Вмешательство извне

Глава 8. Новый статус (21.08.2025)

      Сознание медленно прояснялось. Какие-то странные звуки, раньше едва различимые, внезапно стали настолько громкими, что это отозвалось в ушах чудовищной болью.       Из груди вырвался тихий хрип – голосовые связки не слушались.       Нерисса открыла глаза – яркий свет ослепил её, как нож, резанув по нервам. Глаза тут же заслезились, и женщина мигом зажмурилась. Единственное, что она успела увидеть – серая искрящаяся дымка вокруг…       Но было нечто, что она теперь осознавала хорошо – то, что мгновение назад колдунья принимала за странную какофонию звуков, с каждой секундой становилось всё больше похоже на голос.       - Добро пожаловать в реальный мир, - с нескрываемым ехидством произнёс голос. Нерисса, наконец, сумела открыть глаза – восприятие действительности всё ещё вызывало боль, пусть и не такую сильную, но бывшая стражница не желала показывать свою слабость. Даже несмотря на то, что она совершенно не понимала, где находится, и что вообще случилось. Мысли путались. Последнее, что она помнила – она была в своём дворце, Повелительница всей Вселенной. Она принимала капитуляцию у… у кого же? Мысли путались.       - Кто бы ты ни был, но сейчас ты объяснишь, что происходит! - властно потребовала Нерисса, выходя из камеры перемещения – дверь за ней тут же с жужжанием закрылась. Колдунья всё ещё была в облике стражницы… Всё ещё ничего не понимала. Огляделась. Всё в помещении, где она оказалась, было незнакомо. Необычно. Чуждо. Но колдунья не выказывала удивления – гордость не позволяла. Тем более что Нерисса не была здесь одна – капюшон балахона Советника «смотрел» прямо в лицо колдуньи.       - Да легко, - голос Советника был полон иронии и сарказма. – Дело в том, что реальный мир сильно отличается от того, который ты считала таковым на протяжении полутора лет.       - Что ты этим хочешь сказать? – спросила колдунья, но тут же в её памяти внезапно ожили сотни и тысячи образов. Образов, столь приятных её сердцу – о мощи, силе, власти над всеми мирами… О мечте, которая осуществилась. Осознание произошедшего отозвалось в сердце болью, о которой колдунья, казалось, уже давно забыла. И эта боль порождала ненависть. Она замерла. Рука сама собой поднялась к голове, будто намереваясь смахнуть морок. Но последние полтора года её жизни и были мороком! Она грозно взглянула на незнакомца в балахоне. Кого-то другого это могло повергнуть в шок и уныние. Но Нерисса была из другого теста. Она просто приняла к сведению. Её врагам удалось её обмануть, но больше это не повториться. Теперь оставалось понять, где она, что здесь происходит, и кто сейчас стоит перед ней.       - Видно, заточение в Сердце Меридиана не лучшим образом отразилось на твоих умственных способностях, - разочаровано констатировал Первый Советник. Казалось, что под балахоном он скрывает свою ехидную улыбку.       - Ты поплатишься за свою дерзость! – ненависть затопила сознание – никто не смел насмехаться над ней! - и Нерисса, собрав все силы, что у неё ещё оставались, тут же метнула мощную молнию в Советника… Но смертоносный разряд не достиг цели, а вернее достиг, но не так, как ожидала бывшая стражница – Советник мгновенно выставил вперёд руку, скрывающуюся в рукаве балахона, и молния с электрическим треском буквально влилась в неё. Советник медленно опустил руку – вокруг неё ещё бегали потрескивающие змейки разрядов.       - Значит ты маг, - Нерисса оценивающе посмотрела на Советника. Вопросов становилось всё больше. Где она? Не известно. Кто перед ней? Нет ответа. Если она была заточена в Сердце Меридиана, то почему теперь свободна? С тем же успехом можно было спрашивать у стены.       - И да, и нет, - голос Советника всё ещё звучал в ироническом ключе. – Впрочем, как видите, ваша попытка… хм… померятся со мной силой, не дала никакого результата. Поэтому, я полагаю, нам следует взаимодействовать в рамках конструктивного диалога.       - В таком случае назовите себя. А ещё мне интересно, откуда вы знаете обо мне, - тон Нериссы перестал быть властным и требовательным, но в нём всё ещё слышалось высокомерие. Впрочем, колдунья прекрасно понимала, что таинственный собеседник прав, а возможность получить информацию в сложившейся ситуации была гораздо важнее задетой за живое гордости. Тем более учитывая, что она только что увидела. Её собеседник не был слабаком. Далеко не был. Но раз она здесь, а не в волшебном камне, значит, ему что-то от неё нужно. Но так ли это? Или он решил просто поэкспериментировать, потешить своё высокомерное эго?       - Я – Первый Советник Императора Шао’ссоров, - ответил «балахон». Нерисса моргнула – это ей ни о чём не говорило. – Конечно, вам это ни о чём не говорит. Но не суть. А что касается моих знаний – совсем не важно, откуда я их получил. Однако с момента вашего заточения в Сердце Меридиана прошло много времени… И многое изменилось…       - Значит, всё, что было до этого – лишь иллюзии. Впрочем, именно этого и следовало ожидать, - голос Нериссы был совершенно спокоен и холоден, но Советник хорошо понимал, что колдунья как минимум сожалеет о том, что всё, к чему она стремилась, и чего достигла на самом деле лишь плод её воображения.       - Верно, иллюзии, - сказал Советник, подойдя к одному из диковинных аппаратов у стены. – А касательно того, что вы пропустили – я не историк, поэтому обрисую вкратце. Итак, Совет Кандрокара уничтожен – в живых остались лишь трое его членов, да с десяток рядовых магов, не имеющих никакого значения. Оракул, глава Братства, мёртв, а Предвечная Цитадель, как и подобает оплоту света, триумфально завершила своё существование в очищающем огне ядерного взрыва…       - Это… хорошие новости, - удовлетворенно проговорила Нерисса. Сложно было представить, как могло случиться что-то подобное. Но она не слышала в словах незнакомца ни капли лжи или фальши. Сарказм, ирония – этого было полно, но не лжи. Как же такое могло произойти? Кто поверг самого Оракула? Кто сокрушил Кандрокар? Но задавать эти вопросы она считала ниже своего достоинства. - Впрочем, я бы сама хотела отомстить им, но это уже детали… И стражницы теперь тоже не помеха, - в глазах колдуньи загорелся зловещий огонёк. Эта новость действительно обрадовала старую колдунью – теперь никто и ничто не смогут помешать ей воплотить в жизнь то, чего она так страстно жаждала на протяжении долгих лет.       - Не спешите, - капюшон балахона Советника вновь повернулся к колдунье. – Не всё так просто, как вам кажется. Стражницы ещё могут оказать более чем достойное сопротивление. А тем более после того, через что они прошли во время сражения с Верховным Иерархом «Равновесия»…       - Равновесия? Что это? – переспросила бывшая стражница, с сомнением глянув на Советника – у неё возник совершенно логичный вопрос – можно ли доверять тому, кто сейчас перед ней? Можно ли верить тому, кто скрывает себя под тёмными одеждами, кто вот так запросто освобождает ту, кого Кандрокар считал преступником, из заточения в Сердце Меридиана? Можно ли верить его словам? Ответ же для Нериссы был очевиден – нет. Однако она решила пока продолжить беседу.       - Была когда-то такая структура… Её целью являлось способствование процессу развития вселенных. Эта помощь, если так можно сказать, выражалась в поддержании принципа единства и борьбы противоположностей. Кстати сказать – Совет Братства магов Кандрокара – это некое подобие филиала Равновесия… Хотя они сами об этом конечно же не подозревали, и считали, что сами вершат судьбы вселенных… К несчастью для самого себя, Верховный Иерарх, захватывая всё больше и больше вселенных в сферу своего влияния, начал истолковывать этот принцип весьма поверхностно, буквально, извращённо. Соответственно изменил и методы «Равновесия». Чем и привлёк к себе внимание, - будничным тоном, будто каждый день об этом рассказывал, произнёс Советник. – Вы, кстати, тоже являетесь побочным продуктом деятельности «Равновесия», ведь они поддерживали паритет между потоками отрицательной, тёмной, и положительной, светлой энергии. Между добром и злом, если угодно… По сути они поддерживали борьбу этих двух начал. Образно выражаясь – подбрасывали дрова в костёр кровавой войны, длящейся с самого сотворения Вселенной, а потом сами же героически его тушили, используя тепло от него для поначалу благих целей.       - Видимо, Иерарх не был достаточно силён и умён, если его смогли одолеть стражницы, - пренебрежительно изрекла колдунья.       - Уж кто бы говорил, - усмехнулся «балахон».       - Мне бы хватило нескольких битв, чтобы миры склонились предо мной! Тогда с войнами было бы покончено! – повысила голос Нерисса, не желая развивать тему своего поражения. Советник ей определённо не нравился и будь ситуация иной, она бы давно уже с ним расправилась. Но она не могла этого сделать, и сам факт осознания того, что есть кто-то, настолько превосходящий её по силе, не доставлял колдунье никакого удовольствия.       - А не надорвались бы? – вновь усмехнулся Советник. – Похоже, вы ничего не знаете об истинном строении мироздания. Вселенных столько, что даже будь вы безсмертны, то не смогли бы завоевать все до самого скончания времён. Да что уж там! Вас бы уже на Земле остановили – с этим-то у землян всё в порядке.       - Что вы имеете в виду? – не поняла Нерисса. Она с трудом скрывала свою неприязнь и к Советнику, и к самому разговору, но иного способа получить нужную информацию пока не видела, да и не знала, на что ещё способен собеседник. Впервые за очень долгое время колдунья оказалась в такой ситуации, когда от неё ничего не зависело. Это выбивало из колеи, заставляло мозг лихорадочно искать выход. Но Нерисса пока не смогла найти этот самый выход. Единственное, что она могла сейчас – продолжать беседу. Возможно, тогда она сможет узнать, что нужно Советнику или как-нибудь с ним договориться. Однако сомнения в намерениях странного собеседника жгли разум бывшей стражницы сильнее, чем самое жаркое пламя.       - Ни один маг, сколь бы силён он ни был, не застрахован от метко и внезапно пущенной снайперской пули, - ответил Советник таким тоном, что было ясно – он имел в виду не только это, однако продолжать он не стал.       - Мне не нравится ваш тон, Советник, - колдунья подошла вплотную к «балахону». Она решила не дожидаться у моря погоды. Единственный выход – форсировать события, вынудить Советника сказать, что ему нужно. В любом случае она всегда может сбежать. – Похоже, что все темы для разговора уже исчерпаны…       - Неужели? – Советник притворно удивился, хотя это было скорее похоже на сарказм. – И что вы теперь намерены делать? Уйти отсюда? Как? Телепортироваться? Создать портал? К вашему сведению - мы находимся в космосе! До ближайшей планеты – газового гиганта в системе Ша’киар - миллиард световых лет пути. Меридиан вчетверо дальше. Думаете, вам удастся преодолеть такое расстояние без магического сердца? Даже если и удастся, то на это вы потратите все свои силы и жизненную энергию, после чего погибнете, как только окажетесь на планете, - произнёс Советник довольным тоном, видя, какое впечатление эта информация произвела на бывшую стражницу.       - Чёрт бы тебя побрал, Советник! – воскликнула колдунья – она поняла, что проиграла в битве за свою свободу ещё до того, как начала сражаться. – Что тебе от меня нужно?       - Ничего невозможного, по крайней мере, - развёл руками Советник. – Видите ли, стражницы Завесы являются неучтённым и непредсказуемым фактором, что уже не раз доказывали. И фактор этот способен помешать воплощению планов… Императора в жизнь, - на мгновение Советник запнулся. – Поэтому я прошу вас, уважаемая Нерисса, чтобы вы отомстили стражницам за ваше поражение… возможно даже с летальным для них исходом. Хотя и не обязательно. Для этого я даже дам магическое сердце одного из преобразованных нами миров, - с этими словами Советник взмахнул рукой и прямо перед Нериссой в воздухе появился матово-чёрный кристалл неправильной формы, чем-то напоминающей звезду. – Это Сердце Кши’асса, - пояснил «балахон». По всему было видно, что он говорит совершенно серьёзно, несмотря на его полунасмешливый тон. Нерисса взяла камень и внимательно рассмотрела его, тут же ощутив, как через этот камень в неё вливается такая желанная волшебная сила, наполняя её мощью. Затем перевела взгляд на Советника:       - Благодарю тебя за столь щедрый дар, - в голосе колдуньи звучали нотки превосходства. Гнев и высокомерие с новой силой заговорили в Нериссе, отметая любые доводы разума. – Ты сам отдал мне свой камень и теперь познаешь его силу на себе!       - Ха-ха-ха! – смех Советника был похож на уханье совы. – Думаешь, я не предусмотрел этого? Я знаю, с кем имею дело, а ты – нет. Ты не сможешь направить силу кристалла против меня.       - Ну конечно, - усмехнулась Нерисса, выставив в сторону Советника руку, в которой держала камень – тут же кристалл метнул в Советника сотни ветвящихся фиолетовых молний… которые внезапно изогнулись и поразили саму колдунью, отбросив её к стене! Нерисса рухнула на пол – камень ещё продолжал испускать молнии, пронзавшие её и вызывающие нестерпимую, адскую боль настолько сильную, что даже крик не смог вырваться из уст колдуньи. Затем, так же внезапно, камень погас, прекратив извергать потоки энергии. Несколько мгновений Нерисса лежала на полу недвижно, затем, превозмогая боль, с трудом поднялась:       - Я… всё равно… могу… уйти…       - Я бы не советовал, - казалось, что под капюшоном на лице Советника появилась улыбка превосходства. – У меня есть страховка и на этот случай, -  колдунья тут же остановила в нерешительности руку с камнем – она уже собиралась создать портал. Нерисса ещё никогда не была в таком положении - в положении загнанной в ловушку жертвы хитроумного плана – обычно она сама была охотником. А Советник, между тем, продолжал, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как гнев колдуньи медленно сменяется замешательством, а замешательство – осознанием собственной безпомощности:       - Что вам известно о реакции фотонного самораспада? Ничего? Так я вас с радостью просвещу – это происходит с объектами, имеющими нестабильную энергетику из-за потерь биоэнергии и электромагнитного воздействия. В случае с живыми существами и человеком в том числе это выглядит как самовозгорание или, в случае цепной реакции – как невероятной мощи аннигиляционный взрыв. И это – от малейшего внешнего импульса. Впрочем, не в вашем случае. Я думаю, вы уже поняли, почему я вам это рассказываю, - Нерисса и вправду понимала, к чему клонит Советник. Страх. Впервые за очень долгое время она почувствовала страх. И не просто страх, а чувство, граничащее с ужасом. – Аппарат, что вытащил вас из кристалла, - Советник сделал жест рукой в сторону паукообразного агрегата в центре комнаты, - одновременно изменил кое-какие параметры в молекулярной и энергетической структуре вашего организма. И если вы ещё раз совершите акт неповиновения, то мне будет достаточно лишь связаться с вами в ментальном поле и произнести всего одно слово – тогда цепная реакция самораспада будет запущена. В общем, от вас ничего не останется, - голос Советника лязгнул металлом.       - Похоже, у меня просто нет выбора, - с едва скрываемой ненавистью проговорила Нерисса. Ситуация была хуже некуда. Колдунья не желала с этим мириться, но и ничего сделать не могла. Это приводило её в бешенство. – Мне придётся принять ваше щедрое предложение.       - Не обижайтесь, - примиряющим и даже дружелюбным тоном сказал Советник, подходя к бывшей стражнице. – На моём месте вы бы поступили так же. Кроме того, только так, наверно, я и мог уговорить вас помочь нам. Хотя, признаюсь честно, с определённой точки зрения, всё, что сейчас с вами происходит – вполне справедливо. И потом, у ваших подруг – предыдущих стражниц тоже не было выбора, когда вы пришли к ним два с половиной года назад…       - Ближе к делу, Советник, - колдунья сверкнула глазами. – Если я сделаю то, что вы хотите, я смогу уйти?       - На все четыре стороны, - кивнул «балахон». – Я верну молекулярную и энергетическую структуры вашего организма в норму. Иными словами, фотонный самораспад вам уже не будет страшен.       - Это всё?       - Нет. Ещё вы сможете оставить себе Сердце Кши’асса. К тому же на Меридиан вы отправитесь в компании – с вами пойдут три воина, подчиняющиеся только мне. Можете поверить – они будут весьма полезны.       - Тогда я отправляюсь, - Нерисса уже контролировала себя, но в глазах её клубилась ненависть. – Но учтите, Советник – потом у вас будет на одного врага больше, - и тут же вспышка зелёного света поглотила колдунью.       - Я это как-нибудь переживу, уж поверьте, - усмехнувшись, произнёс Советник, выходя из комнаты…       - Ну и как вам всё это? – после долгой паузы, спросила Ирма. Пресс-конференция президента России только что закончилась, и породила ещё больше вопросов, чем дала ответов.       - А что толку от нашего отношения к уже свершившемуся факту, - пожала плечами Корнелия, поднимаясь с кресла. Конечно, ситуация казалась ей довольно сложной. Но, по крайней мере, не безвыходной. И, всё же, случившееся сегодня в штаб-квартире ООН кардинальным образом изменило мир. Мир, пожалуй, ещё сам этого не понял, но Корнелия чувствовала – нарождалось нечто новое, нечто неизвестное, и она ещё не знала, как к этому относиться. Да, она сказала, что отношение к свершившемуся факту значения не имеет. Но она имела ввиду лишь то, что это не имеет значения в глобальном плане, а вот в личном – это другое дело.       - Пожалуй, лишь время расставит все точки над «i» в этом вопросе, - сказала Ян Лин. Она ощутила, как вся тяжесть мира вдруг рухнула на её плечи. Никогда прежде ей не казалось тяжким бременем то, чем она занималась, будучи хранительницей традиций стражниц. Но сегодня, после заявления президента России, всё стало восприниматься несколько иначе. Пожилой китаянке вдруг показалось, что мир стал жёстче, злее, и от этого ей было горько. Она понимала мотивы Прохорова – всё-таки, долгое время она была стражницей Кандрокара, который был весьма политизирован. Но сама лично считала, что действия президента были… преждевременны. Но не её власти было что-то изменить. – Пока же рано делать выводы.       - Мне это не нравится, - недовольно произнёс Калеб. – Было спокойнее, когда никто не догадывался о существовании Меридиана. Я уже освоился в вашем мире, и знаю, чем может быть чревато вмешательство Земли в дела Меридиана. А тут ещё это вторжение…       - Да ладно вам! Хватит киснуть, - попыталась приободрить всех Хай Лин. – Ведь президент России сказал, что будет создана специальная комиссия, в ведении которой будет находиться право предоставления доступа к переместителю. Не думаю, что русские будут пускать к установке кого попало.       - Никто не может дать гарантий, - возразила Тарани. – Наше правительство уж точно попытается сложившуюся ситуацию обернуть себе на пользу… Хотя… комиссия, насколько я поняла, будет формироваться преимущественно из российских специалистов…       - Ладно, с этим ясно одно – мы тут ничего не сможем сделать, - сказала Вилл, как бы подводя итог. – Меня волнует другое – вторая часть заявления Прохорова про убежище для людей со сверхспособностями.       - Да-а-а, - протянула Тарани, откинувшись на спинку старого дивана, который от этого скрипнул несколько раз. – Полагаю, далеко не всем это понравилось.       - Что ты имеешь в виду? – Ирма изобразила саму наивность.       - Президент России только что утёр нос всем геополитическим «партнёрам», - это слово она выделила специальным жестом. – В первую очередь – США и Британии, да и блоку НАТО заодно. Это не останется без ответа. Так что напряжённость в мире только возрастёт. Не исключены вопиющие провокации – в первую очередь связанные как раз с паранормами, которых Владимир Иванович пригласил в Россию.       - Ладно. В любом случае нас касается то, что связано с Меридианом, - резюмировал Калеб. – Если только никто из вас не собирается запросить политическое убежище в России. Верно?       - Верно, - подтвердила Вилл. На самом деле ей очень не хотелось хоть как-то пересекаться с теми землянами, у которых были сверхъестественные способности. Во-первых, до встречи с отрядом Барретта она полагала, что только стражницы на Земле владеют СИЛОЙ. Во-вторых, встречи с отрядом Барретта ей хватило, чтобы начать испытывать нежелание вникать в проблемы паранормов и встречаться с ними. В конце концов – это не их дело. Их дело – защищать миры от угроз… По крайней мере, так было. А сейчас, перестав быть стражницами, они… кем они были сейчас?       - В любом случае нужно понять, что делать дальше, - молвил бывший мятежник.        – Я думаю, нам следует вернуться на Меридиан – там хоть что-то от нас зависит, - сказала Хай Лин. Ей не нравилось то настроение, в котором сейчас пребывали её подруги. Но она пока не придумала, как на это повлиять.       - Без наших способностей мы вряд ли окажем существенную помощь, - возразила Корнелия.       - И, кроме того, Хай Лин, уже слишком поздно, - напомнила бывшей стражнице воздуха её бабушка. – Взгляни на часы – восемь вечера.       - Ой… верно…, - смутилась Хай Лин.       - Нам надо вернуться домой, - поддержала Тарани Ян Лин.         - А я думаю, мы не можем сидеть, сложа руки, - не согласилась Ирма. – Кроме того, мы должны сказать Элион, что ящеры забрали Сердце Меридиана.       - Это могу сделать и я, - Калеб встал. – Тем более Бланк сбежал где-то на середине пресс-конференции президента России, так что его ещё нужно найти, ведь без его Зуба Тонга нам в Меридиан сейчас не попасть.       - Сердце Кандрокара ещё…, - Вилл не успела закончить свою Возмущённую тираду – Калеб поднял ладонь в останавливающем жесте:       - Не надо, Вилл. Я знаю, что энергии в камне мало. В крайнем случае попросим Регентов. А пока идите домой – пусть родители о вас не волнуются. Встретимся завтра, когда я найду Бланка.       - Что ж, это похоже на план, - кивнула Ян Лин, и не согласиться с ней у стражниц возможности не было…       Вилл была вымотана. Только сейчас, стоя у двери своего дома, она, наконец, ощутила эту жуткую усталость, которая навалилась на неё. Хотелось просто лечь и лежать, ничего не делая как минимум дня три. Но для этого надо было хотя бы добраться до своей комнаты.       Вилл открыла дверь – она была не заперта, значит, мама уже вернулась с работы. Что ж, это хорошо. Девушка вошла в коридор, закрывая дверь. Звякнула цепочка, щёлкнули замки.       - Вилл? Ты уже вернулась? – донёсся из гостиной голос матери.       - Да, мам, - сказала Вилл, погружаясь в атмосферу домашнего уюта. Как же ей сегодня этого не хватало! Разувшись и сняв куртку с рюкзаком, юная чародейка прошла в гостиную. Сьюзан, одетая в халат и тапочки, сидела на диване и смотрела телевизор. Шёл какой-то старый фильм с Марлоном Брандо. «Слава Богу – не новости», - подумала Вилл. От новостей сегодня её уже тошнило.       - Ну, как ваши сегодняшние посиделки? – спросила женщина, вставая и обнимая дочь. Та в ответ тоже обняла маму. И в этом простом жесте, полном любви и теплоты, она на миг забыла обо всех проблемах, которые сегодня свалились на неё и подруг как снег на голову.       - Всё в порядке, мам. Было… весело, - что ж, Вилл даже почти не соврала. А врать матери ей совершенно не хотелось.       - Как-то не информативно. Да и энтузиазма в голосе не слышу, - хитро сощурилась Сьюзан Вандом, оглядывая дочь придирчивым взором.       - Ну, мы же просто сидели в парке на пикнике. Что там рассказывать? Как мы ели заранее приготовленную еду, или дурачились? – несколько смущённо спросила Вилл.       - Ну, хорошо хоть вы поесть не забыли, - улыбнулась женщина.       - Кстати о еде – я бы не прочь подкрепиться.       - Овощное рагу и бекон в холодильнике.       - Отлично, пойду разогрею, - отстранилась от матери Вилл, направляясь на кухню.       - Приятного аппетита, - напутствовала Сьюзан, возвращаясь к просмотру фильма.       На кухне витали ароматы, будоражащие и без того звериный аппетит Вилл. Конечно, она сегодня ничего не ела – некогда было. Но для поддержания легенды она была вынуждена снова сказать маме неправду. Всё чаще и чаще Вилл задумывалась о том, имеет ли вообще смысл вся эта конспирация, по крайней мере, в отношении родителей? Ведь ей было почти физически больно каждый раз обманывать мать, когда дело касалось Меридиана. Она уже не раз думала о том, чтобы раскрыть свой секрет перед мамой. Вилл была уверена – та поймёт её. Но… Конечно, она советовалась с подругами. Конечно, девочкам и самим было неприятно лгать родителям. Но Ян Лин советовала пока держать всё в тайне. И весьма обстоятельно аргументировала эту позицию. Так, что контраргументы Вилл и Ирмы, больше прочих желавших освободиться от этой тайны, казались несущественными…       - Кстати, Вилл, ты сегодня новости слышала? – всё так же, громко говоря из гостиной, спросила Сьюзан.       - Слышала, - ответила Вилл, открывая холодильник. Рагу действительно было здесь – оставалось как раз на одну порцию.       - Я, честно, говоря, до сих пор поверить не могу, - призналась Сьюзан. Голос её звучал взволнованно. – Другой мир? Это звучит так фантастически неправдоподобно…       - Ну, не думаю, что президент России стал бы выступать в ООН с пустыми заявлениями, - ставя сковороду с беконом и рагу на плиту, отозвалась Вилл. Ей очень не хотелось сейчас говорить о политике, о Прохорове, о других мирах.       - Что верно, то верно. Но если всё – правда, то это прорыв почище полёта в космос. И русские опять были первыми. Даже немного обидно.       - Зато мы первые высадились на Луну, - парировала Вилл.       - Ага. А потом толпа народу по всему миру усомнилась в этом, доказывая, что все записи с Луны – голливудская постановка, снятая Кубриком, - усмехнулась Сьюзан. – Но, всё же, это действительно впечатляет. В голове не укладывается, как вообще такое возможно.       - Ты про съёмки лунных полётов Кубриком? – иронично спросила Вилл, переворачивая бекон, чтобы тот прогрелся с обеих сторон.       - Нет, про другие миры. Всё это звучит как научно-фантастический фильм. Даже немного пугает.       - Пугает?       - Да. Пугает, что мы можем встретить на той стороне. Что или кого. А вдруг это будут злые инопланетяне? - в этот момент Вилл тихо простонала – знала бы мама, насколько сейчас она была близка к истине!       - Ну, я думаю, что с этим есть кому разбираться, - сказала девушка, наслаждаясь ароматом жареного мяса и овощей, расходящегося от сковороды. Оставалось подождать совсем чуть-чуть.       - Хочется надеяться, - согласилась Сьюзан. И на время беседа прервалась.       Вилл, наконец, нагрела свой ужин, насыпала в тарелку, приступила к трапезе, с явным наслаждением поглощая простую, но очень вкусную еду.       - Боже, как вкусно! – не сдерживаясь, воскликнула она. – Спасибо, мам!       - Не говори с набитым ртом, - пожурила дочь Сьюзан. – Кстати, как там твои подруги? Они давно не заходили к нам в гости.       - Ну, всё в порядке. Представляешь – Ирма тоже записалась на плавание, так что теперь мы будем вместе ходить.       - Это здорово. Признаться, я всегда считала, что Ирме было бы полезно заняться каким-нибудь спортом. Уж с её-то энергией она бы многого могла добиться.       - Самое странное, что её энергия мгновенно улетучивается, если дело касается учёбы, - хихикнула Вилл, продолжая есть. – Хай Лин, наконец, признала, что пишет фантастический роман. Правда почитать так и не дала, хотя мы уже год подозревали её в писательском творчестве.       - Как же вам удалось её «расколоть»?       - Никак. Она сама сказала.       - Вот так просто? Ты же говорила, что она вроде как стесняется признаваться? А тут вдруг призналась?       - Ну, с ней всегда так – сначала ничего не понятно, а потом она огорошит очередной идеей. Чаще всего – безумно креативной.       - Интересно будет почитать, что у неё получится.       - О, я непременно попрошу у неё копию рукописи, - заверила Вилл, улыбаясь. Она представила себе, как будет подшучивать над Хай Лин по поводу писательской деятельности. Выглядело всё это действительно забавно.       - Тарани, Корнелия?       - А вот у них почти ничего не поменялось. Корнелия пыталась устроиться на курсы моделей, но что-то там не заладилось. Зато она взяла главный приз на соревнованиях штата по фигурному катанию.       - Ого! Впечатляет.       - Кстати, её сестра, наконец, перешла в среднюю школу.       - Ну, это не новость. Это – естественный ход вещей, - весёлым тоном отозвалась Сьюзан. – И я ещё раз повторяю – не говори с набитым ртом.       - Больше не буду, мам, - этот непринуждённый разговор с мамой был как раз тем, чего Вилл сегодня так не хватало. Обычный разговор о повседневных вещах, а не о том, от чего зависят судьбы мира. Такие разговоры всегда грели сердце юной чародейки.       - Так что Тарани?       - Ну, она всё ещё не помирилась с мамой. Но оборона грозной судьи Кук падёт под натиском её любящего мужа и сына, которые всецело поддерживают решение дочери не идти в юриспруденцию.       - А сама Тарани на кого хочет пойти учится после школы?       - Она как-то обмолвилась, что хотела бы стать учёным… Но специально я её не спрашивала.       - Учёным? С её талантом к знаниям это вполне возможно.       - Думаю, из неё бы получился выдающийся учёный. Может, она бы даже какое-нибудь открытие совершила.       - Что ж, похоже, у девочек всё относительно хорошо. Это радует.       - Меня тоже, - Вилл уже почти доела свой ужин – оставалось только приготовить чай. И тут был задан неожиданный вопрос:       - А как у тебя с этим юношей, Олсеном?       Вилл чуть не поперхнулась. Откашлялась со слезами на глазах. Мама ещё никогда не спрашивала её о таких вещах. Более того – юная волшебница виду не подавала перед матерью, что у неё есть некие взаимоотношения с неким Мэттом Олсеном. Как она узнала?       - Это совершенно секретная информация! – прохрипела Вилл в ответ, чем вызвала звонкий смех Сьюзан.       - Ладно-ладно, я не настаиваю. Но пригласи его как-нибудь в гости.       - Угу, - тихо пробурчала чародейка, густо краснея и радуясь, что мама сейчас её не видит. А ещё больше радуясь тому, что её сейчас не видит сам Олсен.       Между тем, чай уже был готов, и чародейка принялась за него вместе с десертом, которым сегодня выступали пончики. В этот раз девушка предпочла просто есть молча, чтобы – не дай Бог – не спровоцировать ещё какой-нибудь неудобный вопрос от мамы. Сама Сьюзан, похоже, прекрасно понимала, что поставила дочь в неловкое положение, а потому она просто смотрела фильм, не продолжая беседу.       Наконец, с едой было покончено, а посуда – вымыта.       - Мам, большое спасибо! – прокричала Вилл.       - Кушай на здоровье, - донеслось в ответ из гостиной.       - Я к себе.       - Хорошо. И наведи, наконец, в комнате порядок. Я серьёзно, Вилл – девушке твоего возраста не пристало разводить в своей комнате такой бардак.       - Ладно, - уже без особого энтузиазма выдавила из себя чародейка, поднимаясь на второй этаж по лестнице. Пройдя по недлинному коридору мимо ванны и кладовой, Вилл оказалась у двери в свою комнату, которая снаружи была украшена наклейками с лягушатами.       Дверь скрипнула, отворяясь, и Вилл оказалась в своём уютном «царстве». Если, конечно, можно считать уютной условную берлогу с раскиданными повсюду вещами. Футболки, майки, штаны – всё это было разбросано почти равномерно по кровати, столу, полу. В той же ситуации находилась её коллекция плюшевых лягушат, которые были буквально везде и торчали из каждого угла. А один носок каким-то образом оказался даже на люстре. Оценив «фронт работ», Вилл приуныла. И ведь это была её извечная проблема – она сама не замечала, как её комната превращалась в… это. Она даже пыталась следить за тем, чтобы вещи лежали на своих местах, но спустя неделю всё равно оказывалась в той же ситуации, что и сейчас – дикий хаос, о котором не уставала напоминать ей Сьюзан.       - Ну, почему-у-у-у? – тихо простонала Вилл, глядя на всё то, что ей предстояло убирать. Как же ей не хотелось сегодня больше ничего делать! Поэтому, здраво рассудив, что работа – не волк, девушка решила отложить уборку на завтра. Ведь зачем делать сегодня то, что можно отложить на завтра? Размышляя в такой философской манере, Вилл села на кровать. Она была не заправленной, измятой – как будто кто-то здесь только что спал. – Мда… Надо с этой привычкой что-то делать…, - мысль была разумной, но Вилл уже не раз пыталась бороться со своим домашним разгильдяйством. Только без толку. – Может Тарани что-нибудь посоветует? – с тенью надежды пробурчала она себе под нос, откидываясь на кровати на спину и глядя в потолок.       Ей просто хотелось полежать в тишине. Она дико устала и была истощена. В конце концов, сегодня она использовала магию так много, что это сказалось на её самочувствии. Она ведь еле доковыляла до дома, и чувствовала сейчас себя как выжатый лимон. Причём – выжатый дважды.       - А ведь завтра снова в Меридиан… И что я в таком состоянии там смогу сделать? – спросила Вилл. Вопрос был задан в пустоту, которая, естественно, не ответила. Хотя – как сказать. Стоило ей только задать вопрос, как зазвонил её телефон. Вилл подскочила на кровати от неожиданности, но, по счастью, телефон был в кармане штанов, а не в куртке, оставленной на вешалке в коридоре, так что за ним не пришлось идти. Сунув руку в карман, Вилл достала трезвонящее устройство, нажала кнопку приёма и поднесла к уху:       - Вилл, добрый вечер, - с той стороны раздался голос, который она всегда была рада услышать. Голос Мэтта Олсена!       - Мэтт, добрый вечер! – обрадовалась Вилл. Это действительно было удачное стечение обстоятельств. Пожалуй, разговора с Мэттом ей сегодня действительно очень не хватало.       - Как ты? Голос у тебя уставший, - спросил юноша.       - Я вымотана и истощена. Силы покинули меня, и я не уверена, что они вернуться в ближайшее время, - пожаловалась Вилл, немного приукрасив действительность, в надежде получить моральную поддержку.       - Неужели Элион вас так измотала? Вы что, вместо неё встречали просителей и беседовали с министрами? – парень явно пытался пошутить.       - Нет, всё гораздо хуже, - выдохнула Вилл. Ну, вот зачем он спросил? Ей не хотелось сейчас говорить о делах. Но, с другой стороны, Мэтт должен был знать.       - Что стряслось? – похоже, по тону Вилл Мэтт понял, что дело серьезное.       - На Меридиане очередной кризис. И мы с девочками оказались в этом замешаны. Опять.       - Кризис? Что именно случилось?       - Угадай с трёх попыток.       - Вилл, я серьёзно.       - Я тоже.       - Появился новый злобный колдун, претендующий на абсолютную власть?       - Нет, - устало ответила Вилл. – Осталось две попытки.       - Ладно. Пробудилось древнее зло, грозящее гибелью всему живому? Вы там боролись с Ктулху?       - Нет. Хотя эта версия мне нравится больше, чем то, что случилось на самом деле.        - Серьёзно?       - Не отвлекайся. У тебя осталась третья попытка.       - Что ж… Это связано с выступлением президента России?       - Боже, и ты про это? – простонала Вилл. Сегодня президента России в её жизни было просто неприлично много. Мало того, что она посмотрела его выступление в ООН по телевизору, так теперь ещё каждый норовил спросить её, что она по этому поводу думает! Надоело!       - Так что случилось, Вилл?       - Вторжение инопланетян. Можешь мне не верить, но это натуральное вторжение – с кораблями на орбите, десантными челноками, лучами смерти и тому подобным.       - Ты… серьёзно? – выдохнул Мэтт, едва веря услышанному.       - А я, по-твоему, говорю, как шутница?       - Нет, Вилл. Ты говоришь серьёзно. Но это же… В голове не укладывается!       - Согласна. Но от этого пришельцы не становятся менее реальными.       - Что сейчас происходит в Меридиане?       - Ну, пришельцы высадили десант в крупных городах. Учинили погром и бойню. Нам с девочками удалось оказать помощь в эвакуации столицы, пока Элион отвлекала врагов, связав их боем. Так же я знаю, что Тиаран и Академия подверглись атаке. Но Магнус – кстати, старик, всё же, создал новую Гильдию магов – сумел с остальными волшебниками спасти большую часть студентов и жителей города. Сейчас идёт эвакуация по всей планете в Заветный город.       - Это… звучит апокалиптически. Я сообщу Регентам – мы поможем.       - Чем? Выступите втроём против многомиллионной армии? Благородно, но безсмысленно. Тем более пришельцы, похоже, хорошо знакомы с магией и имеют от неё защиту.       - Даже так? Это плохо. В любом случае, Вилл – Регенты всегда готовы помочь.       - Я ценю это. Но сейчас мне нужно просто отдохнуть, не думая о делах насущных. Завтра с Калебом мы снова на Меридиан. Попробуем помочь хотя бы беженцам… Если бы только…       - Что?       - Ящеры похитили Сердце Меридиана, а это значит…       - Элион под угрозой. Возможно ли похитить её силу через этот камень?       - Я не знаю. Но сегодня мы все были слишком вымотаны, чтобы ещё раз отправляться в Меридиан, - выдохнула Вилл. Как бы ей хотелось, чтобы у них с Мэттом сейчас был обычный разговор парня и девушки, чтобы они говорили об обычных вещах – куда сходить вместе, например, или что-то ещё в том же духе. Но как только что-то случалось из ряда вон, их с Мэттом разговоры всегда начинали вертеться вокруг очередной беды и способов её решения.       - Ну, если я всё правильно понимаю, камень был просто тюрьмой для Нериссы. Элион забрала из него свою силу…, - задумчиво произнёс Олсен. – Но всё равно тревожно. Даже если через камень её силу и не забрать, то старушенция внутри…       - Не напоминай! – взмолилась Вилл. Конфронтация с бывшей стражницей осталась в воспоминаниях Вилл самым тёмным временем в жизни. Тогда она едва не потеряла Мэтта, а вся её жизнь вместе с жизнями подруг чуть не была разрушена в результате действий мстительной колдуньи. Пожалуй, даже столкновение с Сандро и отрядом Барретта было не столь травматичным для неё в психологическом плане, как то, что творила Нерисса. Вилл всем сердцем ненавидела эту сморщенную злую старуху. И сейчас, осознавая всю опасность, связанную с похищением пришельцами Сердца Меридиана, она не могла не тревожиться.       - Хорошо. Не буду, - с готовностью согласился юноша. Сам он вполне разделял чувства Вилл в отношении Нериссы. Та и вовсе едва не превратила его в вечного слугу, потерявшего самого себя. Только чудо и любовь к Вилл помогли Мэтту одолеть личность Шэгона, которую ведьма пробудила в нём своей тёмной магией. Но этот бой дался юноше отнюдь не легко. – В таком случае… что будем делать?       - Я буду спать, - твёрдо заявила Вилл. У неё уже глаза слипались. Она и по телефону-то говорила с трудом.       - О. Я насчёт завтра.       - Я…, - долгий зевок не позволил юной чародейке закончить фразу.       - Всё. Понял-понял! – на том конце прозвучал лёгкий смешок. – Ладно, Вилл. Спокойной ночи. Завтра созвонимся.       - Ага, - уже почти не слыша собеседника, отозвалась девушка. – До завтра, - и сон сморил её…       Это был настоящий «джек-пот»!       Открытие века, если не тысячелетия.       Впрочем, никакие слова и определения не могли передать всей грандиозности того, что открылось взорам Андрея Григорьевича Тимошенко, Льва Петровича Гумилёва, Пиотровского Михаила Борисовича и сотрудников «Особого отдела» под командованием Чеботарёва.       