Что скрывает тьма

Your own personal Jesus Someone to hear your prayers Someone who cares Your own personal Jesus Someone to hear your prayers Someone who's there Marilyn Manson — Personal Jesus (Depeche Mode cover)

Когда Ньют вновь почувствовал землю под ногами и открыл глаза, первое, что он увидел — светлеющее небо на востоке. Отпустив плечо Томаса, он завертелся на месте, пытаясь понять, где они очутились. Под ногами хрустела галька — они стояли посреди проселочной дороги, которая упиралась в асфальтированное шоссе метрах в пятидесяти от них. Минхо тоже повертел головой и раздосадовано цокнул языком. — И как нам теперь найти нашу машину? — Серьезно? Ты только что путешествовал сквозь пространство, а тебя волнует лишь твоя тачка? — Ньют на мгновение закатил глаза. Лес по бокам от них утопал в предрассветных сумерках; на дороге клубился туман, обволакивая их ступни — казалось, они ступают по дождевым облакам. Ньют наспех прикинул, где они оставили машину, и повернулся к Томасу. Тот крепко вцепился в плечо Терезы, которая осторожно поддерживала его обеими руками. Из ушей Томаса текла кровь, и он стирал ее ладонями, еще больше пачкая шею. — Что с ним? — Ньют взглянул на Терезу. — Перенести двоих или троих — это одно дело, а семерых за один раз — слишком даже для Тома, — она плотно сжала губы. — Я в порядке, — Томас вытер лоб тыльной стороной руки и выпрямился, — просто мне нужно немного времени на передышку. — Тогда пока мы отдыхаем, может, кто-нибудь все-таки объяснит, что вообще произошло? — Соня обводила всех растерянным взглядом. — Кто вы такие? — с ходу потребовал объяснить Минхо. — И почему нам помогаете? Ньют открыл рот, чтобы попытаться объяснить ситуацию, но вместо этого закусил губу и беспомощно уставился на Терезу. Та выразительно возвела глаза к небу и обреченно вздохнула. — Меня зовут Тереза. Это, — она указала на Томаса, — Том. — Томас, — во второй раз за сегодняшнюю ночь поправил он ее. — Мы не люди, а сверхъестественные существа. В этом лесу сегодня был шабаш в честь Хэллоуина. Эти шабаши проводятся по всему миру, и на них собираются самые разные сверхъестественные сущности, чтобы отпраздновать эту ночь и отдать дань своим покровителям. — Твоя страшная сказочка оказалась правдой, — хмыкнул Ньют, наблюдая за реакцией Минхо. — Это я, честно говоря, уже понял. Мне непонятно только то, почему вы двое нам помогли, — подал голос Фрайпан. — Как я уже говорила Ньюту, сверхъестественные создания бывают не только злые, — устало пояснила Тереза. — То есть вы двое типа добрые? — Бренда скептически приподняла брови. — Не совсем, — Тереза кинула тревожный взгляд в сторону Томаса, который на слова Бренды громко хмыкнул, — тут немного сложная ситуация. — Ночью я услышал, как ты меня звала, — вмешался Ньют, посмотрев на девушку тяжелым взглядом, — я думал, что вы с Соней опять решили пошутить или что-то в этом роде. Я пошел в лес, следуя за твоим голосом. Ничего не напоминает? Бренда отступила на шаг, и он увидел в ее глазах замешательство. — Когда я понял, что это не ты, было уже поздно — я оказался в долбанной глуши. Кто-то преследовал меня, я пытался убежать, а потом… — Ньют запнулся, — потом я увидел эти странные голубые огни, которые и вывели меня к поляне, где был шабаш. — Стой, что? Ты видел голубые огни? — он почувствовал на своем плече руку Терезы. Она развернула Ньюта лицом к себе. — Сначала меня хотели сожрать, — Ньют снова посмотрел на друзей, — но тот старик, кажется, сказал, что я под защитой леса. И меня отпустили. Он боковым зрением увидел, как Тереза с Томасом переглянулись. — Правда, не все хотели меня отпускать. Уже в лесу меня нагнал этот… — он попытался вспомнить то мохнатое существо, что чуть не перегрызло ему глотку. — Оборотень, — подсказали ему. — Да, оборотень. Но он меня спас, — Ньют кивнул на Томаса, — а потом появилась Тереза, ну и… мы