Ценою в тысячу жизней

      Снег скрипит под ногами. На улице воздух гораздо чище, свежее. В нём не витает нервозность, беспокойство, гнев. По крайней мере, на рассвете. Солнца не видно. Облака серой ватой нависли над головой. Снежный пух сыплется с тяжёлых подушек. Кажется, что он оседает в лёгких и мешает дышать. Странное ощущение. Сокка высовывает язык и пытается попробовать снежинки на вкус, но они, словно стараясь избежать прикосновений, уворачиваются из-под самого носа. Какая жалость. Сегодня небо к нему неблагосклонно.       Улицы пустынны; ещё никто не осмелился нарушить тишину, обволакивающую и уютную. Сокка начал замечать за собой тягу к одиночеству. Теперь, когда парня одолевала хандра, он всё чаще прятался от других где-нибудь на окраине племени или в лесу.       Улицы начинают просыпаться. Из иглу и шалашей выбегают дети, подставляют ладошки в надежде поймать хоть парочку снежинок. Сегодня им явно везёт больше, чем Сокке. Юноша медленно уходит в сторону центра племени. Его следы мгновенно исчезают, заметённые снегом. Никто не сможет его найти. Хотя нет, его найдёт Катара. После экзамена она обязательно придёт во Дворец, чтобы извиниться за излишнюю нервозность. Он на это надеется.       Тишина разбита вдребезги высоким детским смехом, мелодичными женскими разговорами и тихим перешёптыванием у него за спиной. Ох уж эти девушки, постоянно гоняющиеся за ним. Сокка мысленно закатил глаза. Быть сыном вождя племени весьма утомительно. Постоянные побеги, причём не от врага, а от наступающих девиц. Скоро они окружат его и будут требовать свадьбы. Сокка улыбнулся своим мыслям. Ему, как и любому парню, нравилась такая популярность.       Сокка повернул направо и скрылся между ледяными домиками. Элитный район с множеством маленьких ледяных дворцов сменился бедным. Здесь нет места искусству, и красоте предпочитают удобство. Шум обволакивал паренька. Голоса сливались в один и становились какой-то необычайной уличной музыкой. Только тут её можно услышать.       Через некоторое время снег перестал идти, и тучи рассеялись. Яркие солнечные лучи отражались от снега, и от этой белизны болели глаза. Сокка ускорился, его любимая лавчонка должна быть где-то рядом. Именно в ней продавали самую вкусную на Южном Полюсе рыбу с водорослями. Парень заходил сюда каждое утро.       Возле магазинчика уже стояли люди. Они толкались и перекрикивались, поджидая открытия. Сегодня, в день морепродуктов, всем хотелось попробовать изумительных моллюсков в секретном соусе и обожаемое покупателями желе из морских слив.       Невысокий продавец стоял у стойки и пугливо смотрел на толпу. Его серые глаза-бусинки нервно бегали, а по лбу, несмотря на мороз, катилась одинокая капелька пота. Мужчина всё никак не решался заговорить с нетерпеливым людом, в то время как каждому покупателю хотелось спросить, почему лавка всё ещё не работает.       Самым неугомонным был худенький паренёк, стоявший прямо перед прилавком. — Сколько можно ждать?! — кричал юноша, воинственно размахивая почтовой сумкой с эмблемой Южного Племени Воды. — Я должен как можно скорее доставить письмо от самого вождя! Меня обслуживать без очереди!       Толпа недовольно загудела, а гонец тем временем, кинув на прилавок пару монет, схватил одну порцию желе из морских слив и рыбу на палочке, напоследок крикнув: — Государственные дела не ждут! — и скрылся.       