A Circus To Call Our Own

      Риз с тарелкой в руках отступил к дивану, его щёки всё ещё были покрыты румянцем, а в животе по-прежнему порхали бабочки. Он был уверен, что Джек теперь никогда не оставит его в покое. Ни за что в жизни. И до скончания веков он будет припоминать ему это. Джек, ставя тарелку, явно всё ещё вспоминал тот момент и, бормоча и посмеиваясь, покачивал головой в сторону парня.       — Дже-е-ек, пожалуйста! Прекрати! Ты сам сказал мне быть более уверенным, и это первое, что мне пришло в голову! Я понятия не имею, чего ты от меня хочешь! — проныл Риз с дивана, сердито закидывая в рот кусочек курицы.       Джек фыркнул, положив на свою тарелку такую порцию лапши, которой можно было бы накормить небольшую армию, и подхватил со стойки свой напиток, после чего обошёл диван с той стороны, где сидел Риз, и плюхнулся рядом с ним.       — Риззи-и-и-и, да ладно тебе, забавно ведь! Но серьёзно, почему, почему, чёрт побери, ты это сказал? В смысле, лично я считаю это охрененно прелестным. Но это всё же немного... совсем чуть-чуть, прямо вот на столечко... странно. Типа правда странно. Мило. Но странно, — пробормотал Джек, зачерпывая палочками лапшу и набивая ей полный рот.       Риз же предпочёл вилку, будучи явно не настолько умелым в накручивании лапши на палочки.       Он громко застонал, полностью погружаясь в процесс поглощения пищи.       Джек жадно съел свою порцию, и Ризу сильно хотелось спросить — распробовал ли он её вообще? На их первом свидании в дорогом ресторане Джек показал все свои манеры и изысканный вкус, но сейчас он был определённо другим. Если бы Риз не был так на него рассержен, он бы остановил своё внимание на том, насколько восхитительным был этот новый, расслабленный, «поедающий китайскую еду в своих боксерах» Джек.       — Оно... оно просто вырвалось, тьфу ты, можем мы просто забыть об этом? — раздражённо проворчал Риз над своей тарелкой.       Джек отставил свою на столик рядом и прильнул к юноше, драматично надувшись.       — О-о-о-о, Риззи, цветочек мой, не бери в голову! Нет, правда, мысль о том, как ты портишь плакаты, передёргивая, ну... на меня! — очень возбуждает. Честно говоря, кексик, я даже не могу тебя обвинить. Я чертовски сексуален на этих штуках. — Он на мгновение остановился, возясь с рубашкой Риза и будучи явно недовольным тем, что на парне, по его мнению, оставалось всё ещё слишком много одежды.       Тот бросил на Джека недовольный взгляд и отставил пустую тарелку на пол.       Мужчина подвинулся чуть ближе и игриво ткнул Риза пальцем.       — Эй, э-э-э-эй. О, да ладно тебе, тыковка, я же просто дразнюсь, — проворковал он, на что парень издал недовольное «пф-ф-ф».       — Ке-е-ексиче-е-е-ек, — протянул Джек, наваливаясь на Риза и вжимая его в диван.       Парень раздражённо толкнул его плечом, насмешливо улыбаясь в его сторону.       — Ладно, ладно, прости, что дразнил и смеялся над тобой, — надулся Джек, выдавая свою лучшую версию «щенячьего» взгляда.       Риз лишь сердито на него уставился. Он фыркнул, всё ещё держа руки скрещенными на груди, и посмотрел на пол, а затем обратно на Джека, который продолжал сохранять на лице надутую гримаску. Риз вздохнул и чуть опустил плечи.       — Я, пожалуй, прощу тебя, если ты принесёшь мне немного шоколада, — пробормотал Риз, мягко смотря на Джека.       Тот в ответ криво усмехнулся и осторожно соскользнул с диванных подушек, касаясь голыми ступнями твёрдого паркета и идя затем на кухню.       — И, кстати говоря, я думал, что это пижамная вечеринка. Тогда какого чёрта на тебе всё ещё так много одежды? — отозвался Джек из-за кухонной стойки.       Он пошуршал бумажным пакетом и взял несколько видов шоколада, прежде чем вернуться в зал и плюхнуться обратно на диван рядом с Ризом.       Юноша приподнялся на диване и фыркнул в сторону Джека, дерзко касаясь пальцами своих бёдер.       — Уж не знаю, сэр, как вы отреагируете на наряд, который я приготовил для этой вечеринки. Впрочем, не думаю, что вы вообще его заслужили, так как лишь миновав дверь, вы только и делали, что смеялись надо мной, — съязвил он, замолкая, и Джек глупо на него уставился.       — Оу, да ладно тебе, Риз, я же извинился! — хныкнул Джек, подаваясь вперёд и с любопытством смотря на парня.       Тот повернулся и пожал плечами, отошёл от дивана на несколько шагов и подцепил пальцами шлёвки, приспуская затем джинсы так, чтобы из-под них едва-едва выглянуло розовое бельё. Даже отвернувшись Риз мог слышать, как подавился Джек. Он коварно усмехнулся.       — Ох, как жаль, ведь оно розовое. Как вы и просили, — вздохнул парень и поддёрнул джинсы, на что получил разочарованный вой позади себя.       — Боже мой, Риз, ты же просто вредничаешь... ох, чёрт, кексик, прости меня, пожалуйста! — проныл Джек, и юноша услышал шарканье ног позади себя — тот вскочил с дивана и теперь крался к нему подобно раненому зверю.       Риз закатил глаза, шумно выдохнул и повернулся лицом к Джеку.       — Не-а, сказанного не вернуть. Раз ты так обращался со мной, значит я проведу всю ночь в простых боксерах, — твёрдо сказал он, складывая руки на груди.       Джек издал огорчённый звук и попытался подобраться ближе к Ризу, словно бы ища прощения через ласку. Парень ткнул его пальцем в грудь и драматично отвернулся.       — Малыш, если ты мне покажешь, что у тебя под этими джинсами, я... я... я завтра приготовлю завтрак! Ну, яичницу, бекон, блины, всё что пожелаешь! И подам это в постель. Как тебе? — жалобно взмолил Джек.       Риз приподнял бровь и притворился — на минуту дольше, чем то понравилось бы мужчине, — что обдумывает его предложение.       — Ну, мне нравятся блины, — наконец признал он.       — А мне конечно же нравится розовый. Ну, что скажешь, малыш? Сделка «блины в обмен на розовое» в силе? — поторговался Джек, подцепляя пальцем переднюю часть брюк Риза и подлезая им затем между ремнём и нижним бельём парня.       — Идёт, — жеманно согласился тот.       Джек, тихо посмеиваясь, прильнул к парню, чтобы затем зацеловать его линию челюсти.       — И ты сказал, что не знаешь, как быть уверенным в себе... тогда что это сейчас было? — беззлобно поддразнил он.       Риз хихикнул.       — Наверное, проще, когда я из-за тебя раздражён. Нетрудно стать до нелепости нервным, когда ты ведёшь себя, как большой ребёнок, — пожал он плечами, расстёгивая рубашку и отбрасывая её в сторону, переходя затем к джинсам. Джек немного подвинулся, чтобы парню было удобнее снимать одежду.       — Я? Ребёнок? Да ни за что. Понятия даже не имею, о чём ты говоришь, — усмехнулся Джек.       Риз чрезмерно демонстративно закатил глаза.       — Ну конечно, — съязвил он.       Одним движением Риз снял свои джинсы и вышагнул из них настолько грациозно, насколько это было возможно. И когда брюки парня оказались на полу, Джек был уверен, что его собственная челюсть последовала туда же. Положив руки на стройные бёдра, Риз кокетливо качнул ими, показывая всю свою уверенность. Что сейчас, когда он уже практически приручил Джека, было не таким уж и сложным. Риз был наряжен в обильно украшенные розовые тугие трусики и обхватывающие его длинные ноги чулки. Завершали же образ подвязки с рюшами. Верх обтягивающего ягодицы тонкого белья был украшен кружевом, а прямо посередине располагался розовый бантик. Риз наклонился, чтобы слегка поправить кружево, а затем игриво оттянул и щёлкнул тонкой резинкой по выступающей подвздошной косточке, после обращая взор прищуренных глаз в сторону абсолютно обескураженного Джека.       — Перебор? — спросил он, изящно отводя ногу в сторону и смотря на мужчину из-под тёмных ресниц.       Джек, сохраняя на лице всё то же ошарашенное выражение, мягко коснулся пальцами бедра Риза.       — Джек? — подал голос тот, когда его первый вопрос остался без ответа.       Мужчина резко помотал головой и схватил Риза за запястье, порывисто подтягивая парня к себе.       — К сожалению, у меня, хм... возникли проблемы с обработкой информации об увиденном, потому что вся кровь из мозга прилила к члену. Твою-то мать, Риз, ты пытаешься меня до инфаркта довести? — Джек притворно несчастно хлопнул себя рукой по груди.       Риз захихикал и провёл двумя пальцами вниз по груди мужчины.       — Упс, — жарко выдохнул он ему в ухо.       И тогда юноша напористо шагнул вперёд, обескураживающе вторгаясь в личное пространство Джека. Тот же с любопытством в разноцветных глазах вгляделся в чуть более высокого молодого человека. Риз вытянул руки вперёд, толкая ими Джека в грудь достаточно сильно для того, чтобы мужчина, плюхнувшись, вновь уселся на диван.       И Джек только и мог смотреть в полном восхищении на то, как Риз, тонко улыбаясь самым уголком губ, окинул его взглядом. Парень сделал глубокий вдох, буквально сходя с ума внутри себя от осознания того, что он затеял, и от того, что сейчас происходило с ним. Он провёл весь день в ужасно колющемся белье не для того, чтобы отступить в последнюю секунду... хотя до самого вечера миллион раз подумывал об этом. И, проходя в дверь, он всерьёз хотел переодеться в нормальные боксеры. Как он вообще собирался сексуально снять их? Риз в принципе не умел быть сексуальным. Даже с выбором белья ему помогла Иветт. Даже это он не смог сделать самостоятельно. Но у Иветт был несомненно зоркий глаз и хороший вкус. Судя по выражению лица Джека, она сделала определённо правильный выбор.       