Can't Break the Silence

      Ночь была ясной и спокойной. Невооруженным глазом были видны далекие сверкающие галактики, и их сияние не могли перебить даже желтые уличные фонари. Улицы опустели, погрузившись в сон, лишь в нескольких домах горел в окнах свет, разрывая ночной мрак.       «Как мирно», – подумал Гарри, прекрасно понимая, что через несколько минут здесь разверзнется ад. Он неподвижно стоял рядом с Томом и искоса наблюдал за ним. Тот полностью скрыл свою фигуру под черным плащом с глубоким капюшоном. И даже не умей Гарри видеть ауры, он бы однозначно почувствовал устрашающую мощь, исходившую от Тома.       – Пообещай мне, – прошептал Гарри, покрываясь мурашками от растущей концентрации магии, – что не тронешь детей.       Том повернул к нему голову. Капюшон полностью скрывал его лицо за исключением губ, уголки которых сейчас дрогнули.       – Может, я и Темный Лорд, Гарри, но развлекаться, причиняя вред детям, не собирался никогда.       Гарри облегченно выдохнул. Том хмыкнул, неспешно вращая свою палочку в пальцах.       – Иногда я поражаюсь тебе, Гарри. Как можно оставаться таким незамутненным после всего, что сделали с твоими близкими?       Гарри знал: это не было вопросом. Том просто рассуждал вслух. Тем не менее он ответил:       – Я хочу уничтожить Министерство. Но пытать людей не собираюсь. Если мне придется убить, я постараюсь сделать это как можно быстрее и безболезненнее.       Во всяком случае, врага, который заставил бы Гарри поменять решение, пока не нашлось.       Том негромко рассмеялся и провел холодными пальцами по щеке Гарри.       Гарри немедленно вспыхнул и отвернулся, не в силах смотреть на Тома. За их спинами стояли последователи Темного Лорда, неподвижные, ждущие команды. Они никак не давали понять, что видели действия Тома по отношению к Гарри, но Гарри все равно было ужасно неловко.       – Палочки приготовить, – выдохнул Том и поднял свою. Каждый маг и ведьма немедленно повторили жест. Руки многих дрожали от восторга и волнения.       Гарри свою палочку держал опущенной. Он не собирался врываться в дома и атаковать. Несколько Пожирателей Смерти отсоединились от основной группы, отказавшись от нападения и убийств, чтобы выступить в качестве защиты. Гарри планировал присоединиться к ним. Правда, Том рассчитывал, что Гарри уйдет, как только появятся Невыразимцы…       Да за кого Том его принимал?       – Морсмордре!       Ядовито-зеленая вспышка унеслась в небо и через миг сложилась в фигуру. Гарри без удивления узнал в ней Темную метку. Почти все последователи Тома носили этот символ: череп и змея.       А затем разверзся ад.       Гарри застыл. Мимо него скользили Пожиратели, некоторые задевали его плечами. Гарри пошатывался, чудом удерживаясь на ногах. Он как завороженный смотрел на то, как медленно на Черной метке змея выползает из челюсти черепа. Было в этом что-то гипнотическое, успокаивающее. И Гарри чувствовал себя как во сне, пока ночь не разорвали истошные крики.       Он выдохнул, стараясь взять себя в руки. Его никто не неволил, он сам вызвался сопровождать Тома нынешней ночью. Гарри даже понимал, что спровоцировало Тома на атаку. Он не хотел оставлять убийство Руквуда безнаказанным. И Министерству, и всему волшебному миру сегодня была объявлена война.       Тихий и мирный район стал целью потому, что здесь проживало большинство министерских – из тех, кто занимал высокие посты. Из тех, кто знал, чем занимаются Невыразимцы. Темный Лорд и его Пожиратели и рядом в методах не стояли с сотрудниками Отдела Тайн.       И, тем не менее, внутри Гарри все сжималось, когда он слышал крики напуганных людей.       Он прочистил горло, не сводя взгляда с Темной метки в небе. Тома рядом он уже не чувствовал. Возможно, тот считал, что Гарри последует за ним, и, охваченный азартом боя, не обратил внимание в творившемся хаосе, что Гарри остался стоять посреди улицы. Сам же Гарри совсем не вдохновлялся идеей врываться в чужие дома. Спасибо, ему и тут хорошо было.       – Не слишком-то весело, да? – негромко заметили позади. Гарри повернулся и посмотрел на Кэти Белл. Она задумчиво рассматривала его в ответ через прорези своей маски.       Гарри маску не взял. Том предлагал ему, но он отказался. Пусть уж все видят, с кем имеют дело. Газеты уже провозгласили его преступником – и зачем тогда отрицать правду? Да, он теперь был преступником и даже гордился этим… Временами. Прямо сейчас ему, наоборот, было не по себе. Хотя он прекрасно понимал, что и пытки, и убийства начнутся в тот момент, когда профессор Риддл станет Темным Лордом Волдемортом.       – Сейчас? Да, – согласился Гарри и слегка усмехнулся. – Но вот когда объявятся авроры и Невыразимцы, я буду веселиться.       Если он будет держаться от Тома подальше, тот даже не узнает, ушел Гарри или остался.       Том пришел сюда, чтобы утолить свой голод, свершить свою месть. Почему Гарри не имеет права на это же?       – Я тоже больше всего люблю сражаться с министерскими, – согласилась Кэти. В руках она держала наготове палочку и была готова сорваться в бой в любой момент. А Гарри, как только министерские объявятся, должен был вернуться в поместье Малфоев. Разве не смешно?       Он осмотрелся по сторонам: Пожиратели подожгли дома. Свет пожаров отразился на сетчатке глаз, пробудив болезненные воспоминания о родном доме, полыхающем в огне. По телу прошла дрожь. Происходящее опустошало. Гарри точно знал, что сейчас испытывали люди, смотрящие, как сгорают их дома. Они даже оплакать потерю не могли, потому что были вынуждены сражаться, защищаясь от Пожирателей Смерти.       – Я понимаю тебя, – прошептал Гарри в ответ Кэти. – Иногда наши враги, какими бы ужасными ни были, не заслуживают смерти.       Он посмотрел поверх плеча Кэти и напрягся, увидев, как один из Пожирателей навис над маленьким ребенком. Девочке было на вид лет девять-десять – дошкольный возраст. Ее лицо частично скрывалось за шоколадно-каштановыми волосами, рот был распахнут в пронзительном крике.       Перед глазами точно красная пелена встала.       – Извини, – Гарри обогнул Кэти и быстро направился к Пожирателю. Девочка вновь оглушительно закричала, Гарри увидел, как блестят ее щеки от слез. Какой больной ублюдок мог наслаждаться подобным? Спина ребенка выгнулась под странным углом, когда девочка неосознанно пыталась избежать боли.       – Не смей, – прошипел Гарри, вскинул свою палочку и разоружил Пожирателя. Тот взглянул на Гарри с отвращением. – Не смей измываться над беззащитными детьми, трус!       Девочка тяжело и хрипло дышала. Гарри встал перед ней, закрывая ее своим плащом от голодного взгляда Пожирателя.       – Думаешь, что можешь мне приказывать, мальчик?       Прежде чем Гарри успел что-либо ответить, в диалог вмешался женский голос.       – Думаю, любой Волхв, независимо от того, сколько ему лет, имеет право тебе приказывать, Яксли.       Гарри развернулся и посмотрел на приблизившуюся к ним высокую и стройную женщину. По потрясающим голубым глазам, сверкающим в прорезях маски, он опознал Нарциссу Малфой.       – Наш Лорд сказал, что он союзник, а не последователь. Даже до такого идиота как ты должно было дойти, что он выше тебя.       Гарри стоял неподвижно и смотрел, как эти двое прожигают друг друга взглядами. Он не ожидал, что Нарцисса Малфой примет его сторону и даже встанет на защиту.       – Не лезь, куда не просят, сука, – прошипел Яксли.       Нарцисса с достоинством расправила плечи. Гарри ощутил ее ауру: она не была столь мощной, как у Тома или Люциуса, но Нарцисса все равно была очень сильной ведьмой. И ее глаза даже не сверкнули в ответ на оскорбление, лишь заиндевели.       Но прежде, чем все они продолжили разборки, все вокруг словно почернело и замолчало.       Гарри с непониманием огляделся. Все огни – свет в окнах, вспышки заклинаний – погасли. Погасли пожары, прекратились атаки. Смолкли крики, и даже ветер как будто затих. Волшебники, в основном Пожиратели Смерти, покидали полуразрушенные дома, отступали, а их жертвы даже не пытались напасть на них.       – Палочки не работают, – шокировано вскрикнул Яксли. – Люмос!       Никакой реакции.       Сердце Гарри замерло от страха в густой атмосфере отчаяния. Никто не мог колдовать – ни единого заклятия. Свет едва мерцал где-то вдали, звездное небо затянуло плотными черными облаками, но если приглядеться, можно было увидеть точки звезд в облачных прорехах.       Это была не тьма – лишь сумрак.       Складывалось ощущение, что магию словно высосали из окружающей среды.       – Смотрите, Темная метка! – вскрикнул кто-то с удивлением.       Гарри резко обернулся назад и увидел, как ядовито-зеленый символ задрожал и словно взорвался. Изумрудные искры полетели как фейерверк. На небе остались лишь злые облака.       Девчушка за спиной Гарри, все еще лежащая на земле, захныкала от страха.       – Я даже предлагать не буду аппарацию, – негромко сказала Нарцисса, но ее голос пронесся по всей улице. – Нас просто расщепит.       Гарри поежился: его собственная магия внезапно взволновалась, заставляя насторожиться. Он чувствовал, что сейчас точно что-то случится еще.       Он оказался прав.       Огонь, яркий, обжигающий, окружил его – и не только его. В пламенное кольцо попали и Нарцисса, и Яксли, и девочка позади.       – Цисси! – отчаянно закричал один из Пожирателей, и Гарри тотчас узнал его. Люциус подбежал к стене огня и попытался убрать пламя. Тщетно. Палочки по-прежнему не работали.       Смех эхом разнесся по всей округе, и Гарри в ярости зарычал, чуть сгибаясь, точно хищник перед броском, готовый защищать. Он понял, кто за всем этим стоял. Единственное существо в мире, способное соперничать с Гарри в силе.       Другой Волхв.       – Узнал? – прозвучало почти над ухом Гарри, черный туман спустился с небес, сгустился, соткавшись в человеческую фигуру. Он появился перед кольцом пламени по другую его сторону. Его лицо вновь было сокрыто глубоким капюшоном. – Это тот же огонь, что сжег твою руку и уничтожил твой дом. На этот раз он будет чуть быстрее.       Он едва закончил говорить, как раздались крики. Кричала девочка за спиной Гарри, кричал Яксли. Гарри молниеносно развернулся и схватил девочку за руку, подтягивая к себе поближе. Огонь наступал с бешеной скоростью. Яксли повезло меньше всех: его одежда вспыхнула, и он покатился по земле, пытаясь сбить пламя. Но Гарри его даже жаль не было.       Нарцисса прижалась к Гарри – кольцо сужалось.       – Агуаменти, – громко сказал спокойный и уверенный голос. Мощная струя воды немного притушила огонь, но тот вновь взвился с прежней свирепой силой. Все произошло за доли секунды, и никто не успел среагировать, чтобы покинуть огненный плен.       Гарри повернулся к волшебнику – единственному, у кого работали заклинания, – и совсем не удивился, узнав Тома. Капюшон мантии уже не скрывал его спокойное и решительное лицо. Если и существовал человек, кто мог, кроме Волхва, творить магию в лишенном волшебства пространстве, то это был именно Том. Иначе бы он просто не был Темным Лордом.       Но Гарри не стал зацикливаться на мысли, насколько могущественен Том, – он и раньше знал об этом. Вот чего он не знал, так это как вырваться из волшебного огня.       Гарри понимал, что сейчас слаб. Пожар в родном доме и поездка во Францию в лаборатории Невыразимцев сказались на нем не лучшим образом, а времени восстановиться у него не было. Но также Гарри понимал, что сегодня у него не было права на слабость. Этой ночью он превзойдет себя, выйдя за пределы возможного.       Как и другой Волхв, Гарри решил обратиться за помощью к стихии, чтобы победить пламя. Направив палочку в небо, он сконцентрировался на силе внутри себя, пожелав, чтобы она росла как девятый вал. Пришло время Волхву в нем вновь пробудиться.       