Когда открылась массивная бронированная дверь, они узрели нечто невероятное. Хранилище, какое и представить сложно. Изначально покрытое мраком, оно озарилось белым светом, как только отворилась дверь. Свет изливался с потолка – его давали матовые шары, точно такие же, какие можно было увидеть на многих фотографиях середины девятнадцатого века. Это был тёплый приятный свет, который изливался на безконечные ряды стеллажей, ящиков и контейнеров, простиравшиеся, казалось, на десятки километров во все стороны!       Высокие сводчатые потолки хранилища поддерживались могучими колоннами, а само хранилище… да здесь мог поместиться целый город!       - Ядрён-батон! – с чувством выдохнул кто-то из сотрудников «Отдела», узрев это невероятное зрелище. – Это же сколько здесь всего?       - Я полностью и категорически шокирован, - поддержав агента, молвил Гумилёв. Он думал, что был готов увидеть что угодно. Но он точно не был готов к таким масштабам.       - Я… Я… Просто не вериться, - шептал Пиотровский.       - Что ж, похоже, мы нашли то, что искали, - хлопнув в ладоши, чтобы привести всех в чувство, произнёс Тимошенко. Конечно, он сам был впечатлён увиденным. Но он умел контролировать свои эмоции куда лучше, чем его коллеги.       - И что нам со всем этим делать? – спросил у него Гумилёв.       - Как что? Исследовать. Дроны – впереди, мы – за ними. Обследуем ближайшие ящики и стеллажи, фиксируем, ставим маяки и вызываем группы изъятия. Потом - докладываем начальству.       - Маяки? – переспросил Пиотровский. Тимошенко ему не ответил – он уже шагал вслед за дронами, сканировавшими пространство на предмет различных ловушек и элементов системы безопасности.       Группа двинулась следом. Эхо их шагов разносилось далеко по хранилищу, которое казалось абсолютно пустым. И это больше всего нервировало Тимошенко. Ну не могло это хранилище не иметь охраны. Однако, если таковая и имелась, то пока не давала о себе знать.       Наконец, они оказались у первого стеллажа. Стеллажи здесь были мощными, способными выдерживать большой вес. И судя по размерам ящиков, которые покоились на полках – это было оправдано. Каждый ящик был минимум три метра в длину, и по метру в ширину и высоту.       - Вскрываем, - указал на самый большой из ящиков поблизости Тимошенко. Сотрудники «Отдела» быстро сгруппировались около шестиметрового деревянного «чудовища», которое в высоту доходило Чеботарёву чуть ли не до макушки. Они не стали его вытаскивать с полки – сразу в ход пошли небольшие ломики, которые нёс с собой в дипломате один из сотрудников. Доски поддавались с трудом, но, в конечном итоге усилия мужчин увенчались успехом – боковая часть ящика упала наземь, являя потрясённым взорам нечто совершенно невозможное – скелет шестиметрового человека!       - Матерь Божья! – не веря своим глазам, воскликнул Пиотровский. – Как же это? Что это…       - Это – именно то, что вы видите, - тихо произнёс Тимошенко. Даже его проняло это зрелище – не каждый день видишь доказательство того, что на планете жили самые настоящие великаны. – Скелет гиганта.       - Но это же… так не бывает, - у Михаила Борисовича не было сил сопротивляться Истине. Он не мог не верить своим глазам. Да, конечно, кости могли быть поддельными. Но здесь были сотни таких ящиков, если не тысячи. Неужели во всех них – такие кости? Неужели все они – подделки? Но зачем кому-то могло бы понадобиться что-то подобное подделывать, а потом просто складывать в секретное хранилище под Эрмитажем, о котором не знал даже он сам?       - Как видите – бывает. Думаю, непредвзятая экспертиза подтвердит подлинность останков, - сказал Тимошенко.       - Глядите! – подозвал остальных Чеботарёв, осматривая отпавшую боковую часть ящика. Приподнял её. – «Усть-Ленский заповедник». Похоже, эти кости нашли там.       - По крайней мере, эти кости ещё не уничтожены, как в США, - пристально изучая гигантский череп, который был размером едва ли не с него самого, произнёс Гумилёв. Его переполнял восторг – ещё никогда в жизни ему не доводилось видеть ничего подобного так близко. Конечно, за время работы в «Особом отделе», к которой Лев Петрович приступил пусть и недавно, он уже успел столкнутся с рядом таинственных и невозможных вещей. Но чтобы так! – Смитсоновский институт был куда более небрежен и намеренно уничтожал кости гигантов.       - Раньше я думал, что это – просто газетная утка, - произнёс Пиотровский, касаясь бедренной кости. Её холод и шероховатость не оставили у него ни малейших сомнений. – Я имею в виду Смитсоновский институт. Но теперь вижу – не всё, что кажется невозможным, на самом деле таковым является.       - Лучше поздно, чем никогда, - хмыкнул Гумилёв.       - Так, а вот это уже интересно, - с грохотом переворачивая боковую часть ящика, произнёс Чеботарёв.       - Российская Академия наук? – недоверчиво прищурившись, сказал Тимошенко, всматриваясь в логотип, изображённый на дереве. – Вот этого я точно не ожидал. Но с другой стороны – а кто же ещё?       - Что вы хотите этим сказать? – спросил Пиотровский.       - Что нам нужно осмотреть ещё больше здешних экспонатов прежде, чем делать окончательные выводы, - ответил Андрей Григорьевич, и группа принялась за основательный осмотр хранилища. И никто не обратил внимания, что грузовая платформа, на которой они спустились сюда, начала подниматься…       Мавзолей вновь содрогнулся от мощного взрыва.       - Чёрт! И когда они успокоятся? – чертыхнулся Васильев, наблюдая в одном из огромных окон, как два ящера внизу на площади перед зданием перезаряжают стационарную пушку, больше похожую на часть организма живого существа. Их пушка имела генератор защитного поля, поэтому турель над входом в мавзолей не могла причинить вред этим двоим – каждый раз лиловый луч наталкивался на невидимую преграду и с воем и треском разбивался об неё. Луч полосовал пространство с интервалом в полсекунды, и его противное визжание, слышное даже здесь, на высоте в сто с лишним метров, уже начинало раздражать… Остальные же ящеры предпочитали держаться на приличном расстоянии от здания – сейчас они продолжали обследовать лагерь землян.       Васильев находился в зале саркофага – огромном круглом помещении с большими – во всю стену – овальными окнами, идущими по кругу. Саркофаг, на первый взгляд, сделанный из мрамора или материала, очень на него похожего, находился в самом центре зала. Крышка саркофага – массивная плита, богато украшенная барельефами и странными символами - валялась на полу.       Сейчас Пётр Андреевич просто ждал. План, который он разработал, требовал времени на реализацию, но как раз на этапе этой реализации от самого Васильева ничего не зависело – он не был специалистом в области информационных технологий, а потому полагался на тех, кто в этом разбирался.       Ожидание нервировало – ящеры могли пробиться в здание в любой момент. Но пока они всё ещё безуспешно пытались поразить турель перед входом, которая так же была под защитой силового поля.       Гулкое эхо шагов разнеслось по залу. Васильев оглянулся – это был тот самый учёный, Румянцев, который предположил разумность системы безопасности мавзолея.       - Ну как там у вас? – поинтересовался Васильев.       - Как вы и предложили, мы начали скармливать системе большие объёмы данных, содержащие информацию о нашем языке, культуре, науке. О том, почему мы здесь, - ответил Румянцев.       - Есть результаты? – спросил Пётр Андреевич, помассировав глаза – он не спал уже больше суток.       - Хм… Ну это как посмотреть, - пожал плечами молодой учёный. – Ту большую дверь в коридоре мы открыть пока не можем. Контакт с системой односторонний… Однако системы активной защиты во многих коридорах на верхних этажах, куда мы раньше не могли проникнуть по понятным причинам, перестали каждый раз при появлении там людей вести себя агрессивно. Турели постоянно нацелены на нас, но огонь не открывают.       - Неужели? – Васильев изогнул бровь.       - Да, - тут здание вновь содрогнулось от взрыва, а на улице загрохотало, и перед зданием поднялась небольшая песчаная буря. Румянцев неловко взмахнул руками, но на ногах не удержался и повалился на пол. – Вот же сволочи! – процедил он сквозь зубы, потирая ушибленную часть организма. Затем поднялся. – Целый день работать мешают!       - Скажите спасибо, что они ещё не прорвались внутрь, - философски заметил Васильев, вновь глянув в окно – небольшая песчаная буря, поднятая выстрелом из пушки ящеров, постепенно затихала.       - Хорошо ещё они не нашли туннели, - кивнул Румянцев. – Кстати, когда была последняя связь с базой?       - Полчаса назад, - ответил Васильев. – Похоже, там нашим тоже приходиться несладко…       - А что? Неужели всё так плохо?       - Генераторы работают на пределе и могут выйти из строя в любой момент, подавители работают раз через раз – несколько групп пришельцев уже смогли телепортироваться под щиты... правда были тут же уничтожены, хотя без потерь не обошлось. А ведь пришельцы лишь усиливают натиск, - пожал плечами начальник экспедиции, давая понять, что он ожидает развития событий по худшему сценарию.       - Это плохо, - понурил голову Румянцев. – Почему на «Байконуре» не просят подкрепления с Земли?       - Не знаю, - рассеянно ответил Васильев. – Но я уверен – Крутов что-то задумал.       - Хорошо бы так, а то мы тут тоже долго не продержимся, если не сможем наладить контакт с системой безопасности.       - Тогда пойдёмте, - Васильев повернулся, и направился к выходу из зала. – Мы должны преуспеть.       - Да уж, - отмахнулся Румянцев, и пошёл следом…       В конференц-зале царила тишина. Девять человек, что сидели за столом, молчали. Каждый выглядел задумчиво и угрюмо. Впрочем, это было не мудрено – только что они просмотрели записи событий, развернувшихся в Колумбии, в Асьенда Наполи, принадлежавшем наркобарону Пабло Эскобару.       Они видели всё от начала и до конца – как к воротам имения подъехала чёрная машина, как из неё вышел человек в чёрном костюме. Как он, исчезнув из поля зрения камер – ибо двигался слишком быстро – один порвал в клочья голыми руками охрану ворот. Как машина двинулась дальше. Как уже два человека в чёрном устроили немыслимую бойню, уничтожив всех до единого бойцов картеля и вообще всех свидетелей. Даже сам Эскобар не смог спастись – самолёт с ним был сбит разрядом молнии на взлёте.       - Что ж…, - первым заговорил президент Прохоров, только что вернувшийся из США. – Теперь мы более-менее точно представляем себе возможности нашего врага. - Видя всё это и учитывая данные со спутников над Атлантикой во время нападения на вас, у меня возникают сомнения в том, что мы располагаем достаточными средствами для эффективного противодействия, - излил свой пессимизм на собравшихся Александр Георгиевич Павлов. – Вряд ли мы видели всё, что есть в загашнике у противника. Так что, думаю, следует умножить увиденное раз в десять.       - Звучит как-то совсем не обнадёживающе, Георгич, - молвил Крутов. Он сумел вырваться с «Байконура-2», который находился уже более суток под натиском инопланетных ящеров, специально, чтобы присутствовать на этом заседании. – У «Отдела» достаточно возможностей, чтобы и НЛО приземлить, и превратить в пыль гавриков вроде тех, которых мы видели на записи. Кроме того, Странник, насколько я помню, рассказывал, что уже сталкивался с такими существами в своём мире. Да – они владеют разрушительным внеземным оружием и некоторыми сверхъестественными силами, а их регенерация весьма усложняет борьбу с ними. Но способы есть. Звягинцев специально разрабатывал их ориентируясь на сведения Странника с расчётом на возможное столкновение с чем-то подобным.       - Лучше переоценить противника, чем недооценить, - коротко ответил Павлов.       - В свете новой информации и изменившейся мировой обстановки – каковы наши дальнейшие действия? – спросил Медведев. Он, и весь его отряд, так же были здесь.       - Необходимо пересмотреть наши планы, - согласился Прохоров. Он не намерен был оставлять без ответа попытку почти успешного покушения на себя. Организаторы должны были за это заплатить. – Сергей Иванович, известны ли нам хоть примерно личности тех, кто входит в руководство противоборствующей структуры?       - Это – крайне сложный вопрос, как вы знаете, товарищ президент, - помедлив, сказал Сергей Иванович. – Так называемое «Теневое правительство», как нам удалось выяснить – сетевая структура, не имеющая единого центра управления. Да, определённо у него есть руководители, но они, судя по косвенным данным, почти никогда не собираются все вместе, максимум – несколько человек, чтобы соблюсти некий квалитет ответственности, дабы решения такой группы были приняты остальными руководителями.       - Я говорю о личностях, а не о структуре как таковой. Нам известны конкретные имена?       - Исходя из данных, которые удалось вытащить из памяти Бенджамина Ротшильда до его смерти, я могу назвать – с большой оговоркой – только два имени. Генри Морган Младший и Дэвид Рокфеллер, тоже - младший.       - Что ж, это уже что-то, - кивнул Прохоров, сцепив пальцы в замок. – Дмитрий Алексеевич, - посмотрел он на Медведева. – Берите их в разработку. Наройте всё, что можно. Если убедитесь, что они – наши клиенты, начинайте разрабатывать операции по ликвидации.       - Ликвидации? – Павлов аж присвистнул. – Не припомню таких приказов аж со времён Союза.       - Обстоятельства, - пожал плечами Владимир Иванович. – Нельзя позволять врагам всего человечества чувствовать себя в безопасности. Они обнаглели от собственной безнаказанности и творят всё, что им вздумается. Пора показать им, что они так же уязвимы, как и все остальные. Учитывая их мировоззрение, намерения, а также тяжесть преступлений их предков и их собственных, вскрытых вами в ходе расследования исторической фальсификации, они являются наибольшей угрозой для всей цивилизации, а потому должны быть уничтожены. Но сначала надо посеять в их сердцах страх – они должны бояться всегда – когда заходят в машину, когда ложатся спать, даже в сортире они должны бояться за свои жизни.       - «Мочить в сортире»? – переспросил Медведев. Всем была памятна та фраза, сказанная Прохоровым ещё в двухтысячном году, которая касалась террористов на Кавказе. А также было памятно и то, как потом с террористами обходились – не осталось ни одного из них. Так что сейчас Дмитрий Алексеевич был всецело за такой вариант развития событий.       - Особенно – в сортире, - с нажимом произнёс президент. Он не стеснялся этой фразы, брошенной тогда в эмоциональном порыве. Не стеснялся и результатов, которые были достигнуты впоследствии. Сегодня же ситуация требовала от него куда более решительных действий. Решительных, но более осторожных. Террористов можно было просто задавить военной силой и спецслужбами. В случае с теми, против кого Прохоров и все собравшиеся в конференц-зале выступали сегодня, такой очевидный подход был чреват катастрофическими последствиями. – Но помните – конспирация превыше всего. Противник не должен выйти на вас.       - Мы помним, - кивнул Медведев. Как глава отряда, он взял всю переговорную часть на себя, оставляя подчинённым возможность только слушать и запоминать.       - Позволю заметить – даже если Морган и Ротшильд действительно входят в руководящий состав противоборствующей структуры, то их ликвидация мало что изменит в глобальном плане, - Павлов со своим пессимизмом был неумолим. – Быстро найдётся замена. Кроме того, враг станет осторожнее. А сам факт того, что сразу два видных деятеля погибнут пусть даже по разным причинам, наведёт их на мысли о ведущейся против них работе.       - Я думаю, что они уже и так знают о том, что под них «копают», - сказал Крутов. – Они же не идиоты, в конце концов. Сначала была ликвидация мелких сошек здесь, в России, затем – плавный перехват управления из рук их агентов влияния. После – ряд инцидентов по всему миру со смертями в результате несчастных случаев нескольких наиболее одиозных их пешек, вроде Сороса, Ющенко и других. Они уже наверняка поняли, что против них кто-то работает. И работает системно, начиная с малого и стремясь к большему. Вопрос лишь в том, догадываются ли они, кто именно бросил им вызов.       - Если американцы знали про нашу установку перемещения, то знают и про «Особый отдел», - хмуро произнёс президент. В данной ситуации он решил придерживаться того же принципа, которому всегда следовал новый глава «Особого отдела», Павлов – готовиться к худшему, рассчитывая на лучшее. По крайней мере, если худшее случиться, у них будет план действий на этот случай. – Значит, через них могут знать и наши враги. Это неприятно, но приходиться считаться с такой возможностью. Конечно, вряд ли они сразу сопоставят «Особый отдел» и те события, которые вы назвали. Но, как вы сказали, Сергей Иванович, наш враг – не идиот.       - Вот именно, - Павлов, похоже, даже изобразил нечто, напоминающее тень улыбки. Вероятно, он был доволен тем, что начальство и коллеги прекрасно понимали его позицию, и были готовы трезво смотреть на вещи. – Это подводит нас к нескольким вопросам, решение которых крайне необходимо. Первое – вопрос безопасности. Как только враг будет полностью уверен, кто именно начал на них «крошить батон», то нанесёт удар. И, возможно, покушение на вас, Владимир Иванович, уже было первой ласточкой этого вектора событий. Значит, нужны эффективные контрмеры, учитывающие всё, что мы теперь знаем о возможностях врага.       - Подозреваю, что второй вопрос связан с корректировкой стратегии и тактики в отношении «Теневого правительства», - молвил Медведев. – Полагаю, необходимо нанести удар по ключевым элементам их власти. Таковых три – контроль над информацией, контроль над финансами, контроль над источниками энергии. Всё остальное, включая возможность влияния на сознание больших масс людей – производные от этих «трёх китов».       - Глобально мыслите, Дмитрий Алексеевич, - кивнул Прохоров. До ареста бывшего главы «Особого отдела» Владимир Иванович не был знаком с ним лично. Но после, особенно – после побега, устроенного Медведеву американскими диверсантами, и его возвращения, у Прохорова была возможность пообщаться с этим человеком, который из благих побуждений и во имя будущего России преступал закон. Президент даже успел проникнуться к нему уважением, тем более учитывая его заслуги в том деле, которое теперь стало его собственным делом, и делом многих других людей. – Но будет не просто выбить даже один из этих инструментов из рук противника.       - На самом деле – нет. Я уже думал над этим, и проработал несколько предложений. Учитывая возможности «Особого отдела», они вполне осуществимы.       - Мне ты об этом не говорил, - посмотрел на Медведева Крутов.       - Ты не спрашивал.       - Так что вы предлагаете? – спросил Павлов.       - Перехват контроля над потоками информации в современных условиях осуществить маловероятно. Но уничтожить саму возможность такого контроля или сильно осложнить – вполне возможно, - начал излагать свои мысли Дмитрий Алексеевич. На самом деле это были лишь черновые наброски, над которыми ещё предстояло много работать, чтобы довести их до ума, но не высказать их он не мог. – Сегодня большая часть информационных потоков зависит от компьютерных систем, а потому логичный вариант – использование вируса, который положит всю сеть без возможности восстановления данных. Можно сработать и грубо, попросту уничтожив центры связи и хранения данных, но это чревато войной, так что подобный вариант можно рассматривать только через призму применения непрямого воздействия через террористические группы или ДРГ. Что, впрочем, так же не даёт никаких гарантий… Так что вирус, способный положить всю сеть – вариант намного лучше. Тем более, если он сможет копировать сам себя и распространяться.        - Всю сеть?! – тут уже не сдержался Первин. Ему и так молчание давалось с трудом – тоже хотелось высказаться по поводу всего, что он слышал тут, но последняя фраза командира буквально не оставила ему возможности сдержаться.       - А что вас так удивляет, Денис Сергеевич? – повернулся к нему Медведев.       - Предложение действительно… радикальное, - разделил удивление Первина Владимир Иванович. Он уже представил, какими могут быть последствия одного только этого шага, если его удастся осуществить. И это вызывало… тревогу. – Последствия могут быть катастрофическими для всего мира.       - Зараза проникла слишком глубоко, чтобы можно было избавиться от неё как-то иначе. Я прекрасно понимаю, что обрушение сети и современных систем связи может отбросить человечество на несколько десятилетий назад, вызовет большие трудности у авиации в момент самого обрушения, а затем – массу разного рода неудобств социального характера, учитывая, что многие службы по всему миру начали переводить свою работу в цифровое поле, а также оцифровывать свои архивы… Но тут мы одним выстрелом убиваем двух зайцев – заодно рухнет и вся банковская система, все виртуальные деньги просто исчезнут, а это удар уже по власти врага над финансами всей планеты. Главное, чтобы вирус мог проникнуть и в закрытые сети…       - Ладно, допустим. Что ещё вы предлагаете? – Прохоров слушал очень внимательно. Предложение Медведева подкупало масштабом, хотя им же и несколько тревожило – в таком деле было полно всяких неожиданных переменных, которые нельзя было учесть и предвидеть.       - Для нанесения удара по финансовой власти «Теневого правительства», как я уже сказал, можно использовать тот же компьютерный вирус. Второй вариант, гораздо более сложный и утопический – инициировать системный отказ от денег как таковых, от самой их идеи, в одной отдельно взятой стране. Но это требует полного пересмотра системы общественных отношений, изменения традиционного мировоззрения и проработки эффективной модели безденежной экономики, не нуждающейся в этом «эквиваленте стоимости» в принципе, и не работающей на его аналогах. Для этой цели необходимо привлечь серьёзные научные коллективы, а потом внедрить на практике то, что у них получиться. Впоследствии в случае успешной реализации нового типа общества, потребуется масштабная пропагандистская и дипломатическая работа для продвижения новой формы общественного устройства в мире. Предполагаю, что довести этот вариант до конца противник нам не позволит, как не позволил Кеннеди вырвать у них из рук власть над эмиссией денег в США. Можно попробовать на современной основе вернуть хотя бы у нас в стране экономику Сталина. Это не менее затратно. Есть и третий вариант – физическое уничтожение банковских хранилищ и серверов с архивами. Но по очевидным причинам я его не предлагаю. Его можно рассматривать только как крайнюю меру в военное время.       - Согласен, - кивнул Крутов. – Кроме того на второй вариант требуется слишком много времени и ресурсов на конечной стадии, а с третьим и так всё понятно. Так что вариант с вирусом уже кажется вполне рабочим. А что насчёт источников энергии?       - Безтопливные генераторы, - улыбнулся Медведев. – Те самые, появления которых так боится «Теневое правительство». Боится настолько, что готово отправлять чудовищ убивать любого, кто хотя бы рядом стоял с таким генератором, что все мы видели на примере нашей колумбийской операции. Такие генераторы дают человеку главное – автономию, свободу от необходимости платить за то, что должно быть безплатным. Они освобождают человечество от оков, позволяя развиваться производству, науке и технике грандиозными темпами. Достаточно тайно способствовать появлению таких генераторов в нескольких регионах мира в масштабах, не поддающихся контролю, и вся система рухнет – экономика падёт перед новой реальностью, всё, что ранее имело денежную стоимость, утратит её со временем, нынешние источники энергии – нефть, газ, уголь, даже так называемые возобновляемые источники вроде солнечной энергии и ветра – всё это станет попросту не нужно и никто не станет их покупать, если можно получать энергию безплатно буквально из воздуха…       - И мы опять возвращаемся к тому, что такой масштабный ход принесёт немало проблем всему миру, - заключил Прохоров. – Кроме того можно предположить, что враг не оставит без внимания столь наглое нарушение негласного запрета на свободную энергию. Они попытаются – если невозможно будет взять процесс под контроль – уничтожить всех, кто как-то с этим связан. Вполне вероятно, что, столкнувшись с угрозой своей власти, они перестанут прятаться и задействуют все свои ресурсы, включая технологии прошлого уклада. Этим, безусловно, они выдадут себя всему миру, но, если никто не сможет оказать им достойного сопротивления – они пойдут на такой шаг. Они попытаются силой принудить мир к повиновению, как уже делали это прежде во времена Тартарии. И с тех пор у них были сотни лет, чтобы собрать все нужные им образцы технологий, что даёт им неоспоримое преимущество над вооружёнными силами каждой страны на планете. Это, конечно, если они вообще будут рассматривать вариант открытых военных действий, а не используют, например, климатическое оружие, чтобы вызвать новый потоп или ещё какую-то катастрофу в нужных регионах, при этом сохраняя своё инкогнито.       - Справедливое замечание, - пожал плечами Медведев. – Тут мне крыть пока нечем.       - Тем не менее, ваши предложения весьма ценны своими масштабами, подходом и как основа для возможной стратегии, - произнёс президент.       - Служу России, - отозвался Дмитрий Алексеевич. Он наконец чувствовал себя чуть свободнее. На самом деле это чувство возникло у него намного раньше – во время первой встречи с президентом, когда тот пришёл поговорить с ним после возвращения с края вселенной, куда Дмитрий Алексеевич отправился вместе со Странником. Именно тогда, в том разговоре, Медведев понял, что президент полностью разделяет его цели, более того – он в курсе всей информации, которую Дмитрию Алексеевичу удалось найти, и он готов действовать. Именно тогда Медведев ощутил, как с его плеч упала часть груза, который он на себя взвалил очень давно – с развалом Союза. Теперь, наконец, его дело подхватили другие люди, на которых можно было положиться. Это… освобождало.       - Тем не менее, - в своей угрюмой манере молвил Павлов, - эти предложения не дают ответа на вопрос, как нам выявить и устранить руководящее звено противника. Так же нет ответа на вопрос о том, как нивелировать их научно-техническое превосходство…       - Оно носит скорее количественный, чем качественный характер, - качнул головой Крутов.       - В настоящее время количество – это решающий фактор. Наши корабли, пусть даже в проекте и будут превосходить условные НЛО-виманы, но всё ещё находятся в стадии строительства. А сколько виман в распоряжении противника и каковы их возможности? Один их корабль над Атлантикой изменил погоду в целом регионе мира. На что способны другие?       - Значит, надо лишить противника этого преимущества, - заключил Прохоров. – Раз мы не можем выставить на доску достаточно фигур, чтобы сравняться с врагом по численности, надо разом лишить его превосходства в численности каким-то другим способом. Например – смахнуть часть его фигур с доски. А ещё лучше – перевернуть доску и забить ею врага до смерти.       - Звучит, конечно, внушительно, но…       - У них есть тайные базы и места хранения древних технологий. По крайней мере, это следует из того, что нам известно. Необходимо уничтожить эти объекты.       - Чтобы их уничтожить, их сначала нужно найти, - парировал Павлов. Но не из вредности – такова была его манера вести беседу, в которой требовалось прийти к оптимальным решениям. Своими высказываниями он подталкивал собеседников продумывать каждое слово, каждую мысль. – К тому же, даже обнаружив такие объекты – их существование сомнений не вызывает – остаётся вопрос о способе нанесения удара, который будет зависеть не только от местоположения этих объектов, но и от того, какие последствия мы готовы принять. Если нанесём такой удар открыто, война неизбежна.       - Именно поэтому мы используем излюбленный метод наших врагов, и нанесём удар чужими руками, - произнёс Владимир Иванович. У него уже созрел план. Этот план ему не нравился – Прохоров не хотел уподобляться своим врагам. Однако те точно не ждали, что против них обернут их собственные методы, сыграют коварством и подлостью против коварства и подлости. Это могло дать эффект неожиданности.       - Но… кто мог бы это сделать? – Павлов не ожидал, что к нему прислушаются так легко, и потому выглядел удивлённым.       - Тот, кто точно располагает средствами для обнаружения нужных нам объектов, имеет достаточно сил для их уничтожения, и кто точно никак не связан ни с правительством России, ни с «Особым отделом», ни вообще с кем-либо в мире, - хищная улыбка появилась на устах президента России. И от её вида не по себе стало всем присутствующим – таким Прохорова ещё никто из них не видел. Порой они даже забывали, что президент – их коллега, в прошлом работавший в разведке. А бывших разведчиков, как известно, не бывает.       - Кажется, я понял, кого вы имеете в виду, - задумчиво проговорил Сергей Иванович. – Но не кажется ли вам, что это слишком жестоко и цинично – использовать их таким образом?       - Если они не готовы пролить ни капли крови за свою свободу – грош им цена, а свободу, добытую без борьбы, они не будут ценить, - парировал президент.       - О ком сейчас идёт речь? – уточнил Медведев.       - О мутантах, - ответствовал президент. – О людях, наделённых сверхъестественными силами, подпадающих под действие «Акта о регистрации», принятом в США. В зале воцарилась тишина. Потому, что это предложение президента многое меняло…       В Заветном Городе кипела жизнь – люди и иные существа всё ещё обустраивались на новом месте, и каждую минуту сквозь порталы прибывали всё новые группы беженцев. Сотни тысяч жителей поверхности уже нашли своё убежище в древнем граде, существовавшем под землёй с незапамятных времён. Но это было лишь каплей в море для мира, чьё население превышало полмиллиарда разумных.       Волшебники работали на износ, создавая и поддерживая порталы. Теперь не только члены Гильдии занимались эвакуацией, но все волшебники, которые спустились сюда, присоединились к благому делу, давая Магнусу и остальным возможность хоть немного отдохнуть. Здесь были и спасшиеся преподаватели Академии, и некоторые члены городского совета Тиарана, которые сумели избежать гибели, даже студенты и школяры – все вносили свой вклад.       С каждой минутой в Заветный город спускалось всё больше и больше новых жителей, спасавшихся от ужасов поверхности, творимых чудовищами, пришедшими со звёзд…       Извечную тьму разгоняли сотни и тысячи горящих факелов, закреплённых в специальных держателях на стенах. Только вот дыму от них было столько, что лучше уж было сидеть в темноте. Ситуацию несколько облегчали волшебные камни-светильники, но таковые были не везде, а потому части Заветного города, утопавшие во тьме, озарялись светом костров и факелов.       Люди были подавлены, многие – в отчаянии, другие же были спокойны, но никто кроме них самих не знал, скольких усилий стоит сохранение этого спокойствия. Всем им пришлось покинуть свои дома, все они знали, что захватчикам не было оказано сопротивление. Это угнетало. Очень редко здесь можно было услышать разговоры, а тем более смех.       - Что-то мне не нравится местная атмосфера, - полушёпотом произнесла Ирма. Они шли по одному из множества коридоров, рассматривая лица беженцев, становясь невольными свидетелями маленьких ссор, встреч, тихой радости, молитв… Как и обещал – Калеб нашёл Бланка, и с помощью его Зуба Тонга перенёс всех в Меридиан. Олсен тоже хотел пойти вместе с ними, но Вилл попросила его остаться и защищать Хитерфилд. У неё было плохое предчувствие относительно последствий выступления президента России в ООН. Как это могло быть связано с Хитерфилдом, девушка не знала, но решила перестраховаться. Мэтт решил её послушать.       - А чего ты хотела? Чтобы они веселились? – осведомилась Тарани – сейчас они проходили по импровизированному палаточному лагерю, устроенному в большом зале. Не всем беженцам удавалось занять кельи и комнаты. Не у всех были припасы, ведь многим приходилось покидать дом в спешке и налегке. Вокруг суетились люди и другие разумные, обустраивая свой скудный быт. На группу из пяти девушек и юноши с проводником никто не обратил внимания – все были заняты своими делами.       - Как думаете, где сейчас может быть Элион? – спросила у подруг Корнелия. Сегодня она не могла заснуть – ей снились кошмары о том, что могли сделать пришельцы с её подругой, используя Сердце Меридиана. Ей снилось, как Элион заточают в этот проклятый камень. Ей снилось, как ящеры используют знания, полученные при его изучении, чтобы похитить силу Элион или лишить её силы каким-то особо изощрённым способом. Ей снилось, как Нерисса вырывается на свободу и начинает мстить… Корнелия выглядела ужасно – мешки под глазами выдавали её усталость, а небрежность в причёске и макияже лишь довершали картину. Обычно блондинка не позволяла себе выглядеть так.       - У неё сейчас работы невпроворот, - отозвалась Хай Лин. В отличие от подруг юная китаянка была полна жизни и задора. Казалось, что решительно никакие невзгоды просто не способны поколебать её душевное равновесие. Иногда подруг это даже бесило. Но они молчали, понимая, что такова, образно выражаясь, «фишка» Хай Лин. – Вряд ли мы её быстро тут отыщем… Уж если сам Фобос искал базу повстанцев несколько лет, - она лукаво подмигнула Корнелии и Калебу.       - Он просто плохо искал, - тут же отозвался бывший мятежник.       - Бланк может помочь найти Элион. За скромный плата, - тут же напомнил о себе хитрый проводник, жадно потирая ладоши в предвкушении получения прибыли.       - Нет, Бланк. Я думаю, мы справимся сами, - заверила того Вилл с лёгкой улыбкой на устах. – Но спасибо за предложение.       - Предложение быть всё еще в силе, - не сдавался проводник, изображая самый честный и безкорыстный взгляд, на какой был способен. Это выглядело настолько забавно и умилительно одновременно, что стражницы, не сговариваясь, прыснули от смеха.       - Я ведь серьёзно…, - дожимал свою линию Бланк, прекрасно сознавая, что именно такой реакции от стражниц и добивался – сейчас они должны были размякнуть, дойти до нужной кондиции и выдать ему заказ на поиск Элион за «скромную плату».       - Ну, хорошо, Бланк, - первой не выдержала Тарани, уже дошедшая до «нужной кондиции». – Но плату получишь после того, как найдёшь Элион.       - Сделка заключена! – тут же с готовностью пожал ей руку проводник, и уже собирался пойти выполнять заказ, как…       - Я думаю, стоит вновь пойти к Арене, - задумчиво произнесла Вилл. – Может Элион там…       - Девочки? Калеб? Что вы здесь делаете? – раздался вдруг из тёмного коридора, который только что миновали стражницы, голос Элион. Подруги тут же обернулись. Бланк замер на полушаге, навострив уши.       - Вы ведь отправились домой, - продолжила Элион, подходя к девочкам из темноты, а коридор за ней озарялся волшебными кристаллами. Выглядела девушка очень уставшей. Впрочем, так оно и было. – И как ты оказался здесь, Калеб?       Но, прежде, чем Калеб, и кто-либо успел что-то ответить, Бланк гордо встал перед Элион, обернулся к стражницам, и, указывая на королеву, торжественно произнёс:       - Элион найдена! Теперь скромный проводник ждать свой скромный плата, - жадные загребущие руки Бланка сами собой начали потирать друг друга.       - Серьёзно? Но она же сама нашлась! – возмутилась Корнелия. – Что за вопиющая наглость!       - Наглость – второе счастье! – широко улыбаясь и всё ещё потирая руки, парировал проводник. – Скромный плата был обещан…       - Ладно, наглый и безпринципный проводник, - молвила Тарани, которая это и заварила. – Вот тебе мои часы в качестве платы, - наручные часы покинули её запястье и перекочевали к проводнику.       - Скромный плата получен. Проводник доволен. Сделка завершена, - предельно довольный собой, констатировал Бланк, тут же шустро скрываясь из виду.       - А-а-а… Собственно, как я понимаю, это было вчера, - начала Ирма, почесав в затылке и раздумывая, как сообщить неприятную новость о похищении Сердца Меридиана.       - Вчера? - недоверчиво переспросила Элион, вопросительно посмотрев на стражниц.       - Вчера, - заверила ту Тарани.       - Боже, я уже потеряла счёт времени, - измождённо выдохнула юная королева. – Но…, - она посмотрела на лица стражниц. Поглядела на Калеба. Она знала такое выражение лиц своих друзей. Такое выражение их лиц не означало ничего хорошего. - Что-то случилось? – посмотрела на Ирму Элион.       - Да, королева, - кивнул Калеб. – Мой отец не смог сберечь Сердце Меридиана. На него напали ящеры и отняли камень…, - юноша сжал кулаки так, что побелели костяшки. Эту потерю он ощущал, как пятно на чести своей семьи – ведь именно им было доверено хранить Сердце Меридиана. Им с отцом – и никому больше. Элион доверила им одну из самых ценных и опасных вещей в королевстве, а они не справились. И было не важно, что противник в лице ящеров намного превосходил все их с Джулианом возможности. От факта неудачи нельзя было отмахнуться оправданиями в том, что в сравнении с врагом они оказались слишком слабы.       - Как он? С ним всё хорошо? – взволнованно спросила Элион, очевидно, имея в виду Джулиана. Калеб ожидал, что она будет отчитывать его за провал. Но… неужели он позабыл, какова была Элион на самом деле? Неужели он позабыл её доброту и сострадание, из-за которых народ Меридиана так полюбил свою юную королеву? Как он мог быть так небрежен? Но на душе сразу стало спокойнее.       - Отец сейчас на Земле, в больнице, - ответил Калеб. – Если бы не Бланк с его Зубом Тонга…       - Ну, хоть что-то хорошее… относительно хорошее, - горько усмехнулась королева. - Жаль, что вы не пришли на пять минут раньше – Магнус и остальные члены Гильдии только что отбыли, а они тоже должны знать о произошедшем.       - А куда они отбыли? – спросила Вилл.       - На базу землян, - ответила Элион, магией подзывая себе стул и усаживаясь на него с нескрываемым облегчением. Она чувствовала себя паршиво. Все силы, которые у неё ещё оставались, девушка тратила на то, чтобы не свалиться от усталости прямо на ходу. – Они собираются договориться с Крутовым, чтобы провести там ритуал воссоздания Орамеров.       - Кхм… Не думаю, что нам удастся сообщить им новость в ближайшее время, - констатировала Тарани. – Но ты удивительно спокойно восприняла новость о похищении Сердца Меридиана.       - А что толку от волнений? – устало спросила Элион. – Камень – пустышка. Что бы с ним ни сделали пришельцы, они максимум смогут освободить Нериссу. Не приятно, но на фоне вторжения – не существенно.       - Я не согласна, - качнула головой мулатка. – Мы все прекрасно знаем, на что способна эта ведьма…       - Дорогая Тарани, ты исходишь из того, что она сможет как-то улизнуть с корабля пришельцев, способных вертеть магией как им заблагорассудиться, что она сможет ускользнуть от их армий и боевых механизмов. Мне кажется, ты её переоцениваешь, - молвила Элион. – Возможно, в руках инопланетян её ждёт участь куда ужаснее той, что она уже испытала, будучи заточённой в тюрьме своих иллюзий.       - Возможно. А, возможно, она найдёт со своими пленителями общий язык.       - А вот это… Я об этом не подумала, - честно призналась Элион, призадумавшись. – Тогда это и впрямь будет проблемой…, - она хотела сказать что-то ещё, но пошатнулась на стуле и едва не свалилась с него на пол от усталости.       - Так! Хватит! – категорично вмешалась в происходящее Хай Лин, встав между Элион и Тарани. – Элион, тебе надо отдохнуть.       - Но я…       - Это не обсуждается! Живо в постель! А мы поможем там, где это нужно.       - Да, - согласилась Элион, ощутив облегчение – как же было замечательно, что у неё такие подруги, на которых она всегда может положиться. – Сейчас нам нужна любая помощь.       - Тогда говори, что нужно делать, - бодро потребовала Ирма.       Мощная зелёная вспышка осветила зал перемещений – маги из Гильдии прибыли на базу землян. Зал, куда они переместились, больше походил на небольшой ангар – сводчатый металлический потолок возвышался на двадцатиметровой высоте. Оно, в принципе, и понятно – в центре зала были установлены три переместителя – огромные кольца сложной конструкции, к которым были подведены большие чёрные кабели. Два переместителя – грузовые – имели диаметр десять метров, а ещё один, пассажирский, был меньше в два раза. Сейчас зал был почти пуст – только у стен громоздились железные ящики, да в другом его конце стоял армейский джип. Американский. «Хаммер». Что он здесь делал, не понимал никто на этой базе – его зачем-то прислали с Земли месяц назад, но ни разу не использовали. К тому же он был американский!       - Мы прибыли верно? – осведомился Доран, оглядываясь по сторонам. Он впервые видел военную базу в принципе, а уж базу землян – подавно. К тому же его родной мир был гораздо менее развит в плане науки и техники, так что юного алхимика тотчас заинтересовали как джип, так и кольца межпространственных установок, которые он с интересом принялся рассматривать. С почтительного расстояния. Остальные маги, кроме Фобоса, не имевшие раньше представления о Земле и технологиях её жителей, также рассматривали зал и кольца переместителей, следуя примеру алхимика.       - Да, мы на месте, - кивнул Магнус, оглядываясь по сторонам. Он немного промахнулся с перемещением. Это было вызвано странными помехами, которые постоянно мешали ему настроиться на точку выхода точнее. Судя по всему, земляне как-то пытались помешать перемещениям на их базу. Но эти помехи, на взгляд архимага, больше должны были воздействовать на телепортацию, а не портальные перемещения. Похоже, пришельцы сюда тоже решили наведаться…       - Ты же сказал, что договорился с администрацией базы, что нас встретят, - с сомнением проговорил Фобос. В его тоне так же слышалось и недовольство, граничащее с разочарованием. Впрочем, бывший князь вряд ли рассчитывал на королевский приём. Тем не менее, он бы слукавил, если бы сказал, что отказался бы от проявления в свой адрес хотя бы элементарной вежливости       - Не судите его строго, - раздался у входа в зал хриплый голос, разнёсшийся эхом. – Сейчас у нас не самое лёгкое положение.       Маги обернулись – к ним подходил высокий худощавый человек уставшего вида с осунувшимся лицом. Одет он был в белый халат, изрядно уже поистрепавшийся. Николай Звягинцев.       - Вы плохо выглядите, Николай, - встревожено произнёс Магнус.       - Посмотрел бы я, как выглядели бы вы, будь вы на моём месте, архимаг, - произнёс Звягинцев, издав нервный смешок. – А впрочем… судя по вашему виду, Магнус, вы уже на моём месте.       - Кто вы? – осведомился Фрейнар, воззрившись на учёного. Внешность этого молодого мужчины боевого мага не впечатлила. Он рассчитывал на… более представительную «встречающую делегацию».       - Прошу прощения, я не представился. Меня зовут Николай Звягинцев. Я руковожу этой базой. А вы, должно быть, маги новой Гильдии?       - Да, - кивнула Оракул. – Магнус сказал вам, зачем мы здесь?       - Сказал. Но с того момента ситуация изменилась не в лучшую сторону, - ответил учёный. – Пойдёмте.       - Что у вас тут происходит? – спросила Элеонора, оглядываясь по сторонам, когда они вышли из зала в город. На самом деле город был не большим – несколько сотен строений – склады, ангары, даже пара фабрик. Впрочем, был здесь и десяток высотных жилых зданий. Строительство базы всё ещё продолжалось – там и тут можно было увидеть строительную технику, а башенные краны стрелами возносились в небо с разных сторон. Однако сейчас всё строительство было прекращено – город пребывал на осадном положении, накрытый куполом мерцающей энергии. Зато по улицам колесила военная техника – танки, бронетранспортёры, САУ – всё это, безусловно, вызывало живейший интерес у гостей из мира меча и магии, ни разу в жизни не встречавших ничего подобного. Так же им встречались укреплённые боевые позиции, которые готовили к обороне солдаты гарнизона – все они были облачены в разные модели силовой брони, и вызывали у волшебников странное впечатление.       - Никогда не видел таких доспехов… Не говоря уже о механизмах, - тихо произнёс Фрейнар. Даже не будучи знаком с военными технологиями, он сразу определил, что видит именно их. Впрочем, это было очевидно, учитывая, в каком положении находился город землян – достаточно было просто посмотреть наверх, чтобы через полупрозрачный купол барьера увидеть корабли чужаков, обстреливающие силовой щит.       - Многократно увеличивает физическую силу и выживаемость солдат на поле боя, - пояснил Звягинцев, продолжая вести гостей за собой. Честно говоря, он бы лучше продолжил руководить подготовкой обороны базы вместо Крутова, который временно отбыл на Землю. Но встреча с магами, представляющими новую организацию, созданную на замену Совету Кандрокара так же имела значение. Впрочем, пока у Николая Владимировича были некоторые сомнения в том, насколько эта Гильдия будет эффективнее Совета – в конце концов, Совет насчитывал несколько сот членов, включая выдающихся волшебников, а про людей, которых он сейчас вёл за собой, Звягинцев ничего не знал. За исключением Магнуса и Фобоса. - Похоже, ящеры твёрдо решили пробиться сквозь наши защитные экраны. Сергей Иванович сейчас на Земле, но вскоре должен вернуться, чтобы руководить действиями гарнизона. Наши подавители и постановщики эфирных помех уже не справляются. Полчаса назад группе пришельцев удалось телепортироваться в город… К счастью, их быстро уничтожили, но это уже третий случай за день, и мы несём потери. Кроме того, нам не хватает энергии, хотя генераторы рассчитаны так, чтобы выдержать даже массированную ядерную бомбардировку, полноценно ввести в строй эфирные технологии мы ещё не успели…       - Хватит ли вам энергии, чтобы оградить нас от внешнего мира на время ритуала? – спросил Аноар, с интересом рассматривая промчавшийся мимо танк. Некоторые термины, сказанные этим молодым человеком, ему понятны не были, но основной смысл был ясен.       - Пока ещё хватит, - кивнул Звягинцев. – Но вам надо начинать немедленно. Не известно, что придумают наши незваные гости в ближайшее время. Я почти уверен, что они уже ищут научный метод обойти нашу защиту.       - Где мы можем провести ритуал? – осведомился Тибор. Он предпочёл не отвлекаться на окружение, а сконцентрироваться на цели. Сейчас его больше волновал успех предприятия, которое могло дать Меридиану и Земле преимущество в виде полностью вернувших былую силу стражниц. Стражниц, уже прошедших ускоренный курс обучения в Академии, а потому ставших намного сильнее. Такой козырь мог сыграть определённую роль в текущих условиях.       - У нас есть специальное экранированное помещение для экспериментов с различными видами энергии. Я думаю, что оно как раз подойдёт, - ответил учёный. – Вы действительно уверены, что сможете вернуть стражницам их силу? – оглянулся на волшебников Николай Владимирович. Он не разделял уверенности Магнуса в том, что этот шаг в нынешней ситуации может что-то изменить. Но по договору, заключённому между Академией Тиарана и «Особым отделом», взаимопомощь была одним из пунктов.       - Можно будет после этого осмотреть ваш город? – полюбопытствовал Доран – его глаза азартно горели. Он был исследователем, и как любой исследователь, всегда интересовался новым. А сейчас его буквально захватили технические чудеса, которые он видел вокруг. С помощью особой алхимический техники – небольшие змейки разрядов иногда потрескивали вокруг него – он уже успел понять, что многие материалы, из которых земляне строили свои здания и создавали механизмы, ему не встречались ни разу, и он горел желанием исследовать их, познав их структуру и свойства.       - Не исключено, - задумчиво ответил Звягинцев. – Через час сюда прибудет международная делегация. Если вы успеете завершить ритуал к тому времени – сможете к ней присоединиться. Если, конечно, незваные гости не преподнесут какой-нибудь сюрприз.       - Значит, ваш президент уже выступил с заявлением, - подал голос Морион.       - Да… Как это всё не вовремя! – устало проговорил Звягинцев. – Честно говоря, лучше бы он воздержался от этого шага. Но сделанного не воротишь, да и политическую выгоду я понимаю…       - Как вы оцениваете возможные последствия этого шага? – спросила Люба.       - Плохо оцениваю. Теперь здесь будут шляться посторонние люди с неясными целями… Хотя допуск к установке и будет выдаваться нашей комиссией.       - Что ж… Я разделяю вашу тревогу, - усмехнулся Морион – похоже, он был доволен тем, что, по крайней мере, этот землянин был лучше, чем он думал.       - Ну, вот мы и пришли, - сказал Звягинцев – группа стояла возле высокого куполообразного здания. – Прошу всех внутрь…       Они спускались в полном молчании. Спокойные, экипированные по последнему слову военной науки и техники. Даже сверх того. Холодные и безэмоциональные словно роботы, они должны были выполнить поставленную перед ними задачу. На охраняемый секретный объект проникли нарушители. Их нужно было ликвидировать. Всё просто и чётко.       За исключением одного.       На подобные объекты ещё никогда не проникали нарушители. И уже одно это делало ситуацию из ряда вон выходящей. Впрочем, им, как обычным ликвидаторам, незачем было задумываться над вопросами о том, как это произошло, кто мог проникнуть на объект и тому подобное. Их задачей было просто направлять оружие туда, куда им скажут, и стрелять.       Их было двенадцать на грузовой платформе, быстро спускавшейся вниз. Каждый из них прекрасно знал место, где будет происходить ликвидация. Каждый из них имел возможность изучить его планы и чертежи, увидеть показания систем наблюдения, которые даже сейчас передавались на тактические визоры внутри их шлемов, полностью скрывавших головы. Да и сами они в своей броне выглядели не то как футуристические роботы, не то как рыцари из далёкого будущего. По крайней мере, что-то в дизайне и компоновке их брони напоминало о славной эпохе рыцарства.       Они уже знали, где находятся нарушители. Знали состав их группы и уровень их подготовки к оказанию сопротивления. Низкий уровень. Это не должно было занять много времени.       Они не общались друг с другом – всё, что им нужно, включая приказы, поступало в текстовом виде на тактические визоры шлемов. Каждый уже знал свою цель. Каждый был готов действовать. Проверять оружие и амуницию не было нужды – всё было проверено и подогнано заранее. Оставалось только воспользоваться и вернуться к месту дислокации.       Платформа замерла и двенадцать стремительных теней скользнули с неё в сторону огромной открытой двери хранилища, где содержались самые невероятные свидетельства фантастического прошлого Земли, о котором позволено было знать лишь немногим избранным.       «Призраки» неслышными тенями устремились в зал хранилища, рассредоточиваясь так, чтобы каждому выйти на свою цель. Всё должно было занять несколько секунд.       Но…       Юркие дроны шарообразной формы пронеслись над каждым, оповещая нарушителей о присутствии угрозы, и ситуация начала развиваться не по плану. Кто-то прокричал:       - У нас гости! – и нарушители устремились группами в разные стороны, даже не пытаясь оказать сопротивление. Они действовали быстро и слаженно, по чётко отработанной схеме, которая пока не была ясна.       Поняв, что были обнаружены, ликвидаторы открыли огонь сразу, не выходя на цель, а стремясь поразить её с текущей позиции. Тихие хлопки выстрелов, чей грохот скрадывался глушителями, наполнили воздух. Несколько нарушителей были ранены, застигнутые врасплох, но не убиты, что уже было необычно. Но в первые секунды ликвидаторы не обратили на это внимания – такое могло случаться, пусть и редко.       Началось преследование.       Нарушители начали огрызаться – громкие пистолетные выстрелы разнеслись по хранилищу, а тяжёлые крупнокалиберные пули оказались неприятным сюрпризом для ликвидаторов, вынуждая их искать укрытие. Но здесь можно было укрыться только за стеллажами с экспонатами, которые легко пробивались оружием противника. Щепки и осколки летели в стороны.       Но ликвидаторы не просто так были облачены в броню с ног до головы. Ответный огонь нарушителей не мог им навредить – только нанести удар, заставить пошатнуться. Не более.       Ликвидаторы вновь начали наступать, поливая метким огнём группы отступавших. Один упал, схватившись на ногу. Второго скосила очередь, и его потащили товарищи…       У нарушителей не было шанса…       До тех пор, пока рядом с каждой из загнанных, казалось бы, в угол групп не появилось то, чего никто из ликвидаторов и их кураторов, державших связь по защищённой секретной линии, ожидать никак не мог. Порталы! Настоящие порталы разверзлись в воздухе рядом с группами нарушителей, формируемые над небольшими устройствами, стоящими на полу, похожими на хитрые антенны!       