Хищники

      После двух дней блужданий по незнакомой местности, вынужденного сна под открытым небом (даже перелески в этом степном краю попадались до неприличия редко) и питания раз в день в целях экономии, трое спутников, наконец, выбрели на маленькую деревеньку, которую, впрочем, правильнее было бы назвать поселком.       Преимущественно здания были выстроены из сруба, который, видимо, добывался в Зачарованном лесу. Лайт хмыкнул: если бы они не решили довериться Айлену, который уверял, что знает местность, вполне могли бы дойти сюда к вечеру первого же дня.       В центре селенья возвышалась приземистая каменная церквушка — обязательный атрибут. Но сейчас всех троих больше волновала не религия, а ближайшая корчма, таверна, гостиница — что угодно. Главное — поесть, вымыться и хоть немного отдохнуть.       Прохожие косились на них недружелюбно. Шептались, кто-то даже загонял резвящихся в снегу детей обратно в избы. — Отчего-то мне кажется, что просто напроситься к кому-то на ночлег не выйдет, — задумчиво протянул Лайт, с подозрением оглядываясь по сторонам. — В таверну пустят, — мрачно ответил Рам и, натянув капюшон ниже, ускорил шаг.       С самого утра он вёл себя странно. Даже для такого, как он. Лайт проводил фигуру оборотня обеспокоенным взглядом. — Сегодня полнолуние, — будто бы уловив немой вопрос инквизитора, пояснил Айлен. — Он переживает, что потеряет контроль раньше, чем найдет безопасное место. — Как полнолуние?! Мы же в деревне, тут люди, — в голосе Лайта мелькнули панические нотки. — А как ты? То есть, если вы оба вдруг превратитесь в волков, я… — Расслабься. Я умею контролировать свою вторую сторону, — Айлен улыбнулся краешком рта. — А вот у Рама с этим не очень.       Эта новость Лайта ничуть не успокоила. Он сильнее сжал в кулаке лямку сумки и опустил взгляд, нахмурившись.

***

      Таверна — громко сказано. Обычный двухэтажный домишко, в котором один из местных выделил нижний этаж под питейное заведение. Собственно, сам бойкий предприниматель скучающе читал какую-то бульварную книженцию, меланхолично попивая что-то из кружки. Наверняка, кухаркой у него служила жена, а разносчицей — дочка. Так обычно и бывало в подобных провинциальных кабаках. — Я надеюсь, что у них есть хоть одна комната, — вздохнул Айлен. — Пойду, попробую поторговаться.       Рам не стал возражать. Он тяжело оперся о балку и сложил руки на груди, мрачно осматриваясь по сторонам. Даже охранник явно решил держаться подальше и потому предпочел отойти в противоположный угол помещения. Лайт прикусил губу и устроился рядом с оборотнем, издали наблюдая за тем, как Айлен ведёт переговоры. Хотя, по правде, его куда больше волновало состояние Рама, чем цена, которую заломит трактирщик. — Ты себя хорошо чувствуешь? — наконец решился спросить он, неловко дотронувшись ладонью до предплечья Рама. — Нормально, — буркнул он и рывком отодвинулся, отводя взгляд.       На долю секунды Лайт заметил, как изменилась рука его спутника. Опасно удлинившиеся когти и неестественно выделившиеся сухожилья говорили о состоянии Рама куда лучше, чем он сам. Инквизитор глубоко вдохнул, но больше не рисковал лезть к нему со своей заботой. Тем более, что Айлен уже заканчивал переговоры.

