Осенние листья

Часы в кабинете Главного Аврора Королевства Великобритании и Северной Ирландии пробили полдень. Мужчина вздохнул и в очередной раз открыл лежащую папку, будто в ней хоть что-то могло поменяться. Последние пару часов Гарри безуспешно пытался собраться с мыслями и взять эмоции под контроль, с треском проваливая эту миссию раз за разом. Тоскливое зрелище серого дня за окном служило очередным напоминанием тому, как иронично складывалась его жизнь. “Еще десять минут, Гарри”, - мысленно обратился он к самому себе, отгоняя неприятные ощущения. Предстоящая встреча легко претендовала на звание самой трудновыполнимой за всю его карьеру. Таких встреч самый молодой Главный аврор провел немало – от дружеских посиделок у камина до яростных скандалов с Министром с взаимным обменом проклятьями напоследок. Гарри Поттер просто не мог быть обычным – вся его жизнь состояла из тех самых событий (случайных или не случайных), которые, в конечном счете, делали его именно тем, кем он являлся – Избранным с клеймом, выжженным на лбу. Главного Аврора уважали и побаивались, считая его человеком вспыльчивым, но отходчивым. Лишь немногим удавалось выносить его нелегкий характер и вступать с ним в открытый конфронтационный диалог – “Гарри” мог запросто послать пару проклятий прямо за столом переговоров, не утруждая себя извинениями до завершения заседания. Именно поэтому Рон через какое-то время покинул друга и присоединился к жене отстаивать права обиженных и оскорбленных. И Поттер отпустил его, прекрасно понимая чувства друга, которому доставалось от него больше всех. Он потер виски и, перегнувшись через стол, смахнул ненужные бумаги в камин, глядя как их подхватывают хищные языки пламени, вмиг сменившие цвет с оранжево-алых на зеленые. -Мистер Поттер, - протянул до боли знакомый голос, заставляя Гарри невольно сглотнуть, напоминая себе, что он уже давно не студент. -Профессор Снейп, - Гарри повернулся к камину, откуда грациозной походкой вышел зельевар, и протянул ему руку. Старший волшебник скривил губы в усмешке, но руку, все-таки, пожал. Поттер жестом указал на два кресла, устраиваясь в соседнем. Открытый конфликт поддерживать он не собирался. Прошлая встреча и так закончилась скандалом… “Надо взрослеть, Гарри!”, - пронеслось в голове. -Хотите чего-нибудь? Чай? Кофе? Огневиски? – парень старался сохранить самообладание. -Мистер Поттер, у меня нет желания вести с Вами светскую беседу весь день. Ближе к делу, - Снейп решил сразу расставить все точки над и. Озабоченных подростков и детей ему вполне хватало в Хогвартсе. И, Мерлин, он не собирался тратить свое бесценное время на лепечущего глупости Поттера. -Как скажете, - парень пожал плечами и подал ему увесистую папку, содержащую списки ингредиентов, оборудование и лаборантов, с которыми зельевару предстояло работать. Бегло пробежав по ней глазами, Северус шумно вздохнул, обнаружив Мисс Грейнджер и Мистера Забини в составе участников. Впрочем, в какой-то степени это даже облегчало задачу, ведь он не мог постоянно присутствовать при приготовлении: некоторые стадии предстояло отслеживать чуть ли не поминутно, а оба этих “лаборанта”, скорее, загрызли бы друг друга, нежели позволили экспериментальному зелью испортиться. К тому же, никакой особенной неприязни к ним он не испытывал – Забини был с его факультета и всегда отличался редкостным спокойствием и нетривиальным мышлением. Отчего профессор часто задавался вопросом, не предлагала ли ему Распределяющая шляпа Равенкло. А Грейнджер… Пусть и редкостная всезнайка и заноза, но вот внимания и концентрации ей было не занимать. Оставалось надеяться, что его грозный вид и авторитет не оставят ей шанса творить самонадеянное самоуправство и заставят четко следовать инструкциям. Все это время Поттер безынициативно изучал содержание вначале собственного кабинета, затем окна, но гораздо больше его привлекал сидящий рядом мужчина. Привычно закутанный с ног до головы в черный костюм с неизменной маской язвительности, грубости и презрения, кошмар его детства совершенно спокойно сидел рядом. И он, Гарри Поттер, пожалуй, был этому рад. Он принадлежал к числу тех немногих, кто