Репетитор

      Я проснулся оттого, что мне стало жутко жарко, и что-то тяжелое бессовестно лежало прямо на мне, а из-за того, что в округе было темно, я даже не совсем понял, где вообще нахожусь и что делал несколько часов назад, вследствие чего и начала зарождаться паника. Вскоре всё же выяснилось, что то, что на мне лежало, оказалось моим репетитором английского языка, спящим мёртвым сном покойника.       Я облегчённо выдохнул и, протерев глаза, хмыкнул: Билл во сне обнимал меня одной рукой, закинув на меня еще и ногу. Офигеть. И сколько сейчас времени?       Тело у меня изрядно затекло, и я, поморщившись, попытался пошевелиться, чтобы хоть как-то сменить неприятное положение. Каулитц в это время преспокойно дрых, а я молчал и слушал его мерное дыхание. Шумно выдохнув, я всё же поднял свободную руку и осторожно погладил брюнета по спине.       Непривычно это всё как-то.. Скажи мне кто тот же месяц назад, что однажды я проснусь в объятьях парня, поржал бы и забыл, а тут.. Мир определённо меняется, хотя, если бы я вот так с Алексом проснулся, и тот на меня пакли свои распустил, я бы своими же руками и ногами спихнул его прямо на пол и обматерил заодно, причём такое уже было, но ведь сейчас-то со мной Билл, мой необыкновенный репетитор..       Мы были заботливо укрыты тем самым серым пледом, и сейчас я наполовину отбросил его в сторону ног, чтобы не сгореть окончательно. Подруга Билла постаралась. Она явно не возражает, что я.. а что я делаю?       Я.. к нему подкатываю? Или уделяю повышенное внимание? Я нахмурился. Что-то я не задумывался до этого, как называются в народе те действия, которые я совершал в отношении Каулитца именно с учётом того, что он — представитель моего же пола. Но пока что надо было решать менее глобальные вопросы: для начала бы как-то телефон достать и узнать время как минимум.       Я потянулся к карману и наткнулся на тощую ногу репетитора, перекинутую через обе мои ноги. Он такой тонкий и изящный для парня, что это всё очень.. как-то по-особенному необычно. Медленно и изучающе я провёл рукой от согнутого колена вдоль его бедра, обтянутого джинсой, отмечая про себя, что мне это вполне даже нравится, а Билл лишь шумно и протяжно выдохнул и продолжил безмятежно спать. С таким режимом дня его сейчас вряд ли что-то разбудит, или он, наоборот, чутко и беспокойно спит?       Остановив ладонь на его ягодице, я неуверенно сжал пальцами упругую половинку и замер, прислушиваясь к ощущениям. Я трогаю другого парня за задницу..       Член, до этого мирно не привлекающий к себе никакого внимания, тут же слабо зашевелился, почувствовав что-то интригующе-волнительное. Надо, однако, завязывать, а то Билл проснётся, а у меня тут.. встал вопрос ребром.       Изловчившись, я наконец просунул руку в карман широких джинсов, выудил мобильник и, прищурившись от яркой подсветки, кое-как разглядел цифры: 01:18. Домой мне уже поздно валить. Приду — на месте угандошат. Получается, уже три с лишним часа мы спим? Его-то ещё, ладно, вполне объяснимо вырубило, а меня вот выключило очень уж внезапно. Обычно мне надо долго лежать и искать подходящее положение для сна, и я ничего алкогольного не пил со среды.       Поставив телефон в беззвучный режим, я снова зашевелился, и мне хотелось на бок повернуться хотя бы. Диван был слишком узким, чтобы на нём могли спокойно расположиться сразу двое. Можно либо так, как мы и отрубились изначально, либо тесно прижавшись друг к другу боком.       — Билл.. — негромко позвал я брюнета, сам толком не зная, зачем. Просто захотелось произнести это. Он не слышал, да и не нужно было.       Спать мне уже не хотелось, но это не было поводом будить и лохматое существо, придавившее меня всем туловищем к дивану, ведь оно захочет срочно что-то попереводить, если проснётся, а этого допускать никак нельзя. Надо хотя бы заблокировать ему пути отступления на всякий случай.       Я чуть приподнялся на лопатках, насколько мне хватало усилий после сна, и максимально аккуратно выпрямил согнутую ногу Билла и стряхнул его самого на бок. Он даже почти не среагировал на такой манёвр, и я поразился, как же так надо не высыпаться, чтобы не проснуться в такой момент. Наконец я блаженно повернулся и придвинулся к тёплому Каулитцу, теперь находясь с ним лицом к лицу. Он же расположил голову на моей согнутой в локте руке, которую я скоро тоже не буду чувствовать. Ну, хоть у него будет подушка этой ночью.       Свет фонарей, пробирающийся сквозь окно, слабо освещал комнату, умиротворённое лицо брюнета, его приоткрытые губы.. Почему такой красоте угораздило родиться пацаном? Видимо, потому, что красивых девушек и так на свете полно, природа и решила применить такой вот неповторимый подход в создании прекрасного..       Мысли быстро сменяли друг друга, взору открывались разные воспоминания, от которых то становилось очень приятно на душе, то, наоборот, тревожно и неуютно.       А ведь у него же был парень совсем недавно. Сколько они встречались? Тогда Билл, скорее всего, так же нежился в крепких объятиях, его целовали, о нём заботились.. и он же ведь с ним спал, но тот ещё в итоге его и кинул. Причина этого меня вынесла напрочь, ведь либо тот чувак абсолютно тупой, так как придумал только такую нелепую отмазу, либо Билл в своей манере мне чего-то не договаривает.       Я тряхнул головой, прогоняя надоедливую, не самую приятную мысль о том, был Каулитц сверху или снизу, когда.. в общем, не моё это дело. Но внутри всё сильно скрючилось от резкой неприязни того, что кто-то вообще к нему так откровенно прикасался, и Билл прикасался в ответ. Я тогда из-за Эмили-то психанул, а тут вообще..       Билл что-то беспокойно промычал сквозь сон и, положив руку на мой бок, прижался ко мне ещё теснее, утыкаясь носом в плечо, а я невольно улыбнулся. Как он отреагирует на наличие меня в комнате, когда проснётся?       Тут я, как всегда, видел несколько вариантов развития. Либо он по тихой грусти смоется, пока я сплю, но я сейчас лежу именно так, что незаметно ему отсюда не выбраться. Может быть, сам растолкает меня и «вежливо» поинтересуется, какого это органа я тут делаю с ним на одном диване. Как вариант рассматривается и то, что он не отреагирует никак.. Так как от него можно ожидать чего угодно.       Мысль о требуемых деньгах опять заставила меня напряжённо сдвинуть брови к переносице. Билл сейчас спит, а за это ему платить никто не будет, но и заставлять его работать сверхурочно не хочется совсем. Он говорил, что выплатить осталось лишь одиннадцать тысяч, а какова тогда была цельная сумма? Куда уж больше этой, сто пудов. И совсем не у кого больше занять? А Эмили?       Пока я мучился в раздумьях, то легко поглаживал Билла по мягким волосам, вдыхал их аромат, невесомо касался его лба губами и радовался тому, что вообще здесь сейчас нахожусь. Я мог тогда свалить домой, разобидевшись на злюку-Эмили и на Каулитца заодно. Я же капец как хотел это сделать. Гордость на дыбы встала, ведь ничего не поменялось кардинально в наших с Биллом отношениях, он по-прежнему опасался чего-то, отмахивался, отнекивался, но в итоге сдавался и позволял стать чуть ближе к нему.       И вот я здесь, лежу с ним в обнимку на узком диване, который явно можно раздвинуть при необходимости, но зато этот вечно строящий из себя неприступную крепость брюнет сейчас так близко, и эта близость к нему мне даётся сразу на несколько часов. Как бы потом ему опять чего в голову не взбрело, а то начнутся всякие «Здравствуй, Том».       