Риз склонил голову набок и сделал в сторону раздвинувшего колени Джека несколько медленных, тягучих шагов, буквально плывя по полу на цыпочках. И он внутренне молился за то, чтобы не споткнуться в процессе. Он продефилировал до Джека ровно так, как учила его Иветт, и, остановившись возле ног мужчины настолько изящно, насколько это вообще было возможно для такого неуклюжего парня, как он, игриво и открыто улыбнулся. Кружевной материал попал в ложбинку между ягодиц, и это несомненно мешало миссии «попытайся быть сексуальным и уверенным в себе». Он должен сделать всё, что было в его силах, чтобы удержаться и не поправить врезавшееся бельё совершенно несексуальным образом.       Риз повернулся и медленно приподнял затянутую в чулок ногу, лишь слегка касаясь ей внутренней стороны бедра Джека. От соприкосновения мягкого материала и обнажённой кожи мужчина хрипло застонал.       — Тебе... н-нравится то, что ты видишь, большой мальчик? — выдохнул Риз, немного заикнувшись в самом начале, но произнеся остальное достаточно уверенно.       В целом он был даже доволен сказанной фразой.       Джек широко улыбнулся подобно ребёнку, который в Рождественское утро получил свой самый желанный подарок. Большой ладонью он, едва касаясь, провёл по икре Риза, дотрагиваясь мягко, нежно, легко пробегаясь пальцами по прозрачной ткани.       — Ты знаешь, что да, малыш, — рыкнул Джек, и голос его был густым, словно дёготь, и сладким, словно мёд.       Риз тяжело сглотнул, его щёки заалели, и даже голоса он подать не смог — настолько горячими были услышанные слова. Какие вещи мог сотворить с ним один только голос. Он мог восхвалить его, а мог разнести в пух и прах за считанные секунды. Риз чуть приоткрыл рот и слегка вздрогнул, почувствовав, как по всем нервам словно пробегаются тёплые мурашки.       — Ох, малыш... ты выглядишь чертовски хорошо в розовом... как я и думал. Может, повернёшься и наклонишься вперёд, милашка, чтобы я увидел... всего тебя, — рыкнул Джек, делая пальцем медленное круговое движение в сторону Риза.       Тот мягко улыбнулся и неторопливо развернулся на пятках. Смотреть на стену комнаты было немного лучше, чем стоять лицом к лицу с Джеком; Риз почувствовал, как снова начинает нервничать. Парень медленно наклонился, проводя руками по всей длине ног и медленно при этом покачивая задницей из стороны в сторону. Джек откинулся на спинку дивана сильнее, испуская низкий гортанный стон.       — Ох, прямо то что нужно, мальчик мой... — простонал Джек, любовно лаская взглядом открывшийся перед ним вид.       Тонкий материал розового кружева обхватывал упругие ягодицы Риза, плотно обтягивал яички, а ленты колебались при каждом движении парня. Риз оглянулся через плечо и бросил на Джека небрежный взгляд, затем выпрямляясь и пересекая комнату под пристальным вниманием мужчины, что сейчас откровенно пялился на его задницу. Парень включил небольшое радио на кухонной стойке, и маленькая чёрная коробочка мгновенно начала воспроизводить что-то оживлённо-чувственное. Джеку была знакома эта песня, но его затуманенный разум был слишком заторможен, чтобы вспомнить её название.       Риз собрался с силами и, сделав глубокий вдох, чуть повёл плечом.       Он справится. Определённо справится. «Просто думай сексуально», — сказал Риз сам себе, пытаясь сделать уверенное выражение лица. Парень развернулся, одаривая Джека своим самым сногсшибательным сексуальным взглядом, на который только был способен, и, положив руки на бёдра, красуясь прошёлся по комнате, изящно вытягивая носки. Он остановился напротив Джека, разворачиваясь, и затем медленно опустился на его колени, сначала подаваясь вниз, а затем вновь поднимаясь, избегая прикосновения. Риз качнул бёдрами в такт музыке и провёл пальцами по волосам, небрежно взъерошивая их, повторяя тем самым движения, которым так настойчиво учила его Иветт. Боже, сейчас он был благодарен ей как никогда.       Риз опустил бёдра ещё несколько раз, в последний из которых едва-едва коснулся ягодицами колен Джека, чем вызвал у того громкий, бесстыдный стон.       — Малыш, ты никогда не говорил мне, что умеешь подобное*, — рвано выдохнул Джек.       — А ты никогда и не спрашивал, большой мальчик, — скромно отозвался Риз, поворачиваясь и наклоняясь над Джеком, располагая ладони по сторонам от его бёдер и продолжая двигаться под музыку.       Сверкающие глаза Джека словно бы танцевали вместе с юношей, скользя по его телу точно так же, как скользят корабли по водной глади моря. Подобное ласковое обращение к мужчине странным и незнакомым ощущением осталось на языке Риза, но, как и задумывалось, определённо раздразнило того. Джек потянулся пальцами, чтобы прикоснуться к челюсти парня, но тот игриво шлёпнул его по руке.       — Не прикасаться к танцору, пока он работает, — поддразнил он, медленно грозя пальцем перед лицом Джека.       Тот негромко усмехнулся и чуть покачал головой.       — Тыковка, я чувствую себя обязанным засунуть в эти прелестные трусики несколько купюр, — жарко прошипел мужчина, смотря на то, как Риз запустил два пальца в его волосы, ведя затем вниз по линии челюсти.       — Не стоит, мистер Президент, я бесплатно всецело ваш на всю ночь, — усмехнулся Риз, разводя ноги и медленно выписывая бёдрами восьмёрки над весьма очевидной эрекцией Джека.       Он почувствовал, как эта твёрдость скользит по его бледным ягодицам, а после услышал низкий, нуждающийся стон, что издал мужчина. Джек сжал пальцы в кулак — настолько острым было желание прикоснуться к этому хитрому русому лису, что так близко льнул к нему. Риз наклонил голову, и его губы оказались буквально в сантиметре от губ Джека.       — Это из-за меня вы такой твёрдый, мистер Президент? — мурлыкнул он, отстраняясь и невинно касаясь пальцем своих губ.       Веки мужчины дрогнули от таких слов, а сам он неосознанно толкнулся бёдрами вверх.       — Ох, детка, ты же в курсе, что ты сводишь меня с ума? — прошипел Джек сквозь стиснутые зубы.       Риз мягко накрутил на палец прядь волос мужчины и улыбнулся.       — Таков мой замысел, — пробормотал Риз, медленно приподнимаясь на коленях Джека, и повернулся, затем наклоняясь вперёд и вновь притираясь ягодицами к его члену.       Парень умело покачивал и потирался бёдрами, выгибался и опускался на колени мужчины; он двигался в живом ритме музыки, что доносилась из динамиков. Он танцевал так грациозно, так плавно, так, словно никто больше не смотрел. Риз был уверен, что никогда бы в жизни не назвал себя «грациозным» в любом значении слова, но в этот самый момент оно подходило ему как нельзя лучше. Он чувствовал себя всемогущим — и это было великолепно. Прикоснуться к груди Джека, обхватить его ногой и медленно опуститься на пол, поднимая пятки и вжимаясь ими в эрекцию мужчины. Не прекращая игриво улыбаться, затянутыми в чулки пальцами ног Риз шаловливо обхватил твёрдый член Джека.       Юноша вновь вернулся на колени мужчины, пробегаясь пальцами по его груди и останавливая на нём затуманенный взор.       — Наслаждаетесь, мистер Красавчик Джек? — жеманно спросил Риз, после того, как музыка подошла к концу, плавно садясь на бёдра Джека.       Тот низко застонал и прежде, чем Риз смог сдвинуться хоть на миллиметр, притянул его к себе и сгрёб в охапку. Риз обхватил длинными ногами бёдра Джека, а тот вжал юношу в ближайшую стену, да так, что картины, висящие на ней, тряхнуло, а после они и вовсе упали, грохоча рамками об пол. Ризу стоило бы побеспокоиться о них, мало ли, разбились или треснули, но ему было совершенно всё равно. Всё, о чём парень сейчас мог думать — как лихорадочно Джек вжимался в него, как оглаживал каждый дюйм его тела. Мягким и тёплым, просто восхитительным оказалось прикосновение губ мужчины к его собственным. Риз запустил тонкие пальцы в волосы Джека, что склонил шею в поцелуе, сильнее вжимая парня лопатками в стену. Спину немного давило, но Ризу было не до того, он был слишком занят, выгибаясь навстречу груди Джека и, подаваясь бёдрами, страстно целуя его.       — Ох чёрт, кексик, ты, я, кровать, сейчас же, — рыкнул Джек в губы Риза, взглядом из-под полуприкрытых век рассматривая его раскрасневшееся лицо.       Он оттащил парня от стены и понёс в спальню, умело поддерживая большими ладонями под бёдра.       Риз охнул, когда Джек швырнул его на матрас, буквально выбивая тем самым весь воздух из его лёгких. Мужчина не тратил ни секунды, нависая над лениво распростёршимся на одеялах парнем, широкими ладонями он скользнул по мягким простыням, чтобы затем, снова коснувшись губ Риза своими, сжать его волосы. Поцелуй был тягучим, влажным, с языком и зубами, и он был самым крышесносным из всего того, что Риз когда-либо испытывал. Он замычал на грубые ласки Джека, вскидывая бёдра над матрасом и льня ими к паху мужчины. Он почувствовал твёрдость, что плотно вжималась ему в бедро, едва сдерживаемая его серыми боксерами. Риз сжал зубами нижнюю губу мужчины, и тот мурлыкнул в ответ на укус.       Парень приподнял подбородок, дотягиваясь до Джека, чтобы вновь поцеловать его жаждуще, лихорадочно. Всё это неожиданно было невероятно горячим, чертовски горячим. Риз слышал, как гудит на максимальной скорости потолочный вентилятор, но даже его было явно недостаточно, чтобы остудить жар, возникший в комнате. По ощущениям — словно в пустыне без одежды в самый жаркий её день. Только горячее. Риз переместил ладони на грудь Джека, впиваясь ногтями в накачанные мышцы; и он по-прежнему обхватывал мужчину ногами, скрестив лодыжки за его бёдрами и прижимая его тем самым плотнее к себе. Джек напористо, жадно, требовательно скользнул своим языком по языку парня. А тот издал невнятный звук в поцелуй и, напоследок потянув истерзанную нижнюю губу Джека, отстранился, чтобы вдохнуть. Его вздохи были судорожными и рваными, словно бы лёгкие никак не могли насытиться тем достаточным количеством воздуха, что требовалось для перевозбуждённого тела.       