понимал своего бывшего преподавателя. Сейчас, по прошествии стольких лет, перешагнув через порог детских обид и собственной чувствительности, он кое-как научился контролировать свою вспыльчивость, за которую регулярно расплачивался бесчисленными шрамами, строгими выговорами главного колдомедика Св. Мунго и неизменными взбучками от жены, любящей его до последнего вздоха. События его жизни, так стремительно закружившие юного героя в потоке всеобщего ликования сразу после победы, в конечном итоге угасли также искрометно, как и разгорелись. И вот он, победитель Воландеморта, больше не видит себя никем. Недоучка без семьи в разрушенном мире, где все напоминает о тех жертвах, которые пришлось принести в пользу такого простого и, одновременно, неоднозначного понятия “Победа”. Навалившаяся депрессия захлестнула своей жестокой серостью и повседневностью, из которой его не удавалось вытащить никому. Он часами слонялся по одиноким улицам, ловя призраки прошлого и засовывая свою многострадальную голову чуть ли не в каждую неприятность, пока не понял, что лучшим выходом для него станет то, чего он, Гарри Поттер, всегда так сторонился – дисциплины, правил и муштры. Он переступил через себя, и это стало для него спасением. Школа авроров, выматывающие рейды, регулярные физические нагрузки. Пришлось наскоро заполнять пробелы в образовании, беря уроки у Макгонагалл, Флитвика и Стебль. К Слизнорту пойти не позволила гордость, и парень стал заниматься с министерским зельеваром, закрывая постыдную пропасть своего невежества хотя бы на уровне, допустимом для человека его характера работы. Поттер еще раз взглянул на Снейпа и подивился, как этому человеку удалось просто одним фактом своего присутствия вывести его из состояния равновесия. Он будто снова очутился перед ненавистным преподавателем в злосчастном кабинете в подземельях, сидя на жестком стуле в ожидании очередного “ Legilimens! ”. Разгневанный, непонятый, обиженный, ощущающий свою слабость. Винить, по-сути, было некого – Гарри и сам понимал, что профессор, несмотря на всю свою неприязнь к его отцу, защищал глупого ребенка как мог. Снейп оставался всегда той самой горькой пилюлей, которую так не хочется принимать, но от нее сразу же становится лучше. Ненавидеть его сейчас было тяжелее. Если вообще возможно. То ли от осознания всей его роли в войне, то ли от принятия собственной неправоты в отношении этого человека, то ли просто от того, что он больше не был его учеником. Гордый, своенравный, несгибаемый и до кончиков его черных волос честный… - профессор не боялся его, вселяя чувство уважения. Снейп повел головой, обнажая кривые шрамы на шее, и Гарри уже не впервые за прошедшие дни задался вопросом, как, черт возьми, ему удалось не только выжить, но и перепрыгнуть на семнадцать лет вперед. Он сам видел, как гаснет жизнь в его глазах, сам закрыл его глаза рукой. Тело, правда, так и не нашли… И та странная девушка в коридоре школы. Он мог поклясться, что она магла! Но это было лишено всякого смысла… -Приятно, что Вы так печетесь о моей судьбе, Мистер Поттер, - Гарри поднял взгляд, понимая, что Снейп успел хотя бы отрывками зацепить его мысли. ОПЯТЬ! А ведь он даже не поднял на него взгляд! – Никак не научитесь элементарным ментальным блокам? Мистер Поттер, Вы оглохли? – зельевар язвительно усмехнулся, вглядываясь в лицо ошарашенного аврора. -Вы не имели права рыться в моей голове! – вспылил молодой человек, вскочив на ноги. -А Вы не имели права совать свой нос в мои воспоминания в Омуте Памяти, Поттер. Возьмите себя в руки, - совершенно спокойно отозвался зельевар. “Ну почему именно Снейп?!” – в сотый раз спросил себя Гарри, рухнув обратно. -Итак, - Северус сложил руки на груди. – Раз уж мы покончили с формальностями… -Что Вы видели Там? – выпалил Поттер, смело встречаясь взглядом с профессором. Если бы взгляды могли убивать, прославленный герой Британии уже давно покоился на дне какого-нибудь глубокого водоема, прикованный цепями к старой лодке. Но Гарри было плевать. “Баллы не снимет, на отработку не оставит”, - мысленно усмехнулся он. -Поттер, - крылья носа зельевара опасно раздувались, не предвещая ничего