Нас называют "прозрачные". За гранью.

Понятие "завтрашний день" - призрачное, если можно было так выразиться. Это могло значить все, что угодно: начало ярмарки либо совпадало со временем звонка на первый урок, либо с восходом солнца, либо могло быть вовсе после двенадцати, как и положено. Видимо, между двумя последними вариантами Лис так и не определился, поэтому поднял нас с Таней в четыре утра. Вернее, он растолкал дежурившую после него рыжую, а затем чуть ли не пинком столкнул меня с кровати, намереваясь успеть раньше всех. Около десятка таких же сонных людей поступило точно так же. Заглянув в адаптер, Лис уточнил места проведения "конкурсов" и поспешил к окраине, миновав Арену. Таня отошла за своим до сих пор неизвестным напарником, аргументировав это одним из правил "прием заданий и получение награды исключительно вдвоем". Ну или как-то так. До пункта мы с Лисом шли молча и в неожиданно появившейся напряженности. "Возможно, это он из-за того, что я тьму применила, бесится", - напрашивался вывод. - Тевирп-тевирп, иом еыню язурдь! - пророкотал пузатый миловидный клоун за деревянным столом, сзади которого располагалось какое-то подобие шатра. Не люблю клоунов, этого в частности: напомаженные губы, улыбка до ушей, смешные порванные ботинки и парик с оторванным клоком волос, а еще неудачный эксперимент из Шапито слишком уж внимательно лупал своими глазищами. - Чего? - нахмурилась я. Перемозговав что-то, Лис продолжил играть роль сообразительного лидера группы. И сколько же в этом леднике талантов зарыто? - Шеад яинадаз? - спросил блондин, но, злобно зыркнув на собеседника, клоун заливисто рассмеялся. "Нет-нет, грамотей", - перевела я в голове. И что в его фразе было не так? - Тевирп-тевирп, иом еыню язурдь! - как ни в чем ни бывало, продолжил клоун. "Нужна помощь?" - сказал Лис наоборот. "На обиженных воду возят, на одного глупого двух учителей дадут!" Связь поговорок сама собой вылетела из головы. Подумаешь, свихнувшаяся жертва собственной профессии. - Тсе еинадаз, тсевк, еинечуроп? - продолжал попытки парень, увы, безуспешно. Я же пыталась мысленно перевернуть воспроизводимый коротышкой текст. Взять хотя бы первое предложение с тевирп-тевирп. Если написать... Пока я строчила в своем адаптере, Лис разговорил мужичка на несколько поговорок вроде "один в поле не воин, один в поле глупец". Чем дольше продолжалась эта перепалка, тем проще было усваивать смысл слов, сказанных наоборот. Это как перевернуть мозг вместе с логикой, мысленно строить предложение и читать слева направо. Хотя записывать под диктовку, разъединяя правильное и неправильное восприятия, было тяжело. Мне наконец-то удалось набрать хоть что-то... и вот он, простой ключик к "диалекту" нового знакомого. Получите-распишитесь! - У него мя... - было начала я, но тут клоун как зыркнул, весь покраснел, даже в размерах увеличился.. "Молчи!" - прошипел он и, как ни в чем ни бывало, вернулся к разговору. Зато Лис заинтересованно (какую-то йоту его покерфейса действительно занимала эта эмоция) уставился. Я было заговорила, но голос будто пропал - казалось, даже дышу бесшумно. Взяв палку, я быстро накалякала на песке первое слово-подсказку "друзья" и его измененный эквивалент, подчеркнув переход мягкого знака. - Хреновый почерк, - хмыкнул Лис и обернулся к раскрасневшемуся собеседнику. "Есть задание?" "Пройти зеркальный шатер", - коротко ответил клоун. "Расколдуй... - было начал Лис, но осекся. - А хотя пускай так и остается". Нет, ну он издевается! Парень было шагнул за плотную ткань шатра, содержание которого было отсюда не углядеть, он осекся и, ухмыльнувшись, обратился к клоуну. "Награду". Ну правильно, раз испытание наоборот... "Нет". "Тогда мы не пойдем". "На глупцов зеркал не напасешься, кристаллами не затаришься!" - пробурчал работник. "Отдай". С последнего короткого, пусть и сказанного наоборот и потерявшего свою серьезность слова, меня передернуло. Лис буквально навис над краснеющим весельчаком, и я скорбно отвела взгляд. Лучше даже не пересекаться с ним в таком состоянии. Повеяло холодом. "Нет", - не собирался торговаться мужичок. Еще немного, и парень проломит рукой стол или раскрашенное клоунское личико. А ведь нельзя вредить тем, кто задания выдает - про штрафы прописано в правилах. Черная дымка привычно легко окутала блондина, и я поспешила к нему - еще не хватало получить штрафные за первое же задание! Прикоснувшись рукой к его, я "остудила" напарника небольшой волной света. Лис отпрянул от стойки. "Черт..." - это он сказал уже не вслух. Пора записываться в экстрасенсы-телепаты, или у меня появились глюки начиная с приезда в эту школу. "Забирайте, - протянул мешочек клоун, вернувший свою приветливость, - а ты смотри, чтобы глупец не наломал зеркал". Комок в горле постепенно растаял. В зеркальной комнате мы провели куда меньше времени, чем разговаривали с клоуном, а все благодаря приободренному (если не показалось) Лису. Хотя, может, он просто хотел скорее удрать из этого плена собственных - и моих, и его - отражений. Было жутко смотреть, как искривленные наши подобия зыркают так же злобно, как наш новый знакомый. И я готова поручиться, что эти копии мельком улыбались, если это не плод моего воображения. Выход из зеркальной западни нашелся простой, пусть и весьма... странный. - Наклонись, - я чуть ли не поперхнулась, когда это услышала. - Прости? На это он, как мы когда-то на физкультуре, согнулся, соприкоснув пальцы рук и ног, пошел, глядя в дырку, не побоюсь этого слова, между ногами. Я поспешила за ним, пусть и не догадываясь, зачем идти рядком инвалидов. Потом таки дошло, что надо было идти спиной, потому что это испытание "наоборот", где зеркала для отвода глаз. Кстати, вышеупомянутые не перевернулись и продолжали беззвучно хихикать между собой. Жуть. Когда мы выбрались из западни, где не было выхода, пока мы вот так не извернулись, Лису пришло в голову считать камни, и некоторое время мы потратили, чтобы развязать кучу узелков. Злобный клоун. Итого: 11. Мы поспешили на следующую "станцию".

