По душам на чистоту
5 декабря 2015 г., 19:03
Когда его Величество Рафаэль проснулся, первое, чему он удивился — это окружающей его темноте. Обычно пробуждение супруга короля происходило в их громадной спальне нежно-персиковых тонов, хорошо освещаемой солнечными лучами из широких окон и украшенной различными милыми безделушками. Но на этот раз он находился в мрачном готичном помещении, да ещё кровать, на которой он лежал, была чернее ночи — совершенно не по вкусу его Величества. Присев, Рафаэль завертел головой, пытаясь понять, куда это его занесло, как встретился с прищуром таких родных ему малиновых глаз: напротив него в роскошном бархатном кресле восседал Эранир собственной персоной, уложив подбородок на руку, которой упёрся о подлокотник.
— Как самочувствие? — поинтересовался принц, закинув одну ногу на другую.
— Н-Нирушка? Ничего, спасибо… А где это мы? — озадаченно пролепетал его Величество, после чего опустил голову и обнаружил, что он был догола раздет, а его до этого собранные в хвост светло-розовые волосы теперь распущенными прямыми прядями контрастировали с чёрной тканью постели. — И что вообще происходит?
— Мы у меня дома, уважаемый папа. Я раздел вас, чтобы отдать на чистку и стирку вашу одежду своим подчинённым. Вы потеряли сознание, как всегда, от большой впечатлительности, так что я взял вас с собой, чтобы вы смогли передохнуть и очнуться в комфортном месте.
— …Спасибо, — с лёгкой запинкой отозвался Рафаэль, склонив голову набок. — Мы внутри того жуткого замка, верно? А изнутри он ничего такой, лучше, чем я ожидал… Правда, всё равно безумно страшный и мрачный, — омега вздохнул. — Ладно, Нирушка, говори давай, чего от меня хочешь. Не зря же сюда с собой взял.
Будто только и ожидая этих слов, Эранир резво вскочил и непреклонным тоном заявил, уперев руку в бок:
— Вы прекрасно знаете, папа, о чём будет речь. Оставьте меня в покое! Я хочу иметь свою крепость, свои земли и быть владыкой своих людей. Не мешайте мне, и я не переступлю дорогу вам с отцом!
Рафаэль внимательно посмотрел на сына, прищурившись, а затем обернулся покрывалом, скрывая наготу, и встал с кровати. Подойдя вплотную к принцу, он одарил его озадаченным взглядом и чуть тише обычного заговорил:
— Что на тебя нашло, Нирушка? Да, ты всегда был необычным ребёнком, и, если честно, иногда меня это пугало, но сейчас ты сам на себя не похож!
— Это вам так кажется, папа, что я сам не свой. Однако всё это время я лишь притворялся, плясал под вашу с отцом дудку. А сейчас я являюсь именно тем, кем был всегда. Вот он я, настоящий, — возразил инфант и развёл руки в стороны, будто жестом показывая себя во всей красе. — И я всегда мечтал быть таким.
— Ты всегда хотел иметь власть в своих руках? — удивился Рафаэль. — Зачем? Ты же омега, к чему тебе быть правителем? Мы не для этого созданы природой.
— Довольно! — вдруг вспылил Эранир, и температура в помещении неожиданно резко поднялась из-за оживающей магии пламени, нагревая воздух. — Мне твердили об этом каждый чёртов день, но я не готов мириться с подобными суждениями! Посмотрите на меня! — омега эмоционально взмахнул рукой, отчего Его Величество аж отошёл на шаг, совсем опешив. — Разве я похож на покорного супруга? Разве смогу я смириться с ролью послушной куклы при дворе какого-то мерзкого зажравшегося альфы?! У меня есть сила, со мной фортуна, а теперь ещё и земли с золотом, с подчинёнными людьми, и не только с ними. Я достаточно хорошо воспитан и обучен, чтобы не быть деспотом и злоупотреблять властью, но во мне также не слишком много жалости и доброты, чтобы спускать с рук преступления и предательство. Я — идеальный король!
Последняя сказанная омегой фраза была, похоже, лишней, так как он сразу же прикрыл рот ладонью, широко распахнув глаза. Видно, в порыве, крике души Эранир не сдержался и теперь сожалел, что раскрылся. Рафаэль, не менее шокированный, чем его сын, спустя секундную паузу осторожно спросил:
— Нирушка… ты хочешь взойти на престол нашего королевства?