хорошего. -Как Вам удалось вернуться обратно?! Я имею в виду… камень я выронил в лесу, мантия осталась в замке, а палочка была у Воландеморта! – выпалил он, уже не задумываясь о сказанном. – Даже без Даров Смерти! Вам не больше, чем тогда, в момент гибели, - казалось, парень потерял всякий контроль. Он вскочил на ноги и начал расхаживать по кабинету взад-вперед, резко остановившись около кресла зельевара. Гарри жадно вглядывался в лицо, искаженное гримасой злости. Понимая, что рискует в данный момент остаться как без ответов, так и без зельевара с “крайне выдающимися способностями”, Гарри пошел ва-банк. - Я видел Кингс-Кросс. Профессора Дамблдора и крестраж Воландеморта. И выбрался оттуда на поезде. Потому что сам захотел… Наваждение Снейпа в момент угасло. Поттер сам завел разговор о так тревожащей его теме, и не воспользоваться сейчас случаем было бы просто глупо. -Это было похоже на череду воспоминаний, – нехотя отозвался зельевар. – К тому же, Поттер, я был один. И, впервые за долгое время, Вы оказались правы: такого сильнейшего магического артефакта, как Дары Смерти, у меня при себе не оказалось. Значит, дело не в этом, - Гарри показалось или в голосе Снейпа проскользнуло разочарование?.. -Значит, Вас туда отправило что-то другое. Какой-то другой артефакт. Или заклинание, - настаивал Гарри, нахмурившись. -С чего такая уверенность, Поттер? -Я много раз просматривал свои воспоминания в Омуте Памяти, но не нашел подтверждения тому, что Вы умерли, - аврор сложил руки на груди. -Как это мило с Вашей стороны, Мистер Поттер. А мой хладный тр… - возмущенно начал Снейп, но тут же осекся. “Много раз просматривал воспоминания…” – Северус с силой сжал подлокотники кресла, едва не застонав. Свои воспоминания он, конечно, додумался посмотреть. А вот воспоминания Эммы – нет. Она, разумеется, рассказала ему все, но могла и не заметить того, что для волшебника показалось бы необычным. -Сэр?.. – зельевар поднял глаза. – Сэр, я хотел… -Ну что еще, Поттер? – вяло огрызнулся Снейп. -Я хотел извиниться. Вы были правы. Все эти жизни – на моей совести. И Ваша тоже. Вы справедливо ненавидите меня, - скомканно проронил Поттер. -Поттер, Вы как ребенок. Прекратите уже эту слезную геройскую речь. Вы только и делаете, что вечно жалуетесь, ноете и жалеете себя. Если бы я точно не был уверен, что прошло семнадцать лет, то решил, что Ваше место, по-прежнему, в школе, - устало сказал зельевар. – У нас есть дела поважнее. И я Вас не ненавижу. Впервые за долгое время Гарри Поттер-Блэк почувствовал, как с души свалился огромный валун. Где-то глубоко внутри на одного человека, за смерть которого Гарри по-прежнему винил себя так долго, стало меньше. -Так я увижу сегодня лабораторию, Поттер? Или предпочитаете и дальше разводить сопли? – парень поднялся и радостно закивал. -Живее, Поттер. Мое время не резиновое, - язвительно заметил Северус, следуя за совершенно счастливым Гарри. В съемочной раздался оглушительный грохот, и все участники действий буквально рванули в комнату, где творился полнейший хаос: алюминиевые балки вместе с декорациями, словно домик, сложились прямо на Эмму. Она успела только откинуть фотоаппарат и пересечь всю комнату, чтобы оттолкнуть модель, обезопасив последнюю от падения тяжелой конструкции. Замершие в дверях ребята поспешили хоть немного разгрести завал, чтобы освободить девушку. -Я сказала - три крепления, а не два! – возмутилась Эмма, пытаясь перевернуться и приподняться на локтях. Выходило паршиво. В правом боку расползалась ноющая боль, а из рассаженной брови тонкой струйкой текла кровь, пачкая свежевыкрашенную циклораму. -В травмпункт? – неуверенно отозвался парень, помогая девушке подняться и закидывая ее руку к себе на плечо. -Не смей. Мне через неделю снимать обложку. В комнату давай, - пригрозила Эмма, нахмурившись от расплывающейся перед глазами комнаты. Перспектива провести целую ночь со сломанным ребром в гордом одиночестве заиграла яркими красками. Она уже начала подумывать вызвать “скорую”, но в дверях, словно из ниоткуда, появился зельевар, чуть не столкнувшись с ней нос к носу. Эмма недоуменно уставилась на него, ведь последний должен