С любовью, Джон

— Так что это было за письмо? — Письмо? — Ну да. Когда ты подошёл к Маргери, тогда, на турнире, и сказал, что от меня пришло письмо. Я тебе ничего не писал. Но я точно слышал, что ты говорил о каком-то письме. — Станнис злобно усмехнулся. — Что же это значит, братец? Еще даже не женился, а уже врёшь? Король и его брат сидели в покоях Ренли, сразу же после заседания Малого Совета. Те, кто в него входил, ушли, а Станнис остался. Он надеялся поговорить с братом с глазу на глаз: с их воссоединения прошла уже неделя, но рядом вечно кто-то крутился, и шанса обсудить волновавшие обоих вопросы не было вплоть до этого момента. — А, это… — Ренли обернулся в поиске поддержки, но увидел только сапфировые глаза Бриенны, устремленные на него. Тартская дева не произнесла ни слова, продолжая сверлить его взглядом. Ренли поёжился и обернулся обратно к Станнису. — Да так, письмо от стратегически важного союзника. — У тебя есть союзники, которых ты не призвал сюда, Ренли? — брат усмехнулся. — На твоем месте я бы так не рисковал. Против Тайвина Ланнистера важен каждый лучник, каждый меченосец. А если учесть то, что они показали на том турнире, то шансы выстоять у нас небольшие. Ты подумай только, — он указал на Бриенну, — ведь она женщина. И запросто победила твоего Лораса, с которого ты в детстве пылинки сдувал… Подумай только о том, что у твоего любимчика мотивации больше и удивись, что она всё равно свалила его с лошади. Леди Бриенна, — Тартская дева перевела взгляд с затылка Ренли на его старшего брата. — Это было весьма впечатляюще. Я бы вас и к себе в гвардию взял, если бы вы захотели. — Благодарю вас, милорд, — неловко ответила Бриенна, — но я не леди… — Тогда, верно, Лорас Тирелл леди? — Ренли взглянул на брата и поднял бровь. — Чего? — Давно я не видел тебя в таком приподнятом настроении. Еще чуть-чуть, и ты засмеёшься. Станнис и правда ухмыльнулся. — Что ж, возможно, я просто рад вернуться в круг семьи… Пусть и такой не разнообразный… Ты ведь тоже дерешься не лучше — иначе почему Роберта не спас? А вот если бы спас… — Да, конечно, мы бы здесь не сидели. И всё же, — Ренли поднял на брата взгляд, — у нас есть ты. У Тайвина Ланнистера тебя нет… Хотя, это неудивительно, мир бы не выдержал двух Станнисов Баратеонов. Брат изобразил смешок. — Король должен понимать все плюсы союза с врагами. — Ты не враг мне. — И всё же. Секунду Ренли просто смотрел на Станниса, не произнося ни слова. — Мне вдруг понадобилась твоя помощь, а ты злорадствуешь? Наслаждаешься этим? — Брат пожал плечами. — Может быть, да, а может быть, нет, но я говорю о другом… — Он помолчал. — И, всё же, кто этот таинственный незнакомец? Я его знаю? Ренли снова обернулся. Бриенна всё так же стояла на месте, разве что теперь опустив глаза и ковыряя носком сапога пол. — Джон Сноу. Нет, не знаешь. — О-о-о, бастард Неда Старка! Как же! Твой Десница, бывший, к счастью, успел рассказать мне о нём. Не сам, я, конечно же, спросил — поинтересовался, как дела на Стене. Очевидно, нужно было сразу к тебе идти, — он усмехнулся. — А что Лорас? Когда свадьбу сыграете? Он нам не так давно доказал, что на лошади ничего не стоит, видимо, он хорош в чем-то другом… Или это Маргери выходила биться с Бриенной? С ней ты тоже до сих пор не обвенчался, почему это? Ренли покраснел до кончиков ушей. Станнис никогда не отличался особой любовью к нему, но сейчас вёл себя как-то… странно. — Тебе что, доставляет удовольствие издеваться надо мной? — Разве ж это издёвки? Я просто интересуюсь личной жизнью своего брата. — Здесь же люди… — Люди? Ну и что? Бриенна Тарт теперь — рыцарь твоей Радужной Гвардии, и ещё не такого насмотрится. Хорошие гвардейцы вообще не считаются людьми, у них нет души, и они сделают всё, чтобы порадовать своего короля. Бриенна, на что вы готовы ради моего брата? — Умереть, милорд. — Видишь? — он снова обернулся к Ренли. Взяв из чаши с фруктами персик, Станнис откусил огромный кусок и произнес, чавкая:— Она должна