— Нет! — грубо и жёстко ответил Эранир, при этом безудержно краснея и отворачиваясь. Но и этого хватило старшему омеге, слишком уж красноречивым было молчание принца.
— Хочешь… — задумчиво протянул Его Величество и продолжил: — Но наследник престола – Диего, он твой старший брат, тем более альфа. А ты — омега…
— И что с того?! — не выдержал и вскрикнул Эранир, сильно сжимая кулаки. — О достоинстве правителя судится по его полу или его способностям руководить страной? Папа, вы же знаете Диего: он жесток и глуп, а отец крутится вокруг него, как может, стараясь вдолбить ему в голову хоть немного мозгов. Тогда почему? Почему он, а не я?! Всего лишь из-за каких-то глупых традиций? Я намного лучше и способнее наследника, но вот же злая шутка судьбы! Понимаете ли, я — омега, а это в корне всё меняет, — под конец чуть ли не прошептал он, выдохнувшись, и упал назад в кресло, скрывая лицо ладонью и занавешивая его чёлкой.
— Маленький, — Рафаэль потянулся к сыну, но тот отклонился, не позволив к себе дотронуться. — Послушай… я доверяю выбору твоего отца, и если он считает, что Диего должен сменить его на посту – то так тому и быть. И поверь, быть омегой совсем не плохо. Я благодаря этому встретил твоего отца, и теперь мы вместе, а ведь всё началось как раз-таки с фиктивного брака. Так и ты встретишь свою любовь. Между прочим, я сам выбирал тебе жениха! И он совсем не мерзкий, очень красивый и представительный альфа! У меня, знаешь ли, есть вкус! А править… знаешь, можно по-разному. Быть тенью альфы, влиять на его решения и при этом оставаться не у дел — вот чем может заняться амбициозный омега. Стать секретным властелином, если говорить совсем уж пафосно, как ты любишь. Думаешь, твой отец с радостью ввёл лиловые мундиры в войска? А полная перестройка обветшалых домов жилого района и новый стиль архитектуры? Думаю, он даже не задумывался о подобных изменениях, если бы я ему не намекнул, — Его Величество подмигнул сыну, который выглянул из-под опущенной ладони. — Так что не унывай и давай возвращайся домой! Ни к чему тебе сидеть и чахнуть в этих жутких местах, а как вернёшься в замок, я снова принаряжу тебя как следует, будешь у меня самым красивым омегой в королевстве! И я гарантирую, твой жених сойдёт по тебе с ума и влюбится без памяти. А там уже верти им как хочешь!
— Нет! Ни за что! — оборвал Эранир всю дружескую атмосферу, которую выстраивал Рафаэль. Принц снова встал на ноги, огибая присевшего на корточки у кресла старшего омегу, и быстрым шагом отошёл к окну-витражу, сверкая злобным взглядом. — И это по-вашему нормально? И вам этого достаточно, папа?! Я не понимаю, как можно быть настолько… покорным и послушным, когда у вас в руках такая сила?! Вы — один из сильнейших магов королевства, а строите из себя непонятно что! Да вас никто серьёзно не воспринимает, для всех вы – милый, безмозглый омежка. Вы к этому и стремились, папа? Тогда я очень в вас разочарован… Никогда этого не понимал. С такой силой вы могли бы взять власть в свои руки, а вы…
— А ты считался с моими желаниями? — осадил сына спокойным тоном Его Величество, выпрямляясь. — Думал ли ты о том, чего хочу я? Эранир, до встречи с твоим отцом я только и делал, что сражался. Мои силы всё время подвергались проверке, каждый второй желал меня победить, чтобы занять место придворного мага. Я был сильным, выносливым и способным омегой, но именно, что омегой. Я устал. А Гордиан позволил мне быть слабым. Позволил мне отпустить себя и не думать каждый день о том, чтобы улучшить свои навыки и придумывать новые стратегии, учить мощнейшие заклинания. Мне нравились его опёка и такая беззаботная жизнь – быть «под» альфой. Это мой выбор. Ты не вправе его осуждать, как и любой другой. Потому чужое мнение меня мало колышет.
