Репетитор

      Мама в итоге обозлённо направилась на выход из подъезда, а я, соответственно, — домой. Теперь, если хорошего настроения у меня и до этого не было, то сейчас оно было просто убито в зачатке, и я уныло втёк в квартиру и лениво стянул кроссы. Теперь, похоже, придётся мучиться в догадках до самого вечера, степень ужаса у которых тоже была разнообразной. Надо было принимать решение, и делать это лучше бы прямо сейчас..       Пнув ни в чём не повинные мамины тапочки, спокойно до этого стоящие в прихожей на полу, я всё же взорвался и в крайней степени злости распахнул дверь в свою комнату. Та от такого удара даже резко хлопнула об стену, а я просто безысходно и громко проорал куда-то в пустоту потолка. Сам бы так взял и тоже с разгона влетел в неё и провалялся в отрубе или с каким-нибудь сотрясением.. С одной стороны, я ужасно не хотел слышать от родителей требований обрывать всё с Биллом, а с другой — уже не было сил маяться в неведении и постоянном ожидании какого-то дерьма.       Я развернулся и ушёл на кухню насильно толкать в себя завтрак. Включил телевизор, чтобы тишина не капала на мозг, сварил кофе и уселся за стол. Довольная физиономия телеведущего страшно действовала на нервы. Мне как-то вообще сейчас ни разу не смешно, и я еле удержался, чтобы не запустить в телек пультом, поэтому просто поскорее его вырубил.       У меня завтра последний экзамен, и всё, считай, свобода до самой осени, но мне и то не хотелось что-либо читать и готовиться, вдобавок ещё и по истории. Я постоянно ещё думал про Каулитца. С утра он был какой-то унылый и грустный, улыбался, конечно, и даже смеялся в ответ, но.. Как бы то ни было, я и сегодняшний день бы хотел с ним провести, хотя бы до вечера, когда состоится крупномасштабный разнос для меня и заочно — него. Надеюсь, его тоже не позовут поболтать на такую-то интересную тему.. Надо ему как-то сказать, чтоб ни за что не отвечал на мамины звонки. На всякий случай..       После нервного завтрака я набрал тёплую ванну и провалялся в ней почти час, если не больше, отчего кожа на пальцах стала выглядеть хуже, чем у столетней старушенции. И пока я приводил в порядок нервы в воде, додумался до одной интересной идеи, как можно хотя бы начать что-то готовить на завтра. Я быстро вылез, вытерся и рванул в комнату искать одежду.

===

      В общем, сейчас я сидел и усиленно ждал Каулитца под его дверями и решал пробные тесты к завтрашнему экзамену. Получалось довольно неплохо. Я дал себе установку дойти до середины книжки, пока не пришёл Билл, но вообще-то уже была половина первого, и осталось только четыре варианта до конца этой книги, а его так до сих пор и нет! Захлопнув её, я достал телефон и набрал его номер.       Трубку в итоге он не взял, и я сердито буркнул под нос ругательство. Я тут, видите ли, уже жду его столько времени, но зато к экзамену кучу всего переделал. Дома обстановка давила, кошмарно угнетала и просто не давала сосредоточиться, а тут даже как-то наоборот. Повторив попытку, я снова не смог дозвониться. Почему я сразу начинаю выдумывать всякую чушь, стоит только человеку перестать отвечать мне на звонки? Раньше вообще же как-то жили без телефонов.       Убрав мобильник и недовольно нахмурившись, я снова взял в руки решебник, намереваясь добить остальное и успокоиться. Больше ничего не буду делать сегодня кроме этого, хотя и ключевые даты не помешало бы мне повторить, а завтра уже выкрутимся как-нибудь. Вскоре внезапно пришло сообщение, и я, без раздумий бросив книжку на пол, скорей обратно вытащил телефон.       «Сдал. Препод так и хотел завалить меня(».       «Нихера. Его даже преподы хотят завалить..». Хмыкнув, я быстро напечатал ответ и, усмехаясь, отправил.       «А ты ему сказал, что у тебя как бы есть парень?».       Поочередно в ответ пришли сразу два сообщения.       «О господи..» и «Том, да я ему в правнуки гожусь)».             Я дерзко заржал, слегка долбанувшись головой об дверь за моей спиной. Ну как тут удержаться и немного не позлить? Да и стариканам часто нравятся студенты помоложе..       «Ты уже дома?».       Я снова ехидно хмыкнул, отправляя это ему. Ну как он может быть дома, если я с самого утра сижу караулю под его дверью, и мне искренне пофиг, что скажут потом соседи.       «Нет, ещё в аудитории, скоро домой пойду».       Похоже, паранойя была напрасной. Я задумчиво почесал висок, раздумывая, что бы ещё ему написать и не спалиться, что я здесь.       «Хочу тебя поцеловать».       Похоже, я в итоге не сдержался и всё же начал ему писать всякую глупую чушь.. Лишь бы не грузился.       «Я тоже».       «А как ты сам себя поцелуешь?».       «Очень смешно».       Я вновь на весь подъезд захохотал. Решив, что надо завязывать с этим делом и дорешать эти жалкие четыре варианта до его прихода, я сделал себе новую установку, чтобы потом провести больше времени с Каулитцем. Я снова поднял с пола ручку и принялся за задания, уже представляя лицо Билла, когда он меня здесь увидит.       