Нулевой Аркан - Зодиак

На Академию с чисто белых небес падал снег. Пушистый, как мягкая шерсть. Наступал затененный период семестра. Тучи окутывали плотным одеялом „небо“ мира Академии. Белый снег все падал. Демиургам не очень хотелось учиться — скоро наступала неделя практики, и учителя, понимая это, давали ребятам слабину. Все, кроме профессора мировой алхимии и космологии, Сокола Ясна Месяца, который, поймав волну общего настроения, загружал все большим количеством заданий Демиургов. И если Ветви Фантазий еще везло — у них он вел только космологию, то все курсы остальных двух Ветвей стенали под тяжестью теоретических заданий. Полуптиц был суровым учителем. И ехидным, как никто другой. Правда, в последнее время пошли слухи о том, что и у него завелся любимчик — первокурсник, выскочка черноволосый, «чертов некромаг„… Как только не называли Антуана завистники с высших курсов. Его репутация в глазах Сокола уже равнялась с добытой тяжелым трудом и долгой работой репутацией Временщика, как раз перешедшего в аспирантуру. Но дни отсчитывались и отсчитывались, в замке становилось все прохладнее — даже иллюзорный снег оставался холодным… Наступил последний перед неделей практики теоретический день. И Директор, словно в насмешку над первым курсом, отдал его целиком Соколу. Тот, конечно же, своего не упустил. Выстроив всех учеников трех групп у главного выхода, он скомандовал:  — Каждый выбирает себе двух компаньонов с другой Ветви, они получают три списка — и ВМЕСТЕ собирают ингредиенты. Все, включая наших дорогих фантазеров — вам тоже стоит посмотреть, на что вы способны и что вы запомнили из моих лекций по космологии. Анту покосился на Дару, повернувшуюся в его сторону, и кивнул ей, ученице Ветви Фантазий, на высокого рыжего эльфа-мировика. Девушка усмехнулась и согласно кивнула. Этого отшельника точно никто не мог занять, Так и случилось. Эльф упрямился недолго — махнул рукой, рассмеялся, неуловимо изменившись при этом, и согласился присоединиться к ним. Получив свои списки и сверив их, они поразились — ингредиенты им совершенно внезапно достались одинаковые. “- Слезы Купидона;  — Вены ведьмы;  — Облака». Антуан замер на миг, потом схватил под руки своих заболтавшихся компаньонов и, вмиг окутываясь туманной дымкой, взлетел, черной стрелой пронзив снежные плотные тучи. Уже на тропе Паутины он рассказал им о своем плане. Овен перебрался на плечо эльфа. Телец — на ладонь Дары. Близняшки остались в волосах своего творца. И все трое разошлись по разным сторонам — каждый к своей цели. Рыжий эльф по имени Факиаэлль, а коротко просто Факел, отправился в один из мифологических Миров — на Олимп. Именно ему нужно было добыть три розовых топаза — три слезы Купидона. Он совершенно не представлял себе, как это сделать. Хотя и знал, что только Демиург Миров способен безнаказанно достать что-либо из столь древнего мира. Но то ли в этот день удача решила повернуться к нему лицом, хотя и так никогда эльфа не оставляла, то ли Судьбе было так угодно, но, пробираясь через заросли роз в саду Афродиты, эльф и нашел ее маленького крылатого сына. - Эй, мальчуган. — Тихо позвал он того, отвлекая от охоты за осой. — Я слышал, что ты очень меткий стрелок, и прибыл из другого мира оспорить это. Амур обернулся на мелодичнуй голос и забавно нахмурился.  — Я легко тебя победю, Путник! Так и знай! — звонко провозгласил он. — Мне завидует сам Апполон! .. Эльф поклонился ему, пряча усмешку.  — Что же. Ставлю вот этого кроху на то, что я обойду тебя. — Овен показался под эти слова из его капюшона, возмущенно проблеял что-то и снова исчез под рыжими волосами.  — А я… я…  — Поставь три своих слезы. — Посоветовал Факел. — Так ты в любом случае ничего не потеряешь.  — Ставлю! — решительно ответил мальчуган, отряхивая тунику от розовой пыльцы. - Вон, видишь на том дереве вишенку? Я с легкостью собью ее! Так и знай! Вишневое дерево стояло так далеко от них, что простой смертный не сразу бы понял, о каком именно дереве идет речь. Но эльф только чуть прищурил правый глаз.  — Что ж, стреляй. Амур себя ждать не заставил. Легким движением руки он натянул тетиву маленького лука… Стрела унеслась вдаль. Но не успела она коснуться крохотной ягоды, как прямо в выемку между перьями, расщепляя ее до самого наконечника, вонзилась вторая — узкая, тонкая, черная с алыми перьями. Эльф опустил изящный лук.  — Моя очередь. — Спокойно сказал он, поворачиваясь к Купидону… и замер. Тот стоял, закусив пухлую губу.  — Не честно! — наконец, проканючил мальчуган. — Ты сжульничал! Сжульничал!  — Ничуть, — честно сказал эльф. — Но не бойся, никто не узнает.  — Ты жууууулииик! — Амур всхлипнул и топнул ножкой в золотой сандалии. — Хуже Гермеса! Жулик, жулик, жулиииик!!! Вестник любви разрыдался и потянулся к выглянувшему из-за плеча Фэакиэлля Овну. — Хочуууу! Слезы, астывая розоватыми кристаллами, катились по его пухлым детским щекам и отлетали в стороны, падая на мраморные плитки. Эльф тихо подобрал горсть кристаллов, улыбнулся — и протянул Амуру маленькую игрушки барашка, точно копирующую Овна. - На, малыш, и не расстраивайся. Все хорошо. Слезы тотчас же высохли на лице обрадовавшегося божка.  — Вааааа, какой он милыыый! .Эльф неслышно ушел в Паутину. Свое задание он выполнил, даже перевыполнил немного — розоватых кристаллов оказалось ровно в три раза больше необходимого количества. Дара отправилась в мир, находящийся в круге мистического фэнтези. Там во всю шла охота на ведьм. Именно в этом мире росло дерево, в народе называющееся „ведьмиными венами“ — когда от него отламывали ветку, черный сок, густой, как кровь, тек на землю еще несколько минут. А весь ствол был словно сплетен их множества таких веток. Девушке нужно было найти такое дерево, не попавшись инквизиторам местной церкви и охотникам на ведьм, и забрать три веточки. Именно дар Демиурга Фантазий, создающий иллюзии и миражи, мог помочь ей. Антуан знал, кого куда посылать. Впрочем, Дара справилась почти без помощи своего дара. Это оказалось легко. Анту же достался мир крылатых существ, состоящий весь из третьего необходимого элемента — облаков. Вернее, облачных островов. Только он из их компании мог летать, а без этого в подобном мире точно было не обойтись. Да и стражей облаков в этом мире можно было взять только хитростью… Что парень и сделал. Они встретились в Академии, в лаборатории в час заката. Молча переглянулись, усмехнулись друг другу и разошлись к разным столам. Позже, ближе к полуночи, Анту ушел к алхимическим печатям, ни Дара, ни Факел не стали навязываться — не только из-за того, что это было невежливо, но и из-за того, что увлеклись своей работой настолько, что исчезновения приятеля из общей комнаты-лаборатории даже не заметили. И, конечно же, никто не удивился их блестящим баллам. Дара сотворила один из лучших своих миражей, Фэакиэлль удачно вписал все три элемента в артефакт Истинной Силы, а Анту… Анту обзавелся новым „питомцем“ — буквально живым щитом. Канцер, новый застенчивый братишка Овна, Тельца и Близнецов, был самым настоящим крабиком. Крошечным — с половину ладони, — с кристалльным розоватым панцирем, крепким, как алмаз, и разделенным красивой черной решеткой, похожей на деревянную, тонкими ножками, и внушительными клешнями. В случае нападения, как он и продемонстрировал, он мог сильно увеличиваться в размерах, впитывая из внешней среды влагу. И тогда становился прекрасным защитником. Овен сразу взял Канцера под свое покровительственное копыто, хотя характеры не сахар были у обоих. Зато теперь в этой многообразной компании появился хоть кто-то, умеющий рационально мыслить (по словам Ясна Месяца, конечно). А Анту уже обдумывал следующий проект, который решил уже на неделе практики претворить в жизнь.