***

      Слишком тесная для троих комнатушка в другой раз показалась бы Лайту издевательством, но после всего перенесенного за последнее время он был рад и такому. К тому же, им благодушно предоставили бадью с теплой водой и какой-никакой обед. Теперь, после того, как удалось отмыть с себя дорожную пыль и грязь, смотреть на себя в зеркало инквизитору было уже не так страшно. Хотя отражение его всё ещё не радовало: бриться было нечем, и многодневная щетина угрожала вот-вот превратиться в самую настоящую бороду. Вздохнув, Лайт пообещал себе, что добудет лезвия в ближайшем городе. Или нужно было попросить Айлена, вдруг он бы и тут купил у кого-то? Впрочем, тот уже полчаса как ушел. Налаживать контакты, не иначе.       Двери ванной отворились с тягучим скрипом. Лайт обернулся на звук и, столкнувшись взглядом с обнаженным по пояс Рамом, тут же отвернулся в сторону. К незаурядной внешности своего спутника он уже успел привыкнуть, но вид стекающих по его крепкому телу влажных капель по-прежнему мог вызвать… неоднозначную реакцию. — Ты ещё здесь? — хрипловатый голос опять заставил Лайта поднять взгляд на его обладателя.       Рам спешно вытер свои короткие волосы полотенцем, после чего отложил его в сторону. — Ну, прости, я хотел отдохнуть хотя бы пару часов. Всё же я не оборотень, чтобы несколько дней усталости не чувствовать, — хмыкнул Лайт, откладывая в сторону зеркальце. — Сегодня ведь полнолуние?  — Да. — И что ты будешь делать?       Послышался смешок, совершенно выбивший Лайта из колеи. Кажется, до этого он вообще не слышал, как Рам смеётся. — А что делают оборотни в полнолуние? — Рам обернулся к инквизитору, буквально на секунду обнажая в полуулыбке удлинившиеся клыки.       Зрачки оборотня блеснули в полумраке, нагнетая ещё большее напряжение. За окном уже начинало смеркаться. С легкой паникой Лайт понял, что до того момента, как из-за туч покажется полная луна, осталось пара часов, не больше. С каждой минутой Рам всё больше рисковал.       Лайт поднялся на ноги и подошел к Раму. Он никогда раньше не видел, как меняются оборотни под влиянием луны. Слышал, что наружу пробиваются самые худшие их стороны, что на самоконтроль во многом влияет их психическое состояние и сексуальная удовлетворенность. Много слухов ходило вокруг этого, но рядовые инквизиторы редко пытались выяснить их подлинность. — Тебе нужно уйти из деревни на ночь. Я видел, тут рядом лесок… Может, туда? Там ведь меньше шансов убить кого-то?       Рам протянул руку к его лицу и аккуратно провел подушечкой пальца по царапине на скуле. — Тебе б в первую очередь нужно держаться подальше, — рука Рама плавно скользнула вниз по шее.       Лайт нервно вдохнул и попытался сделать шаг назад, но тут Рам с силой схватил его за плечи. — …?! Чт… — Закрой рот.       Это было грубо, непонятно и совершенно внезапно. Лайт не успел и ахнуть, как оборотень с силой прижал его к деревянной стене. По телу разлилась боль от удара, а Лайт вскинул руки, уперев их в грудь Рама. Толку от этого не было никакого. Теплое дыхание оборотня обдало шею. Лайт почувствовал легкое, почти невесомое, касание губ к тонкой чувствительной коже, а затем последовал неожиданно болезненный укус.       Инквизитор дернулся было в сторону, но руки Рама держали его с такой силой, будто были сделаны из стали. — Ты сам виноват, — следующий поцелуй пришелся на скулу, на сей раз оборотень кусать не стал. — Прекрати, — Лайт опустил правую руку и нащупал холодную рукоять револьвера на своем поясе. — У меня ещё есть четыре пули.       Дуло уперлось в бок Рама, но тот лишь вопросительно посмотрел на всё больше краснеющего Лайта. — Ты не выстрелишь. — Почему это? — Лайт подозрительно прищурился, для уверенности взведя курок. — Тебя тянет ко мне.       Рам говорил совсем тихо, не отводя взгляда от глаз Лайта, а затем осторожно коснулся его губ своими. Инквизитора бросило в жар, руки предательски задрожали. Оборотень хмыкнул и ещё раз легко поцеловал его, затем приоткрыл его рот и провел языком по ровному ряду зубов.       Револьвер с грохотом упал на пол. Это будто бы послужило решающим сигналом — Рам впился в губы Лайта. Удлинившиеся клыки царапали до боли, а когти грозили вот-вот вонзиться в сжимаемые ими ягодицы.       Лайт не мог сопротивляться и не хотел. Он понимал: Рам абсолютно прав. Да и падать ниже уже некуда.

