Хищники

— Я никогда не оставлю тебя, братишка, — высокий молодой парень, почти что мужчина, крепко обнимает светловолосого мальчишку лет пяти, тот заливисто смеется и протягивает руки для того, чтобы встрепать тёмные волосы своего брата. Они совсем не похожи, будто бы и не родные. Но картина настолько светлая, умилительная, идеальная… Лайт отшатнулся назад, пытаясь закрыть глаза. Не так он представлял себе смерть. Если верить Писанию, его ждала тьма, а затем реинкарнация, но что это? Он будто бы стоял в белом тумане, не в силах отвести взгляд, чтобы не видеть картин перед собой. Изображений счастливой семьи. Его семьи, которой он оказался лишен так рано. — Почему ты не смотришь? Не нравится? Разве ты не мечтал об этом? — раздался вкрадчивый шепот над самым ухом. Лайт резко повернулся в его сторону, но не увидел ничего. Пусто. Так странно, ведь он чувствовал даже то, как кожу опаляет чье-то тёплое дыхание. — Ты всегда хотел, чтобы старший братец оставил тебя у себя. Хотел, чтобы тебя любили. Какое милое желание, как для вашего прогнившего мира, — голос едва заметно хохотнул, и Лайт почувствовал, как по его коже аккуратно провели острым когтем. — Ты злишься на брата? — Габриэл отдал меня в приют потому, что у него не было средств на содержание ребенка. О, Единая, ему ведь было всего пятнадцать… Он не хотел этого, и я не злюсь на него! — выпалил инквизитор и опять попытался отстраниться от невидимого собеседника. Теперь он не сомневался — с ним играл бес. Самый настоящий, про которых пишут в Писании и о которых предостерегают молодых священнослужителей. Говорят, что бесы особенно сильно тяготеют к инквизиторам… Каждый ребёнок с детства знает, чего может стоить контакт с бесами. Нельзя договариваться с ними ни о чём, иначе твоя душа не вернётся обратно в мир живых, а станет таким же злым духом, навечно запертым за печатью. — Врешь, — смешливо заключил бес. — Не балуйтесь, мальчики, — к двум братьям подходит женщина и поочередно целует каждого в макушку. Она стоит лицом к Лайту, но он не может рассмотреть её. Вместо чёткого образа перед ним размытое пятно. Но мальчики смеются и тянутся к этой женщине. — Мама, а сестренка придет сегодня? — спрашивает младший из братьев, обнимая мать за шею. — Ну конечно придет. Она ведь нас каждый день навещает, — ласково отвечает женщина и поправляет растрепавшиеся светлые волосы сына. Лайт сдавленно рыкнул и протер глаза кулаками. Лучше бы он умер с концами, чем попал в ловушку беса! — Прекрати это! — Твоя мать умерла так рано… Сколько тебе было? Четыре года? Пять? Жаль, жаль, жаль. Какой удар по маленькому ребёнку, — как ни в чём ни бывало продолжил бес свою экзекуцию. — Но любила ли она тебя при жизни? Нагулянный на стороне ребенок, все презирали её из-за тебя. — Заткнись! Это всё не правда! Инквизитор с силой закрыл ладонями свои уши, но голос, казалось, звучал прямо в его голове: — А твоя сестра? Что она сделала, когда твоя мать умерла, а вы с братом оказались на улице? Закрыла перед вами двери, да. Её куда больше волновал собственный брак. Ты ненавидишь её, Нэриал? Ты ненавидишь всех их? «Нет, нет, нет!» — мысленно повторял Лайт, пока бес, словно червяк, копался в самых тёмных закоулках его разума, пытаясь вытащить наружу подавляемые и давно забытые неприятные воспоминания и чувства. — Я могу всё исправить. Эти картинки станут реальностью. Идеальная жизнь, идеальная семья. — Ничего мне от тебя не нужно, бес! Оставь меня в покое! — Подумай, прежде чем отказываться. Картина перед глазами развеялась, обратившись в чёрный дым. Лайт зажмурился и обнял себя за плечи, пытаясь вдохнуть глубже, но воздух отказывался поступать в лёгкие. Такое чувство, будто его здесь просто не было. Отчётливое прикосновение холодной ладони к щеке заставило инквизитора снова распахнуть глаза. Перед ним стоял… он сам. Только лучше, красивее, здоровее. Гладко выбритый, причесанный. Даже тусклые серо-голубые глаза казались куда более чистого цвета. Что ещё за новые фокусы? Лайт сжал зубы и отступил на пару шагов от беса, не сводя с него взгляда. — Ты боишься меня? Не стоит. Я предлагаю равноправное сотрудничество. Обмен, — подозрительно дружелюбно начал бес. — Ты от этого только выиграешь. Скажи