Так что с деньгами-то? Я очень хотел бы ему помочь. Может, у родителей попросить? Вот только после грандиозной пьянки мне вряд ли вообще что-то дадут под каким-либо предлогом и спросят, с чего это я вдруг решил помогать едва знакомому человеку, которому на уроках фальшиво улыбаюсь.. С этими невесёлыми мыслями я снова незаметно для себя и отключился.       Утром я кое-как разлепил глаза, чувствуя себя жалкой лепёшкой, размазанной катком по асфальту, и чётко понимал одно — я чертовски себе всё отлежал и совершенно не выспался. Первое, что я понял после этого осознания — тёплое тело Каулитца лежит рядом. «Так. Не свалил, а спит ли?». Следующим открытием было то, что лежал я, чуть прижавшись к нему сверху и затолкав при этом руки под его футболку, касаясь плоского живота, и завершением этой прелестной композиции служило какое-то отстранённо-мечтательное выражение на лице Билла, которое тут же испарилось, когда он столкнулся с моим сонным прищуром. Блин, он такой прикольный, когда глаза почти не накрашены, но в этом случае он просто не умывался, и всё частично осыпалось на лице. А я такой же опухший сейчас, интересно?       — Э-э.. доброе утро, — слегка скривив губы, хрипло проговорил он и уставился на меня.       — Угу, — ужасно сонным голосом отозвался я и чуть приподнялся, положив руки по бокам от тела брюнета, и улёгся снова, поудобнее устраиваясь почти что на нём, но больше не придавливая своим весом.       — Том, мне на учёбу надо, — намекая на то, что я препятствую ему в этом, серьёзным тоном изрёк взъерошенный Каулитц, но мне было катастрофически лень вставать.       — Угу, — дотянувшись и медленно поцеловав его в тёплую шею, согласился я и продолжил дорожку поцелуев до красивых, соблазнительных ключиц.       Билл ахнул и невольно запрокинул голову вбок, открывая для меня ещё больше пространства. Похоже, от любых поцелуев его уносит мгновенно и надолго, даже не сопротивляется. Я осторожно прикоснулся губами к подрагивающему от того, что парень часто сглатывал слюнки, кадыку и пробежался по нему языком, снова перемещаясь на шею, где с тихим выдохом накрыл губами быстро пульсирующую жилку. Билл буквально урчал от удовольствия, и уголки моих губ автоматически подскакивали вверх.       — Ты так вкусно пахнешь.. мм, и правда лакомый кусочек.. — еле слышно прохрипел я, даже в такой вот момент припомнив вдруг Крауса, прижимаясь лицом к этой нежной шее и вдыхая аромат его кожи, почти лишённой всяких химикатов, которые он исправно на себя льёт в разных концентрациях.       Билл с визгом дёрнулся от щекотки и вытащил руку из-под меня, принимаясь её разминать с громким хрустом костей, а я, ожидая, что меня как минимум начнут лупить, только прыснул и чуть отстранился.       — Что? — изумился он, изогнув бровь, а я снова молча потянулся к его шее и внезапно втянул в себя бархатистую кожу, ощутимо оттягивая и посасывая. — Эй! Не кусай! — тут же забрыкался Каулитц, но я без особых усилий придавил его к дивану и не выпускал, а он в свою очередь тщетно отпихивал меня освободившейся рукой. — Там же синяк будет! Том!       — Угу, — пробурчал я, очень довольный собой.       Красочный такой засос получился, ещё и на самом видном месте. Кто бы мог подумать, что мой репетитор будет теперь ходить с засосами от своего же ученика..       — У тебя заело это «угу»? — хмуро выплюнул Каулитц, и теперь я уже понял точно: похоже, он разозлился.       Ещё раз угукнув назло, я чуть приподнялся и с хитрой улыбкой взглянул на недовольного и готового разорвать меня на куски брюнета, а в следующий момент он попытался выбраться из-под меня, бурча, как дед, но я был явно тяжелее него, и чтобы меня сдвинуть, требовалось больше усилий. Пока он изворачивался и вертелся, как уж на сковороде, я в итоге оказался лежащим прямо между его разведённых ног.       — Если сможешь выбраться, пойдёшь на свои уроки, — задорно проговорил я, перехватывая его руку, которой он теперь и впрямь так и норовил меня поколотить.       — Я опоздаю же! — он обиженно выпятил губу.       — Пофиг.       — Наглость какая! Немедленно выпусти мен.. а-а-а-а! — я принялся щекотать визжащего Билла, и он жмурился, заливисто хохотал и дёргался, пытаясь меня с себя сбросить и как-нибудь укрыться.       Мне и самому было до ужаса смешно и очень жарко, я пробегался пальцами по чуть выпирающим рёбрам брюнета сквозь футболку, а он продолжал активно елозить подо мной. От смеха у него текли слезинки по вискам, а вскоре я почувствовал, что он.. возбудился.       Я замер, так и оставив руки на его костлявых боках, чувствуя, как твёрдый член упирается в меня, и у меня такое колкое, непонятное чувство возникло, что я так и не смогу привыкнуть, что на многие мои действия у другого парня может возникнуть.. такая вот реакция.       Билл, заметив моё замешательство, быстренько спихнул меня прямо на пол и принял сидячее положение, переводя дыхание и смахивая слёзы смеха после нашего мини-сражения, пока я сидел на полу, кусая губы и отчего-то так люто смущаясь. Странное ощущение. У другого, блин, парня на меня встал член! Уже во второй раз. А во второй ли?       Каулитц весь раскраснелся и быстро отвёл глаза, тут же вскакивая на ноги в следующую секунду, и, едва ли не сбивая углы, умчался из комнаты, ничего не сказав.       «Так, спокойно, Том», мысленно пытался угомонить самого себя я, но все эти мысли всё равно возвращались к крашеному Каулитцу, так и крутясь вокруг него, будто думать больше было не о чем..       А у него и правда под глазами были очень тёмные, страшные круги, которые после сна стали отчётливо видны сквозь стёртый слой всей его пудры. Он в натуре не врал..       В общем, пока я ждал Билла, я успел написать сообщение маме, что со мной всё нормально, я жив, совершенно трезвый ночевал у друга и скоро приду домой. Может, у отца денег попросить и вообще провести этот вопрос мимо мамы? А сколько вообще нужно-то там?       Каулитц соизволил выйти из ванной где-то через двадцать минут. Он умылся, причесался и заново намалевался, как и ко мне обычно приходил. Набросив на голые плечи махровое полотенце, стройный брюнет в одних джинсах прошлёпал на кухню, а я чуть телефон из рук не выронил, когда его увидел.       — Том, ты кофе варить умеешь? — как ни в чём не бывало раздалось из соседней комнаты, и я пошёл сразу на голос. И по интонации чую, что теперь мы будем делать вид, что ничего не было.       — Мало-мало, — пожал плечами я и ещё раз с восхищением облапал взглядом его лопатки и длиннющие ноги, пока он стоял ко мне спиной.       Это клиника, меня пора уже упаковывать и лечить..       — Пробуй, в общем, а мне переодеться надо. Поищи в холодильнике, чем перекусить, — Билл достал две разноцветные чашки, поставил их на стол, что-то на ходу успел зажевать и быстро зашагал в комнату, однако до неё он так и не дошёл.       Пошатнувшись, он вдруг остановился около двери, едва не налетев на неё и хватаясь одной рукой за ручку, а другую быстро приложил ко лбу и замер на несколько секунд, напряжённо сведя брови и с взволнованным ахом стиснув зубы.       — Всё нормально! — тут же заголосил он, увидев, что я резко всё бросил и собрался рвануть к нему. — Правда, — часто поморгав, Каулитц скрылся за дверью своей комнаты, а я, недоверчиво глянув ему вслед, всё же вернулся к холодильнику и продолжил обыск, обуреваемый кучкой новых неприятных мыслей.