— Так может, дело в том, что вы изначально были слабы духом, но строили из себя сильного?.. — поддел Рафаэля Эранир, освещаемый разноцветным светом витражей, на что тот, задумавшись, с лёгкой улыбкой кивнул, признавая свою слабость. — Тогда как я с рождения никогда не мыслил как омега, хотя всю свою жизнь им притворялся, как мог, ради вас. А я тоже хочу быть самим собой, папа. Как и вы не хотите всё время быть сильнейшим магом и заслуживать уважение. Дайте же мне быть тем, кем я хочу. Отпустите меня. Иначе всё, что вы только что сказали – пустая болтовня. Если вы принудите меня быть милым омежкой, когда сами ведёте себя так, как вам удобно, то будете настоящим лицемером.
Его Величество ошарашенно приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать, но не выдавил из себя ни звука — его подловили. Благо, ситуацию разрядил стук в двери покоев принца Мрака. Инфант неохотно отвлёкся от важного разговора и раздражённо спросил, кто там. В ответ послышался голос Маронда, сообщивший о том, что он привёл гостя. Отвлечённый всплеском эмоций Эранир совсем забыл о том, что раскрыл свою прямую связь с королевской семьёй перед альфой, из-за чего без задней мысли разрешил ему войти. В комнату зашли двое: сам разбойник и огромный громила в строгом лиловом мундире, который, судя по внешности и выражению его лица, был не особо умён, но обладал мощной физической силой.
— Кто это? — недовольно изогнул бровь принц, сложив руки на груди.
— Командир королевской стражи Дайон! — опередил Маронда стражник, так громко заорав, что все присутствующие невольно сморщились. — Владыка Эр, если ты сейчас же не отпустишь Его Величе… ство, — пыл воина в момент остыл, как только он во все глаза уставился на обнажённого Рафаэля, еле прикрывающегося чёрной тканью. — П-простите меня великодушно, Ваше Величество! — воскликнул засмущавшийся альфа и спешно повернулся к омегам спиной, после чего снова голосисто заговорил, вскидывая подбородок: — Владыка Эр! Либо ты отпускаешь Его Величество, либо я не уйду отсюда и не отойду от него ни на шаг, чтобы убедиться в безопасности достопочтенного супруга короля! И никаких других вариантов! Только через мой труп!
— Ну… — Эранир приподнял брови и схватился за рукоять своего меча. — Хорошо, я выбираю третий вариант, который про труп.
— Стой! — преградил путь омеге Рафаэль, одной рукой придерживая у груди покрывало, а другой подготовив уже заклинание оберега водой. — К чему лишние жертвы, Нирушка? Не спеши.
— Но, папа, — нехорошо улыбнулся принц, постучав пальцами по навершию меча, — вы можете в любой момент уйти с этим Дайоном, как только дадите мне ответ. Всё зависит только от вас.
Его Величество сглотнул, сжав губы, после чего затряс головой из стороны в сторону.
— Ох уж эти гены упёртых гордецов! За что мне всё это… Ладно, твоя взяла. Я вернусь ни с чем в королевский замок и передам твои слова Гордиану. Но учти, — старший омега выставил указательный палец в сторону сына, с укоризненным взглядом хмуря брови. — Если своим поведением ты разбудишь в отце зверя, то это будет целиком и полностью твоя вина. Если что вдруг, я его остановить не смогу, ты же сам знаешь. Поэтому всё, что будет дальше – только между вами. Я не стану вмешиваться, — Рафаэль выставил ладони в примирительном жесте и добавил: — Со своей стороны я сделал всё, что мог.
— Благодарю, папа, — Эранир совершенно нагло оскалился, не скрывая своего ликования от победы, а затем повернулся к Маронду: — Прикажи слугам принести Его Величеству чистую одежду.
Привыкший к тому, что разбойник всегда выполняет его требования без лишних вопросов, принц и не думал лишний раз о сложившейся ситуации, но когда глянул на альфу, то его сердце отчего-то пропустило удар. На него смотрели какими-то совершенно другими глазами, непривычными — нежными, с задорным огоньком. Всё встало на свои места, когда Эранир вспомнил о том, что раскрылся перед Марондом: тот узнал о его настоящем происхождении. И теперь перед омегой стоял уже не весёлый и нагловатый разбойник, а до смешного серьёзный альфа, совсем непохожий на себя. Маронд отвёл взгляд и горько ухмыльнулся, после чего демонстративно поклонился чуть ли не в пол, язвительно ответив:
— Как прикажет Ваше Высочество. — И он вышел из покоев принца Мрака ровной походкой, лишний раз не задерживая своё внимание на нём.
