Господа, позвольте представить — отель «Трансильвания»

14:00.

Джонатан молча шёл по мосту. Снизу отдавало ледяным холодом, солнце на небе скрылось мутной плёнкой. Альпинисту невыносимо хотелось увидеть невесту и прыгнуть с моста одновременно. Он и подумать не мог, что побуждало его так неестественно мыслить. Даже глупо. В нос ударил мерзкий запах хлорки и чего-то… металлического? Джонатан мотнул головой. Замок перед глазами чуть плыл. «Твою же, опять?» И, точно дождавшись, перед глазами на миг всё стало темно. В ушах раздался причмокивающий звук, от руки по всему телу точно пламя прошло. Во лбу было неприятное ощущение холода и жара одновременно, в висках била кровь. «Как же… задолбало» Джонатан щурится, различая отель перед собой. В ушах странные звуки затихали, как и неприятные ощущения в руке, лбу и висках. Он ступил за порог крутящейся двери. Главный зал был почти что пуст. Джонатан плавно опустился на диван. Он прикрыл глаза лишь на пять минут.

21:50.

— Джонни! Ты где был? Кто-то энергично стал трясти человека за плечи. Тот тяжело приоткрыл веки, точно свинцом залитые. У Джонатана перед глазами картинка так сильно заплыла, что в голову вновь ударило. Он поспешно оттолкнул от себя монстра. — Не стоит переживать, — Джонатан чувствовал себя слепым. — Я и Вольф просто гуляли. Поморгав, он различил над собой мумию. Осилив себя, альпинист присел, а после встал на непослушные ноги. — Целые сутки? — Мюррей насупился. — Смотри на меня, когда говоришь со мной. Джонатан поёжился. Звуки в ушах то затихали, то становились чрезмерно громкими. Изображение мутнело, покачиваясь в стороны. «Меня шатает?» — Нет, — Мюррей обеспокоенно посмотрел на друга. — Но у тебя глаза красные. Что с тобой? «О, браво, вслух сказал» — Парень, ты это мне говоришь или себе? — Себе, — Джонатан почти невесомо вздохнул. — Ты что-то бледный. Когда ел? — Недавно… днём. — А где Вольф? — Ушёл куда-то. — А конкретнее? — Это что за допрос?! Мумия не ответил. Джонатан широко раскрыл глаза, осознав, как сильно исказился его голос. Он почти что кричал. Гневно и нервозно. Джонатан усиленно помотал головой, зажмурившись. Руки крепко сжимали лоб. — Да что это с тобой? — Мюррей заговорил осторожно. — Извини, — Джонатан с облегчением вздохнул, увидев изображение чётким. — Башка просто кругом. Он почти не соврал. Мюррей фыркнул, насупившись. — Тебя Мэйвис искала. — Что? Джонатан не скрывал изумления. Он слишком ясно помнил свои споры с ней. И её «пошёл…» тоже. И плевать, что оно не было сказано. Мэйвис то и имела в виду, отправив его прочь из медпункта. — Быть не может, — Джонатан покачал головой. — Я своим глазам привык верить. Она вышла из медпункта ещё вчера вечером, а ночью тебя искала. — А до ночи что делала? — Джонатан фыркнул. — Драк её к себе позвал, и они там часа два, наверное, сидели. Джонатан прислушался теперь серьёзно. Почему-то стало жутко. — А что они делали? — Говорю же — не знаю! Говорили о чём-то, наверное, — Мюррей задумчиво посмотрел в потолок. — Одно могу сказать… Мэйвис вышла какая-то грустная. Мумия печально покачал головой. Джонатан не смел сделать лишнего движения. «Он ей внушил, что я — вор и предатель?» Джонатан не сдержал усмешки. Мюррей на него покосился. — Джонни, ты начинаешь меня пугать. — И меня тоже, — Джонатан кивнул. Мюррей не смог продолжить разговор. Ничего не клеилось. Джонатан изобразил что-то вроде улыбки, чувствуя несвойственную слабость. Голову словно свинцом наполнили, отчего так и клонило вниз. — Джонни! — Мюррей щёлкнул пальцами перед носом человека. Тот встрепенулся на месте, широко раскрыв глаза. «Я тут чуть не уснул?» — Боже, Джонни, — мумия покачал головой. — Ты безнадёжен последнее время. Если хочешь дрыхнуть — иди к себе. Драк не обрадуется, увидев тебя спящим посреди прохода. Джонатан навострил уши. — А что так? — Да чёрт знает. Вчера вечером, когда узнали о вашей с Вольфом пропаже, то он не скрывал своей лыбы. — Вот как, — Джонатан глупо заулыбался. — Так обрадовался моему уходу? — Ну, если вы поругались недавно, то это неудивительно, — Мюррей фыркнул. — Кстати, если интересно, Мэйвис сейчас у бассейна. Ты наверняка за все эти дни соскучился по её голосу. Джонатан оторопел. Мумия хитро улыбался, глядя на него. — Откуда ты…? — Знаю? Да видно же! — Мюррей засмеялся. — То, какая реакция у вас обоих, когда напоминаешь каждому о другом. То, как Мэйвис не пропускает к себе в палату тех, кто перед тем говорил с тобой. И так далее. А теперь она вдруг вышла, да ещё и тебя всю ночь искала. Чудные вы! Мумия залился хохотом. Джонатана след простыл.

