Предчувствие любви

      Месяц, в течение которого Эмма испытывала чувство потери, поселившееся в ней с «бегством» Реджины и муки совести по отношению к собственному мужу. Она пыталась наладить все скорее по привычке, выработанной годами, нежели по желанию. Однако через пару недель поняла, что не может втиснуться в рамки, которые сдерживали ее большую часть жизни. Эмма хочет расстаться, пока не зная, как сказать об этом мужу и родителям. И повод не заставляет себя долго ждать, когда на пороге квартиры появляется незнакомая женщина в положении. Эмма заранее понимает, о чем пойдет разговор и приглашает незнакомку войти и присесть. В первый момент это сбивает с толку, разве так себя ведут обманутые жены? Но Эмма не чувствует себя обманутой…хотя бы потому, что сама любит другого человека, будучи все еще в браке. Только на фоне физической измены предательство выглядит сильнее, чем с ее стороны, но и этого чувства женщина в себе не находит…  — У нас с ним будет ребенок, — женщина на пару лет моложе Эммы, а еще беззаветно влюблена в ее мужа. Она прикладывает ладони к округлившемуся животу, и с нежностью говорит о том, что новая жизнь внутри нее — это мальчик. — Надеюсь, ты станешь той женой, которую он заслуживает, — на прощание произносит Эмма и закрывает за гостьей дверь. У Мартина будет наследник, а у нее нет ничего, что связывало бы ее с собственным мужем, кроме десяти лет брака за плечами. Она пытается найти в себе обиду, ревность, хоть какие-то чувства, но в самой глубине души обнаруживает только безразличную покорность судьбе. Словно всегда знала, что все к этому идет. Пару дней женщина обдумывает разговор, пока однажды утром все ее мысли за последние несколько месяцев не облекаются в одно простое решение: — Я хочу развестись, — буднично произносит женщина за завтраком. — Ты хорошо подумала? — натолкнувшись на недоуменный взгляд мужа, Эмма утвердительно кивает. — И это все, что ты можешь мне сказать? — Прежде ты ни разу не заводила разговор о разводе. — Да, у меня было достаточно времени подумать. — Могу я узнать причину? — Ты скоро станешь отцом, а ребенок должен расти в окружении родителей. Я хочу, чтобы ваш ребенок развивался в полноценной семье. — Значит, тебе все известно, — констатирует Мартин. — Да, поэтому не придется придумывать глупую отговорку о том, что мы «не сошлись характерами», — Эмма улыбается, окончательно утвердившись в собственном взвешенном решении. — И как давно ты в курсе? — Несколько дней, но этого достаточно, чтобы я знала, что мать твоего ребенка на пятом месяце. И в той квартире, что ты купил для нее, женщине тяжело в одиночестве. Она нуждается в помощи. Она молода и ей требуется поддержка, которую ты пытаешься разделить между нами двумя, обделяя ее, и вашего еще не родившегося ребенка. — Ты так просто об этом говоришь и все отпускаешь? — Мартин пытается найти в себе сожаление и чувство вины, которое усердно глодало его в последние месяцы. Они с Эммой привыкли не скрывать друг от друга ничего важного, но в этом конкретном случае мужчине просто не хватило духу признаться. Но не находит ничего, кроме неуместного чувства благодарности и желания к новой жизни. — Я никогда не устраивала семейных сцен, и ни к чему начинать напоследок. Надеюсь, ты будешь счастлив рядом с ней. Я искренне желаю вам этого, потому что эта женщина смогла дать тебе то, чего не смогла я — ребенка, которому ты посвятишь свою жизнь, — мужчина не искал оправданий своей измены и ни в коем случае не считал ошибкой своего будущего ребенка. Новость о том, что он будет отцом, стала приятной неожиданностью, когда Мартин в полной мере осознал появившийся у него смысл жизни. — А как же ты? — Я справлюсь. Передо мной целая жизнь, — Эмма ощущает прилив свободы, впервые делая собственный осознанный выбор. Они расходятся мирно, как и положено двум уравновешенным людям, и эта мысль греет обоих. — Ты просила адрес Реджины, он записан и лежит на твоем столе. — Спасибо. — Хочешь встретиться с ней там, в Париже? — Можно и так сказать. Она мне задолжала одно объяснение, которое я намерена получить. — Если тебе что-нибудь понадобится — обращайся в любое время. Я сделаю все, чтобы помочь тебе. — Спасибо, Мартин. — И еще, береги себя! Куда бы ты ни отправилась, будь счастлива. — Я обещаю.