был появиться не ранее вечера следующего дня. -Что с Вами случилось? – ахнул мужчина. -Несчастный случай. С моим везением я еще легко отделалась, - девушка опасно качнулась, повиснув на долговязом парне рискуя в любую минуту свалиться, и Снейп, не долго думая, перехватил ее. -Дима, иди. Со мной все нормально будет. Софию заберите домой, - совершенно спокойно обратилась она к шокированному коллеге. Зельевар поспешил оборвать словопоток, решительно вталкивая ее в кабинет и аккуратно опуская девушку на широкий диван, предварительно заперев дверь изнутри. -Где больно? – требовательно спросил он. -Кажется, я ребро сломала, - нахмурилась Эмма, опускаясь на подушки. Северус, не теряя времени, расстегнул пуговицы на ее рубашке почти до самого конца, и его теплая ладонь отвела в сторону тонкую ткань. По коже побежали мурашки. -Что Вы делаете? – девушка смутилась и залилась краской. -Хотите месяц проваляться с переломом? – на боку справа красовался огромный синяк. Зельевар медленно двигался вверх, ощупывая ребра. Добравшись до поврежденного, он чуть надавил на него, и Эмма застонала от боли. -Трещина. Вернее, даже две, - заметил Северус, убирая руку. - Ваша безответственность меня просто поражает! Когда Вы начнете соображать, что делаете?! Или мне, все-таки, привести в исполнение обозначенное ранее наказание?! -Вообще-то, это не моя вина. Я велела на три крепления подвесить декорации, а эта дубина всего за два его зацепила, - попыталась защититься девушка, но зельевар вернул ей хмурый взгляд. -Вы – ходячее несчастие, Мисс. -Зато я успела сделать отличный кадр! – Эмма устало вытянула ноги, на что Снейп закатил глаза. Порывшись в мантии, он достал склянку с мазью и вернулся к поврежденному ребру. -Сомнительное достижение. -Ну не ворчите. Просто скажите, что волнуетесь, - хитро протянула девушка, приоткрыв один глаз. Снейп в ответ на колкость стал втирать густую мазь интенсивными движениями, стирая самодовольную ухмылку с лица фотографа. -Святые Валар! Вы смерти моей хотите? – не выдержала она. Теперь настала очередь Северуса ухмыльнуться. Он трансфигурировал одну из лежащих на столе канцелярских резинок в длинный эластичный бинт, который туго обернул вокруг ребер. -Не вертитесь, Мисс. И откиньте голову, – потребовал он. -Да всего пара шишек. Одной больше, одной меньше. Не стоит… -Я сам решу, что стоит, а что не стоит, – проворчал Северус, и девушка безропотно подчинилась, пока нежные пальцы наносили целебный бальзам на рассеченный висок. Мягкие движения расслабляли, а невероятный запах целого букета трав от его кожи и мантии успокаивал, отгоняя все тревожные мысли. Эмма не удержалась и зевнула, прикрыв ладошкой рот. Кажется, зельевар о чем-то спросил, и девушка, поспешила открыть глаза, встречаясь с его строгим взглядом. -Вы слышали, что я только что сказал? -Эм... Ну да. Да... -Если уж Вы вызвались помогать мне в поисках ингредиентов, то будьте любезны не терять бдительности из-за недосыпа и переутомления! Сейчас Вы ляжете спать. В противном случае мне придется влить в Вас зелье Сна без сновидений, хотите Вы этого или нет. -В сутках слишком мало часов, чтобы спать, - буркнула она, но смешанное ощущение нахлынувшего тепла заставили ее моргать чаще. -Глупая девчонка… - Снейп покачал головой. - Завтра будет легче, - заметил мужчина. -А Вы останетесь? – зельевар поднял бровь. - Вдруг мне хуже станет, - отозвалась она. – Там в холодильнике пирог есть. И эта гадость летучая только завтра утром будет в аэропорту, - заметила Эмма, окрестя подобным образом ценный магический ингредиент. -Вы меня шантажируете? – заметил Снейп, но без должной экспрессии. -Есть немного, - согласилась она, уже почти провалившись в сон. – Вы просто теплый, мантия пахнет лугом и травами. Будто поле в летний день. С вами мне не снятся кошмары, и так спокойно…Профессор, Вы такой замечательный! А за один взгляд можно душу продать. Никогда не видела таких красивых глаз… – совсем не разбирая, что говорит, она провалилась в сон, оставив Снейпа так и стоять около нее. Возвращаться и правда не было никакого смысла и зельевар, вздохнув, скинул мантию и сюртук и устроился рядом, только для