senza volto

Лежа в своей кровати, Бекхён сжимал ни в чём не повинную подушку в своих тоненьких руках, раздумывая о чём-то. Телефон, как обычно, находился при нём; включенный девайс озарял комнату светом, ослепляя привыкшего к темноте комнаты парня и мешая ему провалиться в спасительное забытье. На ярком экране можно было прочитать открытое сообщение от Чанёля, каждое слово которого тёмными чернилами въелось в память Бекхёна — столько раз он перечитывал его. Но юноша совершенно не знал, что ответить на подобное послание. Кстати говоря, подобное случалось уже не в первый раз. На самом деле в последнее время Бекхён всё чаще и чаще не находил ответа на очередное неоднозначное высказывание Чанёля, которое порою даже лишало его дара речи. Юноша был в растерянности, он не знал, что делать. Бекхён не ждал звонков от Чанёля, ибо тот обычно звонил по своей прихоти, когда ему вздумается. Именно от Чанёля всегда исходила инициатива. Пак звонил первым — Бекхён клал трубку. Чанёль предлагал — Бекхён отказывался, Чанёль настаивал, и Бён постепенно сдавался под натиском умоляющего его заискивающим мурлыканьем сексуального баса. Разве это нормально? Разве Бекхён действительно мог испытывать все эти чувства по отношению к человеку, лица которого он ни разу в своей жизни не видел? Как бы то ни было, у Чанёля был достаточно большой член. Намного больше и длиннее, чем бекхёновский, и это отнюдь не помогало справиться с лезущими в голову назойливыми мыслями. По своей природе Бекхён не был таким уж ненасытным в сексуальном плане, но каждая создающая в итоге идеальное сочетание частичка Чанёля: его басистый голос, тяжёлое дыхание, его в меру накачанное тело — сводила младшего с ума. Даже несмотря на то, что он не знал, какого цвета глаза у Пака, не видел улыбку, что в редкие минуты их разговоров искривляла губы Чанёля, — сейчас это не имело значения. Но в последнее время Чанёль стал переменчив в настроении, и Бекхёну это совсем не нравилось.

