Вспомнить все и...отомстить.

Вот и наступило утро моего рождения. За весь этот месяц я извелся. Память упорно не хотела возвращаться, отец ребенка найден не был, жених вел себя как-то неадекватно, постоянно следил за мной, отпускал какие-то недвусмысленные шуточки, которые неимоверно бесили, в особенности от того, что я не мог их понять. Мой брат тоже вел себя как-то странно. Все время ходил задумчивый и грустный. В его взгляде была такая тоска, что хотелось самому завыть от безысходности. С утра начались поздравления, посыпались пожелания в скорейшем обретении памяти. От приклеенной на лицо улыбки, стало сводить челюсти, но я стойко терпел все тяготы поздравленческой суеты. Ближе к обеду поздравить меня зашел женишок. - Как ты сегодня себя чувствуешь? - без тени участия, поинтересовался он. - Отлично, если тебе это действительно интересно, - равнодушно пожав плечами, проинформировал я его. - Вот и замечательно, так как сегодня на твоем празднике Я решил провести заодно и процедуру помолвки, - как само собой разумеющееся принимать решения за всех, сказал тот. - А с чего это ТЫ решаешь, что надо делать и чего делать не стоит? - во мне стал закипать праведный гнев. - Потому что Я твой будущий муж, - надувшись как индюк, произнес женишок. - Это мы еще посмотрим, - не сдавался я. От зарождающегося скандала нас спас Найгаар, войдя в комнату и пригласив нас к столу, где собрались уже все гости и ожидали только именинника, то бишь меня и моего жениха. Усадили нас рядом, от чего я еле-еле смог нормально воспринимать действительность. Близость Фархада действовала на нервы, усиливая раздражение. Кое-как досидев до праздничной программы, я решил отлучиться к себе, чтобы немного успокоиться и прийти в себя. За мной увязался Саргур, предлагая посостязаться в остроумии. Отказаться не было сил, хотелось выплеснуть куда-нибудь накопившееся раздражение. За перепалками мы не заметили как вошли в гостевую часть дворца. Невзначай толкнув первую попавшуюся дверь, я застыл в шоке, Саргур, идущий следом за мной, наткнулся на мою вмиг напрягшуюся спину и, глянув от чего ступор, застыл статуей самому себе. На кровати находилось два переплетенных тела. Руки одного из них с жадностью исследовали тело другого. Губы целовали со страстью изголодавшегося зверя. И тут меня как обухом по голове стукнули. Перед глазами встала картина этих самых рук, которые с особой жестокостью мяли, царапали, щипали МОЕ тело, губы кусали до крови МОЮ кожу. И в этот момент вся картина целиком встала передо мной как наяву. Я воочию увидел лачугу, в которой меня и держали, привязав к кровати за руки и ноги, даже сейчас я почувствовал, как веревки больно впиваются в кисти, от чего пропадает чувствительность. Увидел мерзкую ухмылку своего мучителя, который только и делал, что шептал: "я буду трахать тебя до тех пор, пока ты не забеременеешь, чтобы уж наверняка не отвертелся от брака, а потом тебя будет ожидать "сладкая" жизнь, от которой ты взвоешь. Я научу тебя уважать и слушать мужа, потакая его прихотям, я научу тебя подчиняться, а не задирать свой хорошенький носик." А потом были сцены сплошного насилия и издевательства. Он врывался в меня, не заботясь о том, что рвет меня изнутри. Вся кровать пропиталась кровью, но ему было на это наплевать. Он преследовал одному ему известные цели, не думая обо мне. Картинки сменяли одна другую. И вот последняя картинка пронеслась перед глазами: открывается дверь в сторожку, входит разъяренный, встрепанный Саргур с огнем в глазах. Осматривая помещение, его взгляд натыкается на меня, распластанного на кровати, изможденного и в собственной крови. Взгляд резко меняется. В нем становится столько боли, которую я никогда и ни у кого не видел. Боль и обреченность. У меня все в душе перевернулось. Нет, не надо, не смотри ТАК. Я не хочу, чтобы тебе было больно. Сделанного уже не воротишь. Глядя с ненавистью на Фархада, Саргур, достав свой короткий меч, произнес угрожающим тоном: - Сейчас же развяжи его. - Да пожалуйста, - пожал плечами тот, - он мне больше не нужен, ПОКА. Нужный груз он уже несет. Подойдя ко мне, развязал веревки на руках и ногах, после чего, повернувшись к Саргуру, осведомился: - Теперь все? Но Саргур вместо ответа бросился на принца. Я кое-как попытался пошевелить онемевшими конечностями, которые с трудом слушались меня. Попытавшись повернуться, я чуть было не взвыл от невыносимой боли. Но, глядя на этих двоих, у меня было только одно желание: всеми силами и побыстрее покинуть это проклятое место, которое когда-то служило местом наших встреч с Саргуром и где мы были счастливы. Поднявшись только с четвертой попытки, я, еле волоча ноги и с болтающимися плетью руками, кое-как добрался до двери. От свежего воздуха закружилась голова. Но