Господа, позвольте представить — отель «Трансильвания»

02:45.

Труся, Джонатан передвигался по коридору. Разглядеть чёрные и скользкие стены позволяли редкие светильники, переменно мигающие от древних лампочек. Воздух был пропитан чем-то тяжёлым, от которого на языке чувствовался привкус железа. Огибая внеочередной коридор, альпинист забывал перевести дыхание. Одновременная тяжесть и сырость воздуха не давала устать или почувствовать недостаток воды. Сколько так Джонатан бежал — он не знал. Одно лишь мог сказать точно: выход он явно не найдёт. В этой сети высоких и широких коридоров легко было потерять самого себя, куда там выход. Спешно передвигаясь, ставя усилие лишь на свой нюх — ибо воздух до сих пор был пропитан машинным газом — альпинист двигался вперёд. Рука нервозно щипала паспорт Уилла в кармане, прихваченного ещё до того, как Джонатана обнаружил тот подросток-переросток. «Может, мне всё снится?» Пальцы целой руки ловко подцепили смятую бумажку, выставляя её в свет. Плохое освещение мало что давало понять; в прибавок Джонатан не замедлял бега.

«Имя: Уилл. Фамилия: Кулла»

«Стоп» Воспоминания киноплёнкой прокрутились перед глазами. Нутро альпиниста похолодело, когда он вспомнил своё нахождение в психбольнице. Натянув кофту, оставшуюся последней частью гардероба, он вышел из комнаты. Поглядев на лист на двери, Джонатан едва улыбнулся. Он хотя бы был не в палате. Это радовало. Спальней служил кабинет какого У. Кула. «Твою мать. Я спал в кровати трупа?» Джонатану захотелось выблевать. Неясно, откуда такая боязнь к открывшемуся, но безумно хотелось. В прибавок вспомнилось ещё кое-что. Велика же была его радость, когда он увидел дверь с листом «Ш. Кула». Хотя инициалы мало что могли сказать, по нижней надписи «Главврач» всё сразу становилось понятно. Джонатан выругался. Тихо, но от души. «Так они и правда родственники?» — Раз так, — Шандор убрал пистолет в кобуру под рубашкой. — Вы пятеро — несите моего сына в машину, а ты — звони Владу. Джонатан снова выругался, тяжело качая головой. Пальцы сжали тонкую бумагу, словно выливая частичку ненависти хозяина на неё. «Ну что за хрень. Ответ на один вопрос равен появлению десяткам других» Джонатан опустил глаза на паспорт. На фото Уилл мало походил на того себя, которого знал альпинист. Он был смуглый, черноволосый и зеленоглазый, тогда как Уилл-упырь был бледным и седым. Совпадали лишь глаза. «Мука. И краска» Альпинист медленно провёл пальцем по бледной коже. На тронутом месте остался тёмный след. Трещины, тянущиеся по всему лицу, расширились и удлинились. …мука?» Джонатан, подавив мрачное ощущение, приблизился к лицу трупа. Он глубоко вздохнул, втягивая металлический запах. «И краска?» Джонатан снова выругался. Вопросы возникали быстрее, чем он успевал на них отвечать. «Так, ладно. Ясны лишь эти вещи: Шандор — папаша Уилла, и последний зачем-то прикидывался в отеле монстром. Он шпион? Но откуда про отель в курсе? И Шандор? Я-то его не приводил, чтобы он там не плёл. Ладно, это потом. Сейчас этот придурок мёртв от выстрела» Глаза невольно загляделись на огромную дыру в черепе Уилла, обнажающей мозги в запёкшейся крови. «Твою… опять вопрос. Кто его…?» До размыслить Джонатан не успел. Перед ним образовалось огромное помещение, потолок которого можно было увидеть лишь с закинутой головой. Грузовики были расставлены здесь, пародируя парковочное место. Альпинист невольно заулыбался, когда увидел по обоим бокам помещения многочисленные двери. Заметив, что голоса раздавались и свет просвечивался исключительно в правой стороне, Джонатан побежал к левой. Открыв первую попавшуюся дверь, он осторожно закрыл её. Отыскав в скважине ключ, Джонатан повернув его; нащупав на стене включатель, он нажал. Показалось, что он сроду так сильно не щурился, как в этот момент. Бегло оглядевшись, альпинист подбежал к столу. Многочисленные кипы листов были сброшены с него мгновенно, попадая Джонатану под ноги.

03:00.

