Твои крылья

─ Потолки у вас низкие, ─ это утверждение стоило Дофламинго болезненной шишки. На земле он был неповоротлив и медлителен, не то, что змеи, потому решил парить над ними, а не идти, нелепо задирая лапы. Своды пещеры смыкались над головой, концы крыльев задевали стены, а давящая тяжесть горы будоражила разум лучше выдержанного вина. Дофламинго не подозревал у себя клаустрофобии, но стукнувшись головой в третий раз, испытал жгучее желание развернуться и со всех крыльев рвануть обратно, к свету. Лететь становилось всё тяжелее, и он опустился почти на один уровень с лицом Крокодайла. Глаза нагов слабо мерцали в полумраке. Тщетно напрягая зрение, Дофламинго осматривал каждый доступный угол в надежде увидеть хоть что-нибудь интересное, но не добился ничего, кроме боли в висках. Змеи явно ориентировались в этих отвратительных одинаковых коридорах как-то иначе. ─ И темно. ─ Не ной, мы почти на месте, ─ соизволил ответить Крокодайл после долгой паузы. Очевидно, надеялся, что кто-то из старших сородичей утолит любопытство эль-ни, но заботу о «муже» те бессовестно скинули на его плечи. ─ Сейчас всё сам увидишь. ─ Увижу что? Город из золота? В ответ ─ молчание. Длинный, бесконечный, казалось бы, путь внезапно оборвался аркой, от которой вниз вилась серпантином гладкая каменная дорога. Темнота сменилась рассеянным светом, тусклым, по сравнению с солнечным, но всё равно лучше, чем ничего. Внутри скалы словно вырубили огромную чашу, стенки которой змеились прожилками золотого, серебряного и бронзового цвета. «Драгоценные жилы», ─ подумал Дофламинго и был прав. Город нагов состоял из двух ярусов, верхний находился высоко и практически парил над нижним. Оттуда легко можно было упасть, но наги наверняка придумали для себя удобные ходы. Главное, от чего у Дофламинго учащённо забилось сердце, это вырезанные прямо в скале отверстия, закрытые цветными витражами, пропускавшими солнечный свет. По ощущениям уже наступила ночь, и город погрузился в сумрачное оцепенение, однако теснота и низкие потолки остались в прошлом. ─ Может, у вас тут и выход наружу есть через верх? ─ полушутя спросил Дофламинго, представляя, как сладко будет нырнуть в какой-нибудь лаз и оказаться у самой вершины горы, где бушует ледяной ветер, а снег держится круглый год. ─ Я покажу твои покои. Следуй за мной. ─ Мрачно приказал Крокодайл, кивнув на Дофламинго нечитаемый взгляд. Отвечать на вопрос он, похоже, не собирался. Раздвоенный язык так и сновал меж тонких губ. Старейшина Нён передала встретившему делегацию нажонку (то ли карлику, то ли ребёнку, но на фоне остальных он выглядел жертвой голода и пыток) шкатулку с браслетами и удалилась вместе со стражами. Дофламинго сложил крылья, выпрямился и огляделся внимательней. Нижний город представлял собой круглые дома из тёмно-фиолетового и чёрного камня. Как сообщались верх и низ он не смог понять, но пообещал себе подлететь к одному из окон и выглянуть наружу ─ интересно ведь, зачем нагам устраивать себе дополнительное освещение, если свет вредит их глазам? ─ Эй, ты мне устроишь экскурсию? ─ нагнав Крокодайла, спросил Дофламинго. ─ Я же гость. Могу потеряться или залезть куда не следует, ─ вкрадчиво заметил он. ─ Ты несёшь за меня ответственность, милый мой. Нажонок полз, не поднимая головы, а Крокодайл словно не слышал Дофламинго. Сложно игнорировать яркое существо под три метра ростом, но у него как-то получалось. ─ Тебе пока нельзя свободно гулять, ─ отозвался, наконец, этот зануда, замерев возле одного из круглых зданий. Издалека они казались больше. ─ Это мой дом, устраивайся и делай, что хочешь. Наружу не выходи. Слуги из третьего кольца принесут тебе всё, что пожелаешь. ─ Третье кольцо? ─ удивлённо переспросил Дофламинго, косо взглянув на тихого, как мышь, нажонка. ─ А что это значит? Крокодайл поморщился и взял шкатулку. ─ Заходи уже и прекрати мельтешить, ─ процедил он сквозь зубы. ─ Раздражаешь. Я объясню всё потом… Если в том будет необходимость. Дофламинго пожал плечами и впорхнул в дом: дверь просто исчезла с пути, стоило пожелать оказаться внутри. Мгновенно загорелись тусклые шары, прикреплённые на каждой стене. Приятный желтоватый свет не раздражал глаза, так что очертания скудного интерьера удалось рассмотреть во всех подробностях. Магия ли, особенности архитектуры ли, но то, что казалось маленьким снаружи, внутри оказалось внушительных размеров. Дофламинго, задрав голову, насчитал три этажа только в одной части дома, а ведь из круглого холла, застеленного мягким ковром, несколько арок вели в иные помещения. Имелись и неожиданные вещи ─ несколько жёрдочек, словно специально добавленных для тех, кто не ползает, а летает. Не задавая больше вопросов, Дофламинго опробовал одну из них. Обхватил лапами гладкое дерево, слегка качнулся и замер, чувствуя, как