I. Мир или дочь
20 сентября 2015 г., 17:19
Войско встало на границе Энны и Лиза. Казалось, это огромное, состоящее из множества облаченных в сталь людей существо грустным взглядом провожает отдаляющегося во вражеские земли правителя. Хаэн был верхом на сером, как пепел, коне и чувствовал себя вполне непринужденно. Черный бархат одеяний подчеркивал его мрачность, а подбитый волчьим мехом плащ защищал от пронзающего ветра. Король Лиза выглядел скучающим и спокойствием своим сильно выделялся среди сопровождающей его шестерки. Несмотря на защищающие тело доспехи, люди эскорта были встревожены. Эсенцы могли схватить их в любую минуту — всем известно, что войско без главнокомандующего, как рыба без воды, — и потребовать выкуп или вовсе убить. Но Хаэн не боялся, он знал, что Альфред человек старой закалки. Монарх Энны отважен, терпелив, благороден, добр и обладает еще многими бесполезными и ущербными, по мнению лизийца, качествами. Альфред Кали никогда не навредит гостю в своем доме, и, осознавая это, Хаэн изображал приличного гостя, а приличные гости оставляют армии на пороге. Сам же правитель Лиза не был отягощен принципами чести. Хаэн не стеснялся освобождать от бремени жизни людей, находящихся в его замках, конечно, если смерть их принесет выгоду. Он не был безумно жесток и не убивал ради удовольствия, как считало знатное большинство. Король Лиза просто шел к своим целям любыми средствами.
***
Утро выдалось серым и пасмурным. Над замком нависли тяжелые грозовые тучи, готовые в любой момент обрушить потоки по-осеннему ледяной воды. Здесь, в Энне, теплые осенние дождики сродни сказке. Окна в покоях Мии были открыты. Сквозняк затушил свечи, и тени деревьев густым сумраком скользили по полу. Хрупкая фигурка юной принцессы замерла у окна. Ветер ненавязчиво дергал девушку за волосы и перебирал складки платья. Большие карие глаза с трепетом всматривались в бушующую природу. «Вот бы быть мне птичкой. Вырваться из этой клетки и улететь! — с восхищением представляла Миа. — Я могла бы достигнуть далекого Синего моря, равнин Стоуна или даже загадочного Хард Колда!» Увы, долг настоящей леди не позволял не то что бежать из замка, но даже наслаждаться чудесной погодой. Миа окликнула фрейлин — пора собираться на встречу лизийского короля. Идти не хотелось, но, как дочь Альфреда, она обязана была присутствовать. — Ваше Высочество! — воскликнула первой появившаяся Шани. — Ну разве так можно? Вы же простудитесь! — девушка ловкими движениями закрыла окно.***
Хозяина большой армии эсенцы встретили с натянутой улыбкой. Чувствовалось всеобщее неловкое напряжение. Все понимали — лишь неизвестная никому прихоть заставила Хаэна явиться с относительно добрыми намерениями. Альфред Кали вел себя подчеркнуто вежливо, что сильно раздражало Фрайса. Больше всех переживал Рикон. За это время принц сильно изменился, лицо его вытянулось, появились высокие скулы. Тонкие губы почти всегда улыбались, но стальные глаза смотрели с вызовом. Он был на три года старше лизийца, но почти ничего не добился. Даже в летнем турнире он занял лишь четвертое место. Всё, что можно было сказать о принце — это то, что он был хорошим человеком. Самым главным достоинством Рикона была его жена. Илия считалась одной из прекраснейших женщин Энны. Слава о ее красоте достигала Лиза и дотянулась даже до далеких земель Бризы. Стройная, златовласая, с поразительными фиалковыми глазами — девушка просто не могла не очаровывать. Рикон вздрогнул, когда тяжелый взгляд Хаэна упал на жену. Илия с холодным достоинством выдержала это испытание, продемонстрировав характер более стойкий, чем у мужа. На фоне этой здоровой сильной красавицы Миа казалась блеклой тенью. Серые, отливающие мертвенно-блеклым цветом волосы и большие карие глаза. Маленькая грудь не шла в сравнение с пышным мягким бюстом, нездорово бледный оттенок лица — с ярким румянцем. Но хищный взгляд Хаэна не задержался на Илие и вскоре перескочил на невзрачную принцессу. От такого внимания к