мне, чего ты хочешь больше всего? Странный вопрос. Лайт не знал ответа на него. Да и что он вообще мог хотеть? Жить в безопасности? Он сам отказался от этой перспективы, когда решил увязаться за Рамом в полнолуние. Теперь его собственная судьба зависела от судьбы друга. — Марк хотел отомстить и для этого попросил у меня увеличить его магическую мощь. Я сделал из юного инквизитора сильного мага. Но ты ведь хочешь не этого? — бес сделал шаг на встречу, ласково улыбаясь. Месть? Глупости какие. Лайт нервно засмеялся, понимая, что его тело сейчас, небось, уже вороны клюют. Какая уж тут месть? Нет, такого счастья ему точно не нужно. Бес, кажется, прочел ответ в глазах инквизитора и тяжело вздохнул, закатывая рукава рубашки. Под ними была чистая бледная кожа, не исчерченная руническими татуировками-клеймами. Неожиданная мысль, вторглась в сознание Лайта с разрушительной силой, сметая все остальные. Он совсем забыл о Раме! Он ведь там совсем один. С инквизицией. Видимо, заметив панику на его лице, бес хитро улыбнулся. — Да, у твоего… друга сейчас действительно проблемы. Не теряя времени на объяснения, бес сделал медленное движение рукой, словно протирая стекло. Белое пространство с едким треском расступилось, представляя глазам инквизитора новую картину. На сей раз вполне реалистичную, ни капли не похожую на иллюзию. Животный рык оборотня эхом отбивается от каменных стен, грозя привлечь внимания стоящих в соседней комнате инквизиторов. Рам рывком сбрасывает с себя напавшего на него сородича, судорожно зажимая кровоточащую рану в боку. В комнате темно, Лайт едва различает белесую макушку своего друга. Кто же второй? — Стоять! Кто здесь? — вбежавший в помещение инквизитор освещает его светом факела, не забывая держать оборотней на прицеле револьвера. Теперь личность напавшего уже не была загадкой. Высокая тонкая фигура, рыжеватые отросшие волосы, по-девичьи приятное лицо, сейчас искаженное гневом… Айлен шел за ними? Лайт сделал шаг вперёд, словно желая вмешаться в ситуацию, но бес лишь мерзко хихикнул: — Ты ведь мёртвый. Что ты можешь сделать? Инквизитор сжал кулаки, с горечью понимая, что злобный дух, по сути, прав. Но неужели он действительно может только наблюдать? — Альянс здесь. Мы требуем выдачи предателя, — холодно говорит Айлен, кидая на Рама полный презрения взгляд. Инквизитор нервно сглатывает, но не спешит опускать оружие. — А где ваша главная? Откуда мне знать, что ты не с ним? Рам пытается встать и инквизитор тут же нажимает на спусковой крючок. Раздаётся выстрел, и оборотень опять со стоном падает на каменный пол. Лайт даже не смог рассмотреть, куда именно попал его бывший коллега. — Они ведь убьют его! — не выдержав воскликнул Лайт, повернувшись к бесу, непринуждённо сложившему руки на груди. — Да, убьют, — как ни в чем не бывало, подтвердил тот. — В твоём возрасте и с твоей-то работой пора знать, что такое иногда случается. — Расслабьтесь, мистер Сигел. Я его знаю, он на нашей стороне. И умоляю, не дырявьте заложника слишком сильно. Он ещё понадобится, — из дверного проёма выходит ещё один инквизитор, на сей раз майор. Лайт уже встречал его однажды и сейчас тут же вспомнил тот день, когда столкнулся с этим человеком ночью в церкви. Айлен кивает майору в знак приветствия. — Госпожа Митифа во внутреннем дворе, майор Нейтроу. Ждёт встречи с вами и передачу ей пленника. Нейтроу довольно улыбается краешком рта и делает пару быстрых движений пальцами. Облегчённая парализующая руна. Чтобы пленник не сбежал. Инквизиторы уходят, а Айлен присаживается рядом с Рамом на корточки и проводит ладонью по его коротким волосам. Затем резко хватает их и с силой оттягивает, заставляя недруга запрокинуть голову. — Я надеюсь, Митифа сдерёт с тебя шкуру, трус. Слишком многим ты уже испортил жизнь. Или она придумает что-то поинтереснее? Знаешь же, ей не занимать фантазии. Изображение превратилось в чёрный дым, как только Лайт опять кинулся к нему, будто бы желая пройти сквозь тонкую пелену. Он не мог вдохнуть и не чувствовал биения своего сердца, но паника и волнение, казалось, захлестнули его разум с головой. Он уже мёртв, но Рам там сейчас был в опасности. Разве нет никакой возможности помочь ему? Со страхом