✦✧✦✧✦✧

Уже в который раз они снова начали спорить из-за глупых фотографий. — Я же не сделал ничего такого, да? — спросил Чанёль во время их разговора поздней ночью. Или, можно сказать, ранним утром. — Ты же сам просил это. Бекхён по старой привычке вновь спрятался под горой одеял, лёжа на кровати и разглядывая сверкающие на потолке самодельные звёзды. — Я никогда не говорил, что хочу лицезреть твой член, — медленно ответил он, стараясь тщательно подбирать каждое слово. — Ты маленький лгунишка, я мог прочитать это желание в твоих глазах. — Нет, ты не мог, дурында. Потому что ты мой телефонный друг, а телефонные друзья не посылают друг другу изображения своих членов, блин. — Разве это какое-то писаное правило? — пошёл в наступление Чанёль. — Ибо, насколько я помню, мы никогда не обговаривали этот момент. — Ладно, хорошо, — Бекхён чуть помедлил, прежде чем продолжить: — Тогда я устанавливаю новое правило: больше мы не будем посылать друг другу фотографии наших членов. Тут он услышал, как Чанёль громко выдохнул — верный признак подступающего раздражения. — Ты меня уже достал, — низкий голос со звучащими в нём нотками хрипотцы заставлял содрогнуться и сжаться в комочек. — Позволь мне узнать, с каких это пор ты стал таким правильным? — Потому что, Чанёль, — Бекхён устало сжал переносицу двумя пальцами; и даже хотя Пак не видел юношу, он мог почувствовать его нарастающий гнев, — это не то, что обычно делают друзья! — Но мы с тобой не просто друзья, разве нет? Поражённый словами собеседника, Бекхён замер в нерешительности. — Чанёль, я… — Мне нравится то, как ты произносишь моё имя, — промолвил старший. — Это заставляет меня ощущать себя особенным. Ты тоже это чувствуешь? Лицо Бекхёна мгновенно приобрело оттенок спелого помидора, а щёки обожгло краской стыда. — Мы же друзья, верно? — задал вопрос Чанёль. Помедлив, Бекхён кивнул, до боли закусив нижнюю губу. Назойливым роем в его голове начали появляться мысли, что Чанёль действительно может испытывать те же чувства, что и он. — Очень хорошие друзья, да? Бекхён что-то неопределённо промычал в ответ. — Тогда я хочу увидеть эту часть тебя. Пожалуйста. Бекхён поражённо распахнул глаза. — Чанёль… — Не произноси моё имя, если после этого собираешься сказать «нет», — произнёс Чанёль. — Не дразни меня, давая ложную надежду. Бекхён поспешно мотнул головой, не в состоянии сказать ни слова. Ему хотелось сказать Чанёлю, что они не могут заниматься подобным, потому что они были на самом деле хорошими друзьями. Потому что хотя Чанёль и был натуралом (ну, или почти, судя по словам Сехуна), но Бекхён всё ещё не был уверен, может ли он довериться старшему полностью. Потому что хрупкое сердце Бекхёна ещё не успело восстановиться после последнего плачевного опыта. Взгляд метнулся к электронным часам, стоящим на прикроватном столике. 4:12 утра. — Бекхён, — пробормотал Чанёль, и этот звук, словно гром, прорезал одинокую тишину погрязшей в темноте комнаты. Бекхён зажмурился, стараясь противостоять самому себе. — Прости, — шёпотом начал он, — но я не могу сделать это. Я не могу показать тебе фото своего чёртова пениса, когда ты даже не видел моего лица. Для меня это совершенно абсурдно. К тому же, если я сделаю это, я буду чувствовать себя… грязным. — Но я не чувствовал себя грязным, — на полном серьёзе отозвался Чанёль. — До сих пор не чувствую, Бекхён. Наоборот, мне кажется, что я поступил правильно, отправив тебе то изображение. Наступила всепоглощающая тишина. Через трубку они могли слышать дыхание друг друга, и Бекхён почувствовал, как по спине прошлась волна мурашек, заставляя юношу чуть вздрогнуть. Но всё же он не мог заставить себя сделать это. Ради Чанёля он был готов на многое, но только не на это. Бекхён не хотел, чтобы их отношения развивались этим путём. — Ты спишь? — услышав, что дыхание Чанёля стало более размеренным, тихо прошептал Бекхён через несколько минут затянувшегося молчания. — Да, — прошелестели на том конце провода. Затем юноша услышал зевок, и в этот момент его сердце непроизвольно сжалось от внезапно подступившего приступа нежности. — Спой мне колыбельную. Улыбка Бекхёна ярким светом озарила кромешную тьму комнаты. И он запел. — Неужели ты покидаешь меня вот так просто? Разве я в твоих глазах изменился? Другим стал? Белое небо, твой взгляд — все так ярко и пестро, Что смешались все мысли, думать трезво я перестал. Я так забыться хотел, касаясь горячего солнца… Но я ошибся, просто ослеп… Теперь осталось мне Только надеяться, что чувства мои не проснутся, Заледенеют в этой мучительно долгой зиме. Если ты станешь причиной моих рыданий, довольно Быстро печаль моя уйдет. Просто будь рядом, прошу я тебя. Я не думал, что можно обжечься так сильно, так больно. Я не думал, что это так тяжко, что это сломит меня.

