Опасно прекрасен

      Все хитрости, все планы, все уловки безвозвратно вылетели из головы, оставляя после себя лишь пустоту. Но такую блаженную!.. Полное отсутствие мыслей и характерного для Маронда анализа происходящего обострили его чувства — он терял голову от требовательных губ Эранира, от его сосредоточенного вида, полного самоотдачи, от жадности, с которой он целовался, и от насыщенного запаха ланита, из-за которого хотелось уткнуться носом в шею омеги и вдыхать этот аромат часами. Маронд не верил, что всё это всего лишь сон или видение — злая шутка его воображения, уж слишком реальным был перед ним принц. Альфа слишком ярко ощущал его горячее дыхание, цепкие пальцы, сжимающие плечи, и юркий язычок, который вылизывал его рот, чтобы задаваться вопросом: «Возможно ли это вообще?»       Такой слишком активный и настойчивый Эранир, конечно, изрядно его удивил, но не меньше возбудил — разбойник даже и не заметил, как по его коже пробежались мурашки от трепета из-за нависшего над ним омеги, который не оставил Маронду иного выхода, кроме как подчиниться ему и делать так, как он скажет. И альфа готов был делать день и ночь всё, как пожелает его принц, и не просто, чтобы быть рядом. По правде говоря, как оказалось, ему чертовски нравилось, когда Эранир брал на себя ведущую роль. Он становился в тысячи раз сексуальнее, хоть и казалось, что омега и так одним своим видом вызывал напряжение в паху. Маронд готов был уступить, сдаться и попасть в плен его холодных малиновых глаз, упасть на колени, склонить голову, покорно целовать руку…       Эранир отпрянул от альфы и выпрямился, чтобы передохнуть, как вдруг почувствовал ягодицами упирающуюся в него твёрдую плоть разбойника под штанами. Чужое возбуждение неожиданно смутило омегу, и он ловко приподнялся с паха Маронда, чтобы деликатно отсесть назад, в итоге оказавшись напротив него, ближе у изголовья кровати, когда сам альфа находился почти с краю постели. Они больше не касались друг друга, словно дав партнёру время подумать и окончательно решиться, попутно одаривая красноречивыми взглядами. То небольшое расстояние между ними, которое можно было легко преодолеть, как будто представлялось хрупкой стеной — последней на пути. Маронд из-за жара своего тела оттянул стоячий воротник кафтана, проветривая торс, и собрал все свои силы, чтобы не сорваться и действовать последовательно. Он встал на колени между ног Эранира, которые тот неосознанно развёл в расслабленной позе, и ладонью обхватил его лицо, большим пальцем ласково погладив по щеке. Омега озадаченно свёл брови, но ничего не предпринимал, видно, пытаясь понять, что альфа собирается делать дальше.       Маронд наклонился и нежно поцеловал принца в щеку, так невинно, но при этом до предела чувственно, после спускаясь к его скуле и оставляя поцелуи и там. Он зажмурился от пробившей его тело дрожи, наконец-то сделав то, чего так давно желал – с наслаждением вдохнул запах омеги прямо у основания его шеи, щекотно проведя носом по коже и с трепетом приложившись к ней губами. Не выдержав, альфа медленно, с неприкрытым вожделением, провёл языком по шее Эранира, затем опускаясь всё ниже и ниже, пока немного не прихватил зубами виднеющуюся из открытого выреза жакета ключицу. Разжав зубы, он исподлобья глянул на омегу, чтобы увидеть, как тот сейчас выглядит. Принц до ушей покраснел, хоть и старался держать себя как можно более собранным, тоже не переставая внимательно наблюдать за Марондом. Тот же, бесстрашно смотря омеге прямо в глаза и по-прежнему не отнимая руку от его лица, второй аккуратно расстегнул первую пуговицу жакета. Эранир не изменился в лице, но в его взгляде промелькнуло нечто похожее на лёгкое волнение. Вот только альфа не собирался останавливаться, задев кончиками пальцев уже вторую пуговицу и подцепив её, чтобы извлечь из петельки. Ему хотелось приложиться ухом к груди омеги, чтобы услышать, как часто бьётся его сердце, но интуиция подсказывала, что не стоит этого делать, а нужно продолжать то, что ему было позволено.       