Путь мести

От того, как внимательно вглядывался в мониторы камер наружного наблюдения, капитан Ямато чувствовал острую резь в глазах, часто моргая, стараясь хоть так унять боль. Оторвать взгляда он не мог себе позволить, пока Какаши стоял за спиной. Густой мрак ночи заволок монитор: не было видно ни очертаний домов, ни стволов деревьев – что он хотел разглядеть в такой темноте? Длинная тень промелькнула так быстро, что можно было счесть ее за обман зрения, но Ямато подскочил на стуле, протирая глаза. - Nanisore? (Что это?) – он отмотал запись и увеличил изображение, нажав стоп-кадр. Какаши придвинулся ближе, перегнувшись через плечо подчиненного. - Sakura wa jibun no shigoto ni taisho, (Сакура справилась со своей работой) – удовлетворительно кивнул он головой. – Anbu o aizu. Watashitachiha, kanojo ga shitte iru mono o mitsukeru hitsuyō ga arimasu. (Подай знак АНБУ. Нужно выяснить, что ей известно). - Hai (Да), – торопливо ответил Ямато и уже протянул руку к трубке коммутатора, чтобы отдать приказ, как Какаши остановил его вопросом. - Sore wa nani? (А это еще что?) Ямато поднял голову и посмотрел на монитор. Изображение лучше не стало, но на экране отчетливо различались четыре длинные тени, притаившиеся под стенами домов. - ANBU des! (АНБУ) - предположил Ямато, прекрасно узнавая форменное снаряжение элитного отряда Хокаге. – Sore wa chōdo dare mo chūmon shimasen... (Вот только никто не приказывал…) Он осекся на полуслове, заметив хмурый взгляд Какаши. Что-то, явно, шло не по его плану, и Какаши догадывался о возможности такого развития событий. - Kakashi senpai? (Какаши-сенпай?) – Ямато кашлянул, стараясь привлечь внимание наставника, когда тот не ответил. Хатаке молчал еще секунду, а потом посмотрел прямо в глаза Ямато и того обуял ужас. - Min'na ni keikoku! Sugu ni machigatte kanjiru yō ni, anzen'na kyori de jinoyōni shite mimashou - kōgeki. Watashitachiha, An'na chandorā o ushinau koto ga dekimasen! Sore wa konoha ni sugi jūyōdesu. (Предупреди всех! Пусть следят на безопасном расстоянии, как только почувствуют неладное – атакуют. Мы не можем потерять Анну Чендлер! Она слишком важна для Конохи)! – Хатаке направился к двери небольшого кабинета слежения, не дожидаясь ответа, но остановился на пороге, и бросил через плечо: - Kīpu watashi wa keisai shimasu! (Держи меня в курсе!) Ямато лишь кивнул, не отвечая. В трубке коммутатора, поднесенной к уху, уже ждали указаний АНБУ. Какаши покинул комнату наблюдения, первым делом решив проверить свои подозрения у Хокаге и разработать план дальнейшей стратегии. То, что он увидел, не вселяло доверия. После стольких лет, запрещенная в Конохе организация вновь дала о себе знать. *** Оказавшись под стенами гостиницы, Анна бросилась бежать прочь, не разбирая дороги. В ночной темноте трудно было разобрать дорогу и без того, что слезы застилали глаза, но она никак не могла унять. Горечь, обида и злость на саму себя, раздирали ее изнутри, опустошая и испепеляя. Она задыхалась от молчаливых рыданий, и продолжала винить себя за проявленную слабость. Она должна была отреагировать иначе, сыграть, а не убегать, как обиженный ребенок, но не находила в себе сил проявить достаточную собранность. Анна никогда не была наивной, чтобы не понять поползновений Сакуры в сторону Саске. Она все видела и понимала, знала, что рано или поздно все кончится этим, но… Чертово «НО» в виде умопомрачительного секса и страсти, что Анна себе позволила, презрев собственные моральные устои. Признаваться теперь было поздно, даже самой себе, но Анна только теперь осознала, что с первого взгляда полюбила этого надменного ублюдка! В глубине души Чендлер надеялась, что поездкой в Коноху их отношения не закончатся, и питала крошечную иллюзию на то, что угрозы