Дождь тяжелым потоком пролился на землю, и яростное пламя, вспыхнув в последний раз, погасло. Гарри закрыл глаза, отдаваясь водной стихии. Ледяные струи, контрастируя с жаром огня, болезненно пронзали кожу. Вокруг вместо пламенного кольца поднялся горячий пар, но Гарри не обратил внимания, все ли в порядке с теми, кто стоял рядом.       Его выдержка дала сбой, и он нацелился на Волхва. Гарри все еще указывал палочкой в небеса, но это совсем не мешало атаке. Но напасть он не успел. Его руку резко отвели назад, а тело точно заморозили.       К его ошеломлению, не Волхв остановил Гарри, а Том.       – Эмоции, – яростно прошипел он. – Не смей позволять своим эмоциям брать верх над рассудком. Или ты проиграешь прежде, чем начнется бой.       Том возвышался прямо за его плечом и смотрел прямо на Волхва напротив них.       Гарри попытался дышать ровнее, отринув ярость и жажду мести. В нем еще оставались крохи здравого смысла, чтобы понять и принять слова Тома. Он был прав. Слепой гнев ему не помощник. Он просто станет пленником своей магии, и другой Волхв воспользуется этим.       – У тебя здесь своя битва, – произнес Волхв, разглядывая Тома. – И как бы мне ни нравилась мысль убить тебя, я не стану отвлекаться на простого смертного и буду сражаться лишь с равным себе.       Волхв поднял посох и взмахнул им. Гарри напрягся, ожидал новой стены огня, но увидел лишь авроров, терявших невидимость один за другим. Они окружили Пожирателей Смерти, заняв удобные для боя позиции. Магия вернулась с первой же атакой министерских.       Битва лишь началась, а Пожиратели уже были в невыгодном положении, уступив преимущество.       Том не отошел от Гарри, и Гарри сам принял решение, сделав шаг навстречу Волхву и сконцентрировав на нем все свое внимание.       – Кто ты? – сквозь зубы спросил Гарри.       – Разве это имеет значение? – Волхв рассмеялся и взмахнул посохом.       Земля под ногами Гарри пошла трещинами и начала проваливаться вниз. Гарри рухнул на колени, палочка упала рядом. Он попытался встать, опираясь на единственную рабочую руку. Это было сложно. Еще и суток не прошло, как он лишился правой руки, и он просто не успел смириться и приспособиться.       Гарри сжал челюсти, чувствуя себя неудачником. Почему он не может постоять за себя?       Вокруг него в земле появилось еще несколько трещин и ям. Но прежде, чем до него это дошло, он оказался уже под поверхностью. Совсем рядом Пожиратели сражались с аврорами. Никто не мог помочь ему. Никто не мог отвлечься на помощь.       Он впервые оказался один на один в бою с врагом, не только равном по силе, но и превосходящем за счет знаний и опыта.       – Ну же, – прикрикнул Волхв. – Не думал, что с тобой так легко справиться.       Гарри захрипел и схватил свою палочку, чтобы отразить летящий в него со скоростью бладжера кусок дороги. А затем сам встал на уцелевший пласт асфальта. Рефлексы опытного игрока в квиддич позволили ему удержать равновесие, и Гарри взмыл на отломке в воздух, с восторгом чувствуя, как ветер треплет волосы. Уверенность в собственной силе вернулась к нему, стоило оказаться выше Волхва. И на этом Гарри не остановился.       Он взмахнул палочкой и составил из летающих кусков асфальта лестницу. А затем с легкостью побежал по ней, пружиня на каждой ступеньке, и с размаху и со всей силы атаковал Волхва, все еще стоящего напротив. Магия послушно обхватила того за пояс и швырнула через дорогу как тряпичную куклу.       Гарри свысока смотрел, как ошеломленный ударом Волхв приземляется.       Радоваться пришлось недолго. Его лестница рухнула на землю, и Гарри упал вместе с ней. Он недовольно выдохнул, саданувшись локтем об асфальт, и тут же вскочил на ноги, ища глазами Волхва. Место, где тот стоял несколько мгновений назад, пустовало.       Вся улица напоминала филиал ада. Дорога, совсем недавно красивая и ровная, была покрыта ямами и разломами, как кратерами. Или как могилами – для Гарри, авроров, Пожирателей… Министерские пытались брать последних живыми, но были и те, кто предпочитал убивать.       