22:10.

Мэйвис без интереса вертела ложкой в «Густоквашино». Густой напиток отражал печальное лицо. — Хотите что-нибудь, виконтесса? — официант приветливо улыбается. — Нет, — Мэйвис даже не смотрит на него, качая головой. Официант уходит. Вампиресса горько разглядывает опечаленное лицо в напитке. Ложка искажает его, но полные слёз очи так и мерещатся перед глазами. Мэйвис сжимается, кладёт ладонь на живот. Горло давит изнутри, словно кто-то душит. Почему так страшно? — Ничего не произойдёт, — скорее успокаивает, чем констатирует факт. Самое непонятное — она успокаивает саму себя. И жизнь в себе. Подобие улыбки всплывает при этой мысли. Пальцы мягко гладят по животу. Ещё плоскому. — Надо срочно выйти замуж, — Мэйвис тихо шепчет, дабы никто не услышал. — Скорее… Джонни, скорее, вернись. — Мэйвис? Вампиресса застывает. Пускай он дрожит и хрипит, этот голос она узнает среди тысячи. Мэйвис медленно оборачивается. Некий страх, что она ошиблась, вызывает холод в груди. Сердце ударяет сильнее, когда голубые глаза встречают на своём пути карие. — Джонни, — одними губами произносит Мэйвис. По бледной щеке проходит бледная мокрая ниточка. — Прости меня. Прости, за всё, — шепчет она. Джонатан безотрывно смотрит на неё. Смуглые ладони дрожат, обхватывают плечи невесты. — Мэйвис, — Джонатан хрипит, словно ото сна очнувшись. Альпинист без сил падает на колени, прижимаясь лбом к её солнечному сплетению. Он слышит вздрагивающее дыхание Мэйвис на затылке, чувствует её холодные ладони на ушах, нарастающую сырость на волосах. — Прости меня, прости меня, — Мэйвис словно проклятая шепчет два слова, не сдерживая слёз. — И ты меня прости, — Джонатан вторит ей, говоря тихо. — Прости меня, Мэйвис. — Я тебя простила давно, — Мэйвис сильнее прижимает жениха к себе. Странная боязнь, что она видит его в последний раз, не покидает. Она ледяной патокой течёт по венам. — Прошу, не бросай меня, дуру. — Не брошу, — Джонатан поднимает лицо, глядит в её глаза. Время вокруг словно остановилось. Они не видели никого, кроме друг друга. Глаза, полные слёз, безотрывно смотрят в карие, залитые кровью. Сейчас они ей кажутся до невероятного красивыми, как и ему — её глаза. Словно они впервые видятся. И в последний раз. — Я жду ребёнка, — Мэйвис крепко сжимает его ладонь. — Я долго не хотела говорить тебе. — Ничего, — Джонатан мягко улыбается, сжимая её руку в ответ. — Сейчас ведь сказала. Мэйвис прикрывает мокрые очи. — Ты знал, не так ли? — скорее утверждение, чем вопрос. — Догадывался. «Не буду говорить, что Драк рассказал» Мэйвис как-то горько вздыхает. Её нос прячется в плече жениха. — Я с отцом говорила. Он уже в курсе. — Рассказала? — Джонатан нелепо улыбнулся. «Может, если он не выдал меня, то, может, и себя?» — Нет, — Мэйвис ощутимо вздрагивает. — Он узнал сам. Вокруг одни предатели. — Разве? — Я сказала врачу, чтобы он молчал, — Мэйвис поднимает голову, супится. — И всё коту под хвост. Джонатан сдержал паузу. — Он ругался? — Вполне. Мол, мать бастарда, бла-бла-бла. И то, что ты козёл, — Мэйвис попыталась улыбнутся. — Ну, он это и мне доказывал, — Джонатан тихо хохотнул. — У него точно крыша поехала. Вор то без руки остался, а у тебя обе, — вампиресса