Джонатан без сил сидел на полу, оперившись спиной о перевёрнутый стол. Ноги были полностью скрыты бумагами, сплошь исписанными неразборчивым подчерком. «Ничего» Джонатан выругался, качая головой. «Ничего. Ни слова подсказки для разрешения этого бреда» Альпинист немощно поднял голову, упираясь затылком о дерево стола. Веки потяжелели, желудок тяжко ныл от голода. Но кроме информации в этой комнате не было и еды. Джонатан уже убедился в этом. «Надо что-то дел…» Закончить мысль альпинист не успел — щелчки дёргающейся ручки двери помешали. Джонатан вскочил, услышав неоднозначное «Что за херня» по ту сторону. «Fuck. Fuck. Fuck» Словно проклятый, он повторял одно слово много раз. Глаза бегло выискивали лазейку, где можно было спрятаться — ибо ничего другого в голову не приходило из-за страха быть обнаруженным. Бумаги под ногами Джонатана шуршали, отчего у него сложилось впечатление, что это слышно и тому незнакомцу за дверью. «Твою мать. Fuck. Твою… fuck» Джонатан крутился на месте, испепеляя глазами потолок. Ниже него не обнаружилось ничего, что могло ему помочь. И тут взгляд приковался к вентиляционной шахте. «Есть» Вскочив на стол, точно заяц, Джонатан одним рывком сорвал ржавую решётку с низкого потолка. Страх придал ему сил, и он лёгким прыжком исчез в образовавшейся дырке. Сделал он всё на удивление точно. Стоило решётке со скрипом быть вставленной на место, как дверь с шумом открылась. «Фух…» Сплюнув через плечо, Джонатан пополз вперёд. В мыслях его сильно пинал инстинкт выживания, обвиняя его в наисильнейшем шуме. Но никто за ним не лез, а голосов в оставленной комнате не было слышно. Значит, он незаметный. И это круто. «Есть» Тяжело пыхтя от вонючего воздуха, Джонатан полз вперёд. Перекрёстков, как ни странно, не было.

03:15.

Остановившись, Джонатан перевёл дыхание. Организм отказывался принимать тяжёлый воздух в лёгкие, отчего альпинист то и дело кашлял. Как на зло, его желудок протяжно бурчал от голода, уже ощутимо скукоживаясь. «Надо поесть» Джонатан сильно щурился, стараясь разглядеть что-либо в мутном коридоре. Было так темно, что его зрачки почти что закрывали радужку. Вдруг он увидел бледное свечение вдали. «Есть» Силы вернулись. Извиваясь, Джонатан стал продвигаться вперёд. Приближаясь к концу коридора, он видел, как далее труба сворачивала направо, а свечение снизу приобретало золотистый оттенок. «Лампа» Джонатан еле подавил в себе желание выбить решётку, и высунуть голову наружу, чтобы вобрать в себя свежий воздух. Но уши спасли его, уловив снизу чей-то голос. Когда альпинист подполз к решётке, он увидел снизу комнату, подобную кабинету. За большим столом сидел человек, а перед ним, оперившись руками о деревянную поверхность, стоял другой. Первого Джонатан узнал сразу; проеденные сединой чёрные волосы, круглое лицо, соболиные брови и усталые зелёные глаза так и говорили: «Да, это Шандор, ты не ошибся». А второго он видел впервые; в прибавок, незнакомец стоял к нему спиной, накрыв голову проеденным молью плащом. — …не по договору! — он в гневе ударил по столу так, что по его поверхности прошли трещины. — Как же не по договору? — Шандор плотно сжал губы, глядя на человека из-под бровей. — По мне так всё честно. Ты мне отель, я тебе клинику. — А моя племянница тут при чём?! — лицо человека было вовсе необязательно видеть, чтобы понять, что он злиться, как чёрт. — Это уже мой личный конфликт с этим вампиром, — Шандор презренно скривился на последнем слове. — Тебе я не обещал никого не вмешивать. Тем более, ты же сам предложил использовать тех, кто там живёт. — Ни хрена я не предлагал! — человек закинул голову назад, взвыв. На мгновение Джонатану почудилось, что в его вскрике прозвучали странные рычание и завывание. Когда он закинул голову назад, альпинист разглядел его чрезмерно длинные и бурые волосы, проеденные сединой. — Ну как же? А что на счёт того парня? — Шандор двояко поднял бровь. — Он в первую очередь один из тех, кого ты предложил использовать. — Не пари мне дичь. Теперь Джонатан не сомневался, что услышал рычание в голосе второго. И какое-то… сожаление? Шандор растянулся в улыбке. — Не парю. Лишь правду говорю. Не забывай условия договора. Незнакомец помедлил с ответом. Джонатан со своей высоты видел, как тот, несколько криво, переминается с ноги на ногу. — Я помню. Но сейчас… — …да, осталась лишь моя часть договора. И я её выполню, поверь, — Шандор говорил приторно, но не язвительно. Незнакомец больше ничего не сказал. Тяжело выдохнув, он развернулся, и пошёл к выходу. Несколько секунд хватило Джонатану, чтобы он разглядел человека. Лохматые волосы, собранные в нелепый пучок, покрывали не только голову; бурая щетина изъела всё смуглое квадратное лицо, коснувшись подбородка, щёк, лба, ушей и шеи, закрыв всё, как сорняк. Кустистые брови не давали разглядеть глаз сверху, как волосы на лице — плотно сжатого рта с выпяченной челюстью. Большие, широкие ладони и крупные пятки были покрыты волосами, как лицо. Джонатан дал бы босому незнакомцу лет пятьдесят. — Погоди! — Шандор вышел из-за стола. — Может, я могу тебе ещё помочь? — Нет, — он не обернулся на него. — Уверен? Тебя же неплохо так подбили, — Шандор растянулся в улыбке, настигая человека. — Сказал же…! Он не успел договорить фразу, как Шандор вышел вслед за ним, закрыв дверь. Голоса пропали мгновенно. «Что это было?» Джонатан, закусив нёбо, неуверенно поглядел на решётку. Он долго не решался выбить её, ожидая возвращения Шандора. Уж больно хотелось ему сюрприз устроить.

