Медвежья Долина

Осень одаривала людей промозглым ветром и ледяными дождями. Колонна автомобилей преодолевала последние сто миль до финиша. Люди не спешили. Они не бежали. Они знали свою цель и теперь спокойно шли к ней. Ещё чаще стала останавливаться группа для вылазок. Для будущего дома, до которого уже было рукой подать, требовалось очень много. Они запасались инструментами, едой, лекарствами, одеждой в больших количествах. Но чаще они искали семена, вилы, лопаты и грабли – люди хотели сеять хлеб. Люди слишком устали от каждодневного выживания и смерти – они хотели давать жизнь. Почему-то разношёрстная команда была уверена, что Медвежья Долина, в которую ведёт их Кэрол, будет им безопасным домом на долгие годы. Им и в голову не могло прийти, что это может быть не так. Они проезжали небольшую ферму, когда первая машина съехала на обочину. Саша выпрыгнула из-за руля и начала тыкать пальцем в сторону небольшой рощи. - Смотрите! Смотрите! – она, казалось, чему-то была безмерно удивлена. - Вы видите? Это козы! Выбежавшие из машин люди вглядывались в пролесок, не в силах поверить в увиденное. Кэрол остановила своего питомца, норовившего начать охоту, негромким «Тшш». Женщина знала, что теперь он будет стоять на месте, что бы ни случилось – так она его воспитала. - Мы не будем их убивать – это факт, - наконец, изрёк самый старший Лайтфезер. - Если мы сможем их поймать, у нас появится свежее молоко. Для Кэрол это будет полезно. - И как вы собираетесь их ловить? Они уже одичали и в руки так просто не дадутся, - Майк с интересом посмотрела на пожилого индейца. - А перевозить их как? У нас уже всё забито, - подал голос молчаливый Патрик. - Хотя, можно найти какой-нибудь фургон на ходу… Женщины же молчали с любопытством разглядывая невозмутимых коз. Как же они смогли уцелеть? Быстро посовещавшись, пока рогатые не успели уйти далеко, мужчины разделились. Салли и Патрик пошли в лес, чтобы обойти животных сзади. Дэвид и Куин достали веревки и начали в ускоренном порядке делать петли для подсечки. - Так, там три козы. По крайней мере, в пределах видимости, - Куин проверил узел на прочность и остался доволен. - Сейчас мой брат с Патриком погонят их на нас. Наше дело закинуть на них лассо и удержать. - Вы сможете это сделать? – Саша изучала преобразившиеся верёвки. - И зачем так много петель? - Конечно сможем! Мы так оленей ловили, когда у нашего знакомого оленевода упала ограда и животные разбежались. Зачем так много? – он непонимающе посмотрел на свёрнутые у ног лассо. - Мы же видим только трёх, на самом деле их может быть больше. Обвесившись верёвками мужчины встали в стойку и приготовились ждать. Из чащи раздался звонкий клич индейца и козы с диким блеянием ломанулись в сторону оставшихся у машин людей. За ними бежали счастливые парни. И было отчего испытывать такие светлые чувства: увидеть такое домашнее и привычное животное, когда вокруг одна чернота; пробежаться по лесу и не увидеть ни одного ходячего; издать победный клич как в детстве, позабыв на миг о том, что можно привлечь внимание гнилых тварей. Коз оказалось только три. Лайтфезеры играючи их поймали и привязали к одному из грузовиков. При ближайшем рассмотрении определилось, что это были две самки и самец. Группе казалось, что встреча с животными и их поимка, это добрый знак. Их лица светились верой в лучшее будущее, в отличный дом, в конец кошмарного бреда, в который превратилась жизнь. Всеобщее блаженство было разрушено самой младшей из них. - А что они будут есть? – спросила Майк, ввергнув всех в раздумья. - Ну чем-то они питались все эти годы, - пожала плечами старшая сестра. - Нужно посмотреть местные фермы. Может быть, ещё не всё сено успело сгнить, - Дэвид разглядывал блеющее приобретение. - А если ничего не найдём, то попробуем кормить их мхом и комбинированным кормом – уж это мы сможем найти. Дэвид и Куин забрали у Кэрол её Додж и отправились искать фургон и еду для животных. - Да… Мы уже обзавелись фермерскими инструментами, кучей вещей для дома, козами… Только домом осталось обзавестись, - задумчиво произнесла Карен. Кэрол подошла к ней и похлопала по плечу. - Обзаведёмся, Карен, не сомневайся. - У меня нет сомнений. Просто я уже устала от дороги. Слишком она длинна – мне это тяжело. Мы с мужем никогда не уезжали из резервации. Только сыновья – и то они всегда были в пределах пятидесяти миль от дома. С начала всего этого безумия мы только и делали, что шли, шли, шли. Всё дальше и дальше. Я просто устала идти и не приходить к чему-то. - Поверь, сейчас у нас есть цель. Мы не бредём бесцельно как делали это раньше. Сейчас мы должны взять себя в руки и преодолеть последние мили. Обещаю, тебе больше не придётся никуда бежать. - Кэрол, ты же не можешь давать такие обещания. Не сейчас. Не в этом мире… Но почему-то я верю в то, что ты говоришь, - Карен, немного помедлив, продолжила. - И, в глубине души, я знаю, что ты исполнишь своё обещание. Пелетье лишь молча кивнула. *** Мы стояли на ветру, ёжась от холода, и растерянно