===

      Я жевал бутерброд и хмуро глядел на разодетого репетитора, сидящего напротив и с невозмутимым видом делающего большие глотки приостывшего кофе из кружки, а смотрел он исключительно на стол и усиленно думал.       — Том, давай я сегодня часов в семь подойду? — нарушил он наше молчание, поднимая на меня слегка подведённые раскосые глаза, и я кивнул. — Куча дел. Я всё на свете проспал вчера.       — Хоть выспался, — привёл свой довод я, но парень грубо фыркнул.       — Я не выспался! — резко огрызнулся он и недовольно стиснул зубы, снова опуская взгляд. — Я иногда совершенно не понимаю, что я вообще читаю и перевожу!       Наверно, он скоро так в психушку загремит со своими расшатанными нервами, и меня за компанию туда упекут, но уже из-за того, что он меня подозрительно привлекает и неимоверно бесит своими выкидонами.. Я решил промолчать, хотя и чувствовал, что ещё чуть-чуть, и из меня тоже говно так и полезет, но я смог сдержаться в отличие от него.       — Я, наверное, в спячку сразу впаду, когда.. если всё закончится. Возьму академ и целый год буду спать, — мягче добавил Билл, забавно усмехнувшись в конце, и, вмиг осушив кружку, поднялся и стал поторапливать меня. — Мне надо было выйти пять минут назад, давай скорей, — и снова умчался в комнату. Он так ничего и не съел.

===

      — Билл, а чё с деньгами? Сколько там ещё осталось? — спросил напрямую я, когда мы спускались на первый этаж в лифте.       — Не бери в голову, Том, — послав мне быструю напряжённую улыбку, Билл уставился на двери, которые должны были открыться спустя несколько секунд. — Я найду выход.       — Я с тобой пойду, — внезапно вырвалось у меня, когда мы вышли из подъезда, но Билл лишь закатил глаза и, уперев руку в бок, взглянул на меня.       — Том, иди домой, — он упрямым взором вцепился в мои глаза, словно непрошибаемо взял на мушку. — Пожалуйста.. — и, не дожидаясь ответа, быстро отправился в противоположную от моего дома сторону.       Ну да, не совсем по пути, чтобы моё сопровождение стало предлогом, да и навязываться не хотелось. Я и так уже чувствовал себя полным дураком, который лезет туда, куда не просят.       Несколько раз оглянувшись на удаляющуюся стройную фигуру репетитора, я таки пошёл домой с надеждой всё равно попросить у отца хотя бы пару тысяч.

