Принцесса Средиземья

                    Остаток ночи Файер провела без сна. Не давала покоя мысль о слезах короля. Она лежала и смотрела в каменный потолок, изучая узоры. Никогда бы не подумала, что взрослые, сильные мужчины по кому-то могут плакать. Она вообще не знала, что Трандуил умеет плакать.       Она думала. Вспоминала об обряде, про который ей рассказал принц Килим. Когда настанет время, ей предстоит выбрать путь. Путь гнома, или эльфа, или человека. Она не сомневалась, что станет гномкой. И рост у нее подходящий и телосложение. Она ни разу не эльф. Хотя… Если она выберет эльфийский путь, это значит, что она станет бессмертной? Тут было о чем задуматься.       В шесть утра вошла Лусиэль. Осведомилась у притворяющейся спящей Файер, как прошла ночь. Та ответила, что вполне сносно. Лусиэль принесла поднос с кувшинчиком холодного напитка, пахнущего цветами и фруктами.       — Сегодня парадного завтрака не будет. Покушай, сделай утренние дела и жди. За тобой придет Леголас и проводит тебя на занятия, — сказала Лусиэль.       — Я еще и не осмотрелась толком, а уже занятия… — разочарованно протянула Файер. — Не хочу, — буркнула она в спину уходящей эльфийки.       Она выпила залпом прямо из горлышка кувшинчика (все равно никто не видит) напиток и уселась лопать нарезанные ломтиками фрукты. Кроме знакомых яблок и груш были продолговатые желтые ломтики и что-то сочное, оранжевое, ломающееся на дольки. Похожие на мандарины, в Хоббитанию привозили эти южные фрукты. Но гораздо крупнее. Названия Файер не знала.       — И это весь завтрак? — похлопала девушка себя по упитанному животу. Так и коней двинешь. А каша где? А пара яичек? Пусть и перепелиных. Хлеб почему не дали? Она надела тренировочный костюм. Ей велели ждать Леголаса, но душа рвалась проверить, как там Трандуил. Вот Леголасу тоже бы не мешало проверять отца, а то вон как захлебывался вчера.       Почему-то увиденная сцена в корне поменяла отношение Файер к королю. Еще позавчера страшный, безжалостный, древний он теперь представлялся мальчишкой навроде Килима.       Недолго думая, она улизнула из своих покоев и, подбежав к покоям короля, увидела, как Трандуил пригласил в спальню Маэглора. Они вышли через некоторое время, на Трандуиле был военный костюм. Файер мысленно завизжала от восторга — доспех Трандуила был великолепен. Король двинулся по коридору. У него не было ни шрамов, ни заплаканных глаз. Словно ничего и не было.       Файер проследовала за ним, напрочь позабыв наказы Леголаса. Трандуил отправлялся на тренировочную поляну.       «Это у него вместо зарядки», — решила Файер, крадучись следуя за королем.       Трандуил не зря был в доспехах. Леголас не сказал Файер о механических солдатах, использующихся в качестве орков. У девушки ухнули кишки куда-то в пятки, когда на поляну выметнулся первый механический боец. Трандуил переменился. Он высвистнул клинки и подобрался, словно тигр, готовящийся к прыжку.       Боец, копировавший не то орка, не то гнома, замахнулся и попер на короля. Клинки пропели и рванули тяги, которыми управлялся боец. Потерявший обе руки, тот боднул короля головой. Удар его об кирасу был силен, и Трандуил отлетел к дереву, а безрукое чудовище поспешило к нему, угрожающе нагнув голову.       Неуловимое движение, и голова бойца покатилась в сторону. Но из-за деревьев шагнули еще трое. Свистящий смерч отсек им руки и ноги. Тела дрыгались, пытаясь подползти поближе, вцепиться в ноги короля металлическими челюстями. Файер облегченно перевела дух и хотела уже признаться, что она тут и что ей понравилась тренировка короля, как из-за деревьев шагнуло два десятка бойцов.       «Ну, это много даже для Трандуила», — подумала Файер. А глаза выцепили лежащий на земле сук, похожий скорее на полноценную дубину. Трандуил изготовился. Бойцы угрожающе щелкали челюстями и медленно приближались. Файер даже предположить не могла, что король разминается, и его тренировка еще не начиналась. Она с перекошенной от страха физиономией выскочила из куста и хряпнула по башке левофлангового бойца.       — Трандуил, я рядом! Мои эти слева! — проорала она и, перепрыгнув через повалившегося бойца, метнулась к следующему.       — Остановить! — рявкнул король. Бойцы замерли. С деревьев свесились головы эльфов, управлявших этими механическими куклами. Файер таки успела вломить еще по одному солдату, да так, что дубинка разлетелась в ее руках. Она растерянно посмотрела на обломок и повернулась к Трандуилу. Тот смотрел сердито. Столкнувшись с неумолимым голубым взглядом, Файер опустила глаза и палку от дубинки.       — Леголас не предупредил тебя не приходить на тренировочную поляну? — спросил король, и в голосе его звучали отдаленные раскаты грома.       Файер тут же вспомнила разговор с Леголасом. Сейчас у нее шанс — сказать, что ее не предупредили, и гроза минует ее. Но тогда королевских люлей получит принц. И это не добавит тепла в их отношения. Нет. Так Файер поступить не могла.       — Я просто хотела за тобой пойти, посмотреть, что делать будешь, — бормотнула девушка. — Я не знала, что это не настоящие враги.       Что мог подумать Трандуил после такого ответа? Леголас забыл предупредить девчонку. Если бы она не кинулась первой, пока он еще только стоял, если бы она бросилась, когда он уже запустил «мельницу»… Что он сказал бы Галадриэли?       — Леголас должен был забрать тебя утром, — процедил король. — Не забрал, и ты пошла гулять по дворцу?       Файер опустила голову и съежила плечи. Король сказал фразу на эльфийском, и два эльфа спрыгнули на землю.       — Они сопроводят тебя в твою комнату, сегодня ты больше из нее не выйдешь, — сказал король.       Файер ничего не ответила. У, какой! Она за него заступилась. А он? Отблагодарил так? Что интересного сидеть в своей комнате?       — Увидите Леголаса, пришлите его ко мне. — Трандуил отдал приказ следующей паре эльфов.       Тренировка была испорчена. Трандуил посмотрел вслед ушедшей девчонке и сердито пихнул клинки в ножны.