Саске лишь способ давления и попытка запугать ее. Что он не такой ужасный человек, каким хотел казаться. Как он смотрел на нее во время бала! Не уж-то все было ложью? Он переспал с ней, а потом потащил в постель Сакуру, словно так и должно было быть. Запутавшись в собственных ногах, Анна упала на прибитую песком дорожку, больно оцарапав колени. Острая боль отрезвила голову мгновенно, и Анна смогла отвлечься от мыслей о собственном ничтожестве. Теперь она четко видела все грани собственной глупости. Она стала жертвой Стокгольмского синдрома, хотя прежде была уверенна в твердости своей психики. Хорошо, что смогла обнаружить проблему, пока не стало слишком поздно. Больше она не позволит психическому отклонению решать за себя. У Анны был лишь один выход – покинуть Коноху, но для этого нужно было разобраться в старом деле. Когда в разуме ее воцарились лишь мысли о работе, Анна точно знала, что должна делать и как справляться. Она поставила себе цель: до рассвета найти цепь доказательств и покончить с этой историей. Все, что Анна слышала от Учиха Итачи, все нестыковки в прошлом ее матери – все это походило на правду. Заинтересованность в ней Орочимару, была тому ярким подтверждением. Анна Чендлер не просто дочь своей матери, гениального генетика, но и сама она, точная копия. Анна всего лишь очередной эксперимент Аоямы Юкиджи. Запасные ключи к машине, как выразился Учиха Итачи. Анна тысячи раз прокручивала в памяти момент убийства ее матери, знала каждую мелочь, и каждый раз задавалась вопросом: почему Юкине приказала ей спрятаться, как только увидела людей в той машине. Теперь Анна знала ответ. Юкиджи была уверенна, что этот день настанет. Она сделала все, чтобы отсрочить его, но неизбежная участь настигла бы в любом случае. Но, кем бы ни задумывала ее Юкиджи, Анна была человеком с собственным характером и устоями. Она была копом, и собиралась с присущей лишь себе твердостью распутать клубок. Главный враг близко, и это далеко не старший брат Саске. Ноги Анны сами вынесли ее к госпиталю Конохи. Лаборатория L3 казалась надежным оплотом и достаточно тихим местом, чтобы сопоставить все факты. Когда двери лифта распахнулись на самом нижнем уровне, открывая взгляду черную пустоту лаборатории, Анна и не думала озираться по сторонам, вступая в закрытое помещение. Свет зажегся настолько неожиданно и ярко, что ослепил ее. Анна попятилась назад, прикрывая глаза рукой. В яркой вспышке она могла видеть только размытые силуэты человеческих фигур. - An'na Chandorā? (Анна Чендлер), - безэмоционально протянул низкий, хриплый голос. Анна все еще не могла увидеть лица говорившего. Глаза резало от яркого света. - Anatahadaredeari, anata wa nani o shitaidesu ka? (Кто вы и что вам нужно?) – спросила она, пытаясь решить, кто же перед ней предстал. - Sore wa wareware ga daredearu ka wa kankei arimasen, sore wa jūyōdesu – anatahadare! (Не важно, кто мы, важно - кто ты!) – ответил все тот же, неприятный голос. Человек говорил так, будто ненавидел лично Анну. Она не успела возразить, не успела произнести ни единого звука. Ее резко дернули назад, заломив руки за спиной, крепко перехватили их веревками у запястий. В тот же миг, Анна почувствовала укол в шею. В глазах мгновенно потемнело, а в голове появился подозрительный гул. Мышцы наполнились свинцовой тяжестью. «Наркотики», - догадалась Анна, но уже было слишком поздно, чтобы предпринять хоть какие-то действия. В сознании стремительно взращивалась пустота. Последнее, что услышала Анна, прежде чем провалиться в мир дурмана, был так непонравившийся ей голос. - Запасные ключи у нас, - сказал он. Последующего толчка Анна уже не почувствовала. *** Наруто плелся по коридорам резиденции Хокаге, не испытывая ровным счетом никакого удовольствия. Всего