пошли спасать вас. — Так, стой, погоди. Ты чего-то недоговариваешь, — Минхо помотал головой. — Ты упустил самую важную часть, — Ньют отстраненно почувствовал, как Томас берет его за левую руку. — Когда ты успел сделать татуировку? — он вдруг понял, что все смотрят на рисунок на тыльной стороне его ладони. Ньют тоже посмотрел на свою руку и пару раз моргнул. Честно говоря, он до последнего надеялся, что эти ярко-красные узоры, въевшиеся в его кожу, исчезнут сами собой, но с первыми лучами солнца они будто стали еще ярче. — Почему они у вас одинаковые? — Минхо смотрел уже на руку Томаса. — Потому что эти двое теперь связаны, — Тереза спрятала улыбку. — Каким образом? — Бренда подошла ближе и взяла руку Ньюта в свою, поднося ее ближе к глазам. — Понимаете, некоторые высшие сверхъестественные существа могут заключить союз с другим существом только один раз за всю жизнь и… — Тереза пустилась в объяснения, но Томас прервал ее, с невозмутимым видом заявив: — Мы женаты. — Чего? — хором спросили четыре голоса. — Чего? — повторил за ними Ньют. — Я на такое не подписывался. — Подписывался, как раз в тот самый момент, когда полез ко мне со своими губами, — Томас злорадно ухмыльнулся. — Чего? — еще раз повторил Минхо. — Да что вы заладили со своим «чего», — он раздраженно зыркнул в его сторону. — Начнешь вам объяснять все тонкости, так все равно же ничего не поймете. — Ты женился, а нас даже не свадьбу не позвал? — азиат в притворно-расстроенных чувствах повернулся к Ньюту. — Ну у тебя и вкус, честно говоря, — Минхо указал пальцем на Томаса. — Я тут вообще ни при чем, — ощетинился Ньют. — В общем, ваш самоотверженный друг кинулся вас спасать, а так как это было самоубийством, я предложил ему сделку — я помогаю ему вас спасти, а он после этого уходит со мной. Так что сейчас можете прощаться, а нам пора, — Томас наигранно зевнул. — Зачем тебе вообще такое предлагать? — Бренда выглядела разозленной. — Знал же наверняка, что Ньют не откажется. Ну-ка, иди сюда, я тебе сейчас глаза выцарапаю, — она метнулась было в сторону Томаса, но ее одновременно удержали Соня и Фрайпан. — Прекрасная благодарность за спасение, — съязвил тот. — Бренда, успокойся, — ровным голосом попросил Ньют, — он ни в чем не виноват. Если бы не Томас, и вы, и я — все бы были сейчас мертвы. Мы отделались малым. — Простите, — вдруг подал голос Минхо, — если бы я не… — Сейчас не время искать виноватых, — отрезал Ньют. — Зачем? — снова спросила Бренда, вырывая локоть из рук Сони. — Зачем тебе Ньют? — Если с ним что-то случится, то и мне кранты. А у меня нет желания быть мальчиком на побегушках и спасать его от каждого кирпича, что падает ему на голову, — холодно ответил Томас; его лицо помрачнело. — Я ничего не могу сделать с этой связью. Так что примите все это как должное. — Мы что, больше не увидимся? — осторожно спросил Минхо. Ньют повернулся к Томасу, и тот пожал плечами. — Не знаю, — честно ответили ему, натянуто улыбаясь, — но я думаю, что мы еще обязательно встретимся. Поэтому не делай такое лицо. — Оставляю их на тебя, — Томас кивнул Терезе, и та фыркнула. — Нет, стойте, — Минхо вцепился в локоть Ньюта. Тот мягко улыбнулся и высвободил руку из его пальцев. — Не волнуйся, он ничего мне не сделает, — его улыбка стала шире, — он не может. — Все, кончайте миловаться, — раздраженно скомандовал Томас и схватил Ньюта на капюшон кофты, подтаскивая ближе к себе. — До встречи, — Тереза отсалютировала ему. — Позаботься о них, — доверительно попросил Ньют. — Не волнуйся, — она ответила улыбкой. Он кинул последний взгляд в сторону друзей и вложил свою ладонь в протянутую Томасом руку. Ньюту на мгновение показалось, что радужка глаз напротив окрасилась в оранжевый, но Томас моргнул, и видение рассеялось. Почувствовав, что его руку сжимают сильнее, он закрыл глаза. * * * В лицо ударил порыв свежего воздуха. Томас отпустил