Лайт посмотрел на свои покрытые ссадинами руки. Они были бесполезны сейчас. Он был бесполезен. — Ты помнишь, с чего началась наша беседа, Нэриал? — заигрывающим тоном спросил бес. — Я могу дать тебе всё, что ты захочешь. В том числе и твою жизнь, и жизнь твоего белого волчонка. Лайт обернулся к злому духу. Тот доброжелательно улыбался ему, словно и не планировал ничего дурного. — А что взамен? — слова дались инквизитору тяжело, он чувствовал себя отвратительно от того, что мерзкий бес все же нашел то, что может заставить его идти на переговоры. Тонкие губы беса расплылись в довольной улыбке. Он сделал пару шагов к неподвижному Лайту, а затем неспешно обошел его по кругу, будто бы оценивая товар. — Твоя душа и твоё тело. Я люблю инквизиторов, у них… особенный привкус, — наконец ответил бес. — Не нужно так морщиться. Посмотри на ситуацию иначе. Ты будешь жить, твой друг будет жить. А после смерти ты станешь таким же, как и я. Не так уж и дурно, поверь. Лайт судорожно сглотнул. Он не мог решиться. Это противоречило всему, чему его когда-то учили. Да, он уже успел забыть и об обете воздержания, и о том, что клялся в верности Инквизиции, но душа… Высоковата цена. Бес терпеливо ждал, с усмешкой наблюдая за метаниями Лайта. Тот нервно дрожал, перебирая пальцы, не в силах принять хоть какое-то решение. Страх за жизнь Рама сейчас боролся со свойственным любому живому существу эгоизмом. Но время утекало. Каждая секунда могла стоить его оборотню жизни. Разве на это рассчитывал Рам, когда доверился ему? — А если я захочу разорвать контракт? — спросил он, подняв взгляд на безмолвно торжествующего беса. — Тебе придется отдать мне новую жертву. Нового инквизитора. Я уже говорил, мне вы нравитесь, — будничным тоном ответил тот. — Разумеется, твоя душа при этом спасена не будет. Лайт до боли прикусил нижнюю губу. Теперь ясно, зачем всё это делал Марк. Это он обрёк его на посмертное «свидание» с бесом. Дальнейшее решение потребовало от инквизитора редкого усилия воли. Попрощавшись со всей своей моралью и принципами, он кивнул. Бес не заставил себя долго ждать. Он засмеялся и легким движением руки достал из воздуха пергамент, исписанный с двух сторон множеством незнакомых Лайту рун. В другой же ладони он уже держал перо. Чернильницы рядом не наблюдалось. Злой дух ласково взял ладонь Лайта и одним точным движением проколол кожу на пальце острием пера. Инквизитор шикнул от неожиданной боли, но беса это ничуть не смутило. Он со всё той же дружелюбной улыбкой мокнул инструмент в алую каплю крови, выступившую на бледной коже, и протянул его Лайту. — Подпишись здесь, — бес указал на единственное место, пустовавшее на бумаге. Лайт дрожащей рукой поднёс перо к пергаменту. Он был уже близко, но что-то по-прежнему не давало решиться на этот страшный шаг. «Он умрёт, если ты этого не сделаешь», — мысленно напомнил себе инквизитор. Бес наблюдал молча, будто бы не подгоняя, но с каждой секундой выражение его лица становилось всё более пугающе хищным. От волнения Лайт уже начинал чувствовать подступающую к горлу тошноту. Наконец, он не выдержал и одним быстрым росчерком поставил свою подпись. На душе инквизитора сразу стало пусто. Он чувствовал, что совершил огромную ошибку, но отступать было уже поздно. Бес разразился довольным смехом, и затем Лайт почувствовал на себе его полный первобытного голода взгляд. Липкий страх сковал его, он боялся даже пошевелиться тогда, когда злобный дух приблизился настолько, что его горячее дыхание опалило губы инквизитора. — Ну что, теперь мы вместе всерьез и надолго? — шутливо спросил бес. А затем испарился, превращаясь в густой чёрный дым. Лайт судорожно закашлялся, хватаясь за горло, когда тот проник в его лёгкие. Он будто бы заново умирал, на сей раз от удушья, пока изнутри его заполняло новое чужеродное вещество. Продолжая задыхаться, инквизитор упал на белый пол, чувствуя, как перед глазами темнеет. Но белое пространство вмиг расступилось, и он рухнул вниз с огромной высоты. Тело Лайта сводили болезненные судороги, он расцарапывал ногтями шею до крови, пытался кричать. Бесконечная белая пропасть, казалось, не закончится никогда, но внезапно всё остановилось, сменившись непроглядной тьмой.