Гарри продолжал искать пропавшего Волхва, готовый броситься в бой в любой миг. Он заметил, что неподалеку от него сражались Том и Дамблдор. Заклинания, которые они использовали, были Гарри совершенно не знакомы – что-то из высшей магии, не иначе. Причем казалось, что для некоторых заклятий им обоим не нужны были палочки.       Гарри пристально посмотрел на человека, которого долгое время считал своим наставником, своим дедом. Если Гарри и считал, что тот будет выглядеть как-то иначе в свете своего предательства, то он сильно ошибался. Дамблдор выглядел как всегда. Длинная белая борода была перекинута через плечо, мерцающие голубые глаза жестко, пронзительно смотрели на Тома… Эти двое обладали такой силой, что казалось, они непрерывно атакуют друг друга сырой магией.       Гарри подумал, что вполне мог бы дотянуться своим волшебством до сердца Дамблдора и попробовать остановить его. Но, независимо от того, насколько он был зол на директора, он не мог так поступить. Наверное, он был просто жалок. Предпочитал, чтобы Том, лидер их стороны, выкладывался на полную, пытаясь убить Дамблдора, пока сам Гарри не мог и пальцем пошевелить.       Но как Гарри мог убить директора, когда был так к нему привязан? Хотя он понимал, что если дойдет до выбора и жизнь Тома окажется под угрозой, Гарри защитит его без единого сомнения и просто уничтожит Дамблдора.       – Хочешь узнать, кто я, – Волхв голосом выдал свое присутствие.       Он стоял дальше по дороге, возле кромки леса. Все внимание Гарри мгновенно перешло на него. Подсознательно Гарри даже переживал, что настолько одержим своим новым врагом.       – Я тот, кто тебе очень дорог, – мужчина опустил капюшон, открывая лицо, которое Гарри и не думал увидеть. Сириус Блэк мрачно усмехнулся Гарри, внимательно следя за каждым его движением. – Больше не можешь причинить мне вред? Поднять на меня палочку? На любимого крестного?       Гарри онемел от удивления. Но чем больше он смотрел на Сириуса, тем отчетливее понимал, что это не он. Крестного Гарри похоронили – Гарри видел, как его опустили в землю, видел, как засыпали гроб с его телом.       – Ублюдок, – прошипел Гарри, охваченный гневом. – Думаешь, можешь использовать моих любимых против меня?       – Да, думаю, это более чем возможно, – лицо Сириуса превратилось в лицо женщины с роскошными рыжими волосами и потрясающими зелеными глазами. – В конце концов, – голос Волхва стал голосом Лили Поттер, и у Гарри больно сжалось сердце, – это действует. Влияет на тебя сейчас, не так ли?       Лили склонила голову, и материнская нежность и любовь исчезли с ее лица, оставив ухмылку.       Гарри больше не собирался церемониться и сдерживаться. Он оставил за спиной жаркий бой и вошел в тишину леса, где скрылся Волхв.       – Зачем тебе это? – спросил Гарри, разглядывая темные деревья. – Я ведь ничего тебе не делал.       Он помнил, что Том рассказывал о Волхвах прошлого. До времен Мерлина их было много, пока они не перебили друг друга. И воспоминание вот об этом самом разговоре совсем не успокаивало бешено колотящееся сердце Гарри.       – Напротив, юный Волхв, ты пошел неверным путем, – голос Волхва вновь сменился. Теперь с Гарри общалась не Лили Поттер, а сам Волхв. И его голос был пронзен вековой мудростью, точно с Гарри говорил близнец Дамблдора.       Гарри еще раз осмотрел окруживший его со всех сторон темный лес. Он не мог найти Волхва. Звук, казалось, шел отовсюду. Гарри замер, не желая выглядеть как идиот, испуганно озирающийся вокруг.       – И что это значит? – спросил он.       – Уверен, тебе известна история Волхвов. Они истребили друг друга. Знаешь, почему? – в голосе появилась печаль. – Потому что они выбирали сторону в магических войнах. Волхвы не предназначены для сражений. Они нейтральны, но не используют свою силу для личной выгоды. Они приносят мир, а не войну, – у Гарри закружилась голова, дыхание сперло. – Ты можешь удивиться, Гарри, но Волхвы бессмертны. Хотя при определенном стечении обстоятельств они могут умирать как обычные смертные. Но добиться этого крайне трудно.       