Перебросившись с ним ещё парой нелепых сообщений, я ненавязчиво выведал, что он придёт где-то через тридцать плюс-минус минут, и я всё равно не успею дорешать, да и плевать как-то было. Снова встав в засаду около лифта, я принялся молча ждать свою прекрасную жертву, но что-то попёрлось, конечно, не так, и я в итоге нечаянно напугал до усрачки какую-то женщину, которая сразу издала такой ужасный вопль, когда врезалась в меня и попала в объятия, что я чуть не умер на месте. Она забрыкалась, стала громко звать на помощь, хряснула меня сумкой от души и чуть было не вызвала полицию. А сколько эпитетов я в свой адрес услышал! Некоторые слова я вообще в первый раз в жизни узнал.       В итоге мы сошлись на том, что я извинился и признал себя как минимум несносным хулиганом. Это, если честно, был самый что ни на есть нейтральный вариант, но беда была в том, что Каулитц пришёл как раз в самую кульминацию скандала и эпично статуей застыл с в край ошалевшим выражением лица. После он просто истерически стал ржать, буквально сгибаясь пополам, но к этому моменту на лестничной площадке мы уже были хотя бы одни. Да откуда я мог знать, что из лифта выйдет не Билл, а кто-то другой! Какова вообще была для этого вероятность?       Дождавшись, пока он немного успокоится, я, тоже смеясь, подошёл к нему вплотную, тут же опуская указательный палец на его губы, говоря при этом негромкое: «Тш-ш-ш». Захлопав ресницами, брюнет поднял на меня свои смеющиеся глаза, а улыбка медленно сошла с губ, но и не исчезла целиком, отчего его вид стал более серьёзным и заинтересованным.       — Так тебе! — прищурившись, негромко бросил он и вдруг скользнул языком по моему пальцу, который я всё ещё прижимал к его губам.       — Ах та-ак! — всё ещё чувствуя себя последним идиотом из-за того инцидента, я принялся его яростно щекотать, заставляя визжать, извиваться, садиться почти на пол и пытаться вырваться, и теперь, собственно, вместо той случайной моей жертвы начал громко верещать теперь и он.       — То-ом! Аааа! Отпусти!       Вдруг из 129 квартиры таки выглянул тот мужик, который своим громким недовольным голосом резко и беспроблемно заставил нас заткнуться:       — Что за шум вы опять тут устроили?!       Каулитц, остекленев, невинно захлопал глазами и раскрыл рот, глядя на того заочно мне знакомого мужика из соседней квартиры и поспешно отдирая от себя мои руки.       — Ээ.. простите, герр, мы уже уходим! Извините, пожалуйста! — очнувшись, выдавил он и виновато сжал губы, а я лишь с кирпичным лицом затолкал руки в карманы.       Что-то ещё проворчав, тот обломщик снова удалился, и Билл облегчённо, но как-то уже грустно выдохнул.       — Похоже, теперь-то мне точно придётся съезжать, — задумчиво изрёк он, вытирая выступившие слёзы после нашего сражения.       — В смысле? А куда?       — Я.. не могу больше здесь жить, — печально сказав это, Билл с грустным лицом наклонился на стену, опуская плечи, а я даже как-то растерялся так вот сходу.       — Эээ..       — У Эми тоже должна быть личная жизнь, я и так тут как нахлебник уж два месяца.       Я лишь сложил руки на груди и молча смотрел на него, тщательно переваривая сказанные фразы, и думал. Но ведь Эмили сама предложила ему жить у неё.. не выгонит же она его на улицу?       Кто-то вышел уже из другой квартиры и направился к лифтам мимо нас. Билл, вновь устало вздохнув, прикрыл глаза, а я, дождавшись, пока какая-то девушка скроется за дверями лифта, подошёл вплотную к нему и приобнял за плечи.       — Билл, ты подумай, ну куда ты, блин, пойдёшь? — спросил тогда я с нажимом, а брюнет распахнул глаза и одарил меня тяжёлым взглядом. — Ты же ей совсем не мешаешь!       — Я лишним себя чувствую.. ей даже парня неудобно при мне привести!       Я лишь с ехидством хмыкнул в ответ. Неудобно ей. Только так приводит, а Билл в это время пытается убраться из квартиры, чтобы не мешать.       — Я на днях подыскал в Интернете более-менее дешёвый вариант, но.. — Билл неловко отвёл глаза и вдруг странно скривился, нервно покачав головой, и я взял его за руку, тут же плавно проводя по ней большим пальцем.       — И?       — Там сдаётся только комната, а хозяин живёт в той же квартире.       — Стрёмно как-то это, Билл.. — я с тревогой нахмурился, услышав такое неприятное уточнение, и, легко проведя свободной рукой по его прямым волосам, вдруг быстро притянул к себе поближе, мягко чмокая в лоб. Ладно ещё жить одному, а тут с каким-то мутным мужиком под боком.. — Не, это не вариант.       — Да мне и самому не очень хочется, — с колючей досадой буркнул Билл и, положив свою голову на моё плечо, крепко обнял и снова печально вздохнул.       — Давай потом пошарим что-нибудь ещё, а пока.. — я чуть отстранил его от себя и, загадочно прищурившись, чуть потёрся своим носом о его забавно нахмуренный нос. — Так что там с моим сообщением?       Он непонимающе свёл брови на переносице и посмотрел на меня как на натурального дурака.       — Каким именно?       Ответить я даже не успел, только и открыл рот, ведь дальше произошло то, отчего я закатил глаза и с громким стоном недовольства откинул назад голову. Звонил его чёртов телефон!       Каулитц быстро достал его из кармана и, разумеется, ответил на звонок. Разговор этот длился всего пару минут, но Билл в его процессе сильно хмурился и всё это время нервно оттягивал мою футболку за край.       — Да, вечером я точно всё пришлю, как договаривались. Да. До свидания, — нажав на отбой, Билл горестно захныкал в потолок и недовольно сжал кулаки, смешно надувшись.       — Чё?       Мы всё ещё стояли в подъезде около той же стены, и хорошо, хоть народа тут совсем не было, чтобы никто ненароком не запалил нас вот так вместе.       — Том, я попал! — трагично простонал Каулитц и резко засуетился, трясущимися пальцами вытаскивая из кармана связку ключей и тут же отодвигая меня в сторону. — Заказчик уже сегодня требует от меня перевод, а я ещё нифига не доделал! — брюнет рванул к двери квартиры и быстро отворил её, тут же оборачиваясь в мою сторону, где я так и остался стоять как вкопанный. — И чё это мы стоим?       Я удивлённо хмыкнул, а Каулитц загадочно улыбнулся мне через плечо, и тогда, поудобнее подхватив рюкзак, я лишь быстро направился в его сторону и хохотнул от спонтанной мысли, что я такими темпами скоро совсем в этой квартире пропишусь. Войдя внутрь, я аккуратно закрыл за собой дверь.       — Билл, — окликнул я уже копошащегося в прихожей парня, и он быстро взглянул на меня, изящно застыв у шкафа на носочках. — Ты сейчас переводить собираешься?       Каулитц быстро кивнул и закинул какую-то небольшую коробку из сумки на самую верхнюю полку.       — Там три страницы осталось добить, — теперь он снова подошёл вплотную ко мне и, криво улыбнувшись, взял меня за руки. — Но текст просто ужасный.       — А я что буду делать? — если уж совсем начистоту, то этого я абсолютно не понимал, но он невозмутимым тоном выпалил интересный ответ:       — Ты? Будешь меня вдохновлять, — Билл широко расплылся в самой очаровательной улыбке и вдруг легко поцеловал меня в щёку. — Так что давай быстрей, жду тебя в спальне, — воодушевлённо лопоча, Билл уже упорхнул в свою комнату, зарядившись каким-то совершенно неведомым рвением к делам, а меня оставил заторможенно переваривать его слова в коридоре. Вот только я в силу своей распущенности как-то неправильно на них среагировал, вероятно, из-за слова «спальня», которым он без задней мысли назвал свою гостиную-комнату.       В полном откате покачав головой, я с улыбкой маньяка последовал за парнем, а когда вошёл в помещение, сразу увидел Билла, пытающегося задвинуть диван, который так и остался с самого утра ожидать нашего возвращения. Каулитц чуть склонился вперёд, ухватившись одной рукой за спинку, а другой — за нижнюю часть, а я, подойдя к нему со спины, вдруг перехватил его руками поперёк талии, недвусмысленно прижимаясь к его маленькой заднице своим пахом, и издевательски заулыбался.       — Том! — от неожиданности Билл даже дёрнулся, ещё крепче вцепился руками в диван и стремительно выпрямился, так и не закончив своё первоначальное занятие. Отзываться я не стал, но стоило ему только это сделать, как мои губы легко дотронулись до его шеи, сначала легко и едва ощутимо, но постепенно в ход пошли уже язык и зубы.       Он наклонил голову чуть вбок, уже явно не возражая против ласки, а требуя ещё и ещё; руками я уже пробрался под его футболку, беспорядочными движениями водил ладонями по тёплому и гладкому животу, а Билл шумно и так кайфово выдыхал, отчего его грудная клетка вздымалась вверх, а сердце быстро стучало под моими ладонями. Всё же, чудом сделав над собой усилие, я медленно и нехотя отстранился от него, уткнувшись носом в его мягкие волосы. Острая, болезненная мысль о скорой разлуке снова наотмашь полоснула мне по лицу, и я ещё крепче прижал к себе Каулитца, с силой зажмуривая глаза и на выдохе шепча его имя.       Он ничего не говорил, просто положил тёплые ладони поверх моих рук, которые я так и не убрал с его живота, и слегка сжал своими тонкими пальцами. Не буду ничего говорить, пока не закончит работу, иначе, чувствую, ничего с такими мыслями он не сделает в срок, а я лучше побуду просто рядом и, как выразился он, повдохновляю. Эта смешная мысль заставила меня впустить на губы усмешку, и я осторожно развернул Каулитца к себе лицом. Он был почему-то задумчив, но по-прежнему невероятно красив.       — Давай я тебе помогу, — я лишь кивнул на раздвинутый диван за его спиной и снова взглянул ему в лицо, а Билл словно чувствовал все резкие перемены моего настроения, и оно менялось за компанию и у него. — А ты быстрей заканчивай свою грёбаную работу, но сначала.. — я загадочно улыбнулся, быстро облизываясь. — Вернёмся к моему сообщению.       Билл чуть улыбнулся в ответ и сам потянулся к моим губам, легко опустив ладони на плечи, а потом — на грудь. Всё-таки он догадался.