***

Парализующая руна оказалась какой-то мудрёной и не особо сковывала ноги, скорее просто утяжеляла движения. А потому Рам вполне мог мрачно плестись перед следящим за ним Айленом, попутно размышляя о том, как избежать встречи с Митифой. Он ненавидел эту женщину, но вместе с тем и боялся её, понимая, что она не остановится не перед чем. А уж что она может сделать с предателем, решившим занять её место… Серебряная пуля жгла плечо, не позволяя выпрямиться. Любое движение сопровождалось болевыми спазмами, но Рам мужественно сжимал зубы, не позволяя прорваться наружу даже мимолетному стону. Айлен с ним больше не говорил, ну и слава Единой. Всё равно все мысли Рама сейчас занимала исключительно возможность побега. — Стой, — неожиданно Айлен придержал его за ворот куртки, и Рам нехотя повиновался. — Что это у тебя? Рам почувствовал, как недруг грубо отстегивает висящую на его поясе взрывчатку. Догадался-таки. — Настолько отчаялся, что решил использовать здешнее оружие? Оно же от малейшей искры взорвётся, — хмыкнул Айлен, а затем толкнул Рама в спину, подгоняя. Дневной свет в сочетании с искрящимся белым снегом после полумрака коридоров едко ударил по глазам оборотня, заставляя его прищуриться. Во внутреннем дворе заметно прибавилось народа, если сравнивать с царившим до этого запустением. Некоторых из новоприбывших он узнавал: это были бывалые оперативники «Альянса». Двое из них как раз осматривали распростершееся на земле свежее тело, облачённое в тёмные одежды. Даже мимолётного взгляда на труп хватило Раму, чтобы узнать несчастного. Марк. Лежал он в неестественной позе, словно упал с большой высоты. В руке маг судорожно сжимал до бесов знакомый револьвер. Рам притормозил, ошарашенно переводя взгляд с трупа на оружие. Сомневаться в том, что это было именно оружие Лайта, не приходилось, но как оно попало к Марку? Что он сам делал здесь? Что, бесы б все это побрали, произошло? Паника и страшные загадки полностью завладели разумом оборотня. С ужасом он посмотрел на крепостную стену, где должен был находиться его инквизитор. Пока там не было видно ни оперативников, ни Инквизиции, но это очень слабо успокаивало. При виде предателя оперативники заметно оживились, послышались тихие перешептывания, смысл которых варьировался между «урод несчастный» и «бедный глупенький мальчишка». Не самые лестные характеристики, но Рам и не ожидал, что его встретят бурными овациями. — Предатель пойман, госпожа, — намеренно равнодушно сказал Айлен и с силой толкнул своего пленника в спину, отчего тот с глухим рыком рухнул на колени. Митифа вышла из-за спин подчинённых. В отличие от всех остальных оборотней, она была одета вполне по погоде: шуба из густого тёмного меха и изящные сапоги делали её похожей на столичную барышню среднего достатка. Точнее, делали бы, но надменные с долей скрытого безумия карие глаза всё же выдавали в этой красивой породистой женщине спятившую садистку. Одного взгляда на неё хватило для того, чтобы в душе Рама всколыхнулась плохо подавляемая ненависть, и он опустил голову, предпочитая рассматривать плотно укрывающий землю снег. — Смотри в глаза своему вожаку, Рам, — в голосе главы «Альянса» ясно