того, чтобы в следующий момент почувствовать руку, которая обвила его торс. Непослушная прядь упала на лицо девушки, и Северус, сам не зная, почему, отвел ее назад, неожиданно вздрогнув. От виска почти до самого уха с правой стороны, словно жемчужные нити, белели седые пряди. Почему-то раньше он их не замечал. Эмма задвигалась, устраиваясь удобнее на его плече и прижимаясь еще сильнее, будто боясь потерять. Целая вереница непривычных чувств окатила мужчину, словно ушат ледяной воды. Какая-то детская радость - ему доверяли, беспокоились за него, не пренебрегали его чувствами. Он подложил под голову еще одну подушку, приподнимаясь выше. Сон никак не шел. Сознание, такое хрупкое и сейчас податливое, возвращало его к совсем нелицеприятной мысли о том, что совсем скоро ему придется уйти из ее жизни. В конце концов, на большее он и не мог рассчитывать. Но, Мерлин, девушку почему-то не хотелось отпускать. Мысль о том, что он вновь увидит беззаботную улыбку через неделю, две, три, зацепилась, войдя в новую привычку. То ли хорошую, то ли плохую. Не об этом ли он мечтал и просил Вселенную и Мерлина?.. Он бросил бы преподавание и всерьез занялся научными исследованиями, которые всегда хотел вести. Даже дело теперь имелось – мужчина предполагал, что с зельями Поттера придется повозиться далеко не один месяц. С недавних пор он периодически ловил себя на мысли, что хочет всего того, чего в прежней жизни сторонился – комфорта, безопасности, уюта. Хотел снова проснуться утром и почувствовать сладкий запах пирога и кофе, сидеть и читать, пока Эмма самозабвенно что-то печатает. Мерлин! Даже хотел слушать шум дождя, стучащего по крыше черного седана. Словно осколок старого мира, отломанный и наспех сращенный с нынешним, он отчаянно цеплялся за островок незыблемости, хотя умом понимал, что жизнь движется дальше. И ждать его не собирается. Оставалось только решить для себя – останется ли он в комфортной зоне обыденной серости или решит побороть свои страхи, ступив на совершенно новый путь. Мягкие губы зашевелились. -Северус… - прошептала она во сне, заставляя мужчину вновь обратить на себя внимание. На ее родном языке его имя звучало непривычно мягко. Взмахом палочки он погасил свет и призвал с кресла зеленый плед. Ощущение тепла женского тела приятно отзывались в душе, и зельевар закрыл глаза. Он даже не почувствовал, как провалился в сон, а девушка вздохнула, сжимая в руке его рубашку. Утро наступило неожиданно. Эмма еще не успела открыть глаза, как на нее навалились воспоминания предыдущего вечера. Девушка почувствовала, как ее щеки наливаются краской. -Удивительное дело! – послышался совсем рядом насмешливый бархатный голос Снейпа. - Вы еще не открыли глаза, а уже покраснели. Интересно, о чем Вы подумали… Может быть, стоит прочитать Ваши мысли? Эмма открыла глаза и сразу же встретилась взглядом с Северусом. Он лежал на спине, и, закинув руку за голову, задумчиво смотрел на девушку. Солнце, попадающее через высокое окно, отражалось от светлых стен, отчего казалось, что его глаза сияют. Впрочем, может, так оно и было?.. По крайней мере, брюнет был абсолютно спокоен и расслаблен. -Вы бы не узнали ничего нового… - смущенно пробормотала Эмма, касаясь его щеки. По спине побежали мурашки. Так хорошо было вот так вот лежать рядом, чувствуя тепло его тела, видеть его лицо… и этот взгляд, обращенный к ней, словно проникающий в самую душу, окрыляя. Окрыляя?! “Крылья. Крылья летучей мыши!” Девушка широко открыла глаза и резко села на диване, ища взглядом часы. “7.40” – значилось на циферблате, и Эмма, застонав, поспешила выбраться из постели. -Нам надо в аэропорт! – выдавила, наконец, она. – Посылка будет там меньше, чем через час. Если не успеем, то, возможно, ждать придется еще очень долго. На сайте мышь была всего одна, - мужчина поднялся и накинул сюртук, с поразительно скоростью справившись с многочисленными пуговицами. -Вы не можете ехать в таком состоянии! – раздраженно заметил он, оглядывая Эмму критическим взглядом. -Есть другие предложения? Сразу предупреждаю, посадить Вас за руль и дать шанс разбить мой многострадальный седан я не позволю, - критично заявила