руку Ньюта, и тот обернулся, кидая взгляд себе за спину. Глазам открывался вид на море: низкие дождевые тучи затянули небо, где-то вдали летели чайки, почти касаясь синей воды. Ньют слышал шум бьющихся о скалы волн — они стояли у высокого обрыва. Повернувшись обратно, он увидел невдалеке большой особняк, окруженный высокой изгородью, увитой диким плющом. Томас шагнул вперед, и Ньют поспешил следом. По мере приближения к дому, внутри все больше разрасталось тревожное чувство — особняк выглядел мрачным, холодным, пустым. Они остановились перед железными воротами, и Томас толкнул их; Ньют поморщился от неприятного скрипящего звука. — Ты живешь здесь? — нервно поинтересовался он. — Внутри все выглядит гораздо лучше, чем снаружи, — Томас с усмешкой обернулся на него. — Где мы вообще? — На одном из Шетландских островов на севере Шотландии. — Отлично. Ты перенес меня на другой конец света, — недовольно подметил Ньют, кутаясь в кофту, — здесь было невыносимо холодно. Он ни разу не был ни в Англии, ни в Шотландии, хоть его семья и была родом отсюда. Кто бы мог подумать, что он окажется в этих местах при таких обстоятельствах. Пока они шли по тропинке, ведущей к дому, Ньют заметил сбоку старый яблоневый сад — яблони выглядели безжизненными и нагоняли на сердце странное угнетающее чувство. Он поежился и прибавил шагу, стараясь не отставать от Томаса. Поднявшись на крыльцо, тот почти с пинка открыл входную дверь и прошел внутрь. Ньют юркнул следом, прикрывая за собой тяжелую дверь. Несколько пожухлых листьев, подхваченные ветром, влетели внутрь, оседая на паркет. Томас стянул с себя кожаную куртку и швырнул ее прямо на пол. Ньют непонимающе уставился на отброшенный предмет одежды и вдруг коротко взвизгнул — неожиданно куртка приподнялась над полом и куда-то поползла, странно дергаясь. Присмотревшись, он увидел маленьких мохнатых существ, которые подтащили куртку к стене. Черные мохнатые комочки стали запрыгивать друг на друга, выстраивая живую башню, и через пару мгновений куртка повисла на крючке для одежды. Мохнатые создания расползлись по углам комнаты, пропадая из поля зрения. — Это что… это кто такие? — Ньют юлой принялся крутиться на месте, пытаясь взглядом отыскать непонятных существ. — Слуги, — бросил Томас, не оборачиваясь, — это низшие духи. Не бойся, они безобидные и не причинят вреда. Идем, — он махнул рукой и стал подниматься по широкой винтажной лестнице. Ньюту казалось, что он очутился в Англии викторианской эпохи — наверное, этот особняк и был построен примерно в этот период. На стенах вдоль лестницы висели позолоченные подсвечники, перила увиты странными узорами, происхождение которых Ньют так и не смог понять. Сами ступени лестницы тихо и будто бы жалобно поскрипывали под тяжестью их тел. Томас вел его вперед по коридору, а Ньют только и делал, что вертел головой и вглядывался то в картины, которыми были увешаны стены, то в многочисленные запертые двери. Томас остановился перед одной из них и открыл ее, взглядом говоря Ньюту зайти внутрь. — Эта комната будет твоей, — сказал он, прикрывая дверь за собой. Первое, что увидел Ньют — огромная кровать с балдахином темно-красного цвета. Он указал на нее пальцем и обернулся на Томаса, выгибая левую бровь: — Серьезно? — А что тебя не устраивает? — Еще скажи, что тут нет электричества и ты читаешь книжки при свете камина, — фыркнул Ньют. — Хотя меня больше волнует наличие нормального водопровода и ванной комнаты в этом доме. — Расслабься, неженка, — Томас закатил глаза. — Я, может, и живу на отшибе мира, но это не значит, что я не знаком с цивилизацией. Вон там твоя ванная, — он указал на дверь у соседней стены. Ньют окинул взглядом комнату: слева — большой камин, напротив двери — высокие окна, задернутые тяжелыми черными шторами, между окнами — кровать, а у стены рядом с дверью тянулись книжные стеллажи. Вся комната