знать, за что умирает. Она должна помочь тебе в случае чего, так что пусть знает, что ты никогда за девочками не бегал, а поэтому ей и приставаний твоих бояться нечего. Ренли захотелось выхватить у брата персик из руки, но вместо этого он резко встал на месте. — Станнис! — Ну чего? — Еще чуть-чуть, и Станнис бы улыбнулся. — Я очень скучал по этому. Вы с Робертом всегда надо мной подшучивали, но он-то не знал твоего секрета, а я знал. — Да, потому что я по дурости своей разболтал тебе его! — Ну да, а чего такого? Мне было очень интересно слушать, как вы с Лорасом целовались под яблонями. А история про ваш первый поцелуй — вообще умора… — Да-да, — перебил Ренли, присаживаясь обратно, — я рассказывал и упивался завистью в твоих глазах. К тебе ведь девчонки никогда интереса особого не проявляли. Станнис снова изобразил смешок и вернулся к разглядыванию персика. Ренли понял, что тот снова обиделся, как и всегда. Помимо этого, вид у него был совершенно незанятый, так что становилось ясно, что Станнис собирается просидеть здесь еще долгое время. Ренли и сам не знал, чем занять себя в свободное время, когда они не собирались вместе, чтобы обсудить стратегию. Он, конечно же, не прекращал тренироваться, разъезжал по дворам на лошади и пытался свалить деревянные чучела, представляя, что это солдаты Ланнистеров, но при свете луны любые тренировки были бесполезны. Робб и Лорас занимались им лично, и, каждый раз обсуждая его неудачи, становились всё дружнее и дружнее. На его несчастье, именно в этот момент в дверь постучали, и заглянул Джендри. Увидев Станниса, он на мгновение опешил, так как еще не привык к обществу еще одного своего родственника, о существовании которого раньше даже не подозревал. Да и Станнис, в свою очередь, не упустил возможности отметить, что Джендри точь-в-точь как Ренли, а им обоим это замечание тоже уже порядком надоело. Сквайр передал королю запечатанный свёрток и вышел. — О, что это, от Джона Сноу? Я гляжу, ты себе нового любовничка завёл? Лорас надоел, с детства-то одну и то же золотую физиономию перед собой видеть? — Увидев, что Ренли не собирается отвечать, Станнис умерил свой пыл. — Ну давай, расскажи, что пишет. Как дела на Стене? — Они сейчас пошли в поход за Стену, — ответил Ренли, игнорируя едкие выходки и убирая письмо в ящик стола, где, как предполагалось, Станнис не мог его достать. — Ищут одичалых и пропавших разведчиков. — Разведчиков? — Ага. Джон говорит, там что-то нехорошее творится, что-то мистическое. Одичалые уходят с насиженных, обжитых мест… — Ну, раз Джон говорит… — Станнис приподнял брови, а затем приподнялся и сам. — Оставлю вас наедине. Пойду, проведаю Ланнистеров в темнице. — Передай им привет от меня, — попросил Ренли вдогонку. Станнис обернулся и кивнул, а Бриенна посторонилась, давая ему пройти. — До свидания, милорд, — попрощалась она, и Станнис смерил её удивленным взглядом. — Я еще вернусь, леди Бриенна. Вы же не думаете, что я оставлю своего маленького брата наедине, пока он играет в свою войнушку? Бриенна закрыла за Станнисом дверь. Ренли вздохнул. — Что же мне с ним делать? — Зачем с ним необходимо что-то делать, Ваша Светлость? — Очевидно, ты единственный ребенок в семье, раз задаешь подобные вопросы. Не дожидаясь ответа Бриенны, Ренли открыл ящик стола, доставая оттуда бумагу, которая — он знал это наверняка — способна поднять ему настроение. — У моего отца были еще две дочери, Ваша Светлость, — ответила Бриенна, — но всех их забрал Утонувший Бог. — Грейджои? Что они забыли в Тарте? — Нет, ваша Светлость, они утонули. Мои сестры. Я осталась у него одна, и после его смерти… — Тарт перейдет к тебе? Я полагаю, тогда с защитой острова не будет никаких проблем. — Ренли поддел печать ногтем, и она покорно разорвалась. Бриенна смущенно улыбнулась и снова опустила глаза в пол, очевидно, решив, что ни к чему отвлекать короля во время столь важного дела, как чтение дружеского письма. Да вот только Ренли знал, что Джон для него