пару часов назад он покинул бал и лег спать, но его бесцеремонно вырвали из постели и заставили снова идти сюда. Что бы ни стряслось у Цунаде-самы, это могло подождать до утра. В резиденции было на удивление тихо и пустынно. Всего пара дежурных охранников на входе, да и те не проявили особенного интереса к персоне Узумаки. Обычно, специально вызванных шиноби встречала Шизуне, посвящая в курс дела: сегодня не было и ее. Наруто оставалось только гадать, что могло потребовать его немедленного появления. Впрочем, если речь опят пойдет о Саске, Наруто будет отстаивать интересы друга даже активнее своих собственных. Коридоры освещали тусклые светильники, одиноко разбросанные по стенам, от чего казалось, что ступаешь по темной пещере, подсвеченной пламенем коптящих факелов. Жуткое ощущение. В кабинете Хокаге было так же тихо. Приоткрытая дверь будто призывала входить, но Наруто постучал. Ответа, впрочем, не последовало, чем еще сильнее напрягало обстановку. Узумаки уже начинал нервничать. Наруто толкнул дверь. Та протяжно скрипнула, с устрашающим звуком. Он просунул голову в кабинет. -Obāchan Tsunade! (Бабуля Цунаде!) - Sā! (Входи!) – бодро отозвалась женщина, оказавшись совсем близко, от чего Наруто вскрикнул и подпрыгнул на месте. – Sudeni sā. (Входи уже), - вновь повторила Хокаге. Наруто повиновался. Единственным источником света в рабочем кабинете главы селения, служила настольная лампа, освещающая огромную кипу картонных папок, разбухших от множества пожелтевших, с потрепанными краями, листов. - Subete korehanani o imi suru nodeshou ka? (Что все это значит?) – полюбопытствовал Узумаки, оборачиваясь к Хокаге. Цунаде занималась тем же, что делала до его прихода – перебирала папки в стенном шкафу. Словно уже имеющейся горы макулатуры ей было недостаточно. Цунаде махнула рукой, прося не отвлекать, однако Наруто был еще тем упрямцем. – Anata ga watashiwoyonde iru no wa naze obāchan Tsunade wa mushiro Shizune to Sakura yori shihen ni taisho suru ni wa? (Почему ты вызвала меня, бабуля Цунаде, чтобы заниматься бумажками, а не Шизуне или Сакуру?) - Saisho no basho de, to iu jijitsu ni yoru to - anata wa mada keikaku shite iru baai wa jimu shori wa, hoka no subete no yō ni, chōdo Hokage no ichi no tame ni jūyōdesu. Watashi no basho, Naruto. (По тому что, во-первых – бумажная работа так же важна для должности Хокаге, как и все прочие. Если ты все еще планируешь унаследовать мое место, Наруто), - Цунаде говорила налегке, даже не повернувшись к Узумаки, продолжая собирать документы, скрытые в недрах большого шкафа. – Soshite, daini ni, watashi wa anata no shitsumon no kappuru o onegai shitai to omoimasu (А, во-вторых, я хочу задать тебе пару вопросов). Наруто напрягся. Тон последних слов, почти милый, не мог обмануть его. С того момента, как Узумаки выдернули из постели, он чувствовал подвох, ждал его, был готов. Почти. Цунаде нашла нужные бумаги и повернулась к нему. Ее карие глаза пристально всматривались в напряженный взгляд Наруто. - Dore dake anata wa Uchiha Sasuke o shitte imasu ka? (Насколько хорошо ты знаешь Учиха Саске?) – спросила она, и Наруто стиснул зубы. Всегда все касается Саске. Почему никто не желает понять его так, как это делает Наруто? - Sasuke wa... Watashi no shin'yū, anata no iu koto ni kankei naku, o bāchan Tsunadedesu (Саске мой лучший друг, и что бы вы ни говорили, бабуля Цунаде…) - Watashi wa nani mo, Naruto itte inai) (Я еще ничего не сказала, Наруто), - оборвала его Хокаге, указав рукой в сторону заваленного папками стола. – Yuiitsu no watashi wa anata ni kono himitsu o tsutaeru koto ga dekiru node, nagai kaiwa o motte iru, suwatte (Присядь, разговор предстоит долгим, ибо только тебе я могу поведать эту тайну). Наруто недоверчиво скосил