Джек лихорадочно зацеловывал шею Риза, вперемешку с быстрыми поцелуями покрывая её тёмными отметинами засосов; его губы были мягкими — на контрасте с безжалостными зубами. Риз выгибался и стонал от каждого сильного укуса, он вцепился пальцами в плечи Джека — тот же зашипел от прикосновения холодного металла к разгорячённой коже.       — Я... я сейчас вернусь, малыш, — шикнул он, поднимаясь с матраса и идя на кухню, где после начал рыться в пакетах из магазина в поисках нужных предметов.       Джек вернулся, проскользнув в открытую дверь комнаты Риза и захлопывая её затем за собой. Он вскрыл небольшую коробочку с презервативами, подцепляя из неё один фольговый пакетик. Риз удивлённо приподнялся на локтях при виде того, как Джек спустил свои боксеры и торопливо вышагнул из них, чтобы затем вновь присоединиться к нему на кровати.       Мужчина вновь навис над Ризом, касаясь его губ своими одновременно жёстко и жаждуще.       — Ох чёрт, малыш, ты просто самый миленький из всего того, что я когда-либо видел, — выдохнул он, сквозь невнятные слова покрывая челюсть Риза тёплыми поцелуями.       — А-а т-ты так горяч, о боже мой, ты просто охрененно горяч, Джек... — почти не дыша прозаикался Риз, ритмично подаваясь бёдрами навстречу Джеку; прелестное розовое бельё совершенно не скрывало его пульсирующую эрекцию.       Мужчина усмехнулся в его кожу, проводя пальцами вниз по вздымающейся груди и повторяя их путь губами. Риз закрыл глаза и растворился в ощущениях тёплых губ Джека на своей шее, что спускались всё ниже — от ключицы к груди, — после коснувшись трепещущего живота. Мужчина приник к пупку Риза, чтобы поцеловать его и чуть втянуть кожу, тем самым вынудив юношу хихикнуть.       Глаза Джека шально сверкнули и он провёл языком влажную дорожку по коже, дразня.       Мышцы живота Риза дёрнулись прочь от прикосновения, а сам он громко фыркнул.       — Д-Джек... х-х-хватит, мне там очень щекотно... — прошептал парень, пытаясь подавить рвущийся наружу смех.       Тот лишь слегка приподнялся на руках, нехорошо нависая над Ризом.       — Очень щекотно, говоришь? — прошипел он, ухмыляясь широко и коварно.       И внезапно Джек схватил Риза за худые бёдра, пальцами щекоча чувствительную кожу живота. Риз завопил и рассмеялся, изо всех сил пытаясь увернуться от его прикосновений.       — Джек! О боже, Джек, хватит! — прохихикал он, тщетно пытаясь отстранить мужчину.       Тот же зарылся лицом в волосы Риза, целуя его; руки Джека теперь покоились на боках парня, просто прижимая того ближе. В объятиях Джека Риз устало перевёл дыхание, всё ещё легонько похихикивая. Джек усмехнулся в янтарного цвета волосы, что щекотали его щёку, и медленно отстранился, пальцами касаясь выступов хрупких подвздошных косточек парня. Джек сполз вниз, плавно ложась на живот и касаясь в поцелуе каждой из них. Риз почувствовал, как от прикосновения гладких губ и горячего языка перехватило дыхание.       Мужчина сжал пальцами край кружевного белья, задумчиво сминая мягкий розовый материал. Одним быстрым движением он спустил их вниз, бесстыдно обнажая налитую эрекцию Риза. Джек медленно наклонился и, сомкнув губы, замычал в тёплую кожу возбуждения парня, на что тот крупно задрожал. Он провёл языком по всей длине его члена, отчего Риз застонал не хуже порноактёра, вцепляясь пальцами в волосы Джека и сжимая мягкие каштановые пряди в тот момент, когда мужчина тепло, влажно и так приятно сомкнул губы на его набухшей головке.       — Д-Джек! Хм-м-мф, о, О Дже-е-е-ек! — задыхаясь простонал Риз, чуть дёргая бёдрами, но тот тут же положил на них ладони, мягко останавливая.       Джек склонил голову и вобрал член совершенно дезориентированного Риза в рот, посасывая и раздразнивая его гибким языком, и, поднявшись обратно к головке, коснулся дырочки уретры с выступившей из неё бусиной преэякулята.       Риз изо всех сил старался не кончить сразу от одних только губ Джека на его плоти, от ярких глаз, что рассматривали всё его тело, от этих зрительных контактов, что мужчина устанавливал с ним. От того, что такой влиятельный человек ублажал его своим гладким, тёплым ртом, Риз совершенно забылся в ощущениях, как мог пытаясь отсрочить оргазм.       