Из-под раскрывшегося жакета показалась белёсая кожа Эранира, и Маронд, запнувшись на секунду, не выдержал и просунул под одежду ладонь, минуя лацкан. Осторожно проведя ею дальше по поджарой груди, средним пальцем он наконец-то дотронулся до твёрдого соска, проехавшись по нему подушечкой. Омега закусил губу, но не дёрнулся, что воодушевило альфу поддаться ещё одной своей слабости и сдвинуть жакет. Бледно-розовый сосок между его собственными, чуть более тёмными пальцами приковал к себе всё внимание. Маронд облизнулся, но не спешил, вновь посмотрев на Эранира, будто спрашивая разрешения. Омега, увидев просящее выражение лица альфы, сжал губы и многозначительно отвёл взгляд, что для разбойника означало лишь одно. И он, снимая с себя все ограничители, нетерпеливо припал к соблазнительному соску и стал его вылизывать, ощущая, как выгнулся Эранир, отозвавшись коротким «м-м!». Совсем потеряв контроль, альфа отнял руку от лица омеги и скользнул ею к нему в штаны, попутно прихватив кожу упругого живота в собственническом желании потрогать то, что было теперь его.       Почувствовав шаловливые пальцы Маронда у себя в брюках, Эранир неожиданно для себя издал слишком уж эротичный стон, отчего сам же и испугался своей похотливости, отклоняясь и избегая тёплых губ разбойника, при этом перехватив его руку. Тот же, как будто в бреду, обхватил твердеющий ствол омеги и упорно продолжал ласкать его сосок языком, в конце концов, втянув кожу между зубами и поставив красный засос, резко выделяющийся на белой груди. Эранир зашипел и свободной рукой внезапно закрыл Маронду рот ладонью, толкнув назад. Вот только из-за того, что пальцы альфы ещё возбуждали омегу, разбойник в итоге потянул принца за собой и снова оказался под ним, лёжа на постели. Эранир сцепил зубы, пытаясь не излиться, при этом широко расставив ноги и слегка прогнувшись в пояснице, а Маронд, наблюдая за тем, как на лице любимого повисли капельки пота, взял его руку, пытающуюся замедлить альфу, и потянул её к собственному паху. Заведя её под свой кафтан, разбойник уловил, как распахнул омега глаза, до этого сомкнувший от сосредоточенности веки, и уставился на своего партнёра. Маронд чуть приподнялся и выдохнул Эраниру в рот, дразняще еле касаясь своими губами его рта:       — Пожалуйста…       Омега выгнул брови, разглядывая опьянённого жаждой секса альфу, и, отчаянно зажмурившись, просунул ладонь под штаны разбойника, дотронувшись до горячей, твёрдой и мокрой плоти. Маронд благодарно поцеловал любимого возле уха, а после хаотично припадал губами куда только можно, от возбуждения уже абсолютно ничего не соображая, лишь доводя Эранира до исступления. Тот тихо постанывал, сдерживая голос, и в какой-то момент в изнеможении уткнулся лбом в плечо альфы, впервые обратив внимание на запах Маронда, который раньше почему-то не замечал. Но омега был слишком растерян и близок к оргазму, чтобы пытаться определить и дать название аромату альфы, ведь всё, что ему хотелось – это поскорее освободиться от напряжения, и больше ничего не имело значения.       Маронд, почти достигнув пика, властно смял губы Эранира, прикусывая их, и с хриплым, низким стоном изверг семя. Ему казалось, что он дышал лишь душистым лианитом — это был его воздух, без которого он больше не мог выжить. Поддавшись инстинктам, альфа пробрался пальцами дальше и надавил на вход в тело омеги, из-за чего Эранир дёрнулся и на секунду потерял от неожиданности самообладание, излившись прямо в брюки. Потеряв равновесие, он совсем навалился на Маронда, пытаясь отдышаться и собраться с силами, чтобы дрожащей рукой остановить руку альфы, которая хозяйничала в его штанах, средним пальцем проталкиваясь внутрь омеги.       — Стой… сейчас же прекрати! — сипло потребовал Эранир, на что в ответ получил щемящий поцелуй в висок и повиновение: разбойник перестал ласкать колечко мышц и вытащил руку из одежды, положив её на спину принцу и прижав его ближе к себе в крепком объятии. Он не переставал касаться губами омеги, оставляя невинные поцелуи на его горящей от жара коже в порыве нежности и любви, всё сильнее и сильнее сжимая его в своих руках, не желая отпускать. Они ещё лежали вплотную друг к другу какое-то время, не меняя позы, пока Эранир не зашевелился, намекая Маронду наконец-то отпустить его. С огромным сожалением альфа разомкнул объятия, и омега приподнялся, чтобы сесть, неловко поправляя одежду. Двинув бёдрами, принц замер, ощущая неприятную влажность в штанах, после чего встал с кровати и растерянно бросил разбойнику, что пошёл в уборную, скрываясь за дверью.       Маронд остался лежать на постели, бездумным взглядом смотря в потолок и до сих пор не веря своему счастью. Это случилось! Эранир допустил его к себе и добровольно позволил себя коснуться! Расплывшись в радостной улыбке, альфа сжал кулак в победном жесте и немного поджал под себя колени, повернувшись набок, а затем мечтательно поднял взгляд на окно, любуясь хорошим деньком. Мир засиял для него ослепительно яркими красками, а настроение так поднялось, что Маронд готов был заявиться хоть в логово к самим химерам и поверить в то, что уйдёт оттуда живым. Он прикрыл веки, вспоминая сексуального Эранира во время их пикантной близости, снова и снова прокручивая в голове выражение его лица…       Вернувшийся из уборной омега стоял в проходе и наблюдал за тем, как улыбался альфа во все тридцать два зуба, словно малое дитя, с закрытыми глазами перекатываясь из сторону в сторону на постели от перевозбуждения. Сжав губы, принц неуверенно сделал шаг вперёд, сразу же обратив на себя внимание Маронда. Тот перестал на радостях метаться, оглянувшись, а затем резво спрыгнул с кровати, встав перед омегой, но не решаясь подойти к нему ближе, пока тот сам не подаст знак. Эранир нещадно жевал свои губы, исподлобья поглядывая на альфу, а затем глубоко вздохнул, выпалив:       — Каким-то таким образом… — растерял он весь свой пыл, на секунду запнувшись. — Как-то так получилось… В общем, похоже, что я дам тебе шанс. Так вышло, что… — омега сморщился и потёр пальцами складочки на лбу от сведённых к переносице бровей. — Пока что меня всё устраивает… но не надейся раньше времени! — заявил он с лёгким румянцем на щеках. — Если мне вдруг что-то не понравится, между нами ничего не будет, ясно?!       — Яснее некуда, — промурчал разбойник, совсем не расстраиваясь, а даже наоборот, сгорая от нетерпения и разглядывая омегу с огоньком в глазах, что весьма обеспокоило Эранира, который сложил руки на груди и всё ещё старался строить из себя недотрогу. Вот только выразить своё недовольство из-за слишком уж довольного выражения лица Маронда омега не смог, так как их прервал стук в двери покоев.       — Это Рафаэль. Его Величество Гордиан готов озвучить своё решение, — послышался голос папы принца.       Эранир открыл двери и впустил родителя, который собирался было ещё что-то сказать, как вдруг в шоке распахнул глаза и повёл носом, от удивления аж раскрыв рот. Сообразив, что они только что наглым образом занимались разными непотребствами в королевском замке как раз перед продолжением аудиенции, Эранир так же оторопел, как и его папа, залившись краской от ушей до груди и в ужасе потеряв дар речи. Так постыдно и нагло, словно дикари, поддаться искушению и предаться страсти в непригодном для этого месте и в неподходящее время! Принц хватал ртом воздух, стараясь подобрать слова для оправдания, вот только они были лишними — Рафаэль вмиг всё понял, хитрым и любопытным взглядом осматривая обоих гостей дворца. Заметив то, как страшно занервничал Эранир, Маронд спохватился и вдруг приобнял его за плечи, наклонив к себе, и с беспечной усмешкой, словно ничего особенного не произошло, пожал плечами:       — А чего вы ещё ожидали? Привели в покои двух влюблённых друг в друга омегу и альфу, зная, что они вместе, и оставили их одних! Конечно же, наша любовь так сильна, что мы пользуемся любым моментом, чтобы показать её друг другу!       