Влюблённая в придурка, или Как Пак Чанёль разрушил мою жизнь

Пак Чанёль был из разряда тех, кто всегда избегал особей женского пола. Это началось в младших классах, когда ему было всего лишь девять лет. Там была одна девочка, миниатюрная и невероятно милая, самая умная в классе. У неё были длинные гладкие волосы и щенячьи глаза. Правда, у неё были кривые зубы, но Чанёль решил не обращать на это внимания, потому что влюбился в неё. Он не знал, как справиться с этим. Каждый раз, как он заходил в класс, она сидела там, читая одну из своих книжек. Она была тихой и никогда ни с кем не разговаривала. — Иди и поцелуй её, — посоветовал ему его лучший друг Бэкхён. Макушкой Чанёль едва доставал до его подбородка, поэтому поклялся себе, что однажды он вырастет очень высоким. — Зуб даю, что она скажет «да», если ты спросишь её, хочет ли она сыграть с тобой свадебку! Но Чанёль не мог этого сделать. Он не был похож на Бэкхёна, у которого было бесчисленное количество жёнушек в трёх разных классах и какая-нибудь девчушка, с которой они ходили за ручку. Он не был и клёвым парнем вроде Кая, паренька помладше, жившего по соседству, который встречался с девчонкой из шестого класса. Он даже, в общем-то, не особо понимал в девочках, так как единственное, в чём он был хорош, это игра на гитаре и забота о хорьках. Но девчонки не любят хорьков. Им больше по душе котята, которых Чанёль тоже не мог понять. И, как итог, девочки были загадкой для этого парня. Поэтому он схватил свою гитару, лист бумаги и начал писать: он писал песню, чтобы рассказать о своих чувствах к девочке, которая ему нравилась. Он даже занялся домашними делами, чтобы мама дала ему денег на колечко для помолвки, — после уборки своей комнаты и чистки бесчисленного количества картошки у него было три тысячи вон, что было достаточно, чтобы пойти в ближайший киоск и купить одно из тех сладких колечек, что шли вместе с упаковкой клубничной жвачки. Он надеялся, что ей нравится клубника. А затем, когда настал тот день и Чанёль взволнованно сжимал в руках гитару, чтобы после школы найти девочку на её обычном месте на детской площадке, его сердечко впервые было разбито. Потому что она была там, держась за руки и обмениваясь поцелуйчиками с его шестилетним младшим братом О Сехуном. — Сехун-а, — шокированно прошептал Чанёль. Его глаза наполнялись слезами. Девочка подпрыгнула от удивления, быстро краснея. А Сехун только лишь усмехнулся, он смотрел на слёзы в глазах брата так, словно это ничего не значило для него. Гитара Чанёля упала на землю, и он сбежал, не оглядываясь, слёзы никак не хотели останавливаться. В этот день Пак Чанёль решил, что ему не нравится влюбляться.        После официального демократического голосования всех членов Китайской шайки (Инфа сотка, что Лухан мухлевал, потому что нас всего семеро, а там было целых двенадцать голосов, написанных его рукой. Жадная жопа.) было решено, что я пойду на вечеринку к О Сехуну. — Но тебе лучше не идти одной, — сказал Чен. — Я видел жажду в глазах этого подростка, — он драматично вздохнул. — Озабоченный ребёнок. Чья бы корова мычала, Чен… Лухан возбуждённо вскинул руку вверх. — Я могу присмотреть за тобой! Я истерично заржала и вместо этого отправила сообщение Каю. будь моим +1 на тусиче у о сехуна, ток ничего не спрашивай, плз И так как Кай это чудесная шлюховатая коала, но всё-таки хорошая коала, он тут же перезвонил мне. — Прости, не могу сделать это. Что ж, это определённо не тот ответ, который я ожидала услышать. — Секундочку, меня сейчас, похоже, хватит удар. Ты действительно скажешь «нет» другу в беде? Я слышала, как Кай вздохнул. — Бро, слушай, у меня ночное дежурство в больнице и- — О, да брось, совёнок наверняка будет счастлив, если ты оставишь его одного хотя бы на одну ночь! — Совёнок? — я представила, каким сконфуженным должен был выглядеть Кай. — Парень с пиздецки огромными глазами и пухлыми губами. Он похож на совёнка. — Оу, — а сейчас он наверняка покраснел. — Ты имеешь в виду Кёнсу… — Ага, его самого. Кёнбро может прожить и без тебя. Дай ему отдохнуть. Сучки любят тебя даже больше, когда ты ведёшь себя так, словно не заинтересован. Бля, да чо я тебе рассказываю? Ты ж плейбой нашего колледжа, ты сам должен знать! — П-подожди-ка минутку! Это не то что ты- Затем Кай десять минут заикался, пытаясь доказать, что он не впидорасился