читались стальные нотки. — Ты хотел схватки? Давай. Рам тяжело выдохнул, но не поднял взгляда. Он не был дураком и прекрасно понимал — ввязываться в открытый бой с Митифой сейчас значило проиграть. Просто так она бы не стала такого предлагать. — Смотри. Мне. В глаза. Сильный удар коленом по челюсти заставил Рама упасть на землю. По телу вновь разлилась боль, а во рту отчётливо чувствовался металлический привкус крови. Но на этом Митифа не остановилась. Теперь небольшой, но острый каблук её сапога упирался в щёку Рама, пока его хозяйка с силой вдавливала голову поверженного врага в землю. — Оперативники, в чём замысел «Альянса»? — громко спросила Митифа, окидывая взглядом тихо перешептывающихся подчинённых. — Мы защищаем оборотней от геноцида, госпожа, — без промедлений ответил Айлен, за что был вознаграждён одобрительной улыбкой главы «Альянса». Остальные лишь подтвердили его слова, добавив пару схожих формулировок. Митифа явно чувствовала себя в своей лодке. Её ничуть не смущало то, что во дворе начали появляться одетые в алые сутаны солдаты. Она раскинула руки в стороны, сжимая ладони в кулаки, в который раз чуть сильнее сдавливая стопой череп Рама, тихо шипящего от боли. — И разве мы позволим выскочкам, готовым пожертвовать жизнями сотен своих сородичей ради собственной власти, поколебать наши с вами идеалы?! Разве может подобная трусливая падаль когда-либо стать нашим вожаком?! Я — ваш лидер и приведу «Альянс» к победе, даже если придется своими руками оторвать голову каждому предателю! Оперативники вторили своему вожаку дружными возгласами. Кто-то даже выкрикивал её имя. Митифа издала горделивый смешок и убрала, наконец, ногу с головы Рама. «Что же, похоже, смерть от раздавленного черепа на сегодня отменяется», — не без сарказма подумал он, не решаясь пока двинуться с места, чтобы не спровоцировать лишний раз болевые спазмы и гнев главы «Альянса». — Прошу прощения за то, что прерываю вашу речь, госпожа Митифа, — неожиданно послышался характерный глубокий тенор Нейтроу. — Ваш беглец у Вас. Могу я поинтересоваться, когда Вы сможете приступить к выполнению своей части договора? На майора Митифа глянула с нескрываемым презрением, но очень быстро натянула свою обычную холодную маску. — Очень скоро, майор. Как только окажемся во временном логове, — небрежно бросила она. — Оперативники, свяжите, наконец, эту падаль. Меня тошнит от его вида. Митифа отошла куда-то, и Рама тут же подняли на ноги, затем надев на его запястья усиленные серебром наручники. Больше никто из оперативников не комментировал происходящее, все предпочитали иметь вид незаинтересованный и отстранённый, чтобы случайно не прогневить свою госпожу. Краем глаза Рам заметил, как к Нейтроу подбежал один из его подчинённых, крайне обеспокоенный, если судить по выражению глаз. Оставшуюся часть лица скрывала маска. — Майор Нейтроу, а некромант-то мёртв. — Мёртв? Жаль. Уберите куда-то труп, не стоит оставлять лишних следов. И обыщите крепость ещё раз. Найдете дезертира — убейте. Услышав последний приказ, Рам дёрнулся, пытаясь вырваться, но тут же получил грубый толчок в раненное плечо. «Не рыпайся», — мрачно добавил скрутивший его оперативник.