✦✧✦✧✦✧

В голове Лухана, которая была вечным источником безумных идей, появилась назойливая мысль. — Ну же, детка. Мы действительно должны пойти. Это вечеринка Криса, ты хоть понимаешь это? — всё продолжал пищать надоедливый китаец, чьи глаза так алчно блестели в свете неоновых кухонных ламп. — А ты хоть понимаешь, что ты говорил абсолютно то же самое о вечеринке Чонина, которая была две недели назад? На губах Лухана появилась та самая наводящая ужас усмешка. — И что? Всё же прошло просто отлично, разве нет? — Нет, не совсем, — проворчал Бекхён, пряча руки за спинкой стула. Лухан приготовил для них еду (единственная его обязанность по дому, которую он выполнял, чтобы хоть как-то помочь Бекхёну), но Бён не был голоден. Он чувствовал себя абсолютно опустошённым, неудовлетворённым, разбитым и уставшим. Просто комбо, что тут скажешь. — Какой же ты скучный, — сказал китаец. — Ты жалуешься на свою жизнь целые. Дни. Напролёт. Что у тебя там приключилось на этот раз? — Ничего, — простонал Бекхён, стараясь не смотреть на друга. — Я просто не хочу идти. Мне нужен отдых. Разочарованно цыкнув языком, Лухан поднёс намотанную на вилку лапшу к губам, с характерным противным звуком всасывая порцию в рот. — Хватит мне нагло лгать, — как ни в чём не бывало отозвался он, сосредоточенно соскребая остатки пищи со дна своей миски. — Этот парень, Чанёль, едва ли не каждый день доводит тебя до подобного меланхоличного состояния. — Это его не касается, — начал отнекиваться младший. — Серьёзно. Я просто устал. Вытерев рот рукавом своей кофты, Лухан уставился прямо в глаза другу. — Ой, да ладно. Мы оба знаем, что не в усталости тут дело. Он волнует тебя, и я прекрасно вижу это. Только слепой не заметит. Ты думаешь о нём каждую секунду своего времени, хоть и до сих пор не знаешь, как он выглядит. Ты хотя бы понимаешь всю нелепость этой ситуации? — Лухан. — Почему бы вам вновь не назначить встречу? Уже прошло три месяца. — Я не хочу. Не сейчас, — помедлив, ответил Бекхён. — Ага. А теперь скажи мне, сколько ещё раз ты собираешься бесцельно валяться в кровати в ожидании звонка, которого ты никогда не дождёшься? Бекхён шумно сглотнул. Теперь у него окончательно пропал всякий аппетит. — В конце концов он всё-таки звонит. — Бекхён, если бы ты хотя бы знал, действительно знал причину, по которой ждёшь звонка от него, если бы это был человек, о котором ты искренне заботишься и беспокоишься, а не просто случайный незнакомец, то тогда, может, вся эта херня и имела бы для меня какой-нибудь смысл. А так… Бекхён опасливо прищурился: — Я беспокоюсь о Чанёле! — Нет, Бекхён, ты беспокоишься о неком образе, который сам же создал в своей голове, — возразил Лухан, — но никак не о самом Чанёле. Бекхён ничего не ответил. Напряжение между двумя друзьями наэлектризовавшимся воздухом начало наполнять комнату, но в следующую секунду телефон Бекхёна внезапно зазвонил, и юноша тут же по привычке подскочил, чтобы успеть принять вызов. Лухан наблюдал, как тот побежал поднимать трубку. — Просто устал. Да, конечно, — ехидно пробормотал он себе под нос, прежде чем потянуться за пачкой сигарет.

✦✧✦✧✦✧

— Бекхён, я не шучу. Юноша нахмурился: — Что, чёрт возьми, происходит, Чанёль? — Если ты мне не покажешь свой член добровольно, то, клянусь Богом, я буду искать тебя во всех чёртовых Макдональдсах грёбаного Сеула! — прокричал в трубку Пак. — Чанёль, ты хоть понимаешь, что эта твоя фраза звучит как бред психически неуравновешенного идиота? — спросил Бекхён, пытаясь отшутиться. Но в его словах была доля правды. — Да мне посрать! — продолжал буйствовать Чанёль. — Прекрати играться со мной и бегать от меня! — Чанёль, ты пытаешься меня шантажировать? Просто иди выеби какую-нибудь шлюху, сними стресс и возвращайся, когда успокоишься, ладно? Но в трубке уже раздавались гудки: Чанёль отключился. Бекхён находился в замешательстве: неужели ему стоит начинать опасаться за свою жизнь?