Нахал показался Сокке смутно знакомым. Любопытство пересилило голод, и воин, впервые в жизни забыв о еде, последовал за наглым незнакомцем. Догнав его, окликнул; незнакомец, обернувшись, окинул Сокку недоверчивым взглядом и на всякий случай спрятал еду в сумку. Приблизившись к юноше, Сокка тут же узнал его. — Нагуя! — парень широко улыбнулся. — Сокка? — неуверенно выдавил гонец, внимательно разглядывая ещё детское лицо старого друга. — Давно не виделись, — воин радовался встрече. — Всего лишь полгода, — Нагуя пожал плечами. — Всё это время я был в море, даже не заметил, как быстро оно прошло. — Как там колонии? Восстания придушены? — Я на суше был всего несколько дней. А потом ездил по морю, письма доставлял. Так что, думаю, вождь Хакода лучше меня расскажет тебе обо всём, — гонец протянул Сокке свиток. — Прости, не могу остаться, пора идти, — Сокка не успел даже попрощаться, как посыльного и след простыл. Умел же Нагуя незаметно исчезать.       Вертя свиток в руках, Сокка, широко улыбаясь, направился ко Дворцу Южного Племени Воды — его второму дому. Величественное здание белоснежной горой возвышалось над небольшими ледяными домиками. Здесь было многолюдно: недалеко от дворца располагалась рыночная площадь, где постоянно велась оживлённая торговля.       Окунувшись в шум улиц, Сокка почувствовал удовлетворение и покой. Среди суеты и балагана ему было хорошо и комфортно. Он глазел на диковинные товары из других стран и даже хотел купить себе красивую кожаную сумку, но, вспомнив хмурую Катару, отчитывающую его накануне за «необоснованную трату денег на бесполезные вещи», остановил тянущуюся к кошельку руку.       Резкий переход из шума площади в звенящую тишину дворца. Здесь время остановилось. Казалось, Сокка совсем один. Вокруг лишь ледяные стены, стулья, столы и ни одной живой души. Парень пустился в пляс. Он любил танцевать в огромном зале, предназначенном для судебных заседаний. Вряд ли его кто-то увидит, а повод повеселиться был. Пришедшее письмо подняло ему настроение. Сокка соскучился по отцу. Он так ждал ответа, считал дни. Так почему бы немного не повеселиться? На войне обычно не так много поводов для радости, а тыл — как фронт, только скучнее.       Сокка танцевал очень странно и неуклюже, фальшиво напевая под нос какую-то мелодию. Вообще прыжки и махания руками с трудом можно назвать танцем — это были весьма необычные телодвижения, резкие и абсолютно не гармоничные. Было похоже на ритуальные пляски вокруг костра. Ну, в данном случае, вокруг небольшого свитка с красивой голубой печатью Южного Племени Воды.       Сокка воровато осмотрелся, удостоверившись, что никого кроме него здесь нет, и только потом начал открывать письмо. Парень неаккуратно сломал печать, чуть не порвав пергамент, и принялся быстро, словно у него в любой момент могут забрать свиток, читать письмо: «Сокка, я прочитал твоё последнее письмо об успехах Катары в обучении и очень рад за неё. Я также поздравляю тебя с тем, что ты овладел ещё одним видом оружия, для меня это очень важно. Увы, я не могу выполнить твою просьбу и отправить за тобой корабль прямо сейчас. Ты нужен в тылу. Это моё последнее слово. В провинции спокойно. Повстанцы успокоились, их лидеры были казнены. В скором времени мы отправляемся на материковую часть Страны Огня, чтобы произвести несколько контратак на нужные нам военные базы. Планируем захватить несколько теоритически важных городов и селений, в которых по нашим данным сейчас остановилась часть войск армии Народа Огня. Напиши мне, когда Катара сдаст экзамен и станет мастером магии воды. Как только она овладеет магией крови, мы пришлём за вами корабль, чтобы отправить в одну из провинций, где находится захваченный нами архив Народа Огня. На фронт вы не попадёте, это слишком опасно. Когда отомстите за Каю, вернётесь обратно на Южный Полюс. Вождь Хакода.»       Сокка свернул письмо и положил в сумку. Никаких хороших новостей. Он всё ещё в тылу. Неужели отец не верит, что он готов воевать? Он готов к сражениям, как бы только доказать это...       