Медвежья Долина

Я осторожно ступала по незнакомому коридору, молясь, чтобы ни одна половица не скрипнула под моими ботинками. Не спеша осматривая помещения, я наконец обнаружила раненного мужчину. Он сидел на полу в гостиной, привалившись на подлокотник дивана. Боец выглядел неважно, лицо было изуродовано гримасой боли. Около него валялся уже окончательно мёртвый ходячий. Постепенно подходя ближе к своей жертве, я всё никак не могла определить: где же его оружие. Нас уже разделяло всего каких-то пару метров, когда я рывком прыгнула к нему, прижимая ствол пистолета к его затылку. - Полагаю, ты знаешь, что лучше не двигаться, - холодно произнесла я. - Ну, дык, как полагается, - мужчина сплюнул сгустком крови и тяжело втянул в себя глоток воздуха. - На помощь можно не рассчитывать, да? - Посмотрим по результату нашего диалога. Но предупреждаю: единственная помощь, которую ты можешь получить – пуля в лоб. - Ха! Дамочка, вы такие добрые прям диву даюсь, - голос смертельно раненного сорвался на неразборчивый хрип. Скорее всего, задето лёгкое – не жилец. - Кто ты? И зачем ты со своим дружком нас преследовал? – я обошла его и подцепила вполне сносную винтовку, которую я обнаружила почти под диваном. Не спеша, я похлопала пленника по карманам – нашлись лишь коробка патронов и охотничий нож. - А это так важно?.. Бля, меня уделала какая-то баба, - голос то и дело срывался на хрип, мужчина силился улыбнуться, но вышло не очень. - Отвечай, иначе даже пули пожалею. А затем погоню твой труп к твоим дружкам, чтобы ты их сожрал. - «Ну же, парень, давай, поговори со мной!» - мысленно попросила я. - Всё равно сдохну… Смысл меня пугать?.. А, ладно… - он снова закашлялся. - Да всё как обычно… Хавка, стволы, лекарства… Кто ж знал, что вы такие борзые… - Где ваши байки? - Вы ещё и их прихватить решили? Ну вообще… - наверное, мужчина в жизни был смешлив – вон как картинно, превозмогая боль, надулся. - Отвечай, живо! – надо поскорее заканчивать с ним, я поглядывала в окно, наблюдая, как на запах свежей крови стекаются ходячие. - Они в конце улицы… Во дворе розового дома… Теперь можно получить, наконец, пулю, а? А то совсем не айс чё-то… - Где ваша группа? Сколько вас? - Не переживай… Моя… Группа далеко… - Где? - Скорей всего… В аду. - Шутишь? - Неа… Мы с Эдом были последними выжившими. До боли знакомое имя неприятно резануло по ушам. Я слегка поморщилась от неприятных воспоминаний. Глядя в глаза оппоненту, я силилась отгадать: он врёт или нет. - Наверное, и к лучшему… Что вы нас добили… - мужчина снова отплевался от крови. - Мы уже давно не люди… Убийцы… Я молча слушала последнюю исповедь, внимательно вглядываясь во вполне симпатичное лицо. Интересно, кем он был раньше? Была ли семья?.. - А я не хотел… - Что? - Не хотел… Убивать… Но выбора не было… Жить хотелось… - Тут ты прав, мы все – убийцы. - Ха… дамочка… А ты скольких успела порешить? - Много. Слишком много. Но я это пережила, - медленно и чётко проговорила я, борясь со странным ощущением раздвоенности. - Нет, не пережила… Твои глаза мертвы… - мужчина усмехнулся и, всхлипнув, закрыл глаза. Моё сознание словно плыло где-то под потолком, я наблюдала за людьми в комнате. Мужчина медленно умирал, я видела, как из него вместе с кровью вытекает жизнь. Над ним спокойно сидела бледнолицая женщина с широко открытыми глазами. Она уже не держала пистолет у его виска – это уже не нужно. Она впитывала его боль, она впитывала каждый его хрип и казалось, что это её еда. Её пища. Моё сознание взлетало всё выше и выше. Вот я уже вижу удаляющуюся крышу. Меня несёт вместе с ветром дальше… Дальше… Выше… Я обгоняю гордого орлана, решившего