✦✧✦✧✦✧

— Йоу, Чан. — Какого чёрта тебе от меня надо? — Обычно не так приветствуют друзей. — А кто сказал, что ты для меня друг? Ты всего лишь кусок дерь… — Ай-яй-яй, такой милый ротик не должен произносить столь грубые выражения! — Крис Ву… — Ладно, проехали. Как бы то ни было, я настолько добр, что прощаю тебе все грехи и приглашаю на мою зимнюю вечеринку. Так что в пятницу утром тебе лучше притащить свою многострадальную задницу ко мне домой, ибо мне нужно несколько рабов для того, чтобы подготовить декорации. — Крис, думаю, тебе стоит проконсультироваться с психологом. Ты деградируешь. — Что бы ты ни говорил, Чанёль, я, по крайней мере, имею насыщенную половую жизнь в отличие от некоторых. — Ага. Хорошая попытка дать отпор. Думаю, я всё же прощу тебя, так как искренне сочувствую внезапному уменьшению твоего и без того маленького мозга.

✦✧✦✧✦✧

— Ты пойдёшь на эту грёбаную вечеринку! — Нет! — Я сказал: ты пойдёшь! — Нет! — Не заставляй меня прибегать к экстренным мерам и делать тебе больно! Прицелившись, Лухан метнул горсточку леденцов в Бекхёна, который тем временем пытался спрятаться за стулом, невидяще размахивая им вокруг себя. Но всё же одна из конфет попала в цель: Бён, почувствовав мимолётную боль из-за ударившего его по лбу леденца, испустил по-женски визгливый вскрик. — Йа-а, прекрати, иначе мне эти конфеты все мозги вышибут! — закричал юноша, одной рукой потирая ушибленное место и бросая затравленный взгляд на Лухана, который, кажется, готов был пустить в ход всю коробку со сладостями. Да, китайцу определённо нравилось бить и унижать людей. — Ага, особенно учитывая то, что у тебя и так их катастрофически мало, — противно ухмыльнулся Лухан. — Потому что, если бы ты хорошенько подумал и пошёл на уступки, всё было бы хорошо. А ты всегда ведёшь себя как маленький ребёнок. Серьёзно, детка, мне и Сехуна достаточно, так что, пожалуйста, собери всю мужественность и покажи мне свою спрятанную глубоко внутри зрелость. Я знаю, она у тебя наверняка где-то есть. Бекхён поставил несчастный стул на место, скорчив обиженное лицо. — Знаешь, вообще-то ты тот якобы взрослый человек, который выглядит и ведёт себя как наименее зрелый, — ответил он. — Так что даже не смей читать мне лекции на эту тему. Лухан не преминул кинуть в Бекхёна чупа-чупс, что на этот раз ударил парня по носу. — В любом случае я уже сказал Крису, что ты придёшь, — старший искривил губы в злорадной усмешке, прежде чем совершенно по-детски показать другу язык. — Лухан, но мы же с ним даже не друзья! — Ну и что? Разве в старшей школе вы не учились в одном классе? — Нет. Я был в одном классе с другим парнем. Чунмёном, кажется, или как его там… И я уже устал от того, что ты заставляешь меня ходить на вечеринки, где я абсолютно никого не знаю. — Ага, устал, конечно. Как будто ты делаешь что-то ещё, кроме того как сидишь и ждёшь, когда же тебе позвонит компания SM или Чанёль. Лухан ещё хотел добавить про работу в МакДональдсе, но потом передумал. Ни тот, ни другой не планировали продолжать работать в этой дыре до конца дней своих, надеясь в будущем найти более престижное место. (Хотя от Бекхёна можно было ожидать чего угодно.) В конце концов, спустя полчаса ожесточённой погони, Лухану наконец-то удалось зажать Бекхёна у стены в коридоре, угрожая другу своей любимой сковородкой. — Всё, теперь ты не отмажешься. — Иди на хуй. — Прости, но я предпочитаю вагины. — Да-да, я уверен, что у Орландо Блума она как раз довольно симпатичная и побритая, — поддразнил приятеля Бекхён. Лухан сделал страшное лицо, поднимая сковородку над своей головой и готовясь к удару, но Бекхён лишь рассмеялся. — Ш-ш-ш, цыпочка, не горячись, — скороговоркой произнёс он. — Успокойся. И всё-таки я никуда не пойду. — Если ты продолжишь упираться, то я, как ты выражаешься, вышибу тебе все мозги и ты станешь ещё тупее, — грозно рыкнул Лухан. — Ты не посмеешь. Китаец утомлённо вздохнул: — А что, если ты просто придёшь туда, посмотришь обстановку и уйдёшь домой, если тебе не понравится? Бекхёну понадобилось несколько коротких секунд, чтобы обдумать это предложение. — Я знаю тебя, ты снова попытаешься меня напоить до беспамятства. — Я обещаю, что не буду этого делать. — Однажды ты пообещал мне бросить курить, — неудачно пошутил Бекхён, но Лухан даже не улыбнулся в ответ.