***

      Реджину встречает тишина квартиры и улыбчивая женщина, которая провожала ее при отъезде. — С возвращением, блудный гений! — И я рада тебя видеть, рыжая, — смеется Реджина, сжимая подругу в объятиях. — Я ужасно скучала! А мальчишки, как узнали, что ты возвращаешься, надумали устроить сюрприз. Правда тебе придется подождать до вечера, — загадочно закончила женщина. — Отлично, я люблю сюрпризы. Жду не дождусь, когда смогу потрепать кудрявую шевелюру нашего мальчика. — Он так вытянулся в твое отсутствие, что того и гляди перерастет мать с отцом. — Пусть, мужчина должен быть крепким! — Девиз мужской половины моей семьи. Кажется, спортом они занимаются куда чаще, чем бывают дома, — усмехнулась женщина. — Ничего, они еще успеют тебе надоесть. — Тебе нужно отдохнуть, путь не близкий, а вечером жди гостей. О еде и напитках я позабочусь сама. — Спасибо, хоть я и устала, но вечер жду с нетерпением. Реджина приняла душ и разобрала свои вещи, аккуратно укладывая одежду по полочкам. Все на свои места. Потом позвонила Мартину, извинившись, что не смогла попрощаться, справилась о самочувствии Эммы и нажала отбой. В ежедневнике обнаружился вчетверо свернутый листочек с рисунком мальчика, с которым они сидели на соседних креслах самолета на пути в Нью-Йорк. *самое дорогое, что есть у человека* Если бы только малыш знал, что окажется прав. Словно маленькое сердце почувствовало, что в родном городе Реджина, наконец, обретет себя. В другом человеке найдет и дом, и семью, и любовь. Женщина прижала к груди рисунок, вспоминая маленького Генри, и улыбнулась своим мыслям. Бережно устроив его в зале на самом видном месте, Реджина принялась раскладывать подарки и не заметила, как пролетело время до вечера.       Шумные друзья, что наперебой просили рассказать о поездке. Шебутной крестник, что не желал выпускать Реджину из своих объятий, тонкими руками обвив ее за шею. И Алиса, которая спешила на помощь, чтобы отвлечь сына. Реджина смеялась вместе со всеми, понимая, что действительно скучала по всему. Знакомые лица, веселый смех и искренние улыбки, что не раз спасали женщину от желания запереться дома и погрязнуть в одиночестве. — Это твой вечер. — Да, спасибо, вы все постарались на славу. Я на самом деле безумно благодарна и рада видеть всех вас у себя. — Ты развлекаешься наравне с другими, но я вижу, что тебя что-то тревожит? — Тебе показалось, — беспечно пожала плечами Реджина, непроизвольно постукивая пальцами и не замечая этих действий. — Возможно, убедить в этом себя тебе удастся, а вот я этому точно не поверю. В тот день, когда ты позвонила, ты хотела сказать совсем не о том, что соскучилась по дому, — Реджина обернулась, собираясь возразить, но была настойчиво прервана. — Не перебивай, выслушай! Ты хотела поговорить, но тебя что-то остановило. Это не время, расстояние или какие-то другие причины. Внутри тебя самой существует преграда, что всякий раз мешает открыть свою душу и поговорить начистоту, но не мне тебя за это судить. — А если это всего лишь твои догадки? — Могли бы быть, но ты нервничаешь и сейчас. Посмотри на свою руку и убеди меня в том, что я ошибаюсь, — и только теперь Реджина обратила внимание на то, что пальцы нетерпеливо пробегают по поверхности стола, выдавая волнение. — Сдаюсь, — усмехнулась женщина, примирительно поднимая руки ладонями вверх. — Что произошло в Нью-Йорке? — Я не готова сейчас говорить об этом. — Просто знай, что ты не одна и рядом всегда есть тот, кто тебя выслушает. — Ты всегда умеешь появляться в нужное время и находить правильные слова. — Потому что я твой друг, — вместо ответа Реджина крепко обняла женщину, укладывая голову на ее плечо. Она почувствовала себя невероятно спокойно, и хотелось продлить это ощущение, как можно дольше, пока Алиса не нарушила тишину. — Ты вернулась счастливой, но потерянной девочкой, словно что-то забыла… — Твоя девочка оставила там свое сердце.