Писать что-то в ответ не хотелось, да и нечего было. Он не знал, стала ли Катара мастером, одно только было известно: магией крови она точно ещё не овладела.       Оставаться во дворце не хотелось — пустынно и слишком тихо. Да и что ему здесь делать? Можно, конечно, сходить в кабинет отца и оставить письмо там, но Сокка хотел показать его Катаре. Вот этим он, пожалуй, и займётся. Академия находилась далёко — он как раз прогуляется по племени, навестит пару-тройку друзей, поболтает о том о сём по дороге. Всё равно делать нечего. Никаких государственных дел не намечается, да и вообще, лениться — вот лучшее дело.       Снова шум — местная уличная музыка, услада для ушей. Почему-то прогулка сразу поднимала Сокке настроение. Снова толпа людей, заменяющих уличных музыкантов. Ему здесь нравилось. Кто-то находит покой в горах, подолгу медитируя, кто-то в тишине и одиночестве, а Сокка обожает шум. И еду, про неё тоже не стоит забывать. Где тут ближайший магазинчик с рыбой и водорослями?       Увы, до рыбы с водорослями, как и до Катары, Сокка дойти не успел: его внимание привлёк ярко-голубой луч, который так же быстро исчез, как и появился. Но воин успел запомнить, в какой стороне мелькнул свет, и, сорвавшись с места, побежал. Отец говорил, что мощные и яркие потоки энергии могут исходить только от Аватара — самого сильного источника магии из людей. А так как магам крови не удалось найти его, несмотря на полное уничтожение всех Храмов Воздуха, это вполне может быть пропавший сто лет назад покоритель четырёх стихий.

***

— Я не могу поверить. Неужели я так долго пробыл в айсберге? — Аанг был в растерянности. Аватар смотрел на своих новых знакомых с отчаяньем и болью. Он должен был хранить мир, но не справился. Он допустил начало войны. Он не помешал Племенам Воды. Именно он виноват во всём. Что теперь делать? Как Аанг, стодвенадцатилетний мальчик, сможет остановить Столетнюю войну? — Почему так переживаешь по этому поводу? — спросила Азула. — Ты воздушный кочевник, разве тебе не наплевать? — Конечно, не наплевать! — Аанг замялся. — Дело в том, что я Аватар, и я просто не мог допустить войны. — Ты Аватар? — Зуко посмотрел на Аанга ошеломлённо и яростно одновременно. — Да, — мальчик опустил взгляд. Быть покорителем стихий ему явно не нравилось. — Но почему? Почему война?       Зуко закатил глаза. Как же его раздражали люди, не понимающие с первого раза. Хотелось испепелить их на месте, чтоб не задавали глупых вопросов, на которые ему приходится отвечать. Парень ведь не нянька для тугодумов. Вот и сейчас принц еле сдерживался, чтобы не подпалить всё вокруг. — Может, ты прекратишь вести себя как идиот и успокоишься?! — юноша не мог себя больше сдерживать. Он выскажет этому горе-Аватару всё прямо в лицо и прямо сейчас. — Ты спрятался в айсберге, как ничтожный трус, а теперь удивляешься: как же так? Война идёт уже сто лет!Сто лет! И ты даже пальцем не пошевелил, чтобы её остановить!       Аанг виновато опустил голову. Он не знал, что ответить. Зуко был прав. Мальчик действительно ничего не сделал, а просто проспал в айсберге всё то время, пока на фронте умирали люди. Его эгоизм ценою в тысячу жизней погубил самого Аватара. Теперь ничего нельзя изменить. — Простите меня, — мальчик не знал, что ещё можно сказать. — Я не знал, не мог знать, что так выйдет. — Прощение нужно заслужить, — ответил Зуко. — Я сделаю всё возможное… — Ты должен сделать невозможное! Ты должен остановить эту войну! — Я попытаюсь… — Ты не должен пытаться, — вставила своё слово Азула. — Ты должен просто сделать это. — И никто не обещает, что будет легко… — добавил Зуко. — И что никто не умрёт, — ухмыльнулась Азула. — В том числе и от наших рук.       