глаза, но направился к указанному месту. Из-за гор макулатуры он почти не видел стоящую перед ним Хокаге, а Цунаде, будто и без того было мало папок, водрузила на стол остальную часть. - Koreha nani? (Что это?) – спросил Наруто. От запаха пыли у него свербело в носу, и молодой человек всеми силами старался не начать чихать. - Anata jishin no tame ni watashi wa anata no tame ni shūshū shita subete no korera no ronbun o sanshō shite kudasai. (Посмотри сам. Все эти бумаги я собрала для тебя), - предложила Хокаге, но Узумаки замотал головой. Перечитать эту гору значило провести весь остаток ночи, а может и часть следующего дня в этом кабинете. - Watashi ga rikai suru yō ni, anata ga iu, soreha, nozomashī. (Я не люблю читать, да и не пойму ничего), - протянул он, удобней устраиваясь в кресле главы селения. Странное чувство знать, что когда-то за этим самым столом сидел и твой отец. Наруто казалось, что он ощущает его дыхание на собственной макушке. Обернись и встретишься с ним взглядом. Но отца Наруто мог видеть только на портретах в этом кабинете. – Anata ga iitai koto, o bāchan Tsunade o motte iru baai wa, (Если вам есть что сказать, бабуля Цунаде, то говорите, желательно так, чтобы я все понял). Цунаде ухмыльнулась. В этом весь Наруто. Его образ мышления остался на уровне двенадцатилетнего ребенка, но выводы он всегда делал удивительно верные, а решения принимал основываясь на чести и достоинстве. Он обещал быть прекрасным Хокаге, если бы ни природная лень, с которой Узумаки не мог бороться. - Guddo. (Хорошо), - согласилась она, присаживаясь на край стола, так, чтобы полностью видеть лицо Наруто. – Shikashi, saisho ni, watashi wa anata ga eien ni Konoha Sasuke kara sogai yoru ni tsuite shitte iru koto shiritaidesu ka? (Но прежде, я хочу узнать, что тебе известно о той ночи, что навсегда отвратила Саске от Конохи?) - Anata wa kare no ichizoku no higeki no hanashi o shite imasu? (Вы говорите о трагедии в его клане?) – спросил Наруто, желая уточнить. Цунаде кивнула. Наруто задержал взгляд на ее лице, пытаясь понять, что ей самой было известно. Ее не было в Конохе в ту пору. Все что знала Цунаде, скрыто в отчетах доставленных Третьему. Только Саске собственными глазами видел все, что сделал его старший брат. – Uchiha Itachi Sasuke wa 7 o koroshi, kare no yowa-sa o azakeru, ikite iru kare o nokoshi. (Учиха Итачи убил семью Саске, а его оставил в живых, насмехаясь над его слабостью). - Jakuten? (Слабостью?) – Цунаде удивленно вздернула бровь. – Yowamushi ga ikiru koto o yurusa itsukara? (С каких пор слабаков оставляют в живых?) Наруто и самого мучил этот вопрос, вот уже десять лет, но ответа на него Узумаки найти не смог. Часто Узумаки думал, что найди он ответ, смог бы помочь Саске справиться с горем утраты. Однако он был бессилен. Цунаде продолжала ждать ответа, но Наруто молчал, точно набрал в рот воды. Она моргнула и отвела взгляд. - Anata wa Sasuke wa sono yoru ni tsuite no shinjitsu o itte ita koto o shinjimasu ka? (Ты веришь, что Саске говорит правду о той ночи?) – вновь спросила она, и Наруто подорвался на месте. Кресло Хокаге опалило его спину, будто желая отторгнуть. - Sasuke wa naze sore ni tsuite uso o tsukimasu?! (Для чего Саске лгать об этом?!) – возмущенно вскричал Наруто. Цунаде подняла руку, призывая его к спокойствию, но шиноби не мог успокоиться так скоро. Все, что касалось Саске, производило на Наруто эффект разорвавшейся бомбы. – Anata ga rikai suru tame ni kare no itami no bubun wa kare ga hitoban dake ushinatte iru, to ani wa, kare wa hijō ni aisare, seikatsu no tame ni teki to natta koto ga dekinai baai demo, anata wa kare o handan suru koto ga dekimasu dono yō ni kare ni tsuite dono yō ni iu koto ga dekiru yōna monogoto ga? o bāchan Tsunade