***

Глубокий судорожный вдох смешался с тягучей болью, на секунду охватившей тело, но затем также быстро отступившей. Лайт распахнул глаза, ошарашенно глядя в серое затянутое тучами зимнее небо. Он чувствовал, как бьется его сердце. Равномерно, правильно, чётко — даже до смерти оно барахлило сильнее. Испуганно дотронулся до груди: о ранении напоминала только дыра в одежде и кровь на ней же. Усилием воли инквизитор присел на полу, удивленно разглядывая свои руки. Ссадины затягивались прямо на глазах. Не оставалось ни рубцов, ни синяков. Кажется, сейчас Лайт был куда здоровее, чем когда-либо. Бес пока молчал, удушье прошло, а происходящее казалось всё более странным. Не удержавшись, Лайт задрал рукава и облегчённо вздохнул: клейма всё ещё были на месте. Шум во внутреннем дворе заставил инквизитора отвлечься от созерцания своего обновлённого тела. На животе, не высовываясь, он подполз ближе к краю, чтобы рассмотреть происходящее. Без особого труда он выловил среди людей светлую макушку Рама. Похоже, Инквизиция уходила вместе с «Альянсом». Нужно было успеть увязаться следом. Механически рука Лайта потянулась к скрытой за пальто портупее, чтобы достать револьвер, но оружия там не оказалось. Тихо выругавшись, он поднялся на ноги и поспешил скрыться с открытого места. Планы настраивались буквально один на другой: найти оружие, спасти Рама, не попасться самому. Да только всё просто только на словах. Лайт старался не высовываться лишний раз, передвигался вдоль каменных стен, держась в тени. Сознание лихорадочно подкидывало вариант за вариантом того, как именно он может спасти Рама, но все они были отметены в сторону. Что-то подсказывало инквизитору, что люди майора вполне себе знают, что он тут и точно не отпустят без перестрелки. Гулкие звуки шагов заставили Лайта испуганно вжаться в стену. Он осторожно выглянул, проверяя, кто идет и едва удержался от облегчённого вздоха. Незнакомый инквизитор стоял к нему спиной, настороженно осматривая неизвестный тёмный проход. Шанс один на миллион, нельзя было его упускать. Быстрое движение пальцами, и в руке Лайта затанцевала парализующая руна, издающая едва слышное потрескивание. Достаточно мощная, чтобы удержать врага несколько часов, а большего и не требовалось. Незнакомец что-то заподозрил и огляделся по сторонам, но было поздно — ловкий пас рукой, и он упал на пол, не в состоянии даже позвать на помощь. — Прости, ничего личного, — Лайт присел рядом и начал расстегивать застёжки его мундира. — Я спрячу тебя там, где дуть не будет, и одеяло оставлю. А потом найдешь тут что-то, что накинуть можно. «Ну просто святая благодетель», — с укором подумал Лайт, но вслух больше ничего не сказал. К счастью, инквизиторская униформа снималась более чем легко, как и надевалась. Во времена послушничества юных рекрутов заставляли одеваться, пока горит спичка. Никогда ранее Лайт не мог подумать, что это умение ещё может ему пригодиться. Уже спустя минуты две он, одетый в алую форму, утрамбовывал свои вещи в походный рюкзак незадачливой жертвы. Теперь, когда два заряженных револьвера болтались в креплении на поясе, он чувствовал себя куда уверенней. О том, что враги могут заподозрить в нём чужака, дезертир даже не волновался. Скрывающая большую часть лица маска часто приводила к тому, что работающие долгие года в одном отряде инквизиторы не всегда знали толком, как кто выглядит без неё. Оставив укутанное в два одеяло тело спрятанным в чулане, написав на нём маскирующую руну, Лайт поспешно спустился вниз, во внутренний двор. Оборотни успели выйти за ворота и увели Рама за собой. Ну ничего, еще догоним. Инквизиция уже седлала механических коней. Теперь бы узнать, какой на сегодня его. Неловко вытащив из кармана мундира ключи зажигания, Лайт запомнил выгравированный на них номер и отправился искать свой транспорт, всячески пытаясь не выделяться из основной массы. — Сэр, дезертир пропал. Люди ещё раз обыскали всю крепость, но не следа не обнаружили, — услышал он краем уха, взбираясь на спину коня. При упоминании себя Лайт тут же замер, напряжённо вслушиваясь. — Пропал? Прискорбно. Теперь придется потратить время ещё и на его поиски, после того, как закончим дела с «Альясом», — вздохнув, ответил майор Нейтроу. Он обернулся на Лайта, и тот мигом завёл свой транспорт, делая вид, будто бы не наблюдал и не подслушивал. Ещё пару секунд Нейтроу как-то подозрительно смотрел на него, а затем развернулся и зашагал к своему коню. На сей раз сдержать вздох облегчения у Лайта не вышло.