девушка, попутно сгребая с полок нужные документы и хмурясь почти от любого резкого движения. -Странные приоритеты. Вы готовы угробить себя из-за какой-то вещи, - криво усмехнулся Северус. -Во-первых, я не привыкла бросаться обещаниями, не доводя дело до конца. А во-вторых... – голова закружилась, и она поспешила ухватиться за стол. – Во-вторых, нам уже пора. Даже Эру не всесилен, когда речь идет о московских пробках. Получим все, и я с чистой совестью спокойно поумираю чуть позже, - съязвила она. Спустя два с половиной часа напряженной езды, пробок, очередей, длинных деклараций и далеко не вдохновляющего общения с таможней, Эмма буквально упала на водительское сидение, вымученно демонстрируя большую деревянную коробку, которую зельевар поспешил отобрать и немедленно открыть, занимаясь изучением. Судьба, до этого не баловавшая Северуса Снейпа никак, казалось, сейчас возвращала долги за все годы и упущенные возможности. Зельевар пытливо рассматривал приобретение, отмечая невероятный потенциал данного объекта. Кроме крыльев здесь имелся целый набор ценнейших ингредиентов. На заднем сидении одиноко покоился баобаб в горшке. С цельными листьями, корой, соком и родной землей. Теперь у него имелся, пожалуй, более чем достаточный набор составляющих для приготовления тех Министерских зелий и пары экспериментальных, идея которых пришла ему в голову на днях во время очередной проверки эссе. Он невольно отметил, что, задумавшись, начал прописывать состав и идею прямо на работе очередного студента. Не обремененный заботами о выживании, мозг услужливо демонстрировал своему хозяину все новые и новые идеи, распаляющие его воображение. “И как раньше он до этого не додумался?..” Девушка щелкнула замком ремня. -Куда мне Вас отвезти, сэр? – поинтересовалась она, удобнее устраиваясь на сидении и поправляя зеркала. – Если хотите, могу предложить для начала завтрак. Уже почти одиннадцать. Профессор? – Снейп поднял на нее рассеянный взгляд. Задумавшись над зельем дождя, он только сейчас понял, что упустил нить разговора, и теперь понятия не имел, что от него хотят. К слову сказать, случалось такое крайне редко и всегда в моменты, когда он был один. -Мне кажется, Вас сейчас посетила какая-то интересная идея, - девушка улыбнулась и протянула ему лист бумаги с ручкой. -Могу я попросить Вас еще об одном одолжении, Мисс? – зельевар взял протянутый лист. -Конечно. Но Вы пообещаете мне кое-что, - девушка вдруг посерьезнела, а Северус напрягся, предчувствуя неладное. Что-то холодное кольнуло его изнутри. Ничего не дается просто так, и Снейп понимал, что рано или поздно Эмма решит вернуть долг за все, что делала в течение этого времени. Такая бескорыстность и альтруизм казались ему до неприличия странными с самого начала. Теперь все встало на свои места. Как он мог так заблуждаться… Натянув привычную маску холодности и презрительности, мужчина поинтересовался: -Что я должен пообещать? -Пообещайте, что будете называть меня по имени, - без тени сомнения сказала Эмма, глядя как вытягивается его лицо от удивления. -Неужели после всего того, что Вы для меня сделали, Вы хотите чтобы я всего лишь обращался к Вам по имени? -Почему Вам кажется это странным? -Вы отвечаете вопросом на... Ох... - Снейп устало потер переносицу. -Профессор, мне правда не трудно помогать Вам, и это ничуть не обременяет. Но мне было бы приятно, если Вы отказались от этого холодного обращения "Мисс". В конце концов, мы с Вами пережили уже столько всего, что я была бы рада назвать Вас другом. Так что, мы договорились? – деловито спросила она, оторвав, наконец, взгляд от руля. -Обещаю, Мисс… Эмма, - тут же поправился он, ловя широкую улыбку на ее лице. -Что требуется от меня? – она заерзала на сидении. -Я бы хотел посмотреть Ваши воспоминания, - ответил зельевар, ошарашив тем самым свою спутницу окончательно. -А это возможно? – профессор одарил ее взглядом, с которым обычно выслушивал полную околесицу. Девушка примирительно подняла руки. - Если Вы знаете, как, то пожалуйста. -Вам не страшно, что я могу найти в Вашей голове? – удивленно спросил зельевар. -Нет. Я Вам доверяю, - отозвалась она даже слишком беззаботно.