o karakatte imasendeshita? (Как вы можете говорить о нем так? Как вы можете судить его, если даже части его боли понять не в силах? Он лишился всего в одну ночь, а старший брат, которого он безмерно любил, стал врагом на всю жизнь. О таких вещах не шутят, бабуля Цунаде). - Watashi wa sono yōna nanika o itta, Naruto? (Разве я говорю нечто подобное, Наруто?) – Цунаде соскользнула со стола, с грацией и легкостью семнадцатилетней девушки, быстро перебирая пальцами листы бумаг. Наконец, перед глазами Наруто предстал один из них, он бросил на него лишь короткий взгляд. - Korehanandesuka? (Что это?) – мало что могло заставить Наруто удивиться в этот момент. Цунаде тряхнула кистью, заставив исписанный лист бумаги издать приятное шуршание. - Chōdo shinchō ni soreha sādo hokage no kaigi ni hōkoku sa re, jibun o mite, Konoha no chōrō-tachi wa, jikan to shussekisha no namae o mite shomei shimashita. (Взгляни сам, только внимательно. Это отчет о собрании Третьего Хокаге, за подписью старейшин Конохи. Посмотри на время и имена присутствующих). – Цунаде не требовала, но Узумаки не спешил выполнять ее просьбу. Что-то неприятное, жирным котом свернулось в груди Узумаки, распуская жуткий холод по всему телу. Его почти трясло от невиданного доселе страха. Наруто взял лист и взглянул. - Sore wa sono yorudatta. (Это было той ночью), - спустя пару минут напряженного изучения бумаги, изрек Узумаки. Цунаде кивнула головой, дальше говорить стоило ей самой. - Kaigi no mokuteki o mitekudasai: Akatsuki no jokyo o, konoha e no kyōi to shite konoha no kai no kōi menbā kara 3-ri wa sono yoru Uchiha itachi wa kare ga teki no kyanpude supai o yosoku shi, sorera to atta koto o kakunin suru koto ga deki. (Посмотри на цели собрания: устранение Акацуки, как угрозы для Конохи. Три человека из высокопоставленных членов правления Конохи могли подтвердить, что той ночью Учиха Итачи был с ними. Его пророчили в шпионы в стане врага. Посмотри внимательно на время.) - Shikashi... Shikashi, kore o suru koto wa dekimasen. (Но… Но этого не может быть!) – возглас Наруто потонул в тишине пустого здание резиденции. Его пальцы свело судорогой, а в голове были барабаны. Он почти ничего не слышал, кроме гула собственной крови в ушах. – Sasuke kare wa ryōshin no itai no yoko ni sono yoru kare o mita Itachi jishin ga, kare wa jibun no tsuyo-sa o tesuto suru tame ni sorera subete o koroshita koto o kokuhaku! (Саске сам видел его той ночью подле тел родителей. Итачи сам сознался, что убил их всех, чтобы проверить собственные силы!) - Itachi ni shutoku shinakereba narimasendeshita sashisematta tero kōgeki o fusegu tame ni, Akatsuki. (Итачи нужно было попасть в Акацуки, чтобы предотвратить готовящийся теракт,) – твердо, но без нажима, сказала Цунаде. – Sore wa watashi ga shitte iru, kimyō ni kikoeru. Watashi to jishin ga sore o shinjiru koto ga kon'nandeattaga, soreha shinjitsudearu. Uchiha Itachi wa wazuka 10-bu Sasuke mae ni kare jishin no ichizoku no ryōdo ni atta. Kare wa, onaji mono o mite, Sasuke, to no riten o katsuyō suru yō ni kettei o shimashita. (Это звучит странно, я знаю. Мне и самой было сложно поверить в это, но такова истина. Учиха Итачи оказался на территории собственного клана всего на десять минут раньше Саске. Он увидел то же, что и Саске, и принял решение, как этим воспользоваться.) - Ronbun ga nisemonodearu! (Бумаги поддельны!) – стоял на своем Наруто. Цунаде ничего не стала отвечать, только покачала головой. - Korera no ronbun wa, kakusareta ga, dai san no hakai sa rete inakattaga, sono kettei itachi wa itsumo kare no ie o shīrudo suru koto o shitteita kare wa jikkō suru tame ni jibun jishin o gisei ni michi o kaeshimasu.. Sono de~yūti shinobu ga, daisan wa, kare ni kōsei suru kikai o