больше, чем друг. «Мой король, Позвольте мне в очередной раз поздравить вас с достижением поставленных целей. Не знаю, к счастью, или к сожалению, но вы говорите об этом довольно часто в своих письмах, чтобы я действительно поверил в то, что это происходит, и что на Юге намечается война. Впрочем, она не намечается, она идёт, и вы возглавляете одну из противоборствующих сторон… А мы тем временем воюем с тенями. Или нет? Впрочем, обо всем по порядку, как и всегда. Здравствуй, Ренли, я надеюсь, Робб и его войска уже присоединились к тебе, и теперь вы вместе сможете победить Ланнистеров. Я даже из писем вижу, что численность на вашей стороне. Я не знаток стратегии, но мне кажется, что Тайвин Ланнистер не выживет. Я вспоминаю о том, что Робб пришел к тебе, потому что мой отец по моей же рекомендации решил тебе помочь…» Бриенна отвернулась к окну и наблюдала за чем-то, происходящим снаружи. Ренли встал и подошел к ней, тоже выглядывая туда, и увидел, что Джендри борется с Арьей на мечах. Наверное, с Джоном она дралась вот так же, когда они еще вместе жили в Винтерфелле, и так же смеялась с ним, и так же норовила свалить на землю. «Мне хочется передать большой привет ему и всему моему семейству… Арье, и Брану. Я очень сильно скучаю по ним, и… Боюсь за них. И за тебя тоже, но сколько раз я повторял это в своих письмах? Думаю, ты и сам уже от этого устал. А ты? Ты боишься за меня? Поверь, причины есть — я поругался с Крастером, уф… Я узнал его тайну… Очень нелицеприятную тайну. Ты ведь помнишь, я рассказывал, что он спит с дочерьми, женится на них и делает новых дочерей? Но я как-то не подумал, что у него, должно быть, есть и сыновья. Четт выгнал меня на улицу, потому что он теперь заведует письмами, и, ну, он хотя бы не читает их, я благодарен и за это! Вот только здесь холодно круглый год, и ничего, что зима близко. Здесь зима всегда, и… Я не мог уснуть. И вот, посреди ночи, я слышу крик младенца… Я понял, что одна из дочерей Крастера родила ему мальчика. Бедные женщины так мучаются, вынашивая детей, а потом их просто уносят и кладут в снег, приносят в жертву мертвецам…» На секунду Ренли остановился, не зная, что ждет его дальше, и побаиваясь этого. «Это был белый ходок, Ренли, я видел. Он ступал очень тяжело, и я не разглядел его лица и фигуры, но… Он был очень большим, и не был похож на человека. Он забрал ребёнка и ушел, а мне пришлось вернуться на свой пост, и… Естественно, я не мог уснуть. Я хотел написать тебе, хотел рассказать хоть кому-то, но мне было нечем, и я чуть не начал водить пальцем по снегу. Ренли, Ренли, первый своего имени… Вдруг вороны, пролетавшие мимо, заметили бы это и перенесли сообщение туда, где оно должно быть? В Королевской Гавани, я полагаю, если вы до сих пор не сдвинулись оттуда? Я не могу запустить стрелу, чтобы подбить одного из них, я не могу их приучить. Теперь Четт заведует воронами, а Четт меня на дух не переносит. Впрочем, это взаимно. Ладно. Не буду загружать тебя этим. Возможно, мне и правда померещилось, возможно, холод превратил мой мозг в большую ледышку. Я постоянно теперь думаю о своём дяде. Ты думаешь, он мог… Погибнуть точно так же и стать одним из них, потому что кто-то вовремя не сжёг его тело? А помнишь Отора и Чизвика — ребят, которые отправились с ним? Мы до сих пор не знаем тайну их смерти. И того, где мой дядя — тоже. Надеюсь, мы его найдем, потому что мне становится действительно страшно за то, что происходит и еще может произойти. Грядет ночь, и мертвецы идут за ней. Что же, давай поговорим о тебе… Теперь мы с тобой оба вроде как воюем с чем-то. Я могу воевать с Крастером, потому что знаю его секрет. Когда я подошел к Мормонту с утра, он… Он сказал мне, что давно знал о деяниях Крастера. И он понимает это, а мне просто жалко всех этих женщин…  Ладно, хватит об этом. Возможно, это не массовое явление, хотя в это сложно поверить, учитывая все эти исчезновения… Надеюсь, мой отец не отходит от тебя ни на шаг, и сам, конечно