смотрели на гладь тёмной реки, перечеркнувшей все наши планы. До Долины было рукой подать – всего каких-то жалких тридцать миль! Мы отбивались от ходячих. Мы ехали по кривым дорогам, рискуя свернуть себе шею. Мы переезжали опасные горные перевалы. Мы верили в наш дом, стремились к нему. И всё рухнуло! Четыре месяца псу под хвост! Наши машины упёрлись в обломки моста над неторопливой рекой шириной ярдов в двадцать. Мы не знали, как добраться до противоположного берега. Сил повернуть назад и искать что-то ещё уже не оставалось. Все понуро смотрели на воду, не решаясь заговорить. - Эй… Всё не так плохо, - мягко сказал Салли, стараясь нас утешить. - Если мост разрушен и его никто не удосужился сделать, то значит, там нет других людей… - И нас не будет, - горько усмехнулась Саша. - Знаете, мы могли бы организовать переправу, - Куин задумчиво разглядывал устоявшие опоры моста. - Я… Я хочу предложить вам построить свой мост. - И как ты предлагаешь это сделать? – заинтересованно спросила Саша. - Ну… Это будет долгий процесс, но оно того стоит, - наконец, Куин оторвался от созерцания свай. - Нам понадобятся брёвна и верёвки. Смотрите, я обвяжусь верёвкой и подплыву к первой опоре моста. Когда я буду уже на ней, вы привяжете бревно к концу верёвки, и я подтяну его к себе – это будет первой балкой… - Но сейчас не лето! Вода ледяная! Это опасно! – Саша нервно взглянула на остальных членов группы, но они молчали, задумавшись о предложении. - Саша права, - произнёс глава семьи Лайтфезер, - но я так понимаю, что другого выхода нет. - Отец, я правда могу это сделать. И это стоит сделать. Мы все устали и не хотим поворачивать назад. Так что позволь мне решить эту ситуацию. - Ну что ж… Давайте разобьём тут лагерь и начнём пилить деревья на брёвна, - Дэвид потрепал старшего сына по плечу и улыбнулся. - Я знаю, что ты справишься, сын. Мы разбили лагерь прямо на дороге. Так как все, даже девочки с Карен, осваивали профессию дровосеков, я вспомнила о буднях домохозяйки. Как когда-то давным-давно в группе Рика, я снова готовила еду, штопала вещи, стирала… Правда уже не так рьяно как тогда. Я уже успела позабыть, каково это, сидеть в лагере и ждать всех на завтраки и обеды. Пока я была с Сашей мы готовили по очереди, а о штопке даже не заморачивались – проще было найти другую одежду, чем донашивать рассыпающиеся обноски. Когда мы встретились с четой Лайтфезер, Карен взяла все домашние хлопоты на себя. Теперь же я снова стала слабым звеном, не способным на тяжёлую работу, и была вынуждена вспомнить женскую науку. С каждым днём становилось холоднее, мы жгли костры и спали в машинах. Благо с приобретением фургона для перевозки коз у нас хватало места, чтобы вполне вальяжно располагаться на отдых и сон. Но для обогрева машин тратилось слишком много бензина. Да, топлива в запасе было много, но я всё равно иногда переживала, что оно может закончиться. Постройка моста началась на третьи сутки, когда в нашем распоряжении накопилось достаточное количество грубо обтёсанных брёвен. Куин осторожно заходил в холодную воду. А я в это время снова подивилась на его вселенскую невозмутимость: вода, казалось, ледянее фреона, но парень даже бровью не повёл! Привыкнув к воде, он нырнул и начал грести к первой опоре. Когда он вскарабкался на неё и подал сигнал, Саша с Салли спустили обвязанный конец бревна на воду. Старший из братьев подтянул его к себе и укрепил на свае. Затем он ловко перешёл по бревну прямо в объятия своей матери, которая дежурила около строителей с пуховым одеялом на перевес. Не дав старшему сыну опомниться, она укутала его и засунула в машину с работающей на всю катушку печкой. Почти сутки она не выпускала его оттуда, боясь, что он может подхватить воспаление лёгких. Тем временем, остальные споро строили переправу. По бревну, которое положил Куин, Салли перешёл на опору и закрепил второе. Затем третье, четвёртое, пятое… С каждым днём мост приобретал свой первозданный вид. Куину пришлось ещё дважды окунуться в холодную реку, чтобы проторить путь до второй опоры и до противоположного берега. К радости Карен, её сын оказался закалённым малым, который после водных процедур отделался лишь насморком. На исходе второй недели мост был отстроен. На вид он был крепок и основателен. Мы с опаской смотрели, как Патрик решился проверить его на прочность, перегнав самый тяжелогружённый автомобиль. Мост выдержал и мы вздохнули свободно. Не мешкая, мы быстро свернули лагерь и поехали дальше. Я понимала, что всё. Всё! Это конец пути. Конец странствию. Меня переполняло чувство покоя и тихой радости. Вот только в глубине души меня грыз червячок: а как же моя бывшая семья? Как они там? Не пала ли Александрия? Может, им снова нужна помощь? Как бы ни было, сейчас я не могу им ничем помочь. Я сейчас не в том положении. Может быть, в будущем, я решусь съездить к ним… Но это будет не сейчас и не завтра, а когда-нибудь позже. Немного погодя, наша колонна проехала арку с названием поселения. Ещё чуть-чуть – и мы будем на месте.