была отделана в черно-красных тонах. — Как будто в Средневековье попал, ей богу. — Хватит кудахтать, — фыркнул Томас. — Дальше что? — Ньют повернулся к нему, складывая руки на груди. — Наденешь на меня наручники, чтобы не сбежал? — Мы на острове посреди моря. Тебе некуда бежать. К тому же, ты пришел сюда по своей воле, — чужие губы кривила усмешка, и Ньюту она уже до жути надоела. — Это моя комната, так? — чуть подумав, спросил он и, получив в ответ кивок, продолжил: — Перед тем, как войти, будешь стучаться. — Совсем страх потерял что ли, — Томас вздернул брови. — И страх, и все остальное. Мне нужно личное пространство. Если уж мы будем жить… — он замолчал и нахмурился, однако продолжил: — вместе, то давай установим правила. — Точно страх потерял, — Томас раздраженно хмыкнул. — Слушай, парень, ты правда не в том положении, чтобы… — Топай. — …и это мой дом, я могу делать здесь все, что захочу… — Я сказал топай. — Что? — Томас замолчал, несколько оторопев от наглости Ньюта. — Я устал. Дай мне отдохнуть. Тот смерил его тяжелым взглядом, и через несколько секунд Ньют вздрогнул от резкого хлопка двери. Едва он облегченно выдохнул, как только что закрывшаяся дверь снова открылась, и Томас, не обращая на Ньюта внимания, быстро подошел к камину. Присев на корточки, он провел пальцами над поленьями, и те вспыхнули пламенем. Томас поднялся на ноги и так же молча покинул комнату во второй раз. Ньют еще долго переводил взгляд с камина на дверь и обратно. С уходом Томаса он в полной мере ощутил то, насколько его вымотала эта ночь — едва дойдя до кровати, он рухнул на нее лицом вниз и уснул мертвым сном без сновидений. * * * Когда Ньют проснулся, за окном опять было темно. Огонь в камине все еще потрескивал, заливая ковер на полу оранжевым светом. Ньют сел на кровати, сонно оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, где он. В голове вихрем пронеслись воспоминания о событиях прошедшего дня, и он грустно улыбнулся, оборачиваясь к окну и ловя мысль о том, что в это окно он будет смотреть так же, как и сейчас, еще много-много лет. Нога едва ощутимо ныла, напоминая о ночных забегах, и от этого на душе становилось еще более тоскливо. У подножия кровати что-то тихо зашуршало, и Ньют напрягся, всматриваясь в мягкий полумрак комнаты. На бархатное покрывало залезло что-то черное и мохнатое, и он уже было собрался вскрикнуть, как узнал в странном существе одного из тех низших духов, что Томас назвал своими слугами. Мохнатый черный комочек положил перед его ногами белое махровое полотенце и тут же спрыгнул обратно на пол. Через мгновение он снова выглянул из-за края кровати, смотря на Ньюта большими испуганными глазами — единственное, что отчетливо выделялось на черной шерсти. — Привет, — зачем-то поздоровался он. — Ты принес мне полотенце? Спасибо. Комочек шерсти закивал, все еще боясь заползти обратно на покрывало. — Не бойся, я тебя не обижу, — Ньют поманил его рукой. Балдахин над кроватью зашелестел, и по бордовому бархату сползли еще два мохнатых существа, плюхаясь на кровать сбоку от Ньюта. На него уставились две пары огромных глаз, что с интересом изучали его лицо. — Сколько же вас тут? — Ньют завертел головой. С другой стороны кровати на покрывало тут же заползло еще три комочка шерсти, которые подползли к его ногам, забираясь на них. Ньют почти хрюкнул от умиления и протянул вперед руку, осторожно касаясь того существа, что было к нему ближе всего. Черная шерсть на ощупь была мягкой и теплой. Ньют водил по ней ладонью, с удивлением вслушиваясь в довольное урчание — если бы он не знал, что это дух, то подумал бы, что это просто кошка. — Вы такие милые, — протянул он. Тот мохнатый комок, что принес ему полотенце, тут же забрался на кровать и подполз к Ньюту — через мгновение он почувствовал щекотку, и вот его шеи касалась черная шерсть. Существо забралось к нему на