же, не забывает об осторожности. У меня совсем дурное предчувствие, Ренли, и я ничего не могу с собой поделать. Даже не знаю, возможно, дело в том, что я увидел белого ходока, а, возможно, так на меня действует мороз и холод, но, говоря по правде, еще никогда я так сильно не хотел оказаться хотя бы в Винтерфелле. На меня давит абсолютно всё: даже открытый воздух. Невероятно сложно идти дальше. Дело даже не в том, что я не знаю, на что годен. Я просто боюсь. Впервые в жизни я по-настоящему боюсь и вспоминаю, как Сэм не хотел драться с нами в свой первый день в Ночном Дозоре… И я тогда рассказал тебе его историю, надеюсь, ты её помнишь. Пусть меня хранит Сэм, а тебя — Бриенна. Увы, Сэм в Черном Замке, а я у Крастера, и скоро нам придется идти дальше, чтобы встретить Куорена Полурукого. А он, в свою очередь, поможет нам выследить одичалых и узнать, что они планируют. Впрочем, мне кажется, что мы до него не доберемся. А может я что-то выдумываю и просто ищу нечто плохое даже там, где его нет. Возможно, то же самое относится и к твоему окружению. С Лорасом всё понятно, а вот Бриенна… Я знаю остров, с которого она приплыла к тебе. Наверное, ты когда-то был там — расскажешь в следующем письме, как он выглядит? И почему он так называется? Я ничего не знаю, и мне очень интересно. Особенно интересно услышать это от тебя. Мне даже грустно, что ты сидишь на месте. Раньше я узнавал от тебя о различных местах, и серая скука Черного Замка казалась мне не такой уж и серой. Теперь я двигаюсь, но передо мной нет ничего, кроме бескрайнего неба и заснеженных холмов. И это не считая воя ветра и собачьего холода… Никогда не понимал, почему его называют собачьим, как будто собаки способны его выдержать. Призраку тоже холодно, а ведь он — северное животное с обильной шерстью. Призрак способен разгоняться и разогревать своё тело быстрым бегом. Он регулярно охотится, а у меня не получается так же, как он, вырабатывать энергию и тепло. Хоть убей… Впрочем, нет, я оставлю эту инициативу для Одичалых. Полагаю, тебе сейчас не очень хочется убивать меня, правда? Возможно, ты даже скучаешь по мне. Я даже надеюсь, что скучаешь. Бриенна может охранять твой сон и стоять у твоей постели день и ночь, но она — не человек, которого ты назвал лучшим другом, верно? Она — не я, даже если и похожа на мужчину и не отличается особой красотой. Крастер вообще заявил, что я симпатичнее большинства женщин, живущих с ним под одной крышей. Так что я лучше Бриенны, надеюсь, и в боевом плане тоже, но, судя по твоим рассказам, как она свалила с седла Лораса Тирелла…» — Бриенна… — начал Ренли, и женщина повернула на него голову. — Да, Ваша Светлость? — Помнишь, когда ты победила сира Лораса? — Да, Ваша Светлость. Если мне достаточно повезёт, я буду думать об этом до самой смерти. — Если повезёт? Бриенна кивнула. — Если я погибну, держа в руках ваше знамя, я вспомню этот бой, так как он позволил мне умереть с честью рыцаря, за короля, который заслужил это. — Так ли необходимо умирать? Кто же будет защищать меня, Бриенна? — Вокруг вас много преданных подданных, Ваша Светлость. Посмотрите, как дерётся Арья, — она кивнула на окно и улыбнулась. — Если они с Джендри и дальше будут так тренироваться, то из них обоих вырастут хорошие рыцари. У вас есть Королевская Гвардия, сэр Лорас Тирелл… — Сэр Лорас Тирелл уже однажды предал меня. — Он мог предать вас как человека, но не как короля. — Ренли призадумался, переводя взгляд обратно на письмо. — У вас есть Джон Сноу, Ваша Светлость. — Джон Сноу сейчас за Стеной, ищет белых ходоков. Кстати говоря, он их нашёл. К чему он мне там, если он нужен мне здесь? — Ваша власть распространяется на все Семь Королевств и то, что находится за ними. — А что там находится? — перебил Ренли. - Что, кроме холода, смерти и приближающейся зимы? А теперь, кажется, еще одной войны! — Он потряс письмом и вздохнул. Король чувствовал, что начинает злиться, но не мог понять, кто этому виной. Бриенна не нашлась, что