в совёнка (ну, хотя бы про Ли Тэмина никогда не отрицает) и что вагины на первом месте в его списке любимых вещей. Короче говоря, он гейский гей для своего совёнка, поэтому он не оставит его одного в больнице на ночь, но, в итоге, он согласился отвезти меня к Сехуну. И вот, два дня спустя, я нервно поправляю платье, потому что Тао запретил мне надевать колготки, а Кай медленно ведёт машину, потому что безопасность превыше всего. Я чувствую себя ужасно странно, показывая уродливую кожу своих ног, но, по словам Тао, чёрные колготки не в моде в этом июле. Я не понимаю эту молодёжь. — Грустно, что вы двое больше не общаетесь. Ты скучаешь по нему? — Вообще-то, мы с Сехуном снова друзья. Признание Кая запоздало, учитывая то, что мы уже приоделись и едем к Сехуну. — Получается, твоя маскировка бессмысленна? — я отодрала усы с его лица. — Чувак, ты, блять, ничего не сказал мне! — О, мужик! Я думал, что они мне идут, — он сглотнул слюну в замешательстве. — Я написал тебе сотню смс. Хотел встретиться, чтобы посмотреть новый клип вместе и ждал целую вечность, но ты никак не отреагировала. Вот почему я не мог тебе об этом сказать. Я почувствовала себя немного виноватой за то, что надолго выключала свой телефон. Ведь Кай действительно ждал меня, чтобы посмотреть клип «Married to the Music», а не просто верещал и бил меня, из-за чего я почувствовала себя нужной. — Приехали, — Кай остановил машину в каком-то непримечательном райончике. Один дом, выглядящий необычайно обычно, привлёк его внимание. Он улыбнулся, глядя на него. — Какие воспоминания, — прошептал он, прежде чем припарковаться около уже подсвеченного огнями дома. Музыка была слышна издалека, и почти каждое окно изнутри ярко переливалось разноцветными огнями — почти. За одним окном была густая темнота. Наверное, спальня родителей, подумала я. Но почему-то я не могла отделаться от какого-то странного предчувствия, растущего в моём животе. Мне было нехорошо. Это не только дом Сехуна, но и также дом Чанёля, где он вырос. Мой желудок скрутило в узел. — Разве ты не сказала, что твои друзья встретят тебя тут? Почему ты хотела, чтобы я тебя отвёз сюда? Я посмотрела в окно машины Кая, а после с моих губ сорвался вздох. — Я хотела, чтобы кто-то, кто хорошо знает Сехуна, сказал мне, что я не принимаю неверное решение. Секунду спустя смуглая тёплая рука накрыла мою, бледную и холодную. Рука Кая достаточно большая, чтобы согреть обе мои руки, но только потому, что его сердце полно этой теплоты. Её было бы достаточно, чтобы убить всех полярных медведей. Я посмотрела на его лицо и улыбку, а затем он сказал именно то, что мне нужно было услышать. — Ты девушка Чанёля. Он, возможно, ещё сам этого не знает, но ты его. Не волнуйся насчёт Сехуна. Я поцеловала Кая в щеку. — Ты лучший. Он улыбнулся, и я вслед за ним, и это внезапно сделало меня сильной. Хах, если шавол верит в меня, я могу что угодно! И я выбралась из машины так, словно шла на войну, не оглядываясь назад. Я смогу пережить эту ночь, не дав слабины. Я делаю лишь дружеское одолжение, придя на его вечеринку. Ничего более. Моё розовое платье немного развевалось на ветру, и я чувствовала прохладу своей задницей. Некоторые парни свистели мне вслед, но мне было насрать на это, я продолжала свой путь сквозь толпу пьяных школьников, которые выше меня на голову, собравшихся во дворе Сехуна, чтобы выблевать выпитое. Разве вечеринка не началась всего полчаса назад? Почему никто из них не может удержать в себе алкоголь? Как только я зашла в дом, увидела ещё больше подростков, которые битком набились в небольшую гостиную. Большинство из них были девушки, одетые в платья намного короче моего. Получается, Сехун подарил мне вполне приличный наряд. Похоже, он привык к девушкам, которые показывают больше своего тела. Путь мимо чикуль и всяких парней, выглядящих так, словно они едва окончили среднюю школу, не был таким простым, как ожидалось. На тусиче у Бэкхёна людей было больше, но здесь меня сбивали с толку огни цветомузыки, из-за чего было невозможно узнать среди людей тех, кого я искала. Поэтому я забила на идею найти друзей, потому что у меня возникло чувство, что они меня наебали насчёт своего присутствия на пати. Вместо этого, я стала искать Сехуна, чтобы сказать, что я пришла, а затем уйти домой. У Сехуна вообще есть родители? Если бы он был моим сыном, я