И прежде, чем Гарри успел возразить, Волхв продолжил:       – Я понимаю, что ты пока еще желторотый юнец. Я долгие века отслеживаю рождающих Волхвов и наставляю их на верный путь. Ты, Гарри, совершил преступление против своей природы. Ты должен нести мир, а не служить войне. И ты не обучен, что делает тебя опасной угрозой.       – Я пытаюсь принести мир, – горячо возразил Гарри, проигнорировав слова об отсутствии тренировок. – Ты не имеешь ни малейшего представления, что Невыразимцы делают с темными магами. Невинными!       – Имею, – мрачно признался Волхв. – Пусть все идет своим чередом, Гарри. Со временем все изменится. Волхвы не должны менять мир. Их сила – несправедливое преимущество, использование его – путь по скользкой дороге.       – Что же тогда делаешь ты? – сухо спросил Гарри. – Ты принял сторону Министерства. Разве это не противоречит твоим собственным словам?       Волхв молчал мгновение, а потом зловеще произнес:       – Я восстанавливаю равновесие. Как только я уничтожу тебя, я покину Британию и буду ждать появления на свет нового Волхва. И я обучу его – правильно обучу, – так, как обучил бы тебя, если бы ты не прятался так трусливо и малодушно.       Гарри вздрогнул, не в силах сопротивляться разрастающейся в нем ненависти.       – Ты уже вырос и выбрал свой путь – поздно для тренировок. Но все же я дам тебе выбор. Я хочу, чтобы ты как следует подумал о том, стоит ли тебе помогать этому вашему Лорду с восстанием.       Гарри обернулся и озадаченно уставился на Волхва, который наконец дал о себе знать. Тот выглядел как светловолосый юноша лет двадцати. Волхв тонко и мрачно улыбнулся.       – Я гарантирую, Гарри: если ты решишь продолжить сражаться, у тебя не будет и шанса против меня. На моей стороне сотни лет опыта против твоих парочки недель. Но если ты решишь оставить войну, я возьмусь тренировать тебя. Для тебя пока не все потеряно.       Гарри втянул воздух и крепко сжал в левой руке палочку.       – Можешь не расщедриваться. Я собираюсь спасти невинных людей и существ, которых Министерство посадило в клетки!       Волхв цыкнул, покачав головой.       – Не торопись с ответом. Тебе нужно время на раздумья, юный Волхв. А пока… – парень замолчал, и прежде, чем до Гарри дошло, что тот задумал, по его затылку пришелся сильный удар.       И Гарри потерял сознание.              Он не знал, сколько так провалялся.       Но точно – недолго. Было все еще темно, и все так же в отдалении слышались звуки битвы: крики, заклятия. Гарри застонал, приподнимая голову с влажной земли. Ему удалось встать на колени, и его вырвало.       Перед глазами расплывалось, тело шатало из стороны в сторону, земля уплывала из-под ног. Утерев рот тыльной стороной ладони, Гарри нащупал свою палочку, стараясь не вляпаться в собственную рвоту. Ощущение родного древка позволило почувствовать себя более уверенно.       И все равно все было как в тумане.       Гарри закашлялся. Его желудок точно был против того, чтобы он встал на ноги. А голова раскалывалась так, что на глаза наворачивались слезы.       Но даже в таком состоянии он чувствовал злость. Этот дракклов Волхв… Гарри ему покажет. Такой самоуверенный, высокомерный – он вел себя так, словно Гарри был пылью под ногами.       Медленными, тяжелыми шагами Гарри двигался к выходу из леса и пытался разглядеть, что происходит в поселке. Сделать последнее было сложновато, особенно если учесть, что перед глазами периодически двоилось. Но он заметил, что Пожиратели сражались… он ведь не ошибался?       Гарри со стоном схватился за голову. Что-то было не так. С его головой точно что-то было не так.       