ответить, но продолжила: — Чем шире распространена ваша власть, тем она сильнее. Старки бы не поддержали ваши притязания, если бы не Джон, верно? — Надо же, ты заговорила как Станнис. — Я не зря присутствую на военных советах, Ваша Светлость. Ренли усмехнулся, и Бриенна скорчила подобие улыбки. «Лучше я или не лучше, но я обрек себя на другую участь. И пусть. Пока я знаю, что ты поставил бы меня во главе всех своих Советов, окажись я рядом с тобой, ничего и не нужно. К чему мне королевства? Арья говорит, я сам на себя не похож, когда дело касается тебя и твоих притязаний на трон. Я сказал ей то же самое, но о Джендри, и она на меня обиделась. Надеюсь, у тебя всё хорошо, твои близкие сыты и здоровы, точно так же, как мои. Однажды мы встретимся, ваша Светлость, и я отдам вам ключ от Черного Замка. А до тех пор я лишь желаю вам удачи в военных действиях… А я буду ждать Куорена Полурукого вместе со своими братьями. Берегите себя! Джон Сноу». Ренли вздохнул еще раз. Кажется, впервые в жизни письмо Джона заставило его не радоваться, а волноваться. Значит, он там один на один с мертвецами?.. Задумавшись, Ренли и не заметил, что уже несколько минут наблюдает за Джендри и Арьей. Они дрались в одном из дворов. Теперь, кажется, Ренли понял, что Джон имел в виду. Арья смеялась над Джендри так же много, как и над другими, но без капли презрения. Даже сейчас, в очередной раз свалив его на землю, она не стала торопиться и убивать его. Она долго висела над ним, и лишь потом поднялась на ноги, пока он не притянул её обратно. — Когда ты говорила, что у меня есть Джон Сноу… — заговорил Ренли, обращаясь к Бриенне. — Что ты имела в виду? — Что он ваш друг, Ваша Светлость. И… — Она опустила глаза и зарделась. — И что вы были бы счастливы подарить ему одну из мантий Радужной Гвардии, окажись он здесь. Возможно, это была бы моя мантия. — К счастью для тебя, это не так, — вздохнул король. Бриенна еще не успела доказать ему свою преданность, а Джон успел, но разве стоило ему служить Ренли, если он создан для другого? Если он сам хочет быть королём, и если теперь он действительно знает, что ему нужно за Стеной? Они могли бы править вместе. Джон мог быть его Десницей, и в его власти было бы больше, чем несколько незаселенных дозорных замков. Ох, если бы он мог нарушить клятву… — Ваша Светлость… — перебила Бриенна его мысли. — Я хотела сказать, что вы всё еще можете рассчитывать на помощь моего отца, Селвина Тарта. На небольшую армию, на кого-то, кроме меня, — Бриенна усмехнулась. — Он будет искренне рад выделить вам войска для вашей войны. — В самом деле? Он не отвечал на мои письма. — В Тарт письма не доходят, ваша Светлость. Человек, который отвечал за воронов, к сожалению, погиб при невыясненных обстоятельствах, и теперь за них никто не отвечает. Нам нужно отправиться туда самим… И я сочла бы за честь, если бы вы позволили мне отправиться с вами. Мы с отцом давно не виделись, и поэтому… — Конечно, Бриенна, поехали! Мне кажется, лучшего кандидата для такой поездки и не придумаешь. И не заблужусь, если что, как вороны… Я думаю, у нас еще есть время до того, как Тайвин Ланнистер доберется до нас? Он двигается крайне медленно из-за того, что его сдерживают войска в гарнизонах. — Ренли усмехнулся успешности странной затеи, придуманной Станнисом: создать небольшую кочевую группу рыцарей, меняющих замок на замок каждый день, и везде встречая войска Ланнистеров с одинаковым радушием. — К тому же, нам всего лишь нужно проплыть совсем немного. Так ведь, Бриенна? — Да, ваша Светлость. — Она улыбнулась, и Ренли улыбнулся в ответ. Эта женщина его ничуть не привлекала, но нравилась ему своей преданностью, чистотой и открытостью. Возможно, тем же, что ему так нравилось в Джоне, и что Джону нравилось в нём. Вот только Бриенна не Джон, и дело тут не столько в преданности, внешности, имени или даже росте. Бриенна могла бы расстроиться, если бы узнала об этом. Но Ренли знал, что по-другому никак невозможно.