Эранир и сам не ожидал, что от такого отношения ему станет не по себе. Вроде раньше ему было фиолетово на то, что там думает о нём этот альфа, но, как оказалось, это было далеко не так. Омега ощутил нехорошее предчувствие, наступающие ему на пятки кардинальные изменения в жизни, и аж вздрогнул от собственной интуиции. Но, придя в себя, он мысленно дал себе пощёчину, чтобы перестать нервничать по пустякам. Какая от Маронда может быть угроза? Да и вообще, чего именно Эранир боится, что аж весь похолодел? Не на шутку задумавшись, принц, копаясь в себе, и не заметил, как по нему уже достаточно долго скользили изучающим взглядом, пока это не стало совсем уж очевидным. Вскинувшись, омега насупился и посмотрел на хитро усмехающегося Рафаэля.
— Вам есть что сказать, папа? — вернул в свой голос ледяные нотки Эранир, кусая губы.
— Нирушка, а кто этот впечатляющий альфа не особо порядочного вида? — лукаво захлопал ресницами Его Величество, снова играя роль наивного омежки.
— Мой приближённый подчинён… друг, — процедил принц, на что Рафаэль хохотнул и переспросил:
— Кто-кто? Я не понял. Так подчинённый или друг? Это совсем разные вещи.
— Друг, — еле-еле выдавил из себя Эранир, помня об уговоре с Марондом о том, что тот помогает ему только из-за товарищеских отношений.
— М-м-м… — многозначительно протянул старший омега, сдерживая улыбку. — И с чего это ему выполнять твои приказы? Не все готовы беспрекословно делать всё то, что говорят им их «друзья». Да и обращался он к тебе довольно официально…
— Мы с Марондом друзья, — отрезал принц, еле сдерживая в себе раздражение. — А помогает он мне по личному желанию.
— И с чем же может быть связано желание альфы помогать и подчиняться омеге? Не иначе как он испытывает симпатию или чего больше. Полагаю, что речь идёт о влюблённости или, скорее, даже о похоти, — кокетливо хмыкнул Рафаэль, игнорируя совсем уж покрасневшего от подобных разговоров Дайона, который и так смущался легкомысленного внешнего вида Его Величества, ведь видеть голого супруга короля редко кому удавалось. Воин до сих пор стоял вполоборота к омегам, то бросая в их сторону любопытные взгляды, то стыдясь и учтиво отворачиваясь, при этом навострив уши.
— Чего вы добиваетесь, папа? — прямо поинтересовался Эранир, находясь в сильном напряжении и весь подобравшись.
— Посмотри на этого альфу, Нирушка. Оборванец какой-то, явно бандит или разбойник. Ни статуса, ни приданого. Наверняка его поползновения тебя страшно раздражают, но ты, похоже, не можешь отказаться от его услуг. Так к чему мучиться? Войди в брак с выбранным мной авторитетным альфой, и больше ни один альфа не посмеет взглянуть на тебя и, тем более, пристать с непристойными предложениями. Посуди сам, как выгоден этот брак: ты получишь в свои руки ещё больше золота, земель и власти, а заодно отгородишься от ненужного тебе лишнего внимания. Разве это не то, чего ты так хотел? — Рафаэль нашёл слабое место сына и решил на нём сыграть, прекрасно зная его характер.
Принц же совершенно не хотел быть супругом какого-то непонятного альфы, но, с другой стороны, зерно правды в словах папы действительно было, и он не мог этого отрицать. Когда другие кавалеры поймут, что омега занят, то их флирт сойдёт на нет, что было бы очень на руку Эраниру. Но, несмотря на сладкие речи Его Величества, инфант не купился на подобную приманку: если он сдастся и вступит в брак, то никогда не будет таким же свободным и вольным в своих действиях, каким он был сейчас. Даже если ради этого придётся терпеть томные и страстные взгляды Маронда, как и его домогательства, кстати.
— Благодарю за столь щедрое предложение, но вынужден вновь отказаться, — вежливо поставил точку принц, слегка приподняв уголки губ.