===

      Билл сидел за компьютером и увлечённо долбил пальцами по клавиатуре и моим прирасшатанным в последнее время нервам заодно, а делал он это где-то уже второй час к ряду. Осталось полторы страницы, как сказал мне он, что меня радовало, ведь это значило, что ещё всего какая-то пара часов, и он добьёт вторую половину своего трижды драного перевода. А если Эмили придёт? Он же её не спрашивал про моё присутствие..       Я, словом, как и на нашем уроке однажды, сидел на соседнем стуле и решал последний вариант в своей книге, а свободной рукой гладил Каулитца по стройным ногам, которые он нагло расположил прямо на моих, сидя как-то полубоком. Это, с одной стороны, чертовски отвлекало, а с другой — как-то успокаивающе действовало. Что на него, что на меня. Вот что он имел в виду под вдохновением..       Когда я закончил со своей подготовкой к завтрашнему последнему экзамену, я просто лениво положил голову на стол и стал молча наблюдать за Биллом, который всё ещё сидел за своей за работой. Теперь я мог гладить его обеими руками, да и доставал я подальше, чем невольно начинал дразнить своего милого переводчика настойчивыми поглаживаниями по внутренней стороне бедра и не только.       — Том, — он быстро повернулся ко мне, отодвигая от себя какие-то бумаги и хмуро покусывая губу, — сделай мне кофе, пожалуйста..       Я сначала удивлённо изогнул бровь, но всё же повиновался, аккуратно опустив его ноги со своих колен.       — А то вырубает.. Меня уже бесят эти непонятные двигатели! — он нервно хряснул ладонями по столу и даже недовольно запыхтел. — И слово какое-то дурацкое уже раз в десятый встречается.       Мне стало вдруг дико смешно. Специально потрепав его по голове, тем самым сильно взлохмачивая волосы, и без того небрежно собранные в короткий пучок на затылке, я бодрым шагом двинул на кухню готовить спасительный эликсир.       — А-а-а! — вдруг радостно воскликнул Каулитц из комнаты, видимо, до чего-то наконец догадавшись, а я со смешком продолжил своё занятие, уже мечтая о том, чтобы это поскорее всё закончилось.       Время всё шло, и как только мы ни сидели с ним за это самое время, а сейчас он расположился у меня между ног и что-то допечатывал, и я обнимал его сзади, иногда водя по спине и пощипывая кожу наподобие массажа, благо стул был довольно большой и легко вместил нас сразу двоих.       — Ур-р-ра-а! — торжественно заголосил вдруг Каулитц почти на всю жилплощадь и чуть не выбил мне челюсть, размахивая руками. Насилу увернувшись, я всё же облегчённо вздохнул и уже собрался его к себе разворачивать, как он резко стал сопротивляться. — Погоди! Ещё надо вычитать.       Я снова недовольно простонал и опять расположил подбородок на его костлявом плече, хмуро глядя в монитор на мелкие буквы.       — Это недолго, — Билл, поёрзав, уселся поудобнее и, быстро повернув голову в мою сторону, звонко поцеловал меня в щёку.       Совсем себя не узнаю.. И это, если честно, плохо.

===

      — Теперь всё! — и правда уже через несколько минут проговорил довольно брюнет, с самым счастливым видом из возможных сохраняя документ и открывая страницу со своей почтой.       — Неужели, блядь, — устало буркнул я и, не менее радостно улыбнувшись, медленно провёл руками по его бёдрам, останавливая пальцы недалеко от ширинки.       Я что-то в край оборзел, вот совсем всякий стыд потерял.. Но ведь мы же с ним вроде как встречаемся, значит я могу.. что-то такое делать. Билл вскоре отправил готовый документ и выдохнул с реально крупномасштабным облегчением.       Каулитц вообще молодец, сам зарабатывает бабки. Эмили, конечно, помогает ему с жильём, но, может, он и прав, надо съезжать уже рано или поздно. Куда он только съедет, когда я уеду? С кем ему придётся потом жить?       Я снова тяжело вздохнул и лишь теснее прижался к нему. А если я уйду из дома и просто буду жить с ним? Вот только надо будет где-то искать работу.. Что я умею делать? На заправке же в основном школьники и студенты работают.. На мойке. В кафе? Листовки раздавать.. Курьер? Ну не знаю.. Надо бы поискать в Интернете, сразу так и не придумать.. И так, пока я размышлял, Билл уже развернулся ко мне в пол-оборота, внимательно глядя в моё лицо и, вероятно, запалив не так уж часто свойственные ему странные раздумья.       — У меня уже всё затекло, — смешно сморщившись, прошептал он, и я решил, что пора нам уже вставать из-за этого осточертевшего стола.       Было уже начало шестого, мы быстро перекусили на кухне и вернулись обратно в его комнату.       — Хорошо тебе, последний экзамен завтра, — с лёгкой завистью проговорил Билл и потянул меня к дивану. — А я вот что-то устал, — широко зевнув, продолжил говорить брюнет и просто обрушился плашмя на него носом вниз, тут же закрывая глаза и начиная блаженно урчать. — Ко мне иди, — развернувшись на спину, он изящно распустил волосы, разлепил глаза и протянул ко мне свою тонкую руку.       — Что-то ты раскомандовался сегодня, — с прищуром возмутился я и вскоре уже навис над ним, слегка придавливая своим весом, а парень самодовольно заулыбался и обвил меня руками, снова опуская длинные ресницы.       — А тебе кто запрещает? — сквозь новый зевок проговорил он и притянул меня к себе так, что мы полностью соприкоснулись телами. — В общих чертах я довольно послушный.       Билл ласково целовал меня, обхватив своими длинными ногами за бёдра, а я, чувствуя, что даже рядом с ним уже не могу не думать об отъезде, почти не мог получать и удовольствие от этих приятных ласк. В голове моей снова было целое сборище самых тёмных мыслей. А если вечером мы до того с родаками разосрёмся, что меня посадят под однажды обещанный домашний арест прямо до отъезда? Но я ведь уже не подросток, чтобы так, блядь, делать! Это же глупо — запирать в комнате своего сына только для того, чтобы он не виделся.. со своим парнем. Хоть в прошлый раз мне такое обещали за частые приходы домой под утро или вообще за исчезновение на несколько суток. И тогда, выходит, что после вечернего разговора я больше не увижу его? А вдруг?       Я с силой зажмурился от этих мыслей и резко превратил лёгкий и нежный поцелуй Билла в жёсткий и настойчивый. Мне совсем не хотелось срываться на нём.. но остановиться было уже трудно. Я жадно кусал и терзал его мягкие губы, глотая его рваные выдохи, а руками властно сжимал его бока под футболкой и бёдра, после чего, наверное, могут остаться даже отметины. В прошлый раз мы так с ним целовались, когда он повалил меня на кровать после нашей очередной ругани у меня дома, и теперь мы снова сталкивались зубами, языками, поцелуй был сумасшедшим, горячим и мокрым, у меня уже губы сводило, своим пахом я отчётливо чувствовал, как сильно Билл возбуждён, как он подаётся мне навстречу, и я настойчиво потянулся к его ремню, быстро расстёгивая его и молнию обеими руками, и с силой дёрнул джинсы вниз.       Я словно пьянел от раскалённого воздуха вокруг нас, он кружил мне голову, а неукротимая страсть намертво застилала глаза. Протолкав свои руки под него, с силой и гортанным рычанием я сжал упругие ягодицы сквозь полупрозрачное белье, отчего Билл сдавленно и как-то болезненно застонал мне в рот и весь сжался, что с заметным запозданием только и стало для меня громким сигналом «стоп».       Я тут же отстранился от его горячих, покрасневших от укусов губ и порывисто обнял, слегка поглаживая по бокам, где совсем недавно крепко сжимались мои пальцы. Сам Билл замер на несколько мгновений, молча переводя дыхание и, похоже, толком не понимая моих резких перемен, но вскоре тоже обнял в ответ, проводя одной рукой по косам и между их рядами. Меня от возбуждения трясло уже, как суку, но теперь продолжать что-то я просто не мог, иначе же будет казаться, что я просто хочу им напоследок скорее воспользоваться, пока есть возможность, а я этого страшно не хотел. Ему совсем недавно хватило и того урода, который пользовался его доверием и делал, что вздумается..       — Больно? — негромко спросил я, но не поверил, когда Билл отрицательно помотал головой. — Прости, — я нежно сомкнул губы на его шее, виновато ластясь и теперь уже осторожно водя ладонями по его телу. — А я же, кстати, ещё должен маме спасибо сказать, — сбивчиво прошептал я прямо ему в лицо, легко целуя в уголок приоткрытых губ.       — За что?       Он так и лежал с закрытыми глазами, слегка хмуря брови и чуть отвернув в сторону лицо, а ноги свои медленно опустил с моих бёдер, расслабленно разведя колени подо мной.       — Когда она мне в первый день, ну, про репетитора сказала, я же забычился, «не хочу-у, не бу-уду», — я мягко усмехнулся, покачав головой, с улыбкой вспоминая самое начало. — А она такая говорит, «ты мне спаси-ибо ещё скажешь!», — передразнивая интонации, криво проговорил я и легко провёл пальцами по его порозовевшей щеке. — В общем, надо сказать.       Билл слегка заулыбался, а я теперь уже так и не смог этого сделать в ответ. Спасибо ей, конечно, но как бы было классно, если бы она не хотела отправлять меня отсюда так далеко и надолго.. Так что всё равно вместе мы с ним быть не сможем, тогда зачем нам заходить ещё дальше?       — Том, — Билл нежно провёл ладонью по моей щеке, внимательным взглядом всматриваясь в лицо. — Почему ты остановился? — он ненавязчиво поёрзал подо мной, но я так и не продолжил начатое, лишь отрицательно мотнув головой, и Билл вопросительно нахмурился. — Я же вижу, что что-то не так..       Не в силах больше выносить этот пристальный взгляд, я лишь ещё теснее прижался к нему, лишь бы не смотреть, пряча лицо в его разметавшихся волосах, и стиснул зубы от всей своей невыносимой беспомощности. Мне вообще уже дома пора быть, родители, наверное, уже вернулись..       — Молчишь..       — Я не.. да всё хорошо, вроде, — я улыбнулся и прижался губами к его горячей щеке, а Билл молча прикрыл глаза и тяжко вздохнул.       — Не ври мне, — холодно и отстранённо проговорил он тихим голосом. — Я же с самого начала знал, что так и будет.. — он не договорил, лишь слабо простонал и покачал головой, а я приподнялся, чтобы взглянуть наконец на него, но он просто лежал и не смотрел в ответ, слегка поджав губы. — Когда? — шёпотом спросил он, крепко сжав пальцами футболку на моей спине, а мне в один миг стало так неприятно и стыдно перед ним, что просто не смог сдержать вздох разочарования.       — Через неделю-две. Наверно, — хмуро пожал я плечами, виновато опуская глаза. — Мама однажды как-то говорила, что визы делать собралась, какие-то документы всё собирала, уж давно.. я не знаю, реально..       — Понятно..       Воцарилось неловкое молчание, которое сильно давило и лишь ещё больше угнетало. Я тогда осторожно приспустился ниже и положил голову на его всё ещё часто вздымающуюся грудь и досадно закрыл глаза. Всё стало только хуже, и настырно присутствовало у меня такое ощущение, что это был реально уже конец. Но не слишком ли рано я с ним прощаюсь? Я ведь самого главного ему так и не сказал.. но, блин, какой-то липкий, противный страх так и не давал мне это сделать. Вряд ли он будет так долго меня ждать, пока я вернусь обратно в Германию. А вернусь ли вообще?       — Это уже точно? — снова спросил он с нескрываемой надеждой в голосе, я буквально чувствовал её всю в его речи и при всём желании не мог дать ему тот ответ, которого он так хотел.       — Не знаю.. Вечером у нас будет разговор об этом дома, — говорить о фатальных догадках моей мамы я намеренно не стал, этим я бы точно добил его окончательно, и у меня просто язык не повернулся рассказать. Сегодняшний разнос я был должен пережить уж как-нибудь сам.       — Том.. — надрывно позвал меня Каулитц, а я снова приподнялся, с каким-то несказанным, таким больнючим, невыносимым совершенно стыдом глядя в его покрасневшие и чуть заблестевшие глаза. — И ничего уже не сделать? Я же подумал, что, раз ты так настойчив, то..       Билл вдруг нажал ладонями мне на грудь, твёрдо отодвигая от себя, и сел, дёрганно подтянув обратно свои спущенные джинсы и забравшись с ногами на диван, а я поднялся следом и откинулся на спинку, широко расставляя ноги. Я слишком зависим от родителей, и либо я буду продолжать в том же духе, либо с корнями освобожусь от этой зависимости, показательно свалив из дома. Но сколько бы я ни рассуждал о «побеге», мне всё равно было стрёмно и очень страшно уходить вот так в никуда.       Билл нервно потирал виски, чуть покачиваясь корпусом, и трагически молчал, сидя от меня на расстоянии вытянутой руки, которое я дико уже хотел сократить, но просто больше не осмеливался. Мне хотелось быть с ним рядом, пока это ещё возможно, поэтому, сомкнув пальцы на его предплечье, я всё же настойчиво потянул парня на себя, усаживая сверху и прижимая к себе.       — Би-илл, — окликнул я виновато, и у него к тому моменту был такой подавленный вид, что сердце кровью больно обливалось и беспомощно наружу рвалось, гулко ударяясь в груди. — Поехали со мной? А?       Он лишь отрицательно помотал головой, так и не сказав ни слова, лишь прижавшись ко мне в крепком объятии, будто я уже сейчас мог вот-вот куда-то исчезнуть.       — Не могу, — сдавленно прошептал Билл только спустя несколько секунд, тяжело вздохнув, и я почувствовал, как вздрогнула его спина под моими ладонями. — Не знаю.       — Тогда и я не поеду, — на выдохе твёрдо произнёс я, и плевать, что голос мой предательски так задрожал, но я мгновенно будто ощутил, как стремительно становится легче в груди от спонтанно всё же принятого решения.       Вот возьму и пойду против слова родителей, и от этого мне вот реально, до тремора в коленях жутко.. И, не знай я Билла, я бы точно ни за что их не ослушался. Он же вдруг тем временем застыл и резко поднял на меня смятенный взгляд, лихорадочно мечущийся по моему лицу; молча смотрел несколько секунд своими расширившимися глазами, даже не моргая, а потом вдруг усмехнулся, вскоре переходя на откровенный смех и мгновенно вызывая во мне сильное недоумение.       — Хмпф.. Да и что плохого-то в учёбе заграницей? Любой бы мечтал просто поехать туда, а ты.. Да и кто тебя спрашивать-то будет! — как-то обречённо на одном словно дыхании яростно произнёс он и, так же едко смеясь, укоризненно цокнул языком.       — Поэтому и не поеду! Потому что.. Да я вещи соберу и из дома уйду! — я даже сам не заметил, как психованно в запале повысил голос, и резко заткнувшийся Каулитц, ахнув и в ужасе зажав ладонью рот, попятился и чуть даже не свалился с дивана, благо я вовремя успел подхватить.       