***

      — Ты хотел меня видеть, отец? — ничего не подозревающий Леголас спокойно вошел в покои короля, где Трандуил переодевался к своему обычному дню.       Трандуил, пока шел, слегка успокоился. Отказался от первоначальной затеи спустить с сына всю шкуру. Хотя руки чесались.       Но сейчас, увидев спокойные, доверчивые глаза Леголаса, прежний страх и досада вспыхнули в короле снова. Он положил отстегнутые поножи на кровать и шагнул к сыну. Хрясть! Леголас впечатался спиной в дверцу шкафа, удерживаемый Трандуилом за грудки. Непонимающий взгляд с моментально вспыхнувшей обидой окатил Трандуила, словно ушат воды. Трандуил нехотя выпустил сграбастанные одежды Леголаса.       — Я велел предупредить Огонька, чтоб не смела соваться на мою поляну, — процедил Трандуил, сверля взглядом сына. — Ты об этом забыл!       Леголас похолодел.       — Она в порядке? — спросил он.       — В порядке. Ни царапины. Но дала понять, что ей было неизвестно про мои тренировки.       Леголас перевел дух.       — Я говорил. Даже объяснил, почему нельзя подходить. Видимо, она испугалась сказать тебе правду, — предположил Леголас.       — Почему ты опоздал увести ее на занятия?       — Я пришел ровно в семь, но ее в комнате уже не было, — ответил Леголас. Принц хорошо знал, как вести себя с отцом. Спокойные ответы на его вопросы охлаждали гнев Трандуила. В любом случае лучше было сказать правду, даже если бы он был виновен. Король в десятки раз строже карал за факт лжи.       Трандуил полностью освободился от тренировочного костюма, не стесняясь сына, и теперь облачался в свою обычную одежду.       — Она была тут ночью, — признался Трандуил. — Мне приснился один из моих кошмаров. Дракон и мама, я сейчас не смогу все вспомнить, но я… вслух позвал мать.       — И что она сделала? — шепотом спросил Леголас. Снова новенькое. Отец обычно не горел желанием делиться с ним сокровенным.       — Я позвал: мама, и она сказала: я здесь. Я пришла. — Трандуил прикрыл глаза переживая тот момент. — Сынок, я на миг поверил, что это мама пришла. Хотя собственные слова меня разбудили, и я тут же понял, что Огонек тут. Я ведь был уверен, что она проснется и пойдет ночью куда-нибудь. и сам велел прийти ко мне.       Леголас перестал дышать. Он не мог поверить, что слышит такие подробности от своего замкнутого сурового отца.       — Я притворился спящим, думал, она останется, но она воспитанная девочка и не улеглась в одну постель с отцом.       — С королем, — тихо ответил Леголас.       Трандуил задумчиво посмотрел на сына.       — Она ни разу не назвала тебя отцом, пап. Ты для нее король. В первую очередь король, — сказал Леголас. — Она побоялась прогневать короля.       Слова принца заставили Трандуила призадуматься.       — Я поговорю с ней вечером, — наконец сказал он. — Мне пора на трон.       — Отец, не будь к ней очень строг, — попросил Леголас. — Конечно, тебе виднее, но я бы пока воздержался от суровых наказаний. Даже если выясниться, что орчонок тебя обманула.       — Я не нуждаюсь ни в чьих советах, сын. — Трандуил высокомерно посмотрел сверху вниз на отпрыска. — Тем более, как карать провинившихся. С этим я разберусь сам.       С этими словами он взял принца за плечо, и они вышли наружу. Леголас молчал. Он и не ждал другого ответа от короля, но также был уверен, что слова достигли цели, и пыточная глупой девице точно не грозит.       Трандуил же раздумывал. Однозначно — он сотворил бы расправу собственноручно над любым, кто дорог ему и подставился, создал угрозу своей жизни. Будь это Леголас, его фаворитки или кто-то из близких воинов и свиты. Но ей и так неслабо досталось, прежде чем неведомая мощь защитила ее тело.       Она не пожаловалась ни разу, не намекнула, видимо, работает чья-то обезболивающая магия. Или сын старается, или Лусиэль. Так что физические воздействия отпадают. Они лишь озлобят орчонка и отдалят ее.       Может, поговорить с ней по душам? Не журить, а именно поговорить, выяснить, чего она вообще хотела там увидеть, тем более, если знала, ведь словам сына он верил. Кивнув своим мыслям, Трандуил взошел на трон. Его обычный день начался.