И к облегчению измотанного парня Джек выпустил его влажный член изо рта, теперь шально улыбаясь. Риз тяжело дышал и ёрзал в предвкушающем ожидании. Джек потянулся за отложенным чуть раньше фольговым пакетиком и умело разорвал его зубами. А Риз только и мог смотреть совершенно очарованным взглядом на то, как Джек раскатывает презерватив по своей пульсирующей эрекции. Посмотрев на мужчину и его достоинство, Риз слегка вздрогнул, раздумывая над тем, что всё вот это вскоре окажется внутри него, и от одних только этих мыслей его тугое колечко мышц дрогнуло. Джек тем временем, крепче сжав в пальцах край прелестного белья, начал медленно стягивать его вниз по длинным ногам парня. А тот только и мог смотреть сверкающими глазами на то, как мучительно медленно соскальзывают чулки с его ног. Мужчина довольно мурлыкнул, когда вещь была наконец-то снята и сразу же сброшена на пол.       Он схватил бутылочку смазки с пола и громко щёлкнул крышкой, ожидая несколько секунд, пока прозрачная жидкость коснётся его пальцев. Мужчина склонился над Ризом, поглаживая смазанными пальцами его дырочку, что дрогнула от холодного прикосновения. Джек улыбнулся своему прерывисто дышащему любовнику, мягко распределяя лубрикант по тугому колечку мышц, смазывая его должным образом. Он одним пальцем надавил на вход, проникая в тело Риза невероятно медленно, осторожно, стараясь не торопиться. Юноша замычал от ощущений первого пальца. Это не было больно, наоборот — знакомо, так, как у Риза не было уже давно, и ох, как же он скучал по этому. Парень слегка изогнулся и порывисто подался вперёд к пальцу Джека.       — Ещё? — спросил мужчина, наклоняясь, чтобы мягко поцеловать Риза.       Тот кивнул и медленно насадился на палец.       Джек осторожно добавил второй обильно смазанный палец, и мышцы парня медленно стали растягиваться под его давлением, поддаваясь, а сам он хмурился на чувство, что принесло проникновение в его нутро. Мужчина терпеливо позволил Ризу привыкнуть к растяжению, только после этого наконец скользнув глубже, погрузив пальцы до самых костяшек. И когда выражение лица парня сменилось на удовольствие, он начал осторожно двигать пальцами внутри него, мягко сгибая их и ища то самое заветное местечко. После нескольких неудачных попыток Джек всё же коснулся пальцами искомого комочка нервов. Риз внезапно дёрнулся, распахивая рот в громком стоне, что после отразился от стен. Джек поцеловал ключицу парня и начал сгибать пальцы быстрее, имитируя подзывающий жест.       — Тебе хорошо, кексик? — хрипло спросил он, целуя Риза в губы.       Тот лихорадочно закивал, лениво обвивая руками шею Джека и откидываясь головой на кровать, при этом продолжая двигаться в такт трахающим его пальцами.       Мужчина медленно вытащил свои пальцы из трепещущего тела Риза, на что тот захныкал, недовольный тем, что ощущение заполненности ушло.       — Ты готов? — прошептал Джек в губы любовника.       Риз снова кивнул, не в силах хоть что-то сказать. У него не было слов для подобной ситуации. Его кумир, его герой, его самая большая любовь... собирался оттрахать его прямо сейчас. Риз сильнее сжал зубами нижнюю губу, смотря на то, как Джек обхватил ладонью свой собственный член, медленно размазывая смазку по всей его длине.       Мужчина сел меж раздвинутых ног Риза, опуская взгляд на свою ладонь и слегка учащённо дыша. Для Риза было приятным узнать то, что Джек желал этого не меньше, чем он сам. Они оба были разгорячённой парой, нуждавшейся друг в друге так, как если бы никогда больше ни в чём не нуждались.       Риз вскрикнул, когда Джек толкнулся головкой в его тугое нутро, резко растягивая мышцы. Парень крепко зажмурился, стискивая в кулаках простыни, изо всех сил пытаясь не выглядеть жалко, но явно проваливая эту задачу. Джек был большой... на самом деле охренительно большой.       Ризу всё-таки пришлось это признать. И ему надо было справиться с этим. Он никогда не принимал в себя кого-то размера Джека, но отступать ни в коем случае не собирался. Он слишком сильно хотел этого... слишком, мать его, сильно. Джек замер, выдерживая продолжительную паузу, и, пока мышцы парня пульсировали и сокращались вокруг него, он нежно целовал и прикасался к тому, и когда Риз немного привык к растяжению, а его болезненное хныканье превратилось в мурлыканье удовольствия, Джек вошёл ещё на пару дюймов, медленно скользя в узкое тело и испуская низкий стон.       — Чёрт побери, ты охренительно узкий, малыш... — прохрипел Джек, когда Риз сжался вокруг основания его члена.       — Хах... ах-х! А-а ты... ты охренительно большой! Я... в с-смысле, чёрт побери... — прозаикался Риз, рвано дыша.       — Прекращай, пацан, а то я так зазнаюсь, — усмехнулся Джек, целуя парня в шею.       Тот только простонал в ответ, его голос был сладким и низким, звучащим словно нежный поцелуй для слуха Джека. Мужчина подался немного назад, а затем осторожно толкнулся вперёд, растягивая Риза сильнее, чувствуя, как он сжимается вокруг него. Тот сжал зубы и впился ногтями в плечи Джека, а его обхватывающие талию начальника ноги мелко подрагивали.       