Молоко и мед/Киллиан и Реджина
22 августа 2016 г., 15:55
Первые дни после свадьбы с Реджиной обещали быть для Киллиана приятными.
Сразу после бракосочетания они объявили всем, что у них начинается медовый месяц — разумеется, никуда уезжать Реджина с Киллианом не планировали, но они очень хотели провести время вдвоём, не будучи потревоженными горожанами (исключением являлась, конечно, возможное нападение очередного монстра, в борьбе с которым госпожа мэр должна была бы принять непосредственное участие). Но им повезло, и первые три недели молодожёны наслаждались обществом друг друга и иногда Генри.
А в начале четвёртой недели Реджина заболела.
Доктор Вейл так и не смог объяснить, с чего вдруг у такой закалённой женщины, как Реджина, внезапно поднялась температура и воспалилось горло. Но факт оставался фактом, и она с самого утра понедельника лежала в постели абсолютно не способная что-либо делать. Разумеется, как только Киллиан намекнул Прекрасным о болезни жены, те появились на пороге их дома на следующее же утро. Реджина, и будучи здоровой не отличающаяся выдержкой по отношению к падчерице и её родственникам, заворчала сразу же, как только увидела их на пороге своей комнаты.
Снежка в течении всей недели либо приносила, либо передавала через Эмму (ту Реджина принимала немного радужнее) разные и, должно быть, очень полезные средства против больного горла — отвары ромашки и календулы, бутылки горячего молока, растворы соли и йода… Киллиан в таких вопросах был некомпетентен и жене мог помогать только морально, и потому уговаривал её послушать Снежку.
— Реджина, поверь, она хочет тебе помочь, — пытался убедить он жену после очередного прихода Снежки. — Ты упорно не хочешь воспользоваться хотя бы чем-нибудь из ею принесённого и глотаешь таблетки.
— Но они ведь помогли мне снизить температуру, — обиженно засопела Реджина. — Тем более Снежка знает о болезнях, мне кажется, не больше меня. И ты серьёзно думаешь, что все эти настои помогут мне лучше таблеток? — сказав для своего состояния слишком много, Реджина закашлялась.
Киллиан спустился на кухню и вернулся с чашкой в руке.
— Не знаю насчет настоев, но горячее молоко тебе точно не помешает. И не надо так кривиться, я уверен, что оно поможет. — Реджина шумно выдохнула и взяла чашку. — Если что, я положил туда мёд. Облепиховый, твой любимый, — поймав на себе удивлённый взгляд жены, он добавил: — Не волнуйся, банка осталась цела. Крышку легко поддеть крюком.
Реджина улыбнулась и отпила горячего молока.
— Ты был прав, молоко не так и плохо. Особенно с мёдом, — Киллиан открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Реджина опередила его: — Но на то, что я буду пить ромашковые настои, даже не надейся… Ни за что и никогда. Пусть лучше ещё молока принесут.