бы отправила его в один из тех христианских лагерей в Техасе, чтобы он познал смысл жизни. — Эйо, нуна! Я развернулась, услышав смутно знакомый голос. Пришлось прищуриться, чтобы узнать одного из Бантанов. Это был парень с очень эмоциональным лицом. — Нуна, ты здесь, чтобы снова встретиться с братом Сехуна? — появился другой Бантан, тут же распустивший руки и обнявший первого, получив в ответ «донт тач май талала, пидрила». Это был тот чувак, у которого ещё не начал ломаться голос, а выражение его лица всегда было такое, словно он только что схомячил торт. — У меня нет времени на это дерьмо, — я закатила глаза. — Вы видели кого-нибудь из моей компании? — Рыжий бегает голым на заднем дворе, насколько я знаю. Он бухой в щи, — лицо пирожочка стало задумчивым. — С ним какой-то высокий парень, у него вид как у нарика. Я вздохнула. Лухан и Лэй нашлись, хорошо. — Может, вы видели парня, похожего на хомячка? Мне очень нужно его найти. Или хотя бы Сехуна. — О! Ты имеешь в виду Минсока? — загорелись глаза эмоционального паренька. Он наверняка вспомнил, как пожирал блинчики, приготовленные Минсоком. — Нет, я не видел ни того, ни другого. — Хорошо. Передайте привет своему лидеру, пареньку-надежде и красавчику. Кстати, он свободен? О, и передайте привет тому чуваку с хриплым голосом. Я надеюсь, он нашёл свою космобазу. Кажется, я кого-то забыла… Соль, перец? Кетчуп? Не помню, но ему тоже передайте привет, — я показала ржущим парням большие пальцы и снова стала протискиваться сквозь толпу малолеток, которых Сехун зовёт своими друзьями. Спустя ещё пять минут поисков, я заметила макушку Тао. Было легко узнать его, ибо он самый высокий в этой комнате. — Наконец-то, — выдохнула я и направилась к китайскому гиганту. — Ты совсем не знаешь его! Я его лучший друг, и я знаю его лучше всех! — Тао кричал на кого-то, причём достаточно громко, из-за чего рядом находящиеся подростки недоумённо на него глазели. Я сделала осторожный шаг назад. Стоит ли мне приближаться или…? — Если ты лучший друг Ифаня, почему он не рассказал о тебе своему парню? — прошипел в ответ второй голос, который был мне слабо знаком. Ифань? Да кто, блять, будет звать Криса его настоящим именем, когда- И меня словно грузовик переехал. Я наблюдаю за ссорой Ким Чунмёна и Хуан Цзытао из-за Криса Ву. Ебать. — Парень? — я видела только спину Тао, но уже знала, как выглядит его лицо. — О, так он не сказал тебе, — голос Чунмёна звучал устало. Насколько сильно я люблю Тао, настолько я уверена, что это он начал пререкания. — Смотри, если вы действительно лучшие друзья, нам стоит подружиться. Я Чунмён, приятно познакомиться. — Ебись конём, коротышка! — взвился Тао. Я услышала звук пощёчины. — Крис бы никогда не сделал этого, — он стал всхлипывать. — Тао-я! — позвала я, но он уже выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью. Не оглядываясь на поражённого сценой ревности своего школьного краша, я устремилась вслед за Тао, но прежде чем я догнала его или хотя бы добежала до двери, большие бледные руки ухватили меня за талию, крепко прижимая меня к чужому телу. — Сехун, — выдохнула я. — Сейчас неподходящее время, мне нужно- — Нашёл, — прошептал он, мягко касаясь губами моего уха. По моей спине пробежали мурашки. — Мой друг, он- — Он может подождать, ведь я тоже ждал тебя, — он развернул меня к себе, заставляя смотреть на своё божественное лицо. Волосы цвета вороного крыла прикрывали его лоб, из-за чего он выглядел просто потрясающе. Всегда нахмуренные брови сейчас были всего лишь немного приподняты. Его лицо выглядело расслабленным, и под расслабленным я имею в виду его обычное, ничего не выражающее лицо. Но я будто бы видела искорки облегчения в его глазах. «Нуна, ты пришла», — говорили они, в то время как его губы не шевелились. — Сехун, — воздух в лёгких закончился. Мне уже трудно говорить. Почему он пахнет одеколоном и девичьими слезами? — Это срочно, Тао- И снова он заставил меня замолчать, в этот раз запуская пальцы в мои волосы. — Нет, — всего одно слово, и я замерла. Музыка и звон в моих ушах соединились в новый бит, а его мягкий голос был ведущим вокалом. — Пойдём, — он взял меня за руку, легонько сжимая, а затем повёл к лестнице, прочь от шумной вечеринки. Он тянул меня за собой, а затем заставил уткнуться в его чистую белую футболку, как только мы поднялись по лестнице наверх. На