✦✧✦✧✦✧

— Давай, Чанёль, ещё одна стопка! Давай! Давай! ДАВАЙ! Губы Чанёля растянулись в пьяной улыбке, но он, не в силах противиться кричащим голосам, повиновался: обхватил губами края рюмки и, резко запрокинув голову вверх, проглотил обжигающую внутренности алкогольную жидкость. Лежащая на столе девушка, на чьём теле были выстроены стаканы с этим самым алкоголем, игриво захихикала. Толпа одобрительно заулюлюкала, когда Чанёль с громким стуком опустил рюмку на деревянную поверхность, тут же победоносно поднимая руки вверх. Стоящий рядом с другом Крис Ву скептически приподнял одну бровь, но в ту же секунду выражение его лица изменилось, когда краем глаза он уловил мелькнувшие в толпе людей знакомые лица. — Ребята, продолжайте развлекаться, — сказал Крис, — а мне нужно кое-что сделать. Заметив на лицах друзей разочарованное выражение, блондин лишь рассмеялся, прежде чем покинуть кухню. Пройдя мимо группы чересчур вызывающе танцующих девиц, он наконец заметил двух парней, которых искал. Стоящий недалеко от Лухана Бекхён скромненько забился в угол, скучающим взглядом оглядывая помещение. Его по-девичьи длинные пальцы с наманикюренными ногтями сжимали пластиковый стакан, который юноша время от времени подносил к губам, чтобы сделать глоток напитка. Крис, спотыкаясь на ровном месте, направился к парням, одаривая их самой очаровательной улыбкой из своего арсенала, на которую был способен в столь пьяном состоянии, но, кажется, Лухану было пофиг. Хотя Бекхён непроизвольно чуть отклонился назад. — От тебя за километр разит водкой, — вместо приветствия произнёс Лухан. — Принеси мне выпить. На данное замечание Крис лишь рассмеялся: — А ты пахнешь… BB-кремом. Я уже было думал, что ты не придёшь. — Да. Знаешь ли, эту строптивую сучку, — старший указал на Бекхёна, — было достаточно трудно уговорить. — О! Да ты же тот самый парень, любящий целоваться с карнизами, — воскликнул Крис. Бекхён нервно сглотнул, проглотив вязкую слюну, прежде чем ответить: — Просто кое-кто, — с нажимом выговаривая слова, он выразительно посмотрел в сторону Лухана, — дал мне некий странный напиток. Добродушно рассмеявшись, Крис взял стакан из рук Бекхёна и, поднеся его к носу, принюхался. — Ну-ка, посмотрим, что у нас там… Спрайт? Серьёзно? ТЫ ЕЩЁ НЕ ПЬЯН?! — Когда мне скучно, я не предпринимаю попыток напиться. К тому же я никогда до этого не посещал все эти «горячие» вечеринки. Удивлённо выдохнув, Крис уставился на Бекхёна так, будто тот был с совершенно иной планеты. — КАК ТАК ВЫШЛО?! Мне казалось, что какой-нибудь случайный идиот как МИНИМУМ раз в месяц вытаскивает такого симпатичного парня, как ты, на гулянки подобного рода. О, тогда получается, что тебя здесь никто пока не знает, да? Это не есть хорошо! Бекхёна вдруг насильно вытащили из угла, где он уже успел так удобно обосноваться. Лухан последовал за ними, но его то и дело останавливали девушки, желающие привлечь внимание симпатичного китайца. — Куда ты меня тащишь?! — недовольно выкрикнул Бён. — Хочу познакомить со всеми! А ещё споить тебя! — жутковато улыбнувшись, Крис продолжил проталкиваться через толпу, утягивая за собой ворчащего Бекхёна.