***

      Айлен хотел справиться с делами как можно быстрее. Закупить ещё еды в дорогу, раздобыть швейные принадлежности, возможно, разузнать у местных о том, что необычного происходило в округе. Хоть полнолуние и действовало на него слабее, чем на большую часть его сородичей, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что как только полная луна взойдет, преимущества исчезнут. Впрочем, это и так было в плюс только в такие дни. В остальное же время другие оборотни часто отпускали неприятные шутки и всячески сторонились. Некоторые пытались «исправить», но ни одна попытка пока не увенчалась успехом. Айлен же давно смирился с тем, что его сородичи просто не могут понять, как можно не ощущать тяги к физической близости.       Подул холодный ветер, и Айлен сильнее прижал к телу бумажный пакет с купленным у местных вяленым мясом. Он поднял взгляд на небо. Облачно. Сразу стало неуютно, и парень застегнул куртку ещё на одну застежку. Теплее ненамного, но хоть какие-то меры.       От размышлений Айлена отвлекли открывшиеся двери церкви. Он стоял достаточно далеко, но всё равно смог разглядеть мелькнувшую за ними алую сутану. Для священника это было не типично. Они обычно носили менее вычурные темные одеяния. Неужели и здесь инквизиция? Напряженно оглянувшись по сторонам, словно проверяя, нет ли ещё каких неожиданностей, Айлен направился к церкви.       Тяжелая дубовая дверь открылась без шума. Оборотень проскользнул внутрь. Зал тонул в полумраке, хотя свет всё ещё пробивался через крохотные окна. — Я уже волновался, что вы не успели сойти с поезда, мистер Страйф, — чей-то неуловимо знакомый голос прозвучал с долей насмешки.       Айлен вздрогнул. По фамилии его почти никогда не называли. Разве что… Оборотень принюхался. Да, сомнений не осталось. — К чему эти прятки, майор Нейтроу? Раз уж инквизиция забрела за нашей скромной компанией даже в такую дыру, думаю, что мы достаточно близки, чтобы говорить с глазу на глаз, — хмыкнул он. — Прятки? О, никаких пряток, — инквизитор неспешно вышел из-за колонны, одарив оборотня очаровательной полуулыбкой.       Айлен нахмурил брови и выпрямился. Хотя он никогда не мог пожаловаться на свой рост, Нейтроу всё равно был выше на голову, не меньше. Ещё с самой первой встречи, этот инквизитор ему не понравился. Слишком уж проницательный взгляд, будто бы он мысли читает. — Что вам нужно? — грубо спросил Айлен. — Что, так сразу? — Нейтроу обошел оборотня по кругу, словно хищник попавшуюся в ловушку жертву. — Хотя да, сегодня же особенный день. Не чувствуете ничего необычного? — Вы имеете в виду, желание изнасиловать вас или растерзать под влиянием моей второй сущности? Нет, не чувствую. — Это хорошо. Не хотелось бы быть растерзанным, — хохотнул инквизитор и остановился, продолжая смотреть на Айлена сверху-вниз.       Тот раздраженно выдохнул и отвел взгляд в сторону. — Скажите уже, что вам нужно? У меня не так много времени, чтобы играть в ваши игры.       Нейтроу кивнул и отошел от Айлена. Он приблизился к старой фреске, изображающей Единую, под ногами которой стояли на коленях побежденные эльфийские лжебоги, и сложил руки за спиной. — Мне нужно, чтобы вы спровоцировали селян. Призрака пора уже загнать в ловушку и местные справятся с задачей не хуже инквизиторского отряда. Недалеко отсюда есть заброшенная после последней войны деревушка. Скоро там будет мой отряд и несколько ваших оперативников, — начал он свой рассказ. — Понимаете, мистер Страйф, мой союз с вашей организацией и так трещит по швам. Чтобы всё прошло гладко, необходимо, чтобы в назначенный срок Призрак был там.       По спине Айлена пробежал холодок. Он надеялся, что с Рамом разберется «Альянс». Отдавать его инквизиторам было бы слишком жестоко. — Митифа говорила, что ему ещё рано умирать. У неё были планы… — А я что-то сказал о смерти? — переспросил Нейтроу. — Ваша глава переживет такую самодеятельность. У вас мой нож. Будьте добры, спровоцируйте Призрака им. Местные достаточно просвещенные, чтобы знать, какие монстры боятся серебра. — Я… я и без серебра могу, — Айлен вздохнул и устало потер переносицу. — Вы ведь знаете, что он не один? — Знаю. Но не думаю, что это проблема. Ступайте, мистер Страйф. Приятно было снова вас увидеть.       Покачав головой, Айлен спешно вышел из церкви. И без того плохое настроение покатилось бесу под хвост. Плясать под дудку церковных псов! Хотел бы он знать, что Митифа ожидает получить от этого союза.