Он молча вскочил на ноги и замогильно отошёл от меня на несколько шагов, откровенно поражённым взглядом куда-то уставившись в пол.       — Ты.. Бли-ин, ты чё.. Этого только не хватало! — возмущённо дёрнув рукой, он резко повернулся ко мне, прожигая по-настоящему отчаянным взглядом, а потом, едва всхлипнув, будто в ужасе схватился за голову. — Ты идиот! Ты чё, совсем уже с ума сошёл?!       — Билл, да всё не так уж и..       — Не надо, а.. Ты дурак, полный причём!       Я тут же подошёл к нему, становясь напротив, а он всё продолжал глядеть под ноги и отрицательно мотать головой, и теперь я случайно заметил, что глаза его были почти наполнены слезами.       — Блядь, но иначе-то я уеду отсюда! Эй? — крепко схватив за плечи, я даже чуть встряхнул его, надеясь, что хоть так он малость успокоится. — Я тут башку себе, значит, ломаю, как быть, а ты хочешь преспокойно, чтоб я ехал? — откровенно рискуя нарваться на очередное «да», вскричал я в бесконтрольном запале и нервно поджал губы до боли.       — Не хочу, — прямо ответил он сразу, а я, судорожно выдохнув почти всё зло из голоса, взял его за руку и шагнул к нему вплотную. — Но ты вообще не представляешь, что потом тебя ждёт.. Я недавно совсем через это прошёл! Это на словах только так просто! Так что нет, — он едко надулся, дёрнув плечом, но руку мою всё равно сжал лишь ещё крепче. — Мне таких жертв не надо.       Ну, может, я и не понимал всей серьёзности нашей ситуации в полной именно мере, но ведь именно сейчас я чувствовал такое непередаваемое окрыление и раж, что я точно со всем справлюсь, что особо трудного-то ничего и нет, а с другой стороны, наверно, он даже в чём-то был прав. Не зря же так отговаривал меня, даже под угрозой расставания..       — Я же знал, что мне нельзя к тебе слишком привязываться.. Я должен был просто смириться и опять промолчать! Но нет же.. — он яростно вскрикнул в каком-то отчаянии и, сильно поджав губы, постарался выпутаться из моих рук, но я не пустил, рванув его обратно на себя за руку. — Что тут ещё думать? Не надо ничего усложнять..       — Бля, ну а как же мы?! Ты да я? — я резко и импульсивно взмахнул свободной рукой, не зная тупо, куда можно вообще девать все эти свои эмоции, отчего Билл вдруг зажмурился, словно ожидая крепкого такого удара. — Извини, — я тут же стушевался и опустил её, до боли сжимая пальцы в кулак и мысленно матеря себя за такую неловкую оплошность. — Блин, неужели ты думаешь, что я руку на тебя подниму?       Он вдруг пожал плечами и окончательно опустил взгляд, скорей всего, этим предполагая ещё и положительный ответ.       — Я того не стою, — с дрожью мрачно прохрипел он, грустно опустив уголки губ, и серьёзно взглянул на меня исподлобья. — Я же..       — Придурок, — не сдержавшись, огрызнулся я, недовольно хмыкнув, а Билл тяжело вздохнул и снова замолчал. — Обещал, что этой хери больше не будет, а ты..       — Но это другое!       — Нет, всё, блядь, то же самое!       У меня внутри всё раскалилось уже до невозможности, я и так весь извёлся на говно из-за всей этой долбанной фигни с разоблачением и переездом, так ещё и он масла в огонь подливает!       — Том! Зачем из-за меня одного всё так сильно ломать и идти против всех?! Ты сам-то головой своей подумал, раз я, дурак, не смог?!       — Да потому что.. ты.. я.. потому что.. — я резко заткнулся и, простонав, с силой зажмурился, хлопнув себя рукой по лицу и медленно проводя ладонью вниз. — Билл, — резко обхватив ладонями его грустное лицо, я порывисто прижался к его лбу своим. — Я.. чёрт..       Брюнет с хмыком будто снисходительно обнял меня за талию и молча сцепил за спиной свои руки, как и любил всегда делать. А если я ошибся? И я, выходит, просто зря ему скажу все эти жуткие слова, после которых, возможно, не будет обратной дороги, ведь сейчас я, не заметив, чуть опять не проболтался. Блин..       — Вот видишь, смысла-то и нет, — обречённым и бесцветным голосом всё же как-то мягко проговорил он и опять захотел было отстраниться. — Так что не..       — Да не стал я потому что думать головой! Не стал специально! Не хочу! Люблю я тебя потому что, придурок ты, блядь! — насилу собравшись с духом, словно хотел спрыгнуть в смертельно ледяную воду, скороговоркой в запале вдруг едва не проорал ему я, хватая его теперь за руку, и шумно выдохнул, чувствуя, что жар болезненно и колко приливает к моим щекам, и даже дышать трудно становится.       — ..надо.. — с сильным таким запозданием договорил всё же брюнет и шокировано разинул рот, молча и немигающе глядя на меня широко раскрытыми глазами.       