потягаться со мной в полёте. Плыву за высокие горы и глубокие реки. Краем глаза я вижу исполинскую фигуру в одеждах из мягкой замши. Она призывно машет рукой и что-то хочет мне сказать… Видение оборвалось вместе со звоном разбившегося стекла. «Что это было? Я отключилась?» - я изумлённо потрясла головой. Пощупав пульс у лежащего мужчины, я убедилась, что он уже где-то не здесь. Патрона было жалко, так что я приподняла его голову и резким движением вогнала ему нож в основание черепа. - Прости дружок, но серьёзно, патроны нынче дефицит. Я быстро ретировалась из дома через черный ход и побежала к выезду из города – там уже поджидала Саша. Когда я рассказала, что мне удалось узнать, мы решили съездить к ярко-розовому дому на обочине. Отогнав парочку приставучих ходячих, мы оперативно обследовали байки. Немного еды и воды. Старенький Кольт и патроны. Поковырявшись в небольшом пакете, который служил аптечкой, Саша выудила почти полную упаковку ампул амоксициллина, тубу с ибупрофеном и шприцы – отличный улов, антибиотики – это хорошо. Было жалко оставлять целые байки – они могли пригодиться в дороге, но ничего не поделать. Был бы грузовик, можно было их увезти с собой, а так… Немного посовещавшись, мы по очереди откатили железных зверей в ближайший гараж и закидали какой-то ветошью. Вдруг, мы ещё сюда вернёмся? *** - Однажды, лет двести назад, многие простолюдины - моряки, ремесленники, фермеры - из Британского королевства приплыли на этот материк и ступили под сень девственных лесов. Они начали освоение плодородного края. Основывали колонии, разбредались кто куда... Мой пра-пра-пра… В общем, очень много «пра» дед, Сэмюель Баркер, был в рядах немногих, кто с самого начала колонизации ушёл подальше в лес. Путь их группы был труден – дорог-то не было, но были индейцы. Мой предок был уверен, что они могут выгодно сосуществовать с краснокожими, но его в этом вопросе поддерживали единицы… За защиту коренных обитателей Сэмюеля однажды чуть не казнили, но его друзья-туземцы с боем вырвали его из лап правосудия. Скрываясь в лесах и наблюдая за своими товарищами-колонистами, он с ужасом наблюдал, как день ото дня их становилось всё меньше и меньше. То болезни, то стрелы, то несчастные случаи косили их – ну, просто «Десять негритят» в действии! Мой предок был довольно злопамятен, поэтому и не спешил отваживать своих новоявленных друзей от атак на лагери колонистов. Но всё же он не выдержал и однажды пришёл к своим бывшим соратникам. Он открыто предложил: кто хочет жить, тот может принять дружбу индейцев и идти с ним. Из поредевшей толпы измождённых людей только пять человек решили поступиться своими принципами и пойти с Сэмюелем. И они не прогадали. Шестеро крепких мужчин смогли крепко сдружиться с коренными народами этой земли. Они делились своими знаниями и опытом с индейцами, на что те отвечали взаимностью, обучая бледнолицых своей медицине и ремёслам. Прошло время и они вышли к прекрасной долине, окаймлённой горными грядой. Это было просто отличное место с небольшой рекой и несколькими чистейшими озёрами. Увидев, что белолицые мужчины не могут оторвать взгляд от природного великолепия; видя столько эмоций на лицах людей не склонных к сантиментам, вождь шайеннов, Красная Стрела, пригласил Сэмюеля, как главного из них, в свой шатёр. Он сделал ему небывало щедрое предложение: поучаствовать наравне с сынами неба (шайенны верили, что их предки сошли с небес) в соревнованиях за право владеть землёй. Это был древний обычай племени. Чтобы заявить право на землю, воин должен был убить медведя и принести один коготь вождю, а второй оставить себе – почти как сейчас с