***

      Солёный привкус крови на губах вернул Рама в реальность, словно на него вылили ушат ледяной воды или прислонили серебро к свежей ране. Он оторвался от инквизитора. Тот не выглядел испуганным, хотя и смотрел на него так, будто ожидал атаки. Взгляд оборотня соскользнул с его светло-голубых глаз вниз, к бледным губам, на которых по неосторожности Рама выступили алые капли.       Верхние пуговицы на его рубашке были расстегнуты, и невольно оборотень словил себя на мысли о том, что у Лайта до бесов красивые ключицы. От чуткого взгляда не ускользнуло, как вздымается, то опускается артерия в яремной впадине, отбивая ускорившийся от возбуждения пульс.       Гортанно зарычав, Рам со злостью ударил кулаком по стене. Лайт мигом отпрыгнул, и оборотень подметил, как тот сделал несколько быстрых движений пальцами — приготовил руну. — Я… я в порядке, — собственный голос показался Раму настолько неуверенным и слабым, что он тут же устыдился этого. — Прости. Всё это полнолуние. — Только полнолуние? И всё? Это единственная причина? — вопрос Лайта совершенно обескуражил оборотня.       Он ожидал ругани, истерик. Возможно того, что инквизитор всё же атакует его. А вместо этого что? Разговор о чувствах? О них Рам никогда не умел говорить. Да и до встречи с этим недоинквизитором никогда делать этого не приходилось. Он даже толком не мог сказать, что чувствует к нему. В другом случае, наверняка бы Рам смог списать всё на физическое притяжение. Лайт был вполне в его вкусе, даже инквизиторские клейма на нём отчего-то казались привлекательными. Но нет, тут было и что-то другое. Всё-таки Лайт был единственным человеком, который хоть как-то понимал его, не пытался использовать или давить на чувство вины. С ним было комфортно. — Не знаю, — ответил, наконец, оборотень.       Он отдавал себе отчет в том, что сейчас наверняка выглядит как затравленный щенок. Если бы мог — давно бы спрятался где-то в темном углу, спрятавшись от «Альянса» и Инквизиции, позволив Лайту утешать себя.       Инквизитор опустил взгляд и, по своей дурацкой привычке, опять прикусил нижнюю губу. То, что сейчас творилось в его голове, для Рама было загадкой. Он помнил, чем закончился их предыдущий поцелуй, а сейчас всё было ещё хуже. Голый инстинкт, агрессия.       Нарастающий шум на улице отвлек двоих от разговора. Лайт нахмурился и подошел к окну, затем осторожно приоткрыл штору. Рам тревожно наблюдал за тем, как он изменился в лице. Что же там такое? — Там люди. С факелами, — в глазах Лайта отразился страх.       А Рам понимал: пришли за ним. Наверняка за ним. Сейчас его слух был достаточно чутким для того, чтобы услышать призывные крики селян, требующих «грязную тварь».       Оборотень молча открыл двери и вышел наружу, даже не удосужившись надеть безрукавку и куртку. — Стой! Ты куда?! Что ты собрался делать?! — Лайт выскочил следом, на ходу накидывая на себя пальто и повязывая шарф.       