краем глаза посмотрела на его руки. Джонатан пожал плечами. — Переживает. — Ну да, — Мэйвис посмотрела куда-то в сторону, сильно хмурясь. — Всё настроение испортил в никуда. Он уже терпеть не может и меня, и тебя, и ребёнка. — Не переживай, — Джонатан мягко касается щеки невесты. — Всё будет хорошо. Мэйвис глядит в его глаза. Они кажутся пугающе пустыми. — Но мне жутко. — Чего так? Мэйвис не скрывала, как тяжело ей подобрать слова. Она мялась достаточно, выискивая ответ в голове. — У тебя было когда-нибудь ощущение, что живёшь последние часы? Джонатан пристально посмотрел на вампирессу. Та опустила голову, пряча глаза. — Мэв, не пугай меня. — Просто ответь на вопрос, — голос сильно дрожит. — Думаешь, мне легче с такими чувствами? Я знаю своего отца, и его слова, что он ненавидит моего ребёнка, я не могу воспринимать не серьёзно. От этого мысли неприятные. Джонатан молчит, обдумывает, что сказать. Глаза опускаются, различая, как сильно дрожат бледные руки. Она и правда боится. — Сказать честно, у меня с шестнадцатого числа так. Без остановки. Перед глазами невольно пробегает момент, когда он шёл по мосту. Его так и рвало прыгнуть вниз, но что-то удержало. И, похоже, это что-то сейчас сидит рядом с ним. — Правда? — Мэйвис удивлённо поднимает лицо. — А почему? Куда ты пропал? — Меня избили, — врать не хотелось. — Один хороший человек спас, а после Вольф помог найти дорогу домой. Мэйвис широко раскрытыми глазами на Джонатана, дрожащие пальцы нетерпеливо откинули пряди волос со лба жениха. Он понял, что она смотрит на его шрам. — Кто это тебя? — Как мне сообщили — зомби. Мурашки на коже вампирессы переделись человеку. Лицо Мэйвис искажается от негодования. — Отец, — она закусывает губу. — Сволочь. Мэйвис встаёт, нетерпеливо уходя. Джонатан срывается с места, хватает её за руку. — Не стоит! — он поёжился, увидев лицо невесты. — Я сам поговорю с ним. Мэйвис выглядит пугающе пустой. — Нет, — она вдруг прижимается к нему. — Не уходи. Не уходи. Мокрое пятно на кофте Джонатана увеличивается. Тот сжимает плечи невесты. — Я должен поговорить с ним. Одно дело я, другое — ты. — О чём ты? — Мэйвис говорит так тихо, что её почти не слышно. — Ты же из-за него сейчас плачешь, не так ли? — Нет. Я не хочу, чтобы ты уходил. Не знаю почему, но меня так и тянет это оттянуть как можно дальше. — А по чьей вине ты этого боишься? Я хочу поговорить с Драком, — Джонатан нетерпеливо сжимает женские плечи. — Я не могу вот так оставить то, что он тебя обидел. — Нет, прошу тебя, — Мэйвис вздрагивает, когда руки жениха стараются оттолкнуть её. — Мэйвис, я приду через пару минут, — Джонатан настырнее отталкивает невесту. — Поверь мне. — Нет! Я не хочу, чтобы ты уходил! — голос срывается, так и веет истерикой. — Мэйвис, успокойся! Джонатан сильнее отталкивает невесту. Удачно. Мэйвис попятилась, обхватив свои плечи. Джонатан вздрогнул, когда она подняла глаза. Пустые, полные лишь искреннего ужаса, они вызывали дрожь до самых пяток. Джонатан нелепо обошёл невесту, неотрывно смотрящей ему в глаза. — Не уходи. Джонатан услышал это шёпот уже в коридоре. Сглотнув, он поспешно пошёл прочь. Пристальный взгляд за спиной чувствовался на ощупь. «Я скоро буду»