плечо и с интересом нюхало его волосы. — Вы все это время здесь были? Существо закивало. — А вы умеете разговаривать? Комочек шерсти расстроено помотал тельцем — кажется, у него даже головы не было. Вокруг Ньюта копошилось несколько мохнатых существ, и каждое из них нюхало его одежду. Пару раз его даже лизнули в руку, и он взвизгивал от неожиданности — он не переносил щекотки. Наверное, в ближайшее время эти комочки шерсти будут его единственными собеседниками. Хозяин дома не в счет. Его Ньют вообще в расчет не брал. И не будет. Выбравшись из моря копошащейся шерсти, он подхватил принесенное ему полотенце и прошлепал в сторону двери, что вела в ванную. Представшая взору картина вызвала немного глупую улыбку — ванная комната выглядела до ужаса обычной. Кажется, у Ньюта дома была почти в точности такая же. Она как-то странно контрастировала с самой комнатой, которая была совершенно не из этого времени. Покидав на пол у двери грязную одежду, Ньют зашел внутрь душевой кабинки и включил воду. Закрывать глаза было страшно — казалось, стоит ему это сделать, как на голову тяжелым кирпичом рухнут мысли, вышибая мозги. А думать сейчас совсем не хотелось, а особенно — размышлять над той ситуацией, в которую ему угораздило влипнуть. Извозившись в мыле с ног до головы, Ньют пытался смыть с себя страхи, впитавшиеся в его кожу с прошлой ночи. Выбравшись из душа, он обнаружил пропажу старой одежды, но вместо нее нашел чистую — она аккуратной стопкой лежала на стуле у двери. Ньют натянул на себя хлопковые штаны и накинул белую рубашку, выглядывая из ванной — по комнате мгновенно расползлись мохнатые комочки, прячась по углам. Он тихо засмеялся и прикрыл за собой дверь. Сделав пару шагов, Ньют остановился, услышав странный звук. Только спустя пару секунд он понял, что это урчит его живот — кажется, последним, что он съел, был зажаренный на костре зефир. При воспоминании о друзьях сердце предательски заныло. Сжав зубы, Ньют вышел из комнаты и посмотрел по сторонам, оглядывая темный коридор. Ну и где здесь кухня, интересно? Буквально на ощупь передвигаясь вперед по коридору, он тихо ругался, с каждой секундой ненавидя этот дом все больше и больше. Сзади послышались звук, какой бывает, когда сквозь щель в окне дует ветер, и Ньют застыл на месте, медленно оборачиваясь — в нескольких метрах позади него в воздухе парила бледная фигура, и он видел сквозь нее продолжение коридора. Вскрикнув, Ньют кинулся вперед и буквально кубарем скатился по лестнице, дергая на себя первую попавшуюся на его глаза дверь. Закрыв ее за собой, Ньют прислонился к ней спиной и оглядел огромную гостиную, вдоль стен которой тянулись бесконечные стеллажи с книгами. У камина невдалеке сидел Томас; он перевернул страницу в книге и поднял на него взгляд прищуренных глаз, поправляя очки. — У тебя такой вид, словно ты привидение увидел, — услышал Ньют. — Так и есть, — выпалил он. — Не обращай внимания, бывает, — как ни в чем ни бывало бросил Томас и потянулся в кресле. — Бывает? — нервно переспросил Ньют. — Чего пришел? — Томас проигнорировал его вопрос, откладывая книгу на журнальный столик и снимая очки. Ньют проследил за его взглядом и запахнул рубашку, которую забыл застегнуть на выходе из своей комнаты. — Я… — начал он, но его прервал урчащий живот. Наткнувшись на взгляд ехидных глаз, Ньют почувствовал, как краснеет от смущения. — Если ты хотел есть, то просто бы попросил этих чудиков — они бы принесли, — усмехнулся Томас. — Чудиков? Ты об этих мохнатых существах? Томас кивнул и поднялся с кресла. — Идем. Пока они пересекали холл на первом этаже, Ньют не выдержал и задал, на его взгляд, совершенно глупый вопрос: — Здесь никто раньше не бывал, кроме меня? Томас оглянулся на него. — Тереза часто здесь бывает. У нее есть своя комната наверху. — А вы двое… — Ньют запнулся, — хорошо ладите, как я посмотрю. — Все приходит