===

      Дома никого не оказалось, потому что родители, прямо как и Билл, постоянно были заняты целой кучей дел, да даже в субботу им не сиделось на месте. Они-то хоть там вместе всегда, я же часто был предоставлен самому себе, а потом ещё и ругань какая-то из-за того, что меня где-то нет, видите ли. Я вот даже на консультации никакие в школу не ходил, хотя они, кажется, проводились на этой неделе и раньше тоже. Да пофиг. Сдам как-нибудь.       Я прошёл в комнату и сбросил с себя изрядно помятую после незапланированной ночёвки у Билла футболку. В душ я решил сходить после того, как поговорю с папой.       Вот в чём был плюс подобных сделок с отцом — он не будет задавать лишних вопросов. Нет, они, конечно, будут, но не будет именно лишних, а у мамы найдётся их штук сто, следующих сразу после первого: «Сколько?!». На то она и мама.       — Слушаю, — ответил голос папы после пары гудков, и я, тут же начиная важно расхаживать по комнате, стал придумывать хоть какую-то речь. Заранее с этим никогда не выходит у меня разобраться, всегда одни импровизации.       — Пап, привет. Можно сразу к делу? — усмехнувшись, спросил тогда я и нервно захватил зубами пирсинг в губе.       — Даже нужно, — судя по голосу, он даже улыбнулся.       Люблю, когда не нужно никаких бесполезных подготовительных бесед. Всё-таки у меня самый классный батя.       — Мне деньги нужны, — протараторил я и замолчал, вслушиваясь в ожидаемое молчание отца по ту сторону трубки.       — Та-ак, — отозвался наконец он, — мы же недавно тебе выдавали на расходы.       Я набрал полные лёгкие воздуха и загруженно замолчал. На него ведь последняя надежда.. Как объяснить? Ну как?!       — Мне.. я их уже потратил.       — Эх, сын, не умеешь ты свой бюджет распределять, когда учиться-то планируешь? — с укором проговорила трубка, на что я лишь пожал сам себе плечами и с сожалением вздохнул, но следующий вопрос вселил в меня хоть какую-то надежду и добавил немного уверенности. — Сколько?       — Тыщи три.. — последовала снова очень красноречивая пауза.       — Неплохие аппетиты, — задумчиво усмехнулся папа и снова замолчал, а я уже сидел в кресле Билла, то вертелся, то отбивал отрывистый ритм ногой.       Взгляд цеплялся за случайные вещи в комнате, не задерживаясь на чём-то конкретном, и я чувствовал, что нервничаю всё сильнее и сильнее, и эта нервозность проходить однозначно не собиралась.       — У тебя какие-то проблемы? Честно говори, — серьёзно вдруг спросил он, а я лишь ещё больше напрягся, однозначно понимая, что просто не могу сказать ему всю правду целиком.       — Эм.. да, проблемы, но не у меня, — я сам себе покачал головой, срочно думая, что же ещё сказать в ответ. — Я.. одному хорошему человеку помочь хочу, да, но ты его не знаешь.. — как же тяжело мне было говорить.. От страшного волнения даже пальцы тряслись, в голову пульсирующим холодным жаром отдавало, а молчание папы заставляло ещё больше изрядно беспокоиться.       — Да уж, — коротко ответил он, явно горя очевидным таким желанием спросить, кому это и с какой вообще стати я лезу, но промолчал, и говорил он всё это явно поспокойнее, чем это сделала бы та же мама. — И срочно?       — Очень.. Деньги уже сегодня нужны, — я резко встал на ноги и бесцельно поплёлся обходить кругами всю квартиру, чтобы хоть куда-то деть свой тяжёлый нервяк.       А если Билл вообще их у меня не возьмёт? И почему я до сих пор не подумал об этом? Он же может! И, получается, я зря сейчас тут распинаюсь..       — Том, вот всё у тебя всегда так просто, дай денег, и всё. А вернёт тот человек тебе эту сумму?       Сделав быстрый круг по дому, я опять вымученно распластался на своей кровати и закрыл глаза. Знаю, что папа прав, это не мои бабки, мне и в голову никогда не приходило взять и заработать хоть цент самому, но я не могу смотреть, как Билл мечется и всё сильнее себя изводит переживаниями об этом долге, а отдавать всё надо уже буквально завтра.       — Вернёт, — твёрдо ответил я спустя лишь секунды раздумий. — А если и нет.. то пусть эти деньги тогда будут считаться моими карманными за будущие недели, я у вас ни цента больше не попрошу, обещаю, пап, — удручённо вздохнув, негромко проговорил я свою длинную речь почти что на одном дыхании, медленно потирая переносицу, а отец только удивлённо хмыкнул в ответ, снова раздумывая о моих словах.       Да, не похоже на меня, жесть как не похоже.       — Интересно-интересно. А вот это уже совсем другой разговор, но всё равно всё как-то.. — чуть усмехнувшись, отозвался он в итоге, подумав явно так же, как и я, а я распахнул глаза и тревожно уставился в потолок, тут же погружаясь в невесёлые мысли о Каулитце. — Ладно, Том.       Всего лишь репетитор, которого пригласили подтянуть мой английский месяц назад, но слишком я уж к нему за это время прикипел, чтобы считать его лишь репетитором. Друг? Нет, друзей так не целуют..       Я слышал, как папа чем-то шуршал, перелистывал что-то попутно во время разговора со мной. Я явно отвлекал его от работы.       — В комнату зайдёшь и в третьем ящике справа возьми.       Я мгновенно сел на постели, тупо не веря своим же ушам и в обалдении уставившись на то самое кресло, где всегда сидел во время наших уроков Билл. У меня реально как камень с души свалился в тот миг, когда я окончательно осознал, что папа вправду дал добро и всё-таки выдаст мне эти деньги. Три тысячи! Офигеть!       — Спасибо, пап! Спасибо огромное! — с нескрываемой радостью в голосе едва ли не вскричал я, тут же соскочив на ноги и почти бегом направляясь в комнату родителей.       — Глупостей только не наделай и держи в курсе, — предостерёг на прощание он и снова по-доброму усмехнулся, явно при этом покачав как обычно головой.       — Всё окей будет, я правда ничего не натворил, отвечаю, — максимально убедительно заверил его я, не переставая улыбаться, как дурак, и уже волнительно представляя, как уже вечером буду уламывать упёртого Каулитца принять мою внезапную помощь. — Можешь только маме не рассказывать?       — А что так? — спросил он было на полном серьёзе, но потом следом сам же и добавил. — Хотя ты прав.. Пока не буду, — твёрдо сказал он с какой-то усмешкой, и я ещё шире заулыбался. Вообще ништяк, всё складывается лучше, чем предполагалось! — Всё, сын, мне работать надо.       Попрощавшись, я быстро убрал телефон в карман и принялся искать, где лежат у папы деньги. Оценит ли только такую жертву с моей стороны Билл..

===

      Уже в понедельник, словом, будет у меня первый из экзаменов. Сначала немецкий. Тут я не особо боялся, но столько уже жути нагнали нам учителя, вечно недовольные уровнем подготовки своих учащихся, что невольно начинаешь же думать, что родной язык не знаешь на хороший балл. Я уже и сам знал, что списать будет нереально в случае чего, да ещё и доложит учителю какая-нибудь гнида, если увидит, но сегодня всего лишь суббота, так что паниковать я начну только завтра перед сном. Алекс даже однажды предлагал на удачу оттянуться в весёлой компании накануне экзаменов, но..       Кстати! Я же так с ним и не разобрался, и он, чёртов засранец, молчит! Не похоже на него совсем что-то, обычно не заткнёшь и думаешь, как от него избавиться, чем понадёжней закрыть ему рот и где от него скрыться, а тут он сам предоставляет такие удобные услуги, когда он, наоборот, был так нужен.       В общем, я решил позвонить этому блондинистому болвану прямо сейчас, ведь как бы то ни было, непривычно это всё, вдруг и у него что приключилось, а переживать за этого психа у меня вошло в привычку ещё лет так с десяти.       — То-ом! Дорогой ты мой человек! — радостно проорал Алекс, только я успел было набрать его номер. — Я так по тебе соскучился! — продолжал трындеть этот придурок, а я засмеялся сразу в голос.       — С ума сойти. Уссаться от счастья, — саркастично протянул я, вспомнив недавно подложенную им свинью, и перехватил мобильник другой рукой. — И куда это ты, сучий сын, вдруг подевался?       — С мамой в командировку летал! — Алекс прочистил горло кашлем и продолжил восторженно пороть какую-то чушь. — Прикинь, как клёво было!       — Чего-о? — переспросил я и быстрым движением открыл окно, тут же шаря в рюкзаке початую пачку сигарет. Уже успел куда-то слетать и мне даже не сказал. — Меня, значит, родителям сбагрил бухого, а сам втихую потом свалил куда-то там?! — открыто возмущался я, даже малость начиная закипать.       — Ну прости! Я и так маму три часа уговаривал меня с собой взять, а ты всё равно дрых сном заядлого пропойца, — картинно сокрушался Алекс по ту сторону трубки. По любой сейчас руками машет, и плевать, что собеседник не видит его. И только я про Каулитца спросить у него захотел, как он прервал меня быстрым шёпотом. — Ой всё, меня нет! Я к тебе.. это, завтра приду, поговорим! Да! — и отключился, а мне ничего не оставалось, кроме как удивлённо хмыкнуть в ответ.