Я, конечно, ждал какой-то реакции на своё с трудом давшееся признание, в обдуманности которого я ещё очень-очень сильно сомневался, и волнение накрыло меня сразу же с головой, напрочь перекрывая разом всякий кислород. Вообще, если честно, я думал, что Билл радостно бросится мне на шею, расцелует.. но никак не заревёт. Сорвался..       Крупные капли всё же покатились из его блестящих глаз, он с силой закусил губу и закрыл глаза, и теперь я искренне не знал, что делать дальше. Я совсем забыл про вариант, что Каулитц на расшатанной за полтора месяца нервной почве может быть совсем непредсказуемым. Не поторопился ли я? Тогда почему мне хочется вернуть время назад и не говорить ему всего этого?!       Билл вдруг импульсивно подался вперёд и молча меня обнял, крепко вцепившись просто стальными пальцами в футболку. Он шумно и горячо дышал мне в шею, а я неподвижно стоял, не зная, как теперь быть. Я всё испоганил к чертям.       — Том, — прошептал Билл, вдруг смыкая губы на моей коже на несколько мгновений. — Я так надеялся, что ты.. — он замолчал, снова поднимая на меня взгляд, и теперь он лишь солнечно улыбался. — Я.. — опуская чуть влажные ресницы, парень смущённо просиял, теряясь и ярко и стремительно заливаясь краской. — ..тоже тебя люблю, — с этими словами он снова взглянул на меня, искренне и так открыто глядя в глаза, и я понял, что сам просто до жути застеснялся, и мне вопреки всему хотелось тупо исчезнуть отсюда и побыстрее. Трусливо сбежать, убраться подальше.. Не смотреть, не чувствовать, потому что это до смерти душило неловкостью, чем-то непонятным и болезненно приятным в то же время.       Да мне было до безумия стыдно за свои же слова, и слышать его ответное признание было как-то.. волнительно и даже слишком непонятно.       — Билл, я.. то есть..       — Если ты сейчас опять хочешь сказать «или нет», — так кардинально поменявшись в кратчайшие секунды, он сердито сжал губы и предостерегающе прищурился, — лучше сразу отсюда проваливай, — едва слышно отчеканил он и продолжил испытующе и пронзительно смотреть на меня, а я просто опешил.       — Нет же! — помотав головой и нервно, хоть и ласково проводя пальцем по почти высохшей дорожке слёз на его щеке, торопливо возразил я. — Я, это.. блин..       Чувствуя, что неловкие, неподбираемые слова сейчас могут опять всё окончательно испортить, я просто притянул его к себе и прикоснулся к губам, осторожно и трепетно сминая их своими, пытаясь передать ему то, что так хотел сказать, хотя бы через эти прикосновения. Билл закрыл глаза и неуверенно ответил, легко опустив ладони на мою грудь и вскоре крепко сжимая пальцы в кулаки. Похоже, он мне даже не поверил после моей же странной реакции на его слова, и надо было уже спасать ситуацию, оставалось узнать только, как..       — Я, блин, из дома сбегать хочу ради тебя, с родными разосраться, — отстранившись на считанные миллиметры, прошептал я почти ему в губы, взяв его за руку и разжимая один кулак. — И ты, блин, всё равно мне не веришь?       — Верю, — промурлыкал наконец он и заметно расслабился, уже лично продолжая нашу разорванную ласку.       Так мы и простояли с ним в объятии несколько минут. Каждый молча теперь думал о своём, а я всё по-прежнему решал, как же мне поступить лучше сегодня. Уйти из дома без этого разговора я просто не мог, это было бы слишком оскорбительно по отношению к моим родителям. Да и обрывать все связи с ними мне всё равно ужасно не хотелось. И что я мог взять с собой? Надо бы хоть Алекса предварительно спросить, приютит он меня у себя на какое-то время или нет. Решив, что позвоню ему по пути домой, я лишь ещё крепче обнял своего милого парня и поцеловал в чёрную лохматую макушку.

===

      В общем, я впервые шёл к себе же домой вот так, словно на каторгу. Мне было страшно так, что холодели и потели ладони, и я намеренно делал медленные шаги и выбрал самую длинную дорогу, но это лишь оттягивало главный момент неизбежного. До Страуса я так и не дозвонился, поэтому просто отправил ему сообщение с вопросом, который повергнет его в ещё больший шок, чем вся моя прежняя ситуация в целом. Если нет, то остаётся Георг, ещё пара парней и лишь в крайнем случае Эмили, которую как вариант предложил мне сам Каулитц.       Я в волнении остановился у двери в свою родную квартиру, словно собирался зайти в логово страшного монстра, который меня там сразу на месте убьёт или заточит в клетку навечно. Лютое волнение с новой силой охватывало меня, и я закрыл глаза на миг, собирая мысли воедино. Ответы на разные предполагаемые вопросы я уже составил, стараясь максимально выставить всё так, что Билл совершенно ни при чём, и это всё я, и отказываться от него в любом случае не собираюсь. Еле решившись, я со страхом открыл дверь своим ключом, и меня тут же встретила тёмная и такая пустая квартира.       Дома никого не было.