втором этаже было темнее, чем на первом, но я слабо видела огни в коридоре и нескольких подростков. Однако мне было плевать, потому что худое тело Сехуна было таким тёплым и комфортным рядом со мной, а его руки заставляли меня чувствовать силу и успокоение. Я вдохнула его запах и внезапно почувствовала сонливость. — Я так рад, что ты пришла, — Сехун положил подбородок на мою макушку. — Я скучал по твоему теплу, нуна. Я прикрыла глаза и молча наслаждалась его объятиями. Его грудь стала вздыматься тяжелее, когда одна рука поползла ниже по спине. — Сехун, стоп. — Ты говоришь, чтобы я остановился, но не двигаешься, а я чувствую твои мурашки, — он тихо усмехнулся. — Позволь мне быть с тобой ближе этой ночью, нуна. Ты тоже этого хочешь. — Мы уже обсуждали это. В коридоре так темно, что мне плохо видно его лицо. Немного света проникало из ближайших комнат, и этого было достаточно, чтобы увидеть, как заострились черты его лица. — Почему? — его хватка на моей талии стала грубее. — Почему ты отказываешься любить меня в ответ? Его чёрные глаза полны ненависти и отчаянья. Я попыталась вырваться, но он не отпускал. — Потому что я люблю его, Сехун! — я отчаянно билась в его руках, пытаясь освободиться. — Ты же знаешь, что я не могу с этим бороться, я влюблена в Чанёля, а не в тебя! Он молчал, на секунду уставившись на меня. Он смотрел так, словно я пятнышко грязи на белой скатерти, словно я недостойна жизни. Я попыталась отойти, освободиться, но его хватка становилась только сильнее, пока я не вскрикнула от боли. — Отпусти меня! — закричала я, став бить его, но другая его рука остановила мой кулак прежде, чем я смогла причинить ему хоть какой-нибудь вред. — Я люблю тебя. Почему ты никак не можешь понять, что я весь твой? — в его глазах плескалось отчаяние, а голос был холоден, как лёд. Его глаза опасно сверкнули. Меня охватила паника, он пугал меня, он блядски пугал меня, и если мне не удастся убежать, он- — Отпусти её, Сехун. Из темноты раздался низкий голос, и тут я разглядела открытую дверь совсем рядом с нами, поэтому я развернулась и замерла, как громом поражённая. Он стоял там, одетый в пижаму и тапочки, но выглядя так, словно был готов убивать. Мой пульс участился, а сердце застучало так тяжело, как никогда раньше. Ноги ослабели, реальность стала размытой, а головная боль блокировала мысли. Откуда он явился? И почему?.. Словно щелчок в голове. Каникулы. Он проводит свои летние каникулы дома, а его дом — это дом Сехуна. Как я могла быть настолько слепа? — Вали в свою комнату! — закричал Сехун. — Это не твоё дело. — Нет, моё, — его низкий голос был наполнен убедительной серьёзностью и уверенностью, к которым я не привыкла. — Немедленно отпусти её. Это слишком, ситуация выходит за рамки того, с чем я могу справиться, поэтому всё, что я могла, это плюхнуться в обморок. Я с трудом различала два мужских голоса, испуганно зовущих меня. Два красивых лица и две пары чёрных глаз уставились на меня. Но, когда я вновь открыла глаза и моё зрение прояснилось, рядом был только один парень. — Чанёль? — мой голос был слабым, хриплым, я едва его узнала. — Да, — прошептал он. Моё сердце пропустило ещё один удар. Все воспоминания в один момент обрушились на меня, и я осознала, что случилось. Что он, должно быть, всё слышал. И он не выглядел счастливым. Совсем нет. Я на мгновение погрузилась в воспоминания. Вот кадры хорошего времени, где мы смеёмся и шутим над бэкхёновским макияжем, работаем над проектом, обмениваемся застенчивыми взглядами во время занятий по психологии. Вверх на американских горках, чтобы до тошноты; его руки на моих, Hello Kitty и Рилаккума. У меня у одной остались только хорошие воспоминания? Если это вселенная, которую я выдумала, он никогда не был её частью? Это невозможно, — сказала я себе. Это, должно быть, иллюзия. У него не может быть такое выражение лица, потому что он обязан любить меня в ответ, он должен улыбаться и говорить мне, что он тоже влюблён в меня, потому что я точно уверена, что нравлюсь ему. — Как много ты слышал? — неуверенно спросила я. Он немного помолчал, а затем произнёс слова, которые я никогда не хотела слышать. — Всё, полагаю, — болезненная улыбка. Выражение его лица заставляло моё сердце болеть. Я была уверена, что за этим последует. — Слушай… Мне очень жаль, — прошептал Чанёль. — Я… Я снова отключилась.