Вмешательство извне

Глава 5. Блицкриг (14.07.2025)

      Атака началась совершенно неожиданным образом – отряды ящеров, едва только последний их сородич ступил на землю, исчезли во вспышке слепящего белого света… чтобы через секунду возникнуть уже за дворцовыми стенами, застав стражу врасплох! Тут же во все стороны полетели искрящиеся сгустки энергии, неся смерть и разрушение. Опомнившись, солдаты Элион вступили в бой – раздался звон металла. Но ящеры были сильнее, быстрее и ловчее – они быстро и ловко уклонялись от ударов, словно насмехаясь над защитниками замка, пытавшимися поразить пришельцев холодным оружием. Да и разница в технологиях давала пришельцам чудовищное преимущество. Сила противника была сокрушительна – один за другим солдаты Элион падали на землю, чтобы уже никогда не подняться – кто с рваной раной во всю спину от когтей ящера, кто без головы или с зияющей, и продолжавшей увеличиваться дырой в груди – результатом попадания снопа искр, которые выпускали странные трубчатые пистолеты пришельцев… Скоординированные залпы, которыми время от времени разражались пришельцы, косили солдат королевы как жнец – пшеницу. Никакие приказы, отданные Рейтером и королевой, не имели смысла – их просто не успевали донести до солдат, а те всё равно не успели бы их выполнить. Зачарованное оружие и доспехи, безусловно, дали бы отважным защитникам замка какой-то шанс. Но нападение началось слишком быстро – никто не успел подготовиться!       А ещё в воздухе летали жуткие создания, напоминающие медуз. Бежево-оранжевого цвета панцири с чёрными спинами покрывали их тела, из которых змеились десятки щупалец, каждое из которых на конце имело излучатель. Эти чудовища создавали целые завесы из синих, прожигающих всё на своём пути, лучей, плавя стены и испепеляя тех несчастных, кто оказался у них на пути.       Это было не сражение – бойня. Даже нежить, поднятая Сандро, не смогла так легко преодолеть защиту королевского замка! Буквально через несколько мгновений от трёхтысячного гарнизона осталось немногим более двух сотен бойцов, продолжавших яростно сражаться, а королева даже ничего не успела сделать!       Заговорили катапульты на стенах. Огромные зачарованные стрелы понеслись к медузам. Но те, словно насмехаясь, с лёгкостью прянули в стороны, пропуская смертоносные снаряды мимо. Болты вонзились в землю далеко позади шаттлов нападающих, вызывая колдовские взрывы. Тут же, оценив опасность, медузы сконцентрировали огонь на катапультах. Волшебные защитные поля, поддерживаемые кристаллами на зубцах башен и стен, где стояли метательные машины, вспыхнули яростным золотым сиянием, тщась сдержать лавину энергии. Но мощности кристаллов не хватало – один за другим защитные поля схлопывались, и катапульты с расчётами превращались в пепел.       - Солдаты не смогут их сдержать! – произнёс Рейтер, с силой сжимая рукоять меча, и видя, как один ящер мощным ударом раскидал троих, атаковавших его, солдат. Он не мог спокойно наблюдать за тем, как его воинов буквально разрывают в клочья, даже не оставляя шанса на успешное сопротивление. Но и помочь солдатам Рейтер не мог – даже вступи он в бой сейчас, будучи облачён в лучшие зачарованные доспехи и держа в руках сильнейшее зачарованное оружие, его бы просто задавили числом. И это в лучшем случае. В худшем он бы даже не добежал до ближайшего врага! Это его особенно злило, ведь он понимал, что если ничего не предпринять, то все солдаты, которые доверили ему свои жизни, просто будут растерзаны.       Группа ящеров, закончив добивать солдат гарнизона во дворе, уже метнулась к стенам замка, карабкаясь по ним с необычайной лёгкостью, и продолжая стрелять в лучников, ставших неожиданной угрозой – после нападения Сандро Элион позаботилась о том, чтобы каждый лучник получил набор заколдованных стрел. И сейчас эти стрелы летели в пришельцев, не давая тем чувствовать себя совершенно безнаказанными – стрелы пробивали их броню как фольгу, оставляя чудовищ со звёзд корчиться на земле. Стрелы взрывались магией при контакте, превращая захватчиков в куски дымящейся плоти. Стрелы замораживали, сжигали, поражали электричеством и делали ещё множество смертельных вещей, отравляя нападающим жизнь.       Медузы не дремали – их рой взвился над стенами, устремляясь к лучникам, уклоняясь от их огня и отвечая лучами, плавившими стены, или просто хватая щупальцами десяток бойцов и сбрасывая их со стен. Даже тот небольшой шанс, который дали защитникам замка лучники, таял стремительно и неотвратимо.       - Мы поможем! – решительно ответила Галенор. – Королева Элион, покажи этим пришельцам, что они выбрали не того врага! – в голосе волшебницы был отчётливо слышен гнев, который наконец, миновав все барьеры, нашёл выход. Её гнев, ярость, копившиеся в душе, не находя выхода с момента гибели Оракула, были столь сильны, почти осязаемы, что Галенор, казалось, могла сейчас взглядом испепелить ящеров. Похоже, она сама не вполне отдавала себе отчёт в своих действиях. Но в таком состоянии её это не волновало.       - Мы защитим стражей, - произнесла Вилл, подходя к окну, и подзывая жестом подруг. – Сейчас мы охладим пыл этих ящеров! – девушки воздели руки к небу, и тут же вокруг горстки уцелевших солдат возник магический экран, а несущие смерть снопы и лучи искр отразились от него, проделывая дымящиеся дыры в стенах замка, а также в нерасторопных ящерах, которые падали замертво, не успев укрыться от рикошета. Но и это было не всё. Оглянувшись на подруг, Вилл сказала: - Ответим им той же монетой.       Девушки кивнули.       В то же мгновение с их рук в направлении поддерживаемого барьера сорвались потоки магии, и щит, под которым спаслось не более сотни солдат во внутреннем дворе замка, «выплюнул» во все стороны энергетические щупальца, принявшиеся неистово колотить вокруг, сметая зазевавшихся ящеров, пронзая их и быстро сокращая их число.       - Кажется, у нас получается! – воскликнула Ирма. И тут же пожалела об этом – рой медуз теперь летел в их сторону, а синие лучи уже готовы были превратить бывших стражниц в пыль.       Силовой барьер, в последний миг поставленный Элион, спас подруг, приняв всю мощь удара на себя.       - Действуй, Элион, - скомандовала Галенор. Элион кивнула, поднялась в воздух и вылетела в окно. Она зависла над площадью, где проходило сражение, и её оглушающий голос, подобно громовому раскату, разнёсся над равниной:       - Я, королева Меридиана, приказываю вам, ящеры, прекратить атаку и убираться с этой планеты. В противном случае никакие технологии не помогут вам скрыться от моего гнева!       - А сестрёнка-то вся в меня, - Фобос саркастично ухмыльнулся, наблюдая за тем, что происходит на площади перед замком – пришельцы прекратили атаку, хотя вряд ли они поняли то, что сказала Элион, а стражи, защищённые экраном, который перестал вести себя как чудище со щупальцами, замерли в нерешительности. Даже медузы застыли в воздухе, словно в замешательстве. Воцарилась напряжённая тишина…и тут один из десантных шлюпов, на которых прилетели ящеры, молнией рванулся с места, стреляя в Элион из бортовых орудий – воздух вспороли шесть синих лучей, каждый из которых был способен пробить гору насквозь! Но атака не увенчалась успехом – лучи с оглушительным визгом вонзились в магический щит королевы, растекаясь по его сферической поверхности красивыми энергетическими потоками и озаряя всё вокруг слепящими вспышками света!       От грохота и визга энергий заложило уши!       Хай Лин поморщилась – для неё, всё ещё сохранявшей остаточную связь со стихией воздуха, это было особенно болезненно.       А потом королева ответила.       Волна энергии огромной мощи прокатилась по равнине, буквально сминая оба десантных корабля! Ящеров, что уже взобрались на стены, смело как сухие листья, разбрасывая в радиусе пары километров, а остальных сорвало с мест, впечатывая в стены и землю с чудовищной силой. Медузы ринулись врассыпную, но не успели – сферическая волна настигла их, обращая в пыль, перекраивая само поле боя.       Всё затихло.       Никто больше не стрелял. Лишь ветер завывал среди высоких башен замка и их шпилей.       Ящеры не умерли! То тут, то там, они начали подниматься. Было видно, что многие из них получили травмы, но большинство остались живы!       И тогда Элион, не испытывая к врагам Меридиана, коими без сомнения проявили себя пришельцы, ни капли жалости, запустила ещё одну колдовскую волну. Но…       Эффект был далеко не таким, как рассчитывала королева – большинство пришельцев не просто остались живы – волна даже их не сдвинула, ибо в тот миг, когда магическая стихия прокатилась по площади во второй раз, их бронескафандры окутались сияющей дымкой, и волна энергии, пущенная королевой в инопланетных десантников, уже не причинила им никакого вреда – они продолжали спокойно стоять на своих местах. А в следующую секунду в Элион и остальных защитников замка понеслись сотни смертоносных снопов искр.       - Уходим! – воскликнула Вилл, тотчас же срываясь с места. Да, теперь у неё не было волшебных крыльев, но это не мешало ей воспарить, как и остальным стражницам.       - Но солдаты…, - возразила Корнелия. И тут же хлопнула себя по лбу – там, под барьером, уже сиял голубым овальный портал, куда ретировались доблестные стражи замка. Теперь оставалось позаботиться о самих себе.       Стражницы бросились вглубь замка, спасаясь от лавины энергии, которую на них обрушили выжившие ящеры. Девочки не видели, что делала Элион, куда подевался Фобос. Вместе с ними оставались лишь Галенор и Рейтер. Укрывшись за колоннами и стенами, они спаслись – энергия, несущая смерть, прочертила воздух миг спустя, плавя, выгрызая куски камня, испаряя, превращая фасад замка в дырявое решето.       - Что нам делать, Вилл? – высунулась из-за колонны Ирма. Сердце её бешено колотилось – давненько им не доводилось участвовать в таких боях. И не сказать, чтобы Ирма жалела об этой передышке.       - Нужно помочь Элион, - подала голос Корнелия.       - По-моему, у неё-то всё под контролем, - Хай Лин уже стояла у расплавившегося окна, взирая вниз. Там, объятая несокрушимым коконом волшебной силы, Элион вступила в бой с пришельцами – одна против как минимум двух сотен, что ещё оставались в живых. Она носилась в воздухе как угорелая, уклонялась от ураганной стрельбы, стреляла сама, обрушивая на врага тугие потоки магической силы. Но это не производило на ящеров почти никакого впечатления – подхваченные мощью потока, они лишь отлетали прочь, но не обращались в пепел, лягушек или ещё что-то противоестественное. Но Элион не ограничивалась одними только прямыми атаками – в ход шли стихии. Потоки воды смывали врагов, огромные валы земли погребали их, дробя кости, ветер кромсал их броню…       - Думаешь, она справиться? – с сомнением поглядела на подругу Тарани. Ей всё ещё не верилось, что они снова оказались втянуты в передрягу. И какую! Вторжение пришельцев!       - Наша Элион крепче, чем кажется, - кивнула Хай Лин. Почему-то она верила, что ничего плохого с их подругой-королевой не случиться. Возможно, это говорил в ней дар пророчества, который не только не ослабел после уничтожения Орамеров, но над развитием которого она упорно трудилась в Академии. Впрочем, профессор ясновидения и прорицания Огден почему-то всегда говорил, что таланта к этому делу у неё нет. Что бы он там понимал! Однако, подруги верили её интуиции.       - Ты так считаешь? – хмуро поглядела на китаянку Корнелия. Когда дело касалось Элион, она не могла просто довериться слову Хай Лин.       - Уверена.       - Стражницы, довольно споров, - из-за укрытия показалась Галенор. Взгляд её был строг, хоть и полон тревоги. – Главное, что нужно сейчас сделать – организовать эвакуацию столицы, пока не прибыли новые враги. Элион делает всё возможное, чтобы отвлечь на себя всё их внимание. Мы должны воспользоваться этим шансом.       - Ну… Это действительно имеет смысл, - согласилась Вилл. Видя то, что сейчас происходило перед замком, девушка поняла – они сейчас своим вмешательством скорее бы помешали Элион, чем помоги, а так ей не надо сдерживаться. – Хорошо. Девочки, отправляемся в город. Спасём как можно больше людей.       - И хорошо бы поторопиться, - хмуро глядя в небо, произнёс Рейтер. Там, в вышине, виднелись ещё пять сияющих точек, что летели в их сторону.       - А они всё никак не успокоятся, - процедила Ирма. Она злилась. Ну почему? Ну почему эти проклятые пришельцы решили всё испортить? Ведь так же хорошо было – никаких опасностей, никаких приключений, где от стражниц или их друзей зависели судьбы мира! И вот нате. Получите и распишитесь. Это её прямо бесило.       - Не пыхти как паровоз, - «уколола» шатенку Корнелия. – За дело. Девочки исчезли в ярких вспышках света – телепортация была одним из первых умений, которые стражницы освоили в Академии.       - Я соберу оставшихся солдат, - Рейтер не сводил взгляда с неба – сияющие точки, оставлявшие после себя белые следы, всё увеличивались. – И разбужу Горгулью.       - Всё, что осталось от защиты замка, я постараюсь ввести в строй, - кивнула Галенор. Хотела бы она сделать что-то большее, но сейчас она была слаба. Её силы в основном зависели от Орамеров, теперь же, когда их нет, она была скорее не волшебницей, а советницей. И в некоторые моменты – особенно сейчас – это её очень раздражало.       - Действуй, советница, - кивнул старый воин, и они устремились прочь – каждый со своим делом – надеясь, что всё ещё не так плохо, как кажется…       Элион сражалась. Сражалась, как могла. Сражалась, как подсказывали ей интуиция и воображение. Ящеров слишком много? Разметать их, разделить, не дать атаковать её одновременно. И в ход шли ураганные порывы ветра, движения земли, каменные плиты, выраставшие из почвы. Их оружие слишком быстро истончает её защиту и постепенно развеивает магию? Не дать им возможности стрелять, концентрировать на ней огонь. И в ход идут потоки воды, которые мгновенно застывают ледовыми скалами, в которых оказываются замурованы десятки пришельцев.       Не подпускать близко – именно эта мысль билась в сознании королевы, поскольку она прекрасно понимала, что стоит только одному из ящеров оказаться с ней на расстоянии удара и применить свои антимагические технологии, как она будет повержена. Физически ящеры были куда крепче людей, а сама Элион прекрасно сознавала – в обычной рукопашной схватке она просто ничего из себя не представляет. Поэтому – разить издалека.       Ящеры тоже не стояли без дела. Они очень неприятно удивили Элион, когда оказалось, что их чёрные доспехи обладают устройствами, позволяющими ящерам летать ничуть не хуже самой королевы. Вот тут-то и началась настоящая битва. Десятки ящеров взмыли в небо, заходя на Элион с разных сторон, поливая её огнём, загоняя, заставляя маневрировать, убегать, а не атаковать.       И Элион убегала, прекрасно представляя, что от той лавины энергии, имевшей странное свойство разрушать магию, пусть и постепенно, ей было не спастись за энергетическим полем. Она это почувствовала ещё когда приняла на свой щит атаку десантного челнока – внешне казалось, что корабль не добился ничего, но в тот момент, когда лучи, исторгнутые его орудиями, вонзились в барьер Элион, королева ощутила, как магия, которую она вливала в экран, начала буквально исчезать стремительными темпами. Теперь она старалась не рисковать.       Они взвились в небо – сияющая белым светом звезда и десятки преследователей, поливающих её сполохами искр и лучами. А ящеры внизу пока приходили в себя, помогали раненным, пытались спасти тех, кого поглотила земля по прихоти королевы, или тех, кто оказался замурован во льду.       Пять кораблей стремительно приближались…       Элион выдыхалась. Она даже не думала, что такое возможно, но эти пришельцы доказали, что даже её огромная сила имеет пределы. Ей всё труднее становилось колдовать. Она стала медлительнее. И это тут же сказалось на картине боя – ящеры почувствовали, как она слабеет, и усилили натиск. Всё ещё пытаясь окружить её, они теперь стремились прижать Элион к земле, лишить возможности манёвра. Элион отвечала вихрями, градом размером с танк, лианами-гигантами, вырастающими из земли и хватающими врагов или извергающими сотни шипов из неестественных наростов, превратившись в своеобразные зенитные установки. Она сократила число преследователей почти на треть. Ящеры падали, пронзённые шипами, сбитые глыбами льда, схваченные лианами. Но остальные от этого лишь стали осторожнее. И как будто сильнее, а их выстрелы всё чаще находили свою цель, истончая защитное поле королевы, которое уже не сияло подобно звезде, а бледно светило как убывающая луна.       И тогда, понимая, что вскоре у неё совершенно не останется сил, если всё так пойдёт и дальше, Элион решила разыграть козырь.       Она ускорилась, взмывая в небеса и буквально преодолевая звуковой барьер! Звуковая волна прокатилась над замком и равниной, разметав пришельцев, что летели следом – им было не угнаться за королевой. Только Элион не собиралась убегать.       Небо!       Высоко в небе началось движение облаков. Их стягивало в спираль, закручивая всё быстрее, всё сильнее. Небо заволакивало чёрной тучей. Дохнуло прохладой, принесшей первые капли влаги.       Ящеры поняли, что противник не сбежал, что он готов нанести удар. Но они не полетели в эпицентр нарождающегося урагана. Вместо этого они устремились вниз, к своим собратьям, которые только начали оправляться от боя.       Сверкнула молния!       Ветвистая, могучая, она не просто выпросталась из тучи, устремившись по плазменному каналу, она как будто нарочно вонзилась во двор королевского замка, разметав группу ящеров, обратив их в обугленные трупы. И только потом пришёл гром.       Пришельцы не растерялись. Они выстроились концентрическими кругами – один в другом, и синеватая дымка, которая прежде останавливала магию, окутала их всех могучим облаком. Следующая молния, вонзившаяся в это облако, уже не причинила таких серьёзных разрушений, но облако утратило часть своего объёма…       Вихрь закручивался, могучий, стремительный, он быстро протягивался от почерневшего неба к земле, засасывая в себя всё, что не было закреплено – обломки десантных челноков и трупы солдат и ящеров, камни разрушенных стен и куски уничтоженных катапульт, песок и вырванные с корнем деревья.       Хлынул ливень. Жирные маслянистые капли забарабанили по земле, по чёрным доспехам пришельцев, вставших плечом к плечу, дабы защитить друг друга от могучей силы.       Молнии бесновались – теперь они буквально со скоростью пулемётной очереди вгрызались в замок, круша стены и башни, в землю, в синюю дымку над ящерами, истончая её и приближая их смерть. Треск и грохот стоял неимоверный. Всё сверкало и искрилось…       Смерч коснулся земли, двинувшись в сторону замка и с гулом пожирая всё на своём пути. Все, кто сейчас видел эту апокалиптическую картину – и стражницы в столице вместе с горожанами, и Галенор на стенах замка, реанимирующая магические кристаллы, и Рейтер, уже бежавший в оружейную с несколькими отрядами бойцов, и замковая прислуга – все были объяты суеверным ужасом от той мощи, что низвергалась с неба.       Но пять кораблей уже были здесь. Прорвавшись сквозь плотный облачный слой они, не похожие ни на десантные челноки, ни на истребители или бомбардировщики, но имеющие черты скорее каких-то вытянутых игольчатых рыб, совершенно не обращая внимания на молнии, ударившие по ним со всей возможной яростью, заняли позиции вокруг свирепствовавшего торнадо. Молнии продолжали яростно вгрызаться в корабли, но захваченные их «иглами», как будто поглощались и слабели, не причиняя никакого вреда. А затем корабли встопорщили свои «иглы», от которых во все стороны прянуло синее сияние, и тотчас молнии превратились в искры, небеса начали очищаться, а смерч – стремительно утрачивать силу! За считанные мгновения эти корабли свели на нет то стихийное бедствие, которое призвала на головы врагов Меридиана королева Элион!       Небо прояснилось, очистилось, и там, в центре круга, образованного пятью странными кораблями, показалась Элион. Она была заточена в синее сияние как муха – в янтарь, и даже не могла пошевелиться. Более того – она чувствовала, как магия сочиться из неё, как постепенно этот ручеёк превращается в бурный поток – корабли выкачивали её магию! Это было то же самое чувство, как и тогда, в тронном зале, когда Фобос предал её, усадив на трон из терний, которые украли её магию – тот же холод, то же опустошение, тот же страх!       Но теперь Элион уже была другой. Не такой слабой, как прежде. Поэтому, хоть ей и было страшно, она не запаниковала, не закричала. Она лихорадочно искала выход из своего незавидного положения... Но пока его не видела. А корабли медленно опускались, и вместе с ними опускалась и она. Пришельцы там, внизу, уже пришли в себя и возобновили атаку на замок. Увидев это, Элион уже не могла сдержать слёз – неужели все её усилия пропали даром?       Могучий удар сотряс один из кораблей, державших Элион в заточении, и сияние, удерживавшее её, померкло на миг. Но именно это и было нужно королеве – она, не пытаясь больше вступать в бой, просто исчезла!       