Убийственным взглядом воззрившись на разбойника, принц хотел в возмущении оттолкнуть его от себя, как вдруг осознал, чего добивался альфа. Эранир и вовсе позабыл из-за недавней близости, которая выбила его из колеи, какую роль они должны были играть с Марондом перед родителями. Вспомнив, омега быстро взял себя в руки и положил локоть на плечо разбойнику, опираясь на него и тоже ухмыляясь:       — И правда, что за удивлённый вид, папа? Вы ведь уже знали, что мы вместе, — прищурился принц, а затем добавил, как будто между прочим: — Так что там с аудиенцией?       Рафаэль, словно кардинально в чём-то поменяв своё мнение, настороженно ещё раз глянул на парочку, а затем ответил:       — Гордиан хочет поговорить с тобой наедине, Нирушка. Так что пойдём. А твой… возлюбленный может пока составить мне компанию.       Кивнув, Эранир вышел из спальни, напоследок обернувшись и обменявшись с Марондом решительными взглядами, и захлопнул двойные двери, быстрым шагом направляясь назад в приёмный зал. Сердце стало биться сильнее от волнения, ведь отец вот-вот должен сообщить омеге своё решение, от которого зависело всё, к чему Эранир стремился всё это время. Откровенно говоря, омега совершенно не хотел прибегать к силе, надеясь лишь поступками и словами доказать родителям, что он тот, кто он есть. Но кто знает, к какому итогу пришёл Его Величество за то короткое время, которое он провёл один в раздумьях?       Пытаясь успокоить себя, чтобы не выглядеть перепуганным щенком перед королём, принц обратился к своему магическому огню, пустив его по телу коротким импульсом, чтобы взбодриться. Воспламенившись на мгновение, омега почувствовал в себе новые силы и мысленно поблагодарил колдовство за подаренную уверенность, входя в зал для приёма. На троне уже снова сидел всё в той же позе Гордиан, как будто он никуда и не выходил, вот только выглядел более задумчивым, чем в прошлый раз, и не пытался своей аурой задавить вошедшего принца. Эранир остановился на почтительном расстоянии перед Его Величеством, молча ожидая, когда тот начнёт говорить. Король же пока держал глубокую паузу, оттягивая момент своего вердикта, пока наконец не подал голос:       — С самого детства с тобой было что-то не так, — издалека начал он, предаваясь воспоминаниям, совершенно обескуражив этим Эранира. — Все омеги как омеги, а ты… Слишком воинственный, слишком дерзкий, слишком упрямый и гордый. Родился бы ты альфой, стал бы правой рукой Диего. Но мало того, что ты омега, так ещё и метишь на его место… — Гордиан тяжело вздохнул. — Сейчас это невозможно, Эранир.       Принц с досадой цыкнул и ощерился, разочарованно хватаясь за ножны: похоже, всё же драки не миновать... Противник был опасен и силён, как и умел, но у омеги была воля, воля к свободе, за которую он собирался бороться до конца!       — Не спеши, — осадил его король, спокойно наблюдая за враждебно настроенным сыном. — Выслушай меня до конца. Да, ты не можешь стать королём, Эранир. И я объясню, почему: ты не подходишь как правитель для этих земель. Ты же сам понимаешь, — склонил голову набок альфа, пытаясь достучаться до собеседника. — Наш народ беспечный, любящий празднества и беззаботный образ жизни. Они привыкли к тому, что омеги поддерживают альф и должны выглядеть мило. К этому и альфы привыкли. Ты разрушишь все их былые представления о строении мира своим мрачным нарядом, жёстким стилем правления и тем, что ты омега. Я знаю, как претит тебе тот образ жизни, который привычен в нашем Королевстве. Или ты считаешь, что в этом виноват Рафаэль? Отнюдь, — Гордиан поднялся с трона и спустился вниз к отпрыску. — Рафаэль – лишь результат того, чего хочет наш народ. Разве ты не заметил, как радостно подхватили введенную им моду остальные жители-омеги? И как альфы были рады тому, что их пары стали выглядеть ещё красивее? Ты же хочешь им навязать свои собственные убеждения и устои. А правильно ли это? Нужно ли это им? Я хочу знать твой ответ. Что ты можешь противопоставить моим словам?       