✦✧✦✧✦✧

Бекхён не преминул скорчить лицо, когда ему в руки насильно всунули стакан. Он осторожно сделал маленький пробный глоток. — Ну, как тебе? Жадно облизнув губы, юноша сделал ещё один глоток. — Это просто улёт. Я не знаю, что ты мне дал, но мне нравится. Спустя двадцать минут и Крис, и Лухан куда-то исчезли, оставив Бекхёна одного. Он медленно продвигался по танцполу, когда какой-то незнакомец (которого он даже не мог нормально рассмотреть) руками обвил его талию, удерживая споткнувшегося в этот момент Бекхёна от падения. — Ого, а ты быстро пьянеешь, — пробормотал парень, и Бекхёну на мгновение показалось, что он уже где-то слышал этот низкий, соблазнительный голос. Глупо хихикнув, Бекхён отправил в рот кубик льда, тут же с хрустом раскусывая замороженную воду. Тем временем его спаситель внезапно оказался непозволительно близко. Меж его зубов была зажата долька лимона, и парень выжидающе и игриво смотрел на Бекхёна, слегка приподняв одну бровь. Несмотря на своё нетрезвое состояние, Бекхён не мог не отметить, что незнакомец был определённо симпатичным. Правда, уши у него были немного оттопырены, но это лишь делало его ещё очаровательнее. — Хмм… Довольно… — Бён на секунду задумался, подыскивая нужное слово, — неплохо. Придвинувшись ближе, Бекхён вонзил зубы в противоположную сторону лимонной дольки и глухо простонал, когда сахарная кислинка атаковала его вкусовые рецепторы. — ВО-ОУ, ПАК! Вновь подцепил очередную горячую цыпочку, а? Везучий сукин сын! — ЧЁРТ ВОЗЬМИ, бро! Как ты делаешь это? Я и одну-то девушку не могу на секс уломать, а ты их чуть ли не пачками в свою кровать тащишь! ОДОЛЖИ МНЕ НЕСКОЛЬКО, БЛИН! — Эй, Пак! Чувак, передай своему грёбаному лучшему другу, что шампанское скоро кончится! Нам нужно ещё! А ещё тот странный парень продолжает мочиться в кустах. Чанёль разжал зубы, выпуская лимон и наблюдая, как кусочек мгновенно исчезает во рту брюнета. Повернувшись к группе подростков, Пак бросил на них полный раздражения взгляд. Он был. Пьян. В стельку. А этот парень, что сейчас стоял рядом… Он был просто чертовски горяч. — Ох, ребят, заткнитесь, — прокричал он. — Неужели не видите, что я занят: пытаюсь очаровать этого милашку? Отвалите уже, — усмешка исказила его губы. — И передайте тому мудаку, чтобы он больше не мочился на собственность Криса: эти растения стоят тысячи долларов, чёрт побери! Бекхён совершенно по-детски потянул Чанёля за рукав широкой футболки, бросая на него томный взгляд из-под полуопущенных ресниц. — Эй, пошли танцевать. Мне хочется сделать что-нибудь грязное, — развязно улыбнувшись, он провёл тонким пальцем по чужой щеке, на секунду задержавшись у уголка пухлых губ. В этот момент Чанёля будто обухом ударили по голове: что-то было не так. Этот голос был ему знаком. Но парень был слишком пьян, чтобы делать какие-либо разумные выводы и строить логические рассуждения. — П-пошли! И они двинулись к танцполу, смешиваясь с толпой людей.