Джек смял рот Риза в страстном поцелуе, жарко впиваясь своими губами в его. Он поцеловал его в висок всего лишь в паре сантиметров от порта, на что Риз весь съёжился в предвкушении. Джек, почувствовав, как сильнее сжимается парень вокруг него, тихо зашипел.       — Расслабься, малыш. Расслабься для меня, тыковка, — хрипло сказал мужчина, прижимаясь своим лбом ко лбу Риза.       Тот прикрыл глаза и прерывисто вздохнул, стараясь изо всех сил расслабиться и утонуть в удовольствии, а не в пронизывающей боли, которая в итоге немного отступила, и Риз издал короткий стон. Джек принял это как сигнал и толкнулся чуть глубже, вырывая у сильнее сжавшего пальцы парня хриплый стон.       — Вот так, кексичек, расслабься, — прошептал мужчина, обводя языком порт Риза.       Тот в ответ на прикосновение внезапно выгнулся, его дырочка запульсировала вокруг Джека, заставляя того согнуться от удовольствия. Чёрт, как же он хотел засадить этому парню в его тугую задницу, но он не мог. Он должен был заботиться о столь хрупком и миленьком создании. Внезапно Риз подался к Джеку ближе, принимая ещё пару дюймов и с громким выдохом насаживаясь на самую широкую часть его члена. Мужчина тяжело задышал и, опираясь на подрагивающие локти, невольно двинул бёдрами вперёд, целиком заполняя Риза. Тот сжал ноги вокруг бёдер Джека и громко простонал, отчасти от удовольствия, отчасти от боли. Та была вполне терпимой, не такой, чтобы было действительно больно, но достаточной, чтобы неприятно саднить. Пульсирующее неприятное ощущение перетекло в нечто лучшее, в нечто жаркое и животное, в нечто, что доставляло страдание и удовольствие одновременно.       — Ох чёрт, Джек! — выкрикнул Риз, когда мужчина, рвано дыша, застонал.       Джек замер глубоко внутри узкого нутра парня; его грудь часто и тяжело вздымалась.       — Малыш, ты в порядке? — задыхаясь проговорил он, нежно зарываясь пальцами в мягкие волосы Риза.       Тот выдохнул, что звучало как «да», и слегка подался бёдрами вперёд, отчаянно желая хоть каких-то движений от мужчины над ним. Боль стала совершенно незаметной, и теперь всё чувстовалось совершенно по-новому и так хорошо. Он чувствовал себя охрененно растянутым. Так славно, так замечательно растянутым. Он никогда не чувствовал себя настолько заполненным. Всё тело трепетало от ощущения Джека внутри, что наполнял его, касался тех сокровенных местечек, о существовании которых Риз даже не знал. Юноша взбрыкнул, чувствуя, как подрагивает тело вокруг эрекции мужчины.       — П-пожалуйста, Джек... двигайся! — взмолил Риз, извиваясь под тяжестью вдавливающего его в матрас тела.       Джек улыбнулся парню, хищно обнажив жемчужно-белые зубы. Этого разрешения было вполне достаточно. Теперь он мог оттрахать мальчишку. Мужчина сначала медленно отстранился, выходя почти что целиком, а затем вновь заполняя парня снова и снова. От движений Риз хныкал и изгибался под Джеком, судорожно цеплялся пальцами за его плечи, плотно при этом обхватывая его бока ногами.       А того совершенно не волновало, что костлявые лодыжки парня были неудобными. Его вообще мало что волновало, кроме него самого и Риза, а также того, каким охренительно прекрасным было чувство, как пульсировал вокруг него этот мальчишка. Джек наклонился, чтобы жадно поцеловать Риза; он задал бёдрами ритмичный, жёсткий темп, в котором и втрахивался в стройное тело под ним. Парень рьяно ответил на поцелуй, их зубы столкнулись, когда он подался навстречу.       Он хрипло застонал, когда Джек невольно отстранился. Этот парень был таким узким, член Джека снова и снова погружался в тугое нутро, что так тесно и так приятно обхватывало его. Риз прикусил нижнюю губу Джека, когда тот прикрыл глаза, неустойчиво над ним нависая и продолжая двигать бёдрами. Всё было таким пошлым, таким диким, и боже, как же это было хорошо. Слишком много прошло времени с того момента, как он в последний раз вот так вот трахался, слишком много. Риз принимал его так охотно, с такой готовностью, постанывая и выгибаясь, дыша глубоко и жаждуще.       Эрекция парня сочилась преэякулятом, что порой, при сильных толчках Джека, капал ему на живот. Джек был уверен, что это самое горячее из всего того, что он когда-либо видел — то, как Риз становится совершенно бесстыдным, невероятно жаждущим.       — Джек, сильнее! Ах-х, сильнее! — закричал Риз, лихорадочно насаживаясь на член Джека.       Мужчина низко застонал и начал вбиваться в парня так сильно, как только мог, так, что тело того с каждым быстрым толчком встряхивало. И Риз готов был поклясться, что его мозг рассыпался на части, когда этот неистовый трах перерос в не менее неистовую гонку за разрядкой.       — Н-н-н-нх-х-хф-ф, твою-то мать, Риз! — громко простонал Джек, его голос был резким и сорванным от желания.       Внезапно он почувствовал, как юноша задвигался под ним всем телом, отталкивая и переворачивая его, вдруг затем оказываясь сидящим на нём верхом. Джек, тяжело дыша и цепляясь пальцами за то местечко, где ноги Риза касались его бёдер, ошеломлённо посмотрел на парня.       — Ох, Риз... приступай, малыш... — хрипло сказал мужчина, звонко шлёпая того по бедру.       Риз приподнялся, вставая с члена Джека, а затем вновь медленно и осторожно на него опустился, позволяя мужчине прочувствовать всё. Джек закатил и закрыл глаза, приподнимая бёдра навстречу толчкам Риза. Парень запрокинул голову назад с грацией волка, воющего на луну; его бледная грудь была влажной от пота, а волосы совершенно растрепались и теперь спадали на лоб. Джек жёстко сжал пальцами бёдра Риза, глубоко засаживая ему.       Парень посмотрел на мужчину из-под подрагивающих ресниц, он тяжело дышал, почти что задыхался, вытворяя своим телом нечто такое, о чём Джек и помыслить не мог. У мальчишки несомненно был охренительный талант. Невероятно неуклюжий в повседневной жизни, но здесь, буквально трахая лежащего под ним генерального директора, он стал чертовски грациозным, чертовски жаждущим.       Джек убрал одну ладонь с ноги Риза и медленно обхватил ей покачивающуюся эрекцию парня. Юноша толкнулся навстречу прикоснувшимся к нему пальцам мужчины, на что тот криво ухмыльнулся.       Жаркие пальцы скользили по набухшему члену молодого человека, собирали кожу вверх к налившейся головке и небрежно размазывали по ней преэякулят. Один только взгляд на выражавшее полнейшее отчаяние лицо Риза почти заставил сердце Джека остановиться.       — Д-Джек, я-я-я так, так близко! — почти взмолил он, двигая бёдрами быстрее. Джек сделал ладонью то же самое.       — Я тоже, детка, — рыкнул он, отрывисто двигая запястьем начиная надрачивать парню быстрее, позволяя смазке с его члена стекать на собственный вздымающийся живот.       Риз жалобно застонал, цепляясь пальцами за грудь Джека и отчаяннее насаживаясь на его член. Джек был таким большим, так прекрасно, так полно растягивал его стенки, что внутри всё просто трепетало. Головка члена мужчины била прямиком по простате, и эти ощущения накладывались на те, что дарила его рука, заставляя двигаться быстрее, ещё быстрее, настолько быстро, что казалось просто невозможным.       — Джек! А-а-а-ах-х-х! — жалобно выкрикнул Риз.       Он почувствовал, как тепло разливается внизу живота оргазм, как распространяется оно от бёдер по всему телу, напрягая каждый его мускул. Риз сдвинул брови и широко распахнул рот, выкрикивая ругательства и мольбы и изливаясь в кулак Джека. Его член набух, прежде чем выплеснуть семя на живот мужчины, длинными белыми лентами украшая его загорелую, обласканную солнцем кожу. Риз мурлыкнул, его член дрогнул в кулаке Джека; остатки семени стекали по костяшкам мужчины, капая затем на грубые волоски на его животе.       Риз осел на Джека, медленно прикрывая глаза и часто-часто и мелко дыша.       И после этого мужчина сменил позиции, вновь начиная двигать бёдрами, чтобы подвести и себя к желанной разрядке. Он зарылся пальцами во влажные от пота волосы парня и поцеловал его так, словно это был последний их раз. Джек рыкнул в губы Риза, вбиваясь сильно, жёстко. Тело парня было таким узким, таким тёплым, что мужчина больше не мог сдерживаться. Он отчаянно застонал в губы парня, его бёдра замерли, а член окреп до предела. И тогда Джек излился, заполняя всё маленькое пространство презерватива и дрожа с каждым толчком семени.       Риз слабо зарылся пальцами в волосы мужчины, чувствуя, как тот пульсирует в тесноте его тела. Оба измождённых мужчины пытались перевести дыхание в тесной близости друг с другом, их дыхание было горячим, а глаза уставшими; тела же их были полностью расслабленны и поблёскивали от пота и спермы. Искра, пробежавшая между ними, была ослепительно яркой, — и это ещё мягко сказано. Джек взглянул на Риза уставшими разноцветными глазами, его чёлка растрепалась и теперь совершенно неряшливо спадала на лицо. Он медленно и мягко поцеловал парня, вытаскивая из его тела свой опавший член. Джек, зашипев, отстранился с тихим стоном, вставая затем на кровати на колени и оценивая нанесённый им обоим ущерб.       Он осмотрел свою перепачканную спермой Риза грудь и, вздохнув, устало усмехнулся:       — Кексик, кажется, нам нужно в душ, — выдохнул он, обращаясь к парню.       Тот беспечно закинул руки за голову и кивнул. Его глаза были по-прежнему закрыты, а грудь вздымалась.       Джек наклонился и поцеловал Риза во влажный лоб.       — Ты хочешь, чтобы я позаботился о тебе, малыш? — спросил Джек, игриво улыбаясь.       Риз улыбнулся в ответ и снова кивнул.