===

      Семь часов уже, а Билл снова задерживается. Родители недавно ушли в ресторан с какой-то там фрау, что мне, естественно, на руку, опять там у них какая-то дружеская посиделка, а точнее обмен сплетнями, но не суть. Просто теперь, когда мы с Биллом в квартире одни, мне даже как-то поспокойнее.       По манере звонить в дверь своего репетитора я теперь определяю безошибочно: он давит на кнопку звонка определённое количество секунд, что мой привыкший к Густаву слух схватывает буквально на лету.       Сразу видно — Билл уставший. Слабо улыбнулся, сказав негромкое «привет», и прошёл в квартиру, где мгновенно оказался в моих объятиях.       «Как и когда ему сказать? Что он ответит?».       Билл сначала напряжённо замер, но потом расслабился, обвивая меня своими руками и, видимо, не имея никакого желания сейчас со мной воевать.       — Почему ты это делаешь? — лишь тихо спросил он, устраивая голову на моём плече.       Сегодня он надел серую водолазку с высоким воротом, что заставило меня ехидно усмехнуться, ещё и лёгким шарфом мой засос прикрыл. Интересно, а можно его прямо на лбу поставить? Чисто теоретически..       А вообще я, кажется, понял, о чём он, и теперь молчал. Сказать, что мне необъяснимо нравится обнимать его? Нравится то, что он такой упрямый, и его постоянное сопротивление меня даже как-то заводит? То, что я думаю о нём постоянно и.. Не могу. Почему-то язык не поворачивается. Любой девчонке давно бы уже наговорил много всего, подсев на уши, а тут..       Брюнет выпрямился и выжидающе уставился на меня тёплым, внимательным взглядом, после чего странно хмыкнул и, грустно улыбнувшись, настойчиво высвободился из моих рук, так и не дождавшись ответа.       — Том, работы много, и я тебе кое-что принёс, — глядя себе под ноги, пробормотал Билл, и мы прошли на наши привычные рабочие места, а я по-прежнему молчал, невольно переживая ожесточённую внутреннюю борьбу.       — Ещё один фильм? — с ухмылкой спросил его я, забирая красную флешку с его раскрытой ладони.       Билл поджал губы, отрицательно помотав головой, и выглядел он сейчас почему-то реально как побитая собака. Надо сказать ему, что я помогу с деньгами, там и настроение, возможно, поднимется.       — Не совсем. Я в записях на ноуте кое-что нашёл, небольшой ролик и всякие материалы. Посмотрим потом, давай писать сегодня сочинение. На экзамене ты должен уложиться в конкретно установленное время.. — быстро трещал Билл, не давая и слово мне вставить, а я положил флешку на закрытую крышку ноутбука и исподлобья взглянул на него. Каулитц жестикулировал, кивал, облизывал губы и всячески суетился, объясняя что-то.       — Билл, — остановил его словесный поток я, но он лишь хмуро полоснул по мне тяжёлым взглядом, замолкая. — Я сделаю всё-всё, что ты скажешь, но, блин, сначала нам надо поговорить, — брюнет в оборонительном жесте сложил руки на груди и, слегка покачивая ногой, глядел теперь перед собой.       — О чём? Я думаю, не стоит, — твёрдо и уверенно отчего-то огрызнулся он в ответ, но это был явно не тот случай, когда я собирался так просто отстать. Я уже засунул руку в карман и пальцами сжал пачку купюр, которые просто собирался отдать ему, даже не требуя возврата.       — Я постараюсь быстро, — настаивал я и повернулся к нему, но Билл снова хмурился и явно был чем-то расстроен. Его красивое, словно фарфоровое лицо, которое так часто светилось смущёнными улыбками, сейчас было мрачнее тучи, и он даже казался старше своих лет. — Только обещай, что сразу «нет» не скажешь.       Каулитц хмыкнул в ответ и даже как-то резко и издевательски засмеялся, отчего нахмурился теперь уже я.       — Том, — обратился ко мне Билл как-то ехидно, — ты вообще интересный такой. Откуда мне знать, на что ты просишь меня так слепо согласиться?       Справедливо.. Но как иначе? Как его заставить? И почему я так теряюсь рядом с ним? У меня сейчас даже ноги чуть дрожат от странного волнения.       — Я ж просто хочу тебе помочь.       — Ты уже помог. Правда, — он слабо улыбнулся, крепко сжимая пальцами ни в чём не повинный карандаш, и опустил совершенно несчастный взгляд. Он, кстати, снова поярче накрасил глаза и круги те свои очень тщательно замазал, а с утра, видимо, просто сильно торопился.       — Но этого мало!       — Том, к чему эти разговоры! Ты.. — он резко замолчал, когда увидел, что я молча протягивал ему свёрнутую вдвое пачку банкнот, состоящую преимущественно из новеньких жёлтых двухсоток.       Он медленно поднял на меня широко распахнутые глаза, а мой рот вмиг невольно дёрнулся и изогнулся в слабой улыбке, стоило мне лишь увидеть в тот момент его лицо. И на его приоткрытые в непонимании губы я не мог уже спокойно и так безучастно смотреть.       — Это..       — Деньги, — обыденным голосом подсказал я, не переставая улыбаться. — Три косаря.       Каулитц, сглотнув, по-прежнему молчал, будто язык собственный проглотил, и смотрел на мою протянутую руку с искренним удивлением.       — Бери.       — Но.. я не могу же.. — брюнет даже побледнел и быстро помотал головой, отчего его волосы красиво всколыхнулись и снова опустились на плечи.       — Блин, не самое время выделываться, а, — я сокрушённо цокнул и вдруг просто бросил эти деньги ему на колени, так как брать он их так и не спешил. Я же правильно догадывался, что он начнёт отказываться, упёртый же и правильный, сука.       — Выделываться?! Том, где ты их взял? — Каулитц всё же отмер и эмоционально всплеснул руками, то и дело испуганно глядя на почти что ровные бумажки, лежащие на его коленях.       — Они мои уже около восьми часов, я ничего не своровал, — прямо ответил ему я, со слабой долей сожаления вспоминая, что сам ещё очень-очень долго буду болтаться без денег из-за этой своей просьбы.       Я придвинулся к нему и осторожно взял за руку, слегка сжал его тёплую ладонь, поглаживая большим пальцем, и заглянул в его большие глаза.       — Просто бери.       — В смысле? Просто так? — внезапно воскликнул он и отдёрнул руку, мгновенно лишая своего приятного тепла. — Нет, так нельзя, Том! Мне же всё равно надо будет их отрабатывать, — бормотал парень, будто заведённый, и при слове «работа» из-за него у меня уже, честное слово, начинается противный нервный тик, а ведь самому ещё предстоит как-то в будущем тоже это делать.       — Ну, это не обязательно, — я скользнул взглядом по его чуть впалым щекам, по подбородку, спускаясь ниже, и с лукавой улыбкой на губах вспомнил сегодняшнее классное утро, стоило только увидеть этот шарф на его шее.       — Том, — позвал он с укоризной, и я вернул спокойный взгляд на его милое лицо, сталкиваясь с подозрительным прищуром, а потом закусил губу и чуть улыбнулся. Он же почти согласен! — Как ты можешь так сорить деньгами?! — громко сокрушался Каулитц. — Я столько маялся, пытаясь их достать, а тут.. — он снова покосился на деньги, будто у него на коленях лежали как минимум шипящие, ядовитые змеи, а не бумажки, хоть и такие ценные, и тяжело вздохнул.       — Слушай, Билл, давай уже..       — Я же не просил.. Почему ты.. — он замолчал, так и не закончив своего вопроса, и со стоном горестно уткнулся лицом в ладони.       Короче говоря, Билл был в конкретном таком шоке, и сейчас это, скорее, был приятный шок. Я этим ведь решал его основную проблему, от которой у него столько нервных клеток в мир иной отошло. И если б я не пробухал целую грёбаную кучу карманного бабла в гадюшниках за весь этот самый месяц, я бы ещё больше смог сейчас ему дать! Но кто же тогда знал..       — Я тоже хочу Стефану помочь, — негромко сказал я, уже не зная, какой бы ещё подходящий задействовать рычаг, чтобы реакции нужной добиться, и Билл, только услышав мои слова, резко воззрился на меня с искренним удивлением.       — Ты ведь его даже не знаешь, — горько усмехнувшись, едва слышно проговорил он, и уголки его губ таки дрогнули в мягкой улыбке.       — Но тебя-то я знаю, — ещё шире заулыбался я в ответ, и мне вдруг стало так приятно и радостно на душе, когда хорошенькое лицо моего репетитора наконец-то озарилось счастьем, после чего он мгновенно выпрямился, воспрянул и засиял ярче прежнего.       — Боже, — с неприкрытым облегчением прикрыв глаза, прошептал брюнет и несмело взял в руки деньги, которые до сих пор так и лежали на его ногах, и аккуратно положил на стол перед собой. — Спасибо, Том! Я.. уже совсем было расстроился.. Я уже думал, придётся сегод.. кхм!.. Я всё-всё тебе потом верну! — взахлёб трещал он, а мне казалось, что он сейчас просто разрыдается от счастья и облегчения, и у меня создалось даже смешное впечатление, что его милое лицо скоро треснет от такой широченной улыбки.       — Теперь-то хватает? — я был в какой-то степени даже горд собой после такого-то широкого поступка, и лихой энтузиазм так и продолжал из меня наружу фонтанировать. Безумно хотелось сделать для него что-нибудь ещё, но больше, похоже, было и нечего.       — Д..да, почти вся сумма собрана, я.. блин, я так счастлив! — он хлопнул несколько раз в ладоши и звонко засмеялся, совершенно не скрывая своей безграничной радости, ему будто на месте не сиделось, и он даже весь извертелся в своём кресле. — Мне не терпится маму обрадовать! Но лучше потом. Том, — позвал меня он, заканчивая свои размышления вслух, и когда я снова взглянул на него, он вскочил со своего кресла и порывисто обнял меня за шею, чуть склонившись в порыве ко мне. — Спасибо, — выдохнул он практически на ухо, слегка раскачивая нас из стороны в сторону, а я опустил ладони на его талию и ловко притянул к себе на колени, тут же привлекая к себе. — Спасибо тебе..       — Да не за что, — задорно ответил я, на выдохе прижимаясь к его щеке. — Значит, дома знают, что ты тоже деньги собираешь?       — Ну.. — ответил Билл, чуть отстранившись и украдкой из-под опущенных ресниц поглядывая на меня. — Только мама знает и то без подробностей.       — Почему? — тут же изумился я и провёл рукой по его спине, ощущая под ладонью приятный на ощупь материал его водолазки.       — Я с отцом два месяца не виделся уже, а к Стефу только в больницу ходил, и то он спал в те моменты.. — уже сухим, безэмоциональным голосом ответил Билл и опять опустил голову. — Сегодня с мамой где-нибудь встречусь и деньги ей передам, всё, что я смог насобирать.       — Эй, а может, тебе стоит съездить домой самому?       Он даже встрепенулся и странно уставился на меня, хмуро сведя брови на переносице.       — Нет, я зарекался туда приходить.       — А как же брат? Даже к нему сходить не хочешь? — а вот тут я стал применять «запрещённые» приемы, и лицо моего репетитора изумлённо вытянулось вслед за этим. Он прищурился и вдруг опустил руки с моей шеи и скрестил их на груди.       — Ему уж сколько времени врут, что я навсегда от них уехал в другой город. Если не в другую страну.. — он усмехнулся с горечью и покачал головой. — Потому что первые дни брат без конца требовал Билла. «Куда ушёл Билл? Когда придёт Билл? Не буду есть, пить, спать и так далее, пока не придёт Билл», — смешно изменяя голос на детский, цитировал парень с печальной задумчивой улыбкой и снова уже вскоре сникал. — Истерики закатывал.. — подавленно мне жаловался Каулитц, насупившись, но уже скоро вернув всю холодную, гордую бесстрастность на лицо, стереть с которого слишком заметную обиду было просто невозможно. — Я же буду пагубно влиять на психику нормального ребенка..       — Нихера себе.. — охнул я, ошалело покачав головой и ласково, теперь утешающе поглаживая своего необычного репетитора. — А чё так жёстко-то?       — Ты не представляешь, что творится у меня дома, поэтому тебе и легко рассуждать.       Билл явно расстроился вконец.. Я вечно же хочу сделать как лучше, а получается, что напрочь порчу всё настроение, которое до этого у него сейчас было лучше, чем просто отличным.       — На самом деле я очень хочу домой. Я скучаю по ним, и одному мне непривычно до сих пор. Просто я всегда, наверное, рос слишком домашним, — брюнет в печальной задумчивости смотрел на противоположную стену, а я любовался им, ловя каждое движение его губ, каждый жест и взмах пушистых ресниц. Он так и сидел у меня на коленях, вытянув длинные ноги, а я сцепил свои руки за его спиной. — Одно дело — жить отдельно, так как ты уже самостоятельный, и совсем другое, если ты ушёл со скандалом.       Я не знал, что и сказать. Вдруг я опять всё испорчу? Вот отдаст он эти деньги матери, и что? Он так и не соберётся потом сходить в дом родителей, а значит, и отношения с отцом с мёртвой точки не сдвинутся, а здесь, как по мне, наметился очень даже подходящий повод помириться. Неужели его так и не примут самые родные люди? Может, с ним сходить и поприсутствовать для моральной поддержки?       — А может, ты и прав, Том, — будто прочитав мои мысли, повернувшись ко мне вдруг произнёс Каулитц и вздохнул, расслабленно опуская руки перед собой. — Мне же всё равно терять уже нечего, а так хоть увижу Стефа и маму.       Я неловко улыбнулся и, подавшись вперед, тут же невесомо коснулся уголка его губ и замер, прикрыв глаза и затаив дыхание. Не самое подходящее время, наверное, но я уже безумно хотел его поцеловать. Спрашивать я не стал, хотя он только в прошлый раз разрешал мне это сделать, да и меня невероятно вставляло и от ощущения того, что я целую его внезапно и первое время кожей ощущаю, как он решается, как поступить.       Расцепив руки на его тонкой талии, я медленно провёл одной рукой по его ровной спине и запустил пальцы в распущенные чёрные волосы, с удовольствием перебирая длинные пряди. Слабо улыбаясь, Билл прятал взгляд за ресницами и часто задышал, когда я властно притянул его к себе за затылок и захватил мягкие губы влажным и горячим поцелуем.       Я почему-то вдруг вспомнил свою бывшую девушку. С ней я тоже целовался при первой же возможности, и в итоге уже через пару дней мы благополучно переспали, а здесь.. Билл чувственно отвечал на поцелуй, чуть склонив голову, он был таким.. таким..       У меня слов не находилось, чтобы описать, что я чувствовал с ним рядом, но с ним мне и правда было страшно зайти дальше этих самых поцелуев и объятий, у меня ведь никогда не было до этого парней, и я думал, что даже и не будет.. Но именно страх всегда и подстёгивал меня на какие-то новые открытия и порой безумные эксперименты.       Я медленно опустил свою руку на его бедро и сжал, не отрываясь от сочных, сладких губ, из которых незамедлительно последовал страстный выдох, а потом, собравшись с духом, несмело направил свою руку к его паху и с замиранием сердца остановил пальцы на едва выпирающем бугорке в районе ширинки. Я даже не сразу заметил, что перестал отвечать на мною же начатый поцелуй, и, словно очнувшись, взглянул на отстранившегося Билла, который, облизнувшись, горящими глазами с хитрым прищуром смотрел на меня. Я тут же переместил руку обратно ему на талию и криво улыбнулся.       — Я опять тут с тобой превышаю должностные полномочия, — со смешком прошелестел брюнет и провёл кончиками пальцев по моей щеке, а второй с интересом потрогал чёрные косы, туго заплетённые по всей моей голове. — Сочинение, Том, — сурово взглянув на меня, продолжил Билл и попытался подняться на ноги, но я застонал и притянул его обратно на свои колени.       — Сиди тут, а я буду писать, — твёрдо выдал я, а Каулитц изумлённо вскинул брови и заливисто засмеялся, обнажая белые зубы и сверкая пирсингом в языке.       — Ну уж нет, тебе нельзя отвлекаться, и, кстати, никакого Интернета и словарей.       — Я не буду отвлекаться, — тут же заверил его я и часто закивал головой, глядя на него самым честным из возможных взглядов, но он лишь снова забавно заржал.       — Зато я буду.       — Зануда.       Каулитц хмыкнул в ответ и всё равно вскочил на ноги, удаляясь за мою спину.       — Я засекаю.. хм.. сорок минут, — начал свою трескотню воодушевившийся Билл. — Тема сочинения..