ataerudarou. Jissai ni nani ga okotta no ka, Uchiha Itachi sonogo, wa Sasuke ga tekide wa naku, satsujin-shade wanai, Konoha no tekide wa arimasen (Эти бумаги были спрятаны, но не уничтожены. Третий понимал, что своим решением Итачи навсегда оградил себе путь возвращения домой. Он принес себя в жертву, чтобы исполнить свой долг шиноби, но Третий хотел дать ему возможность реабилитироваться. Учиха Итачи не враг Конохи, не враг Саске, не убийца.) - Shikashi, sonogo, nani ga hontōni okotta no ka? (Но, что тогда произошло на самом деле?) – у Наруто голова шла кругом. Он опустился на кресло, чувствуя, что ноги стремительно теряют опору. - Watashihadare o shitte iru to Uchiha o koroshita hito o shitte iruga, bājon ga aru: Nan'notameni). (Этого мне неизвестно. Никто не знает, кто же убил Учиха, но есть версии: ради чего). Наруто весь обратился в слух. Он не решался задавать вопросы, опасаясь потерять нить разговора и сбиться с толку. Прежде чем начать говорить, Цунаде вынула из нижнего ящика стола бутылочку саке и пару стаканов, налив Наруто и себе, быстро отправив спиртное в рот. В горле пересохло от переживаний, но Наруто предпочел сохранить ясность ума. Он не однократно видел, как выглядит Хокаге, после употребления именно этого напитка. - Soreha subete, yaku 40-nen mae ni hajima~tsu (Все началось около сорока лет назад), - заговорила Хокаге, утирая губы рукавом своего пуловера. – Konoha no kakushin o tsuikyū shite chiryō no buki ya mesoddo no purototaipu o kaihatsu shimashita. Tojita kenkyūshitsu de ningen ni osoroshī jikken o settei suru. Daisan ni wa, sore o sukide wa nakattaga, kare no koe wa chōrō-tachi to Shimura Danzō ni taishite dakedatta.-Kan kyohi-ken o ubawa Hiruzen san to saigo no kenka wa, sonogo. Chōrō-tachi wa, kono yō ni Konoha wa sore ga jinin shi, kare no basho Namikaze Minato. (В погоне за новшествами в Конохе разрабатывали прототипы вооружения и методики лечения. В закрытых лабораториях ставили ужасные эксперименты над людьми. Третьему не нравилось это, но его голос был единственным, против старейшин и Шимуры Данзо. Между последним и Третьим вспыхнула ссора, тогда Хирузена лишили права вето. Старейшины полагали, что таким путем Коноха сыщет себе новые средства для выживания в урбанизированном мире. Понимая, что проигрывает, Третий подал в отставку и назначил на свое место Намикадзе Минато). – Упоминание о отце заставило Наруто встрепенуться, но он не издал ни звука. Хокаге продолжила: - (Dai ichi Minato ga migi kojin-teki ni Konoha no tame ni, karera ga motte ita subete o kimeru – Hokage ga, soreha keikaku no dainidankai wa, kono kettei ni hantai no ranku no hitobito no subete no ihōna jikken o rōrubakku suru kotodeatta hitsuyō ga arimasu baai ni jogen o ataeru tame ni nenchō-sha o ubawa re, watashitachiha, fukōdeshita anata wa sore ga me hokage o sakujo suru koto ga kettei sa reta chi tte iru (Первым делом Минато лишил старейшин права самолично решать за Коноху. Все, что им оставалось – дать совет, если Хокаге будет в нем нуждаться. Вторым этапом этого плана, было свернуть все незаконные опыты над людьми. В рядах оппозиции этим решением были недовольны, как ты понимаешь. Было решено убрать Четвертого Хокаге). - Nani?! (Что?!) – не выдержал Наруто. – Sakujo? (Убрать?) Его ничего не видящий взгляд метался по кабинету. Цунаде опустила глаза. - Māku wa, anata dake korosa sorera o uwaki, ryōshin no shi ni tsuite nani o shitte imasu ka, watashi wa jiko ga fuseida to omoi, Minato no taisen aite ga seijika ga anata o korosudarou. Shikashi, anata wa amarini mo chīsakatta, to higeki no hi ni Jirai no kantoku-ka ni oka reta mama. (Все, что ты знаешь о гибели своих родителей, лишь обман. Их убили, подстроили аварию. Полагаю, противники политики Минато