своей персоне девушка еще больше побледнела и походила теперь на больную чахоткой. А когда король Лиза поинтересовался, здорова ли она, неожиданно для себя заявила: «Ваше Величество лучше бы следило за своим здоровьем, а то жизнь полна неожиданностей». В ответ король разразился смехом — жутким, пробирающим до костей смехом. Переговоры прошли напряженно. Хаэн сразу заявил о намерении жениться на принцессе. Перед Альфредом встал тяжелый выбор: отдать свою дочь на растерзание лизийскому чудовищу или втянуть страну в кровопролитную войну. Король выбрал второе. Он слишком сильно любил свою девочку, любовью, непростительной королям. Настоящий правитель должен быть бесчувственен, черств, править на холодный рассудок, чтобы не допускать подобных ситуаций. И вновь отказом своим он унизил Хаэна перед всеми, а на упоминание о заключенном девять лет назад мире грозно сказал: — Я заключал союз с ныне покойным Его Величеством Григором Фрайсом, а не с его сыном! Гибнут короли, вместе с ними гибнут и все соглашения. Хаэн не растерялся и съязвил в ответ: — Ваше Величество заключали союз не с моим отцом, а со всем Лизом. И мне искренне жаль, что вы расторгаете наш договор. Хаэн резко развернулся и, не отдав должного почтения хозяину дома, устремился прочь. Как он посмел, мерзкий эсенец, вновь отказать ему! Теперь юный король был намерен отмывать свою честь кровью семьи Кали. Измеряемые быстрым шагом, незаметно пролетали серые коридоры, и вот взбешенный взгляд короля упал на кучку девушек. Это было всего мгновение, но среди склонившихся в реверансах дам он узнал ее! Большие карие глаза по правилу приличия устремлены были в пол. Худые бледные руки нервно сжимали покрытую золотой вышивкой ткань платья. Хаэн уже выходил из замка, но образ этот застыл в его сознании. Правитель Лиза твердо решил — Миа вскоре будет принадлежать ему! Он потопит Энну в реках крови, он сотрет эту мелкую страну с лица земли! Как только разгневанный правитель покинул приемный зал, все присутствующие советники бросились к Альфреду. Они просили, умоляли остановить лизийца, схватить Хаэна, пока тот не добрался до армии. Однако гордый монарх не пошевелился с места, ни один мускул на его лице не дрогнул. Все те же бесполезные качества не давали ему остановить Фрайса. Укутанный в меха Альфред напоминал медведя, а придворные — лишь рой надоедливых мух. Король всегда поражал большими габаритами. В карих глазах отражалась мудрость и доброта. Самой большой слабостью Альфреда была обожаемая им дочь. Правитель Энны знал, что Хаэн ведет священную войну с Миром. Войска Лиза предназначались правящему магу Хаулу Де Лафэ и никак не могли долго стоять у дорогих сердцу границ. Хаэн умен и не станет распылять свои силы на два фронта. Однако что помешает ему после очередной победы обратить свой взор на маленькую Энну, не раз оскорблявшую его? Тогда даже понтифик будет не в силах удержать этого зверя. Но Альфред не отчаивался, у него было самое главное — время. Главное, успеть собрать из желающих свергнуть тирана объединенную армию, и тогда они уничтожат лизийца! Весь оставшийся день король писал письма, призывая правителей объединиться для единого правого дела. Одного Альфред не учел — идти против Хаэна означало идти против Ламирэ. Встать против понтифика могли лишь настоящие безумцы. Самих правителей не сильно пугало отлучение от бога, но анафема могла поднять волнение среди народа, что ради спасения душ своих готов был свернуть неугодного небесам монарха с трона. Мало кто хотел подвергать свою власть такой опасности.***