Аанг сглотнул. Он не хотел никого убивать и надеялся, что сможет разрешить конфликт между народами мирным путём, как его учили воздушные кочевники. Точно! Он может спросить совета у воздушных кочевников. Они точно помогут ему остановить кровопролитие. — Я знаю, что делать! — радостно воскликнул мальчик. — Мы отправимся в Южный Храм Воздуха, и я спрошу у монахов совета! Я думаю, они с радостью нам помогут.       Зуко и Азула переглянулись и посмотрели на Аанга недоверчиво и как-то подозрительно. — А ты уверен, что кроме тебя в мире остались ещё воздушные кочевники? — спросила Азула. — Конечно. Если воздушных кочевников никто не видел, это не значит, что их нет. Как только Аппа отдохнёт, сразу же отправимся туда.       Зуко насторожился. Краем уха принц уловил тихое шуршание у него за спиной. Кто-то подслушивал их всё это время. Не успел Зуко обернуться, как что-то сбило шлем с его головы, и тот улетел в ближайший сугроб. Из тени деревьев вышел высокий смуглый парень. Он ловко поймал вернувшийся к нему бумеранг и усмехнулся: — Я был прав: только от Аватара может исходить такое яркое сияние. Отец будет рад такой находке.       Азула надменно усмехнулась. Какой-то мальчишка с бумерангом выступил против трёх сильных покорителей. Ну, или двух. Зуко не в счёт. Принцесса метнула в наивного паренька огромный шар из голубого пламени, но ледяная стена защитила его от атаки принцессы. Очень похожая на непокорителя девушка в ответ обрушила на Зуко, Азулу и Аанга град ледяных стрел, которые последний перенаправил воздушным потоком. Незнакомка еле успела увернуться. Она умело сражалась и использовала довольно сложные приёмы — возможно, была мастером, — но Азулу это даже подстёгивало.       Мастер против мастера. Поединок становился интересным.       Принцесса с лёгкостью отражала все атаки противницы. Сражаясь в одиночку, она, безусловно, начала уставать бы гораздо быстрее.       Катара была удивлена. Воздушных кочевников не видели почти сто лет. Видимо, Сокка был прав, когда сказал, что нашёл Аватара. Вот только что здесь делают покорители огня? Как они пробрались на Южный Полюс незамеченными? Разве с их прибытием не должен был пойти чёрный снег?       Девушка ринулась в бой. Размышлять о том, как они сюда попали, не было времени, нужно захватить Аватара любой ценой. Его смерть может привести их к победе. Катара наносила сокрушительные удары, но если покоритель огня с трудом их отбивал, то его спутники легко отражали все её атаки. Они с Соккой в меньшинстве, оставалось только ждать подмоги — скоро должны были прийти другие ученики Академии.       Как же Азуле нравились поединки! В сражениях, пусть даже незначительных, она чувствует себя как рыба в воде. Видимо, принцессе покоряются сразу две стихии: огонь и война. Она могла достаточно долго атаковать, не уставая, в то время как её противники уже начинали выдыхаться. Противостоять Азуле не так-то просто, особенно в меньшинстве.       Принцесса была уверена, что эти деревенщины не помешают ей вместе с Аватаром вернуться на корабль. Они слишком жалкие, и, к тому же, в меньшинстве. Точнее, были в меньшинстве буквально мгновение назад — появились ещё несколько юношей и девушек, вполне недурно умеющих управлять водной стихией. Их движения, конечно, были несколько неуклюжи — видно, что они только учатся, нет еще плавности и изысканности в покорении, в отличие от этой неимоверно раздражающей девушки с дурацкими косичками.       