Жёлтые кромки энергии распахнули двери в иные пространства, куда тотчас устремились нарушители, утаскивая с собой раненных и убитых!       Секундное замешательство ликвидаторов. А затем – приказ текстом. Следовать за ними в порталы. Захватить устройства. Ликвидировать всех на той стороне…       Ликвидаторы устремились следом за отступающими, поливая огнём их спины… Но выполнить приказы уже не могли – из порталов им навстречу шагнули бойцы, так же закованные в броню. В броню, которая по сравнению с бронёй ликвидаторов выглядела как настоящие ходячие танки!       Ответный залп этих бойцов оказался опустошительным.       Потоки зелёной энергии, извергнутые их оружием, буквально распылили половину отряда ликвидаторов сразу. А заодно – часть стеллажей с артефактами, часть стен за ними и выгрызли туннели в породе.       Нужно было менять тактику действий. Новый приказ – перейти на спецсредства. Уничтожить боевые единицы противника любой ценой.       Оставшиеся шесть ликвидаторов не раздумывая отбросили обычное оружие и сняли со спин резервное, взятое как раз на такой непредвиденный случай. Внешним видом оно напоминало старинные мушкеты и ружья с рядом необычных деталей и шарообразными утолщениями на рукоятях. Ответ ликвидаторов был не менее страшен и разрушителен – их одновременный залп выплюнул тороидальные сгустки энергии, устремившиеся к врагу, разнося чудовищными взрывами всё, чего касалась эта энергия!       Спустя секунду сотня квадратных метров зала превратилась в настоящий кратер, где изломанные, перекрученные, разбитые, лежали остатки стеллажей, артефактов и пола с потолком. Клубилась пыль, медленно оседая после разрушений, вызванных ликвидаторами.       Противника не было видно. Порталов – тоже. Вероятно, взрыв повредил устройства, позволявшие их создавать. Тактические визоры шлемов ликвидаторов сканировали территорию, не находя противника. Либо они были уничтожены, либо их броня позволяла скрываться от такого сканирования.       Несколько секунд затишья сменились новой атакой врага – разрывая плотное пылевое облако зелёные лучи метнулись к ликвидаторам, заставляя их проявлять удивительное акробатическое мастерство и реакцию – двигаться так не мог ни один человек. Они ушли с линии атаки, уклоняясь, перекатываясь, делая невозможные пируэты. И это всё – в броне, которая, казалось, не могла обеспечивать такую свободу движений!       Лучи прошли мимо, полосуя пол и стены оплавленными бороздами, и тотчас в сторону, из которой они били, устремились новые энергетические тороиды, разнося в клочья всё, чего касались. От мощи этого взрыва треснуло несколько ближайших колонн.       Враг не сдавался, решив ответить той же монетой. Зелёные шары энергии с трёх сторон метнулись к ликвидаторам, те, поняв задумку противника, бросились врассыпную… Но что они могли знать об истинной мощи оружия, которым владели их враги?       Вспышка зелёной всесокрушающей энергии озарила хранилище. Она была такой мощной, что слепила, становясь ярче света солнца. Она выжигала. Она плавила. Она распыляла на атомы. Площадь поражения была огромна – не в пример больше, чем могли добиться ликвидаторы.       У них не было шансов избежать этого удара. И они его не избежали…       Когда свет погас, а атомная пыль и взвесь осела, стал ясен ужасающий масштаб разрушений, которые эта скоротечная схватка причинила хранилищу – более квадратного километра у входа. Всё на этой площади было уничтожено, превращено в пыль. Всё, кроме ликвидаторов, которые ещё цеплялись за жизнь. Искалеченные, обугленные, истекающие кровью, в оплавленной искрящей броне, вокруг которой моргали защитные экраны, не справившиеся с нагрузкой.       Тяжёлые гулкие шаги возвестили о приближении противника. Спустя миг они показались – шесть фигур в могучей силовой броне. Они тоже были потрёпаны. Местами их броня получила серьёзные повреждения, но все они ещё были в строю.       Поступил приказ – самоликвидация. Но его не успели выполнить – зелёная энергия устремилась к поверженным ликвидаторам, обрывая их жизни…       - Что ж, коллеги, я должен официально заявить – нам дали по яйцам. И хоть кого-то может покоробить от такого определения, но никак иначе случившееся назвать нельзя, - Генри Морган младший отпил из бокала, возлежа в шезлонге у обширного бассейна. На противоположной стороне рукотворного водоёма, чуть слева у пальм, в лучах тропического солнца высился особняк в три этажа, выстроенный в современном стиле и представлявший собой не особенно изысканное внешне здание. Вся роскошь пряталась внутри. Впрочем – не только роскошь, но и грязные секреты владельца, которым являлся видный финансист Джеффри Эпштейн.        - Хоть мне и претит подобная формулировка, но вы, безусловно, правы, - согласился с собеседником Дэвид Рокфеллер младший. Все они были сегодня здесь, что удивительно – почти в том же составе, как и в прошлый раз, в Риме. Но лишь немногие предпочли классический отдых у бассейна с бокалом вина. Почти все они прибыл на этот остров ради запретных развлечений, которые предлагал богатейшим людям мира его хозяин. Мало кто из обычных гостей острова, которые обычно здесь бывали – знаменитости, богачи, политики - знал, что и у владельца острова есть хозяева. И сегодня эти хозяева были здесь, а потому кроме них, охраны, самого Эпштейна и несовершеннолетних, которых развращённые богатые выродки использовали для своих утех, здесь никого не было. Никого из них не волновало, откуда и как здесь появлялись несовершеннолетние. Как не волновала и их дальнейшая судьба. Но все знали – остров не покидал никто, кроме его гостей. Но какое дело было тем, кто мнил себя правителями мира, до судеб детей, которые они ломали собственными руками…       - О чём речь? – осведомился не молодой уже мужчина с проседью на висках. Лицо его имело аристократический римский профиль, а торс был вполне атлетическим. Здесь, на острове в тропическом поясе, гости Эпштейна предпочти не стеснять себя дорогими костюмами, а подставить тела солнцу и свежему воздуху.       - Ян, вы ещё не знаете? – сонно переспросил Натаниэль Ротшильд. Как и все, он возлежал в шезлонге, время от времени отпивая сок из стакана. Он предпочёл сегодня обойтись без алкоголя. А обратился он к Яну Эдварду Варбургу, нынешнему главе клана Варбургов, владеющему контрольными пакетами акций ряда немецких банков, а также – добывающих компаний в Латинской Америке.       - О чём?       - Удивительная неосведомлённость, - в отличие от коллег по «цеху» граф Давиньон был при полном параде, не опустившись до демонстрации своего тела. Покачиваясь в кресле-качалке, он курил сигару. – Разве вы не слышали последние новости? Попытка устранить президента России провалилась. В Колумбии было зафиксировано появление очередного эфирного устройства, но группа из двух исполнителей, отправившаяся ликвидировать виновных, хотя и преуспела в достижении цели, сама так же была ликвидирована. И, наконец, в главное хранилище под Эрмитажем в Санкт-Петербурге проникла группа нарушителей. Не известно, кто это был, но они располагали средствами, которые позволили успешно уйти от ликвидаторов через – представьте себе – порталы, и выслать им навстречу бойцов, оснащение которых позволило им не только устранить весь отряд ликвидации, но и пережить затопление хранилища, которое было инициировано согласно протоколам безопасности. Насколько я понимаю, сейчас неизвестные уже полностью отрезали хранилище от наших систем контроля, и продолжают там работать.       - Порталы…, - выдохнул Морган. – Звучит как издёвка, учитывая то, что заявил этот выскочка Прохоров во время своего «эпохального» выступления в ООН, - для него и всех остальных членов «Комитета» выступление Прохорова на заседании Генассамблеи ООН стало неприятным сюрпризом, ведь предполагалось, что боевая вимана перехватит самолёт президента России над Атлантикой и погубит искусственным штормом, чтобы ни у кого не возникло никаких подозрений. Вместо этого они получили не только живого Прохорова, но Прохорова, за полчаса изменившего мир! Причём – в крайне неудобную для «Комитета» сторону. Теперь ряд технологий, которыми обладал «Комитет» после крушения прошлого уклада, будут неизбежно изобретены заново, уплывая из-под контроля, и повлиять на это, не выдав себя и не начав войну, не получиться.       - Зато благодаря его выступлению мы точно знаем, кто проник в хранилище, - заключил Ротшильд. – Русские из «Особого отдела» ФСБ. Полагаю, и ликвидация Прохорова сорвалась по их же вине. Возможно, в Колумбии действовали они же – пусть никаких доказательств и нет, но этот случай укладывается в систему воздействия на нас. А это значит, что мы серьёзно недооценили исходящую от этой структуры угрозу, и пора переходить к решительным действиям.       - О чём держите речь? – как-то незаметно со стороны особняка подошёл ещё один человек. Тот, кого вряд ли любой нормальный человек мог ожидать увидеть в подобном месте. Папа Римский. Только одет он был не в религиозные одеяния, а во вполне обычный деловой костюм.       - Что, вы уже закончили? – глянул на него поверх солнечных очков Морган.       - Я предпочту пропустить этот вопрос мимо ушей, - отозвался пожилой понтифик. – Так о чём речь?       - О наших злоключениях последних дней.       - И что? Вы уже пришли к каким-то решениям?       - Размышляем. На повестке дня – Россия и «Особый отдел» ФСБ, которые, похоже, стоят за недавними нашими провалами и акциями против нас, - сказал Натаниэль Ротшильд. – Учитывая то, что удалось узнать от Кассандры Дениелс, пока она была у нас в руках, сомнений в том, кто начал нам активно противодействовать, нет.       - Кстати – как ей удалось сбежать?       - Мистер Шоу утверждает, что в этом замешаны мятежные мутанты-паранормы. По крайней мере, к такому выводу пришёл научный руководитель базы, где это случилось.       - Опять эти богомерзкие чудовища, - в сердцах понтифик ударил кулаком по столу с напитками и фруктами. Его лицо исказила гримаса ненависти.       - Полно вам, Папа. В конце концов, в их отношении всё идёт согласно плану, - примирительно молвил Морган.       - Да, пожалуй, только это и примиряет меня с существованием этих дьявольских отродий на Земле, - устало произнёс Бенедикт шестнадцатый, садясь в ещё одно кресло-качалку.       - Итак, нам следует решить, что предпринять в отношении России и тем более – «Особого отдела». Такую дерзость нельзя оставлять безнаказанной, - заявил Рокфеллер младший.       - Ну, тут всё сравнительно просто – вскоре на объект «Отдела», где по заявлению Прохорова, находится установка межпространственных перемещений, должна отправиться международная комиссия. Наши агенты войдут в состав комиссии, - ответил Натаниэль Ротшильд. – И когда они соберут все нужные нам данные, мы сможем нанести такой удар, от которого русские уже никогда не оправятся… Что до Прохорова и России в целом – тут есть варианты. Военный, террористический, экономический. Я думаю, мы используем все.       - Предлагаете, наконец, осуществить проект «Анти-Россия»? – граф Давиньон глянул на Ротшильда поверх очков.       - Ну, пешки буквально сами умоляют об этом. Хотя их подготовка займёт лет десять, а нам нужно ответить здесь и сейчас. Инициировать – можно. Но нужны действия в моменте.       - Можно обрушить цену на нефть. С Союзом сработало очень хорошо, и пока русская экономика ещё не слезла с «нефтяной иглы», свалить её таким образом будет проще простого, - предложил Варбург.       - Это самый очевидный и действенный вариант. Я думаю, в экономическом плане мы на нём и остановимся, - кивнул Ротшильд. – Все согласны? Все так или иначе выразили согласие.       - Что будем делать с самим Прохоровым? – спросил понтифик. В своём костюме под жарким солнцем он начал сильно потеть, и смахивал влагу со лба платком.       - Трогать его сейчас – опасно, - сказал Рокфеллер младший, заложив руки за голову. – Он уже показал, что способен спастись из безвыходной ситуации. Судя по всему, в этом как-то замешана та портальная установка, о которой он говорил в выступлении. А ведь даже у нас нет такой мобильной технологии. Какие ещё у него могут быть козыри? Это вопрос, ответ на которой определит наши действия… К сожалению, Прохоров обезопасил себя политически, зачистив оппозицию. Да и сами эти оппозиционеры…, - Дэвид брезгливо поморщился, - Неужели там не нашлось никого нормального и компетентного?       - Никто из нас не занимался вопросом России, - пожал плечами Натаниэль, показывая, что вопрос являлся риторическим.       - Даже если Прохоров пока недосягаем, это не значит, что нельзя свалить его другим способом, - тихо произнёс граф, раскуривая вторую сигару. – Как мы и собирались – можно сыграть на национальном вопросе. Тем более Россия уже давно занимает одно из первых мест в мире по миграции. Достаточно раскачать критическую массу мигрантов, и мы получим… результат. Если Россия и не исчезнет, то выйдет из кризиса очень ослабленной, и тогда мы просто добьём её.       - Что ж, - кивнул ему Ротшильд. – Думаю, так мы и поступим…