Исчезла, чтобы появиться на холме, где, возвышаясь над десятками солдат и Рейтером, стоял могучий Горгулья! Его стальная рука была всё ещё направлена в сторону кораблей, сияя золотым свечением, от которого тянулась яркая волшебная цепь, стремительно вбиравшаяся в руку и тянувшая за собой огромный шипастый шар колдовского моргенштерна! Это он, этот каменный гигант спас Элион!       - Спасибо, горгулья, – искренне поблагодарила королева, опустившись рядом с великаном. Тот добродушно рыкнул в ответ, а миг спустя волшебный моргенштерн с лязгом прильнул к макушке его стальной руки-дубины. Когда-то – спустя пару месяцев после нападения нежити Сандро, великан сам обратился к Элион с просьбой дать ему более совершенное оружие, чтобы он мог защищать замок.       Корабли противника повернули в их сторону.       - Полагаю, здесь мы пока ничего не сможем сделать, – с болью в голосе произнесла королева, посмотрев на верных солдат. Те прекрасно понимали, что она чувствует. Праведный гнев и безсилие. Но также понимали и правоту королевы.       - Мы отступим? – спросил Рейтер. Когда начался ураган, вызванный Элион, он и его бойцы вывели из замка всех, кто ещё там оставался по подземным ходам. Галенор тоже была здесь, так и не успев восстановить защиту замка.       - Сегодня – да. Но мы вернёмся, и тогда сумеем дать отпор врагу, – твёрдо заверила его Элион, и по велению её воли все, кто сейчас были здесь, исчезли в яркой вспышке света...       Бой в научном лагере землян на площади перед «мавзолеем» был окончен – всех, кто не успел укрыться в здании, ящеры уничтожили – трупы людей так и оставались лежать на песке, пропитывая его кровью... Но эта участь постигла не всех - отряд из шести человек продолжал с боем продвигаться к мавзолею, буквально выгрызая огнём у противника каждый метр пути – они были уже в пятидесяти метрах от здания, когда ящеры снова открыли ураганный огонь – десятки энергетических разрядов с шипением проносились мимо, врезались в здания, проделывая в стенах огромные дыры, плавя песок на земле и превращая в стекло. Лишь чудом никого не задело. Люди пригнулись и, продолжая двигаться по ломанным траекториям вперёд, принялись отстреливаться – раздались автоматные очереди. Но скафандры ящеров были очень прочны – пули только высекали искры из их брони. Сейчас каждый из отступавших пожалел, что при оценке степени опасности, которую можно ожидать во время экспедиции, начальством не была учтена возможность инопланетного вторжения, иначе вместо обычного огнестрела у них всех были бы атомные излучатели и силовая броня.       Внезапно от входа в мавзолей в сторону атаковавших стремительно протянулся дымный след – ракета взорвалась в центре группы пришельцев, буквально разорвав их в клочья, а от взрыва в воздух поднялись клубы песка, скрывшие отступающих от преследователей – у входа в здание стояли трое солдат с РПГ. Один из них заряжал своё оружие, а двое других высматривали пришельцев по показаниям тепловизоров. Ящеры ответили огнём из своего оружия, вынуждая людей укрыться за давно взорванной дверью мавзолея – несколько десятков снопов искр обрушились на дверь, но к удивлению нападавших не пробили её, а словно впитались в материал двери. И тут же ожила защитная турель, дуло которой хищно торчало из ниши в барельефе над входом – пространство полоснул яркий сизый луч, настигая нескольких ящеров, которые тут же были разрезаны им на несколько частей. Остальные пришельцы мгновенно принялись искать укрытия, посылая лавину разрушительной энергии в сторону турели, которая теперь непрестанно взрезала гудящим лучом пространство перед мавзолеем, быстро и эффективно уменьшая численность пришельцев с каждым новым залпом.       Застигнутые ящерами врасплох земляне, мгновенно оценив изменившуюся обстановку, ринулись к «мавзолею» и через несколько секунд уже были внутри здания под надёжной защитой его стен, которые тоже не боялись оружия пришельцев. Люди вошли в длинный коридор, потолок которого возвышался над полом на двадцатиметровой высоте. Его подпирали колонны, между которыми стояли изваяния древних воинов. Кое-где валялось забытое в спешке научное оборудование. Но людей здесь уже не было – только у огромной двери в конце коридора, ведущей в помещение транспортной системы, нервно прохаживался Васильев.       - Давайте быстрее, парни! – крикнул он, когда солдаты, наконец, оказались в здании. За ними уже бежали бойцы, прикрывавшие их ракетными залпами. – Мы не сможем долго блокировать систему защиты первого этажа! – после этих слов спасшиеся быстро преодолели расстояние, отделявшее их от начальника экспедиции. Было видно в проём, образованный взорванными невесть кем дверьми, как снаружи луч всё ещё «шарашит» по всему, что движется, прикрывая отход людей. Но времени было мало – пришельцы уже должны были очухаться от неожиданности и что-то придумать.       - Больше никому не удалось уйти, - произнёс один из солдат с погонами сержанта. Он был бледен, как привидение – похоже, ему ещё ни разу не доводилось участвовать в боевых действиях, и шок, в котором он пребывал, был чрезвычайно силён. Однако парень держался изо всех сил.       - Знаю, - спокойно ответил Васильев, заходя в зал транспортной системы – небольшая шарообразная комната, в центре которой из пола поднималось нечто вроде постамента с плоской верхней частью в форме тарелки, над которой клубилось синее облако. Никто не знал, чего Васильеву стоило это спокойствие. Никто, кроме него самого. А себе он врать не мог – погибли люди, и этого уже не изменить. Не важно то, кем они были, важно то, что их уже нет. И осознание этого, а также того, что всё могло быть иначе, будь он немного расторопнее, не давало Петру Андреевичу успокоиться, это чувство вины буквально терзало его, разрывая душу на кровоточащие куски. Не имело смысла сетовать на Звягинцева, который оценил опасность угрозы, с которой может столкнуться экспедиция, как незначительную и не требующую специальных средств вооружения и защиты. Никто не мог знать, какую коварную свинью подложит им всем судьба. Теперь нужно было действовать исходя из существующих реалий. Васильев не мог никому показать, что чувствует сам, чтобы не породить панику. Сейчас ему оставалось только сохранить жизни тех, кто ещё остался в живых. И он намеревался сделать для этого всё возможное и даже невозможное. А для этого он сам должен был сохранять спокойствие и холодный разум.       - Что вы намереваетесь делать дальше? – спросил сержант, когда Васильев подошёл к постаменту – синее облако тут же приобрело форму – точную копию «мавзолея», разделённую светящимися линиями на ярусы и этажи. На верхних этажах светилось множество красных точек – люди. Ещё семь точек отображались на первом этаже.       - Оборонятся, сержант, оборонятся, - тихо ответил учёный, ткнув пальцем в первый этаж на голографическом изображении, а затем в один из верхних, где было много красных точек. На плане здания появилась линия, соединяющая первый этаж с тем, который указал Васильев. В следующую секунду свет в помещении померк, люди почувствовали, как пол ушёл из-под ног, затем удар в ноги, и свет снова загорелся – они были уже в другом зале транспортной системы.       - Оборонятся? – переспросил сержант, прислонившись к стене – давало о себе знать лёгкое головокружение после перемещения. Остальные же солдаты, вроде бы, чувствовали себя нормально.       - Это здание, в отличие от остальных, что мы обследовали, оснащено очень мощными защитными системами. К тому же все его несущие конструкции усилены энергетическими полями, - ответил Пётр Андреевич, выходя из зала в длинный коридор с белыми полом и стенами, вдоль которых расположилось множество дверей. Некоторые двери были открыты – в небольших помещениях находились люди: кто-то смотрел в окно, кто-то уже успел установить компьютер и над чем-то работал, а кто-то просто в наглую развалился на полу и отдыхал. Впрочем, идиллия была не настоящей – видимой. Каждый как мог переживал гибель товарищей и коллег. В самом же коридоре, довольно просторном, надо сказать, у стен стояли ящики с оборудованием, которое удалось забрать из лагеря. Время от времени из одной комнаты в другую ходили люди.       Самое же удивительно было в самом коридоре – внешне он казался сработанным из природного камня – малахит, гранит, но качество обработки поражало. Двери же и вовсе были из неизвестного сплава рыжего цвета, и рядом с каждой в косяке – панель управления! Всё говорило о том, что само здание, как и город – плод труда высокоразвитой в техническом плане цивилизации. Но теперь это уже не так будоражило сознание людей, находящихся здесь – на смену восторгу от предстоящих открытий пришли тревога, страх, неуверенность. Никто не знал, что будет дальше. И от этого здесь царила тягостная напряжённая атмосфера.       Васильев видел в глазах тех, кому удалось спастись – если ничего не предпринять, многие могут начать совершать глупости. А это никому не было нужно. Только что он мог предпринять? Сначала нужно было оценить обстановку, понять, каковы их возможности на текущий момент.       Догнав Петра Андреевич, сержант сказал:       - Нам надо связаться с центром и сообщить о том, что произошло – они не должны включать переместитель, иначе порталом могут воспользоваться пришельцы…       - С порталами тут хитрая история… Вы же поняли, что система эвакуации не сработала?       - Да…       - Похоже, её заглушили. Не знаю, как будет со стационарной установкой на базе, но… В любом случае я уже сообщил обо всём Сергею Ивановичу, - ответил Васильев. Здание содрогнулось от мощного удара. Люди с трудом удержались на ногах.       - Кажется, наши гости не хотят оставлять нас в покое, - тревожно оглянулся сержант. – Вы уверены в том, что мы сможем тут продержаться до подхода подкрепления?       - Уверен, что мы сможем продержаться… А вот о подкреплении речи не шло, - Васильев посмотрел на парня. Он бы хотел сказать, что у него есть и хорошие новости, но это было не так. Сержант всё понял.       - А как же мы тогда отсюда выберемся? И потом – сколько у нас провизии? Не думаю, что много, - сержант казался очень встревоженным.       - Успокойтесь, молодой человек, - внутренне Пётр Андреевич усмехнулся – уж если ему, уже бывавшему в разного рода переделках, трудно сейчас было успокоиться, то каково этому молодому сержанту? Тем не менее, у него оставалась надежда. И она не была такой уж безпочвенной. - Мне кажется, что это здание является чем-то намного более важным, чем мы о нём думали раньше, - ответил Васильев. Повод для такого вывода у Петра Андреевича был. Как только экспедиция прибыла сюда, у него сразу появилось такое едва уловимое чувство – ощущение глубоко спрятанной тайны, какое он чувствовал тогда, в Сибири, впервые увидев пирамиду. Этот город был слишком не похож на всё, что имелось в Меридиане. И он был смутно похож на эскизы фантастических городов будущего. Уже одно это наводило на определённые мысли. Дальнейшие исследования лишь убеждали Васильева в верности предположения – город был чужд этому миру, являя собой единую техническую систему, соединённую компьютерной сетью с запредельной сложности шифрованием! Как? Почему? На эти вопросы ответов пока не было.       