Принцессе только на руку неопытность её оппонентов. Она бы даже в одиночку могла справиться с ними. Они не привыкли к настоящим поединкам, а потому реакция на атаки с её стороны немного замедленная, ребята явно растеряны и не знают, что им делать. Впрочем, оцепенение длилось недолго; покорители быстро пришли в себя, и, полные решимости, начали атаковать противников, используя все свои силы. Справиться с группкой недоучек, пытающихся победить Азулу — мастера магии огня — помогал Аанг.       Магия воздуха застала покорителей воды врасплох. Их учили противостоять напористым и агрессивным огненным атакам, но не изворотливым и непонятным для них техникам магии воздуха. Некоторые приёмы просто не работали: вода замерзала от одного лишь дуновения, рассеивалась мелким дождем под напором сильного ветра.       Аанг не хотел сражаться с такими же, как и он, детьми. Это было нечестно, ведь он Аватар и гораздо сильнее их всех. Совесть напоминала о себе, и мальчик старался только сдерживать атаки своих противников, не нападая в ответ; Аанг не хотел ненароком им навредить, хотя эти ребята изо всех сил старались ранить его. Мальчик оглянулся по сторонам. Почему их только двое: он и Азула?       Не успел Зуко отряхнуть шлем от снега, как в него полетела мощная водяная струя. Принц еле успел увернуться и в ответ выпустил огненную струю, но не совсем точно. Напавшей на него покорительнице даже не пришлось уворачиваться. В ответ незнакомка осыпала юношу ледяными шипами — Зуко едва успел растопить их. При каждом движении девушки две тоненькие косички мерно покачивались, и это невероятно раздражало.       Принц обрушил на покорительницу череду мощных огненных атак — все до единой девушка ловко потушила струями ледяной воды. Её мастерство и грациозность, с какой она отражала его выпады, разозлили Зуко пуще прежнего. Он изо всех старался уничтожить свою противницу, но тщетно. Та держалась и, видимо, была самой сильной покорительницей из всех сражавшихся.       Зуко чувствовал себя слабаком. Аанг и Азула вдвоём противостояли десятерым, а он не мог справиться с какой-то деревенской девчонкой. Пора с ней заканчивать. И только Зуко выпустил мощную струю ярко-оранжевого пламени, как что-то небольшое на огромной скорости врезалось в его спину и сбило с ног. Принц упал в воду. А оружие вернулось к своему владельцу. — Чёртов бумеранг! — крикнул Зуко в порыве ярости. Доспехи практически не защищали от ледяной воды, и принцу было очень холодно. И обидно. Как непокоритель посмел его, принца Огненной Нации, сбить с ног, да ещё и таким жалким оружием как бумеранг! Как унизительно. — Честь моя!       Неподалёку раздался тихий смешок. Злодейка! Да как эта простолюдинка посмела смеяться! Зуко вылез из воды готовым превратить всё в горстку пепла. Такого унижения он ещё никогда испытывал.       Огонь летел направо и налево. Он растапливал снег, перекидывался на ветки, пожирал всё на своём пути. Зуко не остановить. Нет места милосердию! Если он и не победит, то по крайней мере разрушит всё, что видит. Не стоило злить покорителя огня.       Большая часть деревьев уже пылала. От пламени снег начал казаться жёлто-оранжевым. Зуко и не думал останавливаться. — Прекрати! — крикнул принцу Аанг, видя, как языки пламени окружают их со всех сторон. — Остановись, — вторил Аватару паренёк с бумерангом. — Злобный придурок!       Пожар окружил сражающихся. Теперь было уже не до драки. Покорители воды всеми силами старались потушить огонь, и у них получилось на какое-то время остановить пламя. Общими силами, наконец, удалось полностью его потушить. Аанг задул последние очаги пожара, и бедствие было остановлено. Все вздохнули с облегчением. Но сражение на этом не закончилось.       Покорители воды снова начали атаковать. Внезапно водные потоки превратились в огромное облако пара. На несколько секунд всё скрыла плотная водяная пелена, а когда туман рассеялся, уже не было ни Аанга, ни покорителей.