я, переждав несколько минут головокружение, медленно передвигая ноги, пошел вперед. Надо уйти подальше от этого места. И я шел. Ветки деревьев царапали и без того израненное тело и руки, пробираясь сквозь кустарники, колючки цеплялись в волосы. Но мне было уже все равно. Я хотел уйти от боли, от отвращения, от ненависти. Выбравшись на какую-то поляну, я, наконец, присел и облокотился о дерево. После чего провалился в спасительную темноту. Повернувшись к Саргуру, я задал ему мучавший меня вопрос: - Почему ты мне не сказал сразу обо всем? - Не мог, - поник сын советника, - Фархад - маг крови. Во время драки он задел меня своим клинком, после чего использовал мою кровь для того, чтобы я никому ничего не мог рассказать. Он явно не рассчитывал на то, что ты так быстро восстановишь память. Я ведь прав? - обратился он к принцу. - Абсолютно, - нагло ухмыляясь, ответил он. А мне из-за всего этого хотелось рыдать в голос. Но слез больше не было, в душе поселилась пустота. Вся моя жизнь пронеслась перед глазами, причиняя неимоверную головную боль. От безысходности я облокотился на стоящего сзади Саргура, боясь позорно свалиться в обморок, доставляя тем самым радость моему, теперь уже я был точно уверен в этом, жениху. Первым опомнился брат, вскочив с кровати и подбегая ко мне: - Я тебе сейчас все объясню, - начал было он, но увидев мое побледневшее лицо, с тревогой спросил, - что с тобой? Тебе плохо? Что произошло? - За что? - только и смог вымолвить я, глядя в упор на Фархада, который даже и не думал хотя бы прикрыться для приличия. - За то, что ты изыскивал способы расторгнуть помолвку, - с наглой усмешкой ответил тот, - я был свидетелем вашей драки с Саргуром, и уже собирался вас разнимать, когда в пылу этой самой драки вы, вдруг, стали целоваться, как одержимые, а ты, к тому же, сказал ему, что найдешь способ расторгнуть ненавистную тебе помолвку, а соответственно, и расстроить брак. А это, как ты понимаешь, не в моих интересах. Мы слишком долго ждали с отцом подходящую возможность найти рычаги давления на вашего короля. - Фархад? Что ты несешь? - пораженно смотря на того, кого только несколько минут назад ласкал в упоительной страсти, спросил Найгаар. - А что я несу? Судя по всему, твой братик все вспомнил. Так ведь? - я смог только кивнуть на его вопрос, - поэтому нет смысла что-то скрывать. Найгаар в шоке смотрел на парня и не узнавал его. Выражение лица стало жестоким и надменным. На нас всех он смотрел с презрением. - Что, Найгаар, ты думаешь, как такое возможно? - после кивка брата он продолжил, - изначально мы с отцом хотели заполучить тебя, но произошел облом, пришлось довольствоваться твоим младшим братом. А когда я услышал, что и эта возможность может обломаться, я и сделал то, что счел нужным, ведь теперь он в любом случае не отвертится от брака. - Но зачем тебе это? - задал мучавший его вопрос брат. - Глупый вопрос, - самодовольно ухмыльнулся Фархад, - естественно нам нужна власть, которую мы и получаем, женившись на одном из принцев. - Но это значит, - начал было Найгаар, - что и со мной ты был... - Ну-у-у, ты мне нравился, - не стал отрицать очевидное Фархад, - но не более того. Как я ни пытался охмурить тебя, ты все равно отказался сочетаться со мной браком. Печально, досадно, но не так важно. Уже не важно. У нас теперь есть твой брат. С помощью которого мы и будем влиять на твоего отца. - Но ведь это подло, - от подобного объяснения брат скривился, - как ты мог вообще крутить любовь со мной и в то же время жестоко обходиться с моим братом? - То что произошло с твоим братом-это вынужденная мера, - начал было Фархад, но брат не дал ему договорить, подошел, встряхнул и, врезав от души по его нахальной и смазливой морде, молча вышел за дверь. А я, немного отойдя от шока, последовал за ним, понимая, что теперь-то уж точно от брака отвертеться не получится. Церемония проходила довольно быстро. А чего тянуть, если один из женихов в удрученном состоянии. За столом я пытался выдавить из себя улыбку, но получался только оскал, от которого гости содрогались. А мне было наплевать на их мнение. Я сидел и думал, как отомстить своему "ненаглядному" жениху. И в голове стал зреть план. Отлучившись на несколько минут, я нашел лекаря и потребовал у него успокоительное. Он наотрез отказывался мне его давать, аргументируя тем, что это может быть вредно для ребенка, но я настоял на своем. Ему пришлось согласиться. Забрав вожделенный пузырек, поинтересовавшись на сколько хватает действия препарата, получив ответ, что на час, я пошел дальше. Взяв еще три необходимые мне вещи, я отнес их к себе в комнату, спрятал и вернулся к гостям. Ну что ж, "дорогой" муженек, тебя ожидает незабываемая брачная ночь. Ее, я клянусь, ты запомнишь надолго.