе.       Да, Эрену никогда не везло с девушками. Да и вряд ли когда-нибудь повезёт. Ну, тогда может…       Кто-то резко толкнул дверь изнутри, и Армин, не удержав равновесие, повалился на Эрена. А Эрен просто по инерции схватился за Армина.       — Ой, извини… те, — девушка, вышедшая из институтского корпуса, встала как вкопанная. А почему бы и не полюбоваться, когда перед ней такая прекрасная картина: один парень лежит на другом, и нижний держит верхнего за ягодицы.       Эрен растерялся — красное лицо Армина, почти вплотную к его, руки на весьма, кхм, пикантном месте, да ещё и девчонка пялится.       — Чего уставилась? — огрызнулся Йегер. — Вали отсюда. — Девушку словно ветром сдуло, и молодой человек с облегчением выдохнул.       Армин шарахнулся от Эрена, точно от прокажённого. Йегер сел и уставился на свои руки, слегка сжимая пальцы.       — Т-ты, ты за задницу меня схватил! — пискнул Арлерт.       Только после этих слов Эрен наконец понял, что на самом деле произошло, и он поспешил спрятать руки.       — Я случайно!       — Ага, конечно. По глазам вижу, что ты лжёшь. — Армин встал, отряхнулся и поднял свою сумку с земли. — Всё, хватит с меня. Можешь забрать себе этот чёртов паспорт. Подавись им, только не лезь больше ко мне. Видеть тебя больше не желаю.       Арлерт последний раз бросил на Эрена убийственный взгляд и пошёл прочь.       — Да, вали давай! — крикнул Йегер напоследок. — Чтоб глаза мои тебя больше не видели!       Армин не оборачиваясь помахал рукой и скрылся из виду.       Сегодня Эрен окончательно разочаровался в людях и решил для себя, что уж лучше он будет вечно одинок, чем ещё хоть раз встретится с этим мальчишкой.       А паспорт к владельцу так и не вернулся.