Рафаэль удивлённо приоткрыл рот, после чего прыснул:
— Ну что ж, я должен был хотя бы попытаться! Не стоит списывать меня пока со счетов! Я всё ещё уверен, что нашёл для тебя идеальную партию, так что всячески буду вновь и вновь тебя к ней подталкивать. Да, я сказал, что больше не вмешиваюсь в твои дела, но это касается только твоего желания власти. Я готов смириться с тем, что ты хочешь быть сам себе правителем, однако твоя пара должна будет мне очень приглянуться, чтобы я дал добро на ваши отношения! Иначе буду наведываться к тебе ежедневно, сколько бы раз ты не вызывал меня на дуэль!
Сделав скептическое выражение лица, Эранир скривился:
— Папа, вы же знаете, что меня не волнуют подобные вещи. И я не нуждаюсь в супруге, так что успокойтесь и живите дальше своей беззаботной жизнью.
— Ну, не знаю, не знаю, один вон, похоже, уже к тебе клинья подбивает. А я твой родитель, я волнуюсь! Не позволю тебе быть с каким-то недостойным альфёнышем!
— Да с чего вы вообще это взяли?! Ведь вы его видите впервые! — изумился принц, не желая признаваться в том, что папа оказался, как всегда, прав.
— Нирушка, да это стало мне ясно с самого первого взгляда, что к тебе неровно дышат! — парировал старший омега, всплеснув руками.
Словно по зову, в покои владыки вернулся Маронд с розовой одеждой в руках, прервав их перепалку. Он вопросительно переглянулся со всеми присутствующими, после чего подошёл к Рафаеэлю и передал ему одеяния, на что тот оценивающе осмотрел сначала опешившего разбойника, а затем качнул головой, требуя, чтобы альфы покинули помещение, что те и поспешили сделать, закрыв за собой двери. В комнате наконец-то вновь повисла тишина, но ненадолго:
— А он тебе нравится? — не выдержал Рафаэль, надевая сиреневую рубашку, вышитую блестящими розовыми камнями.
— Папа, я вас прошу! — прикрикнул Эранир, устало растрепав волосы на голове. — Закроем эту тему.
— Значит, нравится, — огорчённо вздохнул Его Величество, из-за чего принц вскипел:
— Конечно, нет! — хоть владыка и старался выглядеть убедительно, но его щёки почему-то покрылись еле заметным румянцем, что не укрылось от внимания родителя.
— Я, естественно, совсем не рад, что твой выбор пал на него, но зачем же ты сам отрицаешь это? — озадачился Рафаэль, изящными движениями завязывая волосы шёлковой лентой.
— Я ничего не отрицаю, — зашипел Эранир, теряя самообладание. — Я ничего не испытываю к этому похотливому, слабому и самовлюблённому альфе-извращенцу!
— Ладно, Нирушка, тебе виднее, — вдруг безразлично пожал плечами уже аккуратно одетый Рафаэль, поправляющий свой хвост. — Но с таким твоим отношением он долго рядом с тобой не продержится. Впрочем, для меня это будет только к лучшему. Тогда ты быстрее вернёшься домой, — оскалился напоследок старший омега и распахнул двери покоев. — Что ж, до встречи, любимый сын. Думаю, следующий мой визит будет совсем скоро и с ещё одним человеком, которого ты прекрасно знаешь.
— Жду с нетерпением, — холодно произнёс принц и кивнул папе на прощание, а когда остался, наконец, наедине с самим собой, упал на постель, рукой закрывая глаза. После пытливых разговоров с проницательным родителем Эраниру казалось, что из него высосали все соки до последней капли. И это была также одна из причин, почему он страшно не любил подобные откровения и сплетни, когда Рафаэль, наоборот, обожал болтать и чувствовал себя в сфере светской жизни как рыба в воде — прямо образцовый столичный омега!
Тяжело выдохнув, принц перевернулся на бок и закрыл глаза. Сражение с Рафаэлем отняло у него много сил, и теперь ему необходимо было хорошенько восстановиться. Возможно, из-за нестабильности магического резерва его и прорвало на такие яркие эмоции, обычно он умел сдерживаться. Списав такую чувствительную реакцию на провокации папы и слегка истеричное поведение на упадок сил, Эранир со спокойной душой задремал. Со всеми остальными проблемами он разберётся завтра, а сейчас надо как следует отдохнуть…