03:25.

Тишина кабинета разрушилась сильным хлопком и скрежетом удара. Решётка с шумом упала на пол, и в следующее мгновение оказалась под ногами Джонатана. «Ищи. Ищи хоть что-то» Он бросился к столу. Бесчисленное количество ящиков было вырвано из стола, и брошено на пол. Джонатан, словно в припадке, хватал любую фигню из ящиков, бегло оглядывал, и бросал на пол. «Ну же. Ну же!»

03:30.

Джонатан выдернул внеочередной ящик. Хватая бумажные листы, он спешно пробегался по ним глазами, и бросал через плечо. В комнате, преимущественно у стола, образовался не хилый бардак. Из полезного Джонатан нашёл лишь связку ключей и сейф под столом. Открыть последний не удалось, почему он продолжил поиски полезных вещей. Виски били, точно колокола. Альпиниста словно водой окатило от непонимания целей его бывшего врача. Да ещё и история с Вольфом, Мэйвис и Дракулой… «Что ему надо?» Выбросив n-ный лист, Джонатан устало выдохнул. Ничего полезного. У него нет идей. «Ну твою же… должно быть хоть…» Внезапно дверь отворилась. Джонатан уже решил для себя, что поседел на лет тридцать вперёд. Перед его взором предстал какой-то дряхлый старик, от которого разило близкой смертью так, что мухи над головой витали. Усохшие руки сжимали швабру и ведро воды. Старик и Джонатан, казалось, сверлили друг друга глазами-блюдцами всю ночь. Но стоило первому открыть рот, как альпинист, точно ото сна очснувшись, вскочил. За считанные мгновенья сократив расстояние, Джонатан захлопнул дверь сжавшимся стариком, прибив того к металлическому покрытию одной рукой. — Пусти меня! — старик испуганно завизжал, отмахиваясь от Джонатана костлявыми пальцами. — Пусти! Пусти! Убийца! Дезертир! Сатанист! Шизофреник…! — А ну цыц! — Джонатан верно понял, что уборщик сейчас выскажет всё, что придёт в его лысую голову. — А то башку прострелю! Альпинист на деле не сделал бы этого. Не смотря на всё то, что с ним произошло за последнее время, он не видел смысла подстреливать людей, которые и так по колено в могиле. Но сейчас этот старик ставил под угрозу его собственную жизнь. Оттого угроза не казалась ему лишней. Старик затих, стоило дулу пистолета — как же Джонатан ликовал, что тот мальчишка у отеля отдал одежду с оружием! — приблизится к его дряхлой груди. Джонатан через руку почувствовал, как старик напрягся под его рукой. — Кто ты такой? — почти-трупешник, видимо, был готов уйти в мир иной уже сейчас. — Неважно. Ты сам кто? — Ион Васильевич. — Чем занят здесь? — Убираюсь. — Кто был здесь с Шандором? Старик молчал. Джонатан по-настоящему оскалился, сам того не заметив. — А ну говори! — он потряс Иона за грудки. Старик побледнел, как смерть. — Не знаю, сынок, не знаю! — он перекрестился. — Богом клянусь, я не знаю! Отпусти меня! — Какого чёрта ты не знаешь, кто приходит к твоему грёбанному начальнику?! — Так не обязан, сынок, — Ион примирительно показал ладони. Джонатан мрачно насупился. — Сынок, клянусь тебе, — у старика развязался язык, стоило дулу пистолета коснутся его тела. — Могу сказать лишь то, что это мрачный тип… — Так он не впервой? — Джонатан перебил, навострив уши. — Он уже давно к нам шастает. Право, жуткий парень! — Хоть что-то знаешь о нём? Ион смолчал. Джонатан угрожающе щелкнул ружьём. — Его у нас все привыкли звать Шариком, — старик мгновенно затараторил. — Видел небось, какой волосатый? Так он куда более волосатый, поверь… — В смысле? Тишина. — А ну говори! — Джонатан вспылил. Воздух прорезал выстрел. Старик жалобно застонал, скрючиваясь. Джонатан опустил дымящееся ружьё, сверху вниз глядя на Иона. В потолке застряла пуля. — Это… он… ты не поверишь, как не верил я… — Я многое видел. Даже то, что существовать не должно, — в голове незатейливо всплывали образы монстров в отеле. — Так что постараюсь. — Ну, как скажешь, сынок…