Тем временем, они уже прошли в другой конец коридора, выход из которого преграждала массивная дверь в три человеческих роста, украшенная затейливыми узорами. Возле этой двери о чём-то оживлённо беседовали пять человек. Поравнявшись с этой группой, Васильев спросил:       - Ну что?       - Мы пытались подключится к системе безопасности здания, но компьютерная защита на этом уровне слишком мощная, - ответил один из этой пятёрки – высокий темноволосый мужчина в джинсах и лёгкой рубашке. – Каждый раз система безопасности блокирует все наши попытки подключиться к управлению комплексом так, словно обладает разумом – всех наших «червей» она обнаруживает мгновенно и потом пытается запустить их улучшенные версии в нашу сеть.       - Тогда нам надо попробовать другие варианты, - задумчиво произнёс Васильев. Медленно, но верно у него зрел план. Пока это была лишь эфемерная конструкция – скорее даже не план, а догадка. Но если эта догадка верна…       - То есть? – не понял учёный. Остальные с интересом посмотрели на руководителя экспедиции.       - Есть у меня одна идея, - ответил тот, улыбнувшись…       - В таком случае мы должны немедленно начать Ритуал Воссоздания, - произнёс Магнус. – Магическая защита Академии даст нам достаточно времени, - он был уверен в том, что защитные чары, которые плелись вокруг Академии столетиями, выдержат любую атаку. По крайней мере, они были рассчитаны на подобное. Тем более в сложившихся условиях у него созрел план, поразительный в своей наглости и даже – безумии. – Его завершение создаст локальный магический выброс, который защита Академии высвободит вовне, за пределы городского барьера.       - Держу пари – летающим кораблям пришельцев это не понравится, - произнёс Фрейнар, уже предвкушая действо. Он был готов схлестнуться в бою даже с ордой колдовских химер, которые всегда использовались в войнах как одна из наиболее разрушительных боевых единиц. Пришельцы со звёзд тоже годились. Более того – разжигали интерес. Ему было интересно, каково это – сражаться с теми, кто покорил пространства вселенной, кто намного глубже постиг её тайны и наверняка знает много новых и невиданных способов ведения войны. Профессиональный интерес. Но и план Магнуса ему нравился своим коварством.       - Ты уверен? – с сомнением посмотрела на архимага Элеонора. За окном едва слышно вспыхнули десятки взрывов, прокатившихся по кромке городского барьера – корабли пришельцев начали атаку. Но защита держалась достойно. Впрочем, это всё равно не успокаивало. В городе раздавался колокольный звон. Свободные маги уже собирались в отряды ополчения, отправляясь на свои позиции – самоорганизация произошла так быстро, что это оказалось не замечено никем из собравшихся в башне. Они теперь лишь лицезрели результат – десятки магов направлялись к ключевым позициям в городе, дабы дать отпор врагам в случае их прорыва через барьер. И для подпитки барьера собственной силой…       - Да. Медлить нельзя, - кивнул Магнус. Он чувствовал – всё будет далеко не так просто, как бы им всем хотелось. Наверняка у гостей со звёзд припасено немало неприятных сюрпризов. Поэтому пока возможно – нужно было действовать, выигрывая для себя любое преимущество.       - Ну, раз ты так говоришь, - пожала плечами женщина, становясь в одной из ключевых точек круга. Морион, Оракул, Аноар, Фрейнар, и остальные заняли другие силовые точки волшебной формулы, начерченной на полу башни.       - Начнём! – произнёс Магнус – пятеро магов, стоявших во внутреннем круге, выставили вперёд руки – символы внутри круга засветились золотым, а от рук магов во все стороны стало расходиться сияние. – Доран, твой черёд, - скомандовал архимаг, и юный алхимик отпустил колбу с жидкостью, переливающейся всеми цветами радуги – на мгновение она зависла в воздухе, а затем полетела в центр малой пентаграммы, к постаменту, вокруг которого уже закручивался вихрь магической энергии. Колба зависла над постаментом и растаяла – в воздухе теперь висело только её переливающееся всеми цветами радуги содержимое, распространявшее весьма специфический, но довольно приятный аромат. В Зале Ритуалов возник лёгкий ветерок, но с каждым мгновением он становился сильнее – мантии магов развевались на этом волшебном ветру.       Теперь Люба и Тибор, державшие в руках пять разноцветных стеклянных шариков, вошли в пентаграмму и встали у постамента… и стены Академии содрогнулись – в потолке зала появились трещины, из которых посыпались мелкие камешки. Сияние волшебного круга ослабло.       - Не может быть! – удивлённо воскликнул Магнус. Доран подбежал к окну:       - Кажется, ваша хвалёная защита дала серьёзный сбой – в барьере множество дыр, а две охранные башни разрушены… Чёрт! – алхимик метнулся в сторону от окна и в следующее же мгновение мощный взрыв разворотил всю эту стену! Ударная волна отбросила магов вглубь зала – волшебный круг тут же перестал светиться, утрачивая силу. Ритуал был прерван!       - Мы должны вступить в бой! – Доран уже поднялся и отряхивался. Он был полон решимости. Сквозь образовавшуюся в стене дыру было видно, как два бомбардировщика-птеранодона, прорвавшись сквозь заградительный огонь ополчения Тиарана, расцвечивавшего небо над городом сотнями боевых заклинаний, совместным залпом уничтожили третью охранную башню Академии, плевавшуюся в настоящую армаду воздушных кораблей, обстреливавших городской барьер, истончая его, колдовскими молниями – она переломилась пополам и живописно рухнула на землю, поднимая тучи пыли. Вокруг в ужасе разбегались студенты, которые ещё не успели покинуть сады – сигнал тревоги и нападение застигли их врасплох. Кто-то пытался атаковать магией – в небо летели огненные шары. Но слепящие синие лучи прошлись по саду, испаряя всех! Академия вновь содрогнулась. И самое удивительное - на выстрелы башен и магический экран, ограждавший Тиаран с Академией, машины пришельцев вообще не обращали никакого внимания – огромные магические сгустки, оставлявшие в воздухе позади себя светящиеся следы, молнии, огненные струи, энтропические лучи, просто поглощались защитными экранами летающих кораблей! Вот один такой шар снова попал в инопланетную машину - столкнулся со щитом и буквально всосался в него, а летательный аппарат моментально выстрелил из своего оружия – мощный змеящийся луч вонзился в одну из башен, защищавших Тиаран, и просто распылил её! И только через секунду раздался грохот – воздух заполнил то пространство, которое занимала башня.       А потом вся армада – кораблей двадцать – пришла в движение. Они уже сбили щит над городом, хотя могли этого и не делать, учитывая способность проходить сквозь него. Но, похоже, задачей пришельцев было посеять страх перед своей мощью. И им это удавалось – как только щит пал, рассыпаясь тающими искрами над Тиараном, часть магов ополчения дрогнула – некоторые струсили и телепортировались, спасая свои жизни. Некоторые отряды не сразу начали вести огонь по врагу, что стало причиной их гибели – на город обрушился ливень синих лучей и сияющих белым сгустков энергии, испепеляя и разрушая, взрывая и обращая в пыль.       Со свирепостью жестоких хищников корабли пришельцев, неистово маневрируя, накинулись на город, огрызавшийся каскадами заклинаний с защитных башен, увенчанных системами волшебных кристаллов. Небо над городом расцвело вспышками всех цветов радуги. Грохот был неимоверным.       Некоторые заклинания настигали пришельцев, впиваясь в их щиты. Но это было мало. Корабли инопланетян как будто даже не замечали, что их атакуют, буквально ныряя в каскады разрушительной магической энергии, способной стирать в пыль армии и города! А манёвренные корабли чужаков как будто поглощали эту магию, впитывая своими щитами, и всякий раз выходя из таких «заплывов» становились сильнее – залпы кораблей, «нырявших» в магию, были намного разрушительнее, чем прежде!       Группа магов воспарила в воздухе, стремительно несясь к одному из больших кораблей, чрево которого один за другим исторгало огромные сгустки энергии, которые, достигая земли, взрывались с чудовищной силой, обращая в пыль целые кварталы Тиарана. Их заметили. Турель на корпусе корабля застрочила лучами, пытаясь поразить нахальных волшебников. Но те ловко уходили с линии огня, стремительно приближаясь к кораблю. Миг – и они уже парят над ним, заслоняясь щитами магии, о которые разбивается луч турели. Ещё миг – и один из них бросает сумку, свободно прошедшую сквозь барьер корабля.       Взрыв был страшен!       Корабль утонул в свете на целый миг. Его развернуло в сторону, а из корпуса, получившего огромную пробоину, повалил густой дым. Корабль начал снижаться. Ликуя, маги устремились прочь, но в этот момент из чрева падающего бомбардировщика вылетели десять чёрных фигур. Они метнулись к удаляющимся магам так быстро, что казалось, будто они телепортировались. А дальше – десяток вспышек, и волшебники, пробитые насквозь искрящимися сгустками энергии, начали падать на крыши зданий…       - Вряд ли мы сможем их одолеть, - видя, как одна за другой защитные башни города уничтожаются агрессорами, произнесла Оракул. Исход этой битвы был для неё очевиден. – Мы сейчас можем сделать лишь одно – спасти людей в городе и студентов Академии. Переместить их в Заветный город.       - Ты права, - согласился Аноар. Взгляд старика был полон боли – хоть он не был связан с Академией и Тиараном, но видеть гибель стольких людей… Он не мог смотреть на это равнодушно. Стены Академии вновь содрогнулись – очередная атака пришельцев была слишком мощной – стены зала пошли трещинами.       - Мы должны ответить им! – вспылил Доран. Алхимика обуревала ярость. Праведный гнев. Он видел, как чудовищные стальные птицы в небе изрыгают энергию, разрушая всё вокруг и убивая всех, до кого могли дотянуться, и он желал их уничтожить. И его алхимия имела средства и приёмы, способные попортить кровь этим чудовищам со звёзд. – Мы должны показать им нашу силу!       За окном что-то громыхнуло, а над городом поднялось облако пыли – похоже, удар пришёлся на городскую ратушу, которую защищали самые сильные маги – члены городского Совета. А это значило, что с Тиараном уже почти покончено – в таком взрыве вряд ли было можно выжить даже сильным волшебникам.       - В целом я не против. Но… Если хочешь идти один, то иди, и посмотрим, сколько секунд ты продержишься, прежде чем тебя распылят, - цинично заметил Фрейнар. Он прекрасно понимал, что сейчас происходит. Прекрасно сознавал силу противника – у него был богатый опыт, ибо он являлся сильнейшим боевым магом с Зоата. О разрушительной магии Зоатанцев в мирах, связанных с Кандрокаром, ходили легенды. Всегда – мрачные и кровавые. Маги из этого мира часто выступали наёмниками, за плату оказывая услуги армиям правителей других миров. И обычно если кому-то удавалось нанять зоатанца или сразу нескольких, то у его противника не было никаких шансов. Сейчас, даже несмотря на весь азарт, который испытывал Фрейнар, он осознал одну крайне неприятную для себя вещь – у противника слишком много невиданных доселе возможностей. Чего только стоило это игнорирование магии, показанное воздушными кораблями! А если таким же свойством обладают и рядовые воины? И из-за этого ввязываться в бой прямо сейчас было бы сущим самоубийством. Для начала нужно было изучить врага, понять, что он умеет, выявить его слабые места. Фрейнар был вынужден признать – вступать в бой сейчас одному и даже группой было бы опрометчиво. – Сейчас мы должны уходить.       Горящий Тиаран ещё продолжал огрызаться магией. Разрозненные отряды ополчения силились повторить успех группы магов, взорвавших один из воздушных кораблей. Но пришельцы уже оценили их возможности, и больше не давали ни одного шанса на успешное противодействие. Крупные корабли, утюжа остатки города взрывающимися энергетическими сферами, теперь двигались под прикрытием истребителей.       Академия тоже сдавала позиции – несмотря на могучую защиту, пришельцы совершенно безнаказанно громили её. Десятки больших и малых башен сверкали магией, впивающейся щиты кораблей, но не причиняя им вреда. Но в отличие от города, в Академии не было отрядов ополчения – только автоматические системы магической защиты, оказавшиеся не эффективными. Ничто из богатейшего арсенала волшебства, призванного защитить это выдающееся учебное заведение от традиционного врага не проявило себя должным образом против врага нового типа – ни каскады льда, падающие с неба на юркие корабли, ни ветвистые молнии, поглощавшиеся щитами кораблей, ни пространственные аномалии, которые корабли каким-то неведомым образом огибали, будто чуя их, ни даже манипуляции со временем в локальном объёме пространства – такие «пузыри» просто лопались, когда их касались щиты вражеской авиации!       Сопротивление было безполезно.       Магнус не мог поверить в то, что видели его глаза. Впервые в жизни магия, которой он свою жизнь посвятил, оказалась безсильна и безполезна. Впервые в жизни он осознал, насколько может быть опасен тот, кто способен игнорировать незыблемые догматы и законы мироздания, одним из которых и являлась магия. Нет, его мировоззрение не рушилось – он уже знал, что есть средства, позволяющие запретить действие магии. «Особый отдел» ФСБ наглядно продемонстрировал мощь подавителей во время осады замка Сандро. Но это, всё же, была разовая акция малого масштаба. Здесь же архимаг видел повсеместное использование похожей технологии, что делало магическое сопротивление попросту невозможным! Он впервые в жизни ощутил… безпомощность!       - Магнус? – Элеонора тронула старца за плечо, чувствуя, что тот нуждается в поддержке. Старик обернулся – на его глазах блестели скупые слёзы. Волшебник с горечью кивнул – перед ним в воздухе возникла светящаяся сфера:       - Студенты Академии и жители Тиарана! – голос архимага, усиленный волшебством, разнёсся над городом. - К вам обращается ректор Академии, Магнус. Академия и город атакованы, а наше сопротивление оказалось не эффективным. Совет магов и городское ополчение не смогли одолеть противника, потому, через несколько мгновений мы откроем в городе сотни порталов, которые будут вести в Заветный город. Это единственный путь к спасению. Используйте порталы! – и сфера, в которую говорил Магнус, исчезла.       - Это лишь стратегическое отступление, - спокойно сказал Аноар, прекрасно понимая, что сейчас чувствует архимаг – фактически сейчас рухнуло всё, ради чего жил Магнус. Но у них не было времени на сантименты. Владыка стихий взмахнул своим посохом – в центре зала возник портал. Ещё сотни таких же сразу открылись по всему городу и во дворе Академии стараниями других присутствующих.       Маги видели – как только появились порталы, люди и другие разумные там, внизу, на руинах догорающего Тиарана и в садах Академии устремились к спасительным разрывам пространства. Но пришельцы тоже это заметили. Корабли, до этого планомерно «утюжившие» город, рассредоточились, дабы развернувшись, атаковать порталы и беженцев!       - Проклятье! – видя этот абсолютно безчестный манёвр, прорычал в ярости Фрейнар. – Они не дадут никому спастись! – три волшебных сферы взвились вокруг него, буквально создавая энергетический кокон.       - Но…, - Элеонора не успела ничего сказать. В следующую секунду белое сияние, в которое превратились сферы Фрейнара, начало впитываться в мага, а тот – рос и тело его стало бугриться мускулами.       - Я их займу, - полный нечеловеческой, едва сдерживаемой мощи, прозвучал из этого сияния голос боевого мага. – Алхимик, ты хотел драться? Поможешь.       - Говори, что надо, - с готовностью кивнул Доран, а вокруг него зазмеились разряды.       - Подбрось меня над городом, - теперь, когда сияние полностью исчезло, можно было в полной мере оценить новый облик Фрейнара. Он был огромен – в три человеческих роста, увитый такими могучим мышцами, что они казались бронёй, но всё ещё одетый в свой щегольской костюм, который, похоже, был зачарован, чтобы менять размер. Фрейнар казался чудовищным сверхчеловеком. Да он и был им сейчас, напитанный магией сверх всякой меры. – Если их щиты питаются прямыми магическими атаками, посмотрим, как они переварят опосредованные. – А вы, - взор его вспыхнувших глаз устремился на остальных магов, - эвакуируйте как можно больше народу, пока мы отвлекаем корабли.       В ту же секунду, не дожидаясь ответа, Доран сомкнул руки в хлопке, и, наклонившись, коснулся пола. В мгновение ока энергия стекла с его ладоней в структуру камня, меняя его форму с молниеносной скоростью – выбирая материю вокруг, прямо под Фрейнаром буквально «выстрелил» каменный столб, устремляясь всё выше и всё дальше, увлекая боевого мага прочь из башни со скоростью снаряда!       Воинственный рёв зоатанца разнёсся над гибнущим городом!       - Идёмте, - сказал Магнус, скрываясь в портале. Магам не надо было повторять дважды.       Доран остался один. Какое-то мгновение он ещё наблюдал за тем, как летит Фрейнар – теперь тот уже действительно летел. Похоже, увлечённые расстрелом порталов и горожан, корабли пришельцев не заметили новой угрозы.       Точка, которой на таком расстоянии виделся Фрейнар алхимику, врезалась в один из кораблей. И как врезалась! От этого столкновения корабль развернуло и смяло его бок, сорвав крыло! Чудовищная машина начала заваливаться вниз, а Фрейнар в невозможном прыжке, выдрав перед этим из корпуса корабля огромный кусок, метнулся уже к следующему – но враги быстро почуяли неладное, и во второй раз застать врасплох пришельцев магу не удалось – корабли метнулись врассыпную, тут же отвечая огнём…       Доран сорвался с места. Он разбежался, прыгая в дыру, проделанную в стене башни взрывом и при этом касаясь её края – материя в его руке превратилась в длинный шест, который, всё удлиняясь, понёс алхимика к месту боевых действий. Он не собирался отсиживаться, пока Фрейнар громит врага. Доран был уверен – тот не только выжил в обстреле, но ещё не сказал своего слова в этом сражении.       Всё вокруг пылало. Яростное пламя пожирало остовы домов, горели уютные сады, горели таверны, банки, рынок. Казалось, что даже вода в каналах – и та горела. Чадили дымом разбитые волшебные кристаллы, то и дело обдавая округу остатками неконтролируемой магии, которая корёжила материю самыми противоестественными способами. Багровели оплавленные борозды в брусчатке мостовой, проделанные смертоносными лучами.       Пахло горелой плотью.       Сквозь треск пламени ветер доносил мольбы, вопли, крики, плач. В пустых глазницах окон разрушенных или сгоревших домов иногда можно было видеть тела. Изломанные или обугленные.       Людей было мало – они прятались, бежали, спасались. Или, объятые отчаянием и апатией, сидели, глядя куда-то вверх.       Тиаран умирал. Чудовища, сошедшие со звёзд, пустили ему кровь, впившись в горло клыками, и теперь рвали его плоть. То, что не удавалось ни одному правителю Меридиана, то, на что не решился Фобос, опасаясь катастрофических потерь, чудовища со звёзд сделали с лёгкостью, которая не могла не пугать.       Они пробежали мимо пылающей лавки мадам Этель – «Шляпное дело». Сколько раз они захаживали в этот магазинчик, где вопреки названию можно было приобрести не только отличные шляпы, но и другую одежду! «Надеюсь, она жива», - мелькнула мысль в голове Этьена, когда он, смахнув слёзы, и увлекая за собой младших сестёр, бежал мимо.       Впереди на том месте, где ещё час назад стояла таверна «Кабанья голова», зиял чёрный, пышущий жаром, провал. Улицы уже давно заволокло смрадом горелой плоти. Но Этьен старался об этом не думать.       Тела… Их было мало. Разве что те, кто погиб под завалами или от ударной волны, да в пожарах. Оружие нападавших не оставляло трупов – все, кому не посчастливилось оказаться под лучами, просто испарялись.       Всё это было… у Этьена не было слов. Они бежали что было сил, каждый раз стараясь скрыться, когда в небе над ними раздавался пугающий гул, с которым в воздухе проплывали стальные корабли.       Что им было нужно? Зачем они вообще напали?       Кто-то кричал. Жутко, надрывно.       - Братик? – Этьен ощутил, как за руку потянули. Беатрис. Заплаканная, перепуганная, с копной взъерошенных светлых волос, в изодранном за время побега платье, она посмотрела на него вопросительно и даже как-то просяще. Мари, молчала. Но тоже взглядом поддерживала сестру. Двойняшки…       - Хотите проверить? – Этьен не хотел ничего проверять. Он просто хотел довести сестёр до портала как можно быстрее. Они слышали, что один такой открылся на рыночной площади. Оставалось совсем немного – пара кварталов. На этот путь его магии ещё хватит даже с учётом того, что заклинание скрытности на трёх человек было адски трудно поддерживать.       Девочки не ответили. Просто дружно кивнули. Удивительно, как даже в такой ситуации, они сохраняли в себе что-то светлое.       