04:55, 18.10.

Дракула безмолвно записывал цифры, слушая доклады приходящих и уходящих монстров. Каждый называл какое-то число определённого предмета, получал указание подсчитать другое, и молча уходил. Состояние вампира передавалось всем. Он как был точно иссушён, так и остался. Пустые глаза внимательно следили за числами, вводимыми твёрдой рукой. Тут раздался крик. За ним ещё, и ещё. Некие звуки, чужие голоса, треск бьющейся посуды, громкий топот. Дракула не сразу понял, что произошло. Вдруг словно гром раздался в помещении. Глухой стук, и кто-то истошно закричал. Дракула резко поднял глаза. В его лоб упиралось что-то незнакомое. Железное. — Подними руки, — существо, держащее странный предмет, говорило грозно. Дракуле не понравился этот приказной тон. Он едва оскалился, как перевёл взор к холлу. Все монстры, дрожа от страха, сидели на коленях, высоко подняв руки. Около каждого стояло по двое человек, держащих подобные железные трубы. Дракула перевёл взгляд левее. У двери лежал какой-то постоялец, рядом сидел мелкий монстр и стоял один человек. От железяки человека, замершего, шёл дым, а монстр, плача, сильно тряс сородича ща плечо, зовя. Лежащий не окликался. — Вы кто такие? — Дракула прохрипел слова, оборачиваясь на человека перед собой. — Люди… Человек перед ним ядовито усмехнулся, тыкая железкой вампиру в лоб. — Ты верно глухой. Подними руки, говорю, а то башку прострелю. — Что сделаешь? Да ещё этой железкой? — Дракула подавил смешок. — Что от неё толкового? Человек не ответил. Он с быстрой скоростью навёл конец своей железки на человека у лежащего монстра, нажал мелкий рычаг. Комнату сразил громкий гром, от которого все монстры содрогнулись. Дракула не остался особенным. Вампир напряжённо наблюдал, как человек, испустив кроткий вскрик, упал ниц. Монстр рядом с ним содрогнулся сильнее всех, мокрыми глазами глядя на человека у Дракулы. Он истошно завопил, когда к нему подошёл другой человек, и, взяв за руку, потащил к остальным. — Теперь понял, старпёр? Дракула медленно поднял взгляд. Человек перед ним неприветливо лыбился, наведя железяку на вампира. — Откуда вы здесь? — Дракула неохотно показал ладони. Гнев и негодование переполняли его. Он не понимал, откуда здесь могли взяться люди. «Какого дьявола?!» Тут Дракула замер. На мысли пришёл Джонатан. — Предатель… — выдавил он полушёпотом. — Стоять. Дракула застыл. Железяка коснулась затылка. Повеяло смертельным холодом. Раздался гром, за ним чей-то крик и глухой стук. Дракула бездвижно упал. Из разбитого черепа потекла кровь. Мэйвис раскрыла глаза. Прижимая колени к груди, она ртом хватала воздух. Горло сжимало изнутри, глаза горели от слёз. Сильно дрожащая рука смахнула с виска пот. «Почему это было так… правдиво?» Дрожа, вампиресса укуталась в одеяло с головой. Она ещё долго боялась закрыть глаза.