===

      Кое-как накарябав какую-то ахинею на целую страницу, я расслабленно откинулся на спинку стула и взглянул на Каулитца, который глаз с меня всё это время не сводил. Слова подсматривать запретил, и пришлось выкручиваться, выдумывая иногда свои собственные. Надо потом запатентовать как-нибудь, чтоб все пользовались..       — У тебя ещё есть время, перечитай, — подал наконец голос мой репетитор и закинул одну ногу на другую.       Обалдеть, сидели в тишине столько времени.. У него явно есть какие-то рычаги воздействия на меня.       — Не буду, достало уже, и так слова считал, — отложив ручку, я резко передал исписанный листок брюнету, который с интересом уставился в него, иногда хмуря брови во время чтения, а я под шумок опять усадил его себе на колени.       — О.. — удивлённо выдохнул мой заулыбавшийся репетитор, когда добрался, видимо, до самого конца, где я втихушку оставил персонально для него небольшое обращение. — Что ж, коль уж здесь всё так хорошо, — парень тут же потянулся ко мне и, обвив за шею, с чувством поцеловал в губы, как я его и попросил в последнем предложении сочинения в знак поощрения.       В общем, урок я высидел с превеликим трудом. Билл задавал миллиард вопросов, не давая мне и рта открыть на отвлечённые от учёбы темы, а мне очень уж хотелось спросить насчёт его окончательного решения по поводу похода к родителям.       — Ладно, молодец, Том, — в итоге похвалил меня брюнет за мои недо-старания и радостно улыбнулся, пряча новый зевок. Такие всё-таки угарные лица у людей, когда они пытаются зевнуть незаметно для других. — На сегодня всё.       Каулитц поднялся на ноги и неуверенно покосился на деньги, так и лежащие всё это время на столе, а потом взглянул на меня, будто заново спрашивая, и я кивнул в ответ.       — Ты сейчас туда пойдёшь? — спросил я, заставляя Билла остановиться около двери и оглянуться.       — Да, но я поеду, пешком идти далековато.       Я закусил губу, обдумывая, стоит ли взять папину машину. Он ведь обычно не за рулём, когда они по ресторанам уходят..       — Билл, а можно мне с тобой? — как можно более настойчиво поинтересовался я, глядя ему в спину, когда мы шли к входной двери.       — Я сам, Том, спасибо, — снова коротко обернувшись, недоумённо ответил он, но я почему-то и был уверен, что он откажется.       — Я у папы машину попрошу, — всё ещё пытался убедить я, а мне-то всего-навсего снова не хотелось с ним прощаться.       — Неудобно это, — опустив голову, Каулитц пожал плечами и затолкал ноги в свои сапожищи, тут же наклоняясь, чтобы застегнуть молнии.       — Я же сам предложил, значит удобно. Так согласен?       — Я боюсь, — вдруг последовал странный ответ спустя несколько секунд молчания и раздумий.       — Со мной ездить..? — я искренне удивился, что ж сказать. Вот так не ожидал..       — Нет, — тихо ответил он с короткой усмешкой, сжав губы. — Всё равно боюсь прийти и увидеть, что меня совсем-совсем не ждали, — Билл выпрямился во весь рост и пронзительно взглянул на меня с нескрываемой грустью в глазах. — А оно так ведь и будет..       — Надо проверить, чтоб узнать наверняка.       Билл лишь устало вздохнул в ответ и в молчании внимательно уставился на блестящие мыски своих платформенных ботинок. Нашарив телефон в кармане и бегло осмотрев стройного, разодетого Каулитца с головы до ног, я скорее набрал папу, чтобы предупредить об аренде нашего транспорта. Жаль, я на свой так и не смог накопить, а просто тратил дофига бабла в клубах или ещё где-нибудь.