Этьен прекрасно понимал – это неоправданный риск. Но также понимал и другое – если он не сделает этого, то как потом будет смотреть в глаза сёстрам? «А будет ли кому смотреть?» - зашептал ему в ухо рационализм. «Да пошёл ты!» - бросил Этьен, и повернул в сторону крика. Всё же, он был выше того, чтобы бросить человека в беде, если он мог хоть чем-то помочь. Пусть даже и в такой ситуации.       Сёстры, держа его за руки, не отставали.       Жар становился всё сильнее. В пламени мелькали другие беженцы – они-то не отвлекались на помощь посторонним. Тиаран вообще стал на удивление безлюден – ещё совсем недавно по улицам расхаживали сотни людей и других разумных, в воздухе сияли огни волшебных реклам и объявлений, маги летали, телепортировались, появляясь то тут, то там чуть ли не каждое мгновенье. А теперь… Теперь некоторые мелькали в тенях, иные ныряли в канализационные туннели, третьи… Многие маги попросту телепортировались, когда ополчение было смято. Трусливо сбежали. А ведь в городе было много тех, кто не владел сложной магией. И сейчас им приходилось бороться за жизнь.       Гул в небе опасно приближался.       Этьен взглядом поискал укрытие – в поле зрения попало уже сгоревшее полуразрушенное здание. Это был чей-то дом, обвалившийся сам в себя. Не раздумывая, он потянул сестёр за собой. Укрыться под обвалившимися балками удалось в последний миг – огромная стальная туша, похожая на какую-то жуткую разновидность дракона, медленно проплыла над пылающей улицей, вертя из стороны в сторону тем, что можно было принять за голову на гофрированной шее.       Этьен знал, на что способны эти корабли. За последние двадцать минут он насмотрелся на то, как подобные «головы» извергали потоки синих смертоносных лучей, плавящих любую материю и быстро перегружавших волшебные щиты. И он точно знал – теперь, когда с городом почти покончено, агрессоры начали искать их – выживших. Пока они с сёстрами добирались до портала, пару раз видели, как такие машины, или те, что были больше, уничтожали группы беженцев.       Этьен думал, что их пока спасала только его магия скрытности.       Крик повторился. Громче и ближе.       Стальное чудовище как будто услышало его – «голова» развернулась в ту сторону, откуда доносился звук. Этьен выругался про себя – идти дальше в попытке помочь неизвестному, означало почти наверняка сгинуть в испепеляющем луче.       Стальное чудище плюнуло лучом в сторону, из которой доносился крик, и отвернуло, грузно уплывая прочь по воздуху. Этьен почувствовал, как его руку крепче сжала Беатрис.       - Мы не выберемся? – со слезами на глазах спросила она.       - Выберемся, - уверенно ответил старший брат. Что он ещё мог ответить? Что девочка права? Что их шансы уменьшаются с каждой минутой, проведённой в гибнущем городе? Нет, он не мог отобрать у сестёр надежду.       - Ты не знаешь, - серьёзно, совершенно не по-детски, заключила Мари.       - Я знаю, что если будем стоять здесь, то точно не доберёмся до портала, - огрызнулся Этьен. – Идёмте.       Они выбежали из укрытия, вновь оказываясь на улице, заключённой меж стен огня и почерневших руин. Кроме них здесь никого не было. Опасно. Слишком опасно. Этьен не знал, смогут ли их увидеть корабли, пока он поддерживает заклятие, но проверять точно не собирался. Сориентировавшись по памяти – как быстрее отсюда добраться до рыночной площади (а сейчас они уже были в ремесленном квартале) – Этьен двинулся в переулок слева. Это должен был быть кратчайший путь, учитывая, что от ратуши отходили прямые лучи проспектов, пересекавшие круговые улицы.       Им повезло – переулки достаточно хорошо укрывали их от кораблей, плывущих в небе – языки пламени и клубы дыма давали надёжное укрытие, как и руины. Этьен помнил эти переулки – когда ему было четырнадцать, он с парнями не раз бегал здесь после очередного успешного рейда на какого-нибудь зазевавшегося торговца фруктами. Глупость, ребячество – стащить какой-нибудь фрукт, который-то и не нужен был. Но их это веселило, чего не скажешь о торговцах… Однажды такие забавы вышли им боком, но сегодня знание переулков и разных троп было тем преимуществом, которое давало шанс на спасение…       Впереди показались не тронутые огнём дома. Узкий проулок между ними был пуст – всего полсотни шагов, а там впереди уже маячила рыночная площадь. Казалось, что даже был виден переливающийся свет портала.       Этьен замер. Всё его нутро взвыло от дикого чувства опасности.       - Братик? – вопросительно глянула на него Беатрис.       - Что-то не так, - шепнул Этьен, всматриваясь в тени, плясавшие танец смерти в языках пламени. Треск дерева. Далёкие крики. Гул кораблей в небе и шипение лучей.       Позади послышался топот шагов. Не оборачиваясь, Этьен прижался к стене ближайшего дома, заставляя сестёр сделать то же самое. Мимо, пыхтя от одышки, пробежали трое мужчин в мантиях – подмастерья какого-то волшебника.       - Долго ещё? – спросил один из них. Худощавый, в очках.       - Почти на месте, - ответил второй – телосложением покрепче. За поясом у него был зачарованный меч, сиявший золотым свечением.       - Ну, наконец…, - третий договорить не успел – совершенно безшумно, но стремительно сверху на него обрушилась огромная тень, буквально превратив в кровавый фарш! Кровь и внутренности брызнули повсюду.       Этьен, зажав рты сестёр руками, с ужасом взирал на нечто, совершенно противоестественное. Гигантское, чешуйчатое, в каком-то доспехе, оно, стоя на двух неправильно выгнутых могучих ногах, было выше любого человека минимум раза в два. Его огромная вытянутая голова напоминала драконью, а глаза… в них пылал разум! Разум, ощущавший своё полное превосходство!       - Сука! – маг-здоровяк попытался достать меч. Один взмах гигантской лапы, и мага разрезало на куски, а следы от когтей протянулись по стенам зданий. Хлипкий маг завизжал от ужаса, и побежал прочь, но… Чудовище выставило руку вперёд, и с запястья сорвался энергетический искрящийся сгусток. Он мигом догнал беглеца, прожигая насквозь.       Ужас.                             Сознание Этьена затопил ужас! Он ещё плотнее вжался в стену, так же прижимая сестёр. Он боялся произнести даже тишайший звук – даже ползвука. Дышать – и то боялся, прекрасно понимая – если сейчас чудовище их заметит, то убьёт мгновенно. Сёстры тихо плакали – их трясло от страха, но они, похоже, как и их брат, осознавали, что сейчас их жизнь зависит от того, насколько тихо они будут себя вести.       Чудовищный силуэт распрямился, вставая в полный рост. Его голова достигала верхней рамы окон второго этажа зданий!       Пламя на миг осветило его. Ноги и руки толщиной со среднее дерево, могучий торс, укрытый необычным, похожим на живой панцирь, доспехом, в котором что-то светилось, создавая необычный узор. Когти на руках – а это были именно руки – были размером с полуторные мечи. Длинный ловкий и могучий хвост, похожий на хвост крокодила, тянулся позади. Он был усеян надетыми на него стальными элементами с лезвиями и шипами. Но больше всего пугало и потрясало его лицо – в том, что это лицо, ошибки быть не могло. Оно мало походило на человеческое – скорее на нечто среднее между мордой дракона и гуманоидом. Но его пасть, полная острых кинжаловидных зубов, вызывала ужас. Как и его глаза. Умные. Жестокие. Глаза хищника, который развлекался со своей добычей.       Чудовище обернулось. Этьен похолодел – оно уставилось прямо в их сторону! Громкий шипяще-щёлкающий звук произнесло это существо, и Этьен был готов поспорить – оно говорило. Говорило на каком-то совершенно незнакомом языке. А ещё он понял – даже несмотря на заклинание скрытности, которое юноша держал из последних сил, гигантский ящер их заметил!       Великан двинулся в их сторону, показательно играя когтями – проводя ими по стенам ещё не разрушенных зданий и оставляя на них глубокие следы.       Им было не сбежать – осознание этого, осознание неотвратимой кончины сковало Этьена как стальные цепи! Его магия рассеялась, открывая взору кровожадного чудовища и его самого, и его драгоценных сестёр. Девочки тормошили его, рыдая…       Чудовище склонилось, готовясь к прыжку…       Нечто светлое, огромное и мощное обрушилось сверху на ящера, отбрасывая его в пылающее здание, пробивая стены и снося перекрытия!       - Что встали? – сурово спросило «нечто» таким могучим голосом, что от него заколыхалось пламя, вздрогнули дома вокруг, а Этьена аж сбило с ног ощущением силы, исходившей от нежданного спасителя. Это был человек. Огромный человек! Людей такого роста в принципе не бывало! Ничуть не уступая гигантскому ящеру в габаритах, этот человек, однако, не вызывал того же ужаса, что чудовище, от которого он их спас.       - Кто…       - Валите отсюда к порталу, если хотите жить! – громыхнул ответ, и Этьен побежал. Побежал так быстро, как не бегал ещё никогда в жизни, увлекая за собой сестёр. Жаркий, полный дыма и смрада воздух, стал тугим, ветер засвистел в ушах – всего пятьдесят шагов!       Когда сзади раздался жуткий, полный гнева и азарта, рёв, Этьен не оглядывался, продолжая бежать. Когда сзади раздался грохот, боевой клич, и земля вздрогнула, Этьен не оглядывался, продолжая бежать. Даже когда над головой пролетел кусок каменной стены размером с телегу, он бежал, в последний миг успев, наконец, спастись из переулка перед тем, как тот был перекрыт рухнувшим «снарядом».       Рыночная площадь!       Лотки и лавки торговцев были сожжены, фонтан – разрушен, но впереди был он – портал. И там он увидел самого ректора Магнуса, что удерживал барьер под натиском двух кораблей, поливавших его лучами!       Внезапно откуда-то со стороны Проспекта Королевы что-то громыхнуло. Миг – и огромный конусовидный валун со скоростью, которую почти невозможно различить взглядом, обрушился на ближайший корабль, сбивая тот с курса и заставляя развернуться! Чудовищная машина была невредима – её щит отразил эту атаку, но в следующий миг начало громыхать с такой скоростью, что это было просто невозможно сосчитать!       В мгновение ока целый град таких снарядов обрушился на разворачивающийся корабль! И в этот раз они взрывались, обдавая округу невероятным грохотом…       Этьен понял – сейчас, или никогда.       - Бежим! – крикнул он сёстрам, силясь перекричать грохот взрывов, и рванулся с места к щиту, что удерживал архимаг. Сёстры бежали следом.       В небе что-то взрывалось, скрежетало, гудело. Шипели лучи, взрезая воздух, и проплывали корабли, переключившиеся на более серьёзную цель. Этьен не обращал внимания – там, под щитом было их спасение. Там, под щитом была безопасность. И он просто двигался к цели.       Что-то обрушилось на площади прямо перед ним, отбросив его и девочек в сторону, подняв в воздух тучи пыли и проломив мостовую. Порыв ветра унёс пыль, и Этьен, стоная от боли – кажется, он сломал ребро – увидел, что же это было.       