С неуместным сейчас смешком Рам заметил, что в руках этот дурак держит его верхнюю одежду. Неужели всё ещё переживает, что он замерзнет и заболеет? — Они за мной. Наверное, Айлен постарался, — Рам оскалился, опять наружу показались удлинившиеся клыки. — Выйду к ним. — Ты идиот?! Совсем мозги с полнолунием поехали?! Я никуда тебя не пущу! — Лайт попытался схватить его за руку, но оборотень увернулся и ускорил шаг.       На улице уже стемнело, но огонь многочисленных факелов прекрасно заменял дневной свет. Кажется, что под трактиром сегодня собрался весь посёлок. Некоторые захватили вилы, у других же в руках красовались охотничьи ружья. — Он это? — Да ты гляди, как глазища сверкают!       Айлена нигде не было видно, но Рам заметил, как в руках одного из присутствующих, видимо, главного охотника, блеснул знакомый церковный серебряный кинжал. Стоило охотнику сделать пару шагов к Раму, как тот шарахнулся прочь. Сейчас, когда его инстинкты, чувства и эмоции были накалены до предела, серебро, казалось, начинало обжигать даже на расстоянии.       На крыльцо выбежал Лайт, но, к счастью, толпа не обратила на него никакого внимания. Рам отступил ещё на пару шагов, а лица селян всё больше выражали страх, ненависть и отвращение. — Мерзкая тварь… — Он пришел, чтобы сожрать наших детей!       Совершенно неожиданно Лайт подбежал к оборотню и встал между ним и людьми, словно прикрывая его собой. Это было смешно. Рам понимал, что его инквизитор сейчас и драться-то толком не может из-за травмы. — Он не опасен! Клянусь, мы покинем вашу деревню завтра же! — Дык полнолуние-то сегодня! — справедливо возмутилась тучная селянка, вскинув перед собой внушительных размеров скалку.       По толпе прошли согласные возгласы. Лайт растерянно смотрел по сторонам, а Рам просто не понимал, зачем он защищает его. Оборотень, людоед, богомерзкое чудовище — никто из людей даже не подумал бы встать на его сторону. — Он просто отойдет от деревни на ночь! Никто не пострадает! — слова Лайта опять не возымели положительного эффекта, толпа только сильнее разозлилась. Послышались звуки перезаряжающегося оружия, кто-то призывал к тому, чтобы и «волчью подстилку» пустили на корм червям.       Выстрел прогремел внезапно. Рам не нашел ничего лучше, чем просто толкнуть Лайта в сторону. Злосчастная пуля так и не попала в цель, но послужила отличным сигналом — люди кинулись к чудовищу с одним единственным желанием — пронести утром голову оборотня на вилах. Эта жажда крови так ясно читалась в их глазах, что гадать было уже не о чем. Рам бросился прочь, в виднеющийся неподалеку перелесок.       Кровь стучала в висках, а сердце отбивало чечётку. Но самое ужасное — зверь внутри стремительно рвался на свободу. Полная луна вот-вот покажется из-за туч, и тогда он уже ничего не сможет контролировать.