договорами на недвижимость, только вместо бумаги когти! Всё было не так просто, как это сейчас звучит. Дело в том, что участнику надо было завалить медведя практически голыми руками! Перед соревнованием воины должны были оставить всё своё оружие и снять практически всю одежду, кроме штанов. Снимались даже амулеты, чтобы, ни дай Бог, животное не помогли завалить высшие силы. Воинам можно было надеяться только на свою силу и ловкость… А также на жертвенный кинжал, который выдавался непосредственно перед началом поединка. Соревнование выглядело как охота. Вызвавшихся поучаствовать в нём отправляли в лес на четыре дня и четыре ночи. Если победителей было больше одного, то призовая земля делилась поровну и, чтобы предотвратить вражду в будущем, семьи победителей скреплялись родственными узами – попросту играли свадьбы между своими ближайшими близкими (сёстрами там, братьями). Но такие плодотворные охоты были редкостью, обычно победитель был в одном лице. В моей истории, спустя четыре дня после начала поединка, на поляну перед типи вождя с двух противоположных краёв из-за деревьев вышли двое. Это был Сэмюель и сын вождя Задумчивый Бык. Они победили оба. Эта неожиданность оказалась более чем приятной, так как мужчины хорошо сдружились и эта ситуация позволила им ещё и породниться. В общем, так и появилась Медвежья Долина, те индейцы, кто остался там, в конце концов приняли наступающую цивилизацию, чтобы не быть истреблёнными как многие и сохранить свои традиции и верования. Этот островок Рая никогда не разрастался – люди там любили уединение и не любили чужаков. В самые рассветы общины там насчитывалось около двухсот человек, не более. В начале пятидесятых молодое население Долины под веянием новых времён уезжали учиться по разным городам страны - и так там и оставались. В поселении оставались доживать свой век никому ненужные старики… А в семидесятых-восьмидесятых Медвежью Долину заприметили хиппи. По началу у них всё было размеренно и спокойно. Ну, а что? Травка растёт хорошо, чужаки не суются… Но затем какой-то придурок на склоне девяностых-двухтысячных обратил, по сути, хороших и добрых хиппи в дурацкую веру. Они стали адептами церкви «Судного дня». Так они и жили по наши дни… Не знаю, живы ли они сейчас, но знаю, что чужаков там ненавидели и никого не подпускали к Долине. Выращивали всё своё, пасли скот – очень автономно и замкнуто жили, в общем. И, самое хорошее для нас, очень мало людей вообще знает об этой земле среди гор, - от долгого рассказа во рту у женщины образовалась настоящая Сахара, но рассказ стоил того, чтобы его рассказать. - А откуда ты столько знаешь? – Саша, до этого молча внимая моим словам, наконец вспомнила о затёкшей ноге и постаралась её размять. Пока Кэрол рассказывала историю, мулатка была похожа на маленькую девочку, которой рассказывают самую чудесную сказку. Сейчас же девушка собралась и её лицо вновь стало серьёзным и замкнутым. - От моего предка Сэмюеля сохранились дневники. А также от его сына. И от следующего потомка. Вплоть до деда, все мужчины моей семьи вели дневники. А на отце такая традиция оборвалась, - грустно закончила женщина, глядя на ленту дороги, - Но в интернете я нашла информацию о последних годах Долины... Дашь воды? - Ага. С наслаждением утолив жажду, женщина тепло улыбнулась своим воспоминаниям. - Получаемся, что в тебе есть индейская кровь, да? Ведь твоя пра-пра-многопра-бабка была из того племени, - Саша устроилась поудобней и думала, что можно немного подремать, перед тем, как сменить Кэрол за рулём. - Да. Хотя, по мне и не скажешь, - рассмеялась женщина. - Мою индейскую бабушку звали Холодная Роса.