✦✧✦✧✦✧

Музыка оглушающим потоком лилась из поражающих своими размерами динамиков. Казалось, земля сотрясалась в такт ритмичным битам, а стены помещения, повинуясь мелодии, двигались вместе с танцующей толпой. Сотни блестящих из-за липкого пота разгорячившихся тел прижимались друг к другу, с головой окунаясь в завораживающий ночной мир разврата и похоти и забывая о всех правилах приличия. Быстрый темп музыки и беспрестанно мигающие стробоскопы способствовали той самой чарующей атмосфере, которая столь опьяняюще действовала на подростков: они тонули в урывистых мгновениях блаженства, готовые танцевать всю ночь напролёт. Бекхён, тихо постанывая и тяжело дыша спёртым, пропитавшимся запахом пота воздухом, прижимался к Чанёлю, не переставая соблазнительно извиваться всем телом, двигаясь в ритм очередной песни. Томно взглянув на парня, он провёл руками вниз по своему гибкому телу, не переставая танцевать. Чанёль в ответ на столь провоцирующий жест лишь хищно ухмыльнулся, не спуская глаз со столь головокружительно прекрасного юноши, что в данный момент занимал все его мысли. Идущий от стробоскопов свет отбрасывал тень на черты лица Бекхёна, делая его облик лишь более загадочным и экзотичным, а то, как брюнет трогал себя, едва прикасаясь к своему телу, заставляло Чанёля испытывать дикое возбуждение. — Что за напиток ты мне дал? — прошептал Бекхён ему на ухо, губами едва задевая вмиг покрывшуюся мурашками кожу мочки. — К-какой-то коктейль, который особенно обожают горячие цыпочки. Алкогольный, но достаточно сладкий. Тебе он понравился? — слова сорвались с губ странным шипением, и Чанёль, внезапно почувствовав удушающую жару, потянул за края своей безразмерной футболки. Бекхён рассеянно кивнул, слегка покачивая головой, чтобы хоть немного прийти в себя. Шумно выдохнув, он вдруг прильнул к широкой груди Чанёля, вильнув бёдрами, совершенно как профессиональная шлюха. Поддавшись инстинктивному порыву, Чанёль обхватил задницу парня, прижимая того ближе к себе и руками грубо сжимая упругие ягодицы. — Эй, да ты грёбаный извращенец! — губы Бекхёна искривились в улыбке, но убирать чужие руки он не стал. — Чувствую себя в стельку пьяным… — прикрыв глаза, он откинул голову назад, наслаждаясь моментом и чувством свободы, обеспеченным вкусной выпивкой и компанией симпатичного парня. Чанёль также наслаждался этими сладострастными секундами, наслаждался ощущением восхитительного тела парня, что так податливо изгибался в его руках. Он притянул Бекхёна ближе, ещё ближе к себе, вдыхая и заполняя лёгкие сладким, пряным ароматом, что исходил от темноволосого. Прямо сейчас ему не нужны были пустоголовые девчонки или секс. Все его мысли занимал лишь он, Чанёль хотел только его. И это было до крайности странно. Было такое чувство… Будто он знал этого человека. Откуда-то. Только вот непонятно откуда. Подобные мысли заставили его чуточку протрезветь, Чанёль вновь опустил взгляд на юношу напротив, и тут на него снизошло озарение. Тем не менее он постарался спрятать расползавшуюся на губах глупую улыбку. Ему действительно нравилось это чувство. Он не собирался флиртовать, так же как и не планировал строить домыслы о том, как затащить брюнета в постель. Он просто был расслаблен, назойливые мысли больше не донимали его: он существовал в настоящем, стараясь насладиться, вобрать в себя каждую секунду. А ещё он был ужасно возбуждён. Но кто не будет возбуждён, когда рядом с тобой так призывно извивается столь идеальное тело? — Пошли в какое-нибудь тихое местечко, — нетерпеливо пробормотал Бекхён, изящными пальчиками проводя по чанёлевской груди. Невесомо огладив ладонями широкие плечи, он запустил руки в волосы Чанёля, пропуская спутанные локоны сквозь пальцы, и, закусив губу, простонал, прежде чем увести парня с танцпола. Спустя две минуты Чанёль уже прижимал хрупкое тело к стене одной из пустующих комнат, сминая мягкие губы в грубом поцелуе. И, чёрт возьми, это было настолько незабываемо, что даже захватывало дух. И всплывший где-то на задворках сознания мелодичный напев колыбельной Бекхёна эхом разносился в его голове.