Эранир напряжённо сцепил зубы, понимая, что король был с ним сейчас весьма откровенен и, по правде говоря, приводил достаточно весомые аргументы. Вот только... Принц отвёл глаза, размышляя и вспоминая всё, что он видел за свою жизнь, а затем снова непоколебимо посмотрел на отца:       — Может, и так. Но я хочу, чтобы такие, как я, не чувствовали себя изгоями. Чтобы была альтернатива, а не однотонность. Я хочу, чтобы такие амбициозные омеги, как я, могли добиться своего, если пожелают. И чтобы никто не мог им этого запретить! Я стремлюсь к тому, чтобы каждый человек мог быть тем, кем он хочет! А это возможно, лишь когда я стану управлять этим королевством!       Его Величество мрачно нахмурился, сверля сына тяжёлым взглядом.       — Понятно. Ты будешь стоять на своём до последнего, да? Переубедить тебя невозможно. Что ж, хах, — он хмыкнул, потерев ладонью затылок. — Иного выхода не остаётся... С чего же я так томлюсь, раз уж всё решил? — спросил он сам себя, неожиданно показывая сыну свою слабую сторону, неутешительно выгнув брови, но быстро справился с заминкой: — На самом деле я ожидал от тебя такого ответа. И... успел решить, что скажу на него, — альфа принял строгий вид. — Эранир, я объявляю, что готов пересмотреть свою позицию. Я пришёл к мысли, что признаю твои стремление и усердие. Будет смешно продолжать его игнорировать, когда ты уже стал для Королевства потенциальной угрозой.       Эранир в неверии замер, догадавшись, к чему идёт их разговор. То есть Гордиан пытается сказать, что..?       — Да, я признал тебя и готов к тому, чтобы видеть в тебе нечто большее, чем просто омегу. Супруг из тебя выйдет ужасный, спорить не стану, так что иных путей я не вижу, как найти тебе другое применение. В тебе, и правда, есть стержень, с которым ты можешь далеко пойти. Возможно, ты даже станешь достойным правителем. Однако пока что не этого Королевства, — он подошёл ещё ближе к сыну, возвышаясь и сурово смотря на него сверху вниз. — Мне нужны ещё доказательства, что ты можешь стать лучшим королём, чем Диего. Как насчёт того, чтобы создать собственное королевство в качестве тренировки? Крепость у тебя есть, да и земли тоже, остались только люди, которых ты можешь привлечь своей политикой. Если ты уверен, что есть омеги, как и альфы, которые недовольны нашим нынешними правилами, предлагай им, как ты сказал, свою альтернативу. Но для этого ты должен создать безопасные условия проживания, а с тем сбродом, которым ты себя окружил, это невозможно. Разберись со всеми бандитами и шайками, найди им применение и преврати их в добропорядочных граждан. Создай благоприятное место для жизни обычным горожанам, договорись с существами, проживающими на Безлюдье, чтобы они более не трогали людей и их имущество, придумай, как можно и с ними заключить выгодные договоры; реши, что ты им можешь предложить со стороны людей и что можешь получить взамен. Пополняй свою казну, ищи союзников, строй города. Никто не говорит, что тебе будет легко, но это та цена, которую ты должен заплатить, желая стать достойным правителем, который сможет справиться с бунтами, когда введёт новые законы. Если ты не сможешь сделать хотя бы то, что сделал я, то уж большее точно будет тебе не под силу. Когда же я увижу, что твоё королевство процветает, мы заключим союз и, возможно, объединимся. А там уже пересмотрим наше соглашение. Что думаешь по этому поводу?       Поражённый до глубины души, Эранир даже не знал, что и сказать, ошеломлённо уставившись на отца. Его... признали?..