***

      Если бы не Рам, Лайт наверняка бы сейчас помирал от дыры в груди. Но и так-то ситуация была не самой воодушевляющей. Толпа понеслась за убегающим оборотнем, а он ничем не мог ему помочь. — Защитим свои дома от этого урода! Все за мной! — охотник на огромном коне выстрелил в воздух, только придавая задора беснующейся толпе.       Лайт поднялся на ноги, но его тут же оттолкнули прочь, не дав вмешаться в ход погони. Он прислонился к деревянным стенам таверны, испуганно наблюдая за тем, как удаляется свет факелов. Все нутро инквизитора сейчас заполнял только один вопрос: успел ли Рам сбежать? Он никогда не простит себя, если случится что-то непоправимое!       Выбора не оставалось. Лайт рассерженно прикусил губу и грубым движением расстегнул ремешки фиксатора на своей ноге. Сейчас он не может себе позволить ковылять со скоростью столетней бабульки.       Внезапно кто-то схватил его за руку и потянул на себя. Лайт испуганно обернулся, собравшись было атаковать противника. Но это был всего лишь Айлен. В глазах его уже читалось то животное, что пробуждало в оборотнях полнолуние, но пока он был вполне в себе. Как ни странно, инквизитор почувствовал легкое облегчение: хоть с этим оборотнем все в порядке. — Не ходи за ним, — прошептал Айлен, кинув опасливый взгляд на небо. — Они его убьют! Только я могу что-то сделать.       Айлен вздохнул и опустил взгляд. Казалось, что сейчас он обдумывает что-то очень важное. — Это подстава, — внезапно оборотень посмотрел прямо в глаза Лайту. — Даже если его не настигнут селяне, завтра здесь будет «Альянс». — Что? — инквизитор отступил на шаг. — Смерть Рама нужна «Альянсу»! Потому я здесь! Потому он от нас убегает! — яростно бросил Айлен. — Он предатель. Хотел сместить главу и занять её место! Расколоть организацию изнутри только из-за собственной жажды власти, бесы его задери! А теперь убегает, как щенок, трусливо поджав хвост.       Айлен устало покачал головой, а Лайт просто не мог сейчас переварить такое количество информации. Сегодняшний день вывалил на него слишком много. Но сейчас все частицы мозаики о прошлом Рама складывались воедино. И его прятки от «Альянса», и подозрение по отношению к Айлену. — Только ты вместе с ним погибать не должен, — опять прервал молчание оборотень.— Это не твой бой, Нэри.       И правда, не его. Он вообще не имеет никакого отношения к разборкам в «Альянсе». Да и вообще хочет просто жить себе спокойно без инквизиторов, оборотней и съехавших с катушек магов! Почему он должен во всем этом разбираться? В конце концов, они с Рамом друг другу никто.       «На вилы урода!» — послышался крик вдали, и желание предпочесть безопасность собственной шкуры улетучилось, как и не было. — Держись от него подальше! Если с головы Рама хоть волос упадёт… — Лайт не договорил.       Он вообще не видел больше смысла в этом разговоре. Решительно развернувшись, инквизитор побежал вслед за толпой, надеясь успеть до того, как они доберутся до его оборотня. Айлен что-то прокричал вслед, но в висках Лайта сейчас так била кровь, что расслышать хоть что-то было почти невозможно. Больная нога отдавала режущей болью. Так, словно кто-то засовывал острый нож под коленную чашечку. Но разве это было важно тогда, когда речь шла о чужой жизни?