со временем. При нашей первой встрече она чуть не снесла мне голову своим мечом, — последовал ответ, и он не выдержал и тихо засмеялся. Кто бы мог подумать — такой грозный Томас, а ему чуть не оторвала голову девушка. И пусть она была не совсем человеком. — Я ее понимаю, — вырвалось у Ньюта. — Да что ты говоришь, — саркастически подметил Томас. — Ты просто боль в заднице, — не подумав, ляпнул Ньют, на что тот оглянулся, и тому захотелось провалиться сквозь паркет от этого многозначительного взгляда. — Боль в заднице? Всему свое время, говорю же, — он отвернулся, а Ньют едва удержался от того, чтобы не долбануть его по затылку вон той лампой, что стояла на тумбочке у стены. Кухня, как и ванная комната, была обустроена так же, как и в обычных современных домах. Едва они зашли внутрь, как Ньют увидел на обеденном столе тарелку с сэндвичами и дымящуюся кружку кофе рядом. — Как по заказу, — махнул рукой Томас. — Эти духи что, вообще все за тебя делают? — Ньют поспешил сесть за стул, тут же хватаясь за первый бутерброд. — Ну да, — пожал плечами Томас, садясь напротив. — Кстати, хотел тебя предупредить кое о чем, — он помедлил несколько секунд, — во второй раз ко мне с поцелуями не лезь, будь так добр. Ньют застыл, перестав жевать. Проглотив, он приподнял брови. — С чего ты вообще решил, что мне захочется? — Мало ли, — чужие глаза сверкнули красным в полумраке. Ньют громко фыркнул, продолжая есть сэндвич. — Почему, кстати? — спросил он с набитым ртом. — Сейчас мы связаны на физическом уровне. Но после второго поцелуя мы окажемся связаны еще и на духовном. — Это как вообще? — Ньют отпил кофе и улыбнулся сам себе. — А вот это тебе знать уже не обязательно. Просто возьми на вооружение, если тебе вдруг захочется меня поцеловать, — Томас криво ухмыльнулся, и у Ньюта создалось смутное впечатление, что его лапают взглядом. — Я лучше поцелую одного из твоих мохнатых духов, — съязвил он. — Кстати, это что же получается… Ты девственник? — пожалуй, все же стоит следить за языком. — С чего ты взял? — лицо Томаса смешно вытянулось. — Ты же ни разу не целовался, — невозмутимо ответил Ньют, продолжая потягивать кофе. Тот засмеялся, откидываясь на спинку стула. Ньют мельком окинул его взглядом — черная майка по фигуре, широкие плечи, такая же широкая грудная клетка, кожа не бледная, как у Ньюта, но и не совсем смуглая. Томас вдруг улыбнулся, и он поднял глаза к его лицу. — Что мешает трахаться без поцелуев? — вопрос Томаса буквально ударил Ньюта по голове, и он чуть не поперхнулся, едва успев проглотить очередной глоток кофе. — Это какой же секс без поцелуев, — тихо пробурчал Ньют, отодвигая от себя кружку. — Прекрасный. Хочешь попробовать? — Томас, казалось, не видел в своем вопросе ничего предосудительного. — Тебя не смущает, что я немного парень? — Ньют приподнял брови, кидая взгляд в сторону кружки и прицениваясь к ней. Если что, он запустит ее Томасу в голову. — Какая разница, баба или мужик, покуда дырка имеется, — последовал невозмутимый ответ, и Ньют поперхнулся воздухом от возмущения. — Господи, какой ты идиот, — он встал со стула. Внутри кипело негодование. Настолько самовлюбленный и прямолинейный тип ему попался впервые на его памяти. — Сомневаюсь, что вынесу в твоем обществе хотя бы неделю, — Ньют окинул Томаса хмурым взглядом. — У тебя нет выбора, — тот безразлично пожал плечами. — Выбор есть всегда, — отрезал Ньют и направился к выходу. — Эй, — окликнул его Томас, — не выходи из дома. Хотя бы в ближайшие пару дней, пока все не успокоится. — О чем ты? — раздраженно поинтересовались у него. — Празднование Дня всех святых длится не один день, поэтому… — Ясно, — перебил его Ньют и дернул на себя дверь, выходя наружу. Его никак не отпускала мысль о том, что в прошлой жизни он совершил серьезный проступок, и поэтому сейчас мироздание с садистским удовольствием его наказывает.