Уже давно расцвело, и ласковые солнечные лучи просачивались через прозрачные шторы, резным золотом стелясь по полу. В комнате было душно. Принцесса лежала, уткнувшись лицом в подушки. Она давно уже не плакала, но из иссохших глаз смотрело отчаянье. Фрейлины предпочли бы видеть сокрушенные рыдания, истерики, ведь плакать одними сухими глазами было куда страшнее. За что судьба к ней так жестока? Ей уже шестнадцать, и отсутствие мужа втянуло Энну в войну! О, если бы у нее был супруг, Хаэн не посмел бы делать таких резких заявлений, а отцу не пришлось бы выбирать между дочерью и страной. Одно лишь было утешением — он выбрал её. Отец любил её больше всего на свете, и это не могло не восхищать юную принцессу. Это же было главной причиной её страданий, ведь теперь не избежать конфликта с жестоким правителем Лиза. Несомненно, Хаэн не успокоится, пока не зальет все улицы кровью невинных. Энна погрязнет в страшной войне, и все из-за нее! Чем же она смогла зацепить внимание этих страшных зеленых глаз? В комнату вошла служанка и, оставив на столе поднос с едой, скрылась за дверью. Зная о тяжелом состоянии принцессы, слуги уже не спрашивали разрешения войти, знали, что ответа не будет. Они просто заходили и молча делали свое дело, после чего, не задавая вопросов, исчезали в дверях. Мие сильно не хотелось есть, но принцесса себя пересилила. Хватит уже мучить себя! Омлет с беконом, кусочки сыра, нарезанное дольками очищенное яблоко — все это казалось ей не аппетитным. Но она должна оставаться сильной, должна есть. Грядут тяжелые времена, Миа это чувствовала. Пусть судьба сыграла с ней злую шутку, но она из рода Кали и не должна сдаваться! В этот вечер Миа наконец-то вышла из своих покоев. Она держала себя спокойно и непринужденно, как настоящая леди. Еще недавние мечты о путешествиях в образе птички казались теперь детским лепетом. Миа не стеснялась своих желаний, не отказывалась от того, что они когда-то существовали, просто теперь она видела всю их бессмысленность. Больше всех оправлению Мии обрадовался король. Альфред тут же отпустил всех советников и велел позвать к себе дочь. Увидев свою девочку, целую и невредимую, король окончательно воспрянул духом. Невзирая на рамки приличия, он заключил Мию в крепкие медвежьи объятья и приказал поцеловать себя в колючую щеку, после остаток дня провел в компании дочери, беседуя с ней на незначительные, а порой и вовсе нелепые темы. В этот вечер они оба чувствовали себя счастливыми. Тем временем Рикон собирался на войну. Он вел смотр войск лично и вернулся в замок, лишь когда начало смеркаться. Принц чувствовал усталость, приятной негой разливающуюся по телу. Сейчас ему хотелось лишь одного — зарыться рукой в золотые локоны жены. И, возможно, еще найдутся силы на исполнение супружеского долга. Улыбка предвкушения преобразила тонкие чувственные губы, однако спала она, как только принц вошел в покои супруги — Илия исчезла. Весь замок был поднят на ноги. Исчезла не только жена принца, но и все ее вещи и свита. Выяснилось, что Илию не видели с самого отъезда лизийского короля. Это значило лишь одно — девушка бежала вслед за Хаэном. Рикон сильно любил свою супругу, так сильно, что даже не замечал ее чувств. Его страсти хватало на обоих. Девушка же не испытывали симпатии к своему мужу, часто по его уходу тихо плакала, вспоминая счастливую жизнь при дворе родителей. Илии было всего четырнадцать, но она уже была красивой, сформировавшейся, в отличие от Мии, женщиной. Ласки мужа причиняли ей боль, а его любовь душила. Девушке хотелось обрести настоящее счастье, казавшееся таким далеким в холодной Энне. В стальных глазах принца метали молнии, теперь у него была личная причина мстить негодяю. Рикона не волновало то, как Хаэну удалось незаметно похитить будущую королеву, он был уверен — причиной всех бед является лизийский король! Принц давно искал повод в открытую ненавидеть Фрайса, а исчезновение жены послужило как нельзя лучше, и не важно, виноват Хаэн или нет. Все знают, что Илия — незаконнорожденная дочь Ламирэ. Понтификам запрещалось иметь детей, однако ни для кого не секрет, что дети у них всегда были. Обычно свету их представляли как племянников или дальних родственников. Общество в ответ кивало головой, но все знали, кем на самом деле являются эти дети. А также все знали о дружбе Ламирэ с Хаэном. Наверняка лизийский король похитил девочку, чтобы вернуть ее в резиденцию отца!