***

      Файер слонялась по своей комнате до вечера. Ее отругала Лусиэль, которая зашла сменить простыню и удивилась, застав Файер в комнате. Пришлось откровенно рассказать, что произошло. Ох, как Файер испугалась, когда ее строго отчитывала воспитательница.       Оказывается, все это время она не чуяла дискомфорта на пострадавшей спине, потому что Лусиэль, жалея ее, тайком подновляла магию Леголаса, обезболивая ее рубцы. Она и забыла про них. И вот сердитая воспитательница сказала, что не станет подновлять. Пусть поболит, может, ума прибавится. Еще пока не болело, но Файер со страхом ждала этого момента.       Лусиэль принесла обед. Файер поела, потом повалялась на кушетке и даже вдремнула. Проснулась — а на подносе фрукты и напиток, как утром. Красота! Если бы не было так скучно.       Высунуть нос она и не пыталась — и так наломала дров. Лусиэль с сожалением предупредила, что король за такое уж точно с нее шкуру сдернет без остатка. Файер не хотела признаваться себе, что у нее тряслись поджилки от одной мысли о такой перспективе. Так что, когда вошел Трандуил, она уже была пропитана страхом и безнадегой.       На приветствие короля она еле кивнула. Не из непочтения, а оттого, что от страха сохло во рту.       Трандуил удивился и шагнул к ней, протягивая руку, чтобы успокоить, проведя по волосам. Нечто орочье, звериное проснулось в перепуганной девушке. Она ощерила все зубы, зашипела и сжавшись в комок, клацнула зубами делая вид, что сейчас цапнет короля. Трандуил отдернул руку, и тут же рассердился, но не показал этого, а спокойно проговорил:       — Тш-ш, девочка, я не сделаю больно, хоть ты и заслужила.       Файер недоверчиво наблюдала за королем.       — Не изображай из себя орчиху, — продолжал король. — Мы все знаем, что ты прелестная маленькая гномочка, ничуть не похожая на орка. Ну же, успокойся! Я хочу только поговорить с той, что так смело сражалась, помогая мне на тренировочной площадке.       Трандуил уселся на табурет возле кровати Файер.       Файер пару секунд недоверчиво скалилась, но потом расслабилась и перестала шипеть.       — Я тебя слушаю, Трандуил, — сказала она.       И снова втянула голову в плечи, увидев, как превращаются в бойницы глаза короля. Эльф помолчал, рассматривая что-то на полу или свой собственный сапог.       — Трандуил, говоришь, — протянул он. — Трандуил…