***

Где нам, черт возьми, только не удалось побывать: и поэтов по фамилиям и стихам расставить (экстренно вспоминая школу), и придумывать десяток синонимов к словам "толерантность" и "помещение". Вот кто ж знал, что такое "житница"? Лис. Он и ответил. Промотав всю северную часть Арены и вдоволь наговорившись со здешними экзаменаторами, мы в итоге уселись на лавочку. Было уже восемь утра, так что вокруг сновали все - боялись опоздать. На счету оказалось около шестидесяти кристаллов - и это только начало дня! Но вот по полю пронесся звук включившегося микрофона, который, по всей видимости, после еще и упал, не раз стукнувшись о пол, отменно попрыгав в свое удовольствие. Все закрыли уши от лязга и устремились куда-то в центр. Я было встала за ними, но Лис схватил за локоть, легко усадив на место, - отсюда тоже хорошо слышно. А ведь под этим он подразумевал нечто другое... вроде "он может отвлекать внимание от чего-то более важного, раз вышел на сцену. Не подойдем - и точно ничего не пропустим". Отвлекаясь от происходящего на сцене, где повторяются изложенные в адаптере правила, я могла заметить, что в последнее время мне проще понять Лиса. Не в том, почему он всех и вся задирает, конечно, но способ мышления... или именно такое восприятие и должно формироваться у напарников? - А теперь - о главном, - театрально вздохнул Мистер X. - Лимит этой ярмарки таков: сотня, и ни одним меньше. Вы ведь понимаете, что их запас строго ограничен, особенно в такое время... кхем. В любом случае, лимит вы уяснили, но есть и еще одно, немного печальное для всех нас объявление. Ярмарка была незапланированной, так что некоторые дела касательно ее не были выполнены должным образом, так что у вас остается еще час времени, чтобы добрать до нужного количества. Мне правда жаль, дорогие ученики, но! Объявляю отдельное испытание, приз которого будет сотня камней каждой паре, которая его пройдет. Заинтересовал? Я затаила дыхание в ожидании чего-то действительно... стоящего. Опасного. - Вам всего лишь нужно победить преобразованного одержимого. Скажем, в его почти финальной ипостаси, - толпа никак не отреагировала на эти слова, хотя кого-то прошиб пот. - Я не планировал устраивать такого рода мероприятия, - продолжал формальности директор, в то время как Лис заметно напрягся и, не мигая, следил за неприметным шатром, из которого понемногу выползало что-то огромное, длинное и усатое... - Сороконожка во всей своей красе! - воскликнул директор, поаплодировав самому себе. И тут... Поставленные в ряд палатки заскрипели, обваливаясь и открывая взору протяженность окружившей всю Арену твари. Она была в каждом закутке, лапки мерно тарабанили по земле, вызывая неслабую тряску. Встав на дыбы, насекомое с телом женщины с несколькими руками вместо морды, заревело. Раздался чей-то испуганный визг, и - снова множественный удар микрофона о пол. Небо над Ареной мгновенно покрылось пластинами, судя по всему, удерживающими воздушников от капитуляции. Захлопнулись ворота, люди бросились врассыпную, а чудовище ринулось в гущу не успевшей расформироваться толпы, в зубах, нет, клыках утаскивая кого-то. Мы с Лисом давно соскочили со своих мест. - Надо же, и вставать рано не стоило, - вслух заметила я. - Окажешься в пасти этого чудища, закопаю, - проигнорировал мое замечание парень, на что я могла только пожать плечами. - Закапывать будет нечего.