хотели убить и тебя, но ты был слишком мал и в день трагедии остался под надзором Джирайи.) - Shikashi, naze dare mo yūzai o bassuru tame ni nani mo shinakatta riyū wa, sonogo, karera no shi wa higeki-tekina jikodatta?! (Но почему тогда их смерть стала трагической случайностью? Почему никто ничего не сделал, чтобы наказать виновных?!) – кричал Узумаки, уже не имея сил держать себя в руках. Цунаде не стала его успокаивать, понимая, насколько сильная боль терзает его сейчас. - Tsumari, sono jiten de, Naruto hōshindesu, dōkaku amarini mo tsuyokatta. Hokage ni wa subete no tokken o ubawa reta, kare wa Konoha de aka tsurū no baai wa dai san no mukō-gawa o kakutoku shita koto ni naru bun, oyobi sore ni katsu yō ni natta mo, kare no ANBU ga imasendeshita. Keisatsu Konoha ga sōsa o shuchō shi, Uchiha Fugaku wa kojin-teki ni yōkyū shimasu Hiruzen no kyoka o ete chōsa o kaishi suruga, sore wa kikendeshita. Daisan ni nomi chūmon shita: Anata no ryōshin no shi o hikiokoshita Biju,-sha, o torinozoku tame ni. Kuruma wa kakushimashita. Dokoni - nomi o sakusei shita, Fugaku Uchiha to Aoyama Yukizhdi shitteita (Такова политика, Наруто. На тот момент аппозиция была слишком сильна. Хокаге был лишен всех привилегий, у него даже своих АНБУ не было. Если бы правда открылась, в Конохе начался бы бун, и победу в нем одержала бы далеко не сторона Третьего. Полиция Конохи настаивала на расследовании, Учиха Фугаку лично требовал от Хирузена позволения начать расследование, но это было опасно. Третий лишь отдал приказ: избавиться от Биджу, машины, которая и стала причиной смерти твоих родителей. Машину спрятали. Где – знали только Фугаку Учиха и Аояма Юкижди, которая и создала ее). - Watashi wa watashi no ryōshin no shi. No tame ni kanojo to issho ni tanomu yo, watashi wa kanojo o mitsukeru koto ga deki Aoyama Yukidzhi? (Аояма Юкиджи? Кто это? Где ее найти? Я сам спрошу с нее за смерть моих родителей!) – слова Наруто сыпались неудержимым потоком. - Kii tenakatta no wa, (Уже не спросишь) – остановила его Цунаде. – Kanojo wa 10 korosa remashita toshimae ni (Ее убили десять лет назад). - Uchiha to shite (Как и Учиха), - просипел Наруто, на лице которого отразился полнейший ужас. Цунаде утвердительно кивнула головой, наконец он начал понимать. - Ima, anata wa anata no ryōshin o koroshita hito, shibō, Uchiha doko ni kakusa reta kuruma to sono sakusei-sha o mitsukeru tame no kokoromi de iru koto o shitte iru (Теперь ты понимаешь, что те люди, кто убил твоих родителей, убили и Учиха, в попытке узнать, где спрятана машина, и ее создателя). - Shikashi sore o shita hito? (Но, кто это сделал?) – не унимался Наруто. Сейчас он не думал о том, что говорила Анна. Что она дочь той самой женщины, из-за которой он остался круглым сиротой. Наруто требовал отмщения, а жертвы лишь вызывали в нем сожаление. - Wakaranai (Не знаю), - честно признала Хокаге. – Watashi wa Uchiha Itachi wa sore ni tsuite watashi ni oshiete kuremasuga, kare wa watashi o shinrai shi, Akatsuki ni daihyō sa reru kyōi o haijo suru tame ni, kono sōgo ni kawari inai koto o kitai shite ita, kare wa sorera o hogo shi. Watashi wa kare no shōdō o rikai shite imasen. (Я надеялась, что Учиха Итачи скажет мне об этом, но он не доверят мне, и это взаимно. Вместо того чтобы устранить угрозу в лице Акацуки, он оберегает их, и мне непонятны его порывы, в большей части. Я уже не знаю, на чьей он стороне.) - Tsumari, kare wa mada Konoha o uragissa? (То есть, он все же предал Коноху?) – полюбопытствовал Наруто, хотя прозвучало это словно утверждение. Цунаде налила себе еще саке и выпила. - Hotondo no bubun de watakushiha. Kare ga ue ni atta sono-gawa ni wa wakarimasen nagai jikan nani mo kikoenakatta tame ni. Shikashi, watashi wa Itachi wa kuruma o