===

      В общем, сначала мы поехали к Биллу, в смысле, к Эмили. Он всю дорогу молча смотрел в окно и выглядел так, будто я его на эшафот вести собрался, чтобы прилюдно повесить, а не домой к родителям, и от этого я чувствовал себя крайне неуютно. Может, его опасения не зря? Он ведь прав, я же совсем не знаю, что за люди его предки, но отступать уже не стоит, ведь вдруг они и правда все помирятся сегодня?       — Я быстро, — открыв дверцу, Билл направился к уже знакомому мне подъезду и вскоре скрылся в его темноте.       Я решил пока покурить, чтобы и свои нервишки малость успокоить, ведь они тоже начинали уже изрядно пошаливать. Видимо, нервозность Каулитца передавалась мне сразу воздушно-капельным путем. Я будто шёл знакомиться с родителями своей невесты, вот никак не мог избавиться от этого странного ощущения. Я же, может, даже и заходить в квартиру не буду, подожду его где-нибудь снаружи, да и всё, а там посмотрим.       Билл, скорее всего, пошёл забрать остальную часть денег, которую он за это время успел заработать, а я ходил кругами вокруг машины, травя лёгкие нервными затяжками. Похоже, придётся потом стрелять сигареты у кого-нибудь, мне ведь теперь не на что будет их купить в ближайшее время..       Вскоре раздалось пиликанье со стороны двери многоэтажки, и из-за неё появилась тёмная фигура моего репетитора. Как он ходит на этих своих ходулях, я понять всё никак не мог, я бы убился после первого же шага, сломав все имеющиеся кости, надень я такие. Он ещё умудряется походкой от бедра в них перемещаться..       — Готов? — скорее, риторически поинтересовался я, выбрасывая окурок в урну, стоящую в паре метров от машины, на что Билл лишь неуверенно кивнул и залез в салон, тут же потянувшись за ремнём безопасности.       Я, хмыкнув, сел за руль и, повернувшись к брюнету, увидел, что он брезгливо поморщился, а потом и вовсе показательно закашлял.       — Куда едем? — спросил я, на долю секунды почувствовав некоторую неловкость перед Биллом, но тут же подавил это чувство в себе, ведь я же не виноват, что он не курит, да и мне тоже надо как-то нервы успокаивать.

===

      Заглушив мотор, я критически осмотрел двор, в котором едва ли смог найти себе место для парковки. Вон, значит, где Каулитц раньше обитал, и от центра города всерьёз далековато. Уже зажглись фонари, но эта местность живописнее всё равно не казалась. Это был нормальный, в целом, район, но я тут просто раньше никогда не бывал. Не говоря ни слова, Билл ещё с полминуты сидел в машине и так и не торопился её покидать.       — Будто и не уходил отсюда никуда, — всё же негромко проговорил он замогильным голосом, глядя в окно, но я промолчал, не зная, как отреагировать, тем не менее вскоре уже надо было что-то делать.       — Пошли? — торопливо тогда спросил я, уже понимая, что сам-то он точно не сдвинется с места.       Парень повернулся ко мне, но во взгляде по-прежнему читалась неуверенность и даже явственный страх. Он с силой кусал губы, нервно теребя пальцами свой тонкий шарф, отчего тот уже реально рисковал сразу в трёх местах порваться.       — Не знаю, могу ли я тебя приглашать, я сам там вряд ли желанный гость..       — Ты же говорил, что сам ушёл, — я тут же взял его за руку, тем самым спасая ту беззащитную ткань от неминуемой гибели.       — Да, мама с братом может и обрадуются.       Я отстегнул ремень и, потянувшись к нему, легко поцеловал в щёку, а потом прошептал на ухо:       — Всё нормально будет, идём.       Билл несмело улыбнулся и, проверив карманы, всё же вышел из машины, а я последовал за ним.       Уже стоя у необходимой двери, брюнет стал нервничать ещё больше. Освещение здесь тоже оставляло желать лучшего, лишь в другой стороне площадки одиноко светила не слишком ярко единственная лампочка. Он весь разволновался, не знал, куда девать руки, несколько раз поправлял волосы, одежду и даже хотел сбежать, и именно по этой причине я всё ещё стоял рядом, чтобы пресекать все эти трусливые попытки. Я снова взял его за руку и крепко переплёл наши пальцы, пытаясь вселить в него хоть малую долю моего спокойствия, которое тоже уже было готово отвалиться.       — Том, я не хочу, чтобы ты был здесь. Просто ты сейчас можешь услышать.. не самые приятные вещи, в том числе о себе.. — всё ещё волнуясь и нервничая, грустно предупредил меня он, тараторя слова, и я кивнул, тепло ему улыбнувшись. Никуда я лучше не пойду.. Я всё равно, наверно, просто постою чуть в стороне, чтобы не путаться под ногами. Я же тут вообще никто, но тем не менее буду поблизости.       Брюнет тяжело вздохнул и, разъединив наши переплетённые пальцы, нажал на кнопку звонка. Он даже дышать перестал в ожидании, которое длилось достаточно долго, а я чуть отошёл за его спину, наклоняясь на стену, как вскоре послышалось чьё-то ворчание за дверью, и она вскоре с негромким скрежетом отворилась.       Билл сглотнул, молча уставившись на явно пьяного мужика в синей футболке и вытянутых шортах до колен. Его удивлённое, небритое, осунувшееся лицо скривилось, и хриплый, презрительный голос вырвался из его изогнутых в ядовитой улыбке губ:       — О! Ну надо же, кто явился.