И плевать. Битву нужно было заканчивать, и Гарри не собирался стоять тут и ждать. Он хотел добраться до постели, рухнуть в нее, выспаться как следует, а потом обдумать все, что ему сказал Волхв. Думать сейчас об ошеломительных откровениях и предупреждениях того человека не стоило… Мерлин, он теперь, оказывается, бессмертен…       Гарри вздернул подбородок, собирая волю в кулак и игнорируя тошноту. А потом бросился вперед, и его тело стало невесомым, а потом превратилось в дымку, оставляющую густой туманный след. Он никогда не делал это сам, но наблюдал, как это делали остальные – становились темным, клубящимся туманом. Вот только форма Гарри была ослепительно-белой.              Том шагнул назад, когда Дамблдор оступился. Мимо пролетел белый дым, и у Тома возникло подозрение, что это Гарри. Он пытался присматривать за ним во время боя, но Дамблдор был не тем противником, от которого можно было отвлечься.       Старик опустился на колени, кашляя и тяжело дыша, точно пропустил невидимый удар. И не только он. Бессчетное количество авроров и Невыразимцев падали на землю, и Пожиратели Смерти не преминули воспользоваться этим. Том посмотрел на клубящийся и светящийся белый туман, а потом навел палочку на Дамблдора.       – Ты всегда говорил, что смерть – это очередное приключение, – прошипел Том, ткнув палочкой под горло старику. – Готов отправиться в него сегодня?       Он даже не удивился, когда старик, не меняя положения, аппарировал прочь.       Тома захлестнула волна удовлетворения, когда он смотрел, как его враги один за другим бегут с поля боя, оставляя улицу Пожирателям Смерти. Жители окрестных домов тоже давно скрылись, остались только пустые жилища и остывающие трупы.       Накинув мантию, Том перешел дорогу и приблизился к месту, где туман начал уплотняться и возвращать черты человеческого тела. Гарри выглядел потрепанным. Волосы торчали во все стороны, лицо было перепачкано грязью, и все в позе мальчишки говорило о том, что он истощен и измучен.       Том прищурился: Гарри схватил одного из Невыразимцев за ошейник, который сам же создал своей магией.       – Узнай у него местоположения лабораторий, – потребовал мальчишка, как только Том приблизился. – И мы вторгнемся туда. И освободим заключенных…       Гарри говорил нечетко то ли из-за усталости, то ли из-за чего хуже.       Бессознательное тело связанного Невыразимца приземлилось возле ног Тома. Он поддел лицо мужчины кончиком ботинка и брезгливо отвернулся.       – Ты появился как нельзя вовремя, Гарри, – Том внимательно посмотрел на мальчишку. – Ты хорошо справился сегодня.       Гарри взглянул на него в замешательстве.       – Прости?       Том раздраженно выдохнул.       – Ты хорошо справился сегодня, – повторил он как для глухого. Он хотел спросить, что Гарри сделал с министерскими и орденовцами, но передумал, увидев озадаченное выражение лица мальчишки.       Вокруг них сновали Пожиратели, самостоятельно и организованно проверяя раненых и выживших. Том блестяще их натренировал. В конце концов, он не всегда мог быть рядом, чтобы помочь им. А в данный момент времени его интересовало только его сокровище, дезориентированное, ошеломленное.       – Да, – рассеянно ответил Гарри.       Том резким движением схватил его за подбородок.       – Что не так? Что с тобой сделал Волхв?       – Мне нужно поспать, – кое-как выдавил из себя мальчишка. – Я просто очень устал, Том. Я могу вернуться в поместье Малфоев? Я же сейчас больше тебе не нужен?       Том внимательно осмотрел Гарри, ища признаки чего-то еще, кроме усталости. Мальчишка и впрямь выглядел полностью вымотанным. Том обхватил лицо Гарри, приблизил его к себе и провел губами по виску.       – Поговорим позже, мой драгоценный. Отдохни. Я вернусь в поместье, когда закончу здесь.       Он отстранился от Гарри, заметив, что тот совсем не возражал против подобного обращения.       Он пристально посмотрел на Гарри, а потом подозвал Нарциссу. Та выглядела абсолютно невозмутимо, несмотря на пережитый бой.       И только после того, как он приказал Нарциссе сопроводить Гарри в поместье, Том заметил кровь на своих пальцах. Он поднял руки, изучая густые багровые мазки. Это была не его кровь.       Мальчишка солгал.       Он не был в порядке.