hi hyōji ni suru basho o shitte iru to shinjite imasu. Kono higeki wa, goryōshin ni okottaga, Itachi wa itsumo kono yōna jūyōna bubun o wasureru ni wa amarini mo sumātodatta toki, kare wa 5-saidatta. Watashi wa kankei naku, shinjite teki wa, kono yō ni Itachi Konoha wa, watashitachi no subete o hogo shimasu. Kare wa Sasuke ni itta yō ni soshite. (Не думаю. Коноха все еще стоит, а угроза в лице Акацуки не имеет больше смысла. О них давно ничего не было слышно. Однако я могу полагать, что Итачи знает, где спрятана машина. Ему было пять лет, когда эта трагедия случилась с твоими родителями, а Итачи всегда был слишком умен, чтобы забыть о такой важной детали. Полагаю, считаясь врагом Конохи Итачи тем самым оберегает нас всех. И то, как он поступил с Саске, служит той же цели). - Soreha Itachi ga shitte iru baai Biju wa, naze sore o hakai shinai baai ni wa? (Но, если Итачи знает, где эта Биджу, почему не уничтожит ее?) – задал вполне логичный вопрос Наруто. Цунаде пожала плечами. - Sore wa Hokage-sama ga iu yō ni kanari arimasen (Все не совсем так, как говорит Хокаге-сама), - Наруто подпрыгнул с места, точно его током ударило. В кабинете, в котором до этого мига никого кроме него и Цунаде не было, прозвучал совершенно посторонний голос. Он резко обернулся к окну, почти лишившись дара речи. - Uchiha Itachi ga... (Учиха Итачи…) – только и смог пролепетать он. Цунаде удовлетворенно хмыкнула. - Anata ga okurete iru (Ты опоздал), - укорила она своего шпиона. Учиха проигнорировал ее слова, пристально смотря бездонными озерами глаз на Узумаки. В мыслях Итачи не могло предстать более подходящей кандидатуры, чем Наруто. - Watashi wa Biju o mitsukeru hōhō o shitte iruga, seikakuna ichi wa yobidasu koto wa dekimasen (Я знаю лишь как найти Биджу, но точного места назвать не могу). - Watashi wa dono yō ni kanojo! Ga iu mitsukemasu! (Я найду ее! Скажи как!) – с поспешной собранностью отозвался Наруто. Цунаде отошла в сторону. Ее не воспринимали в данном разговоре, как достойную внимания. На губах Итачи растянулась снисходительная улыбка. - Suru koto ga dekimasu? (А сможешь, даже если я скажу как?) – усомнился Учиха. Наруто стиснул кулаки. Раз его посвятили во всю эту тайну, то решать проблему только ему. - Watashi ga suru koto ga dekimasu yo! (Смогу!) – с вызовом ответил он. Итачи оценивал его неотрывным взглядом. - Osoidesu. Karera wa kagi o mitsukemashita (Уже поздно. Они нашли ключ), - вместо ответа изрек Учиха, и Наруто удивленно посмотрел на Цунаде. Он никак не мог понять, о каком ключе шла речь. Цунаде выглядела напуганной, что крайне редко отражалось на ее лице. В считанные секунды взгляд ее сделался жестким, а Хокаге принялась кусать ногти. - Sore ga okotta to shite? (Как это случилось? Когда?) Она никак не могла поверить, что пропустила этот момент. Даже сейчас, когда, казалось, она полностью контролировала ситуацию, Итачи знал гораздо больше чем она. Учиха молчал, будто выжидая. От напряжения, Наруто моргнул, пытаясь унять резь в глазах, а когда открыл их снова – Учиха Итачи исчез. - Kuso! (Черт!) – вырвалось у Цунаде. Наруто полностью растерялся, не понимая, что происходит. - Obachan Tsunade (Бабуля Цунаде)? – начал, было, он, но в тот же миг распахнулась дверь кабинета и на пороге появилась фигура Хатаке Какаши. - Tsunade-sama (Цунаде-сама), – Хатаке заставил себя молчать, заметив Узумаки, но Цунаде потребовала продолжить. - Wa, genzaimade ni Naruto o dōnyū shimashita (Я ввела Наруто в курс дела), – пояснила она. Какаши вздохнул, точно не одобряя ее решения, но не имел права возмутиться. Ему потребовалось некоторое усилие, чтобы заставить сказать эти страшные слова. - Konoha no Nekura ANBU (АНБУ Корня в Конохе), - изрек Какаши, и лицо Цунаде мгновенно побледнело.