Ящер! Тот самый гигантский ящер! Он стоял в центре огромного кратера, израненный, в его доспехе были прорехи и вмятины, от хвоста оторван кусок, а когти правой руки сломаны, но он всё ещё был жив и грозен. Его противник – великан – выглядел не лучше. Костюм изорван, могучее тело покрыто кровоточащими ранами, гематомами, грудь пересекала полоса обуглившейся плоти, на плече – следы от укуса.       Чудовище выпрямилось во весь рост, взглянув на своего не менее могучего противника. Оно произнесло что-то на своём непонятном языке. И на этот раз Этьен закричал – ощущение было таким, как будто в его голову вонзаются раскалённые гвозди! Нечто пыталось влить в его разум какую-то мысль, какой-то образ! Это было невыносимо. Он выгнулся в агонии, схватившись обеими руками за голову, едва слыша, как кричат от той же муки его сёстры.       А потом сквозь боль и мучение проступил голос. Жуткий, нечеловеческий, полный холода звёзд, голос:       «Ты – достойный противник», - звучало в голове Этьена. И даже сквозь боль он понимал – это говорит чудовище. Говорит мысленно. И говорит не ему – его только задело по касательной этой всесокрушающей мощью телепатии, которой владел ящер.       Огромный человек оскалился в подобии ухмылки. Похоже, его боль совершенно не волновала. Он гордо встал, сложив руки на груди.       - Ты ещё ничего не видел, пришелец со звёзд, - произнёс великан, вспыхнув белым сиянием – в тот же миг его раны начали затягиваться, гематомы – исчезать, ожог на груди полностью исцелился. Ящер же, видя это, разразился чередой звуков, которые Этьен сразу распознал – это был смех! Смех того, кто уверен в своей победе.       «А что видел ты, воин?» - продолжая смеяться, мысленно спросил ящер, и сияние его доспеха усилилось – доспех начал как будто наплывать на его тело, закрывая всё новые его участки, скрывая от атак, и… исцеляя? Чудовище тоже умело исцеляться!       В небе громыхнуло!       Вспышка света озарила Тиаран.       Этьен взглянул вверх – там, пробитый насквозь тремя гигантскими каменными копьями, горя и чадя дымом, падал корабль пришельцев.       Это послужило сигналом.       Оба противника метнулись вперёд, возобновляя свою ужасающую схватку. Они были так быстры, что невозможно было уследить за ними взглядом. Только сопровождавшие этот бой разрушения позволяли отследить, где сейчас сражаются два исполина. Мостовая рвалась и трескалась, откуда-то летели сгустки энергии, свет обрушивался с небес, выжигая всё.       А щит, ограждавший портал, всё ещё стоял, поддерживаемый Магнусом. Этьен поднялся. Поискал взглядом сестёр. Хвала Богам! Они были здесь же – буквально в паре метров. Плакали, лёжа ничком. Превозмогая боль, Этьен подхватил их в охапку, и побежал.       Рядом бушевала стихия – два сверхсущества сражались друг с другом, сокрушая всё на своём пути.       Но в этот миг Магнус их заметил. Всего одно его слово, взмах посоха – и Этьена с девочками мгновенно перенесло под купол прямо к порталу!       - Быстрее! – крикнул им Магнус. – Вы – последние в этом квартале.       - Спасибо, - едва успел Бросить Этьен, когда его коснулась энергетическая кромка двери между мирами…       Доран убегал. Впрочем, сделать это было не так просто, как ему казалось поначалу. Даже спустившись под землю в туннель, который он сам сейчас творил своей алхимией, он не мог чувствовать себя в безопасности – каким-то непостижимым образом корабли пришельцев постоянно находили его, обрушивая на туннели лавины смертоносной энергии. Но он был горд собой – ему удалось повредить два и сбить один корабль. Больше, чем он рассчитывал. Конечно, потом корабли адаптировались к его атакам, переведя защиту в какой-то совершенно непонятный режим – любая материя, соприкасаясь с этими новыми щитами пришельцев, искажалась, испарялась, рассыпаясь в пыль. Против этого он сражаться уже не мог. По крайней мере, пока не поймёт, что это за защита такая, и как её обойти.       Зато расчёт Фрейнара на то, что обычная защита пришельцев не эффективна против опосредованных магических атак оказался совершенно верен. Это доказал и сам боевой маг, напитав своё тело магией и буквально разорвав в клочья несколько кораблей, в этом убедился и Доран, использовав алхимическую артиллерию – по его велению материя мостовых Тиарана обретала формы труб, выплёвывавших формирующиеся из окружающей земли гранитные снаряды-конусы. Это он заставлял землю и разрушенные здания извергать в небо гигантские копья и каменные бомбы со скоростью снарядов.       Они вдвоём знатно потрудились, отвлекая пришельцев. Но сейчас Доран был слишком истощён, чтобы продолжать в том же духе. Возможно, будь у него Философский камень… Но зная, как и из чего он создаётся, Доран бы ни за что не взял его в руки.       Потому сейчас ему оставалось уходить как можно глубже под землю – он знал, что Заветный Город – величайшая тайна Меридиана – простирался повсюду. Достаточно было лишь спуститься поглубже. Искать порталы в погибшем городе он не мог – слишком уж сильно отвлёк он на себя внимание пришельцев. Оставалось надеяться, что не зря…       Туннель позади озарился слепящим синим светом, тут же начиная плавиться – стены обратились в магму, обдавая нестерпимым жаром… которая тут же застыла фестонами и наплывами под действием алхимии, разряды которой скользнули по стене туннеля от ладони Дорана к расплавленному участку.       Его алхимия была совершенно особенной, не похожей ни на что, зовущееся алхимией во всех мирах, находившихся под опекой Кандрокара. Мудрецы его мира, Арм-Эста, говорили, что когда-то очень давно в их мир пришёл человек. Человек с золотыми волосами. Он пришёл из Великой Пустыни Забвения. Облачённый в странные одеяния, говоривший на непонятном языке, он вызвал огромный интерес у народа Оазиса, куда привёл этого странника путь. И не только у них, обитавших у самой кромки пустыни, медленно пожиравшей мир. Им заинтересовались все народы Арм-Эста. Потому, что никто и никогда прежде не приходил из Великой Пустыни Забвения. Эта язва на теле мира, появившаяся в незапамятные времена из-за войны магов, пожирала всё – земли, воду, саму жизнь. А ещё – всё живое, и сам рассудок тех, кто в безрассудстве своём отваживался в неё отправиться, надеясь отыскать способ остановить наступление колдовских песков.       В то время Арм-Эст погибал. Пустыня год за годом, век за веком, расширялась, захватывая всё больше земель, убивая или обрекая на скитания всё больше народов. Целые виды животных и растений вымерли, полноводные реки – пересохли. А пескам всё было мало. Появившись столетия назад на землях Ур-Таш, что за Океаном Гроз, Великая Пустыня Забвения сначала поглотила земли, из которых произошла. Но потом она двинулась дальше, год за годом отвоёвывая у океана всё больше и больше места. И вот уже океан превратился в пересыхающие болота, а пустыня добралась до материка Зе-Ха… Пустыня несла погибель всему Арм-Эсту – столетиями лучшие маги бились над решением этой проблемы, многократно в пустыню отправлялись экспедиции, так ни разу и не вернувшись, не раз и не два правительства разных земель Арм-Эста обращались за помощью к Кандрокару. Но даже великой Конгрегации не удалось постичь суть магии, породившей Пустыню и заставлявшей её пожирать целый мир.       А потом из пустыни вышел он.       Златовласый человек в красном плаще.       Все маги мира устремились в Оазис, равно как и представители правителей оставшихся земель. Все хотели своими глазами увидеть человека, который сумел выйти и Пустыни Забвения, которая не отпускала прежде никого и ничего.       Человек был странен, необычен. Он не принадлежал ни к одному известному народу. Но он был умён. За неполный месяц он обучился азам всеобщего языка. И тогда он поведал свою историю всем, кто пожелал его слушать. А пожелали все, включая архонта высшей магии Тер-Рууса, правителей всех земель и философов многих школ «Свободной мысли».       Он поведал, что прибыл из иного мира. Мира, совершенно не похожего на Арм-Эст. Но там тоже жили люди. И там они не использовали магию, но владели иным искусством. Великим искусством – повелевать самой материей, которое на его родине звалось алхимией. Его умения творить из любой материи всё, что пожелает, не вызывали сомнений – Златовласый Учитель не раз показывал эти умения всем, кто интересовался.       Он рассказывал об истории своего мира и культуре, о народах и достижениях, о правителях и войнах. А ещё – о том, как сам оказался в Арм-Эсте.       Он говорил о круге Абсолюта и о Вратах Истины, в которые его вытолкнуло отдачей от алхимической реакции.       Никто из слушателей не знал, что значат эти названия, а сам Учитель не пояснял их смысла. Когда же он окончил свой рассказ, тщательно записанный десятками писцов для будущих поколений, последовал черёд отвечать на вопросы. И вопросов было множество. Но главным был всего один – как ему удалось выжить в Великой Пустыне Забвения, которая вытягивала саму жизненную силу?       Ответ поразил всех – он проложил себе путь через пустыню с помощью искусства алхимии! А способ, с помощью которого пустыня пожирала энергию жизни, был ему знаком, потому он знал, как с этим бороться!       Это изменило всё!       Все, кто слушал его в тот же миг поняли – именно этот человек может помочь им спасти гибнущий мир!       Что последовало дальше, догадаться не трудно – просьба о помощи, согласие, многолетний труд… Так пришелец из иного мира стал Великим Учителем, подарившим народам Арм-Эста великое искусство истинной алхимии…       Мысли Дорана – впрочем, это было его имя для внешнего мира – свернули с мифического прошлого в более практическую сторону. Его снова обнаружили. Это значило, что даже толща земли не является надёжным укрытием от пришельцев. Нужно было ускориться.       Сомкнув ладони, он склонился, касаясь пола своего туннеля. Энергия вырвалась из «круга», который он создавал в собственном теле, смыкая ладони, и впиталась в пол. Тотчас Доран ухнул вниз на квадратной плите, что подобно лифту с огромной скоростью уносила его всё глубже и глубже под землю.       Сверху снова засияло. Луч плавил породу, стремительно нагоняя отступающего алхимика. Юноша не растерялся. Продолжая держать руки на плите, он перенаправил часть энергии – поток разрядов скользнул к стене шахты, и мигом вверху на пути луча стены сомкнулись, изменив свою структуру – они превратились в самый прочный материал, известный Дорану, адамантий.       Шахту тряхнуло. Плита, опускавшая алхимика, качнулась, потрескалась, но тут же срослась снова. А стремительно удалявшаяся адамантиевая пробка вверху начала быстро раскаляться.       - Да когда же вы отстанете? – проворчал алхимик, и в этот момент он вместе с плитой буквально вывалился в огромный, освещённый зеленовато-жёлтым сиянием, зал, в котором мог поместиться весь Тиаран разом!       Заветный город!       И в этот раз Доран не растерялся. Ещё раз перенаправив энергию, он придал части плиты нужную форму – простейший дельтаплан. И тут же, используя его, соскочил с платформы, планируя вниз. Похоже, в этот раз ему, всё же, удалось обмануть смерть…       Фрейнар чувствовал вкус крови. Его лицо было одной сплошной кровоточащей раной. Он знал этот вкус. Он знал эту боль. Он слишком много раз сражался в войнах, и не раз враги преподносили ему кровавые сюрпризы. Но ни разу до этого он не ощущал того, что чувствовал сейчас – это был уже не азарт от боя с равным противником. Это было нечто, чего он прежде не испытывал – страх поражения, ценой которого будет его жизнь. Пришелец оказался слишком хорош. На каждое его действие он находил контрмеру, на каждый его приём отвечал тремя своими, совершенно незнакомыми, которые человек просто не способен выполнить из-за различий в строении тела.       Они неслись по улицам горящего города, сходясь, чтобы обменяться одним-двумя сокрушительными ударами, разорвать дистанцию, проанализировав результат, и попробовать снова уже иначе. Для них не было преград – огонь не причинял им вреда, когда они быстрее пули влетали в пламя пожаров. Здания не были препятствием, разрушаясь под их неистовым натиском. Само небо над городом пестрело от их молниеносных перемещений, прыжков, выпадов, магических приёмов и потоков энергии.       Город стал для них полем боя. Хотя – нет. Игровой площадкой.       Фрейнар многое уже мог сказать о своём враге. Сильный, могучий, опытный воин, прошедший множество битв, каких сам волшебник не видывал. Этим объяснялось множество тактик и приёмов, которые застигли Фрейнара врасплох, едва не стоив жизни несколько раз. Враг был коварен, находчив, отлично владел своим телом и всеми возможностями, которые давали ему военные технологии. Он был заносчив, высокомерно относился ко всем, кто не являлся представителем его вида. Но ему не было чуждо понятие чести. Когда корабли пришельцев попытались помочь своему соотечественнику, тот вышел из битвы, замер, сделав совершенно понятный Фрейнару жест рукой – просьба на время прекратить бой. И когда Фрейнар так же остановился, ящер, похоже, связался с кораблями, потому, что посмотрел вверх, на стальные машины, и спустя миг корабли отвернули, более не препятствуя их личной битве.       Они стоили друг друга – боевой маг с Зоата, лучший их всех, и могучий пришелец со звёзд, имени которого Фрейнар не знал.       Они были стремительны. Две точки в небе, расходящиеся и сходящиеся вновь, чтобы вспыхнуть и снова разойтись. Они уже сражались над руинами Академии. Разрушенные башни лежали в горящих садах, магия которых, поддерживавшая разные климатические зоны, хлестала наружу мириадами искр. Основное здание Академии пылало. Огонь был таким яростным, таким большим, что его можно было видеть, пожалуй, за десятки миль отсюда. Три больших корабля висели над территорией Академии, и магия, которой здесь было пропитано всё, становилась видимой, она нитями и прядями устремлялась вверх, впитываясь щитами кораблей. Внизу же передвигались десантные группы, высаженные кораблями. Они осматривали руины, добивали выживших – тех, кто не успел ещё добраться до портала, видневшегося вдали – на площади перед Академией, венчавшей главную аллею.       Они замели. Фрейнар – на крыше одной их малых башен Академии, ещё не охваченной огнём. Он стоял, держась за шпиль. Ящер… Он завис в воздухе в двадцати шагах. Взгляды их встретились. Жестокий, полный чувства собственного превосходства взгляд пришельца, и спокойный, холодный, полный решимости – боевого мага.       «Ты ничего не добился, воин», - прогремело в голове Фрейнара. Он поморщился. Способ общения этого ящера был ему не по душе – от этого разум как будто выворачивало наизнанку.       - Напротив – я отвлёк тебя и ваши корабли, дав жителям спастись, - парировал маг, дыша особым образом и восполняя потерянные силы.       «Безсмысленно. Вам всё равно не выжить. Смирись с неизбежным».       - Смириться? Разве тогда наша битва была бы хоть в половину такой интересной? – насмешливо бросил противнику Фрейнар. Но это была маска. Он понимал – с той силой, толику которой он сегодня увидел, невозможно совладать никакими имеющимися средствами. Здесь могло помочь только чудо. И ещё насторожило то, каким тоном произнёс эту фразу ящер. Пусть это не были слова в привычном смысле, но ментальный фон был… Это была не просто уверенность в победе. За этим крылось нечто много большее. Но что?       «Хорошие слова, воин. Но я думаю, нам пора заканчивать», - прогремело в голове Фрейнара.       Миг!       Они схлестнулись вновь, яростные как буря. Вспышки выстрелов, гром молний, буйство магии, разбивающееся о барьер, невосприимчивый к ней. Они как будто танцевали в воздухе, но…       Ящер ускорился. Невозможно ускорился, врезаясь в мага, телекинезом притянувшего ближайший шпиль и обратившего тот в меч. Они сошлись! Удар страшной силы швырнул Фрейнара вдаль – прямо на площадь перед пылающей Академией. Его вбило в фонтан, разрушив тот до основания, протащило по земле, создавая борозду… А над ним, держась за бок, в котором, воткнутый по рукоять, торчал меч, уже висел ящер.       Фрейнар едва успел подняться, как ящер схватил его за плечо, и в этот момент маг ощутил… нечто. Нечто неправильное – магия покидала его! В следующее мгновение он увидел, как волшебная сила потоком переходит в доспех его врага!       «Вот видишь, воин. Сопротивление…»       - Не безполезно! – выпалил Фрейнар, буквально взрываясь светом изнутри! Ящер отшатнулся, прикрыв глаза. Но главное – он отпустил его. И в этот момент стал решающим, ибо портал, оставленный Магнусом, оказался совсем рядом, и боевой маг, не теряя времени, скользнул в него…       Водопады Легендианы… Одно из самых красивых мест в Меридиане. Поток чистейшей воды, срываясь с двадцатиметровой высоты, с грохотом обрушивается вниз, порождая тучи водяных брызг, проходя сквозь которые, солнечный свет создаёт радугу. Свежесть и прохлада разлиты в воздухе. А по берегам – небольшие полянки, окружённые живописным и могучим лесом.       Ночью же это место приобретает совершенно новые черты. Тёмные, мрачные, зловещие. Ночью это место кажется прибежищем зла и чудовищ. Это очень странная перемена – как нечто, столь прекрасное днём, может так сильно пугать ночью? Но разум людской всегда готов пугаться, всегда готов рождать в своём воображении страшные картины – достаточно только темноты и небольшого толчка.       Калеб подошёл к самому краю водопада и посмотрел вниз, в белую водяную дымку, которая хорошо была видна даже в тёмное время суток, как и сама река с водопадом.       - Э-э-э-э, Бланк не любить воду, - поморщился проводник. Бланк был рядом. Собственно, он в последнее время как приклеенный ходил за Калебом. не сказать, чтобы последнему это уж сильно нравилось – всё же, ароматы, источаемые таким спутником, были на любителя. Но бывший вождь мятежников, а ныне – один из командиров стражи королевы не мог отрицать полезность присутствия проводника в некоторых случаях. – Вода – мокро и чисто.       - Ага, и твой дивный аромат это подтверждает, - иронично произнёс Калеб, посмотрев на своего спутника. – Понять не могу, чего ты за мной увязался?       - Проведать друга, - отмахнулся Бланк. Судя по всему, такой ответ он счёл вполне исчерпывающим. Но не Калеб.       - Друга? Где-то здесь живёт твой друг? – удивился юноша.       - Калеб – друг, - пояснил Бланк, и начал деловито спускаться по довольно крутому каменистому склону водопада. Время от времени слышалось его недовольное ворчание – это значило, что капель воды на него попадало больше, чем обычно.       - Постой-ка, - встревожено произнёс Калеб, вглядываясь куда-то вдаль – над лесом, в нескольких милях к северу от водопада, виднелось зарево. – Там что-то горит…       - Что? – Бланк посмотрел вверх на Калеба, и тут его рука соскользнула с мокрого камня – проводник с недовольным криком полетел вниз, в воду. Раздался знатный всплеск, а через несколько секунд Бланк выбрался на берег, недовольно ворча и отплёвываясь.       - Ты там как? – обеспокоено спросил Калеб и, не дожидаясь ответа, спрыгнул с обрыва. Ещё один всплеск, и через мгновение бывший вождь повстанцев тоже выбрался на берег.       - Бланк нормально…только слишком мокро, - посетовал проводник. – Так что там гореть?       - Постой-ка, - тревога, которую ощутил Калеб, увидев зарево, теперь начала перерастать в нечто иное. – Ведь там же… Отец! Не отставай, Бланк! – крикнул Калеб и метнулся в лес. Бланк шустро побежал за своим другом…       Дом, который они построили вместе с отцом здесь, неподалёку от Легендианских водопадов год назад, горел – пламя было столь ярким и жарким, что на поляну было невозможно ступить из-за этого жара. Да и сам воздух был очень горячим. Калеб стоял, опершись о дерево, и смотрел, как догорает дом его отца. Лицо его выражало всё, что он сейчас чувствовал.       - Отец!!! – позвал Калеб Джулиана. Нет ответа. Только сзади зашуршали кусты – это Бланк догнал товарища, да ещё догорающие остатки дома мерно потрескивали. – Отец!!! – снова позвал Калеб. И опять не получил ответа. Проводник стоял молча, понимая, что произошло нечто весьма скверное.       - Бланк, надо найти моего отца, - с трудом проговорил Калеб, предполагая самое худшее. – Я обойду дом справа, а ты – слева. Мы найдём его, - Калеб сдвинулся с места, но тут кусты слева зашевелились, и оттуда послышался хриплый голос, в котором едва ли можно было узнать голос Джулиана:       - Стой… Калеб, - из кустов, тяжело ступая, вышел Джулиан. Он был весь изранен, одежда его была порвана, а на правом плече – круглый след запёкшейся крови и сгоревшей кожи. Мужчина был весь в крови и едва стоял на ногах.       - Отец! – Калеб подбежал к Джулиану и подхватил его – он уже обессилел и если бы не сын, рухнул на землю. – Что здесь произошло?       - На…падение, - сквозь кашель, едва не теряя сознание от боли, ответил Джулиан.       - Кто?       - Не знаю… ящеры, - очередной приступ кашля не дал Джулиану продолжит фразу.       - Держись, отец, мы тебя вытащим. Ты не умрёшь!       - Ящеры…они прилетели на какой-то стальной птице…, - поборов кашель, продолжил Джулиан.       - Стальная птица? – удивился Калеб. – Похоже на летающие машины землян!       - Это… не… люди, - каждая фраза давалась отцу бывшего вождя мятежников всё с большим с трудом. – Калеб…       - Да отец. - Они забрали Сердце Меридиана, - произнёс Джулиан, и потерял сознание…