***

      В перелеске люди разделились. Рама нигде не было видно, чему Лайт искренне радовался. Чем больше времени селяне потратят на поиски, тем больше шансов у него самого увести оборотня в безопасное место.       Сейчас как никогда ранее он благодарил судьбу за то, что упорно учился все те десять лет, которые его готовили к принятию сана. Как выследить оборотня?       Морщась от боли в колене, инквизитор переходил от дерева к дереву, стараясь найти хоть какую-то зацепку. Наконец отчетливые следы когтей на одном из стволов послужили подсказкой. Лайт воровато оглянулся, проверяя, не идут ли сюда селяне, а затем бегло начертил над отметиной маскирующую руну. Теперь охотники не набредут на те же следы.       Снежный ночной перелесок вовсе не был гостеприимным. На первый взгляд казалось, что ровные стволы сосен единственное, что здесь есть, но на проверку Лайт то и дело натыкался на спрятанные под сугробами коряги, кочки, ямы. Но подобные препятствия его не останавливали, несмотря даже на то, что порой он утопал в снегу по колено.       Он старался идти по следам Рама, усердно заметая их. Нельзя допустить, чтобы охотники нашли его. Путь продолжался минут с двадцать, пока инквизитор не наткнулся на едва освещаемый скрытой за тучами луной заброшенный поселок.       Дома были покинуты уже давно. Возможно, во времена, когда Темная крепость ещё не пала… Где-то полвека назад? Лайт напряженно оглядывался по сторонам, словно надеясь наткнуться на Рама в одном из пустых окон, пугающе чернеющих в темноте. Казалось, что вокруг даже слишком тихо. Самое место для призраков или ещё чего-то подобного. — Рам… — высокий силуэт, застывший в конце улицы показался Лайту более чем знакомым. — Рам, ты ещё в порядке?       С удивлением Лайт понял, что всё ещё сжимает в руке верхнюю одежду Рама. Глупо-то как… Но все эти мысли выветрились из головы, как только оборотень обернулся на него. Его напряженное лицо, глаза едва прикрытые отросшей чёлкой. Глаза не человека. Пустые, лишенные эмоций, похожие на два кусочка цветного стекла. Разглядеть это было тяжело, но Лайт понял — всё плохо. Внезапно застывший оборотень качнулся…       Послышался хруст, звуки рвущихся сухожилий. Оборотень со звериным рыком рухнул на колени, когтями сдирая с себя кожу, обнажая белесый мех.       Лайт отшатнулся назад. В обычное время превращение выглядело совсем иначе! Его сковал страх и отвращение, но отвести взгляд от бьющегося в болезненной агонии спутника он не мог не на секунду. Только жуткий протяжный вой вернул инквизитору самообладание.       Оборотень обернулся на него. Сейчас в его глазах не было и капли человечности. Он казался диким, безумным. И тогда Лайт бросился бежать.       Ногу словно распиливали пилой, легкие горели, но топот звериных лап за спиной не позволял остановиться. Если сейчас он позволит себе такую слабость, то на утро останутся только косточки.       Внезапный камень сделал свое дело — Лайт упал, из-за скорости болезненно перекувыркнувшись. От удара спёрло дыхание, к горлу подкатил кашель. Челюсти щелкнули в паре сантиметров от него, но он отскочил в сторону. Логика кричала: «Стреляй в него, идиот! Ты же бесов инквизитор!», но даже времени на то, чтобы достать оружие не было. — А! — волчьи челюсти почти что сомкнулись на голени, прорвав ткань брюк и оцарапав кожу.       Лайт отшатнулся, продолжая всё больше отползать назад. А оборотень приближался, глядя на него голодными стекляшками глаз. Шаг, ещё один… Достаточно ли это хорошая смерть? Лайт сглотнул и сжал в ладони рукоять револьвера. «Стреляй же…» — прошептал он себе под нос, но рука словно окаменела. Он не мог выстрелить в Рама, даже если на кону стояла его собственная жизнь!       Спасение пришло откуда не ждали — полуоткрытые двери дома напротив ждали его, словно приглашая. Недолго думая, инквизитор вновь сорвался на ноги, снова едва не угодив в пасть хищника. Он рывком забежал внутрь и тут же захлопнул двери. Затем уперся о них, собираясь сдерживать атаки столько, сколько сможет.       Первый же удар последовал незамедлительно. Лайт охнул, но только сильнее вжался в двери, упираясь руками и ногами в стоящую рядом мебель. Удар, ещё один. Злобное рычание, царапанье когтей по деревянной поверхности… А затем всё стихло. Но Лайт не спешил покидать свое убежище.       Буквально в следующую же секунду скалящаяся морда оборотня протиснулась в выбитое окно. Лайт испуганно отшатнулся, но хищник не смог влезть внутрь. Также быстро он вылез обратно и всё опять смолкло.       Только сейчас Лайт осознал, что на его глазах от страха выступили слёзы. Сердце билось тяжело и глухо, будто бы вот-вот остановится. Ему предстоит мучительно долгая ночь.

