Однажды в куче пейрингов

Держа в руке флягу с ромом, Киллиан сидел на пристани и смотрел в почерневшее небо. Таким оно было вторую неделю с тех пор, как Капитан убил Румпеля и стал Тёмным. Стало ли его сердце настолько же черным, насколько было черно все вокруг?.. Столько бороться с Тёмным, стать им и вместе с этим убить… Какая ирония! — Действительно ли оно стоило того? — обладательница до боли знакомого голоса будто услышала мысли Киллиана и воспроизвела их вслух. Он знал, кто стоит за его спиной. Та, от которой новоиспеченный Тёмный скрывался уже несколько дней, та, которая долго не могла смириться с произошедшим. А сейчас нашла его и задала уже столько дней мучающий Киллиана вопрос. — Правда ли она того стоила, капитан? — Реджина — а это была она, — села рядом с Киллианом, и голос её был тихим, шуршащим и одновременно колющим. — Мила? Мила… — Тёмный смотрел куда-то вглубь чёрных вод. — Ты наверняка знаешь, что Мила не единственная причина моей ненависти к Румпельштильцхену. Реджина знала. Киллиан познакомился с ней, когда Реджине было семнадцать. Познакомился с юной девушкой, милой и невероятно скромной, любящей коней и ромашки, а ещё того конюха, кажется, Дэниела. Киллиан помнил её звонкий смех и то, с каким удовольствием Реджина слушала рассказы о его приключениях. Но вскоре их пути разошлись… …А потом сошлись снова. В той женщине, одетой в роскошный бархат и невероятно острой на язык, Киллиан с трудом узнал ту прежнюю Реджину. Он знал, кто сделал её такой. Кто подтолкнул её к пути мести маленькой бедной девочке, бегающей по лесам. Румпельштильцхен. От одного его имени всё существо Киллиана наполнялось гневом и злостью. Лишивший его руки и возлюбленной. Лишивший несчастную сломленную девушку попытки начать все сначала. — Мстить за меня? — погрузившись в воспоминания, Киллиан забыл, где находится и с кем говорит, — голос Реджины привел его в чувства. — Благородно, Джонс. — Она усмехнулась. — Только, может, мне нравилось жить и надеяться, что скоро я прикончу разрушительницу моей жизни? Ложь. У Киллиана не было способности распознавать её, но притворство Реджины он чувствовал сразу. — Скажи, милая, — голос его был хриплым и тихим. Он отпил ром. — Твой… Дэниел. Хотел ли он, чтобы за него мстили? Реджина закусила губу. Действительно, в погоне за Белоснежкой, идя на поводу у ненависти и жажды мести, она и не думала, как бы отнёсся к этому Дэниел, если бы вернулся хотя бы на миг?.. Реджина взяла из рук Киллиана флягу. Оставшийся вечер они провели в тишине.