наливаются свинцом ноги и закрываются глаза. Он так устал… Женитьба ─ слишком хлопотное и волнительное дело, а эль-ни привыкли суетиться. Уж такими их создала матерь Природа, ничего не попишешь. ─ Третий круг ─ это слуги и те, кто не достоин приближаться к высокородным нагам. Они увечны, слабы и не представляют интереса как партнёры и собеседники. Не разговаривай с ними, их вымуштровали выполнять приказы, а не развлекать других беседами. Говорил Крокодайл неохотно, выплёвывая слова. Сверху было хорошо видно всё его длинное мощное тело, покрытое матовой чёрной чешуёй с зеленоватым отливом. Узор начинался у копчика, где уже виднелась человеческая кожа, и вился до самого кончика хвоста. «Я могу спрыгнуть и свернуть ему шею, ─ с нежностью подумал Дофламинго. Когти крепче впились в дерево, разрывая волокна. ─ Или вспороть мышцы шеи, раздвинуть рёбра и вырвать сердце. Он даже не успеет поднять голову». Словно почувствовав жажду убийства, Крокодайл поднял голову и уставился своими жёлтыми яркими глазищами на Дофламинго. Не моргая. Дофламинго демонстративно переступил с лапы на лапу, намекая, что разговаривать со слугами и так не собирался, а продолжения лекции всё ещё ждёт. ─ Если ты соизволишь спуститься, то мы закончим со всеми формальностями быстрее, ─ холодно сообщил Крокодайл, ставя шкатулку на небольшое возвышение в центре комнаты. Для чего оно, непонятно, но явно не стол. И не стул. Скорее подставка, вокруг которой удобно было бы обвиться. Дофламинго скептически покосился на хвост Крокодайла, подозревая, что такая змея и столетнее дерево повалить может, если туда заберётся, не то что дохлый столбик. ─ Поторопись, у меня и без тебя много дел. ─ И какие же у тебя дела, мистер-я-вечно-занят? ─ уязвлено спросил Дофламинго. Ему не нравилось пренебрежение к своей персоне. Оба они не в восторге друг от друга, это естественно, но можно же проявить хоть каплю уважения! ─ Гарем истосковался, вино не выпито, деревни не разорены? Чем ещё занимаются высокородные наги, м? ─ Заткнёшс-с-ся ты или нет?! ─ вспылил Крокодайл, напрягшись всем телом. Кольца прижались друг к другу, и Дофламинго вдруг подумал, что не хочет спускаться вниз. Муженёк выглядел так, будто вот-вот плюнет ядом. Кстати об этом. ─ Кроки, а ты ядовитый? Наг со свистом выпустил воздух, сделал несколько глубоких вдохов и резко распахнул крышку шкатулки, едва не оторвав её с мясом. Внутри на атласной тёмно-синей подкладке лежали два браслета из дымчатого металла. ─ Ещё одно слово, Дофламинго, ─ один из браслетов Крокодайл надел себе на кончик хвоста, плотно прижав к чешуйкам. ─ И ты это узнаешь. Спускайся и дай лапу. ─ Я тебе не собака! ─ огрызнулся Дофламинго, но всё-таки спланировал вниз и, неуклюже перебирая лапами, подошёл к нагу. Пальцы тонули в мягком ворсе ковра. На земле все крылатые чувствовали себя неповоротливыми и особенно уязвимыми. ─ Зачем эти штуки нужны вообще? ─ Это символ крепости нашего союза, ─ явно цитируя кого-то, язвительно прошипел Крокодайл. Его руки были тёплыми и неожиданно мягкими. И лапу, увенчанную четырьмя острыми, с три человеческих пальца величиной, когтями, удерживал деликатно, пока застёгивал дымчатый браслет. Дофламинго прогнал странную мысль, что хотел бы почувствовать его пальцы на своём бедре. Что за глупости, до периода размножения ещё долгая зима, не должны играть гормоны. Это всё стресс, только он и ничего больше. ─ Они магически созданные, так что снять или потерять мы их не сможем. Что-то вроде колец у людей. ─ Глупый обычай, ─ заметил Дофламинго, разглядывая браслет на ноге. Его вес практически не ощущался, а металл кожу не натирал. ─ Согласен. Если будут ещё вопросы, задавай их кому-нибудь другому. ─ Уже на пороге дома Крокодайл обернулся и тихо произнёс: ─ Если ты улетишь, я горевать не буду. Дофламинго сухо кивнул, принимая информацию к сведению. ─ Что б у тебя хвост отсох, змеюка подколодная, ─ с чувством бросил он, испытывая глухое раздражение, обиду и досаду на так бездарно загубленную жизнь. А ведь на несколько мгновений он почти поверил, что жизнь в городе-под-горами может быть не такой уж и отвратительной. Размечтался, наивный. Дофламинго из любопытства сунулся во все комнаты действительно просторного дома. Кое-где получалось даже полностью расправить крылья и полетать, не рискуя расшибить лоб о внезапно выросшую на пути стену. Спустившись по тайной лестнице вниз, он обнаружил две раздельные купальни. Неплохо устроились наги, горячая вода, освещение, магические побрякушки. И всё равно им не хватало свободы. Дофламинго её не хватало. На жёрдочке он застыл, прикрыв лицо крылом, и светильники медленно погасли, реагируя то ли на желания владельцев дома, то ли на движения. Усталость и волнения свалили Дофламинго, подарив ему ровный глубокий сон и никаких сновидений.