***

      Слабый свет, пробивающийся сквозь окна, возвестил о наступлении утра. Но отнюдь не это вырвало Лайта из той тревожной полудремы, в которую он провалился ближе к рассвету, а робкий стук в двери.       Первой реакцией был испуг. Инквизитор напрягся всем телом, его будто бы опять парализовал ужас. Но тут стук опять повторился. — Открой. Это… я.       Знакомый хрипловатый голос едва не заставил Лайта разреветься. Он поднялся на ноги и рывком открыл двери.       Рам всё ещё обнажен — штаны были безвозвратно повреждены после обращения. К счастью, запасная пара покоилась в сумке Лайта. Он дрожащими руками открыл её и протянул оборотню одежду. Тот молча принял её, окидывая инквизитора обеспокоенным взглядом.       Всё закончилось не так плохо. Всего пара царапин да ушибы. — Ты в порядке? — не выдержал Лайт, наблюдая за тем, как его спутник одевается.       Тот вздрогнул и повернулся к инквизитору спиной. Таким Лайт его ещё не видел. Будто бы не сердился, но был полон сомнений. — Возвращайся, — наконец приказным тоном проговорил оборотень. — Что? — В деревню. — То есть? А как же ты?       Рам рассерженно махнул головой и забрал из рук Лайта куртку и безрукавку. Затем зашагал прочь, попутно натягивая их на себя. — Эй! Да что с тобой такое?! — Лайт устремился за ним и схватил за руку, удерживая.       Рам остановился, но не обернулся. — Нам нужно объясниться, Рам! — Незачем, — он опустил голову. — Ты и так всё понимаешь. — Ничего я не понимаю, бесы б тебя подрали! — Я чуть было тебя не убил! — развернувшись, закричал Рам. — Ещё бы немного и всё! Я опасен для тебя! Я ведь не хочу…       Рам недоговорил, но нахмурился, будто бы испытывая сильную боль. Лайт опустил взгляд и поджал губы. Глупо было бы спорить, что так всё и есть. Рам опасен. Он самый совершенный хищник из всех, что есть в природе — оборотень. Его естественный враг, как человека и как инквизитора. Но за то время, пока они были знакомы, разве он не был ему ближе, чем все те люди, которых Лайт знал до этого? Как же всё это было неправильно и противоестественно, но ему хотелось защищать Рама. Оберегать его от всего мира и даже от него самого. Даже если цена может оказаться высоковата.       Лайт чуть сильнее сжал руку Рама. Мысли упорно не хотели складываться в слова, да он и не знал, что тут лучше было бы сказать. Всё казалось слишком пошлым и избитым. — Я тоже опасен для тебя. Так что, думаю, мы в расчете.       Рам раздраженно покачал головой, собираясь, видимо, опять попытаться уйти, но тут Лайт притянул его к себе, обнимая так крепко, как только может. Он чувствовал, как напряглось тело оборотня, а потому успокаивающе погладил его по спине. — Я хочу быть рядом, понимаешь? У таких, как мы вся жизнь сплошная опасность. Одной больше, одной меньше. Какая уж там разница? — Лайт слабо улыбнулся, уткнувшись носом в шею Рама.       Рам опустил голову ему на плечо, и инквизитор одобрительно сомкнул руки на его спине замочком. Он сам не верил в то, что решился сказать это. Да и в то, что его оборотень не спешит отвергать настолько неловко выраженные чувства, как это мог бы сделать любой нормальный мужчина. На сей раз сердце грозило пробить ребра уже не из-за страха, а скорее из-за ужасного волнения. Лайта переполняли слова, но выразить их всех было где-то за гранью возможного. — В следующий раз стреляй, — тихо проговорил Рам. — Хорошо, — бессовестно солгал Лайт, с горькой усмешкой вспоминая, как не мог заставить себя атаковать этой ночью.       Рам хмыкнул и отстранился от него. Он некоторое время молчал, а затем опустил взгляд и улыбнулся. Впервые за время их знакомства он по-настоящему улыбнулся. — Ты дурак, знаешь об этом? — Могу сказать то же самое, — фыркнул в ответ Лайт. — И ты, и я.       Лайт выдохнул и слабо улыбнулся, отводя взгляд в сторону. Странное чувство. Обычно люди ощущают себя немного иначе после того, как едва не были съедены оборотнем. Рам осторожно взял его руку в свою и прислонил к собственной груди. Даже сквозь одежду Лайт чувствовал биение его сердца. — Стреляй сюда. Чтобы было быстро.       Ту-дум. Сердце оборотня гулко стучало. Лайт стоически сжал пальцы. Хорошо. Если следующий раз случится, то он, по крайней мере, должен попытаться. Если того хочет Рам. — Я понял, — закрыв глаза, пообещал инквизитор.       Рам хмыкнул и прислонился своим лбом к его, глубоко вдыхая. Они молчали так некоторое время, слушая дыхание и сердцебиение друг друга. — Я верю тебе, — наконец проронил Рам, и Лайт невольно улыбнулся.