***

      Насколько сильна глубина человеческих чувств? И что вообще значит чувство, для которого нет слов? Вместо этого…однажды утром по ошибке готовишь не одну, а две кружки кофе. Глядя на вторую, с остывшим напитком, думаешь о той, кому она предназначена. И отчаянно хочешь увидеть эту женщину за столом напротив себя. Когда на улице против воли оборачиваешься на звук ее имени, которым зовут кого-то другого. И эта другая улыбается, а ты вспоминаешь ее улыбку. Возникает желание посмотреть в ее глаза и начистоту признаться в своих чувствах. Когда желаешь услышать ее голос, который сможет прогнать комок грусти, растущий внутри. Грусть, от которой хочется избавиться или сбежать. Да только какой смысл бежать, если повсюду ты все равно тащишь за собой себя? С головой посвящать себя работе. Потому что наравне с тоскливой грустью это чувство дает новые идеи для творчества. И эти идеи наполнены жизнью, глубиной той любви, которую не можешь отдать любимому человеку.       В начале мая Мартин позвонил первым, и Реджина узнала, что они с Эммой расстались. Это не стало неожиданной новостью, особенно после заявления о ребенке, но и облегчения женщина не почувствовала, до сих пор ощущая долю своей вины во всем произошедшем. — Двоякая ситуация, с одной стороны безрадостный повод, но с другой я должна тебя поздравить, будущий папаша, — рассмеялась Реджина. — Эмма была инициатором развода. Мы расстались мирно, по обоюдному согласию. — Значит вы одни из тех редких пар, кто после расставания способен сохранить теплые отношения. — Она отправилась путешествовать. Иногда звонит, чтобы рассказать о себе. — Пол ребенка уже известен? — Реджина сменила тему, пытаясь обойти стороной Эмму. — У меня будет сын, — гордо заявил мужчина и после нескольких минут поздравлений опять вернулся к теперь уже бывшей жене. — Хотел сказать, что она взяла твой адрес, так что, жди гостей. — Когда? — женщина замерла. — Не знаю, своим путешествиям Эмма собиралась посвятить несколько месяцев. У нее грандиозные планы. Думаю, она предупредит, когда окажется в Париже, — Реджина покачала головой, будучи уверена в обратном. Зная Эмму, она не сомневалась, что женщина не станет утруждать себя предупреждением и нагрянет неожиданно. — Путешествие пойдет для нее на пользу.       Возьми мое сердце с собой, куда бы ты не отправилась. Положи его в левый кармашек, поближе к своему… Я буду засыпать и просыпаться вместе с тобой, даже когда меня нет рядом. Видеть, как ты готовишь кофе, читаешь утреннюю газету или спешишь по своим делам. На твоем полусонном лице блуждает едва уловимая нежная улыбка. Кончиками большого и указательного пальцев гладишь мочку уха, чуть оттягивая ее вниз, и этот жест призван тебя успокоить. Я смогу видеть, как ты улыбаешься малышам и случайным прохожим на маленьких улочках. Промокаешь под небом нового города или щуришь очаровательные глаза на слишком яркое солнце, в спешке позабыв солнечные очки. Как в своих путешествиях ты мечтаешь или уставшая, возвратившись вечером и едва коснувшись подушки, засыпаешь. Твое сердце то увеличивает биение, то уменьшает…бок о бок с моим сердцем. Возьми мое сердце с собой. Я скучаю…